Читать онлайн Дорога домой, автора - Джоансен Айрис, Раздел - 5 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Дорога домой - Джоансен Айрис бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

загрузка...
Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 8.9 (Голосов: 41)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Дорога домой - Джоансен Айрис - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Дорога домой - Джоансен Айрис - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Джоансен Айрис

Дорога домой

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

5

– Какого черта! Что ты тут делаешь? – невольно вскрикнул Джон, увидевший Элизабет, которая лежала, раскинув руки, прямо на снегу.
– Изображаю ангела, – проговорила она сквозь зубы, ведя руками снизу вверх к голове и снова к бедрам. На снегу остался след, словно за спиной Элизабет были невидимые крылья. – Не мешай. А то я не смогу одновременно размахивать руками и объяснять тебе, чем я занимаюсь. У меня такое ощущение, словно Эндрю сел на меня сверху.
Гунер, который закончил лепить снежного человека, вставил в его голову вместо глаз по сосновой шишке.
– Чудно! А что, если мы протянем цепь и прикуем нашего ангела к этому снежному человеку? Вместе они будут забавно смотреться…
– Нет, Гунер, – Джон шагнул вперед и, подняв Элизабет, принялся отряхивать снег с ее пальто и теплых брюк. – Вы оба не правы. Сколько вы тут проторчали? Бет промокла до нитки.
– С самого завтрака, – Гунер нахмурился, критически оглядывая Элизабет. – А что, она и в самом деле промокла? Господи! Я так радовался, что она веселится от души.
– Есть чему, – слегка нахмурившись, заметил Джон.
– Успокойся, Джон, – в глазах Элизабет, когда она обернулась к нему, плясали чертики. – Тебя сердит, что мы так хорошо провели время, пока тебя не было? Сам виноват. Надо вставать, как положено нормальным людям, а не спать до обеда. Мог бы выйти и сыграть с нами в снежки. А фигура, которую слепил Гунер, – самая большая из всех, которые когда-либо делали в штате Нью-Йорк.
– Только-то? – удивился Гунер. – А я считал, что побил все рекорды мира.
Элизабет, закинув голову, критическим взглядом осмотрела огромную фигуру из трех шаров, которые Гунер едва сумел водрузить друг на друга.
– Не знаю. Не уверена. Кажется, в штате Миннесота изо льда вырезают фигуры и покрупнее.
– Снег и лед – не одно и то же, – возразил Гунер с надменным видом. – И не желаю выслушивать недостойные меня сравнения.
Смех Элизабет колокольчиком рассыпался в чистом, холодном воздухе, и Джон почувствовал болезненное удовлетворение. Как ему нравился ее смех, полный жизни и искреннего веселья! Лицо ее порозовело, глаза сияли. Его сердце сжалось. Она словно расцвела на глазах: волосы отливали шелковистым блеском, кожа приобрела глубокий матовый цвет, тело как будто стало гибче. И вся она излучала тепло, любовь и радость. Элизабет…
– Й все же будет лучше, если ты пойдешь и переоденешься, – уверенно посоветовал Джон, с трудом отрывая взгляд от искрящихся глаз молодой женщины.
– Пришел и все испортил, – слегка поморщилась Элизабет. – За это мы не разрешим тебе придумывать вместе с нами имя для этого замечательного во всех отношениях творения. Как ты считаешь, Гунер? У него вид настоящего мудреца. Не назвать ли его Соломоном?
– Слишком помпезно, – покачал головой Гунер. – Можно быть мудрым и при этом не занудствовать.
И вдруг Джон почувствовал себя необыкновенно старым и умудренным. В этих двух существах было столько безмятежной юности, столько естественности и порывистости. Они словно только что выпили эликсир молодости. Еще вчера вечером его окрылила надежда, а сейчас снова начали одолевать сомнения. Когда в последний раз ему удалось забыть о чувстве ответственности и просто наслаждаться жизнью? Черт побери, он даже не мог вспомнить тот момент, когда позволил себе хоть на минуту сбросить бремя забот.
– Тогда, может, назовем его Бенджамином Франклином? У него было большое чувство юмора, – предложила Элизабет. – Он из семьи тех первых американцев, которые… – Она замолчала, едва только бросила насмешливый взгляд на Джона и заметила выражение его лица. Усмешка мгновенно сошла с ее лица, она посерьезнела. – Что-то случилось, Джон? – и непроизвольно шагнула к нему. – Мне не хотелось бы… – Она замолчала, потому что голова у нее закружилась, и голубовато-белая пелена затянула видимый мир. – Джон!
Он в два шага оказался рядом, подхватил ее на руки и прижал к груди:
– Тебе больно?
