Читать онлайн После полуночи, автора - Джоансен Айрис, Раздел - 13. в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - После полуночи - Джоансен Айрис бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 9.83 (Голосов: 23)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

После полуночи - Джоансен Айрис - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
После полуночи - Джоансен Айрис - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Джоансен Айрис

После полуночи

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

13.

Когда на следующее утро Кейт открыла глаза, Сета рядом не оказалось.
– Кофе? – спросил он, внося две чашки. Он был босой и без рубашки. Волосы растрепаны. На щеках проступила легкая щетина. И несмотря ни на что, он выглядел необыкновенно притягательным, подумала Кейт. Сет присел рядом с нею на кровать.
– Завтрак я уже заказал, но попросил не торопиться с ним. Мне показалось – тебе потребуется какое-то время, чтобы прийти в себя.
– Спасибо, – ей и в самом деле нужно было время, чтобы собраться с мыслями. Стыд и неловкость – вот два самых сильных чувства, которые вдруг начали одолевать ее. И почему при дневном свете все выглядит совсем по-другому? Перед ней стоял тот же самый мужчина, с которым она провела ночь любви. Сердце ее сразу забилось при воспоминании об этом. Господи, она вела себя как настоящая нимфоманка. И никак не могла насытиться им. Даже сейчас, глядя на него, она испытывала…
Натянув повыше простыню на себя, Кейт взяла из его рук чашку с кофе:
– А ты давно уже встал?
– В шесть часов.
Кейт бросила взгляд на часы. Стрелки показывали десять.
– И что ты делал все это время?
– Думал. – Он стянул с нее простыню и поцеловал в грудь. – Ждал.
Сердце сразу забилось сильнее и жарче.
– Но чем же ты думал?
– Что, проснувшись, ты можешь пожалеть о случившемся. И прикидывал, каким образом убедить тебя не отказываться от близости со мной. – Сет нежно обхватил сосок губами.
– Это может служить нам серьезной помехой, – заметила Кейт, пытаясь придать голосу как можно больше твердости и решительности.
– Но тебе ведь понравилось? – спросил он, неохотно оторвавшись от соска Кейт.
– Конечно, понравилось. У тебя… настоящий талант в этом деле.
– И у тебя тоже. Даже не представляешь, насколько ты гениальна. У меня были подозрения, что ты весьма чувственная особа, но ты превзошла все мои ожидания.
– Потому что очень давно не была близка ни с кем.
– Тогда посмотрим, какова ты через несколько часов после этого… – Он забрал из ее рук чашку с кофе и поставил на столик. – Проведем эксперимент в чистом виде – и не больше того. Ты же ученый-экспериментатор.
– Зачем ты забрал мой кофе! Я еще не допила его, – ответила Кейт, не понимая, шутит Сет или говорит серьезно.
– Еще успеешь. Он никуда от тебя не денется.
– Но нам необходимо обсудить…
– Вот по ходу и обсудим все. – И, расстегнув джинсы, Сет запрыгнул в постель. – Надеюсь, ты станешь более уступчивой в некоторых вопросах, когда я… войду в тебя.
Что он тут же и сделал. Движения его были мучительно медленны.
– Насколько я успел убедиться, близость со мной помогает тебе успокоиться. Обрести равновесие.
Успокоиться? Что за чушь он несет! Она впилась пальцами ему в плечи, сдерживая сладострастный стон, готовый сорваться с губ.
– Что должно было случиться, того не избежать. – Каждое слово Сет выговаривал так же медленно, как и входил в нее. И с таким же чувством бесконечного наслаждения, какое ему доставляло это вхождение. – Никаких условий и обязательств. Мы просто не отказываемся от той радости, которую нам доставляет близость. Только и всего. Что в этом плохого?
Кейт не могла ничего ответить на это. Она вообще утратила способность думать. Кейт даже закусила губу от того, как быстро захлестнула ее волна возбуждения. И теперь ею владела только чувственная страсть, которая разгоралась, постепенно поглощая ее всю целиком.
– Ну же, – прошептал Сет. – Соглашайся! Наша близость только поможет мне лучше уберечь тебя.
– Какой глупый, но до чего же приятный довод!
– Я приберег его на самый конец, зная, что он подействует.
– Ты знал, насколько убедителен твой довод… И знал, насколько он доставляет мне удовольствие…
– Кофе наверняка остыл, – сказала Кейт и лениво перегнулась через лежащего рядом Сета, чтобы взять чашку с ночного столика.
– Нисколько не сомневался. Вот почему я прихватил кофеварку. – Он приподнялся и соскользнул с кровати. – Сейчас я налью тебе свежий.
– Какой ты заботливый…
Сет улыбнулся:
– Мне надо постоянно поддерживать в тебе хорошее настроение, – и он включил кофеварку. – Надеюсь, мне это удается?
Более чем, подумала она про себя, а вслух сказала:
– Похоже на то.
Его улыбка немного померкла, и он вдруг признался:
– Я не собирался соблазнять тебя вчера.
– Но тем не менее…
Он снова присел на край кровати.
– Если ты скажешь, что против продолжения отношений, возникших сегодня ночью, то мне ничего не останется, как снова быть только твоим другом и телохранителем. – Он поморщился. – Не сердишься?
