Читать онлайн Любовные голоса, автора - Джил Джуди, Раздел - 2 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Любовные голоса - Джил Джуди бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 9.19 (Голосов: 93)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Любовные голоса - Джил Джуди - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Любовные голоса - Джил Джуди - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Джил Джуди

Любовные голоса

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

2

Филиппа Эндерби вошла на половину дочери и нахмурилась.
— Я слышала, ты разговаривала по телефону?
Ингрид кивнула.
— Но ведь уже очень поздно, дорогая, а ты устала. Почему ты не спишь?
Ингрид рассмеялась.
— П-п-п-отому…
Она закрыла глаза, стиснула зубы и отвернулась от матери. Ей не хотелось видеть ее сочувствующие карие глаза и умело взбитые локоны.
— Не сплю потому, что ты здесь. Разве можно б-б-б-ыть в п-по-стели, когда у тебя г-г-го-сти?
Мать издала вежливый смешок.
— Я хотела сказать, почему ты разговариваешь по телефону, вместо того, чтобы спать? Когда мы уходили с приема, ты едва могла вымолвить слово, так была измотана. А тут я только собралась лечь, как увидела, что у тебя горит свет.
Ингрид улыбнулась и жестом пригласила мать присесть в кресло.
Филиппа покорно села, проведя рукой по розовому сатиновому халату, который плотно облегал ее узкие бедра. Она искоса взглянула на Ингрид.
— Правда, замечательный был прием сегодня вечером? Мы ведь не зря настояли на твоем присутствии?
Ингрид отрицательно покачала головой. Она ненавидела всяческие сборища в отличие от своих родителей, которые считали своим долгом их посещать. И мать прекрасно знала об этом. Ингрид была дочерью профессионального политика, но представительские функции ее не прельщали. Однако отец с матерью старались, вытаскивать ее на светские рауты всякий раз, когда им удавалось преодолеть ее сопротивление. Так было и в этот вечер. Давался официальный обед в честь приехавшего из Вашингтона высокопоставленного чиновника. В последний момент хозяйка дома, находившаяся в тесных дружеских отношениях с матерью Ингрид, попросила молодую женщину принять участие в приеме, чтобы составить пару кому-то из мужчин.
Во всяком случае, так было преподнесено Ингрид, и из вежливости ей пришлось принять предложение. Вообще-то Ингрид сильно подозревала, что все это было задумано заранее с единственной целью — заманить ее на прием. Если бы они предложили это ей задолго до приема, она могла бы отказаться под любым предлогом. Мать никогда не относилась к работе Ингрид в «Живых голосах» как к чему-то серьезному и совершенно не понимала ее нежелания участвовать в светской жизни. Именно поэтому Ингрид всегда старалась звонить своим подопечным из церковной канцелярии, а не из дому. К сожалению, в тот вечер, о котором ведется рассказ, молодая женщина вернулась домой раньше обычного, поскольку ей пришлось перепоручить свои звонки другой сотруднице. В результате она едва не попала в западню.
Родители Ингрид лелеяли радужные надежды на то, что, если бы Ингрид встретила «подходящего» человека, все ее проблемы решились бы в одночасье, и им оставалось бы только гордиться ею. А то, чем она занималась повседневно, воспринималось ими, как невинное хобби.
Она даже часто подумывала о том, чтобы переехать в отдельную квартиру на другом конце города или вообще переселиться в другой город. А может быть, и в другую страну. Ее почему-то манили к себе Фолклендские острова… А иногда хотелось уехать в Лапландию.
Но Ингрид понимала, что отец с матерью болезненно отнеслись бы к такому поступку, и потому гнала от себя эту мысль. Особенно, когда после ее развода, стараясь доставить ей удовольствие, они с большим размахом выстроили для нее эти апартаменты со всеми необходимыми удобствами. Помимо всего прочего, во время очередных сессий Сената, а также частых поездок родителей в другие города весь дом поступал в ее распоряжение — со всей прислугой, разумеется.
— Мне показалось, что тебе было интересно беседовать с Брейдоном Макгиром, — сказала Филиппа.
В ответ Ингрид лишь повела бровью и пожала плечами. В замечании матери не было ничего удивительного. Ингрид большую часть вечера провела в обществе Брейдона. Она полагала, что сможет оставить его в нужный момент, но проще было предоставить всему идти своим чередом, что она и сделала. Она остановила свой взгляд на Брейдоне, выбирая из двух зол меньшее. Пока Брейдон разливался перед ней соловьем, ей не нужно было развлекать других гостей или, что гораздо хуже, представляться различным официальным лицам.
