Читать онлайн Летняя улыбка, автора - Джоансен Айрис, Раздел - Глава 4 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Летняя улыбка - Джоансен Айрис бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

загрузка...
Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 8.46 (Голосов: 26)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Летняя улыбка - Джоансен Айрис - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Летняя улыбка - Джоансен Айрис - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Джоансен Айрис

Летняя улыбка

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

Глава 4

Было еще темно, когда Зайла проснулась. Рука Дэниела уже не обнимала ее. Открыв глаза, она увидела, что он наклонился над ней.
— Что, пора подниматься? — спросила она, зевая. — Еще так темно!
— Уже скоро рассветет. К тому времени, когда мы соберемся и смоем с себя сон, будет уже достаточно светло, чтобы идти. — Дэниел быстро одевался. — Нам понадобится больше двух часов, чтобы дойти до личных владений шейха Эль-Каббара, а мне хочется быть там до того, как солнце поднимется высоко. Ведь когда мы спустимся с гор, то опять окажемся в пустыне, незащищенные от жары. — Он бросил ей на колени маленький фонарик. — Ты бы сходила к ручью, пока я уложу вещи.
Зайла сладко потянулась.
— Ну ладно. — Она поднялась, морщась и разминая затекшие мышцы. — Да, чтобы мои ноги опять ожили, мне нужно пройтись. Я лучше потороплюсь. — Она зажгла фонарик и направила луч на Дэниела, в который раз удивляясь его мощи. Его рыжие волосы были растрепаны, а в вырез рубашки выбивались более темные волосы на груди. Несмотря на излучаемую энергию, лицо выглядело усталым, а около глаз залегли морщинки. — Ты что, совсем не спал?
Дэниел усмехнулся.
— Ты так замечательно пригрелась около меня! — беззаботно сказал он. — Я посчитал, что не стоит терять время на сон, когда мне доставляет такое удовольствие тебя обнимать. — Он склонил голову в шутливом поклоне. — Надеюсь, вы простите меня за то, что не подчинился вашим приказаниям, госпожа.
— Как будто тебе не наплевать на них! — Подавив улыбку, Зайла отвернулась и стала спускаться по склону к зарослям тамариска. Пройдя несколько шагов, она обернулась к нему через плечо:
— Дэниел, ты, по-моему, не командный игрок.
— Клэнси ни за что бы не послал командного игрока на такое задание, — произнес Дэниел с хитрой ухмылкой. — А если бы он послал кого-нибудь другого, то представляешь, чего бы мы лишились?
Зайла хихикнула:
— Еще бы! Взрывов, стрельб, погони… Должна признать, с тобой не заскучаешь! Наверное, после всего этого нормальная жизнь покажется мне пресной.
— Тогда мне придется придумать нечто, что ее немного оживит. — Он широко улыбнулся. — Ты знаешь, на этот счет у меня есть кое-какие идеи, так что помни о фейерверках.
Зайла улыбнулась.
— Ну что ты, Дэниел! Твои фейерверки совершенно незабываемы.
На ее губах все еще играла улыбка, когда она спустилась к ручью и присела на корточки на каменистом берегу. А ведь она стала много улыбаться с тех пор, как Дэниел вошел в ее жизнь! А сколько лет до этого она не знала, что такое радоваться жизни. Зайла давно привыкла считать, что теперь, после того, что с ней случилось в тот страшный год, настоящее счастье уже не для нее. Она убеждала себя, что может рассчитывать только на тихое, спокойное существование, максимум. Теперь все чудесным образом переменилось…
Зайла опять взяла платок, чтобы вымыть лицо и шею, и с тоской подумала о пушистых махровых полотенцах, зубных щетках и душе… Внезапно она вскрикнула от боли.
Боль была такой слепящей, такой резкой, что на секунду Зайла не поняла, откуда она идет. Казалось, болью было сведено все ее тело.
— Зайла, дорогая, что с тобой? — Дэниел мгновенно опустился на колени рядом с ней. Подняв фонарь, он описал лучом широкую дугу, вглядываясь в окружающий лес и держа автомат на изготовку.
— Не знаю, — ответила она сквозь слезы. — Ужасно больно!
— Где?
Зайла попробовала разобраться, откуда же идет эта боль.
— Щиколотка, правая. — Она вцепилась в плечи Дэниела, словно ища защиты. — Боже мой, я йе знаю, что это. Но боль ужасная!
— Подожди, я сейчас. — Он повернул фонарь, направив свет на ее ногу.
— Ах, черт!
— Что там? — Голос Дэниела прозвучал так мрачно, что она, несмотря на свой страх, повернула голову. Ужас! По ее штанине ползло отвратительное чудовище. Зайла в жизни не видела ничего безобразнее.
