Читать онлайн Приручить единорога, автора - Джоансен Айрис, Раздел - 10 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Приручить единорога - Джоансен Айрис бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 9.16 (Голосов: 77)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Приручить единорога - Джоансен Айрис - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Приручить единорога - Джоансен Айрис - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Джоансен Айрис

Приручить единорога

Читать онлайн


Предыдущая страница

10

Сверкая серебристыми боками, опустевшая урна высоко взмыла в чистое, голубое небо и, на мгновение задержавшись в верхней точке траектории, со скоростью кометы ринулась вниз, чтобы навсегда исчезнуть в задумчивых водах глубокого озера. Дело было сделано.
Жанна перевела дух и бессознательно поежилась в голубой байковой рубашке, словно окончание невеселого ритуала внушило ей холод. Потом она решительно повернулась и стала карабкаться вверх по склону холма в надежде, что усилия, необходимые для этого, помогут ей ни о чем не думать. Расчет ее оправдался. К тому времени, когда Жанна добралась до вершины и уселась на своем любимом месте — на замшелом валуне, откуда было хорошо видно голубое озерцо в долине, — она почти задыхалась. Грудь ее тяжело вздымалась, ноги слегка дрожали, но зато теплый осенний ветерок успел высушить выступившие на глазах слезы, а тоскливые мысли покинули голову, оставив в ней лишь пустоту.
Жанна не знала, сколько времени она просидела на вершине холма, глядя на роскошный осенний пейзаж внизу. Золотые березы, багряно-красные клены и вечнозеленые сосны красочным ковром пестрели на фоне лазурно-голубого неба, и от этой красоты щемило в груди.
Сначала Жанна почти не замечала осеннего великолепия природы, но понемногу она стала различать негромкий лепет ветра в пожелтевших листьях, одинокий щебет какой-то пичуги в ветвях и сухой шелест тростников на озере. Эти голоса, странно похожие на песню без слов, которую все матери тихонько напевают у кроваток своих плачущих детей, подействовали успокаивающе и на нее. Жанна подставила лицо солнцу, и его яркие лучи теплой лаской коснулись ее загорелой кожи, а знакомые с детства запахи нагретой земли и травы окружили ее со всех сторон и проникли внутрь, изгоняя из души грусть и печаль.
Боль от ее невосполнимой потери почти совсем прошла. Жанна очень ясно почувствовала момент этого благодатного избавления, и тут же в душу ее вступил безмятежный покой, наполнивший ее целиком. Закрыв глаза, она пробормотала слова прощания, которые не были прощанием. Всегда… Они всегда будут вместе… Эти слова ее бабушка сказала Джоди, и теперь, когда в груди больше не болело, Жанна готова была принять и понять их.
Солнце уже склонялось к горизонту, и яркая лазурь неба приобрела туманный, серо-голубой оттенок, но до вечера было еще далеко. В воздухе плыли сладкие осенние ароматы, а ветер почти совсем успокоился, и Жанна не торопилась уходить.
За спиной Жанны зашуршали листья под чьими-то твердыми шагами. «Должно быть, это Джоди — пришел проверить, как я здесь», — сонно подумала она.
— Я в порядке, Джоди, — сказала она, не оборачиваясь, и внезапно почувствовала на своем плече чью-то тяжелую руку.
— Это не Джоди, — послышался голос Сэнтина. — Это я. Где бы ты ни была, я всегда буду приходить за тобой.
От его прикосновения, от нахлынувшей на нее неистовой радости Жанна затрепетала и напряглась, стараясь сдержать дрожь. Потом она медленно расслабилась и подняла глаза, чтобы взглянуть на стоявшего рядом с ней Сэнтина.
— Всегда — это очень-очень долго, — сказала она серьезно. — Я только что думала об этом, и…
Она замолчала. Ее первоначальное удивление быстро прошло, и теперь Жанне казалось только правильным, что Раф оказался рядом с нею в этом месте и в этот час.
— Еще бы… — мрачно согласился Сэнтин и обошел кругом валуна, чтобы встать перед ней. Здесь, на этом осеннем холме, где природа, казалось, все еще сохраняла свою первозданную красоту, он должен был бы выглядеть и чувствовать себя совершенно чужеродным в своем синем деловом костюме, накрахмаленной сорочке и строгом галстуке, рассеянно подумала Жанна. Несмотря на это, Сэнтин, казалось, ощущал себя также свободно и непринужденно, словно он находился в библиотеке в своем замке. «Должно быть, это характер», — решила Жанна. Характер, который не скроешь никакими портновскими ухищрениями. Дикий, первобытный характер, такой же независимый, как у нее, и такой же чувствительный, такой же тонкий, уязвимый к любым внешним воздействиям.