Итак, Брейдон получил ее в единоличное пользование на весь вечер, а от нее требовалось лишь иногда восхищенно произносить «Ах…» да широко раскрывать глаза, показывая, как она ценит его ум, обаяние, деловую хватку и остроумие, которые он так щедро ей демонстрировал. Брейдон вел себя так, как когда-то, в начале знакомства, держался с ней ее бывший муж Рон.
— Брейдон очень красив, верно? — настойчиво проговорила мать. — Он мне очень напоминает Рона.
Ингрид кивнула. Она была занята тем, что переставляла на полках в шкафчике коллекцию фарфоровых мышек. Что бы ни происходило в ее жизни, она не оставляла своих мышек без внимания.
— Мне бы очень хотелось, чтобы ты со мной нормально разговаривала, дорогая, — сказала мать. — Мне не нравится, что ты отвечаешь мне жестами. Все врачи-логопеды, которые занимались тобой в разное время, в одном были единодушны. Тебе показано нормальное общение с людьми. Или, скорее, — с улыбкой добавила Филиппа, которая всем своим видом, выражением лица старалась выказать максимум любви и заботы, — настолько нормальное общение, насколько это возможно. Я твоя мать. Любые недостатки твоей речи не могут повлиять на мое к тебе доброе отношение.
Ингрид была готова смеяться и плакать. Самой ей эти недостатки казались весьма значительными. Филиппа же искренне верила, что Ингрид стоит только хорошо постараться — и от ее заикания не останется и следа.
— Из-звини, — сказала дочь, продолжая заниматься своей коллекцией.
Фарфоровые мыши были своеобразным символом того, насколько мало взаимопонимания существовало между Филиппой и Ингрид. Эти мышки являлись реликвией, напоминавшей Ингрид о днях учебы в школе-интернате. Тогда-то к ней пристало неприятное прозвище Мышеловка. Мать не понимала, что другие девочки вели себя жестоко по отношению к дочери. Напротив, она считала это знаком дружеского расположения соучениц и упрекала Ингрид в том, что та излишне чувствительна. Именно она дарила ей маленьких сувенирных мышат.
— Посмотри-ка на меня, дорогая, — попросила мать.
Ингрид обернулась.
— Что вы так долго обсуждали с Брейдоном после окончания обеда?
— Мы говорили о нем самом, — сказала Ингрид и зевнула, даже не пытаясь скрыть, что эта тема ей более чем неинтересна. Как, впрочем, и сам Брейдон. — Он говорил. Я слушала…
Ей не слишком хорошо удавался звук «л». Филиппа ее не поняла или сделала вид, что не поняла.
— Все это просто замечательно, дорогая, ведь такое общение помогает стать хорошей собеседницей.
Ингрид подняла голову и возмущенно спросила:
— Чему помогает, мама?
От волнения она произнесла вопрос без запинки?
— Ну… помогает женщине… общаться с другими людьми. Разве ты не хочешь иметь друзей, Ингрид?
Единственные друзья, которые не подводят, это те, с которыми я общаюсь по телефону, подумала Ингрид. Да еще дети, конечно.
Ингрид на мгновение смежила веки и уселась возле окна на стуле, располагаясь между матерью и фотографией Кена Рэнсома, которая лежала, прикрытая ее свитером.
Она слышала эту материнскую лекцию во всевозможных вариантах на протяжении двадцати девяти лет, за исключением тех двух лет, когда была замужем. Затем ту же самую лекцию начал ей читать супруг. Только лейтмотив матери «ради того, чтобы иметь друзей» в его интерпретации звучал как: «если ты хочешь, чтобы я преуспевал в бизнесе». В конце концов, он от нее ушел. Впоследствии она узнала, что он таки преуспел в бизнесе. Рядом с ним теперь другая женщина, которая не заикается и потому безупречно ведет себя с его коллегами.
— У меня есть д-д-дру-зья, — сказала Ингрид, зажав коленями ладони. — Я сча-сча… довольна, — закончила она, набрав в легкие побольше воздуха и медленно произнося слова.
— Но ты одинока.
Ингрид покачала головой и улыбнулась.
