Читать онлайн Сезон любви, автора - Джоансен Айрис, Раздел - Глава 2 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Сезон любви - Джоансен Айрис бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

загрузка...
Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 9.15 (Голосов: 39)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Сезон любви - Джоансен Айрис - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Сезон любви - Джоансен Айрис - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Джоансен Айрис

Сезон любви

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

Глава 2

Мэлори показалось, что, с тех пор как они покинули пригороды Марасефа, лимузин едет целую вечность, но вот наконец ее взору открылось большое белое строение, плывущее словно мираж пустыни на багровом фоне заходящего солнца. Да, подумалось Мэлори, от этого восточного Зазеркалья можно ожидать любых чудес.
Это был даже не дом, а скорее дворец – с плавными округлыми арками, длинными узкими окнами, обрамленными кружевной резьбой по камню, и двором, выложенным мозаичной плиткой, которая сделала бы честь сказкам из «Тысячи и одной ночи».
Мэлори подалась вперед и тронула за плечо усатого водителя лимузина:
– Съемки будут проходить здесь, Омар?
Он улыбнулся и кивнул:
– Кандрахан.
– А почему не видно никаких других машин? Или существует еще одна съемочная площадка?
Мэлори встретила в зеркале заднего вида непонимающий взгляд шофера и умолкла. Что она за дура! Омар знает лишь несколько слов по-английски – она выяснила это сразу же после того, как вышла из-за таможенного барьера в аэропорту. Он стоял с плакатом, на котором было написано «Глобал синема» и ее имя, а чуть позже с помощью языка жестов кое-как объяснил Мэлори, что его зовут Омар и что он должен отвезти ее… куда-то. Упоминание о Кери Литцке не произвело на него ни малейшего впечатления, и после этого растерянная Мэлори оставила тщетные попытки с ним объясниться. Видимо, вышла какая-то путаница, и Кери не сумел встретить ее. Во время любых съемок такое случается на каждом шагу, а Мэлори сейчас была слишком уставшей от долгого перелета, чтобы забивать себе этим голову.
Она пыталась уверить себя в том, что ее просто укачало. В конце концов, любой человек, проведший в самолете столько часов подряд, будет себя чувствовать таким же вялым и разбитым.
– Кандрахан, – повторил шофер, когда лимузин въехал во двор и остановился напротив широких дверей центрального входа.
– Это я уже поняла, – сказала Мэлори, вновь пожалев, что с ней сейчас нет Кери Литцке. Рядом с ним ей было бы гораздо спокойнее. Дворец выглядел каким-то неземным. Раскинувшаяся вокруг голая пустыня заставляла его выглядеть одновременно уютным и затерянным.
Оживленно бормоча что-то на языке, на котором, как предположила Мэлори, говорили жители Седихана, Омар открыл дверцу автомобиля и помог ей выбраться наружу. По крайней мере, шофер не действовал на нервы.
Наверное, она все же ведет себя глупо, подумалось ей. Если бы ее нервы не были измотаны событиями последних недель, она бы сейчас испытывала любопытство и восхищение, но уж никак не страх.
Мэлори наблюдала за тем, как Омар вынимает из багажника ее чемоданы и ставит их на мозаичный пол двора. Никто не вышел из дворца, чтобы встретить ее, а ведь здесь наверняка должны быть слуги, секретари или…
– Кандрахан, – в третий раз проговорил Омар, садясь за руль и включая зажигание.
– Подождите! – Мэлори в тревоге шагнула вперед. – Куда вы уезжаете? Почему…
– Кандрахан. – Омар нажал на акселератор, машина сорвалась с места, выехала со двора и через несколько секунд уже мчалась по направлению к Марасефу. Мэлори беспомощно провожала ее взглядом до тех пор, пока лимузин не скрылся из виду.
– Не желаете войти в дом?
Она резко обернулась. В освещенном изнутри дверном проеме возвышалась фигура Сэбина Уайта.
Мэлори словно парализовало, и одновременно ей показалось, что спина ее непроизвольно выгибается – точь-в-точь как у кошки, почуявшей опасность.
– На вашем месте я все же вошел бы внутрь. После захода солнца в пустыне бывает довольно холодно.
Его глубокий, с модуляциями голос, похожий на голос Ричарда Бартона, и манера тщательно выговаривать каждое слово, немедленно подействовали на Мэлори. Глядя на жесткий внешний облик Сэбина Уайта, она никак не ожидала, что он обладает подобным голосом.
Мэлори сделала шаг, затем другой.
– Видимо, это не случайное совпадение, мистер Уайт?
– Совпадения вообще редки в этом мире, – проговорил он с саркастической усмешкой, – а сегодняшняя наша встреча уж точно не относится к их числу.
– Значит, нет никакого «Глобал синема»? Никаких съемок нового фильма?
– Отчего же! «Глобал синема» есть и является одним из моих последних приобретений. И, возможно, мы действительно найдем для вас роль во «Взлете». Обсудим это чуть позже. – Улыбка на его лице угасла. – Как видите, мне пришлось изрядно похлопотать для того, чтобы заполучить вас в свое распоряжение.
– В свое распоряжение… – эхом повторила Мэлори. – Вот оно что. – Она окинула взглядом пустынные песчаные холмы, раскинувшиеся вокруг дворца. – Чудесное местечко. Тут можно бросить труп где угодно, и его никто никогда не найдет.
– А вы как-то даже чересчур спокойно говорите о такой возможности.
– Нет, я вовсе не спокойна. – Мэлори облизнула губы. – Я настолько устала, испугана и разочарована, что мне впору завыть. Однако, по моему глубокому убеждению, ни из одной сложной ситуации невозможно выпутаться, если закрывать глаза на ее темные стороны.