Дэниел смахнул существо прикладом автомата и раздавил на камне. Выпрямившись, он повесил автомат, на плечо, поднял Зайлу на руки и быстрым шагом пошел вверх по склону к пещере.
— Это скорпион, правда? — прошептала она, в изнеможении закрывая глаза. — Он ужалил меня.
— Да, это скорпион, — мрачно подтвердил он. — Обычно они не подходят так близко к воде. Он, должно быть, выполз вот здесь, из-под больших камней.
— Они ведь очень ядовиты, правда? — спросила Зайла, облизывая губы. — Я теперь умру, да?
— Нет! Боже мой, дорогая, ты не умрешь. С тобой ничего не случится.
— Но со мной уже случилось. — Она чувствовала головокружение и непроходящую боль. — Он такой страшный!
— Кто?
— Этот скорпион. Он такой уродливый!
— Помолчи, Зайла, — хрипло сказал он. — С тобой все будет хорошо. Не волнуйся ни о чем. — Он посадил ее на землю около пещеры и нагнулся, чтобы рассмотреть ногу. Закатав штанину на ее правой ноге, он ахнул. Лодыжка уже распухла так, что стала вдвое толще. Дэниел быстро снял с нее теннисную туфелю и носок.
— Где платок? — Он не стал дожидаться ответа, потому что уже увидел платок в ее руке. Он быстро взял его и скрутил. — Я хочу наложить жгут, чтобы предотвратить распространение яда. Не очень тугой, просто для того, чтобы кровообращение немного замедлилось. Мы будем наблюдать за ногой и распускать жгут время от времени. — Говоря это, он ловко перевязывал ее лодыжку. — Главное сейчас — не дать яду распространиться, пока мы не сможем доставить тебя к врачу. Первоначальная боль скоро утихнет, но иногда укус вызывает лихорадку. Так что не пугайся, так и должно быть.
— Ты, вижу, хорошо в этом разбираешься, — слабым голосом сказала Зайла. — У Клэнси всегда работали профессионалы.
— Как говорится, жизнь научит, — ответил Дэниел, расправляя ее штанину. — Одним из любимых развлечений тех ублюдков, которые держали меня в плену, было бросить мне змею или скорпиона и посмотреть, как я выйду из положения. После освобождения я посчитал своим долгом узнать все о различных ядовитых существах, встречающихся в пустыне. Мне не хотелось больше быть перед ними беспомощным.
Бедный Дэниел! Сколько всего он пережил страшного и трудного! И несмотря ни на что, в нем сохранились и доброта, и юмор, и мягкость… Зайла чувствовала, что ей трудно сосредоточиться на своих мыслях из-за охватившей ее боли.
— Мне так жаль… — прошептала она.
Дэниел посмотрел на нее с удивлением:
— О чем ты?
А ведь он действительно не знает, поняла вдруг Зайла. Преодолев одно испытание, он старался получше подготовиться к другому. Для него это было не цепочкой чрезвычайных происшествий, а образом жизни.
— О том, что с тобой случилось… Мне просто жаль. — Она беспомощно покачала головой.
Горло Дэниела болезненно сжалось. Ведь именно Зайле было сейчас плохо, а она волнуется из-за него. Он нежно провел пальцем по ее щеке.
— Правда? Не жалей, со мной ведь это уже было. — Его палец скользнул к ее верхней губе. — Я все хочу сказать тебе, как мне нравится твоя улыбка. Она напоминает мне о тепле, лете, обо всем хорошем в жизни. Я еще не видел, как ты смеешься, но надеюсь, что скоро увижу. — Он наклонился и прикоснулся губами к ее лбу. — Я выжил, и ты тоже выживешь, Зайла, не сомневайся.
— Что ты делаешь? — спросила она, когда он повесил флягу и автомат на плечо и наклонился, собираясь взять ее на руки.
— Обычно это называют хваткой пожарного, — сказал он, перебрасывая ее через плечо. — Я должен идти быстро, а так мне будет проще двигаться по пересеченной местности. Рюкзак придется оставить. Когда мы спустимся с гор, я постараюсь взять тебя поудобнее.
— Но ты же не можешь нести меня всю дорогу! — возразила Зайла. — Дай я попробую идти.
Он легко ее шлепнул:
— Тихо! Я могу сделать все, что угодно, если по-настоящему захочу. Я так решил, значит, так и будет. А если я позволю тебе идти, то яд разойдется по всему организму. Так что молчи и думай о чем-нибудь приятном. В данной ситуации это максимум того, что я позволяю тебе делать.
— По-видимому, мне понадобится вспомнить все хорошее, что только было в моей жизни, — прошептала Зайла. — И даже этого может не хватить.
— Хватит, — решительно сказал Дэниел. — Я сделаю так, чтобы хватило.
— Я надеюсь… — О чем Зайла хотела сказать, осталось в тайне, потому что она потеряла сознание.