— Не так уж и од-од-оди…
Она знала, что ей делать: не нужно стараться произносить звук, который не удается. Она замолчала, сделала глотательное движение, вздохнула и затем произнесла совершенно отчетливо:
— … одинока. У меня есть ты и папа. Филиппа нагнулась к дочери и потрепала ее по колену.
— У тебя есть я, папа и твои телефонные звонки. С кем ты так поздно разговаривала? С какой-нибудь подругой?
Ингрид заколебалась, затем кивнула. Это было легче, чем пытаться объяснить, что и как. К тому же она чувствовала себя усталой и знала, что поэтому ее заикание становится очень заметным. Она попыталась подавить еще один зевок.
Филиппа улыбнулась.
— Ну ладно. Я пойду, а ты ложись. — Филиппа встала, затем наклонилась, чтобы поцеловать дочь в щеку. — Доброй ночи, дорогая!
После того как мать ушла, Ингрид еще некоторое время сидела неподвижно. Затем встала и пошла в свою небольшую кухоньку, отделенную от жилой комнаты невысокой перегородкой. Наверху перегородку венчала металлическая решетка, увитая плющом. Ингрид заварила себе чай. Затем взяла чашку, фотографию Кена Рэнсома и направилась в спальню. Она отложила фотографию в сторону так, чтобы ее не видеть, а сама начала готовиться ко сну.
Уже лежа в постели, она пила чай, который оказывал на нее успокоительное действие. В окно ей были видны огни зданий на мысе Пойнт-Грей, с противоположной стороны Ванкуверской бухты. Она подумала, что, возможно, один из этих огоньков горит в квартире Кена, который в это время, без сомнения, уже спит.
Интересно, не забыл ли он выключить свет, перед тем как лечь? И есть ли у него привычка включать свет, когда начинает темнеть? И каково это — жить в мире тьмы? Он, должно быть, чувствует себя изолированным от мира, одиноким. Такой же изолированной и одинокой она чувствовала себя в интернате, где поделиться своими мыслями и чувствами можно было только по телефону либо с маленькими детьми.
Да, конечно же, она позвонит ему в среду вечером. Независимо ни от чего. И она будет звонить ему всегда, пока он будет в этом нуждаться.
Кен лежал вытянувшись на диване. Его незрячие глаза были открыты и устремлены на телефонную трубку без шнура, которую он сжимал в руках.
— Позвони мне, — сказал он беззвучно.
Мысленно он посылал импульсы в пространство, представляя себе, как Ингрид Бьернсен поднимает трубку, набирает его номер и слушает, как звонит телефон.
— Позвони мне, Ингрид! Сейчас же… Дело было во вторник вечером. Кен хрипло рассмеялся и покачал головой. Какой же он дурак!.. Внезапно раздался звонок у входной двери. Кен резко встал, испытывая облегчение оттого, что прервался ход его невеселых мыслей. Он сосредоточил внимание на том, чтобы уверенно и прямо пройти по комнате. И делал он это не потому, что кто-то за ним наблюдал, а оттого, что для него было совершенно необходимо ощутить уверенность в движении хотя бы на малом пространстве. Он отворил дверь.
— Привет, Кен, — бойко прозвучал женский голос.
Голос шел из той точки пространства, которая находилась чуть ниже уровня его глаз. Кен слегка наклонил голову, надеясь, что смотрит женщине в лицо.
— Вы меня помните? — спросила женщина.
— Я… хм… — неторопливо отозвался Кен. Черт побери, подумалось ему, в этом доме живет много людей. Из них две трети — женщины, и он был уверен, что все они побывали у него за последние несколько недель.
— Я — Мэдди с третьего этажа, — сказала посетительница, сжалившись над Кеном. — Мы с вами встречались в гимнастическом зале, где вы были со своей сестрой. Я хотела повидать вас раньше, но я работаю стюардессой и редко бываю дома. Я принесла вам гостинец — коробочку конфет.
— Спасибо. Вы очень добры.
Кен не знал, как ему поступить — пригласить ли ее войти или просто протянуть руку за подарком. Если она, в самом деле, стюардесса, то вполне может оказаться подругой его сестры, которая была пилотом. И поэтому он в растерянности стоял, чувствуя себя весьма неловко.
И вдруг он вспомнил. Мэдди — эта та женщина, которая задержала их в гимнастическом зале на целых полчаса, в деталях рассказывая об интимных подробностях жизни людей, находившихся в это время там же. В основном это были любовные истории людей, живущих в их доме. Нет, они с Джанет не могли быть подругами. Они даже не летали самолетами одной авиакомпании.