– Нет, – покачала головой Элизабет. К ее большому облегчению, все снова встало на место – Только на секунду закружилась голова. Ты уже можешь опустить меня.
– Ни черта подобного. – И он пошел к домику с ней на руках. И несмотря на его прекрасный загар, было видно, как он побелел. «Почти такой же белый, как наш Бенджамин Франклин», – подумала Элизабет растерянно. – Сейчас ты ляжешь в постель и отдохнешь. Гунер, если ты считаешь, что можешь оторваться от своего неповторимого произведения искусства, приготовь для нее горячий чай.
– Сию минутку, – Гунер бегом рванулся вперед, перепрыгивая через ступеньки. – Она почти ничего не ела на завтрак. Я приготовлю ей что-нибудь перекусить.
– Господи Боже мой! – запротестовала Элизабет. – У меня просто слегка закружилась голова. У женщин это бывает..Небольшие гормональные встряски. Ты так резко дернул…
– Значит, это полностью моя вина, – стиснув зубы, сказал Джон, поднимаясь вверх по ступенькам. – Только я не дернул, а помог тебе встать.
Она посмотрела на него.
– Да, помог. Но приложил слишком большое усилие.
– Я не.,. – ему не хватало воздуха. Они уже вошли в дом, и Джон начал подниматься к ней в спальную комнату. – Но и тебе нечего было валяться в снегу. Неужели ты сама не понимаешь?
– Никто и не валялся. Я творила, – усмехнулась Элизабет. – Хотя со стороны, конечно, разницу не сразу уловишь. И мне полезно двигаться. За эту неделю, пока мела метель, я ни разу не выбиралась из дома.
Джон молчал, крепко сжав губы. Дойдя до двери ее комнаты, он ногой распахнул ее и, прикрыв, донес Элизабет до кровати.
Она тут же попыталась вскочить:
– Я такая мокрая. Дай мне сначала переодеться.
– Сядь спокойно! – Джон снял с нее пальто, бросив его на пол, и опустился перед ней на колени. Руки его двигались по ее телу с бережной нежностью, когда он помог ей стянуть плотный вязаный свитер. Свитер упал на пол рядом с паль-то. – Ты посмотри, у тебя даже блузка мокрая! – Он поднялся. – Я сейчас вернусь. Сними ботинки и носки.
Элизабет скорчила физиономию вслед Джону, который направился в ванную. Он как всегда, всем распоряжался сам, но на этот раз она может проявить к нему снисходительность. Может быть, все произошло не по его вине? Может быть, после того, как она посмотрела на него, сердце ее переполнилось таким сочувствием, что не было сил вынести этого? О чем таком он думал, когда на лице его появилось это выражение? Элизабет начала расшнуровывать замшевые ботинки. Они так пропитались снегом, что из бежевых превратились в темно-коричневые. Да, она промокла сильнее, чем ей казалось. Она так радовалась солнцу, хорошей погоде, чистому снегу, что ей и в голову не пришло, что она так быстро промокнет и замерзнет.
Дверь открылась, и Джон вышел из ванной с несколькими перекинутыми через плечо большими полотенцами:
– Я согрел их. Если ты почувствуешь, что все равно дрожишь от холода, придется принять душ.
– Не думаю, что в этом есть такая уж необходимость, – отозвалась Элизабет, удивленно глядя на него.
Он снял теплый просторный халат с крючка и подошел к ней:
– Посмотрим, – снова опустившись перед ней на колени, он принялся расстегивать пуговицы ее блузки. – Поверь, что мне этого не хочется так же, как и тебе. Если у тебя закружится голова, то мне придется пойти в душ вместе с тобой. – Сняв с нее блузку, Джон начал расстегивать лифчик. – Кто знает, чем это может кончиться.
Элизабет как завороженная смотрела на его сильные руки, на его ловкие смуглые пальцы, которые темнели на ее белой коже и нежных кружевах белья. Какие сильные и все же дрожат! Дыхание Джона коснулось ее шеи, и она тоже затрепетала.
– Ты вся дрожишь? Тебе холодно? – Он посмотрел на нее и сказал хрипло:
– Нет, ты дрожишь не от холода…
– Нет, – прошептала она. Жаркая волна растеклась по телу. Порозовели не только щеки. Его пальцы застыли у ее грудей, которые отяжелели, набухли и заныли.
Джон закрыл глаза.
– Не сейчас. Не смотри на меня так. Мне казалось, что я в состоянии держать себя в руках. Но этой ночью… – Глаза его распахнулись, в них горел огонь желания. Неутолимый голод. – Ты не очень хорошо себя чувствуешь. Я не имею права…
– Со мной все в порядке, – Элизабет едва смогла выговорить эту короткую фразу, каждое слово давалось ей с трудом. Как это она могла зайти так далеко за такой короткий срок? То, что она сейчас произнесла, означало приглашение к близости.
Джон в полном отчаянии покачал головой:
– Нет!
– Конечно, сейчас я настолько непривлекательна, – дрожащим голосом сказала Элизабет. – Как гиппопотам…