Сначала из мрака возникли глаза цвета бирюзы. На смуглом суровом лице незнакомца они светились холодом. Холодом, которого она так жаждет. Взгляд Зайлы мгновенно обратился к ним. Весь мир горел в огне, но там царил холод. Его голос тоже был холодным, и в нем звучала ирония.
— Послушай, Дэниел, я понимаю, что женщина больна, но неужели необходимо все это так остро воспринимать? Мой управляющий просто взбешен. Для чего надо было открывать эту стрельбу?
— В него я не стрелял, — мрачно буркнул Дэниел. Зайлу несли по бесконечно длинному залу с мозаичным полом, мимо окон с резным переплетом, свет из которых резал глаза. — Если бы я целился в него, он бы уже не смог ни на что пожаловаться. Я просто разнес в куски его зеркальце на джипе. Этот идиот не захотел остановиться, когда я махнул ему.
— Но ты должен признать, что выглядишь не очень… А смелостью Абдул не отличался и в мирное время. Он наверняка решил, что ты бандит.
— Бандиты не разгуливают по пустыне с беспомощными женщинами на плече, — возмущенно возразил Дэниел. — Этот твой Абдул просто дурак.
— Возможно, — сладким голосом протянул человек с бирюзовыми глазами. — Но меня он как управляющий вполне устраивает. Человек не может нравиться всем сразу.
— Не заговаривай мне зубы, Филип, — буркнул Дэниел. — Я прекрасно знаю, что, когда что-нибудь нужно лично тебе, ты ни перед чем не остановишься.
— Да, это верно. — Он еще раз бесстрастно взглянул на Зайлу. — Твоя мисс Дабалэ кажется серьезно больной. Ее что, подстрелили при попытке к бегству?
— Ее укусил скорпион, — кратко бросил Дэниел. — Ей очень больно, и она за последние пару часов несколько раз теряла сознание. Она вся горит в лихорадке. Я хочу, чтобы ее осмотрел врач.
— Я уже послал за ним. Как только мне сообщили, что ты приехал на джипе с женщиной без сознания, я сразу велел Раулю позвонить доктору Мэдхену. Он скоро будет.
— Ей нужно ввести противоядие.
— У нас есть противоядие в аптечке первой помощи. Рауль проверит, не прошел ли срок годности. Если будет нужно, то курьер привезет все необходимое из клиники доктора Мэдхена.
— Хорошо. — Девушку положили на кровать, прохладные шелковые простыни которой подействовали на горящее тело как бальзам. Глаза Дэниела с тревогой всматривались в нее. — Держись, Зайла, мы почти победили.
Зайла попыталась улыбнуться, но ей было слишком больно. Она устало закрыла глаза, чтобы отгородиться от режущего света. Она слышала, как Дэниел сквозь зубы выругался. За последние несколько часов Зайла привыкла к этому яростному шепоту у своего уха. Теперь это приносило лишь успокоение и ни с чем не сравнимое чувство защищенности. Так же, наверное, звучит для медвежонка рычание матери-медведицы.
— Ты назвал ее мисс Дабалэ и упомянул о побеге, — прозвучал над ней голос Дэниела. — Кто сказал тебе о Зайле?
— Твой старый друг Клэнси Донахью начал волноваться, когда ты не вышел на связь вчера ночью, как было условлено. Он вылетел сюда, чтобы быть под рукой, если тебе вдруг понадобится помощь. Ему пришлось посвятить меня в детали твоего приключения. Это звучало очень интересно. Только подобные вещи тебя и развлекают, насколько я знаю.
— Да, очень развлекают, — язвительно повторил Дэниел. — В следующий раз я приглашу тебя составить мне компанию. — Зайла почувствовала, как пальцы Дэниела расстегивают воротничок ее рубашки. Странно, что она узнала его руки даже с закрытыми глазами. — Ну где же этот чертов доктор?
— Да, Дэниел, терпение никогда не входило в число твоих достоинств. Я послал за ним меньше десяти минут назад.
— А с момента укуса скорпиона прошло уже больше двух часов. Ей надо скорее дать противоядие.
— Доктор идет следом за мной. Я видел его в прихожей. — Это был уже новый голос, низкий, властный и смутно знакомый. — Он задержался, чтобы позвонить во дворец Карима Бен-Рашида и узнать историю болезни Зайлы у ее матери. Я сказал ему, что ее история болезни там. Ну как она? Я, кажется, говорил тебе освободить ее, Дэниел, а не подставлять под пули.
— Проклятье, Клэнси, я и освободил ее! Это был скорпион, а не пуля. А сейчас лучше приведи сюда этого врача, а то я сам его приведу, и с гораздо меньшими церемониями.
Так это Клэнси! Это точно Клэнси Донахью. Он всегда был очень добрым с ней, и Зайла хотела открыть глаза и поздороваться. Но когда ей удалось их открыть, она увидела только три темные фигуры, стоящие вокруг нее. Темные, мрачные, угрожающие… В самой глубине ее памяти что-то всколыхнулось, и паника пронзила ее сознание. Почему она решила, что в безопасности? Она никогда не будет в безопасности. Она никогда не будет в безопасности от них.
— Дэниел! Дэниел! — закричала она.
Один из них быстро нагнулся.
— Все в порядке, Зайла, я здесь.
— Нет! Не трогай меня! Пожалуйста, не трогайте меня. — Неожиданно новая боль будто вывернула ее наизнанку, и она со стоном схватилась за живот, сведенный судорогой.
— Какого черта? — Голос, кажется, принадлежал Дэниелу, но как она может знать, что они ее не обманывают? Такое уже было раньше. — Что с ней?
— Я могу сказать, что яд скорпиона часто вызывает спазмы в животе. — Голос был незнакомым, с едва заметным немецким акцентом. — Здесь нет ничего необычного. — Его темная фигура была короче и мягких очертаний. — Ваш слуга сказал мне, что ее укусил скорпион в правую лодыжку, так?
— Да не стойте же над ней, как будто она козявка под микроскопом! Успокойте эту проклятую боль!
А этот голос был полон тревоги! Но, если вспомнить все, они были такие. Такие хитрые и мягкие, с приятными, издевательски участливыми голосами. Она не должна позволить себя одурачить, не должна им доверять. Всем наплевать на ее боль. Это их любимое оружие, чтобы заставить ее делать то, что они от нее хотят.
Человек с немецким акцентом пожал плечами.
— Думаю, сначала следует дать ей противоядие, хотя теперь это все равно. — На мгновение он пропал из виду, а потом оказался совсем рядом, и в его руке что-то было. Игла, блестящая и полная зла. Игла!
Зайла закричала и попыталась приподняться. Боже праведный, она так слаба! Наверное, они ввели ей что-то, хотя она этого не помнила, иногда она теряла память. Она отпрянула от иглы и уперлась спиной в изголовье кровати, сжавшись в комок, как загнанное животное.