Он заподозрил даже, что именно Мэдди, несмотря на ее частые отлучки, пустила по дому слух о появлении здесь нового мужчины, который страдает слепотой. Словом, беспомощного человека.
Однажды друг Кена, незадолго до этого потерявший жену, рассказал ему, что женщины обожают иметь дело с мужчинами, которые нуждаются в женской заботе. Секс здесь, может быть, и ни при чем, хотя вовсе не исключается. На руках у друга Кена остался трехлетний сын, которого ему предстояло теперь воспитывать одному. Так вот, женщины, которые его прежде не замечали, наперебой кинулись его утешать, предлагая ему помощь, дружбу и всяческие услуги.
Кен вряд ли смог бы отрицать, что, с тех пор как ему исполнилось шестнадцать лет, он пользовался успехом у самых разных женщин.
А поскольку в доме, где он сейчас поселился, жили в основном одинокие люди, Кен считал, что любая женщина, которая того пожелает, может теперь рассчитывать на его благосклонность. Его слепота в известной степени могла быть даже привлекательной — пока новизна ощущений не исчезнет.
Мэдди вдруг крепко ухватила его за правое запястье, повернула ему руку ладонью кверху и положила на нее плоскую коробку.
— Эти конфеты вам очень понравятся, — заверила она. — Они полезны. Я их делаю сама. Они придают бодрость. Меня часто не бывает дома, как вы понимаете… О, извините меня. Это было непредусмотрительно с моей стороны… Все потому, что вы нисколько не похожи на слепого человека.
В этот момент, весьма кстати, зазвонил телефон. Кен вздрогнул от неожиданности и едва не выронил трубку, которую во время разговора сжимал в левой руке. Вместо этого он уронил коробку с конфетами. Быстро нажал кнопку и, прежде чем услышал голос в трубке, повинуясь необъяснимому импульсу, крикнул:
— Ингрид!.. Дорогая… Наконец-то… Ингрид была ошеломлена таким началом разговора.
— Как вы догадались, что это я?
— Так ведь догадался! — Кен рассмеялся, удивленный своей догадке не меньше Ингрид, но быстро пришел в себя. Он говорил негромко и как-то очень задушевно. — Кто же это еще мог быть, как не вы, мой ангел? Я давно ждал вашего звонка.
Он еще больше понизил голос и продолжал:
— Я очень по вас скучаю, моя дорогая. Не могу дождаться, когда вы зайдете ко мне. Я… подождите секунду…
«Дорогая»? — повторила про себя Ингрид. И «не мог дождаться»? Ведь сегодня еще только вторник, между прочим! А она должна была позвонить ему аж на следующий день… Он по ней скучал?
Мгновение спустя она включилась в игру.
— Конечно, дорогой, — сказала она сквозь смех. — Не задерживайся там, любимый… Ты ведь хочешь от кого-то избавиться, верно?
Ей показалось, будто он чем-то огорчен.
— Да, безусловно.
— Мужчина? — спросила она не задумываясь. Ингрид снова рассмеялась.
— Мы оба знаем, на что можно рассчитывать, верно? Почему ты думаешь, что нужна моя помощь?
— Я не уверен. А ты? Согласна? — Она рассмеялась, и Кен воспринял это как согласие. — Не вешай трубку, дорогая. Я сейчас…
До Ингрид долетали приглушенные голоса. Он извинялся, потом произнес ее имя, как ей показалось, мягко и уважительно.
— Твоя… подруга все еще там? — спросила Ингрид.
— Нет, но я рад, что ты со мной. Я очень… очень рад твоему звонку.
— Я позвонила, чтобы предупредить тебя, что завтра у меня ничего не выйдет. Как ты отнесешься к тому, что в среду тебе позвонит другой человек?
Ингрид, как бы со стороны прислушивалась к собственным словам, пытаясь определить, насколько искренне они звучат для Кена. Все сказанное не было правдой. Она это знала, а он? От фактов никуда не уйдешь. Она позвонила этому человеку только потому, что хотела услышать его голос снова, и у нее не было сил дожидаться завтрашнего дня.
— Я же сказал, ты или никто… А что такое намечается на завтра, что ты не сможешь мне позвонить?
— У меня назначена срочная встреча с родителями одного опекаемого мною ребенка. Отец может прийти только в семь часов. А это значит, что у меня просто не окажется времени сделать все намеченные звонки. И получается, что я буду занята как раз тогда, когда должна тебе звонить…
— Не вижу здесь особых проблем. Ты же можешь позвонить мне позднее. Во всяком случае, это даже лучше.