Кейт чувствовала себя настолько переполненной новыми ощущениями, что ей было не до таких глупостей. Сет добился своего. Стрелы, направленные в мишень, попали в самое яблочко. Он оказался не только опытным и искусным в вопросах любви, как Казакова, но и хитрым и ловким интриганом, как Макиавелли.
– Нет, я не рассердилась на тебя. – Отпив глоток свежеподогретого кофе, она посмотрела ему в глаза. – И незачем перекладывать вину на свои плечи. Кто сказал, что ты соблазнил меня? Ты предложил то, что мне было нужно, и я приняла желаемое.
Сет насмешливо вздохнул:
– Дорогая, как приятно чувствовать себя настолько полезным…
На губах Кейт заиграла улыбка. Этот проходимец невыносим! Допив последний глоток кофе, она протянула ему чашку.
– Мне нужно принять душ. Сколько часов осталось до назначенной встречи с Майгеллином?
– Два часа. Но с минуты на минуту должны подать завтрак. – Глядя на Кейт, которая поднялась с постели и направилась в ванную, он воскликнул:
– Господи! До чего же у тебя восхитительные ягодицы.
– Спасибо, – она вдруг поняла, что неловкость отступила. Никогда еще до сих пор она не чувствовала себя настолько свободно в присутствии мужчины. Словно они были давними любовниками. – Я только на минутку.
– Кейт.
Она оглянулась. Сет лежал, опершись на руку, и, улыбаясь, смотрел на нее. Прядка темных волос падала ему на лоб, и почему-то он выглядел особенно лукавым и одновременно чувственным:
– Как ты считаешь? – озорно спросил он. – Может быть, нам стоит продолжить в том же духе?
– Не исключено, – ответила она ему в том же тоне и улыбнулась, добавив:
– Ты подобрал замечательную отмычку.
Сет радостно хлопнул ладонью по постели:
– Ловлю тебя на слове.
Кейт покачала головой и закрыла за собой дверь ванной. Что это с ней творится? Что она себе позволяет? Ей даже в голову не приходило, что она способна вести столь двусмысленные и фривольные разговоры.
Но почему бы в конце концов не позволить себе пережить несколько счастливых минут в том кошмаре, который навалился на нее? Ведь Сет оговорился, что их любовная связь не навеки. Вчера ночью она перепугалась до смерти, когда услышала голос этого монстра. И близость с Сетом помогла ей избавиться от наваждения. Сегодня благодаря этому она почувствовала, что стала самой собой, к ней вернулась внутренняя сила. Теперь она способна оказать сопротивление, бороться.
Все это пришло к ней благодаря Сету.
И она приняла этот дар. И будет принимать до тех пор, пока кошмар не рассеется.
* * *
– Ну и как? – вполголоса обратился сенатор Майгеллин к Кейт. – Вы довольны?
– Разумеется, – взгляд Кейт устремился на лужайку, где в окружении пяти человек сидел Сет, что-то энергично обсуждая. – На большее мы и не рассчитывали. Вы собрали всех ведущих специалистов, которые связаны с проблемами здравоохранения. Я потрясена.
– А вы потрясли их, – сенатор отпил из стакана чай со льдом. – Своей логикой, своими доводами. Ваша речь звучала очень убедительно, поверьте мне.
– Потому что я говорила правду.
– Но с большой страстностью и увлечением. Такую страстную убежденность трудно подделать.
– И как вам показалось: этого вполне достаточно? Они будут поддерживать нас?
– Надеюсь.
– А если нет? Вы попытаетесь задержать прохождение законопроекта Лонгуорта?
– Это политическое самоубийство.
– Так вы попытаетесь?
Он улыбнулся:
– Ваша страстность к тому же и беспощадна.
– Как вы понимаете, моя цель состоит не в том, чтобы причинить вам вред, а чтобы помочь как можно большему количеству людей.
– Но если бы вам пришлось выбирать между тем: навредить ли мне или спасти RU-2, вы бы не задумались ни на секунду. И, боюсь, решение было бы не в мою пользу.
– Но ведь речь действительно идет о спасении тысяч людей, – покачала головой Кейт.
– Что ж, по крайней мере вы довольно откровенны, – сенатор поднял свой стакан. – Времени не очень много. Лонгуорт продвигает свой законопроект с такой настойчивостью, какой он доселе никогда не проявлял. И в конгрессе его поддерживает довольно многочисленная группа. И это меня не удивляет, ведь он уже давно вращается в этих кругах. А я сравнительно недавно – всего лишь восемь лет. Вы даже не представляете, какое количество звонков поступило в Белый дом по поводу этого законопроекта за последние два дня. Линия раскалилась докрасна.
– Наших сторонников?
– Нет, Лонгуорта.
– Черт возьми! – воскликнула Кейт. – Как они не понимают? Мы же стараемся ради них! Это для их же пользы!
– Люди повторяют то, что они услышали. А Огден и представители других не менее мощных фармацевтических компаний успели своими выступлениями настроить людей против RU-2. Вы должны понять: звонки в Белый дом – не случайность. Все они – результат тщательной работы Лонгуорта. Он умело борется с нами.
– С нами? – переспросила Кейт. Взгляд ее пробежал по лицу сенатора.
Он сокрушенно пожал плечами:
– А что поделаешь? Как я могу стоять в стороне, видя, что вытворяет Лонгуорт. У меня давно чесались руки, чтобы задать трепку этому пустозвону.
– Слава Богу!
