Читать онлайн Королева льда, автора - Джоансен Айрис, Раздел - 2 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Королева льда - Джоансен Айрис бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

загрузка...
Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 8.6 (Голосов: 205)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Королева льда - Джоансен Айрис - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Королева льда - Джоансен Айрис - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Джоансен Айрис

Королева льда

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

2

Дани закрыла за собой дверь и сделала несколько шагов, но силы оставили ее, и она прислонилась к стене. Ее сердце отчаянно билось, пытаясь справиться со страхом, замешательством и странным возбуждением. Что означали последние слова Энтони? Он никогда не высказывал даже малейшего интереса к ней как к женщине, и все эти годы ни на йоту не отступал от роли опекуна и тренера. А может быть, он намекал на влечение к ней… или даже любовь? Нет, этого не может быть…
Ну а если все-таки?.. Волнение и паника захлестнули ее целиком. Она не могла не отозваться на то сексуальное притяжение, которое распространял вокруг себя Энтони. Ее чувства к нему были так сильны и запутанны, что Дани никак не могла в них разобраться. Восхищение, поклонение, негодование, обида, зависимость, доверие… Любовь? Да, призналась она себе, и это тоже. Она любила Энтони, сколько помнила себя, но эта любовь не приносила ей радости.
Трудно представить себе что-нибудь более подавляющее, чем любовь Энтони Малика, с его сковывающей душу холодностью и ледяной вежливостью, которые всегда отгораживали его от всего мира, от других людей.
Любовь Энтони. Неужели это возможно? Но, если она не ошиблась в своих предположениях, эта любовь разрушит ее! Энтони имеет репутацию мужчины, не знающего недостатка в восторженных поклонницах. Каковы бы ни были его отношения с женщинами, привязанность к ним Энтони остывала быстрее, чем им того хотелось. И время для расставания он всегда выбирал сам.
Дани попыталась представить себя на месте одной из его близких знакомых. Нет, она просто не выдержит, если Энтони через какое-то время заскучает с ней и поймет, что она совсем не то, что ему надо, а потом навсегда вычеркнет ее из своей жизни. Страх затмил все ее мысли. Она не могла представить свою жизнь без Энтони. Дани всегда знала, что где-то там, за ее спиной, всегда маячит загадочная тень – так с самого детства она воспринимала своего опекуна. Сильный, язвительный, всегда контролирующий себя. Какой он будет, если утратит этот контроль, расслабится? Дани почувствовала, как под свитером напряглись груди, а внизу живота появилась странная тупая боль. Желание.
Нет! Ее отношения с Энтони и так слишком запутаны. Дани поспешила вниз, в холл, чувствуя, как пылает ее лицо. Она испытала подобное ощущение всего один раз в жизни. Это случилось шесть лет назад и закончилось «изгнанием из рая», которым для нее был Брайарклифф. Энтони мгновенно все понял и выгнал ее из дому с его обычной безжалостной решительностью. Она не хочет рисковать быть им отвергнутой вновь. Слишком мучительными были для Дани эти воспоминания.
Дани взяла свое пальто в холле и стояла, раздумывая, что же ей делать дальше, когда вниз по лестнице спустился Пит Драйсел.
– Мисс Александер, я только что отнес дорожные сумки наверх в вашу комнату.
– Хорошо, – сказала она рассеянно, набросив пальто на плечи. – Прости, что снова беспокою тебя, Пит, но не мог бы ты отвезти меня назад в Нью-Йорк? Я знаю, это долгая дорога, но готова хорошо тебе заплатить. Дело не терпит отлагательств, мне надо спешить.
Это не было откровенной ложью, ей на самом деле требовалось успокоиться и хорошенько все обдумать, прежде чем она снова встретится с Энтони. Ее нервы были слишком напряжены. Дани знала, что не в состоянии через несколько часов сесть за обеденный стол напротив Энтони, делая вид, что ничего не произошло. Ей нужна передышка.
На лице шофера отразилось удивление, но ответ последовал немедленно.
– Конечно. Должен ли я взять что-нибудь из ваших вещей?
Она отрицательно покачала головой.
– Меня не будет скорее всего одну ночь. Если что-то понадобится, я куплю это в Нью-Йорке.
Дани не думала о вещах. Единственное, что она хотела, – это уехать до того, как снова увидит Энтони. Ей надо было обрести хотя бы остатки душевного равновесия, которое так стремительно нарушил Энтони, и успокоить нервы, чтобы эмоции не выплескивались на поверхность при самом ничтожном поводе. Дани завязала пояс пальто, подхватила сумку и выбежала из дома, а за ней по пятам шел озадаченный Пит Драй-сел.
* * *
– Может быть, расскажешь, что тебя мучает? – тихо спросил Дани Джек Ковальт, наливая себе кофе из кофейника, который официантка только что поставила на стол. Его внимательные карие глаза пристально смотрели на Дани. – Или ты ждешь, чтобы я, как вежливый собеседник, болтал о погоде, игнорируя тот факт, что ты чертовски расстроена?
– Решение моих проблем не входит в твои обязанности, – сказала Дани, с трудом изображая улыбку. – А я-то гадала, куда делось твое обычное любопытство. Ты даже и глазом не моргнул, когда я появилась в дверях твоей квартиры и выманила тебя на обед.
– Я боялся, что ты передумаешь. – Джек как-то трогательно, по-мальчишески, улыбнулся. – Не так часто я вижу, чтобы ты проявляла хоть какую-нибудь активность в наших отношениях. Как приятно сидеть, ничего не предпринимая, и позволять современной свободной женщине все делать самой.
– Правда? – Дани наморщила нос. – В таком случае тебе придется позаниматься со мной, чтобы подготовить к новой роли. Я не очень много знаю о феминистском движении. Всегда была слишком занята, чтобы обращать достаточно внимания на нарушения прав женщин.
– Что вполне понятно. – Джек задумчиво посмотрел на свою чашку. – До этого задания редактора я никогда не думал о том, сколько самоотверженности и труда вкладывают фигуристы в свои выступления. Это же просто чудовищно! Как давно ты занимаешься фигурным катанием?
– Мне было десять лет, когда я в первый раз участвовала в соревнованиях. Но начала я кататься, когда мне было четыре года. – Дани добавила сливки в кофе и медленно помешала. Ее темные глаза были задумчивы. – В Брайарклиффе есть большой пруд, и мои родители обычно приглашали зимой друзей покататься на коньках. Ночью я обычно украдкой выскальзывала из своей спальни и подглядывала за ними. Я пряталась за деревьями и часами любовалась на высоких красивых мужчин и симпатичных девушек, скользящих будто на крыльях по гладкому льду. – Глаза Дани потеплели от воспоминаний, а на губах заиграла улыбка. – Все было как в сказке. Лунный свет превращал пруд в расплавленное серебро, пламя стоящих на подставках факелов отражалось на блестящей ледяной поверхности, и, казалось, огонь вырывается из-подо льда. Когда я в первый раз увидела Энтони, он показался мне похожим на один из факелов. Он был одет в серый свитер и черные джинсы и двигался по пруду как мрачное пламя, он царил над всеми. – Она взглянула на Джека. – Ты когда-нибудь видел Энтони на льду?
– Один раз, когда он выиграл олимпийское «золото». Он был очень хорош.
– Про Энтони мало сказать, что он «очень хорош». Он самый прекрасный фигурист из всех, кого я видела в своей жизни. Энергия и страсть, которые он приносит на лед, невероятны. Он абсолютно вне конкуренции и по технике, и по артистичности. – Дани покачала головой. – Конечно, в то время я не знала таких слов. Мне тогда казалось, что, проносясь мимо Других фигуристов на льду и касаясь их рукой или плечом, он воспламеняет их своим огнем.