– Нет, ты не просто привлекательна, – отрывисто проговорил Джон, – ты фантастически красива. – Его ладонь легла на ее живот. – Это восхитительно. Все твое тело полно жизни. А груди, как спелые…
Элизабет посмотрела снова на его руки, которые находились в такой близости от нее.
– …Они откликнулись на твое прикосновение. И я тоже. Ты считаешь, что сможешь удержать меня?
Легкая дымка затуманила его глаза, когда Джон посмотрел ей в лицо:
~ Да, смогу. Еще немного, и я, наверное, просто умру от желания к тебе, но я должен сдерживаться. – Его губы были так близко. Она чувствовала их тепло на своих губах. Его рука соскользнула с ее живота, и он придвинул ее ближе к себе. Грудь его вздымалась, дыхание стало тяжелым и прерывистым, жилка на виске билась в бешеном ритме. Так близко от нее. Стоит только протянуть руку, и она сможет погрузить пальцы в его волосы, прижать к себе его голову. Каждая клеточка ее тела будто окаменела, дыхание стало учащенным и сбивчивым.
Кончик языка Джона коснулся ее шеи. И она снова затрепетала. Губы ее потянулись к губам Джона. И когда они коснулись ее, внутри будто лопнула горячая струна…
– Тебе будет значительно удобнее, если мы ляжем, – он мягко уложил ее на золотистое покрывало. Пальцы его запутались в ее шелковистых волосах. Но она уже не осознавала этого. Коротко вскрикнув после того, как его губы коснулись ее губ, она смутно удивилась только тому, насколько они оказались мягкими и нежными. Язык его проник в ее рот, лаская и возбуждая ее. Ошеломленная Элизабет никак не могла понять, каким образом такое простое действие, как поцелуй, может быть столь страстным, чувственным и всепоглощающим? Кажется, Джон позволил себе выплеснуть те чувства, которые держал до сих пор под спудом.
Элизабет дрожала как в лихорадке, когда Джон, оторвавшись от ее губ, начал медленными круговыми движениями гладить ее живот ладонью, И необыкновенная нежность прикосновения его руки заставила ее осознать, что она никогда не ожидала, насколько ласковым он может быть.
Все мучительные сомнения вдруг отступили и, облизнув пересохшие губы, она приподняла голову и пробормотала:
– Джон, что это?
– Я же тебе говорил, что между нами возникла особенная связь. – В его голосе послышался легкий оттенок удовлетворения. – Мы с тобой составляем единое целое. И никогда ты не откликнешься ни на чей призыв так, как откликнулась на мой зов, – тихо произнес он. Элизабет попыталась выпрямиться.
– Нет, – успокоил ее Джон. – Позволь мне провести тебя туда, куда ты жаждешь прийти. Тебе надо быть осторожнее после такого бурного утра.
Джон был так предупредителен, так чуток. Элизабет чувствовала потребность показать, насколько ее чувства к нему переменились. И она провела пальцем по четко очерченным губам, глядя в его вдруг потемневшие глаза. И выражение, которое переполняло их, было не менее страстным, чем прикосновение.
Рука ее скользнула вниз, глаза закрылись сами собой. Элизабет хотелось приподняться, чтобы устроиться поудобнее, но оказалось, что она не в состоянии даже пальцем пошевельнуть от внезапной усталости, охватившей ее. Элизабет даже не могла разомкнуть век, и Джон сам принялся раздевать ее дальше, растирая теплыми мягкими махровыми полотенцами, а потом, приподнимая поочередно ее руки, стал надевать на нее халат.
– Приподними голову, любовь моя. Только на секунду…
Элизабет послушно приподнялась, сонно глядя, как он продевает руки и голову, а потом расправляет складки. Прикоснувшись губами к ее виску, он снова мягко уложил ее на подушки и натянул покрывало до подбородка:
– Так лучше? Тебе удобно? Все хорошо?
Так удобно ей еще никогда не было. Покой и нега растекались по всему телу.
– Чудесно!
– Я рад, – Джон быстро поднялся. – Пойду посмотрю, что там делает Гунер.
– Хорошо, что он задержался, – сонно пробормотала Элизабет, – иначе бы нам не представилась возможность увидеть, как… – Она замолчала, глаза ее распахнулись, сон как рукой сняло.
Лицо Джона было напряженным, кожа туго обтягивала его скулы. И болезненная складка, что залегла в уголках рта, была отчетливо видна.
– О Джон, – огорченно вздохнула Элизабет. – Прости меня, Наверное, ты считаешь меня последней эгоисткой. – Это немыслимо представить, как жестоко она обошлась с ним, понимая, как сильно он желает ее. Как пылает страстью. И в ответ на его нежность и заботу он получил…
Джон покачал головой:
– Сейчас твое время, и я хочу, чтобы ты наслаждалась каждую минуту. Я сам пошел на это. – Он поморщился. – Но должен тебя предупредить, поскольку нам предстоит еще довольно долго жить здесь, что назад пути уже нет. – Пальцы его побелели – с такой силой он сжал их. – Но придет и мой час. Я дождусь его. – И он повернулся к двери.