– Завтра, когда я буду в Белом доме, попытаюсь сделать все возможное для того, чтобы отложить рассмотрение законопроекта. Во всяком случае, чтобы дело не дошло до его подписания. Это нам даст хоть немного времени. А вам я советую побывать на митингах. Без вашей помощи тут не обойтись. – Он откинулся на спинку кресла. – А теперь мне надо немного отдохнуть. Боюсь, что в ближайшее время мне не представится больше такой возможности. Вам тут понравилось?
Кейт обвела взглядом дом, выстроенный в английском стиле, террасу, что спускалась к лужайке, и большую беседку, увитую зеленью.
– Здесь просто восхитительно. Такое ощущение мира и покоя.
– То, что мне так необходимо – покой и тишина. Я вырос в многоквартирном доме в Нью-Йорке. С самого детства меня окружали грохот машин и шум большого города. И чтобы выжить, мне постоянно приходилось пускать в ход кулаки. Тот, кто не жил в таких условиях, никогда не поймет, почему я так стремлюсь к уединению. – Сенатор улыбнулся. – И тут появляетесь вы и снова заставляете меня кинуться в самую гущу схватки.
– Но это не моя вина. К тому же мне кажется, что вы не смогли бы остаться в стороне и все равно встали бы на нашу защиту, даже если бы мы вас об этом не просили.
– Может быть, – он снова посмотрел на лужайку, где сидели Сет и приглашенные специалисты. – Этот молодой человек тоже представляется мне весьма неординарным. Вы знаете, что ему удалось привлечь работников ФБР для охраны во время ваших выступлений в Вашингтоне?
– Нет, не знала. Но это меня не удивляет.
– Перед тем как встретиться с вами, я сделал запрос. И получил соответствующие отчеты о каждом из вас.
– И к какому выводу вы пришли относительно…
– Что он человек необычайно одаренный. В нем сразу чувствуется искра Божья.
– Что да, то да.
– Видите, как он сразу жестко начал вести свою линию? Им приходится нелегко. Могу только посочувствовать, – и сенатор задумчиво продолжил:
– Мы с ним успели переговорить до того, и он произвел на меня впечатление несгибаемого человека. А потом я сумел разглядеть и другие стороны его характера. В нем много чего намешано. И, как говорится, – палец ему в рот не клади. Опасно.
– Но не для нас.
– Согласен с вами. Когда забота о RU-2 ложится на плечи такого человека, как Дрейкин, то уже можно ни о чем не беспокоиться, – он повернулся к Кейт. – Думаю, и вы тоже спокойны за его судьбу?
– Да.
– Вам кажется, что он надежен?
Так же, как можно назвать надежным штормовой ветер, подумала про себя Кейт.
– Все шаги, которые он предпринимал до сих пор для того, чтобы пробить RU-2, оказались верными и безошибочными.
Сенатор усмехнулся:
– Вы ловко ушли от ответа. Ничего другого я и не ждал, но считал нужным задать вам этот вопрос.
* * *
– И о чем ты так жарко толковал? – спросила Кейт, когда они возвращались от сенатора в гостиницу в предоставленном им лимузине.
Он усмехнулся:
– Обо всем понемножку. Сначала – кое-какие истории из моего темного прошлого, а потом подбросил сведения о RU-2. Для сравнения. В таких дозах, чтобы постоянно подпитывать их интерес, чтобы он не угасал. – Сет помолчал. – Должен тебе признаться в том, что сегодня утром я задумал не только обольстить тебя, но и успел дозвониться до Кендо, узнать, что он успел выяснить насчет Эмилии Сантос. Оказалось, что это еще одна из многочисленных жертв Ишмару. Двадцатилетняя, маленького роста блондинка. И умерла очень нелегкой смертью. Хотя отбивалась от этого выродка кухонным ножом. У него остался шрам на шее после встречи с ней.
– Откуда Кендо смог выудить такие сведения? Все от того же Хименеса?
– Нет, эти сведения взяты из судебного архива, – он помолчал. – А что касается Хименеса, то он умер несколько дней назад.
Кейт не стала спрашивать, отчего и каким образом умер Хименес. Ясное дело – Ишмару прикончил его.
– Почему же он вбил себе в голову, что видит перед собой нечто вроде возрожденной Эмилии?
– Надо еще кое-что уточнить.
Кейт старательно спрятала услышанное в самый дальний уголок сознания. Ей не хотелось сейчас думать о том, что имело хоть малейшее отношение к Ишмару. Сегодня им удалось добиться значительных успехов. Стоит ли спускаться снова на землю? И Кейт решила переменить тему:
– Сенатор счел, что ты весьма незаурядный человек.
– Еще бы. А ты что, сомневалась в этом?
– Нет. Мне просто странно, когда ты успел научиться обращаться с такого рода людьми?
– Школа, полученная в двенадцати приемных домах. Там получаешь такие знания о людях, которые больше нигде не удастся приобрести. И причем ускоренным методом.
– Так ты сирота?
– Не совсем. Отец бросил мать после моего рождения. Но она всеми способами пыталась вернуть его. И не давала проходу еще года два.
– Бросив тебя?
– Меня забрали какие-то представители власти, после того как какие-то безработные, обнаружив меня, заявили полиции, что вот уже три дня ребенок лежит один, без всякого присмотра.
– Да она настоящее чудовище! – прошептала Кейт.