Они сами должны были гореть, как факелы. И я удивлялась, почему это не происходит на самом деле. Он был несравненен, все остальные были только фоном. Я любила наблюдать за гостями в нашем доме, когда они катались на катке. Все эти люди были веселы, громко смеялись, но они танцевали так, словно каждый из них был сам по себе. Но так не должно быть, когда люди катаются на коньках. – Она беспомощно пожала плечами. – Это трудно объяснить.
– Я понял, что ты имела в виду, – проговорил Джек успокаивающе. – А когда ты научилась кататься, ты принимала участие в этих вечеринках?
Дани отрицательно покачала головой.
– Я знала, что мои родители никогда не разрешат мне участвовать во взрослых развлечениях. – Ее губы задрожали. – Они считали, что для маленькой девочки вполне достаточно общества няни. Я так хотела получить для себя хотя бы частичку этого волшебства. Я просто изводила свою няню, пока она не увидела, что я успешно справляюсь и с уроками, и с коньками. Она терпеть не могла сидеть на скамейке в ужасный холод, пока я тренировалась, но не могла увести меня с катка, потому что я полностью была поглощена катанием. Оно стало наваждением. – Подняв глаза, Дани встретила полный сочувствия взгляд Джека и встряхнула головой, как бы возвращаясь в настоящее время. – И это наваждение длится до сих пор.
– Ты работаешь на льду по шесть-семь часов в день, а потом еще два часа занимаешься балетом, – сказал Джек. – Я видел тебя настолько усталой, что ты едва держалась на ногах и тем не менее продолжала работать. Стоит ли все это таких трудов, Дани?
– Да, стоит, – ответила Дани без малейших колебаний. – И я всегда это знала. Почему, как ты думаешь, я тренируюсь так помногу?
– Иногда я удивляюсь тебе. – Джек сделал маленький глоток из чашки. – Я думал, честно говоря, что дело, возможно, в Малике. Или я ошибся?
От спокойствия Дани не осталось и следа.
– Ты говоришь словами этих идиотских газетных статей обо мне, которые посыпались в последние два года! Даже когда я выиграла чемпионат мира, репортеры пытались написать еще одного «Пигмалиона»! Энтони никогда не принуждал меня. Мне самой нужна была его помощь и поддержка. И если я оказалась ведомой, так это не его, а мое желание!
– Хорошо, хорошо, – сказал Джек успокаивающе, поднимая руки. – Сдаюсь. Я не пытаюсь очернить твоего опекуна. Я даже по-своему восхищаюсь им. Но первое, что мне пришло в голову, когда я тебя сегодня увидел: «Девочка здорово переживает свою неудачу».
– Вряд ли Энтони стал бы ругать меня! – возразила Дани резко.
Дани не хотела вспоминать недавний разговор с Энтони в библиотеке. Она встретилась с Джеком, чтобы отвлечься, погрузившись, как в ванну, в теплое, добродушное отношение к ней Джека. Если бы не зашла речь об Энтони, Дани, наверное, смогла бы убрать воспоминания о странном разговоре подальше в какой-нибудь укромный уголок памяти. Она улыбнулась Джеку, полная решимости избавиться от грустных мыслей.
– Не хочешь сейчас поддержать активный стиль моего поведения и пригласить меня потанцевать? – задорно спросила она Джека.
* * *
Была почти полночь, когда они вышли из уютного кафе на морозный воздух. Порывистый и колючий зимний ветер холодил раскрасневшиеся щеки Дани. Крупные снежинки кружили в воздухе и медленно падали на землю.
Джек поднял воротник замшевой куртки и взял Дани под руку.
– Снег не обещали до завтрашнего утра. Теперь вряд ли удастся быстро поймать такси. Они всегда исчезают неизвестно куда при первых признаках плохой погоды.
– А твоя квартира недалеко, почему бы нам не пройтись пешком? Заодно подышим свежим воздухом, – предложила Дани.
– Ты сказала «моя квартира»? – Брови Джека поползли вверх. – Дани, ты осваиваешь язык феминисток семимильными шагами. Ты что, хочешь остаться у меня на ночь?
– Нет, я только позволю тебе угостить меня чашкой горячего шоколада и развлечь приятной беседой. – Дани рассмеялась и оживленно продолжила:
– Потом я воспользуюсь твоим телефоном и позвоню в гостиницу, чтобы заказать себе номер. И еще я хочу хорошо провести время, пока буду ждать такси, которое отвезет меня в гостиницу.
– На такую обширную программу тебе потребуется целая ночь. – Он усмехнулся, глядя на нее. – Но я переживу, Дани. Мы друзья, и я готов поделиться с тобой последним. Моя постель – это твоя постель. – Он подмигнул. – Как и мое прекрасное тело, которое стоило два миллиона долларов, когда я был профессионалом. Сможешь ли ты отвергнуть такое предложение? Подумай, тебе невыгодно отказываться.
Дани на секунду задумалась, ответить ли ей серьезно или пошутить.
– Я ничего не понимаю в коммерческих делах. Поэтому оставляю это таким специалистам, как Энтони.
Снежинки падали на светлые рыжеватые волосы Джека и сразу же исчезали в его густых волосах. У Энтони, на его темной шевелюре, они бы сияли как звезды в ночном небе, подумала вдруг Дани. Она прикусила губу и постаралась не думать об Энтони. В течение последних часов ей это почти удалось, и Дани надеялась достойно выдержать это испытание еще какое-то время.
Весело болтая, она смогла не вспоминать Энтони почти половину дороги до квартиры Джека. Фары темного «Мерседеса», внезапно затормозившего посередине улицы, выхватили их фигуры из темноты. Автомобиль резко вывернул к тротуару. Этот вираж был встречен свирепой какофонией сигналов всех ближайших машин на улице. «Мерседес» неуклюже пробился сквозь поредевший поток машин и притормозил рядом с Дани. Водитель перегнулся через переднее сиденье и распахнул заднюю дверцу.
– Дани, садись в машину. – Лицо Энтони казалось белым в полутьме салона, глаза сузились от злости. – Ты же видишь, я задерживаю движение. Хватит одного талона на сегодня, который мне всучили, пока я искал тебя. – Его свирепый взгляд остановился на Джеке, который в замешательстве смотрел на Дани. – Я уверен, что вы поймете, почему Дани необходимо прервать приятный вечер, Ковальт. У нее строгий тренировочный режим, когда важны каждая минута здорового отдыха. – Его голос стал опасно вкрадчивым. – Вы сами бывший спортсмен, поэтому прекрасно знаете, как тот вид физической активности, о котором вы мечтаете, может истощить ее силы.
– Энтони! – возмущенно вскричала Дани. – Ты не смеешь так говорить…
Длинный требовательный гудок грузовика раздался позади «Мерседеса», и Энтони произнес голосом, не терпящим возражений:
– Садись, Дани. Сейчас же.
Очевидно, придется сделать это, потому что из-за «Мерседеса» уже начала образовываться пробка, с раздражением подумала Дани. Она задержала руку Джека в своей и быстро пробормотала слова признательности и извинения.
– Мне придется уступить, – сказала она смущенно. – Завтра позвоню тебе. – Дани проскользнула на заднее сиденье и захлопнула дверь. – Поехали. Этот грузовик сомнет тебя за полсекунды, если мы сейчас же не отъедем.
– Не удивлюсь, – буркнул Энтони, осторожно отъезжая от обочины и пристраиваясь в общий поток машин. – Только дураки могут садиться за руль в Нью-Йорке во время такого снегопада.
– Теперь понятно, почему ты раскатываешь в такую погоду, – язвительно буркнула Дани. – Только имей в виду, что я не убегала из дому, как непослушный ребенок. Я собиралась завтра вернуться в Брайарклифф.
– Речь идет не о завтрашнем дне. – Он пронзил ее взглядом, который был холоднее, чем снег, валивший за окнами. – Я не хочу, чтобы ты проводила эту ночь в постели Ковальта.