— Нет! — кричала она. — Пожалуйста! Я не хочу.
— Зайла, ну что ты! Это же только морфин! — сказал человек, притворяющийся Дэниелом. — Он снимет боль.
Она яростно замотала головой:
— Ни за что! Я не позволю! Они хотят мне зла. Ты позволишь им опять причинить мне боль!
— Боже мой, — прошептал Клэнси. — Боже мой!
Но это был не Клэнси. Ей надо это помнить. Это был один из них.
— Хватит причитать, лучше помолчи, Клэнси, — голосом, полным боли, воскликнул Дэниел. — Не могу понять, почему она нас так боится?
— Она вспоминает то, что с ней было несколько лет назад, — хрипло ответил Клэнси. — Мне самому тяжело это вспоминать.
— Вам придется ее держать, — коротко приказал доктор Мэдхен. — Она явно в бреду и будет сопротивляться уколу. Я могу ее поранить.
— Я подержу ее, — бесстрастно произнес человек с бирюзовыми глазами. — А ты, Дэниел, возьми другую руку.
Они схватили ее с быстротой молнии, и она оказалась совершенно беспомощна. Она отчаянно боролась, задыхаясь от страха.
— Пожалуйста, не трогайте меня! Я не буду! Пустите меня! — Слезы ручьями лились по ее щекам. — Что я вам сделала? Я хочу домой!
— Ш-шш, все в порядке! — Голос Дэниела дрожал. — Никто не причинит тебе вреда. Да сделайте же ей укол, черт возьми!
В руке знакомая боль. Это происходило опять. Отчаяние переполнило Зайлу, и она перестала бороться. Затем иглу вынули, и она почувствовала, как ее обволакивает мягкий туман. Слезы продолжали течь, но она уже не могла их остановить.
На лице Дэниела были боль и тревога. Как только им удалось найти кого-то столь похожего на Дэниела? Потому что это не мог быть Дэниел. Он ни за что бы ее не предал. Теперь он осторожно положил ее на кровать и отпустил ее руки. Он знал, что у нее не будет сил сопротивляться. Они всегда это знали.
— Пожалуйста, перестань плакать. Это разрывает мне сердце.
Зайла медленно покачала головой. Она закрыла глаза, чтобы не видеть этого предательского лица.
— Я хочу домой, — тихо попросила она, уже ни на что не надеясь. — Пожалуйста, отпустите меня.
Ее дыхание стало ровным и глубоким.
— Она спит, — сказал доктор Мэдхен. — Теперь я введу ей сыворотку. — Он поднял брови, выразительно глядя на Дэниела. — С вашего позволения, конечно.
Дэниел нервно кивнул:
— Да, давайте. Она поправится?
— Вы пока не дали мне возможности осмотреть ее, — язвительно заметил доктор, готовя шприц. — Как я могу знать?
Дэниел подошел к нему вплотную и схватил за горло.
— Я сейчас не в том настроении, чтобы по достоинству оценить ваше остроумие, — проговорил он с угрожающей мягкостью. — Я спрашиваю, она поправится?
Доктор Мэдхен сжал губы:
— Не вижу причины, почему бы ей не поправиться. В наши дни очень редко умирают от укусов скорпиона. Конечно, ей будет очень плохо несколько дней. Однако, если мне будет позволено лечить ее, она поправится довольно быстро.
Филип Эль-Каббар слегка нахмурился.
— Отпусти его, Дэниел. Прошу прощения, доктор Мэдхен. Дэниел сейчас страшно расстроен. — Его зеленовато-голубые глаза внезапно весело блеснули. — Хотя, на мой взгляд, вы должны быть рады, что он не стал стрелять в вас, как в Абдула. Он имеет привычку время от времени становиться немного резким.
Дэниел медленно разжал руку и отпустил доктора, отступая.
— Я хочу, чтобы она была здорова, имейте в виду, когда будете ее лечить. — Его глаза яростно сверкали на бледном лице. — Вы слышите меня? Я хочу, чтобы с ней все было в порядке.
— Тогда выйдите из комнаты и позвольте мне делать свое дело. — Доктор отвернулся. — Я был бы вам благодарен, шейх Эль-Каббар, если бы вы убрали от меня этого человека. Я не могу работать, когда мне угрожают.
— Дэниел, — сказал Клэнси удивительно мягким тоном. — Пойдем. Тебе нужно выпить. Зайле будет только лучше, если ты перестанешь крутиться под ногами и мешать доктору. — Он скривил губы в грустной улыбке. — Думаю, мне тоже не помешает выпить. Не ожидал, что это окажется так изнурительно.
— Изнурительно! — Ноздри Дэниела раздувались. — Хотя, конечно, можно и так сказать. Меня будто пропустили через мясорубку. Но что с ней случилось, почему она так реагировала? Она же знает, что я никогда не причиню ей зла. — Он сжал кулаки. — Господи, она должна это знать!
— Она была в бреду, — заметил Филип. — Разве это не достаточная причина?
Дэниел покачал головой.
— Здесь кроется что-то еще. — Он пристально взглянул на Клэнси. — И мне кажется, ты прекрасно осведомлен о том, что происходило в ее голове все это время.
— Да, ты прав, — устало сказал Клэнси. — И очень хотел бы этого не знать. Не могу об этом спокойно говорить.
Дэниел резко отвернулся.
— И все же нам надо поговорить, — лаконично сказал он. — По-видимому, выпивка — это то, что нужно. — Он пошел к двери, но обернулся. — А ты, Филип?
Филип Эль-Каббар покачал головой.
— Я присоединюсь к вам позже. — Неожиданная улыбка придала редкую теплоту его смуглому холодному лицу. — Я позабочусь о девочке, Дэниел. Не бойся, с ней ничего не случится.
— Надеюсь, — мрачно сказал Сейферт. — Мы будем в кабинете.
Идя с Дэниелом через холл, Клэнси тихо присвистнул:
— Никогда не думал, что такая свирепая пантера, как Эль-Каббар, способна стать заботливой сиделкой.
— Ну, я знаю, что и самые свирепые хищники бывают нежными с детенышами, — ответил Дэниел. — А потом, Филип не такой уж и злой. Мне он всегда был хорошим другом.
— Вы с ним чем-то похожи, — сухо заметил Клэнси. — Неудивительно, что вы сразу нашли общий язык. Ни одного из вас нельзя назвать ручным.
— А тебя разве можно? — Дэниел распахнул двойные двери кабинета, украшенные затейливой резьбой. — И прекрасно, иначе ты не смог бы выполнять свою работу. Уж ты-то должен понимать Филипа лучше всех.
Клэнси пожал плечами, наблюдая, как Дэниел неслышно подошел к небольшому буфету, его запыленные ботинки, казалось, утопали в пушистом персидском ковре.
— Эту сторону его характера я воспринимаю нормально. Просто меня настораживает та огромная власть, которую он сосредоточил в своих руках. Он может стать очень опасным врагом для Алекса, если решит вдруг действовать против него.