– Джон!
Он стоял, взявшись за ручку:
– Твой час придет! Обещаю! – Она улыбнулась ему нежной улыбкой, от которой сердце его дрогнуло. – И мне кажется, что мой маленький Эндрю полюбил тебя. Ты заметил, он никогда не протестует, когда ты прикасаешься ко мне…
Легкая улыбка промелькнула у него на губах:
– А почему бы и нет? Я знал, что он полюбит меня. У него хороший вкус. – Дверь за Джоном бесшумно закрылась.
Элизабет смотрела ему вслед с блуждающей улыбкой на губах. Без Джона комната сразу показалась пустой. В его сложном характере было так много граней, так много оттенков: мягкость, ум, страстность, чувство собственника. И каждый день приносил новые, неожиданные открытия. И как только она начинала отчетливо видеть еще одну грань, ей открывалась следующая. Он был из числа тех мужчин, которых невозможно было удержать на одном месте. В чем Джон сам признался. И уж конечно, его нельзя было понять сразу.
Элизабет услышала, как шевельнулся Эндрю.
– Привет, малыш! Сегодня ты был таким спокойным. – Она снова откинулась на подушки, наслаждаясь теплом и переживаемым незнакомым чувством. Чувством, которое она упрямо не желала признавать. – Джон сказал, что ты полюбишь его, – прошептала она. – Надеюсь, так оно и случится. Потому что, боюсь, твоя мама… – Она не могла закончить фразу даже мысленно. Поскольку это означало возможность оказаться под стражей, в руках этого Бардо. Нельзя позволять, чтобы это теплое течение, которое уносило ее, истощилось. Джон не позволит никакой беде коснуться ее. В его присутствии ничто не угрожает Элизабет. Даже сам Джон.
* * *
Джон прислонился спиной к двери, чтобы перевести дух от мучительной судороги, сковавшей все тело. Жажда обладать Элизабет рвала его изнутри, как хищный зверь. Испарина выступила у него на лбу. Как она близко от него! Он еще ощущал запах и вкус ее тела. Видел ее перед собой на постели. Запах ее духов остался с ним. Его тяжелый вздох был похож на стон.
– Джон!
Гунер стоял внизу с подносом в руках. Голубые глаза тревожно смотрели на друга. Джон встрепенулся и выпрямился.
– А я как раз вышел посмотреть, куда это ты запропастился?
– Куда я денусь?! Мне показалось, что я могу помешать. – Гунер едва заметно улыбнулся. – А я всегда прислушиваюсь к внутреннему голосу. Он так час-то помогал мне сохранить голову на плечах.
Чутье Гунера не раз выручало и Джона.
– Пойду прогуляюсь. Проследи, чтобы Элизабет поела и вздремнула. – Джон быстро спустился в холл. Все его тело ныло, словно его только что сняли с дыбы. – Ты сегодня с утра еще не разговаривал с Адамсом?
Гунер кивнул:
– И следа Бардо нет поблизости. Нам удалось заставить его кружиться на месте.
– Хорошо. – Джон, обойдя Гунера, направился к выходу. – Мне бы хотелось потолковать с Адамсом после возвращения. Собираюсь обсудить с ним встречу с Алексом Бен Рашидом.
– Я скажу, чтобы он был начеку. А когда ты вернешься?
Сколько ему понадобится времени, чтобы погасить сжигавшее его изнутри пламя? До сих пор ему удавалось держать себя в руках. До сих пор…
– Часа через два, не раньше. Темное облако сомнения легло на лицо Гунера.
– Будь осторожен: кажется, снова надвигается буря.
Навстречу которой он пойдет с радостью. Ему нужно помериться с кем-то силой, чтобы отвлечься, подавить ноющую боль в чреслах.
– Поостерегусь, – обернулся Джон. – А ты не своди глаз с Элизабет. И чтобы больше никаких барахтаний в снегу!
– Да я и думать об этом не посмею, – улыбнулся Гунер, который подступил с подносом к дверям спальни. Похоже, и Элизабет наигралась сегодня досыта…
* * *
Элизабет проснулась среди ночи. Постель под ней была мокрой. Волна паники накатила на нее.
– Нет! – в отчаянии вскрикнула она, заставив себя сесть. Взгляд ее невольно остановился на окне, что занимало всю противоположную стену. Она не увидела снежинок. Пелена снега затянула все пространство сплошным белым покрывалом. Ветер плакал, будто потерявшееся дитя. – Эндрю, малыш, пожалуйста! Только не сейчас.
Боль в низу живота, которая пронзила ее, как только Элизабет попыталась приподняться в кровати, еще больше испугала ее.
– Теперь понятно, почему ты сегодня был таким спокойным. Берег силы для сегодняшней ночи?! Ах ты, поросенок! – Она, наконец, встала на ноги и с трудом прошлась по комнате, открыла дверь и оказалась в холле. – Джон, Гунер, вставайте. Надо ехать в больницу. Дверь Гунера открылась тотчас же. Он появился – всклокоченный со сна, он завязывал на ходу пояс своего махрового халата.