– Наверное. Но бывают и похуже.
Двенадцать приемных домов?! Что мог чувствовать ребенок, которого переправляли как вещь с одного места в другое? Когда от него отказывались воспитатели одного дома, то власти пристраивали его в другой? Ничего нет удивительного, что он не может долго оставаться на одном и том же месте.
Сет улыбнулся:
– Не смотри на меня с таким ужасом. Думаю, что в этих приютах мне было намного лучше, чем у себя дома. По крайней мере меня там кормили.
– В этих домах ты и научился обращаться с людьми?
– Да. Иной раз важно вовремя натянуть вожжи. В другой раз – успеть отскочить в сторону. Главное – не перепутать, когда и что делать.
– И сегодня утром ты тоже «тянул вожжи»?
– Ты с ума сошла! – Он взял руку Кейт и поднес ее к губам. – Но с тобой, должен признаться, очень непросто. У меня такое ощущение, что ты можешь выскользнуть из рук в любую секунду, как форель, и снова скрыться в стремительной горной реке. Так что тебя будет невозможно ни догнать, ни поймать. – Его язык коснулся ладони. – Надо будет заняться этим как следует.
– Что значит «как следует»?
– Увидишь сама. – Его пальцы переплелись с ее пальцами. – Как правило, я ничего заранее не обдумываю до конца. Необходимо оставлять простор для импровизации. Это сильно украшает жизнь. Делает ее забавнее.
– Скажи, пожалуйста, а слово «обращаться» на твоем языке означает то же самое, что «управлять»? Его улыбка исчезла.
– В данном случае ни то, ни другое слово совершенно не подходят. Даже если бы ты и позволила, я бы не смог «управлять» тобой. Это было бы нечестно.
А он был честным во всем. Настойчивый, обольстительный, упрямый… но честный. Он никогда не скрывал от нее то, что задумал. И отвергать что-либо, когда он так открыт и прям, – почти невозможно.
– Да, ты ничего не скрываешь.
– Значит, тебе и не о чем беспокоиться. Ты достаточно умна, чтобы догадаться о моих мотивах, если сама того захочешь.
Но Кейт вдруг поймала себя на том, что ей сейчас довольно трудно отделить физическое влечение к Сету от духовного.
– Сенатор был прав и в том, что ты человек чрезвычайно опасный.
– Ага. Но тебя это качество во мне и привлекает. Как привлекало оно и тех людей, с которыми я беседовал на лужайке. Тебе доставляет удовольствие поиграть с огнем. – Он игриво улыбнулся. – Только вопрос: хочется ли тебе действительно прикоснуться к нему?
Кейт растерянно посмотрела на него.
– Например, сидя на заднем сиденье лимузина?
Кейт продолжала ошеломленно смотреть на него.
– Нет. И не собираюсь.
Он вздохнул.
– Вижу, что ты еще не готова к такого рода штучкам. Что ж, может быть, сенатор еще разок пошлет за нами машину. Ведь мы будем работать с ним рука об руку.
* * *
Странно, как быстро можно привыкнуть к тому, чтобы лежать нагой в объятиях мужчины, лениво подумала Кейт, прислушиваясь к тому, как бьется сердце Сета. И всякий раз при этом испытываешь самые разные чувства. То изысканное возбуждение. А то, например, как случилось сейчас, переживаешь полную расслабленность и состояние удивительного покоя.
– Извини, – прошептал Сет. – Мне нужно глотнуть воды. Никогда не думал, что занятие любовью может вызывать такую жажду.
Кейт приподняла голову, чтобы дать ему подняться, и затем проводила его взглядом до ванной. Послышался шум открываемого крана, а потом Сет вышел, держа в руках стакан с водой.
– Ты всегда столько пьешь! В этом есть нечто таинственное и загадочное.
– Обычно я закуривал. А после того как бросил, понял, что нужно чем-то это дело заменить.
– А когда ты бросил курить?
– Пять лет назад, – допив воду, он поставил ее на ночной столик. – В моем деле столько способов умереть, что совершенно нет надобности заниматься еще и самоубийством.
Сет лег, вытянувшись на кровати, а Кейт прижалась к нему. Помолчав немного, он сказал:
– Я тебе уже говорил, как мне нравится, когда ты вот так, по-детски, приникаешь ко мне? – Сет набросил покрывало на нее и на себя. – Так дети прижимают к себе любимые игрушки, когда ложатся в постель.
– Я не поняла, над кем ты иронизируешь? Надо мной или над собой? – Она мягко куснула его в плечо. – Ну ладно, признаюсь, что ты мой любимый…
Щенок. Слово само собой неожиданно выплыло из памяти. И она спросила:
– Кстати, как твой щенок?
– Хорошо. Я звонил в карантинную службу на прошлой неделе, они сказали, что он уже прибавил в весе. Когда я подобрал его в деревеньке, малыш умирал от голода.
– А что это за село?
Он молчал очень долго, и Кейт решила, что Сет не станет отвечать на ее вопрос. Но ошиблась.
– Просто село. Не знаю, есть ли у него какое-нибудь название.
– А что ты там делал?
– Получил донесение от одного своего человека и пошел посмотреть, так ли все обстоит на самом деле или нет.
– И увидел там щенка. Он тебе понравился?
– Щенок был единственный, кто там остался в живых. А мне нравятся те, кто умеет бороться за свою жизнь до самого конца.