— Не решит, — сказал Дэниел. — Пока Алекс не будет вмешиваться в территориальные права Филипа, ему не о чем беспокоиться. — Он достал из буфета хрустальный графин. — Бурбон?
Клэнси кивнул:
— И он отнюдь не был рад видеть меня вчера вечером. А когда я рассказал о твоем задании, ему это еще меньше понравилось. Ты прав, он очень печется о тех, кто ему небезразличен. Надо будет это запомнить.
— Это правда, введи эти сведения в свой компьютер, который зовешь памятью. — Дэниел налил себе бренди, подошел к Клэнси и протянул ему стакан с янтарной жидкостью. — И попутно отметь, что я ни в коем случае не позволю использовать себя против него, Клэнси. — Он пристально посмотрел ему в глаза. — Я согласился на этот раз, но больше такого не будет. — Он сделал большой глоток. — Ты слышал что-нибудь о Хасане и его головорезах?
— От них пока ни слуху, ни духу. — Клэнси нахмурился. — Скажи, обязательно было взрывать самолет?
— Я выбрал самый простой способ заставить их последовать за мной в Седихан.
— И они последовали?
Дэниел мрачно кивнул:
— Мне удалось разозлить их так, что они пошли бы за нами даже в ад. Готов поспорить на что угодно, они скоро опять проявятся. Ты просто должен быть на месте, чтобы не упустить их. Я не хочу, чтобы они крутились около Зайлы. Вот почему я выбрал резиденцию Филипа, а не свой дом. Здесь приняты гораздо более строгие меры безопасности.
— Как тебе удалось…
— Полный отчет ты получишь позже, — перебил Дэниел. — Сейчас же я сам нуждаюсь в некоторых разъяснениях. — Он указал на вольтеровское кресло, стоящее у письменного стола. — Так что лучше сядь поудобнее. Ты не выйдешь отсюда, пока я не выясню, что тебе о ней известно.
— Почему бы тебе самому не сесть? — предложил Клэнси, усаживаясь и вытягивая ноги. — Хотя скорее тебе нужна кровать, а не стул. Что, тяжело пришлось?
— Бывало и хуже. — Он поморщился, посмотрев на свои запыленные брюки и прилипшую к телу рубашку. — Не думаю, что Филипу понравится, если я развалюсь в таком виде в его старинном кресле. — Он устало облокотился о край стола. — Я отдохну попозже. А сейчас расскажи мне все, что знаешь.
— О Зайле?
— О ком же еще? — Рука Дэниела непроизвольно сжала стакан. — Итак, почему она боялась меня, как будто я палач?
Клэнси поднял стакан и посмотрел сквозь хрусталь на янтарную жидкость.
— Я уже говорил тебе, что не могу обсуждать Зайлу с посторонними. Дэвид мне голову оторвет, если узнает об этом.
— Черт возьми, Клэнси, я не посторонний! — повысил голос Дэниел. — Неужели ты не видишь, что мне нужно знать о ней все?
— Вижу, конечно, — задумчиво сказал Клэнси. — Обычно такие события, как те, что вы пережили, быстро сближают людей. Но ведь в данном случае этим не ограничилось, правда?
Дэниел тяжело вздохнул.
— Правда. Я не спрашиваю о том, что было у нее с Брэдфордом. Я просто хочу понять, в чем причина ее испуга. — Боль от этого была мучительной, и она еще удваивалась от переживаний за девушку.
— Но ее отношения с Дэвидом как раз и являются частью того, что ты только что видел. Здесь нельзя отделить одно от другого. — Клэнси огорченно покачал головой. — Учти, Дэниел, это печальная история. Смириться с этим будет нелегко, если, конечно, Зайла тебе не безразлична.
— Все равно расскажи.
— Когда Зайле было тринадцать лет, она жила с бабушкой в Марасефе, а ее мать работала экономкой у Карима Бен-Рашида. Она была очаровательной девочкой, живой, радостной, веселой. Однажды Зайла пропала. Просто не вернулась из школы домой. Ее мать была в отчаянии. Что только не делала: ходила в полицию, сама искала ее по улицам. Все было бесполезно. Прошло полгода, прежде чем она обратилась за помощью к Дэвиду Брэдфорду. За это время и след девочки успел остыть, но Дэвид и Алекс все-таки нашли ее. — Он помолчал. — Она была в борделе под названием «Желтая Дверь». Девочек туда поставляла банда, которая сначала похищала детей, затем сажала на иглу. — Он пропустил мимо ушей яростное восклицание Дэниела. — Не надо, думаю, рассказывать тебе, в каком она была состоянии, когда Дэвид привез ее в Зеландан. Потребовалось больше восьми месяцев, чтобы снять ее зависимость от героина. — Он горько улыбнулся. — После этого осталось преодолеть еще и последствия психологической травмы. Представь себе, чего нам это стоило!
— Тринадцать лет! — дрожащим голосом повторил Дэниел. — Еще совсем ребенок! — Он закрыл лицо руками. — Боже, мне нехорошо, когда я думаю об этом.
— Дэвид отправил Зайлу к своим родителям в Техас, и ее с тех пор не было в Седихане. Все эти годы она наблюдалась у психиатра, и, надо сказать, лечение было успешным… — Он нахмурился. — Но, судя по тому, что мы сегодня видели, о полном излечении говорить рано.
— Да как оно могло быть полным? — глухо воскликнул Дэниел. — Я вообще не представляю, как можно все это забыть!
— Она выстояла потому, что обладает по-настоящему сильной волей, — сказал Клэнси. — Она сама решила ненадолго приехать в Седихан. Зайла думала, что справилась с пережитым потрясением.
— Она уверена, что может справиться со всем на свете!
— Правда? — Губы Клэнси тронула улыбка. — Это приятно слышать. — Он сделал глоток. — Вот тебе и весь рассказ. Ты хочешь узнать что-то еще?
— Только одну вещь. — Дэниел убрал руки от лица, и стали видны его глаза, холодные, как смерть. — Ты с ними расправился?
Клэнси кивнул:
— Банда была разгромлена, и ее главарь никогда больше никому не причинит зла.
— Жаль, что негодяя уже нет в живых, — с тихой яростью сказал Дэниел. — Я хотел бы уничтожить его сам. Я должен сделать что-то, чтобы помочь ей. — Он закрыл глаза. — Я чувствую себя таким беспомощным, просто не знаю, что делать!
Клэнси посмотрел на него с сочувствием:
— Мы все очень переживали, когда это случилось. Тебе еще повезло — ты не видел ее сразу после освобождения.
— Я так не считаю. Брэдфорд был рядом и помогал ей, а меня там не было, — резко возразил Дэниел. — Если бы я был там, она никогда бы не глядела на меня, как будто я какое-то чудовище. Она бы знала, что может мне доверять.
— Но она же в лихорадке. Она вообще не соображает, что происходит. Она явно подумала, что опять попала в бордель.