– Я буду проводить свои ночи так, как сама пожелаю, – сказала Дани со всей твердостью в голосе, на которую была способна. – Энтони, я ни в чем не обязана отчитываться перед тобой, кроме моей профессиональной жизни. Мне казалось, что я объяснила тебе это вполне четко.
– Очевидно, я не очень ясно выразился, – сказал Энтони. – Сейчас исправлюсь. Надеюсь, ты гораздо лучше поймешь ситуацию еще до того, как пройдет эта ночь.
– Мы возвращаемся в Брайарклифф?
– Не в такую пургу. Я не мазохист, хотя час назад сомневался в этом. Мы переночуем в моей квартире в Нью-Йорке.
– Я предпочту гостиницу, – сказала Дани, не отрывая взгляда от работающих «дворников» за передним стеклом. – Довези меня до ближайшей, и я вернусь в Брайарклифф завтра после полудня.
– Помолчи, Дани, – приказал Энтони с едва сдерживаемым гневом в голосе. – У меня мерзопакостное настроение с той минуты, как Пит вернулся домой и рассказал, что высадил тебя у двери Ковальта, как слишком нетерпеливую «девочку по вызову». Я не хочу, чтобы ты довела меня до точки. Только не сегодня.
– Энтони, ты опять ведешь себя как самый безумный диктатор. Тебе не приходило в голову, почему я вообще решила уехать?
– Приходило, – сказал он мрачно. – Я также допускал, что, возможно, спугну тебя прямо в постели Ковальта. – Энтони резко повернул и остановил машину у въезда в подземный гараж под современным зданием из мерцающего дымчатого стекла и бетона. – Я был немного на взводе, иначе никогда бы не позволил тебе уехать из дому. – Он открыл ключом ворота гаража, поставил машину на место и выключил зажигание.
– Будь уверена, я никогда больше не поведу себя так по-идиотски после всего, что пережил сегодня вечером. – Энтони повернулся к Дани с невеселой улыбкой. – Одного раза достаточно, я не разрешу тебе делать этого снова. Ни на час, ни тем более на ночь.
Обида Дани исчезла. Ей казалось, что она поняла Энтони, и хотелось сказать ему что-нибудь успокаивающее, но он уже открыл дверцу и вылез из машины.
– Пойдем, ты сможешь дать волю всему своему негодованию и вылить его на меня, когда мы поднимемся в квартиру.
Она так и сделает, внезапно разозлившись, решила Дани. Энтони открыл дверь лифта.
Квартира Энтони настолько отличалась по интерьеру от дома в Брайарклиффе, что Дани в удивлении замерла на пороге. Современный дизайн в жестком мужском вкусе, строго геометрические линии пространства и мебели. Серо-голубые стены и светлый ковер контрастировали с темно-синей обивкой дивана, кресел и стульев. Даже камин с желтыми изразцами в гостиной выглядел вполне современным. Дрова загорелись, когда Энтони нажал пальцем на кнопку подачи газа.
– Как интересно, – сказала Дани, снимая пальто и бросая его на ближайшее кресло. – Здесь все совсем не похоже на Брайарклифф.
Энтони снял куртку и удивленно посмотрел на нее.
– А почему должно быть похоже? Брайарклифф – это твой дом, а не мой. Старые стены, антиквариат, богатство, уют, удобство и тепло. Это все не для меня.
Он был прав, слово «уютный» совсем к нему не подходило.
– Может быть, ты и не думаешь о богатстве, о деньгах, но газеты постоянно твердят, что ты меня финансируешь, – мрачно заметила Дани.
– У твоих родителей было много денег. Но они решили, что роскошные яхты и вечеринки по двадцать тысяч долларов за каждую были придуманы исключительно для их удовольствия. – Он взял свою куртку и ее пальто в охапку и вышел, чтобы повесить их на вешалку в прихожей. – А им надо было позаботиться о том, чтобы обеспечить тебя, в случае если с ними что-то случится.
– Не все в жизни подвластно нашим планам, – вызывающе ответила Дани. – Они были счастливы. И, если мне не изменяет память, ты ведь тоже был частым гостем на их вечеринках. Я видела тебя у нас дома довольно часто.
– Конечно, ты же всегда подсматривала. – На его губах появилась необычная для него нежная улыбка. – Чаще всего украдкой выглядывая из-за березы около пруда. Я все время беспокоился, что ты замерзнешь, но ты, наверное, была предусмотрительной девочкой и одевалась потеплее.
– Да, я никогда не мерзла, – сказала она, думая о другом. – Значит, ты знал, что я подсматривала? Вот уж не думала, что кто-нибудь обращал на меня внимание.
– Возможно, я бы и не заметил тебя, если бы так чертовски не скучал и не искал, чем бы развлечься. – Энтони взял ее за руку и повел в гостиную. Энтони усадил Дани на диван, стоявший около камина. – Помню, я только что выиграл тогда Олимпиаду и считался восходящей звездой «Шоу на льду». Конечно, мне хотелось вкусить все удовольствия, которые приносит известность. – Он опустился на диван рядом с Дани. – Но все это быстро мне надоело. Я не принадлежу к людям, для которых удовольствия являются смыслом жизни. Поэтому так и получилось, что только я увидел твои огненно-рыжие волосы, торчащие за дурацкой пальмой в горшке. Как-то раз я не обнаружил тебя на обычном месте, так представь себе, весь вечер мне было не по себе. Я даже начал беспокоиться. Я не мог спросить Нэн или Джеффри, ясно было, что они не догадываются, что их дочь за ними шпионит. В конце концов я спросил кого-то из слуг и узнал, что ты серьезно заболела. – Его губы сжались. – Но это ни на йоту не изменило планы твоих родителей. Они даже не попросили гостей вести себя потише.
Дани схватила диванную подушку и зарылась в нее лицом.
– Ты говоришь так, словно ты терпеть не мог моих родителей, – прошептала она сокрушенно, не желая верить его словам.
– Честно говоря, ты права. Они мне не нравились, – сказал Энтони резко, откидываясь на спинку дивана. – Они были самовлюбленными, беззаботными и недалекими людьми. Еще больше я не любил толпу недоумков, которой они себя окружали. Но для того, чтобы понять это и разобраться в себе самом, мне понадобилось время.
– И частью которой ты был, – зло бросила Дани. – Зачем же ты приходил на эти вечеринки, если так относился к хозяевам?
– Я немного растерялся в то время. – Его глаза были задумчивы, он пристально смотрел на огонь в камине. – Мне было всего двадцать, и после долгих лет изнурительной работы к борьбы я внезапно получил все, о чем можно было мечтать. Деньги, слава, женщины – все, что я хотел, падало к моим ногам. – Его губы искривились в горькой улыбке. – И я обнаружил, что на самом деле мне все это не нужно. Жизнь не наполнилась смыслом.
В глазах Дани появилась тревога.
– Меня ожидает то же самое? – спросила она, нервно обхватив себя за плечи. – Все мои переживания, годы труда пойдут прахом?
– Нет. – Стремительность его ответа успокоила Дани. – Мы с тобой отличаемся как день и ночь. Ты любишь фигурное катание. Это часть тебя и всегда будет твоей частью. Оно придает> тебе силы, наполняет и вдохновляет тебя, помогает жить. – Он твердо встретил ее взгляд. – У меня все было совсем по-другому. Я использовал коньки, чтобы выбраться из бедности. Все свое детство я боролся с нищетой, не позволяя себе никаких слабостей, игр и веселья. Только выходя на лед, я показывал свои чувства и переживания и делал это потому, что знал, что без эмоций фигурное катание потеряет глубину и яркость. – Энтони пожал плечами. – Потом, после того, как я получил все награды, ради которых жил и работал, я обнаружил, что мне стало трудно обнажать свои чувства для удовольствия зрителей. – Он сделал паузу. – Я не очень великодушный человек, а, Дани? Я гораздо больше беру, чем даю.
– Зачем ты мне все это говоришь? – удивленно спросила Дани. Никогда раньше она не слышала, чтобы Энтони рассказывал о себе подобные вещи.