Словно прочтя ее мысли, Сэнтин опустился перед ней на колени и взял ее руки в свои.
— Мне пришлось долго уговаривать твоего друга Джоди, прежде чем он согласился сказать мне, где ты и что делаешь, — сказал он. Взгляд Сэнтина был теплым и внимательным, и Жанна впервые без страха посмотрела ему в глаза.
— Всегда… — повторил Сэнтин. — Я тоже долго размышлял над этим словом, Жанна. И я никогда не употребляю его без достаточного повода.
Его глаза впились в нее, и, прежде чем Жанна отвела взгляд, она успела почувствовать, как у нее перехватывает дыхание, а внутри растекаются волны знакомого жара.
— Ты выглядишь усталым, — сказала она встревоженно. На самом деле Сэнтин выглядел гораздо хуже. Сегодня в нем не было ничего мальчишеского. Под лихорадочно блестящими глазами залегли траурные тени, а возле губ четко обозначились глубокие складки. Они делали его даже старше, и Жанне пришлось напомнить себе, что ему всего тридцать девять.
— А ты выглядишь очень спокойной, — сказал он. — И цельной. В мире с собой и со всем окружающим. Плоть от плоти того, что тебя окружает, Вот незадача-то… Представь себе, я мчусь через полстраны, чтобы успокоить и утешить тебя, и обнаруживаю, что ты не нуждаешься во мне, Покахонтас. Это, знаешь ли, не вдохновляет…
Жанна снова подняла взгляд, чтобы посмотреть на него, и ее руки машинально стиснули пальцы Сэнтина.
— Ты нужен мне, — сказала она тихо. — Вчера вечером я пыталась дозвониться до тебя, но Стокли сказал, что ты уехал в Сан-Франциско. И я подумала, что ты все еще сердишься.
Сэнтин покачал головой.
— Я улетел в такой спешке, что позабыл предупредить Стокли, чтобы он обязательно связал тебя со мной, если ты позвонишь. — Он нахмурился. — Но почему, черт побери, ты не оставила свой номер? Когда я вспомнил, что ты можешь позвонить, я связался с замком, но было уже поздно. Телефон твоей фермы не зарегистрирован ни в одном справочнике, и Доусону потребовалось полдня, чтобы расколоть телефонную компанию и заставить их разыскать его. Но к этому времени я был уже так занят, что на звонки уже не было времени.
— У тебя неприятности в Токио? — спросила Жанна, испытывая что-то вроде ревности. — Забастовка, да?
— Да, что-то вроде того, — уклончиво ответил Раф. — Только предмет моих переговоров был более деликатным.
— Собрался проглотить еще одну компанию? — спросила Жанна, которой стало смешно. Вот уж точно, эти мужчины совершенно неисправимы! — Когда об этом можно будет прочесть в газетах?
— Я надеюсь, что слияние пройдет с обоюдного согласия и к полному удовлетворению обеих сторон, — торжественно ответил Сэнтин, и его темные глаза лукаво сверкнули. — И, уверяю тебя, тебе не придется читать об этом в газетах!
Его взгляд упал на ее руки, которые он продолжал удерживать.
— Если бы ты знала, как я сочувствую твоему горю, — вздохнул он. — Когда перед своим отъездом из замка ты сбросила на меня эту маленькую бомбу, я почувствовал себя настоящим подонком. Наверное, это был единственный раз за все время, когда тебе понадобилась моя поддержка, а я подвел тебя. Сомнения, ревность, подозрения настолько овладели мной, что я не видел ничего вокруг себя. Дело в том, что я начал бояться, что ты вдруг исчезнешь из моей жизни, с той самой минуты, когда я впервые увидел тебя. Наверное, мне следовало заранее подготовиться к этому моменту, но я просто не мог об этом думать. Должно быть, я просто сошел с ума.
— Если бы ты согласился выслушать меня, я рассказала бы тебе все, Раф, — тихо сказала Жанна. — Я столько раз пыталась поговорить с тобой, но я не смогла преодолеть стену, которую ты возвел вокруг себя.
— Я боялся, — признался Сэнтин, не поднимая глаз, и вдруг заговорил быстро-быстро, задыхаясь и глотая концы фраз: — Я очень боялся, Жанна! Все внутри меня как будто превратилось в сплошную кровоточащую рану, и любая мысль о разлуке причиняла мне нестерпимую боль. Ты дала мне понять, что ты… не испытываешь ничего подобного, и это едва не убило меня. Я не просто был по уши влюблен, но я был влюблен в женщину, которой это было все равно и которая относилась ко мне совершенно равнодушно.