Несколько мгновений Сэбин Уайт стоял, молча глядя на Мэлори, затем отступил в сторону.
– Зайдите в дом и сядьте, пока не упали в обморок, – резким тоном велел он. – В ближайшее время я вас убивать не намерен.
– Какое счастье! – Она с трудом поднялась по ступенькам и вошла в огромный вестибюль. – А я в какой-то момент поверила, что именно это вы и собираетесь сделать. В зале судебных заседаний вы так таращились на меня, что едва не просверлили во мне дырку.
– Я не таращился.
– Нет? А мне показалось, что это было именно так. – Она повернулась, чтобы посмотреть ему в лицо, и на мгновение забыла, что хотела сказать. Теперь, когда на нем не было того изысканного костюма, в котором она привыкла его видеть, Сэбин Уайт выглядел совсем иначе. Узкие крепкие бедра были обтянуты мягкими бледно-голубыми джинсами, две верхние пуговицы синей хлопчатобумажной рубашки расстегнуты, а в вырезе на груди виднелись густые каштановые волосы. Мэлори с трудом оторвала взгляд от тела Сэбина и заставила себя взглянуть ему в лицо.
– Ладно, давайте наконец покончим со всем этим. Вы полагаете, это я убила Бена?
– Нет. – Он закрыл дверь. – Я знаю, что вы этого не делали.
Глаза женщины удивленно раскрылись.
– В таком случае почему я нахожусь здесь?
– Потому что вы мне кое-что должны.
– Что именно?
Губы Уайта скривились в насмешливой улыбке.
– Вы очень хорошая актриса, но сейчас я попросил бы вас не прикидываться. Вы прекрасно понимаете, что я имею в виду.
– Я ничего вам не должна. Я вас даже не знаю.
– Да, раньше мы никогда не встречались, однако очень хорошо знакомы через Бена. Его, пожалуй, даже можно назвать посредником между нами.
У Мэлори медленно сжались кулаки.
– Послушайте, я очень устала. Я сейчас не способна играть в разные игры. Очень прошу вас, перестаньте темнить и объясните внятно, зачем вы меня сюда притащили.
В его серо-голубых глазах блеснул гневный огонек.
– Я и сам устал от этих шарад. Что ж, извольте. Будем говорить напрямик. Вы находитесь здесь для того, чтобы делить со мной постель на протяжении следующих шести месяцев.
– Вы сошли с ума, – едва выговорила Мэлори, ошеломленно глядя на мужчину.
– Нет, я считаю, что это будет вполне справедливой сделкой, – возразил Уайт. – Даже если вы не разделяете моей уверенности.
Мэлори покачала головой:
– Я не понимаю, о чем речь.
В ответ мужчина нетерпеливо нахмурился.
– О своей постели. Так или иначе, вы мне нужны. На полгода. – Поскольку Мэлори продолжала молчать, непонимающе глядя на него, Сэбин со сдержанной яростью повернулся к ней спиной и бросил:
– Если в данный момент вы не желаете говорить со мной откровенно, я не могу вас к этому принудить. – Он дернул за веревку звонка. – Нилар покажет вам вашу комнату, а через час я жду вас у себя. Выпьем чуть-чуть перед ужином. И не пытайтесь сговориться ни с кем из обслуживающего персонала. Я лично убедился в том, что никто из слуг не говорит по-английски.
В холле появилась коренастая женщина, закутанная в темно-зеленый восточный наряд. Сэбин подозвал ее жестом и произнес несколько слов на незнакомом языке. Женщина посмотрела на Мэлори:
– Ваш багаж принесут к вам в комнату. Надеюсь, вам у нас понравится.
Взгляд Мэлори непроизвольно метнулся к входной двери.
– Нет. – В спокойном голосе Сэбина прозвучала стальная нотка. – На пятьдесят миль в округе нет ни одного населенного пункта. Сомневаюсь, что вам удастся добраться куда-нибудь и остаться в живых. Пустыня не жалует чужаков.
– Надо сказать, у вас с пустыней много общего.
– Но мы-то с вами не чужие, – с горечью усмехнулся Уайт. – По крайней мере, вы мне точно не чужая. Я мечтаю о вас уже больше трех лет.
– Я ровным счетом ничего не понимаю, – устало произнесла Мэлори. – Нам нужно объясниться.
– В нашем распоряжении целых полгода. Я уверен, что мы найдем немного времени и для беседы.
Сэбин, казалось, раздевал ее взглядом, особенно долго задержав глаза на полной груди Мэлори. Она почувствовала, как ее тело пронизывает горячий поток – настолько сильный, насколько и неожиданный. Ее охватило возбуждение – откровенное, примитивное и ничем не прикрытое.
Встретившись с ней глазами, Сэбин кивнул – неторопливо и одобрительно.
– Я думаю, мы с вами понимаем друг друга. Если вы мне понравитесь, вас ожидает весьма приятное время. Но я не люблю, когда меня обманывают, Мэлори.
– Обманывают? – Она отвела взгляд в сторону и покачала головой. – Если кого-то и обманули, то именно меня. Скажите, тот симпатичный человек, Кери Литцке, знал, что вы замышляете, когда заманивал меня сюда?
Рот Уайта вытянулся в ниточку.
– Кери пришелся вам по душе? Вы ему тоже понравились. Потому-то я и решил оставить его в Марасефе. Видите ли, я становлюсь жадным, когда речь заходит о времени, которое нам предстоит провести вместе. Итак, до встречи за ужином, – кивнул Сэбин, давая понять, что разговор окончен.
– Но мы должны… – начала Мэлори и тут же умолкла. Сэбин, не обращая на нее внимания, уже шел по направлению к длинному освещенному коридору. На мгновение задержавшись, он бросил через плечо:
– Наденьте лиловое платье. Вам идет этот цвет.
Сказав это, он ушел. Мэлори осталась стоять, обескураженно глядя ему вслед.