– Малыш?
– Воды сошли. Надо ехать в больницу, А где Джон?
– По-моему, он все еще в библиотеке. Во всяком случае, когда я поднимался к себе, он оставался там.
– Что случилось? – услышали они голос Джона, который поднимался по лестнице, перескакивая сразу через две ступеньки.
Элизабет почувствовала облегчение при виде Джона. Джон здесь, рядом с ней. Значит, все теперь будет хорошо. Она попыталась улыбнуться:
– Эндрю надоело дожидаться своего часа. Ему уже не сидится на месте. Пора трогаться в путь.
– Эндрю! – Джон, подхватив ее на руки, понес назад в комнату, бросив на ходу Гунеру:
– Приготовь чистые простыни и полотенца.
– Будет сделано! – ответил Гунер, устремляясь по лестнице вниз.
– Джон, пусти меня. Ты не понимаешь… – Элизабет сделала слабую попытку вырваться из крепких надежных рук, но он донес ее до кровати и только тогда освободил. – Нам надо поторопиться. Чтобы добраться до места в такую пургу, понадобится не один час.
– Послушай, Бет, – выражение его лица стало необычайно серьезным. Он смотрел ей прямо в глаза. – Мы не имеем права рисковать. Ты только посмотри, что творится за окном, – кивнул он. – Все дороги завалило. Без снегоочистителя нам не пробиться сквозь завалы.
– Но можно попробовать. Эндрю…
– – Он будет в большей безопасности здесь. Что, если ты надумаешь рожать в дороге? Там мы уж точно ничем не сможем тебе помочь. А что же говорить о новорожденном? Как с ним быть? – Джон приподнял ее подбородок. Голос его стал бесконечно нежным и мягким. – Я не могу позволить себе рисковать ни тобой, ни ребенком. Лучше, если ты будешь рожать его здесь: в тепле и чистоте. В полной безопасности.
Она тоже посмотрела на мечущееся за окном белое покрывало. Джон прав. Элизабет нисколько не сомневалась в этом, но приступ паники, охватившей ее, все еще не проходил. Ей не хватало сил подавить его. Ну почему это началось сейчас? Ей так хотелось, чтобы Эндрю родился, когда вокруг будут врачи, медсестры, няни. Она боялась рисковать даже в мелочах. С ее сыном должно быть все в порядке.
– Мне просто стало страшно. Я испугалась… – прошептала она, за малыша. Джон, я не вынесу, если с ним что-нибудь случится.
– И с тобой тоже ничего не должно случиться, – мягко проговорил он в ответ. – Я не вынесу этого. – Указательным пальцем он коснулся кончика ее носа. – Остается позаботиться о том, чтобы малыш и мать были в полном порядке. И в голосе Джона звучала такая непоколебимая уверенность, что и в ней начала просыпаться надежда на благополучный исход.
– Ни ты, ни Гунер не заканчивали акушерские курсы, насколько мне известно. Или я ошиблась? Ты, похоже, умеешь делать все на свете. Нет ничего такого, с чем бы ты не мог справиться.
– Вообще-то мы проходили общую медицинскую подготовку и даже присутствовали при родах. Ну а кроме того, мы достаточно сообразительные люди. Мы ожидали чего-нибудь подобного. Я постоянно читал специальную литературу, так что успел как следует подготовиться по самым основным вопросам.
– Основным вопросам? – повторила Элизабет следом за ним. – Странные обороты. Но мне придется смириться с твоими определениями. – Она покачала головой. – А ты и вправду проходил акушерскую подготовку?
Джон усмехнулся:
– Нас учили быть готовыми к любым неожиданностям. В библиотеке я нашел записки медсестры, которая долго была акушеркой в Бельгийском Конго. Меня чрезвычайно интересовал этот вопрос с той минуты, как мне впервые довелось увидеть появление на свет младенца.
– К счастью, это более уместно, чем изыскания о витражных окнах, – слабым голосом проговорила Элизабет. – Напомни мне, что я бы хотела послушать подробный рассказ о твоей «подготовке» после того, как я почувствую себя лучше. И будь так любезен, не напутай ничего. Делай все как положено!
– Обещаю следовать строго по пунктам, как написано в руководстве. А теперь позволь, я помогу тебе переодеться. Тебе больно?
– Еще нет. Когда я проснулась, внизу все ныло. Сейчас все прошло. – Элизабет подняла руки, чтобы ему удобнее было снять с нее сорочку через голову. – Дело в привычке. Мне всегда казалось, что я смогу справиться с болью. И твое сообщение, как ты видишь, тоже не выбило меня из равновесия.
– Но тебе незачем сдерживаться и чувствовать себя неловко. Здесь только Гунер и я, и мы с ним позаботимся о тебе не хуже любого врача. – Он поцеловал ее в щеку, закутывая обнаженные плечи простыней. – Гунер твой друг. А я собираюсь любить тебя и заботиться о тебе до конца своих дней.