Он невесело засмеялся, но губы его дрожали.
— Я хотел обладать тобой, я хотел знать, что тебе дорого, о чем ты думаешь, о чем вспоминаешь, но у меня ничего не вышло. Единственным, что ты согласилась отдать мне, было твое тело, а мне… Впервые в жизни мне было этого мало.
Он поднял голову, и Жанна увидела в его глазах такую боль и растерянность, что сердце ее невольно дрогнуло.
— Мое «я», мое «эго» требовало, чтобы ты любила меня так же сильно, как я тебя, — продолжал Сэнтин. — Но быть вечным просителем у твоих дверей… Нет, это было не по мне. Этого бы я не выдержал.
— Раф… — Жанна произнесла это имя с удивительной, глубокой нежностью. Ей хотелось прижать его к себе, заключить в свои объятия и изгнать из его тела всю боль и неуверенность, которые терзали и мучили Сэнтина. — Это совсем не…
— Молчи!.. — негромко сказал он, прижимая палец к ее губам. — Я вовсе не обвиняю тебя. Теперь меня уже не волнует, что моя любовь не находит ответа. Единственное, что для меня важно, это уговорить тебя не исчезать из моей жизни. Если ты будешь рядом со мной, я смогу терпеть боль и муку сколько угодно времени… — Он задумчиво нахмурился. — Мне кажется, я все хорошо обдумал. Ты согласна выслушать мои предложения?
— Похоже, у меня нет выбора, — покорно кивнула Жанна, и ее губы чуть заметно дрогнули. — Похоже, мне так и не удастся уговорить тебя выслушать меня.
— Потом, — рассеянно откликнулся Сэнтин, поднося руку Жанны к губам и целуя ее долгим страстным поцелуем. — Я думал об этом всю ночь, и мне не терпится выложить все карты на стол.
— Ну, разумеется, — серьезно ответила Жанна, но глаза ее сверкнули. — С моей стороны было бы глупо встать на пути могущественного промышленного магната, который на всех парах несется к своей цели. Тех, кто пытался это сделать, — а то были люди посильнее меня, — он раздавил в лепешку, так что я лучше воздержусь.
— Ну вот, опять я… — искренне огорчился Раф, и лицо его вытянулось. — Пойми, Жанна, я только хотел быть рассудительным и логичным. Я хотел выложить тебе все мои доводы прежде, чем я осмелюсь покорно просить тебя… Хоть это и не в моем характере.
Раф Сэнтин собирается просить? Да еще покорно? Вот чудеса!
Жанна постаралась спрятать улыбку.
— Да, это не в твоем характере, — согласилась она, делая строгое лицо. — И я очень довольна, что ты хотя бы пытаешься.
Сэнтин тут же нахмурился.
— Ты что, смеешься надо мной? — подозрительно спросил он, но эта мысль сразу показалась ему не стоящей внимания. Сейчас у него была другая, более важная цель, и он, по своему обыкновению, двинулся к ней напролом.
— Можешь ты меня выслушать, черт возьми?! — резко спросил он.
— Да, сэр, — сухо ответила Жанна — Я вас слушаю, сэр.
Сэнтин ожег ее свирепым взглядом.
— Твои сарказм вряд ли может помочь делу, — немедленно обвинил он ее. — Я пытаюсь рассказать тебе о том, что я хотел бы тебе предложить.
И, не дожидаясь, пока она ответит, он продолжал со свойственными ему жаром и напористостью:
— Насколько мне известно, ты не имеешь ничего принципиально против того, чтобы остаться со мной. Мы вполне способны терпеть друг друга, пока события развиваются нормально. Я в силах обеспечить твои материальные нужды: у тебя будет все, что ты захочешь, и даже больше. Кроме того, не будешь же ты отрицать, что в сексуальном плане мы с тобой — настоящий динамит?!
— Нет, этого я отрицать не могу, — согласилась Жанна.
— Как мне кажется, — продолжал Сэнтин с неподдельным энтузиазмом, — единственным, что может не понравиться тебе в подобных отношениях, — естественно, при условии, что они будут продолжаться достаточно долго, — это вопрос твоей личной независимости. Ведь я не ошибся? Именно это заботит тебя больше всего?
Прищурившись, он пристально вгляделся в ее лицо.
— Да, об этом, безусловно, стоит подумать особо, — согласилась Жанна, едва сдерживая рвущееся наружу веселье. Ей всегда нравилось наблюдать Рафа-бизнесмена в действии, а теперь, когда предметом его интереса стала она сама, зрелище получилось занимательным вдвойне.
— На этот счет тебе незачем беспокоиться, — тут же уверил ее Сэнтин. — Ты, надеюсь, не сомневаешься, что моему слову можно доверять?
— Бесспорно, — торжественно кивнула Жанна. — Никаких сомнений.