– Потому что это необходимо, – ответил он резко. – Ты думаешь, что мне это доставляет удовольствие? Когда ты поймешь, что я не знаю, как сделать, чтобы ты доверяла мне, чтобы не сторонилась меня, не замыкалась в себе? Но я должен пересилить себя, черт побери!
– Почему?
– Потому что, если я не сделаю этого, ты отправишься в постель Ковальта. – Энтони сделал короткую паузу. – И тогда я скорее всего убью его.
Дани вздрогнула. Слова были произнесены с такой невозмутимостью, что выглядели более пугающими, чем если бы он кричал в гневе.
– Ты не сможешь сделать этого.
– Смогу, – сказал Энтони. – Думаешь, мне никогда раньше не приходило в голову нечто подобное? Именно поэтому я вытащил тебя в Брайарклифф. А сейчас я должен объяснить все, чтобы ты понимала, с кем имеешь дело. – Он закрыл глаза, и на секунду на его лице проступило выражение какой-то детской неуверенности. – Я не хочу торопить тебя, Дани. Но все это тянется так чертовски долго. – Его глаза открылись, в их глубине Дани увидела затаенную боль. – Слишком долго. Я больше не могу ждать.
– Ждать чего? – Дани была настолько напряжена, что ей с трудом удавалось выговаривать слова.
– Тебя, – сказал он просто. – Всегда только тебя.
Она покачала головой в инстинктивном испуге.
– Нет… – Она сжала руки в кулаки, чтобы удержать дрожь. – Это невозможно, ты никогда не говорил…
– Я уже сказал тебе, что мне нелегко показывать мои чувства, – произнес Энтони жестко. – Это не означает, что у меня их нет. Еще с того времени, как ты была маленькой девочкой, я верил, что ты когда-нибудь станешь моей. Моей во всех смыслах, которые только существуют. Я знал это с того вечера, как впервые поговорил с тобой. Ты помнишь этот вечер, Дани? – Он нетерпеливо покачал головой. – Нет, конечно, ты не можешь помнить. Тебе было только шесть лет. – Его взгляд невидяще смотрел на пламя. – В тот день тоже шел снег. У вас в доме была вечеринка с коктейлем, которую из-за плохой погоды перенесли в дом, и я чувствовал что-то похожее на клаустрофобию. Мне хотелось вырваться из этого пространства, сбежать от этих людей, от их разговоров. Я взял куртку и решил подышать воздухом. Конечно же, я направился к замерзшему пруду, где мы так часто катались на коньках, дурачились. И на пруду я увидел тебя. На тебе были джинсы и белый свитерок, и твои волосы, собранные в хвост, были похожи на языки пламени, когда ты вращалась на льду. Ты выглядела такой серьезной и взрослой, и в то же время в тебе было больше мягкости, тепла и жизненной силы, чем в ком-либо из всех, кого я знал. Снежинки кружились вокруг тебя. В темноте, в свете фонарей ты сверкала, как рождественская елка. Я стоял за деревьями и смотрел на тебя… Потом ты увидела меня и подъехала.
Взгляд Энтони был затуманен воспоминаниями.
– Ты улыбнулась мне и сказала: «Я знаю, кто вы. Вы Энтони Малик, и вы выиграли золотую медаль. Я Дани Александер, и я тоже обязательно выиграю ее когда-нибудь. И тогда все меня полюбят». – Энтони оторвал взгляд от огня и посмотрел на нее. – Не знаю, как все, но уже тогда один человек… любил тебя и собирался делать это всю оставшуюся жизнь… – Его пальцы непроизвольно сжались в кулаки. – И я знал, что это будет ад на земле – ждать все эти долгие годы, пока ты вырастешь и отзовешься на мою любовь. А ведь я не был терпеливым человеком, Дани.
– Сюжет мыльной оперы. – Она покачала головой в замешательстве. – В жизни такое никогда не случается.
– Я тоже так думал. – Энтони холодно улыбнулся. – В то время ты бы не смогла найти более циничного или прагматичного мужчину, чем я. Я верил, что могу подчинить своим желаниям и весь мир, и все находящиеся в нем частности. Можно даже не объяснять, каким ударом для меня было то, что моя судьба изменилась только от того, что шестилетний чертенок подумал обо мне просто как о взрослом человеке.
– Ну и что, что я так подумала, – изумленно сказала Дани. – При чем здесь любовь?
Энтони пожал плечами.
– Я знаю только то, что ты была единственным человеком, который мог меня изменить, – сказал он отрывисто, с трудом заставляя себя выговаривать слова. – Все дело в том, что я был не в состоянии испытывать сильные чувства, эта способность во мне атрофировалась. Я никогда не волновался о ком-то. Ты была не так далеко от истины, когда обвинила меня в том, что я ледяной человек. В тебе было все то, чего никогда не было у меня, – тепло, открытость, доброта. – Он сделал паузу. – Любовь. Я хотел этого тепла, этой любви. Я знал это тогда и знаю это сейчас, Дани.
– Я не могу…
– Я не прошу тебя любить меня, – перебил ее Энтони напряженным голосом. – Я понимаю, что я трудный человек. Ты даже можешь решить, что любить меня невозможно. Я только говорю, что хочу этого. Может быть, мы сможем дать друг другу что-то другое, чем обычно. Я не пытаюсь вырвать у тебя никаких обязательств. Я только хочу, чтобы ты знала, что ты не только будешь принадлежать мне, но ты сама захочешь принадлежать мне.
– Как ты можешь говорить об этом с такой уверенностью, – произнесла удивленно Дани.
Она выпрямилась на диване, напряженная, как натянутая струна.
– Я не хочу ни к чему принуждать тебя, – возразил ей Энтони. – Ты придешь ко мне по своей воле. Ты захочешь быть в моих объятиях так же сильно, как я хочу этого. Ты думала, что мне нужно еще что-то? – Он покачал головой, едва заметная улыбка появилась на его губах. – Нет, я не жажду ни признательности, ни клятв, ни страха. – Энтони заметил, что Дани окаменела при последнем слове, и смягчился. – Да, я всегда знал, что ты боишься меня. Наверное, ты интуитивно чувствовала силу моей любви, даже если не осознавала ее. А может быть, ты боялась довериться мне и подойти слишком близко. Ты боялась, что я могу сделать тебе больно. – В его глазах засветилась нежность. – Но теперь-то ты знаешь, что я никогда не обижу тебя. – Он протянул к ней руки. – Подойди ко мне и убедись.
Его глаза горели, зачаровывая Дани, и она словно слышала все то, что было в этом взгляде – взгляд Энтони околдовал ее, в его лице появилась какая-то незащищенность. Дани медленно встала и, словно она была в летаргическом сне, Двинулась к Энтони. Все еще глядя ей в глаза, Энтони протянул к ней руки.
– Давай же, – сказал он просяще, и Дани нерешительно коснулась его ладоней. Она изумленно отпрянула назад, когда почувствовала трепетный разряд, который пронзил ее, но Энтони уже крепко держал ее руки в своих. – Посмотри, нечего бояться. Ты чувствуешь эту связь между нами, ты чувствуешь мое тепло, мою жажду? Мы словно проникаем друг в друга.
– Ты говоришь со мной как с маленькой девочкой, – сказала Дани удивленно. Блики огня скользили по его лицу, и Дани вдруг вспомнила горящие факелы надо льдом и внезапно почувствовала страх, сковавший вдруг ее.
Энтони раздвинул колени и легонько потянул ее на себя так, что ей пришлось опуститься на пол у его ног.
– Конечно, ты давно уже не маленькая девочка. – Энтони наклонился вперед, и Дани, напряженная, как струна, увидела вожделение в его глазах. – Иногда, когда ты в воинственном настроении или чем-то расстроена, ты так гордо вздергиваешь подбородок, что твоя шея выгибается, как у испуганной газели. – Он осторожно провел большим пальцем по ее шее, ощущая под своей рукой пульсирующее биение. – Ты еще красивее в такие моменты.
– Не знаю, почему я разрешаю тебе делать это. – Дани нервно облизала губы. – Наверное, я сошла с ума. Ведь только что я была ужасно зла на тебя.