Нилар подергала ее за рукав. Посмотрев сверху вниз, Мэлори увидела, что невысокая женщина жестами зовет ее, и последовала за ней, на ходу пытаясь осмыслить сказанное Сэбином. Бесспорно, ей еще предстоит найти отсутствующие фрагменты этой головоломки для того, чтобы сложить для себя всю картину происходящего. Сейчас же объективно было следующее: во-первых, Сэбин Уайт считает, что она его в чем-то обманула, а во-вторых, одним из виновников цепи происходящих с ней несчастий был Бен. Впрочем, последнее ничуть ее не удивляло. Во всех бедах, которые сыпались на ее голову за последние два года, так или иначе был замешан Бен. С какой стати что-то должно измениться после его смерти?
Ну хорошо, положим, Сэбин Уайт разъярен, однако его считают чрезвычайно умным человеком, а значит, его, возможно, удастся убедить в том, что тут какое-то недоразумение.
Может, он, конечно, и умен, но то, что он к тому же безумно, варварски чувствен – бесспорно. Мэ-лори не вчера родилась и прекрасно понимала, что таил в себе тот влажный взгляд, которым он ее ощупывал. Однако, судя по рассказам Бена, Сэбин Уайт меняет любовниц чаще, чем галстуки. Зачем же она понадобилась мужчине, который в состоянии заполучить любую из самых блистательных женщин мира?
Мэлори вновь оказалась у отправной точки своих рассуждений.
Нилар отворила дверь в конце коридора и опять поманила ее за собой. Комната оказалась милой и просторной. Пол в ней был выложен светлой плиткой, вступавшей в причудливый контраст с бирюзовыми бархатными шторами и таким же покрывалом на кровати. Бирюзовый цвет царил здесь повсюду.
Восточная экзотика. Мэлори поежилась. Это понятие подразумевало нечто чужеродное. Она и впрямь была здесь чужаком, ощущая себя более одинокой, чем когда-либо.
Прислушавшись к себе, Мэлори мрачно констатировала, что вялость, которую она испытывала на пути из аэропорта, сменилась агрессией и желанием отомстить. Эти проклятые приступы дрожи, похоже, возвращались. Черт, более неподходящего момента и представить нельзя. Когда она вновь встретится с Сэбином, ей необходимо быть спокойной и уверенной в себе. Она просто обязана взять себя в руки! Что ж, Мэлори примет одну из волшебных пилюль доктора Блэйрена и будет готова к любым испытаниям.
* * *
– Вы все же надели то, что я просил. – При появлении Мэлори в гостиной Сэбин поднялся и одобрительным взглядом окинул ее затянутую в лиловый шелк фигуру. – Откровенно говоря, я не надеялся на то, что вы это сделаете.
– Я подумала, что глупо ссориться из-за подобной ерунды. У нас есть темы поважнее. Бен, к примеру. – Мэлори остановилась у порога гостиной. – Насколько я понимаю, все это каким-то образом замыкается на нем, не так ли?
– Да, так. Садитесь здесь. – Сэбин протянул руку по направлению к ней. – Вы обратили внимание на то, что я еще ни разу к вам не прикоснулся?
Мэлори почувствовала, что ее щеки залил горячий румянец. Жест Сэбина был столь же надменным и сексуальным, как и он сам.
– Послушайте, – заговорила Мэлори, – я понимаю, вы и Бен – братья, но…
– Сводные братья. – Со стоявшего перед ним столика он взял шейкер, налил из него в бокал коктейль и подошел к ней. – Готов поспорить: он частенько говорил вам, что не испытывает ко мне никаких братских чувств.
– Он вам завидовал.
– Да, моим деньгам. Бен всегда хотел обладать властью, не прилагая для этого никаких усилий. Уайт протянул женщине бокал.
– Не судите его слишком строго, – возразила Мэлори, рассеянно принимая бокал. – Скорее он был очаровательный мальчуган, который никак не взрослел.
Уайт протянул руку и обхватил ладонью шею женщины.
– Вы любили его?
Мэлори чувствовала, как, словно обезумев, забился пульс у нее на горле под теплой шершавой ладонью Сэбина.
– Да… Поначалу…
Его глаза, устремленные на лицо женщины, сузились.
– А что заставило вас изменить свое отношение к нему?
– Я не… – Мэлори не хватало воздуха, хотя он и не сжимал ее шею. Ей чудилось, будто какая-то чувственная цепь намертво приковывает их друг к другу. Ей стоило огромных усилий отвлечься от этих ощущений и переключиться на то, что ей предстояло ответить. – Я полагала, что мальчиком он был только снаружи, а внутри скрывался мужчина. Оказывается, я заблуждалась.
– Вы собирались его бросить? – В голосе Сэбина внезапно прозвучала беспрекословная требовательность. – Если бы этого ублюдка не убили, вы бы бросили его?
– Наверное. – Мэлори попыталась отступить назад, но тут же почувствовала, как кольцо на ее шее сжалось. – Не знаю. Я была ему нужна.
– О да, несомненно! Вы были ему нужны, да еще как! – хищно оскалился Сэбин. – Вы для него были весьма ценным приобретением. – Его хватка стала еще крепче. – А может, вы работали единой командой?
– Отпустите меня, Сэбин, – спокойно попросила она.
Его пальцы медленно разжались, рука упала и повисла вдоль тела. И тем не менее женщина по-прежнему ощущала некую невидимую нить, протянувшуюся между ними.
– Нет. Просто мне казалось, будто я в ловушке.
– Мне знакомо это чувство. В течение долгого времени оно терзало и меня. – На скулах Сэбина играли желваки. – Я не хочу причинять вам боль. Бывали моменты, когда мне этого хотелось, но… Лучше бы вы добровольно пошли мне навстречу.
Она беспомощно смотрела на стоявшего перед ней мужчину. Атмосфера была настолько напряжена, что Мэлори задыхалась. Она еще никогда не испытывала ничего подобного. Сексуальная энергия, струившаяся из этого человека, заполняла все вокруг. До сознания Мэлори вдруг дошло, что ту же самую исходившую от него первобытную силу она улавливала в зале суда, но ошибочно принимала ее за потоки ненависти. Эта энергия странным темным магнитом притягивала ее к нему, подчиняла себе на протяжении последних наполненных страхом недель.