Про себя же она подумала, как отчаянно хотела она подобного разговора всего несколько дней назад, как стремилась к подобному объяснению. Теперь же ей стоило огромных усилий просто сохранять видимость серьезности. Единственным, что имело для нее значение, был тот неоспоримый факт, что Раф любит ее. Зная это, она не сомневалась, что все остальные проблемы можно будет решить тем или иным способом.
Сэнтин, видимо, все же заподозрил, что она относится к его словам с недостаточной серьезностью, так как брови его сурово сдвинулись.
— Так вот, — сказал он, — я даю тебе слово, что ты будешь пользоваться абсолютной свободой во всем, что не касается нашей совместной жизни. И в том, что касается, — тоже. Ты можешь заниматься карьерой, можешь ездить во все места, куда потребует твоя работа, можешь найти себе любое хобби. Я не стану настаивать на том, чтобы ты вышла за меня замуж, и не буду требовать никаких клятв, если только не окажется, что ты беременна… — Он бросил быстрый взгляд на ее подтянутый живот. — Признаюсь, для меня этот вариант наиболее желателен, — сказал он совсем другим тоном. — Твоя беременность решит чертову уйму всяких проблем, которые меня тяготят. И все же я готов пообещать, что вопрос о том, будешь ты носить моего ребенка или нет, будет зависеть только от тебя.
— Какое великодушие!.. — с иронией пробормотала Жанна.
— С моей стороны это гораздо благороднее и великодушнее, чем тебе кажется, — отрезал Сэнтин. — Мне очень не хочется выпускать из рук этот рычаг, но…
Он совершил какое-то быстрое движение, и Жанна почувствовала у себя на животе его большую и теплую ладонь.
— …Но мне нравится думать о том, что мой сын будет расти в твоем чреве.
Жанне тоже нравилась эта идея, и сейчас она снова подумала об этом, подумала с восторгом и благодарностью. Эти мечты, которые порой казались ей несбыточными, а порой — так, как сейчас, — вполне реальными, — действовали на Жанну почти физически, наполняя ее жарким теплом. Мускулы ее живота непроизвольно сжались, а груди под голубой ковбойкой, позаимствованной у Джоди, напряглись и потяжелели, словно наливаясь молоком.
Охватившее ее возбуждение было таким неожиданным и сильным, что скрыть его было почти невозможно — в особенности от Рафа, который хорошо знал ее тело и то, как оно реагирует на ласку. Встретившись с ним взглядом, Жанна увидела, что его глаза потеплели. Рука Сэнтина, лежавшая на животе Жанны, начала мягко и чувственно поглаживать ее.
— Из тебя выйдет отличная мать, Мать Земли… — прошептал он. — Сильная, умная, нежная. Нашему сыну будет очень хорошо в твоем чреве.
Он выпустил вторую руку Жанны и начал медленно расстегивать пуговицы на ее голубой рубашке. Жанна молча смотрела на него, и растущее желание туманило ее взор.
Когда ее груди показались из-под мягкой, вылинявшей байки, Сэнтин опустил голову и приник губами к ее возбужденно торчащему соску.
— Ты будешь прекрасна, когда твои груди наполнятся молоком, маленькая Мать Земли, — пробормотал он. — Я уже завидую нашему сыну. Я не хочу делить тебя ни с кем, даже с ним.
Он поцеловал ее вторую грудь и, с видимой неохотой запахнув на ней рубашку, потряс головой, словно пытаясь таким образом привести в порядок мысли, но взгляд Сэнтина оставался прикован к острым соскам, продолжавшим соблазнительно приподнимать тонкую ткань.
— О чем я говорил? — рассеянно спросил он.
Жанна поглядела на него с укором. Целеустремленность Сэнтина больше не казалась ей забавной, ибо теперь она была охвачена огнем желания, удовлетворить которое мог только он. А Сэнтин, похоже, не имел такого намерения — во всяком случае, он не собирался заняться этим немедленно.
— Понятия не имею, — сказала она сердито.
— Ах, да!.. — Раф оторвал наконец взгляд от озорных сосков и напряженных грудей Жанны и принялся разглядывать землю под ногами, засыпанную разноцветными — лимонно-желтыми, красными и золотыми листьями. — Как я говорил, решать, иметь или не иметь ребенка, будешь только ты. Пока ты остаешься со мной, ты, естественно, не будешь ограничена в средствах. Тебе нужно только сказать, и я предоставлю в твое распоряжение не только все мои деньги, но и все мое влияние и авторитет в деловых кругах. — Он поднял голову, чтобы поглядеть ей в глаза. — Я понимаю, что это для тебя ни черта не значит, но благодаря мне у тебя будут и власть, и могущество, которые только можно купить за деньги.