— Ну, конечно, я все это понимаю. — Дэниел горько рассмеялся. — Я также понимаю, что после такого ужаса ей понадобится много времени, чтобы вообще научиться доверять мужчинам.
Про себя же подумал, что все гораздо хуже. Прошлой ночью он был так уверен, что их отношения будут развиваться и дружба перейдет в нечто более постоянное! А как он был нетерпелив, почти груб. с ней, в момент их слияния. Это было просто чудо, что она не убежала от него в страхе, а наоборот, с такой готовностью ему отвечала. Разве могло это доставить ей удовольствие? Но тогда что это было с ее стороны? Благодарность? Жалость? Какая разница! Ему остается надеяться, что он не нанес ей непоправимого вреда. Надо доказать Зайле, что он будет совсем другим, что он способен относиться к ней с мягкостью и заботой, которую она заслуживает.
— Надеюсь, ты не рассчитываешь на какие-то серьезные с ней отношения? — спросил Клэнси. — Разреши напомнить тебе, что вы знакомы всего лишь сутки.
— Ты опоздал. — Дэниел залпом выпил все оставшееся в стакане и, едва сдерживаясь, поставил стакан на стол. — Так вышло. Она теперь моя, с проблемами или без.
Клэнси застыл:
— Надеюсь, ты не имеешь в виду физически? Судя по последнему отчету ее психиатра, Зайла еще не готова к тому, чтобы сексуально реагировать на мужчину. Черт возьми, я посылал тебя не для того, чтобы ты соблазнял девушку. Я не уверен, что Дэвид стерпит такое!
— Господи! — Дэниел почувствовал себя так, как если бы кто-то ударил его в живот. Значит, дело обстоит даже хуже, чем он думал. Зайла попала ему в руки с незалеченными душевными ранами, а он вел себя так агрессивно в ее первом после того кошмара сексуальном опыте. И все-таки она отвечала ему взаимностью! По крайней мере, ему так показалось. Но как он мог быть уверен в абсолютной тьме, да еще сжигаемый небывалой страстью? Возможно, она только подчинялась ему. Тогда ничего удивительного, что она приняла его за одного из тех мерзавцев. А он-то надеялся, что это не так!
Дэниел с отвращением осознал, что дрожит. Сейчас не время поддаваться слабости. Ему еще надо разобраться с Клэнси, а это никогда не было простым делом.
— Тем хуже, — холодно сказал он. — Можешь сказать Брэдфорду, что с этого момента она не должна его заботить.
— А как насчет Зайлы? Ее ты спрашивать не будешь?
— Ты что, думаешь, что я запру ее в комнате и изнасилую? — Лицо Дэниела было искажено мукой. — Никогда больше в своей жизни она не узнает ни боли, ни страха. Я об этом позабочусь. Но я не расстанусь с ней сейчас, Клэнси. Я не могу допустить, чтобы она и дальше продолжала бояться меня, как сегодня. Но цосле того, что с ней случилось, я не смогу просто ухаживать за ней.
— И что же ты предлагаешь?
— Я ничего не предлагаю, — тихо ответил Дэниел. — Я говорю, что мне нужно время, чтобы заслужить ее доверие, и ты обеспечишь мне его.
— Время?
Дэниел кивнул:
— Пусть Зайла останется здесь со мной на две недели. Я не хочу, чтобы кто-то вмешивался — Брэдфорд или ее мать. Даже ты, Клэнси. У меня достаточно проблем, чтобы еще бороться с кучей озабоченных защитников.
— Тебе это не удастся, Дэниел, — сухо сказал Клэнси. — Ты знаешь, организовать это не в моей власти.
— Ты приложишь все силы, чтобы помочь мне, — холодно улыбнулся Дэниел. — Иначе ты получишь тот самый дипломатический конфликт между Алексом и Филипом, которого так стремишься избежать.
Глаза Клэнси превратились в ледяные щелочки.
— Ты готов вовлечь в это Эль-Каббара?
— Если мне ничего другого не останется, — заявил Дэниел. — Это уж от тебя зависит. Ты ведь знаешь, Филип и глазом не моргнет — объявит свою границу закрытой и откажется выдавать Зайлу или же впускать кого-либо за ней. Он, возможно, не прочь будет потягаться силой с Бен-Рашидом.
— В этом я нисколько не сомневаюсь, — проворчал Клэнси. — Черт возьми, Дэниел, нельзя так мной манипулировать. Ты блефуешь.
— Так проверь! — Дэниел сверкнул глазами. — И жди последствий. Или дай мне две недели, а потом я сам отвезу Зайлу в Зеландан. — Он помолчал. — Если она все еще захочет туда ехать.
— И как, по-твоему, я должен организовать этот провал во времени? — Голос Клэнси был полон сарказма.
— А это уж твое дело. Мы оба знаем, что ты бываешь очень изобретательным, когда хочешь. Если это не поможет, Филип велит доктору сказать, что Зайлу нельзя трогать с места в течение двух недель.
— А я должен буду всего-навсего скрывать ото всех, что Зайлу удерживает человек, который не нашел ничего лучшего, как с ней переспать? Да это с ума может всех свести! — Клэнси сдвинул брови. — Обещай, что больше ничего подобного не случится.
Дэниел покачал головой.
— Я хочу ее больше, чем когда-либо хотел женщину, так что не могу ничего обещать. — Его лицо было мрачным. — Но я также хочу, чтобы она мне доверяла. А значит, я должен выбрать или то, или другое.
— Ну, это хоть что-то. Так и быть, ты получишь свои две недели. — Клэнси встал и аккуратно поставил свой стакан на стол. — Ты почти не оставил мне выбора. Честно говоря, я не люблю, когда меня загоняют в угол. Запомни это, Дэниел. Ты идешь по тонкому льду.
— Я знаю. — Неожиданно он широко улыбнулся. — Это доказывает только серьезность моих намерений. Ты всегда пугал меня до смерти, Клэнси.
Клэнси невольно улыбнулся и негромко выругался.
— Ну ладно, две недели. После этого я приеду за ней, и черт с ней, с дипломатией. — В его голосе послышалась угроза. — И тогда я пришпилю твой зад к «Башне слез» в Марасефе.
— Это мы еще посмотрим, — промолвил Дэниел с загадочной улыбкой. — Ты ведь раньше всегда играл со мной в одной команде, Клэнси, и ни разу против меня. Тебя может ожидать сюрприз. Ну ладно, теперь, когда мы пришли к соглашению, я пойду обратно к Зайле. — Он быстро направился к двери. — Дай мне знать, если от Хасана будет хоть слово.
— Дэниел!
Дэниел обернулся.
— По всей видимости, это значит для тебя очень много, — медленно сказал Клэнси. — Ты уверен, что из-за этого стоит ссориться с Алексом?
— Это стоит чего угодно, — заявил Дэниел с горькой улыбкой. — Я чувствую, что нашел то, что искал всю жизнь. И я знаю, что хорошее никогда не дается легко. — Он открыл дверь. — Но здесь, черт возьми, игра стоит свеч.