– Я же просила тебя пока не заговаривать об этом, – запротестовала Элизабет. – Сейчас мне не хочется думать ни о чем, кроме Эндрю. Ты пытаешься воспользоваться тем, что я сейчас совершенно беспомощна.
– Знаю, – он смотрел на нее немигающим взглядом. – И поэтому попытался пройти через это испытание и заручиться…
– Ты считаешь, что тебе придется пройти испытание? А я считала, что напротив… – Тут Элизабет рассмеялась слабым голосом. – Ну хорошо, приступай к своему руководству. Надеюсь, этот манускрипт не из позапрошлого века?
– Уверен, что лучшего в мире не сыщешь. Те, кто подыскивал подходящие к этому случаю описания, не успокоились, пока не нашли… – Он замолчал, так как Элизабет внезапно сморщилась от боли. Он склонился к ней. – Больно?
Прошло несколько мгновений, пока схватки отпустили ее, и она смогла ответить:
– Да, схватки начались. Мистер Эндрю сообщает о том, что собирается явиться в этот мир и вряд ли это произойдет легко и просто.
Джон отбросил прядку волос, упавшую ей на лицо.
– С этим мы справимся. И этого маленького шалунишку придется научить обходиться с матерью е большим уважением и почтением. – Он выпрямился, не отрывая взгляда от лица Элизабет. – Я скоро вернусь, тебе не придется мучится.
– Но я знаю, что с этим ничего нельзя поделать.
– Можно, – быстро проговорил Джон. – Мне нестерпимо видеть, как ты страдаешь. И я не могу позволить, чтобы ты так мучилась.
Эти слова еще больше подействовали на нее. И она уже почти готова была перестать волноваться из-за судьбы Эндрю.
– Ну что ж, давай маши своей волшебной палочкой, пусть все плохое отступает. Я буду только рада, если… – Боль с такой силой скрутила ее, что Элизабет вскрикнула, не успев даже осознать происходящего. Холодный пот выступил у нее на лбу. – О, я буду страшно рада, если мне не придется выносить такое, – пробормотала она, закрывая глаза.
Элизабет слышала, как Джон негромко ругнулся. Она и сама была близка к этому. Во всяком случае, еще один приступ боли вряд ли она выдержит… Если только кто-нибудь профессионально не поможет ей..
– Знаешь, что мне пришло в голову, Джон? Нельзя ли воспользоваться коротковолновым передатчиком, чтобы ты мог поговорить с врачом и выслушать его советы. Я видела, как по телевизору передавали как-то… – Она замолчала, увидев, как Джон покачал головой. – Но почему нельзя?
Он кивнул головой в сторону бушующей за окном метели:
– Я уже пытался утром узнать прогноз погоды на сегодня. Но радио молчало как пень. – Он пожал плечами. – Самое главное сейчас – то чтобы ты полностью доверилась мне. – Он снова повернулся к Элизабет. – Ты не пожалеешь об этом.
Никаких сомнений у нее уже не осталось: Джон не подведет.
– Похоже, мы с тобой скованы одной цепью, – губы Элизабет дрожали, когда она попыталась улыбнуться ему. – Я верю тебе, Джон.
Кажется, он собирался что-то сказать в ответ на эти слова, но вместо этого выговорил совсем другое:
– Пойду за болеутоляющим. У меня кое-что припасено на этот случай.
К тому времени, когда он вернулся вместе с Гунером, боль снова подступила. Схватки стали еще сильнее, они словно выворачивали ее наизнанку. Элизабет попыталась сосредоточиться и вспомнить, что ей известно о естественно проходящих родах. Дыхание! Надо дышать ровно и спокойно. В поликлинике в Олбани с будущими матерями проводили беседы. Но, как считала Элизабет, эти занятия начали проводить слишком рано, задолго до того, как в них возникала необходимость. Во-вторых, их назначили на понедельник, когда…
– Бет, открой глаза. Выпей вот это. Тебе сразу станет полегче, – Джон стоял перед ней на коленях со стаканом молока в руках и напряженно смотрел на нее. В глазах его светились нежность, забота и любовь. Она почувствовала его тепло, его волнение и что-то еще, не менее важное, – чувство безопасности и уверенности в том, что все будет хорошо, которые отодвинули куда-то в сторону боль и страх.
– А лекарство ре повредит малышу?
– Голова у тебя останется совершенно ясной, – Джон заботливо поддержал ее за плечи, поднес к ее губам стакан с лекарством. – Это обезболивающее, которое я беру с собой, когда еду за границу. – Он смотрел ей прямо в глаза. – Совершенно безопасное средство, и оно унесет тебя словно бы в другой мир. С этой минуты ты не будешь чувствовать боли. Расслабишься, и ребенок родится без всякого труда. Ты мне веришь?
Ну конечно, она безоговорочно верила ему. И как это будет здорово избавиться от этой страшной пытки болью. Элизабет кивнула и одним глотком выпила молоко с лекарством. Оно было до отвращения теплым.