— Скипетр и корона… Звучит заманчиво, но ты же знаешь, что я никогда не стремилась к этому, — проговорила Жанна укоризненно. Больше всего ей хотелось, чтобы Сэнтин перестал распускать хвост и просто заключил ее в объятия. Она хотела его, а все остальное не имело значения.
— Да, я знаю, — мрачно согласился Сэнтин. — И мне чертовски жаль, что природа обделила тебя жадностью. Будь по-другому, и мои шансы не были бы столь ничтожны.
Его лицо внезапно посветлело.
— Нет! — вскричал он. — Есть одно средство, и я могу его использовать! Я имею в виду твоих драгоценных животных, которые, к счастью для меня, исчезают с лица земли! Ты только представь себе, что я могу сделать для них с моими средствами и с моим влиянием! Ну, что ты теперь скажешь? Сможешь ли ты отказаться от такого дара?
— Это будет нелегко, — согласилась Жанна и, не удержавшись от сарказма, спросила: — Ну, какие еще козыри ты держишь за пазухой? Или ты закончил?
Сэнтин неуверенно кивнул.
— На мой взгляд, этого должно быть достаточно, — сказал он. — Ну что, удалось мне убедить тебя, что отказываться от такого предложения было бы по меньшей мере глупо?
— Скажи, неужели тебе случалось терпеть неудачи, когда ты захватывал или поглощал другие компании? — иронично улыбаясь, спросила Жанна. — Лично я ослеплена и покорена твоей неотразимой логикой, твоей неограниченной щедростью и благородством.
— Это не смешно, Жанна, — сердито ответил Сэнтин. — Для меня это вопрос жизни и смерти. Ты останешься со мной?
— Принять такое решение будет нелегко, — ответила Жанна и опустила ресницы, чтобы скрыть счастливый блеск глаз. — Но я должна признать, что ты умеешь быть убедительным. Теперь-то я знаю, что я тебе не безразлична. Твоя речь была такой же страстной, как предложение о слиянии «Ксерокса» и «Ай-Би-Эм».
— Наш союз не будет ни расчетливым, ни механическим, — с горячностью возразил Сэнтин. — Лично я готов поспорить, что наш союз будет каким надо — страстным, пламенным, каким угодно, но только не холодным!
— Я хотела бы получить кое-какие гарантии, — негромко сказала Жанна, потупив глаза.
Сэнтин удивленно смотрел на нее. Глаза его расширились, и Жанна не без удовольствия подумала, что ей-таки удалось сбить его с толку.
— Я что-то не очень понимаю, — осторожно сказал он.
— Я вижу, — согласилась Жанна, сверкнув глазами. — Но я тебе помогу.
С этими словами она поднялась с камня, на котором сидела, и, ленивым движением расстегнув «молнию» на джинсах, спустила их по узким бедрам, а потом грациозно выступила из них.
— Ты хочешь… Здесь? Сейчас?!.. — ахнул Сэнтин и пробежал кончиком языка по своим пересохшим губам, когда Жанна сняла крошечные шелковые трусики и сбросила с ног мягкие замшевые мокасины.
— Да, здесь и сейчас. — Жанна взялась обеими руками за отвороты рубашки и с любовью посмотрела на Рафа, который все еще стоял перед ней на коленях. — Для меня это место — особенное, и я хочу разделить его с тобой. Я хочу подарить тебе все свои воспоминания о прошлом и создать новые, которые будут нашими общими. Ты сделаешь это для меня, Раф?
Она тоже опустилась на колени так, что их лица оказались на одном уровне, и пристально поглядела в его темные глаза, но Сэнтин даже не сделал попытки дотронуться до нее. Мускулы его напряглись, но он остался неподвижен, словно окаменел.
— Почему, Жанна? Почему ты хочешь поделиться со мной своими воспоминаниями?
— Для преуспевающего бизнесмена ты на редкость недогадлив, — нежно сказала она, ероша ему волосы. — Если бы вместо того, чтобы использовать свою обычную тактику штурма и натиска, ты дал мне сказать хотя бы словечко, ты бы уже знал ответ. Господь свидетель, я пыталась сказать тебе это с позапрошлой ночи.
— Я слушаю, говори! — приказал Сэнтин, уже не сдерживая своего нетерпения. Его руки опустились на плечи Жанны и стиснули их с такой силой, что ей стало больно.
— Говори же, черт возьми!..
— Я люблю тебя.
— Ты… Любишь?..
Он не договорил. Лицо его осветилось такой нежностью и таким счастьем, что Жанна поняла — она будет помнить это всю жизнь.
В следующее мгновение, однако, на его счастливое, удивительно открытое и трогательно беззащитное лицо набежала темная тень, и Сэнтин, сурово насупившись, свирепо встряхнул ее за плечи.
— Ты должна была заставить меня слушать! — воскликнул он. — Что же это получается: я мучился целых два дня, когда одной фразы было бы достаточно, чтобы спасти меня от этой пытки!