Сет поцеловал ее в кончик носа.
– Впрочем, ты вряд ли захочешь выслушивать все эти рассказы.
Но Кейт вдруг почувствовала острое желание узнать то, что связано с ним, чтобы понять его как можно лучше.
– Как получилось, что в живых остался только щенок? Сет пожал плечами.
– Всех остальных жителей безжалостно убили. – Он искоса посмотрел на нее. – Я же говорил, что тебе это не понравится.
– А кто их убил?
– Хозе Намирес. Он почему-то решил установить контроль над этим уголком мира и нанял меня, чтобы я помог ему в этом деле. Там была довольно запутанная ситуация. Единственной реальной помехой был местный глава продавцов наркотиков – Педро Ардален. Типичный феодальный барон с армией наемников ему под стать. Нам понадобилось три месяца, чтобы очистить территорию. Жители одной из деревень, где любил останавливаться на отдых Ардален, были слишком запуганы и забиты, чтобы отказывать ему в этом. И вот однажды, после очередного такого его отдыха, Намирес решил преподать урок на будущее. Ему показалось мало, что он победил. А когда я нанимался к нему, то поставил условие – никаких репрессий по отношению к мирным жителям.
– А он пошел на это?
– Да, ничего не сказав мне об этом. – Он поцеловал ее щеку. – И я застрелил его.
Кейт показалось, будто ее тело окаменело.
– Вот так просто…
– Без всяких разговоров. – Он поднял голову и посмотрел на нее. И она ясно различила, несмотря на полумрак, царивший в комнате, холодный свет, блеснувший в его глазах. – Довольна? Теперь ты считаешь, что узнала меня таким, какой я есть? Ты ведь этого хотела?
– Да.
– И то, что ты услышала, тебе не понравилось. Да, я такой, Кейт. И не хочу притворяться перед тобой. Если тебе не нравится выслушивать подобные малоприятные вещи, не задавай вопросов.
– Не буду.
Тревожное молчание повисло в комнате.
– Тебе хочется, чтобы я ушел? – спросил Сет.
– Нет.
– И то хорошо, – он прижал ее к себе. – И коли уж ты позволила мне остаться, то… Боже! Ты совершенно измучила меня.
– Что-то я не вижу особых признаков истощения.
– Не могу же я терять своего образа настоящего мужчины. Ты строгий, придирчивый критик. Вот я и стараюсь изо всех сил угодить тебе.
Кейт почувствовала, как внутреннее напряжение незаметно оставляет ее. Тот, другой Сет – отступил далеко в тень, и о нем пока можно было не думать. Между ними существует глубокая пропасть. Но если не пытаться заглядывать в ее глубину, если ничего не выпытывать у Сета, то рядом с ней будет тот человек, который привлекает ее, а не тот, который пугает и вызывает ощущение холода где-то в животе.
Она не могла никак смириться с существованием этого другого Сета. И не желала принимать его.
* * *
На следующее утро пришла бандероль. Портье принес ее после завтрака.
По размерам не больше пакета, в котором хранятся рубашки, завязанный в красно-белую оберточную бумагу, украшенную золотыми звездами.
Кейт открыла пакет и увидела в нем бейсбольную майку той команды, в которой выступал Джошуа.
И приколотую к ней записку:
«Эмилия! Размер тот?»
Кейт вскрикнула.
– Это ничего не значит, – сказал Сет. – Он не знает, где Джошуа. Зато знает, насколько ты беспокоишься из-за него. Насколько тебя легко вывести из себя. Ему хотелось сделать тебе больно, испугать.
– И он добился своего, – Кейт в изнеможении закрыла глаза и взмолилась: «Господи! Сделай так, чтобы это все не коснулось Джошуа. Чтобы эта напасть миновала его». – Позвони, пожалуйста. Узнай, все ли у них в порядке.
И пока Сет набирал номер телефона, Кейт непроизвольно сжимала в руках бейсбольную майку. Выслушав ответ, Сет положил трубку:
– Как я тебе и говорил. Чушь. Филис и Джошуа в полной безопасности.
Только сейчас она смогла перевести дыхание. Какое счастье. Но как долго оно будет длиться?
Занятая этими мыслями, она не видела, как Сет снова набрал номер телефона, выясняя что-то, а затем, положив трубку на аппарат, обратился к ней:
– Пакет появился на столе портье. На нем был указан твой номер. Кто и когда принес, никто не видел.
Кейт промолчала, она и не ожидала, что обнаружатся какие-то следы.
– У нас всегда есть запасной вариант – поехать в Амстердам, – спокойно заметил Сет.
Надежда вспыхнула в ней и тут же погасла.
– Это не остановит его. Он все равно отправится следом за нами. До тех пор пока он будет видеть перед собой мишень в моем лице, он не станет разыскивать Джошуа, – сказав это, Кейт швырнула пакет в мусорный ящик.
До чего же ей хотелось самой верить в свои слова.
* * *
Следующая бандероль прибыла на другой день. В ней лежала бейсбольная кепка и короткая записка: «Я ищу его, Эмилия».
Через два дня пакет был намного уже и длиннее. В нем оказалась старая бейсбольная бита Джошуа, на которой сохранился след удара о дерево, а в записке – «Я уже совсем близко».
– Попрошу портье, чтобы он оставлял все бандероли у себя, – предложил Сет. – И буду открывать их сам.