Открыв глаза, Зайла увидела Дэниела. На столике около кровати горел ночник, Дэниел сидел в кресле, придвинутом к ее кровати. На его лице застыло хмурое выражение, рассеянный взгляд был устремлен вдаль.
— Дэниел? — слабо прошептала она, поворачиваясь в постели лицом к нему. Она поняла, что совсем раздета и лишь укрыта атласной простыней. Но какое это имело значение?
Он выпрямился и наклонился к ней.
— Я здесь. Давай поспи еще, детка. Теперь ты в безопасности.
— Я знаю, — беззаботно ответила она. С Дэниелом она всегда была в безопасности. — Как ты? Все в порядке?
— Да, и с тобой тоже все в порядке, хотя доктор Мэдхен сказал, что ты будешь чувствовать слабость и сонливость еще несколько дней.
— Доктор Мэдхен?
Он замер:
— Ты не помнишь доктора?
Зайла покачала головой:
— Очень смутно. Я помню, как ты внес меня в холл. Я будто попала во дворец из «Тысячи и одной ночи». А потом все как-то смешалось. — Она сосредоточенно нахмурила брови. — Хотя нет, я припоминаю что-то еще.
В глазах Дэниела мелькнула тревога.
— Правда?
— Человек со странными глазами. Цвета бирюзы. Это был доктор?
Дэниел усмехнулся:
— Нет, это наш хозяин, Филип Эль-Каббар. Он будет польщен, когда узнает, что произвел на тебя сильное впечатление, хотя ты и была без сознания.
— С его стороны очень мило позволить нам вот так свалиться ему на голову. Я хотела бы его поблагодарить.
— У тебя будет прекрасная возможность это сделать. — Дэниел наклонился и взял ее за руку. — Доктор считает, что тебе следует переезжать в Зеландан недели через две. Он хочет убедиться, что у тебя все в порядке и не будет никаких осложнений.
Зайла нахмурилась:
— А почему он думает, что у меня могут быть осложнения?
Дэниел опустил глаза и стал машинально поглаживать ее запястье.
— Понимаешь, — уклончиво сказал он, — осложнения всегда появляются, когда их совсем не ждешь. Мы должны быть очень осторожны, Зайла. — Он поднял глаза и весело улыбнулся. — После того, как я справился с бандой Хасана, я не согласен потерять тебя из-за какого-то скорпиона.
Движения его пальца мгновенно зажгли в ней огонь, и Зайла вдруг ощутила чувственную пульсацию внизу живота.
— Я не допущу, чтобы все твои усилия спасти меня пошли прахом, — непринужденно заметила она. — С моей стороны это было бы слишком большой неблагодарностью. — Она, казалось, не могла оторвать взгляд от глаз Дэниела. — Я проявлю чудеса терпения, чтобы поправиться. Скажи, кто-нибудь сообщил маме и Дэвиду, что со мной все в порядке?
— Как только доктор сказал, что ты вне опасности, мы позвонили в Зеландан. Клэнси Дона-хью сегодня едет туда и даст им полный отчет. А завтра ты сможешь сама позвонить матери, если захочешь.
— Обязательно. — Зайла озадаченно нахмурила лоб. — Так Клэнси тоже здесь? Эта лихорадка! Я ничего не помню. А что было еще?
— Ничего особенного. — Он ободряюще сжал ее руку, но сразу же отпустил. — Ну как, можно мне теперь и самому немного поспать? Кажется, я ответил на все твои вопросы.
— Нет, не на все. — Зайла взволнованно всматривалась в его лицо. Около глаз усталые морщинки, кожа на скулах натянулась. — А ты вообще не спал?
Дэниел усмехнулся:
— Ерунда. Горячий душ плюс сытный завтрак — и я опять в норме.
— Послушай, ведь всю позапрошлую ночь ты провел, закапывая взрывчатку. Получается, ты без сна несколько суток?
Он улыбнулся:
— Да уж. Пришлось тогда потрудиться.
— Не шути. Ты прекрасно знаешь, что я имею в виду. Иди ложись, Дэниел.
— Рядом с тобой? С удовольствием, — протянул Дэниел, многозначительно глядя на нее.
Зайла почувствовала, как огонь разливается по всему ее телу.
— Так в чем же дело? — прошептала она, учащенно дыша.
Улыбка мгновенно исчезла с его лица. Он вдруг с поразительной ясностью вспомнил те слова, что она ему говорила ночью, как впивалась ногтями в его бедра, заставляя забывать обо всем.
— Ты действительно хочешь этого?
— Ведь мы уже спали вместе. — Она облизнула пересохшие губы. — И сейчас тебе нужен отдых.
Внезапно его глаза погасли.
— Теперь другая ситуация, хотя я ценю твою заботу.
Зайла обвела взглядом роскошную комнату с блестящим мозаичным полом, покрытым дорогими коврами.
— Внешне да, — согласилась она, глядя на него несколько неуверенно. — Но мы все те же два человека, которые ночевали вчера в пещере, разве не так? Или что-то изменилось?
Дэниел встал.
— Мы действительно те же. — Он нежно улыбнулся. — Клэнси говорил, что опасность очень сближает людей. Думаю, он прав. Я не могу быть ближе к тебе, чем сейчас, старый друг.
«Старый друг». Прошлой ночью, когда он прошептал эти слова ей на ухо, Зайла почувствовала только радостное удовлетворение. Теперь же они непонятным образом вызвали в ней неловкость. Ей почему-то показалось, что Дэниел очень напряжен. Или это просто игра ее воображения?
— Я тоже чувствую, что между нами возникло нечто большее, чем просто близость, Дэниел, — мягко сказала она. — Я очень тебе за это благодарна.
Его глаза, осторожные и сдержанные, вдруг опять вспыхнули.
— По-моему, мы уже обсудили, что я думаю о благодарности. Можешь оставить ее для Брэдфорда. Мне она не нужна. — Но, увидев растерянность и смущение на ее лице, он взял себя в руки и постарался улыбнуться. — Прости. Ты же знаешь, какой я грубый парень. Возможно, ты права, я действительно устал. Забудь об этом, ладно?
— Ладно, — ответила Зайла, все еще озадаченная.