– Ты разрешаешь мне прикасаться к тебе, потому что хочешь этого. – Энтони нежно коснулся пальцами ее лица и посмотрел в глаза. – Даже если ты будешь пытаться скрыть свое желание, ничего у тебя не выйдет, Дани. Ты хочешь меня. – Его пальцы легко поглаживали ее лоб, щеки, подбородок. – Знаешь, я иногда знаю, о чем ты думаешь и что чувствуешь. – Его пальцы коснулись ее плотно сжатых губ, разомкнули их и дотронулись до влажного кончика языка. – Я даже могу назвать минуту, когда ты начала хотеть меня. Ты была смущена и перепугана оттого, что в тебе родилось это желание. – Он глубоко и прерывисто вздохнул. – Я учил тебя кататься в паре, мы отрабатывали вращение. Мои руки были на твоих бедрах, я поддерживал тебя. Так бывало сотни раз и до этого, но внезапно я почувствовал, что что-то изменилось. Ты напряглась под моей рукой и посмотрела на меня. На твоем лице было написано все. – Энтони медленно провел пальцем по ее жемчужным зубам. – Я был потрясен. Я ведь по-прежнему относился к тебе как к ребенку, но твои глаза сказали мне, что ты готова любить меня, что ты хочешь, чтобы я научил тебя быть женщиной.
– И ты прогнал меня из Брайарклиффа, – сказала Дани, перебивая Энтони. – Ты тогда дал мне понять, что я могу убираться на все четыре стороны. Я чувствовала себя полной дурой, я ничего не понимала и не знала, что мне делать.
Энтони с улыбкой покачал головой.
– У меня был выбор: или отослать тебя, или разрушить все, к чему я стремился. – Его голос звенел от напряжения. – Господи, тебе же было всего четырнадцать лет! Если бы я не расстался с тобой, я бы сделал тебя своей любовницей, я не смог бы удержаться, я не мог ничего с собой поделать.
Да, подумала Дани, и она ничего не могла поделать с собой. Она пыталась выкинуть эти болезненные воспоминания из своей памяти. И ей казалось, что за эти долгие шесть лет ей удалось это сделать. Но стоило ему только коснуться ее, как снова это не подчиняющееся ни ее разуму, ни ее воле влечение, которое она впервые узнала тем давним вечером, овладело ею. Именно в тот вечер она пересекла границу между детством и юностью.
– Это ничего не изменило, ты же знаешь, – сказала Дани, закрывая глаза и чувствуя горячие волны желания. – Мы не можем построить отношения на такой непрочной основе, как желание. Ты сам говорил, что мы очень разные во всем.
– Мы можем попробовать. – Его пальцы продолжали ласкать ее губы, ее волосы, ее шею. – Мои чувства гораздо глубже, это не просто желание, но и такое желание – это тоже очень и очень много. – Он медленно наклонил голову, его теплые губы чувственно коснулись ее губ. – Я попытаюсь сделать так, чтобы тебе было хорошо. Я и не жду, что на тебя немедленно опустится благодать, что ты узнаешь неземной восторг. Я знаю, нам нужно время. Но я поведу тебя к этому, я открою тебе радости взаимной любви. А сейчас расслабься. Я хочу поцеловать тебя, попробовать тебя.
Его губы снова припали к ее губам, пробуя ее, целуя с такой нежностью, что под ней лишь угадывалась еле сдерживаемая страсть. Его дыхание было мягким и свежим. Его язык, сначала едва коснувшись ее рта, возбуждающе прошелся по ее нижней губе. Энтони поднял голову и глубоко вздохнул.
– Ты не знаешь, как часто я хотел поцеловать тебя. Как я лежал ночами без сна и представлял всю тебя, твой вкус. Думал: а что же ты почувствуешь, когда я сделаю это. За долгие годы я хорошо узнал твое тело. Я ощущал тебя, держал в своих руках, даже разыгрывал с тобой на льду любовные сценки, но я никогда не чувствовал, что ты отвечаешь на мои прикосновения как женщина. Господи, а я так ждал этого! – Она почувствовала биение его сердца сквозь толстый шерстяной свитер, когда Энтони прижал ее голову к своей груди. – Я хочу прикасаться к тебе, – прошептал он, зарывшись лицом в ее волосы. – Ты позволишь мне научить тебя доставлять удовольствие и принимать наслаждение?
Ее сердце бешено заколотилось.
– Я не знаю, что ответить тебе, Энтони.
Все случилось слишком быстро. Она чувствовала себя так, как если бы сбылись все ее сладостные мечты и сны. Тепло огня, свитер, колющий щеку, запах дорогого одеколона, совершенно новое для нее ощущение близости мужчины.
Дани так долго старалась предать забвению свои мечты об Энтони. Ей казалось, что эти мечты родились вместе с ней и, несмотря на все ее старания, никогда не покинут ее. Сейчас он был рядом, любил ее, тянулся к ней, хотел ее. Слишком много для Дани.
– Наверное, я действительно боюсь.
– Поэтому ты должна позволить мне любить тебя. – Он медленно начал вынимать шпильки из ее волос. – Тогда ты узнаешь, что бояться нечего. Я меньше всего хочу обидеть тебя, сделать тебе больно. – Ее огненно-рыжие волосы тяжелым водопадом упали на спину, и Энтони с медлительной чувственностью погрузил в них руки. – Я не собираюсь подгонять тебя. Я знаю, под каким давлением ты будешь жить следующий месяц, и не требую никаких обещаний, пока ты сама не разберешься во всем. – Одна рука медленно поглаживала ее затылок. – Сейчас мы только начнем узнавать друг друга. – Его губы коснулись виска Дани. – Ты поймешь, как сильно я хочу тебя, и ответишь на мое желание, если сама этого захочешь. – Он дразняще прикусил мочку ее уха. – Ты заснешь, обнаженная, в моих объятиях, и тебе приснится, что мы принадлежим друг другу на всю жизнь. И с этого момента любой другой выбор окажется для нас невозможным.
Энтони умолк и только играл с ней, покусывая, поглаживая, нежно лаская ее, как если бы Дани была маленьким котенком.
– Я был готов ждать тебя и дольше, но испугался, что ты окажешься в постели Ковальта прежде, чем я успею рассказать тебе, как прекрасна будет наша любовь.
Чувственный голод все сильнее прорывался в нем наружу, и, целуя ее, Энтони не сдержал стона неутоленного желания. Чуть отодвинувшись, он торопливо стянул свитер через голову Дани и отбросил его в сторону. Он не отрывал от нее взгляда, когда в нетерпении начал расстегивать застежку лифчика.
Энтони казалось, что почти прозрачный бежевый лифчик мешает ему созерцать красоту ее загорелого тела, он сходил с ума от нетерпения, видя желание, горевшее в ее темных глазах. Руки Энтони дрожали, когда он наконец справился с застежкой. Осторожно, сказал он себе. Он должен сдерживать свою страсть. Энтони чувствовал настоящую боль, избавиться от которой было невозможно без Дани. Больше всего ему хотелось сорвать с нее всю одежду, повалить на пол и овладеть ею в стремительной гонке к наслаждению. Желание было сильнее его, оно ослепляло его, лишало разума. Он мог думать только о ее стройных длинных ногах, которые сомкнутся на его бедрах, и о ее теле, выгибающемся, как натянутый лук, навстречу ему.
А он-то надеялся, что сможет сохранить контроль над собой. Энтони невесело улыбнулся, вспомнив, что обещал не просить у Дани окончательного подтверждения их любви. Энтони видел, что для нее секс был неизведанным и опасным миром. Он искалечит Ковальта за то, что тот нарушил его планы. Он же хотел подождать, так было бы честнее по отношению к Дани. Энтони слишком долго обуздывал свое вожделение, чтобы и сейчас попытаться спрятать сексуальное Желание за любовью, но это безудержное падение в пропасть уже нельзя было остановить. Из последних сил Энтони пытался держать себя в Руках – ведь иначе он потеряет Дани навсегда.
«Я должен, – сказал себе Энтони, – подо ждать еще немного, ведь я сумел пройти через ад долготерпения, я жил в этом аду последние шесть лет».