– Нет, – Кейт бережно положила биту на стол возле себя. Она заметила, что пальцы ее лишь слегка дрожали при этом. Как странно. У нее возникло ощущение, будто она смотрит на себя со стороны.
– Почему? – недоумевал Сет. – Он же истязает тебя, нанося удар за ударом. С того дня, как появилась первая бандероль, ты производишь впечатление человека, который идет по канату над пропастью.
– Он догадается, когда я перестану открывать их.
– Ишмару не умеет читать мысли. О его телепатических способностях я не слышал.
– Догадается, – упрямо повторила Кейт. Ей казалось, что нет ничего, что она сможет скрыть от этого страшного человека. – Ему доставляет удовольствие мучить меня.
– Но мне это не доставляет удовольствия.
– Эти угрозы на какое-то время отвлекают его внимание. А значит, он бездействует. – Кейт усталыми шагами направилась в спальню. Не думай об этом. Выбрось из головы. Нужно суметь справиться с этим кошмаром. – Мне надо одеться. Майгеллин пригласил нас на ленч.
– Больше так не должно продолжаться, Кейт. Ты не выдержишь этой пытки.
– Выдержу. Я выдержу что угодно, лишь бы Джошуа оставался в безопасности.
* * *
– Вот признание Лилы Роббинс, – Блант положил лист бумаги на стол перед Огденом. – Ты даже не представляешь, каких усилий это нам стоило. – Он сел в кресло перед столом. – И не представляешь, каких усилии нам будет стоить привлечь ее к суду в качестве свидетеля.
– Отложи это пока. Может быть, хватит и того, чтобы передать ее в руки репортеров. О чем она рассказала? Блант пожал плечами.
– Три года назад она работала медсестрой в Кеннебрукской больнице, которая находится в Дандридже, где лежал отец Кейт Денби. У него была последняя стадия рака. Он был обречен. Медсестра Роббинс помнит, насколько опечалена и подавлена была Кейт. А однажды она случайно услышала, как отец упрашивал дочь дать ему снотворное. Через два дня после того, как его перевели в частную клинику, он умер.
– И миссис Роббинс считает, что Кейт отравила его? Есть какие-то доказательства?
– Никаких. Впрочем, по ее словам, вскрытия не производили, поскольку знали, в каком состоянии он находится.
– Отлично, – потер руки Огден. – Женщина, убившая своего собственного отца! Толпа будет улюлюкать при виде ее.
– Может последовать и противоположная реакция, – возразил Блант. – Убийство из сострадания вызовет понимание, почему она занялась этой темой.
– Чушь! Никто не поверит женщине, которая три года назад совершила убийство. А нельзя ли провести вскрытие сейчас?
Блант покачал головой:
– Больного осмотрел врач, который подписал свидетельство о смерти. После чего тело кремировали.
– Очень удобно. А почему медсестра молчала до сих пор?
– Она сказала, что это вряд ли единственный случай, когда врач соглашается помочь больному избавиться от страдании. И тут уж каждый выбирает свой способ. И когда она прочла про убийство полицейского и увидела фотографию Кейт, тут же вспомнила про ее отца. А когда на сцене появился наш человек, медсестра решила, что деньги, которые ей посулили, не помешают в жизни.
– Это всего лишь слова. Кровь Кейт можно попортить, но, в сущности, никаких настоящих доказательств мы не имеем. А как называется клиника, в которую она перевезла отца?
– Пайнбридж.
– И что тебе удалось выведать там?
– Ничего. Мне показалось, что показаний медсестры Роббинс вполне достаточно. Наш человек там уже достаточно намозолил глаза.
Огден поморщился:
– Ну ладно, и этого хватит. Нам надо вывалять эту Денби в грязи с ног до головы. Через две недели она собирается дать большое интервью по телевидению. Проныра Майгеллин сумел приостановить подписание законопроекта. Каким образом им все удается?
– Дрейкин?
– Не будь идиотом. Это полууголовник. У нас появится в этом месяце восемь статей в разных журналах о его темном прошлом.
– Он выглядит достаточно безответственным человеком, чтобы отпугнуть от этого дела большинство людей, – пробормотал Блант. Досье, которое подготовил Огден на Дрейкина, вызывало у него большой интерес. Это был ключ, которым можно было открывать сказочную пещеру. Слава Богу, Огден не заметил этого. – Думаю, наше отступление временное. Итак, мне следует отправить кого-нибудь в Пайнбридж?
– Кажется, я достаточно ясно и недвусмысленно выразился по этому поводу?
– Просто я хотел уточнить. Вдруг я что-то не так понял. – Блант улыбнулся. – Нисколько не сомневался, что должен отправить туда человека. Мне нужна была только четкая команда.
* * *
– Нет, – ответил Ишмару. – Я еще не готов.
– Что ты хочешь этим сказать? Ты же сам хотел.
– Нет, сейчас я не буду этого делать, но я выполню твою просьбу – это мне на руку. – Он помолчал. – Если ты скажешь, где она прячет своего сыночка.
– Нам пока не удалось ничего выяснить.
– Только потому, что не умеете работать. Почему вы не поставили подслушивающее устройство в комнате?
– Пытались. Но Дрейкина в таких вопросах не проведешь.
– А прослушать телефонные разговоры на линии?