— Ну и умница. — Он нежно взъерошил ее волосы. — Ты еще поспи. Я обещаю, что поработаю над собой и в следующий раз не буду диким зверем.
— Только не переусердствуй. Мне ты нравишься таким, какой есть. — В ее глазах светилась неуверенность. — Ты будешь здесь, когда я проснусь? — с волнением спросила она. — Я хочу сказать, тебе не придется опять ловить каких-нибудь террористов или взрывать самолеты?
— Конечно, я буду здесь. — Он старался ничем не выдать то, что узнал о ней и как был этим потрясен. — Я собираюсь пожить пока у Филипа, чтобы потом отвезти тебя в Зеландан. Так или иначе, ты теперь на моей ответственности. Я не люблю бросать дело, не доведя до конца.
Зайла почувствовала смесь радости и боли от этого ответа. Ответственность. Она была уверена, что он не хотел ее обидеть. Как же она устала быть объектом ответственности для всех своих друзей. Зайла натянуто улыбнулась.
— Это звучит очень весело. Будет интересно посмотреть, какую пиротехнику ты используешь в обычном путешествии.
Дэниел нагнулся и дотронулся губами до ее лба.
— Я что-нибудь придумаю, чтобы тебя развлечь. — Он выпрямился и потянулся к выключателю лампы, но вдруг замер. — Может, лучше оставить свет?
— Зачем? — удивленно спросила Зайла. — Я не ребенок и темноты не боюсь.
— Нет, конечно. Наверное, я просто плохо соображаю. — Выключатель щелкнул, и комната погрузилась во мрак. — Спокойной ночи, Зайла.
— Спокойной ночи, Дэниел. — Она чувствовала себя покинутой, наблюдая, как его темный силуэт удаляется к двери. — Дэниел!
Он остановился у открытой двери. Неяркий свет из холла освещал рыжие волосы, окружая его голову золотистым ореолом.
— Да?
— У меня к тебе еще один вопрос. Кто меня раздевал?
После короткой паузы он ответил:
— Я. Я сам тебя раздел и вымыл. У Филипа среди прислуги нет женщин. Я подумал, ты предпочтешь, чтобы это сделал я, а не кто-то чужой.
Зайлу опять охватило чувственное волнение. Боже мой, она ведь действительно больна, но это не мешает ей думать о том, как Дэниел касался ее, обнаженной, руками, ласкал взглядом. Все тело вдруг пронзило возбуждение. Какой быстрый переход от фригидности к нимфомании! Хотя нет, какая же это нимфомания? Она ведь желает только Дэниела, и никого больше.
— Ты был прав, — сказала она, чуть осипшим голосом. — Спасибо.
— Пожалуйста. — Он помешкал, а когда заговорил, то слова звучали нерешительно. — Ты очень красивая женщина, Зайла. И совершенно особенная. Я надеюсь… — Он умолк. — Спокойной ночи. — Дверь за ним тихо закрылась.
Не переставая хмуриться, Зайла отвернулась к стене и устроилась поудобнее на атласной подушке. Ее смущение росло с каждой минутой. Почему Дэниел был так сдержан, почти холоден с ней? Не могла же она все это себе вообразить! За то недолгое время, что они были знакомы, она научилась понимать его достаточно хорошо, чтобы почувствовать, как он от нее отгораживается.
Возможно, он уже не испытывает к ней того влечения, которое было раньше? Эта мысль совершенно расстроила Зайлу, и она натянула простыню до подбородка, чтобы унять дрожь. Ну а если так, что из этого? Дэниел абсолютно прав, с осторожностью подходя к отношениям, которые начались так внезапно и сразу достигли такого накала. А может быть, он уже удовлетворил свое желание и больше не хочет ее? Что она знает об отношениях мужчины и женщины? Сколько времени нужно партнерам, чтобы насытиться друг другом? Лучше зря не волноваться, а выяснить, как Дэниел представляет себе их будущее. Можно предложить ему платоническую дружбу, если он хочет именно этого. Дружба не проходит со временем, это Зайла точно знает. А если ему нужно что-то другое? Ах, если б знать! Прошлой ночью все казалось таким простым, теперь же ее мучили сомнения.
Усилием воли Зайла прогнала от себя тревожные мысли и закрыла глаза. За прошедшие три дня этот человек жутко вымотался. Просто глупо разбирать по косточкам его поступки, когда он в таком состоянии. Она не может судить о том, что для него хорошо, что плохо. Им еще только предстоит узнать друг друга. Ничего, ответное чувство придет со временем. Зайла ни за что не потеряет то, что обрела, встретив Дэниела. Во всяком случае, не сейчас, когда она узнала, как люди могут быть счастливы вдвоем. Иначе это было бы безумно больно. Вряд ли это вообще можно пережить.
И о чем она думает, одернула она себя. Она обязательно переживет. Она сильная. Она все выдержит. Зайла закрыла глаза и постаралась внушить себе эту мысль и успокоиться. Она долго лежала без сна, пытаясь отогнать прочь сомнения и страхи, но в душе ее не умолкал едва различимый внутренний голос:
«Я буду сильной. Я выстою. Господи, пожалуйста, хотя бы только на этот раз, сделай так, чтобы мне не понадобилась эта стойкость. Помоги мне, я люблю Дэниела. Помоги мне!»




Предыдущая страницаСледующая страница

Читать онлайн любовный роман - Летняя улыбка - Джоансен Айрис

Разделы:
Глава 1Глава 2Глава 3Глава 4Глава 5Глава 6Глава 7Глава 8Глава 9Глава 10

Ваши комментарии
к роману Летняя улыбка - Джоансен Айрис



Хорошие герои, характеры. Понравился роман.
Летняя улыбка - Джоансен АйрисВикки
24.04.2015, 10.27





Можно почитать...но не ах.а там на любителя. .
Летняя улыбка - Джоансен Айрисантонина
13.11.2015, 17.30





Очередной роман из серии о Седихане. Вроде и герои хорошие, и сюжет есть, а не цепляет: 5/10.
Летняя улыбка - Джоансен АйрисЯзвочка
13.11.2015, 22.26








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100