Мэлори с трудом оторвала взгляд от Уайта и сделала шаг назад.
– Я, видимо, должна быть польщена вашим вниманием к своей персоне, однако на самом деле это вполне обычное явление. – Она поднесла бокал к губам и сделала глоток мартини. – Некоторые люди, увидев ту или иную актрису на экране, начинают испытывать по отношению к ней нездоровое влечение.
Мэлори чувствовала, как напрягся мужчина, и, подавляя в себе страх, отпила еще немного. Господи всемогущий, она, наверное, говорит совсем не то, что следует. Сэбин Уайт не какой-нибудь психованный поклонник, с которым можно разговаривать подобным образом.
Взгляд Мэлори упал на бокал в ее руках, и она поняла, что вообще все делает не так. Ведь доктор предупреждал ее: ни в коем случае не употреблять спиртное, когда принимаешь успокоительные таблетки. Она немедленно поставила бокал на стоявший рядом столик.
– Но, согласитесь, при чем тут я? Это, видимо, продолжение какого-то противостояния, возникшего некогда между вами и Беном.
– Нет, черт возьми, вы здесь очень даже при чем. Неужели он и впрямь никогда не рассказывал вам, как все это началось? – Губы Сэбина растянулись в насмешливой улыбке. – Три года назад, когда Бен еще работал в нашей фирме в Лондоне, туда приехал я, и мы с ним отправились на премьеру «Неудачного брака», на которой присутствовал авторский коллектив. – Он вдруг заметил, как подобралась Мэлори, и кивнул:
– Да, да, и у вас там была маленькая роль. Я был очарован вами с первого взгляда. Я даже не пытался скрыть это от Бена. После показа фильма я намеревался пройти за кулисы, чтобы нас познакомили, однако меня неожиданно вызвали, и мне пришлось уехать еще до начала премьеры. В Седихане сложилась чрезвычайная ситуация, которую не удавалось разрешить в течение нескольких месяцев, и как раз в это время Бена застукали на том, что он запустил лапу в кассу фирмы. Я послал его ко всем чертям и в следующий раз услышал о нем только тогда, когда было объявлено о вашей свадьбе.
– То есть вы думаете, что… Нет! Он не мог так поступить! – Мэлори с ужасом смотрела на Сэбина. – Он не стал бы жениться на мне только для того, чтобы досадить вам.
– Вы полагаете? В таком случае расскажите, как вы с ним встретились.
– Нас познакомил мой коммерческий агент. Он сказал, что Бен надоедал ему несколько месяцев подряд, требуя… – Мэлори потрясла головой. Нет, тут какая-то ошибка. На несколько мгновений свет в ее глазах померк, и комната погрузилась во тьму. Что, черт побери, с ней происходит? Она сделала глубокий вздох, и мгла вокруг нее стала постепенно рассеиваться. С минуту Мэлори сидела молча, припоминая, о чем они в свое время разговаривали с Беном. – Бена можно было назвать безответственным, но негодяем – нет.
– Подумайте как следует. – Взгляд Уайта был прикован к ее лицу. – Господи, да вы сейчас, похоже, в обморок упадете.
– Я в порядке, – с трудом выдавила Мэлори, но это было не правдой. Она чувствовала себя просто ужасно. Именно сейчас ей была необходима ясная голова, а вместо этого перед глазами у нее все плыло, а руки и ноги предательски дрожали. Бен частенько бывал угрюмым, порой даже грубым, но он был не способен на тщательно обдуманную подлость. Она подняла растерянный взгляд на Сэбина.
– Этот подонок просто-напросто украл вас. Какое право он имел отбирать вас у меня! – Голос Уайта был низким и напряженным. Глаза на его обострившемся лице горели. – А вы не имели права играть в гнусные игры, пытаясь обдурить меня.
Мэлори была полумертвой от усталости и потрясений, которые обрушивались на нее в течение всего сегодняшнего вечера, да еще и это проклятое головокружение вернулось. Она очень медленно, чтобы не помутилось в глазах, повернула голову и через силу спросила:
– Какие… игры?
Рука Сэбина впилась ей в локоть, на лицо набежала грозовая туча.
– Ах, вы не припоминаете? Ну что ж, возможно, это освежит вашу память.
И Уайт потащил ее за собой – из комнаты в сторону холла, а затем пинком распахнул дверь слева от них. Там оказалась роскошная библиотека с бежево-алым персидским ковром на полу, огромным количеством книжных полок и почти двухметровым телевизионным экраном на стене напротив двери.
– Хотел приберечь напоследок, но, вижу, что теперь – самое время. – Сэбин указал на кожаный бежевый диван, стоявший перед телевизором. – Устраивайтесь поудобнее. Шоу сейчас начнется. – Затем Сэбин пересек комнату и вставил кассету в прорезь видеомагнитофона под телеэкраном.
Посмотрев на Уайта пустыми глазами, Мэлори подошла к дивану и села. Так ей было лучше. Тьма перед глазами рассеялась, остался лишь легкий туман. Как же ей было ненавистно находиться здесь! Хотелось уйти в отведенную ей комнату, сесть, подумать, разобраться в подозрениях, посеянных в ее душе Сэбином. Господь свидетель, под конец их отношения с Беном уже ничем не напоминали идеальный брак, о чем она некогда мечтала. Теперь же, если верить словам Сэбина, выясняется, что Мэлори вообще оказалась обманутой, причем с самого начала.
– А сейчас сядьте поудобнее, – хищно улыбнулся через плечо Сэбин, беря в руку пульт дистанционного управления. – Доставьте мне удовольствие. Уж очень долго я предвкушал этот момент.