– Он пользуется цифровым. Надо, чтобы рядом с отелем дежурил специальный автомобиль с аппаратурой, а это слишком опасно. Могут довольно быстро обнаружить, будет скандал. Поэтому Огден и не дает на это разрешения, они же теперь на виду у прессы.
– Найди другой способ, как подкопаться под них.
– Это не просто отель. Это небоскреб. И организовать…
– Мне надо знать, где этот мальчишка.
Блант вздохнул:
– Я делаю все, что в моих силах.
– Пока еще нет. Найди его.
* * *
Все идет слишком хорошо, подумала Кейт, глядя, как сенатор Майгеллин потчует кофе женщину-конгрессмена из штата Айова. Трудно было устоять против того обаяния, которое он излучал.
И то же самое можно было сказать про Сета. Кейт посмотрела в ту сторону террасы, где он беседовал с несколькими членами сената. Они оба воспользовались выпавшей минутой для того, чтобы отдохнуть и получить удовольствие от жизни. Чего Кейт не могла бы сказать о себе.
Майгеллин посмотрел на нее поверх головы дамы из конгресса и улыбнулся.
Наверное, ему нужна помощь. Нет, кажется, нет, потому что сенатор поднялся и направился к ней.
– Что-то не так? – спросила Кейт, когда он подошел.
– Не знаю. Вы выглядите… немного издерганной.
– Да нет. Со мной все в порядке.
Он сосредоточенно оглядел ее.
– Вы уверены?
Кейт ни в чем не была уверена. За исключением того, что должна до конца выдержать сегодняшнюю пытку. Сегодня утром бандероль не появилась, и она не знала, как это расценить. Хороший это знак или плохой. Выдержав взгляд Майгеллина, она кивнула:
– Спасибо за внимание, но вам пора возвращаться к своей гостье.
Он поморщился:
– После первых двух минут разговора с ней у меня разболелась голова.
– Но нам уже удалось перетянуть кого-то в свой стан?
– Да, на этой неделе согласием ответили Вайле и Дебрук. – Он мягко положил ладонь ей на плечо. – Это, конечно, еще ничего не решает, но мы делаем все, что можем.
Кейт улыбнулась ему в ответ:
– То же самое, что я говорила Сету.
– Он несет свою ношу. – Пожав ей руку, Майгеллин вздохнул. – А я вернусь к своей.
– Когда будет поднят вопрос о голосовании?
– На следующей неделе. Если нам не удастся снова передвинуть его.
Следующая неделя. Кейт почувствовала, как ее охватил страх. Скоро. Слишком скоро.
– Ты знаешь о том, что вопрос будет ставиться на голосование на следующей неделе? – спросила она у Сета, когда он подошел к ней перед ленчем.
Он кивнул в ответ:
– Майгеллин уже предупредил меня.
– И ты при этом так спокоен! Черт возьми, это же так скоро!
– Может быть, Майгеллину снова удастся перенести голосование. Он пользуется большим уважением. Даже его политические соперники отзываются о нем с симпатией.
– Жаль, что мы втянули его в это дело. Он сказал, что это может отразиться на его карьере.
Сет пожал плечами. И Кейт согласно кивнула головой.
– Конечно, RU-2 стоит того, но мне очень не хочется идти по стопам Ноя и затаскивать в воронку безумного водоворота других. Мне не хочется становиться жестокосердной.
– Ты уже стала, – Сет слегка прикоснулся к ее щеке тыльной стороной ладони. – Постарайся продержаться еще часок. После этого мы можем вернуться в отель. – Он повернулся и пошел по направлению к Майгеллину.
Продержаться. Это значит надо улыбаться, разговаривать со всеми. Не думать про бандероль, которая, быть может, ждет уже в номере.
– Вас просят к телефону, доктор Денби, – дворецкий Джозеф остановился возле нее с аппаратом в руках.
Кейт напряглась. Это мог быть Тони. Или Мерил Кимбро. Они постоянно переговаривались эти дни. А мог быть и…
– Я нашел его, Эмилия, – услышала она голос Ишмару. И тут же раздался щелчок.
Страх вспыхнул в ней. Ишмару обманывал. Ему хотелось испугать ее, помучить как можно сильнее.
– А еще джентльмен сказал, что для вас есть бандероль в фойе, – сказал Джозеф. – Принести? – И, не дожидаясь ответа, он поспешил прочь.
Сет. Как ей хотелось позвать его.
«Подойди ко мне. Помоги. Скажи, что он опять соврал».
Но Сет все еще продолжал разговаривать с Майгеллином. Так что придется самой подойти к нему.
Кейт не успела сделать и нескольких шагов, как увидела спешащего ей навстречу Джозефа, который, улыбаясь, нес бандероль. Красно-белые полоски, украшенные золотыми звездами.
Кейт застыла, увидев бандероль, словно это была змея.
Все звуки внезапно исчезли… И ей казалось, что все окружающие ее люди двигались в замедленном темпе…
Сет повернулся в ее сторону в ту самую минуту, когда она взяла в руки бандероль и начала развязывать ее. Он тут же кинулся к ней с криком:
– Кейт, не…
Но она не слышала его. Освободив от оберточной бумаги коробку, она подняла крышку…
Волосы. Кровь. Мягкие, шелковистые каштановые волосы. Вихор Джошуа.
Джошуа!
Внезапно темнота окутала террасу. И Кейт погрузилась в этот благодатный спасительный мрак.