– Терпеть не могу теплого молока, а еще больше горячего.
Джон усмехнулся:
– Зато боль уже прошла.
Да. Боль отступила. Чему Элизабет почти не удивилась.
– Но ты ведь сам обещал, что мне не будет больно, – улыбнулась Элизабет в ответ. – Ну так что ж? Приступим? Эндрю проявляет все признаки нетерпения.
Она услышала голос Гунера и засмеялась в ответ. Ее переполняло ощущение бодрости, свежести, восторга. Она чувствовала себя счастливой. Необыкновенно счастливой.
– Думаю, начнем с самой первой страницы, с пункта номер один, где говорится о том, что пациентке следует прочистить кишечник, – серьезно и уверенно проговорил Джон.
* * *
Эндрю Рэмзи родился в три часа сорок две минуты утра. Когда за окном бушевала такая страшная метель, какой в штате Нью-Йорк не видели уже лет пять, по крайней мере. У мальчика были золотистые отцовские волосы и карие глаза, как у матери. И когда Джон положил малыша рядом с ней, Элизабет, несмотря на легкую тень смутной тревоги, чувствовала себя совершенно счастливой. И счастье ее называлось Эндрю.
– Какой замечательный запах. Чем это ты его припудрил? – спросила Элизабет, коснувшись губами макушки малыша. Его кожа была нежнее шелка. Элизабет всегда возмущала банальность подобных сравнений, но в этот раз она поняла, насколько трудно выразиться точнее.
– Только присыпал твоим тальком, – Гунер удовлетворенно улыбнулся, глядя на нее. – Все остальное тоже сплошная импровизация. На пеленки пошли простыни. Наволочкой покроем головку. Вот только из чего сделать колыбельку, я не придумал. В соседней комнате я успел оборудовать детскую. Так что ты можешь немного отдохнуть и поспать, а я присмотрю за малышом.
– Купим все, что нам понадобится, когда утихнет метель, покажем Эндрю врачам, – ответила Элизабет, не отрывая глаз от малыша. Она не видела, как мужчины обменялись многозначительными взглядами. – И, конечно, надо будет купить побольше одноразовых пеленок.
– Это первое что будет в нашем списке, – согласился с ней Гунер.
– Нет, бутылочки и детская смесь важнее, – вступил в разговор Джон. – Может, сходить в подвал, посмотреть, не найдется ли там подходящей по размеру бутылочки? Приделаем соску и…
– Зачем? – удивилась Элизабет, придвигая малыша поближе к себе. – Я собираюсь кормить его грудью. И никаких смесей! Везде говорится, что ничто так не способствует психологическому здоровью младенца, как кормление в первые месяцы молоком матери.
Что-то такое промелькнуло в глазах Джона.
– Но бывает, что это по каким-либо причинам… затруднительно.
– Чепуха. Я собираюсь кормить его только грудью, – убежденно проговорила Элизабет.
– Кажется, сейчас уже можно приступать к этому, – выражение лица Джона оставалось совершенно непроницаемым, когда он смотрел на молодую женщину. А потом улыбка появилась на его губах. – Думаю, что мы не понадобимся тебе для этого дела.
– Конечно, идите, – Элизабет чувствовала себя так, словно держала на руках солнце или луну, всю Вселенную. – Поищите, из чего можно сделать колыбельку для Эндрю.
Джон посмотрел на Гунера.
– Нам, кажется, дана команда «вольно»?
Гунер кивнул:
– Чернорабочие должны отступить, когда на сцене жизни появляется новая личность. Неужели ты не понимаешь…
Элизабет подняла голову, светлая улыбка вспыхнула на ее губах.
– О нет! Неужели вы считаете, что теперь сможете уйти от меня? После того, что мы вместе пережили и преодолели, теперь вы оба – мои. Моя семья. – Ее взгляд вернулся к сыну, который покоился у нее на руках. – Семья Эндрю. Я вас усыновила. Учтите это.
– В таком разе нам тем более необходимо пойти позаботиться о колыбельке, – взволнованным голосом проговорил Джон. – Идем, Гунер. Ты у нас мастер импровизации.
Элизабет уже не смотрела на мужчин, когда оба выходили из комнаты. Они молча спустились по лестнице. И только дойдя до прихожей, Гунер сказал негромко:
– У меня такое ощущение, будто меня посвятили в рыцари. Словно какое-то… чудо произошло,
Джон кивнул:
– Я не ожидал, что она будет кормить малыша грудью. А должен был угадать. Это вызовет некоторые осложнения.
Гунер улыбнулся:
– Думаешь?
Нет, если это доставит ей радость и сделает ее счастливее. Если будет вызывать такую же улыбку на губах, как та, которой она только что проводила их.
– Да нет. Это не имеет значения. Чуть попозже я займусь этим.
Этот вопрос был, несомненно, не таким важным по сравнению с теми, что маячили на горизонте. Его интуиция не была такой безошибочной, как у Гунера, но все же его не оставляло предчувствие, что мирное течение их жизни подошло к концу.