Он нежно снял с Дани лифчик, медленно спустив узкие бретельки с ее плеч. Господи, как она хороша! Небольшие, прекрасной формы груди дерзко торчали, а темно-розовые соски твердели, когда он просто смотрел на них. Тело Энтони разрывалось от сдерживаемого напряжения которое требовало выхода.
– Иди ко мне, – прошептал он. – Дани, я хочу поцеловать тебя. – Он поднял ее с пола и прижал к себе, с удовлетворением заметив, как расширились ее глаза, когда Дани почувствовала явное свидетельство его возбуждения. Она чутко отзывалась на все его интонации, движения, на его ласки. Энтони прижал девушку, теряя рассудок от ее близости, ощущая набухшие от возбуждения груди. Но тут же услышал ее тихий протестующий шепот:
– Не надо, Энтони, мне больно.
Он замер от удивления и посмотрел ей в глаза.
– Больно?
– Нет. – Она смущенно покачала головой. – Не больно. Я как в огне. Сама не знаю. Я не могу прийти в себя. – Дани была не в состоянии объяснить словами ту пожирающую страсть, которая захватила ее целиком. Она была смущена, изумлена, потрясена, она не понимала, что происходит с ней, как ей быть со всем этим. Слова, которые произнесла Дани, Энтони расшифровал без малейших сомнений.
– Я слишком груб? – спросил он озабоченно.
Он отстранился от Дани и стянул с себя толстый свитер. Торопясь от нетерпения, Энтони расстегнул пуговицы на рубашке. И замер на мгновение.
– Сними сама, Дани. Сними все, что ты хочешь.
Философия Энтони. Он всегда брал от жизни то, что хотел. Но сейчас он был в другой роли – он был дарителем.
Дани нерешительно сняла с Энтони черную рубашку. Закрыв глаза, она прижалась к его обнаженной груди и услышала, как прервалось на миг его дыхание, когда ее соски коснулись его кожи. Она потерлась щекой о волосы на его груди с чувственностью молодой кошки. Он так хорошо пахнет. Запах его тела пьянил ее сильнее всякой парфюмерии.
Она хотела бы бесконечно вот так быть рядом с ним, вдыхать его запах, смотреть на него, трогать его и ласкать. Дани несмело провела кончиком языка по его коже. Родной, чуть солоноватый вкус. Ее губы нежно охватили сосок Энтони, и Дани почувствовала необычное удовольствие, когда ощутила, как он затвердел, возбуждаясь.
– Пожалей меня, любимая, остановись на минуту. – Его смех был больше похож на мольбу. – Если ты, конечно, не хочешь, чтобы все закончилось слишком быстро.
Он погрузил руки в ее волосы и оторвал Дани от себя. Она открыла глаза и посмотрела на него взглядом, в котором было столько желания и любви, что Энтони на секунду задохнулся от неистового восторга. Об этом он мог только мечтать.
– Пойдем в постель, Дани, – сказал он глухим голосом. – Ты согласна заснуть сегодня в моих объятиях?
Она медленно кивнула, чувствуя, что весь мир для нее теперь заключен в этих зеленых глазах, в которых полыхало пламя желания.
– Если ты хочешь… – прошептала Дани в ответ.
Она делала все, о чем он ее просил. И полностью отдавала себе в этом отчет. Она настолько была переполнена любовью к нему, что существовала как во сне. Любовь. Дани всегда старалась очень осторожно употреблять это слово по отношению к Энтони. Без всякого опасения она любила Бо и Марту и не боялась, что эта любовь сыграет с ней злую шутку. Она с легкостью отвечала на тепло и привязанность Джека и других мужчин, которые появлялись и затем исчезали из ее жизни. Но с Энтони все было по-другому. Она никогда не понимала его чувств, хотя и всегда пыталась. О Господи, как же она стремилась понять его! Все время самым ее главным желанием было проникнуть за высоченный забор, надежно защищающий его сокровенные мысли от окружающих. А сейчас он широко открыл ворота и приглашал ее войти. Дани мешкала, боясь, что они захлопнутся перед самым ее носом.
– Этого мало, – сказал он тихо. – Ты сама должна хотеть наслаждения. – Его пальцы чувственно гладили ее, вызывая тянущую боль внизу живота и неутихающий жар в крови.
– Я хочу, – прошептала она почти беззвучно. – Энтони, ну пожалуйста, я хочу.
Его губы коснулись ее легким, как летний ветер, поцелуем.
– Так сладко, – прошептал он еле слышно. – Наверно, я должен чувствовать себя мерзавцем, нападающим на такого невинного младенца, как ты, но я не чувствую. Ты была предназначена мне судьбой. Скоро сама поймешь, даже если сейчас не догадываешься об этом.
Энтони встал, подхватывая ее на руки, поднялся по ступеням, спускающимся из гостиной в коридор, и вошел в спальню. Он не стал закрывать дверь, и мерцающий огонь камина осветил комнату в серебряно-серых и бордовых тонах. Диван цвета темного вина контрастировал с серым покрывалом на огромной кровати, куда Энтони опустил ее. Единственное, что ощущала Дани, – это близкое присутствие Энтони. Его руки быстро расстегивали ремень, а голос был таким же мягким, как бархат покрывала, ласкающий ее голую спину.
– Я провел на этой кровати так много ночей, Мечтая о той ночи, когда здесь будешь лежать ты. – Он раздевался стремительно, но при этом не выглядел нетерпеливым и суетливым. Дани любила смотреть на его движения – сильные и уверенные на льду, небрежные и расслабленные дома. Энтони на секунду замер перед ней, обнаженный, бронзовая кожа словно светилась в красных отсветах огня, разгоревшегося в камине. Потом он сел на кровать рядом с ней и начал снимать с нее мягкие замшевые ботинки.
– Я так отчетливо представлял тебя здесь, на этой кровати. Твои рыжие волосы разметались по подушке, а темные глаза умоляли о любви. – Энтони чуть приподнял Дани и ловко снял с нее брюки, потом осторожно потянул вниз трусики с ее бедер. – Я представлял себе, как ты раздвигаешь ноги, как выгибается твое тело навстречу мне и ты словно приглашаешь меня…
– Энтони, здесь темно, и ты вряд ли видишь, что мои щеки темно-красного цвета, – поспешно прервала его Дани. – Как ты понимаешь, я не привыкла к таким откровенным разговорам.
Энтони протянул руку к лампе на прикроватной тумбочке, вспыхнул свет, и внезапно они оказались внутри небольшого круга света. Оба на секунду замерли от восхищения. Он так прекрасен, подумала Дани с восторгом, так совершенен. Она едва могла удержаться от желания погладить его рельефные мышцы. А его глаза… факелы, сверкающие надо льдом. Эти факелы жгли ее, заставляя испытывать чувственный голод, сжимающий все внутри, когда он разглядывал ее тело с томительной неторопливостью.
– Я много раз видел тебя почти голой, – начал Энтони неуверенно. – Я помню, как в Чикаго, после того, как ты выиграла юношеский чемпионат, я пришел в твою раздевалку. Марта делала массаж, и только угол простынки прикрывал твое тело. Я сел напротив в другом углу комнаты, разговаривал с Бо, но не мог оторвать глаз от рук Марты, гладящих твою спину. – Энтони порывисто вздохнул. – Это доводило меня до сумасшествия. Я не хотел, чтобы кто-то, кроме меня, касался тебя, вызывая выражения чувственного удовольствия на твоем лице. Я с трудом мог справиться со своими желаниями, боясь, что не выдержу, выгоню всех из комнаты и овладею тобою прямо на массажном столе. – Он заставил себя отвести восхищенный взгляд от тела Дани, чтобы посмотреть в ее глаза. – И это не было бы изнасилованием, Дани. Я бы доставил тебе такое наслаждение, что ты сама просила бы меня о продолжении. Да я знаю, что часто я только брал, ничего не давая взамен. Но с тобой было бы все иначе. Ты это понимаешь?
Она понимала только то, что таяла и растворялась под жарким призывным взглядом и что тянущая боль внизу была уже почти непереносима. Дани даже дышать становилось все трудней.