Интересно, что все это значит, подумала Мэлори, откидываясь на мягкие кожаные подушки дивана.
– Что вы собираетесь мне показать?
– То, что мы оба уже видели раньше, но… по отдельности друг от друга. – Он выключил верхний свет и направился к дивану. – Теперь мне чрезвычайно хочется посмотреть это вместе с вами. Расслабьтесь. Здесь вполне хватит места для двоих. Я убедился в этом прежде, чем покупать данный предмет обстановки.
Сэбин сел рядом, и Мэлори вздрогнула, ощутив теплое прикосновение его бедра. В наступившей темноте она слышала его дыхание, ощущала терпкий аромат одеколона, тепло его тела.
– Вы готовы?
Готова к чему? – рассеянно подумала Мэлори. Она была не готова к сексуальному возбуждению, скопившемуся в воздухе, словно электричество, не готова к властному присутствию возле нее Сэбина Уайта. Ей казалось, что с каждым своим вздохом он забирает у нее частичку силы.
– Молчание – знак согласия, – проговорил мужчина, нажал кнопку на пульте дистанционного управления, и огромный экран телевизора ожил. – Моя любимая запись, – заметил Сэбин. – На ней вам удалось выразить всю гамму эмоций.
Увидев на телеэкране собственное лицо, Мэлори резко выдохнула.
– Узнаете? – Большая рука Сэбина принялась осторожно убирать волосы с ее лица. – В таком случае вы должны помнить и то, что последует дальше.
Конечно же, она помнила. Разве такое забудешь? После смерти Бена она сожгла эти пленки – все шесть, и вот теперь снова видит их, причем в доме Сэбина Уайта.
– Вы… Откуда вы все это взяли? – запинаясь, проговорила она.
– Откуда? Я их купил. – В темноте его голос звучал глухо. – Теперь я знаю каждую складочку, каждый изгиб вашего тела лучше, чем вы сами. Я просматривал эти записи столько раз, что удивляюсь, как они еще целы. Очень часто я делал это помимо своей воли. Они заставляли меня злиться, ревновать, превращали в настоящее животное. Это была подлинная пытка. Мне хотелось выйти на улицу и взять женщину – любую женщину, чтобы только облегчить свои мучения. Поначалу я так и поступал, но затем понял, что легче от этого не становится. Я не мог быть удовлетворен никем, кроме вас.
Свет, падавший с экрана, мерцал на лице Сэбина, и Мэлори видела в его глазах собственное отражение – двигающееся, показывающее, предлагающее себя. Он впитывал эти образы, и с каждой секундой, с каждым движением на экране, с каждым ее прикосновением к себе новая частичка Мэлори переходила в его распоряжение.
– Вы не смотрите фильм… – Сэбин начал неторопливо расстегивать на ней блузку. – Вам следовало бы гордиться собой. Это – лучшая из всех сыгранных вами ролей. Запись, где вы – в рубиновом ожерелье, отличает определенное языческое очарование, но горностаевая шуба смотрится на вас просто потрясающе. Бен говорил, что вы буквально помешались от желания приобрести ее.
– Нет, вы ошибаетесь. На самом деле она мне не понравилась, – безразличным тоном откликнулась Мэлори. – Это Бену захотелось увидеть меня в ней.
– Ради всего святого, не лгите мне! Если вам нравятся красивые вещи, я буду покупать их для вас, но не прикидывайтесь той, кем вы на самом деле не являетесь. Сейчас это для меня невыносимо.
– Когда Бен прислал вам пленки?
– Эта была первой. Он прислал ее мне через два месяца после вашей свадьбы. – Сэбин раздвинул блузку Мэлори и опустил взгляд на ее грудь. – Вы не сопротивляетесь мне. Неужели решили наконец-то вести себя честно?
– Я всегда стараюсь быть честной.
В уголке сознания промелькнула мысль, что она действительно должна сопротивляться. Он был чужим для нее и в то же время… не совсем чужим. Этот мужчина досконально знал ее тело, но не имел представления о том, что делается в ее душе и мыслях. Мэлори почувствовала, что начинает дрожать.
– У меня путается в голове… Бен… Я должна знать про Бена… Про пленки.
– Забудь о нем. Теперь ты принадлежишь мне. – Губы Сэбина прикоснулись к ее шее. – Бен обманул нас обоих.
Настойчивость, звучавшая в его голосе, требовала беспрекословного подчинения и без труда разрушила ту непрочную стену сопротивления, которую пыталась воздвигнуть Мэлори.
Ты принадлежишь мне.
Ты всегда была моей.
В этих словах слышалась несокрушимая уверенность в своей правоте.
– Нет, я любила Бена, – прошептала она.
– Господи, да ведь он продал тебя! – Сэбин расстегнул ее лифчик, а затем одним движением сдернул его вместе с блузкой. – Он и тебя заставил продаваться. – Глаза мужчины были устремлены на ее грудь, освещенную мерцанием телеэкрана, и Мэлори почувствовала, как по его телу пробежала дрожь. – Забавно, – продолжал он, – я почти не вижу тебя в этой темноте, но стоит мне поднять взгляд на экран, и передо мной предстанет каждый дюйм твоего тела. – Он наклонился и стиснул губами сосок Мэлори. – Похоже на сон, правда?
Да, все происходящее было сном. Мэлори с отчаянием утопающей вцепилась в эту мысль. Это не может быть реальностью. Просто еще один эротический сон вперемежку с ночным кошмаром. Сэбин Уайт не может быть до такой степени одержим ею, ведь он ее совершенно не знает. А Бен не мог так подло предать ее. Если ей удастся убедить себя в том, что все это ей только снится, она сможет поверить и в два последних постулата.
Губы Сэбина вновь сомкнулись на соске Мэлори, и женщина резко втянула в себя воздух. В этом прикосновении была сконцентрирована вся взрывная сила Сэбина, и ее будто ударило током, по телу прокатилась жаркая волна.