загрузка...

Предыдущая страницаСледующая страница

Читать онлайн любовный роман - Дорога домой - Джоансен Айрис

Разделы:
1234567891011

Ваши комментарии
к роману Дорога домой - Джоансен Айрис



Фантастика на грани реальности или реальность на грани фантастики? Роман вызвал двойственные чувства, но к романам, которые я бы перечитывала, его не отнесла.
Дорога домой - Джоансен АйрисЛена
5.09.2012, 23.25





Фантастика - через 3 недели после родов героиня занимается сексом, причем с мужчиной, которого знала чуть больше месяца (при этом умершего мужа сильно любила). Конечно, глупый агент ФБР преследует хороших "сверхчеловеков", но им удается сбежать, теперь все будет ОК. Роман на один раз: 4/10.
Дорога домой - Джоансен Айрисязвочка
6.10.2012, 19.35





Ну и бред...такой чуши я еще не читала!rnГл.героиня ведет себя как идиотка, которая ничего не понимает и не хочет даже пытаться услышать и понять. Не хочет брать на себя никакой ответственности, полностью доверяется какому то совершенно незнакомому мужчине, ничего не зная и не спрашивая едет с ним куда то, делает все что он скажет.Поразительная покорность, и это при том, что она беременна! Гл.герой же разговаривает с ней, как с полоумной, хотя если принять во внимание, что он супер-пупер умный сверх-человек, возможно он правильно делает. Правда его объяснения оставляют желать лучшего. Неужели нельзя было нормально все объяснить?rnСам сюжет вообще какой то не понятный. О чем книга не ясно. Одним словом книга весьма странная, возможно кому то и будет интересно, но все же если автор пишет фантастический сюжет, то надо как то лучше обдумывать основную идею.rnПо моему мнению, книга не очень, не советую.
Дорога домой - Джоансен АйрисК
6.10.2012, 23.21





Полная ерунда, какая-то фантазия. Даже трудно найти объяснение, что это. Очень далеко от нормальной жизни \ ребенок родился с карими глазами, полный бред\... и т.д. и т.п.
Дорога домой - Джоансен Айрисиришка
7.07.2014, 20.01





да-с, господа, это вам не шубу в трусы заправлять! это - сверхчеловеки! металюди, я бы сказала ... ага. нет уж, вернусь-ка я к простым человеческим радостям. и вас с собой приглашаю. бросайте вы эту металюбовь нафиг! не стану оценивать. нечего.
Дорога домой - Джоансен АйрисЕлена
9.07.2015, 15.14








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100