— Если ты помнишь, вчера и сегодня я была кое-чем занята, — напомнила Жанна, и суровость на лице Рафа сменилась выражением раскаяния.
— Прости меня, — прошептал он, прижимая Жанну к своей груди. — Когда ты рядом, я словно теряю разум и начинаю все делать невпопад. Я недостоин тебя, любимая… — Он осторожно поцеловал ее в висок. — Но я все равно намерен тебя получить. Кстати, к вопросу об условиях нашего союза… Ты, кажется, кое о чем меня попросила?..
— Да, — согласилась Жанна торжественно. — Но, когда ты не торопишься исполнить мою просьбу, ты тратишь свое драгоценное время. Смотри, как бы я не передумала и не отвергла твое предложение, несмотря на то что условия были более чем щедрыми.
— Слишком поздно… — откликнулся Сэнтин, помогая ей снять рубашку и бросая ее на землю, в кучу уже снятой одежды, которая голубела на фоне желтой листвы, словно маленькое озеро. — Ты обещала принадлежать мне не только телом, но также сердцем и душой, но на первых порах — сейчас! — я готов удовлетвориться телом.
Он слегка отстранил ее и, сорвав с шеи галстук, принялся снимать пиджак и расстегивать рубашку.
Когда он расстилал пиджак на куче шелестящих листьев, из внутреннего кармана выпал большой конверт из плотной бумаги. Жанна подняла его и протянула Сэнтину, но он только отрицательно покачал головой.
— Это твое, — сказал он, освобождая от рубашки свои могучие плечи. — Я забыл тебе отдать.
И поскольку Жанна продолжала недоуменно смотреть на него, Раф небрежно пояснил:
— Это должен был быть мой козырный туз, если бы тебе пришло в голову отвергнуть мое предложение, но теперь ты можешь считать это свадебным подарком.
— Ты, кажется, берешь назад свое обещание не требовать от меня никаких обещаний? — поддразнила Жанна, любуясь его сильным красивым телом. — Потом ты захочешь, чтобы я бросила работу, и попытаешься сделать так, чтобы я не вылезала из беременностей.
— Что ж, идея по-своему неплохая, — рассмеялся Сэнтин, расстегивая ремень и снимая брюки. — Я, наверное, так бы и поступил, если бы был уверен, что это сойдет мне с рук.
Его улыбка неожиданно погасла, а лицо снова стало серьезным и сосредоточенным.
— Тебе нечего бояться, Жанна. Есть другой способ… Я хочу сделать тебя настолько счастливой, чтобы тебе и в голову не пришло уйти от меня. Я сдержу все обещания, которые я тебе дал. Или ты находишь, что я хочу слишком многого, когда прошу тебя выйти за меня замуж?
Жанна отрицательно покачала головой.
— Нет, не нахожу, — ответила она, чувствуя, как любовь и нежность захлестывают ее горячей, пузырящейся волной. Это ощущение было таким сильным, что ей казалось, будто каждая клеточка, каждый атом ее тела поют от радости.
— Я готова обещать тебе это, Раф Сэнтин. Я хочу выйти за тебя, хочу всегда принадлежать тебе и только тебе. Ведь это не слишком долгий срок, правда?
— Принадлежать? — негромко переспросил он. — Довольно странное слово для той, кто ставит свою свободу так высоко, как ты, Жанна.
— Как раз об этом я думала, пока сидела здесь, — ответила она безмятежно и слегка откинулась назад, чтобы окинуть взглядом его тело, теперь уже полностью обнаженное. — Все очень просто, правда… Человек не может обладать другим человеком, если он сам не принадлежит ему. Без этого человек обречен жить словно в тюрьме, стены которой сложены из кирпичей одиночества и скреплены цементом страха… — Она улыбнулась ласково и мудро. — Моя свобода останется при мне, Раф, и я буду особенно дорожить ею и беречь ее, потому что она понадобится мне ночами, когда я буду возвращаться в твои объятия.
Они долго молчали, обнаженные друг перед другом, как Адам и Ева на заре мира, и обмениваясь взглядами, исполненными столь же важного смысла и значения, как самая торжественная клятва. Сэнтин первым нарушил молчание. Судорожно сглотнув, он сказал:
— Ты еще не видела, что в конверте…
Нехотя оторвав взгляд от той картины, в которой она находила ответы на все свои вопросы, Жанна посмотрела на конверт.
— Может быть, потом? — нерешительно сказала она. Больше всего ей хотелось прижаться к Рафу, очутиться в его крепких объятиях и почувствовать внутри его горячую жаждущую плоть.