– Как сладко! – низким, чуть осипшим голосом проговорил Сэбин, продолжая ласкать губами тугой сосок Мэлори. – Тебе нравится?
– Да.
Грудь ее вздымалась и опадала в такт бурному дыханию. Если все это сон, то разве имеет значение, будет она сопротивляться или нет! Тем более что она невероятно устала. Сэбин слишком силен и уверен в себе, а Мэлори уже не была уверена ни в чем.
От губ Сэбина исходил жар, который зажигал и ее. Непроизвольно Мэлори выгнулась, чтобы быть ближе к нему. Его руки сжимали ее тело, затем отпускали и вновь принимались ласкать. Из горла женщины вырвался низкий стон наслаждения. Сэбин поднял голову и заглянул ей в лицо. Ноздри его раздувались, на губах играла довольная улыбка дикаря.
– Я нравлюсь тебе? – Он расстегнул на себе рубашку и прижал ее к своей груди, покрытой густыми курчавыми волосами. – Скажи, что тебе это нравится, – бормотал он, – скажи, как я еще могу сделать тебе приятно. Мне хочется, чтобы ты снова застонала.
Мэлори пылала. Кончики грудей горели, между бедер скопилось что-то горячее и тяжелое. Почему она позволяет ему делать все это? В далеком уголке сознания все еще мерцала мысль: в том, как быстро она капитулировала перед Сэбином, есть что-то странное, не похожее на нее.
Ласки Сэбина стали более настойчивыми, и Мэлори уже не могла думать ни о чем, кроме него и того, что он с ней делает. И все же оставалось еще кое-что, о чем ей предстояло узнать.
– Эти пленки…
На мгновение Сэбин напрягся, а затем на его губах появилась горькая улыбка.
– Вот как, значит, сейчас ты все еще думаешь о пленках? – Пальцы его медленно спускались по обнаженной спине Мэлори. – Рассказать тебе, что я ощущал, получив их? Сначала пришло письмо, в котором Бен просил тридцать тысяч долларов. С его слов выходило, что ты обожаешь дорогие вещи, а он очень хочет сделать тебе приятное. – Сэбин обнял женщину за талию, отклонил назад и легонько прикусил ее левый сосок. – Я послал ему эти деньги. Одному Богу известно, почему я это сделал. Вслед за тем почта принесла первую кассету. Бен писал, что ты чрезвычайно благодарна, и он хочет продемонстрировать, как идет тебе эта шуба. Сэбин принялся расстегивать пуговицу на шелковых брюках Мэлори.
– Я ожидал увидеть порнографию, но ошибся. Я не сомкнул глаз всю следующую ночь. – Он стащил с нее брюки вместе с трусиками и отшвырнул их в сторону. Взгляд Сэбина блуждал по ее телу, пока не остановился на темных кудряшках внизу живота. Мэлори почувствовала горячую тяжесть там, куда были устремлены его глаза. – Именно об этом я мечтал в ту ночь: ты лежишь передо мной так, как сейчас. Будь ты проклята! Я желал тебя так сильно, что мне казалось, будто я умираю. И еще мне хотелось удавить Бена.
– Бен не стал бы…
– Мучить меня? О, я убежден, что это доставляло ему огромное удовольствие. Он обладал тем, о чем мечтал я. Мечтал и не мог заполучить без его согласия.
Сэбин опустился на колени перед диваном и стал тереться щекой о ее живот, легонько прихватывая губами нежную розовую кожу.
– Через три дня после того, как я получил первую кассету, братец позвонил мне и сообщил, что ты не прочь на некоторое время стать моей. На определенных условиях, разумеется. Бен сказал, что является практичным современным человеком, а ты испытываешь пристрастие к красивым вещам. Поэтому, заявил он, если я стану регулярно высылать ему значительные суммы наличных, он отдаст мне тебя на шесть месяцев.
Мэлори ощущала на животе покалывание небольшой щетины, которой были покрыты его щеки, по ее телу прокатывались горячие волны. Слова Сэбина с трудом пробивались сквозь окутавший ее жаркий туман, а то, что доносилось до слуха Мэлори, все равно оставалось вне ее понимания. Его рассказ казался ей лишенным смысла. Ни один из живущих на земле людей не может быть таким отъявленным подонком, каким Сэбин описывал Бена. А если бы даже все обстояло именно так, она бы наверняка об этом знала, разве не так?
– Я начал посылать деньги, и ко мне регулярно стали приходить видеопленки. Таким образом он как бы стимулировал меня, чтобы я продолжал слать ему наличные.
Сэбин поднялся на ноги и стал снимать рубашку.
– Я не был глупцом. Я прекрасно понимал, что вы двое делаете со мной, но тем не менее продолжал платить. В общей сложности вы вытянули из меня двести тысяч долларов. Наверное, здорово надо мной смеялись, правда?
– Нет.
– Даже не знаю, верить тебе или нет, – пожал он плечами. – Впрочем, это не имеет ровным счетом никакого значения.
Теперь Сэбин возвышался над нею совершенно обнаженный, и Мэлори вдруг осознала, что и сама она лежит перед ним голая и беззащитная. Мерцающий свет играл на загорелых мускулах Сэбина, его широких плечах и подтянутом животе, густых каштановых волосах на груди и лобке. Сейчас он казался ей какой-то мифологической фигурой: Вулканом, а может быть, Зевсом.
– Я знал, что Бен никогда не выполнит свое обещание. – Сэбин раздвинул ее ноги и встал на колени между ними, а затем принялся медленно, чувственно гладить волосы на ее лобке, надавливая на него ладонью. – Братец слишком хорошо меня изучил. Он знал, что я ни за что не верну тебя ему.
Все правильно, Зевс ни за что не отступился бы от своего, но рядом с ней не Зевс, как сквозь туман подумала Мэлори. Это Сэбин. Впрочем, какая разница? Та же всесокрушающая сила, те же громы и молнии.