– Да, я понимаю, – обессиленно прошептала она. – Энтони, пожалуйста, больше ничего не говори. – Ее рука коснулась его плеча. – Ты нужен мне.
Дани почувствовала, как мышцы под ее рукой внезапно напряглись, и его лицо, которое только что было открытым и беззащитным, превратилось в равнодушную маску.
– Нет! Я уже сказал, что тебе никто не нужен. Ты слишком сильная для того, чтобы нуждаться в ком бы то ни было. – Взгляд Энтони все еще приковывал к себе, он протянул руку, чтобы с медлительной чувственностью погладить грудь Дани. Сердце ее забилось как сумасшедшее в ответ на его прикосновения. – Ты хочешь меня, так же, как я хочу тебя. – Его большой палец обводил твердый напряженный сосок, еще больше возбуждая ее. – И скоро ты захочешь меня гораздо больше. Но ты не нуждаешься во мне. Замни это.
«Он ошибается», – подумала Дани в смятении. Если это желание подавляет все ее чувств, разве оно не стало жизненной необходимостью? Она даже не может осознать его границы, оно заполнило ее целиком.
«Господи, – восхитился Энтони, – как она прекрасна, как загадочны ее глаза, полные истомы, и губы, полураскрытые и зовущие». Он наслаждался нежностью ее кожи, его рука мягко и неумолимо исследовала все ее ложбинки и возвышения. Но Энтони стремился к ее вожделенному лону, не смея все же спугнуть Дани своим нетерпением. Ему хотелось одного – раздвинуть ее ноги и вклиниться между ними. Дани готова принять его, она хочет его. Почему же он медлит? Это была изматывающая пытка – видеть рядом с собой Дани, обнаженную в его объятиях, и удержаться, не погрузиться в нее, не дать им обоим удовольствие и облегчение, которого оба хотят так страстно.
Энтони на мгновение закрыл глаза, словно отгораживаясь от этого мучительно прекрасного образа. Здравый смысл не давал ему возможности солгать себе. Дани хотела его, потому что он использовал для этого весь свой опыт. Энтони мог взять ее сейчас и строить на этом все их дальнейшие отношения, но он не хотел получить ее такой ценой. Сейчас Дани была смущена и не уверена в своих силах. А в ярком утреннем свете это смущение могло превратиться в гнев, обиду и, хуже того, в панику. В своей жизни Энтони имел дело отнюдь не с юными наивными девушками, и он боялся сделать неверный шаг в отношениях с Дани, которые значили для него так много! Любит ли она, знает ли сама, что он для нее значит. Или это он сам сумел воспламенить ее своим нетерпеливым желанием, своей страстью. Да, сейчас Дани в его власти, он возьмет ее, насладится ею, но даст ли он ей то, чего она, может быть, не сознавая этого, ждала и видела в своих мечтах?!
Хотя Энтони не считал себя слишком добродетельным мужчиной, он всегда гордился своим стремлением к справедливости. Он усмехнулся, когда представил себе, как долго это чувство справедливости продержалось бы, если бы его не подогревало опасение, что одно неосторожное Движение с его стороны может разрушить все его планы насчет Дани. Смог ли он сдержать свой порыв, если даже одно прикосновение ее руки возбуждало его с такой силой, которую он раньше испытывал только перед самым оргазмом, занимаясь любовью с самыми опытными женщинами. Энтони открыл глаза. Дани смотрела на него с возбуждающим томлением, которое затмевало его рассудок. Он отвернулся от Дани и погасил свет.
– Милая, давай полежим рядышком. Просто полежим. Сейчас я ничего больше не могу допустить.
Она покорно сделала то, о чем он попросил. Энтони откинул одеяло и осторожно укрыл ее, а потом нежно обнял. Он чувствовал сильное волнение, и сердце трепетно отзывалось на растущее желание, когда Дани покорно подлаживалась под все изгибы его тела. Бог свидетель, она была такой желанной, что Энтони не мог оставаться спокойным. Ее губы легко прикоснулись к его плечу, локон шелковистых волос упал на его щеку, и Энтони вобрал в себя легкий цветочный аромат ее духов. Этот запах он знал давно – Дани пользовалась этими духами.
Он лежал почти неподвижно, и Дани, прижавшись к его груди, чувствовала лишь железную твердость мускулов. Она никогда не знала, как прекрасно сильное мужское тело, так непохожее на ее – мягкое и гибкое. От каждого ее прикосновения Энтони возбуждался все больше и больше. Она ощущала это и никак не могла понять его холодности. Почему он так спокоен, почему словно отстранился от нее?
– Энтони. – Ее губы коснулись его шеи. – Люби меня, пожалуйста. Я не буду говорить, что ты мне нужен, если ты не хочешь, но ты же знаешь, что я хочу тебя так сильно, что теряю рассудок.
– Да, я знаю это. – Она почувствовала под рукой сильное биение его сердца. – Ты думаешь, я не чувствую то же самое? – Он улыбнулся в темноте – она поняла это по его голосу. – Да, все признаки безошибочны, правда? Нельзя ошибиться.
Да, это было так. Они оба испытывали испепеляющее желание, и Дани прильнула к нему еще ближе.
– Так почему же ты медлишь? Энтони вздохнул.
– Я не могу, – сказал он хрипло, его руки крепко обняли ее. Он нежно и чувственно гладил ее обнаженную спину, наслаждаясь этими прикосновениями. – Я не могу, черт побери! Не имею права!
– Не можешь? – откликнулась Дани бесцветным голосом. Она не могла понять, почему он говорит так. Он же не станет отказываться от того, чего они оба так хотят!
Энтони погрузил руки в ее густые волосы и резко притянул ее к себе.
– Я уже сказал, что не собираюсь требовать обязательств от тебя до окончания Олимпиады. – Энтони невесело рассмеялся. – Неужели ты не понимаешь, что, если ты станешь моей сегодня ночью, я захочу, чтобы ты принадлежала мне безраздельно? Я знаю себя. Будь я проклят, если разрушу твою мечту, ради которой ты жила все эти годы! И если я сделаю это, я потеряю тебя навсегда. Поверь мне, милая, я знаю, что говорю. Поэтому давай подождем.
Она почувствовала, как гнев вспыхнул в ней, гнев, на смену которому пришло разочарование.
– Ты должен был знать это с самого начала, – сказала Дани зло. – Как обычно, ты все решил сам, не спросив меня. – Она попыталась оттолкнуть его. – Но сейчас, наверное, это единственное верное решение, с которым мне придется согласиться. Ты ведь так считаешь. – Дани изо всех сил извивалась, пытаясь вырваться из его объятий. – Конечно же, ты, как всегда, прав. Это вовсе не было хорошей идеей с самого начала.
– Лежи спокойно. – Голос Энтони прозвучал жестко. – Ты сводишь меня с ума. Я никогда не говорил, что это хорошая идея, я попытался лишь объяснить тебе, как я на самом деле отношусь к тебе. – Энтони крепко обнял Дани. – Близость может не быть столь же сладостной, как секс, но это все, что мы можем себе позволить в данный момент. – Его руки сжимали ее с неумолимой решительностью. – А сейчас отдохни. Ты сегодня заснешь в моих объятиях, и если мы не сорвемся и ничего не случится, то эта ночь может быть первым шагом к нашей близости.
– Я хочу, чтобы ты меня отпустил, – упрямо перебила его Дани. – Ты не можешь всегда все делать по-своему, Энтони.
Он рассмеялся. Энтони испытывал настоящую физическую боль, а она говорит, как будто его решение не более чем блажь. Но как же он может быть уверен, что она понимает его, когда он потратил большую часть своей жизни, пытаясь не допустить именно этого?
– Я не могу всегда все делать по-своему, – легко согласился он, зарываясь лицом в ее шелковистые волосы. – Но сегодня ночью будет по-моему, Дани. Примирись с этим. – «Господи, она словно струится в моих руках», – подумал удивленно Энтони. – А сейчас давай спать, радость моя. Так будет лучше для тебя, а значит, и для меня. – Энтони усмехнулся – он сам не верил своим словам.