— Нет уж, дрянная развращенная девчонка, — твердо сказал Сэнтин. — Я всю ночь не спал, я звонил по телефону в самые разные места, чтобы приготовить тебе этот подарок, так что ты можешь хотя бы взглянуть на него и сказать «спасибо».
Он опустил взгляд и, заметив несомненные признаки своего собственного сильного возбуждения, крикнул:
— Только очень быстро, Жанна!
Жанна озорно улыбнулась и вскрыла конверт. На ее лоб набежали морщинки, когда она обнаружила, что в конверте нет ничего, кроме двух черно-белых фотографий. Вытащив их, она стала озадаченно их разглядывать.
— Тот, что стоит — это Норберт, — пояснил Сэнтин. — Он содержится в зоопарке на Цейлоне. — А вот эта особа, которая сидит на дереве — это Селена из Лондонского зоопарка. А может, наоборот… — Сэнтин нахмурился. — Не удивительно, что панды так плохо размножаются. Лично я не могу отличить, где самец, а где — самка.
— Приходится полагаться на то, что они не испытывают таких затруднений, — рассеянно откликнулась Жанна, продолжая разглядывать снимки.
— Я бы на твоем месте не относился к этому так легкомысленно, — скептически заметил Сэнтин. — Впрочем, тебе еще предстоит решать этот вопрос на практике, когда месяца через полтора обоих доставят в заповедник Камино. Тогда мы и посмотрим, сумеют ли эти симпатяги разобраться, что к чему, без посторонней помощи. Лично я подозреваю, что у всех исчезающих видов имеется проблема подобного рода. Как определить, кто самец, а кто — нет?
— Доставят? Через полтора месяца?.. — переспросила Жанна, у которой глаза полезли на лоб от удивления. — Ты, наверное, шутишь, Раф? Ты купил этих двух панд?
Сэнтин довольно кивнул.
— И они обошлись мне в кругленькую сумму, — сказал он. — К сожалению, у меня почти не было времени, чтобы поторговаться как следует. Ты, наверное, знаешь, как трудно наложить лапу сразу на самца и на самку? Все, с кем мне приходилось разговаривать, явно подозревали меня в самых дурных намерениях. По-моему, они думали, что я хочу прибить их головы к стене над камином.
В его голосе прозвучало такое неприкрытое отвращение, что Жанна рассмеялась сквозь выступившие на глазах слезы. Подарок действительно растрогал ее. В этом жесте, как ей казалось, выразились и забота, и любовь Рафа.
— Тебе понравился мой свадебный подарок, Покахонтас? — спросил Сэнтин, наблюдавший за ней с такой нежностью, что у Жанны от счастья перехватило дыхание, а сердце затрепетало так, словно готово было остановиться.
— Мне очень нравится твой свадебный подарок, — заверила она его мгновенно севшим голосом. — Пожалуй, история бракосочетаний ничего подобного не знала.
— Вот и хорошо, — сказал Сэнтин и привлек ее к себе. Его тело было таким горячим, что оно обожгло Жанну от бедер до груди. — Я рад, что тебе понравилось.
Его руки отправились в путь вниз по ее спине, осторожно спускаясь к мягким полушариям ягодиц, и Жанна невольно вздрогнула всем телом.
— Какая ты мягкая, и в то же время — твердая. — Одна его рука снова поднялась наверх и легла на ее напрягшуюся грудь. — И очень женственная, — добавил Раф тихо. — И поэтому я твердо знаю, кто из нас — женщина. По-моему, люди устроены гораздо лучше, мудрее, чем иные животные.
Жанна тоже не сомневалась в мужественности Сэнтина.
— Да, — согласилась она, почувствовав, как его руки скользнули по ее плечам и коснулись волос на затылке. — Гораздо лучше и удобнее.
И, не размыкая объятий, они опустились на кучу ломких шуршащих осенних листьев, на которую Сэнтин предусмотрительно накинул свой пиджак.
«Как прекрасно!..» — думала Жанна словно в полудреме, видя как Сэнтин склоняется над ней, как улыбается ей с бесконечной нежностью и терпением. Над головой ее качалось в кружеве ветвей темнеющее небо, пьяный воздух пах опавшими дубовыми листьями, шуршали на ветру листья. Осень вступала в свои права, и Жанна подумала о великом обновлении, которое непременно приходит на смену увяданию. Этот удивительный процесс продолжался вечно, и не только в природе, но и в ее душе, служа источником бесконечного, вечного счастья.
— Эй! — негромко окликнул ее Сэнтин, глядя сверху вниз на ее лучащиеся неземным светом глаза и отсутствующее выражение. — Вернись, Жанна! Ты нужна мне.
Она улыбнулась ему с такой любовью и нежностью, что у Сэнтина перехватило дыхание.
— Я с тобой, — шепнула она. — Навсегда…
С этими словами Жанна снова потянула его вниз, чтобы еще раз повторить свой собственный цикл великого обновления.