– Ну что, неужели тебя не возбудил рассказ о том, что ты сделала со мною? Давай-ка проверим. – Рука его спустилась чуть ниже. Мэлори ахнула и замерла. Сэбин поднял к ней лицо и улыбнулся. – Да, ты хочешь меня, и ты готова. Какое чудесное приглашение! Я чувствую, как крепко ты держишь меня. – Улыбка исчезла с его лица. – Я больше не в силах ждать, – низким голосом проговорил Сэбин, подаваясь вперед. – Скажи мне, что ты хочешь этого. Скажи, что хочешь вернуть мне долг.
– Я… хочу… тебя.
Сейчас, когда от каждого его движения по телу Мэлори прокатывались судороги наслаждения, ей было легко выговорить эти слова.
– Скажи, что ты должна это мне. Несмотря на окутавший ее дурман, женщина озадаченно наморщила лоб.
– Я не думаю… – начала она и тут же умолкла. Лицо Сэбина, нависавшее над нею, было нахмурено, требовало, чтобы она произнесла то, что ему хочется. Возможно, если это было сном, она и впрямь была ему кое-что должна. И вдруг, словно подтверждая эту мысль, из динамиков телевизора раздался ее собственный голос, который произнес: «Шесть месяцев. Все будет так, как тебе захочется, Сэбин». Пленка закончилась и начала автоматически перематываться к началу. Экран загорелся безжизненным синим цветом.
Но ведь она никогда не произносила этих слов! Значит, все, что происходит сейчас, и в самом деле сон. И если снящийся ей Сэбин считает, что она задолжала ему, почему бы не сделать человеку приятное?
– Да, я должна тебе это, – прошептала она.
– Верно, черт побери! Ты в долгу передо мной. – Слова звучали грубо, но прикосновения его губ к ее рту были нежны. – Люби меня, Мэлори. Подари мне себя…
Он глубоко вошел в нее, и ее крик рванулся наружу прямо в его губы.
Сэбин недоуменно поднял голову:
– Что за черт?..
Ее ногти глубоко впились в плечи мужчины. Внутри себя Мэлори ощущала что-то тяжелое, горячее и огромное. Если все вокруг нее и было сном, то это по крайней мере являлось реальностью.
Сэбин оставался совершенно неподвижным, а Мэлори хотелось большего. Она попыталась пошевелиться.
– Лежи, – резко прозвучал его голос. – Не двигайся. Мне нужно подумать. О Господи, ну разве я сейчас в состоянии думать!
Она снова пошевелилась, инстинктивно сжав мышцы вокруг того, что находилось внутри нее.
Сэбин сдался. Из недр его тела донесся глухой звериный рык, и он начал двигаться, вколачивая себя в нее, погружаясь с каждым разом все глубже. Дыхание его стало резким, он почти хрипел.
Мужчина опустил руки вниз, подсунул ладони под ягодицы Мэлори и приподнял их. Он действовал как одержимый.
– Сэбин… – Мэлори смотрела на его лицо, залитое голубым свечением, и то, что она видела, одновременно пугало ее и приводило в состояние транса. Он вновь поглощал ее, втягивал в себя, делал своей собственностью. Внезапно на нее волной накатился страх. – Нет!..
– Слишком поздно. – Он произносил слова сквозь сжатые зубы, будто каждое из них причиняло ему боль. – Ты… принадлежишь мне. Это было неизбежно.
Сэбин прикусил ее нижнюю губу. Напряжение достигло предела.
Мэлори выгнулась дугой.
– Сделай это, Сэбин… – закричала она, и все вокруг взорвалось для нее каскадом ослепительных брызг.
– Хорошо, любовь моя. – Голос его был низким, ликующим. – Сейчас… Еще чуть-чуть…
Еще несколько сильных толчков, и он внезапно замер, откинув голову назад. Его могучая шея выгнулась дугой, большое тело сотрясала дрожь, перешедшая почти что в конвульсии.
В следующий момент он опустил взгляд на Мэлори. Дыхание рывками вырывалось у него из груди.
– Боже милостивый, я едва не взорвался! Мне казалось, что я… – Сэбин умолк. На лице его появилась тревога. – Что с тобой?
– Не знаю.
Она вообще ничего не понимала. Сэбин все еще держал ее, и Мэлори по-прежнему полностью находилась в его воле – морально и физически. Однако теперь она ощутила еще и странное покалывание в мозгу. К ней постепенно начинало возвращаться сознание. Пустой экран телевизора слабо освещал погруженную во мрак комнату синим мерцающим светом. Только теперь до сознания женщины стало доходить услышанное от Сэбина, и она в изумлении уставилась на него.
Он отстранился и встал.
– Мы должны поговорить.
Сэбин поднял с пола свою рубашку из плотной синей ткани и набросил ее на плечи Мэлори. Она послушно продела руки в рукава, автоматически отметив, что от рубашки пахнет чем-то свежим и душистым. Сэбин застегнул на ней верхнюю пуговицу, затем снова поднялся на ноги, подошел к письменному столу и включил стоявшую на ней лампу. После этого он повернулся и посмотрел на Мэлори. Лицо его было мрачным.
– Нам необходимо прояснить несколько вещей.
Первое – это… – Он увидел ее лицо и мгновенно умолк. – Что случилось? Прекрати таращиться на этот чертов телевизор и смотри на меня!
Но Мэлори была уже не в состоянии смотреть на него. Она не могла сконцентрировать свой взгляд ни на чем, кроме мерцающего синего экрана. Рядом с ней – голый Сэбин Уайт, который только что занимался с ней любовью… Нет, это нельзя назвать любовью. Это похоть, порок. Мышцы на ее животе сжались от отвращения, словно отвергая эту мысль.
– Все это правда? То, что ты рассказал мне про Бена, про записи? Все-все? Это было… на самом деле? – прошептала она.
– Конечно, правда. – Сэбин выключил телевизор. – Мэлори, я не понимаю, что с тобой, черт побери, происходит?
– Я должна… Я не могу здесь оставаться. – Мэлори встала и сделала несколько заплетающихся шагов по направлению к двери. Тьма волнами накатывалась на нее, застилая сознание. – Правда… Ошибка… Я не могу оставаться.
– Мэлори!
Почему у нее подгибаются ноги?