* * *
– Очнись! Ты меня слышишь, черт возьми!
Требовательный, обеспокоенный голос Сета звал ее.
– Кейт! Очнись. Пожалуйста.
Его голос был таким просительным, что Кейт не могла не отозваться и открыла глаза.
Лицо его исказилось от муки страдания. Глаза сверкали от гнева. Что-то произошло. Сету плохо. Значит, ей надо что-то делать…
Нет, дело не в нем.
ДЖОШУА!
Кейт еще крепче зажмурилась. Нет, этого не может быть. Надо забыть об этом… Забыть…
– Кейт. Это не его волосы. Лжет. Она видела своими глазами.
– Клянусь тебе, это не он. – Сет протянул телефон. – Джошуа на проводе. Поговори с ним. Ну хорошо. Можешь не говорить. Просто слушай.
– Мама, что с тобой? Сет сказал, что тебе плохо. Голос Джошуа. Это – чудо.
– Джошуа… – едва смогла прошептать она.
– Мама, ты так меня испугала. Что случилось?
Ей с трудом удалось сглотнуть комок, застрявший в горле:
– Ничего. Ничего. Просто я очень соскучилась по тебе. С тобой все в порядке?
– Конечно. Только мне нечем заняться. Когда мы сможем уехать отсюда?
– Скоро. Я надеюсь, что очень скоро. – Слезы хлынули у нее по щекам. Голос задрожал. Она больше не могла говорить и вернула трубку Сету.
Негромко переговорив еще о чем-то с Джошуа, Сет убрал трубку в карман.
– Убедилась?
Она кивнула:
– Не могу поверить…
– Молчи. Успокойся и лежи.
Кейт огляделась, рассматривая затененную комнату.
– Где мы?
– Пока все еще у Майгеллинов. Ты была без сознания почти четыре часа.
– Как ужасно…
– Вот уже о чем ты должна меньше всего заботиться.
– Этот вихор… Он всегда торчал у Джошуа на макушке.
– Знаю. Ишмару постарался подобрать подходящие по цвету. – Тон его стал еще более жестким. – Будь он проклят!
– Он убил маленького мальчика только для того, чтобы сделать мне больно? – Кейт было трудно поверить в такое бессмысленное злодейство. Впрочем, она так много уже знала об Ишмару, что это почти ничего нового не добавило.
– Кейт, я ненадолго оставлю тебя одну, хорошо? Там, внизу, полицейские. Им надо взять показания. Я постараюсь убедить их, что вполне могу заменить тебя.
– Но со мной уже все в порядке. Спасибо.
Сет крепко сжал ей руку и встал:
– Я ненадолго. Попытайся немного вздремнуть.
Что не составит для нее ни малейшего труда, вяло подумала Кейт. Она чувствовала себя безумно уставшей. Она думала о Джошуа, о том, как играли с ним в бейсбол. Счастливейшие минуты их жизни. И как далеко они сейчас…
Джошуа…
* * *
Кейт все еще спала, когда час спустя к ней вошел Сет.
Это был благодатный сон. Единственное, что сейчас могло вернуть ей силы.
Сет остановился возле кровати, глядя на нее. Тревожная складка возле бровей почти не сходила с ее лица с того самого момента, как он впервые увидел ее. И ничего удивительного. Все то время, что он знал Кейт, ее собственная жизнь, жизнь ее сына и свекрови постоянно висела на волоске.
Волна нежности нахлынула на него. Но он не позволил себе дотронуться до Кейт, чтобы не разбудить, а вместо этого подошел к окну. Как же ему не хотелось, чтобы ее терзали эти мысли и чувства. Как же ему хотелось поскорее вытащить ее из этого водоворота. Он уговаривал себя не испытывать к ней жалость и нежность, зная, что это хуже цепей приковывает к другому человеку.
Его собственная вина. Он с самого начала понял, как много она для него значит. И вместо того чтобы изгнать из себя это стремительно возрастающее чувство, он сломя голову бросился в бездну страсти. Хотя и знал: Кейт никогда не захочет большего в их отношениях, чем сейчас.
Значит, надо наслаждаться тем, что есть. Ну конечно. Что еще ему оставалось?
Отбросив в сторону все, что касалось чувств и переживаний, Сет начал думать о том, что должен сделать для того, чтобы Кейт осталась жива. Что-то, связанное со всем этим, тревожило его. Вызывало ноющую боль. Желая проверить свои подозрения, Сет решил переговорить с Джозефом, прежде чем отвезти Кейт в отель.
Оглянувшись, Сет почувствовал, как его охватывает жалость и нежность к измученной и исстрадавшейся молодой женщине. Он должен уберечь ее. Должен.




Предыдущая страницаСледующая страница

Читать онлайн любовный роман - После полуночи - Джоансен Айрис

Разделы:
Пролог1.2.3.4.5.6.7.8.9.10.11.12.13.14.15.16.17.18.

Ваши комментарии
к роману После полуночи - Джоансен Айрис



Сильная героиня, только сомнительно, что она была бы с героем, если бы его друг не погиб. Тот подходил ей больше. Поэтому очень сомневаюсь в ее любви. А так и сюжет захватывает, и персонажи все понравились, хотя насилия многовато: 6/10.
После полуночи - Джоансен Айрисязвочка
17.10.2012, 10.56








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100