Предыдущая страницаСледующая страница

Читать онлайн любовный роман - Королева льда - Джоансен Айрис

Разделы:
12345678910

Ваши комментарии
к роману Королева льда - Джоансен Айрис



Супер!!! Нет слов! После этой книги я полюбила фигурное катание! Поражаюсь-как можна описать все подобное так реалистично, словно слышишь шуршание льда под коньками фигуристки! А как реалистично описана картина человеческих переживаний, мужчинам очень сложно показать свои чувства!
Королева льда - Джоансен АйрисДжули
12.10.2011, 10.35





очень понравилось,захватило,не могла оторваться!
Королева льда - Джоансен АйрисNadЯ
11.11.2011, 22.46





просто супер!!!!!!!!!!!!!!
Королева льда - Джоансен Айриссоня
3.02.2012, 0.21





боожее!!!!!!!! сплошная болтология...нудятина еще та....ни смысла ни нормального секса..лишь только мозоли у них на языках..кошмар короче 1 из 10 брр
Королева льда - Джоансен Айрисещё наталья
22.03.2012, 21.18





роман не плохой,есть конечно некоторые места,где просто устаешь от бредятине,но ведь в любви не все так просто...
Королева льда - Джоансен АйрисМарго
12.08.2012, 0.35





Отличный роман! Хорошо выписаны герои, их отношения, читается легко, хотя порой не верится в такую мудрость девушки: 8/10.
Королева льда - Джоансен Айрисязвочка
1.10.2012, 17.07





Роман очень понравился. Люблю когда рисуют сложные характеры. Я в восторге. Даже не знаю, что еще сказать.
Королева льда - Джоансен АйрисМария
23.10.2012, 4.00





И мне понравился, легко и быстро читается!
Королева льда - Джоансен АйрисТанюшка
29.10.2012, 22.18





После прочтения поняла одно-все наши взрослые проблемы родом из детства
Королева льда - Джоансен АйрисТаня
4.11.2012, 12.32





мне интересно, как взрослый, интересный, молодой парень влюбится с первого взгляда в маленькую девочку. Бред.
Королева льда - Джоансен Айрисмося
16.11.2012, 19.06





Еще как может взрослый парень влюбиться в девочку. Может быть, это лучший вариант любви. Сначала он ее опекает по жизни, защищает, дает повзрослеть, а потом будет ей лучшим мужем
Королева льда - Джоансен АйрисНика
16.11.2012, 19.31





Очень скучный роман.rnОдни идиотские диалоги; любви не почувствовала, только в первых главах что-то зацепило. А дальше ПОЛНЫЙ БРЕД!!!!!!!!rnДевушки, не теряйте свое время на этот роман. На этом сайте есть много других хороших книг!!! rnЭто самое ужасное, что я читала!
Королева льда - Джоансен АйрисНастя
21.11.2012, 12.31





Хорошая книга, читается легко. Мне понравилась!!
Королева льда - Джоансен АйрисNadya
25.11.2012, 11.12





Немного не хватало чувсвенности
Королева льда - Джоансен Айрислена
16.12.2012, 3.35





Что в этом романе хорошего? Сплошная болталогия.
Королева льда - Джоансен АйрисПрофи
16.12.2012, 12.00





эмм... какой-то бред, пару страниц можно нормальных выделить, а остальное немного странное
Королева льда - Джоансен Айрискатя
14.03.2013, 0.22





Обыденный заезженный сюжет,не поняла в некоторых моментах никакого смысла,вот например(он привел свою любовницу в тот момент,когда уже переспал с Дани.а она общалась со своим другом,когда Энтони еще даже словом о своей любви не заикнулся)целенаправленность Энтони немного удручает.как то не ассоциируется он с сильным и мужественным героем,каким его хотят выставить.Да и сам роман какой то набор предложений и пустых слов.В целом почитать можно...но восторга тут мало.Категория-книга на раз или на половину раза.
Королева льда - Джоансен АйрисКатерина
18.03.2013, 11.12





А мне ГГ очень понравился.Он целеустремленный, каким и должен быть мужчина и не эгоист, иначе совратил бы девочку в17 лет, не дав ей других шансов в жизни. А любовница, конечно, была - не мог же он все эти годы быть без женщин, но она подросла и стала любовью всей его жизни
Королева льда - Джоансен АйрисЭлис
18.03.2013, 14.26





зря потерянное время.ни сюжета нормального,ни интриги-как-то все предсказуемо и слишком быстро .и мало правдоподобно.Он видите ли посмотрел на 6ти летнюю девочку и понял,что это любовь всей его жизни(навевает нехорошие мысли).и в ее 20 решил,что вот сексом он ее уж точно привяжет.ну и тут несуразица какая-то ..вобщем хрень
Королева льда - Джоансен АйрисТанита
15.04.2013, 6.46





Полюбить взрослую женщину, испорченную расчетливо- лживым миром , это как столкнуться с айсбергом. Ждать, когда повзрослеет милый, искренний ребенок- что в этом порочного? Быть ей другом, защитником, а затем мужем, возлюбленным - это прекрасно.
Королева льда - Джоансен АйрисЭлина
15.04.2013, 8.09





БРЕД!!! Как может взрослый парень,да к тому же любящий пвеселится влюбляется в маленькую девочку с первого взгляда.Это уже педофелией пахнет... Прочитала несколько глав и все, не могу дальше читать
Королева льда - Джоансен АйрисЕвгения
29.05.2013, 13.55





Педофилией не пахнет.Влюбиться в девочку и желать ее- две разные вещи. Педофил- я хочу этого ребенка и заставляю его ответить на мое желание. Но... Есть влюбленность, когда ты ждешь, пока эльф вырастет, любишь и лелеешь ее, мечтаешь и защищаешь, она твоя любовь. Это прекрасно.
Королева льда - Джоансен АйрисБелла
29.05.2013, 14.08





Педофилией не пахнет.Влюбиться в девочку и желать ее- две разные вещи. Педофил- я хочу этого ребенка и заставляю его ответить на мое желание. Но... Есть влюбленность, когда ты ждешь, пока эльф вырастет, любишь и лелеешь ее, мечтаешь и защищаешь, она твоя любовь. Это прекрасно.
Королева льда - Джоансен АйрисБелла
29.05.2013, 14.08





Все таки я не представляю себе как может мужчина влюбиться в 6-летнюю девочку, причем настолько чтобы все эти годы мечтать о счастливом совместном будущем. Или это стремление вырастить себе "женщину-мечту", вылепить ее как Пигмалион Галатею. Но главный герой не особенно интересовался формированием ее личности, или автор просто не передала глубину чувств, осталось впечатление, что все замешано лишь на влечении, желании. Сам роман написан красиво, но я как-то не поверила в любовь героев.
Королева льда - Джоансен АйрисТомасина
12.06.2013, 15.47





Из-за того что в предыдущих комментариях мнения разошлись 50/50 решила сама прочитать. Что я вам скажу зря. Всю книгу, они говорили, говорили и говорили ни о чем. Нудно. Скучно. Не интересно.
Королева льда - Джоансен АйрисВалентина
17.06.2013, 18.55





Из-за того что в предыдущих комментариях мнения разошлись 50/50 решила сама прочитать. Что я вам скажу зря. Всю книгу, они говорили, говорили и говорили ни о чем. Нудно. Скучно. Не интересно.
Королева льда - Джоансен АйрисВалентина
17.06.2013, 18.55





надуманный сюжет а не продуманный
Королева льда - Джоансен Айрискатя
10.09.2013, 23.35





роман на один раз. не понравилось(любовь 20тлетнего мужика к 8 лет девочке) можно было понять если бы влюбился со временем...но никак не в ребенка.разочаровал герой еще своим не постоянством(то люблю некому не отдам,и тут же мне ты не нужна.)вообщем на вкус и цвет товарищей...)
Королева льда - Джоансен Айриснина
23.09.2014, 0.28





Понравился роман, только он, видимо, не для всех, а на любителя. Герои понравились, оба. 8 баллов.
Королева льда - Джоансен АйрисЖУРАВЛЕВА, г.Тихорецк
12.11.2015, 16.39








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100