Предыдущая страница

Читать онлайн любовный роман - Приручить единорога - Джоансен Айрис

Разделы:
12345678910

Ваши комментарии
к роману Приручить единорога - Джоансен Айрис



Bozhe! Kak mne nravjatsa romani etoj pisatelnitsi! Ona ni nakogo ne pohozha; pishet zahvativajushe, uvlekatelno i otchen trogatelno! Poka chto eto moj lubimij, napisannij eu rasskaz, ne schitaja Zolotoj vihr! 10/10
Приручить единорога - Джоансен АйрисZzaeella
17.04.2012, 11.08





очень понравился. роман про сильного слабого мужчину.
Приручить единорога - Джоансен Айристатьяна
5.09.2013, 15.09





мне показалось, что слишком много соплей со стороны г. героя.
Приручить единорога - Джоансен Айрисанна
6.09.2013, 10.10





нельзя читать много романов , особенно подросткам - поневоле сама начинаешь верить в сказку ( я горовю об отношениях между людьми, а не о золушке и принце )
Приручить единорога - Джоансен Айрислуно
7.01.2014, 0.56





Роман очень понравился!!!!
Приручить единорога - Джоансен АйрисАнна
3.02.2014, 15.40





скучно другие романы автора на много лутше
Приручить единорога - Джоансен Айрискот
2.07.2014, 18.48





Действительно сильный слабый мужчина. И не всегда необходимо чересчур показывать свою гордость, как поступала глупо героиня. И будет счастье... 10/10
Приручить единорога - Джоансен АйрисВикки
27.04.2015, 17.49








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100