Мэлори казалось, что она пробирается по вязкой топи. Рука потянулась к дверной ручке, но не нашла ее. Вокруг не осталось ничего. Только тьма.
* * *
Сэбин выглядел усталым. Возможно ли это? С того самого раза, когда Мэлори впервые увидела Сэбина, она ощущала исходившую от него жизненную силу, подавляющую все вокруг себя. Теперь же в уголках его рта залегли глубокие складки, в глазах таилась огромная усталость.
– Ты устал. Тебе нужно… в постель.
Его взгляд метнулся к Мэлори. Он подобрался.
– Странно слышать это от тебя. Я бы гораздо меньше удивился, если бы ты предложила мне убираться к черту.
– И до этого дойдет, дай только срок. Я только что проснулась.
– Да хоть кожу с меня заживо сдери, мне все равно. Главное, что ты наконец очнулась. Ты напугала меня до чертиков.
– Правда? – Мэлори села в постели и принялась массировать виски кончиками пальцев. – Господи, как болит голова!
– Хорошо еще, что этим ограничилось. – Сэбин взял с тумбочки возле кровати коричневый пузырек с таблетками и повертел его в пальцах. – Разве тебе не говорили, что таблетки нельзя запивать спиртным?
– Я и не собиралась. Я не думала… Всего-то несколько глотков.
– Этого вполне достаточно. – Сэбин поставил пузырек обратно. – Твой доктор Блэйрен едва не свихнулся, узнав, что случилось.
Мэлори изумленно взглянула на Сэбина.
– Ты ему звонил?
– А что мне оставалось делать? Я притащил тебя сюда и нашел здесь эти пилюли. Я испугался, что ты в коме.
– Не надо было его беспокоить. – Она облизнула губы. – Я просто устала.
– Усталость, анемия, тяжелое психическое истощение, – стал перечислять Сэбин. – Так недалеко и до нервного срыва.
– Мне нужно обратиться к какому-нибудь другому врачу. – Она скорчила рожицу. – Такому, который еще не забыл, что такое врачебная тайна. Кроме того, Блэйрен принимает мои проблемы слишком близко к сердцу. На самом деле со мной все в порядке.
– Правда? – Взгляд Сэбина пытливо ощупывал ее лицо. – Наверное, именно поэтому ты бледна как смерть. И проспала двадцать четыре часа кряду.
– Так долго? – Она отвела глаза в сторону. – Остаточные явления. – Ее пальцы нервно комкали простыню. – Да еще новые потрясения на мою бедную голову.
– У меня тоже были потрясения. Например, то, что ты оказалась девственницей. Какого черта…
– Не будем об этом, – быстро прервала его она. – Очень хочу есть.
Глаза Сэбина, устремленные на Мэлори, сузились.
– Все равно скоро нам придется поговорить на эту тему. – Он встал и направился к двери. – Но сейчас ты нуждаешься в пище больше, нежели я – в ответах. Я велю Нилар принести тебе поесть. – Сэбин остановился у двери, еще раз посмотрел на Мэлори, и впервые его грубые черты смягчила улыбка, в которой не было горечи. – Я чертовски рад тому, что ты снова со мной. Больше меня так не пугай.
И прежде чем Мэлори успела что-нибудь ответить, он вышел.
Ей показалось, что все цвета в комнате поблекли, но она была даже рада этому. Ей нужно было подумать, а это было невозможно, пока он сидел рядом и смотрел на нее. Теперь напряжение, сжимавшее ее стальными тисками, стало спадать. Учитывая то, что она испытывает ужасную слабость, лучше не спорить с Сэбином Уайтом. Его присутствие и сегодня действовало на нее так же гипнотически, как и тогда, в библиотеке, когда…
Мэлори попыталась отогнать от себя воспоминания о прошлой ночи, но было слишком поздно: при мысли о том, что сделал с ней Сэбин, ее с головой накрыла горячая злая волна.
Что ей следует предпринять теперь? Пойти к Сэбину и объявить ему войну, чего он, видимо, ожидает? Но, во-первых, у нее пока недостаточно сил, чтобы с ним бороться, а во-вторых, Мэлори всегда исходила из того, что в общении с умным человеком злость плохой помощник. Нет, нужно подавить в себе гнев и попытаться овладеть ситуацией. Овладеть? Мэлори откинулась на подушки. Губы ее дрожали. С тех пор как она перешагнула порог Кандрахана, ей это не очень-то удавалось. Ну что ж, возьми себя в руки, приказала она себе. Да, она сделала ошибку, но никакой трагедии в этом нет. То, что произошло, было результатом совпадений неблагоприятных обстоятельств, и больше такого не случится. Шок, усталость, таблетки, алкоголь плюс сексуальная харизма Сэбина, проявившаяся в полную силу.
Рассудив таким образом, Мэлори полностью успокоилась. Теперь она была способна справиться и с Сэбином, и с любой другой неприятностью.




Предыдущая страницаСледующая страница

Читать онлайн любовный роман - Сезон любви - Джоансен Айрис

Разделы:
Глава 1Глава 2Глава 3Глава 4Глава 5Глава 6Глава 7Глава 8Глава 9Глава 10

Ваши комментарии
к роману Сезон любви - Джоансен Айрис



Надуманная история: 4/10.
Сезон любви - Джоансен Айрисязвочка
18.10.2012, 15.30





а мне понравилось.конечно как в любом легком чтиве-чего-то слишком,а что-то уж слишком просто)))понравилась искренность героя
Сезон любви - Джоансен АйрисТанита
15.09.2013, 23.05





Мне кажется, что сюжет автор прямо высасывал из пальца. Какая-то муть.
Сезон любви - Джоансен Айрисleka
16.09.2013, 12.46





Как-то никак. Осилила половину. Заявленные характеры героев не соответствуют описанию. Чем дальше в лес, тем больше дров. А могло бы быть интересно.
Сезон любви - Джоансен АйрисОбсидиан
16.01.2014, 22.25





Нормуль. Можно один раз почитать. Уважаю Настоящих Мужчин! 8/10
Сезон любви - Джоансен АйрисВикки
20.04.2015, 14.28








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100