Ей очень хотелось сказать ему, но она, конечно же, не сказала, что звонит ему лежа в своей кровати и что на коленях у нее лежит его фотография.
— Ну, хорошо, — произнесла наконец Ингрид, — тогда поговорим завтра, когда я вернусь домой. Но это может быть поздно.
— А сейчас мы не можем поговорить? — спросил Кен.
— Если мы начнем обсуждать прозу нашей жизни, то это будет называться дружбой по телефону. — Он почувствовал, что, говоря это, Ингрид улыбается, что, однако, не подняло ему настроения. — Разумеется, мне не безразлично, какое у тебя душевное состояние. Поэтому я и звоню. Ну, давай поговорим. Не забывай, что я — твой друг по телефону.
Он было уже совсем расслабился, беседуя с ней, а это напоминание больно ударило по его самолюбию
— Верно, — он крепко, до боли, сжал зубы. — Так оно и есть. Я — всего лишь фамилия в списке…
— Кен…
— Карточка из досье в ящике стола.
— Друг, — сказала Ингрид, но он уже не слушал ее. Его охватил один из тех приступов болезненной ярости, которые появились у него после случившегося с ним несчастья.
Эта вспышка была нелогичной, несправедливой, необъяснимой и все же очевидной. Эмоции хлынули из него, словно прорвавшая дамбу вода.
— Черт возьми, только не говорите, что у вас ко мне какое-то личное отношение! — воскликнул он, снова переходя на «вы». — Мы ведь оба это знаем! — Он обязан был помнить. Она же со всеми разговаривала своим ангельским голоском. — Вы позвонили мне только потому, что в этом чертовом списке есть мое имя. Ваша задача в том, чтобы облегчить участь нескольким несчастным, достойным жалости затворникам, к которым принадлежу и я. Так могу ли я об этом забыть?
— Послушайте, не нужно…
— В самом деле? — резко произнес Кен, вскакивая на ноги. Он начал метаться по комнате, словно желая спастись от раздиравшей его ярости. — И поймите меня правильно, — проговорил он, прижимая трубку телефона к вспотевшему виску. — Я вам бесконечно благодарен, моя ненаглядная утешительница, за доброту и помощь. И потому мне хочется поделиться некоторыми подробностями проведенного мною сегодня дня. У меня не было приятной возможности…
— Кен! Вы не должны мне ничего говорить про…
Он не обратил никакого внимания на ее возражения.
— Нет, я это сделаю, — сказал он, собираясь сделать еще один круг по комнате. Он с размаху налетел на небольшой диванчик, стоявший возле окна, и ударил кулаком по его толстой обивке. — К чему вы стремитесь? Спасти меня от самого себя? Скрасить на один день мое одиночество? Дать выход моей боли, гневу и разочарованию? — Кен раз за разом бил кулаком по обивке диванчика. Ингрид за это время не проронила ни слова. — Значит, вы к этому стремитесь? — продолжал Кен, не обращая внимания на ее молчание. — Тогда разрешите, мисс Бьернсен, поведать вам увлекательные подробности из моей бурной повседневной жизни…
Я намазал маслом два ломтика поджаренного хлеба и манжет рубашки. А ведь на мне была тенниска с короткими рукавами! Затем я пролил горячий кофе на левую ногу и съел за завтраком яичницу, в которую попали шнурки от ботинок… — Он ходил взад-вперед по комнате и продолжал говорить: — Затем я прослушал по радио три репортажа со спортивных игр, одну мыльную оперу и беседу о том, как готовили пищу в средневековой Англии. Кажется, между делом я немного вздремнул.
Кен наткнулся на стул, обошел его, а затем ударился коленом об угол стереофонического музыкального центра.
Почесывая колено, он сказал:
— Мне удалось разогреть пакет с замороженным ланчем, благополучно выложить содержимое на тарелку, однако когда я нес еду к столу, она вся соскользнула на пол. Я убирал еду с пола до двух часов дня, так что забыл про голод. Когда стоишь коленями на горячем спагетти и вытираешь с пола соус, есть, почему-то не хочется.
Потом пришел преподаватель из школы для слепых и повел меня на прогулку. Я учился определять на слух голоса птиц: кукушки и какой-то чирикающей птахи, которая помогает людям вроде меня переходить улицу. На собственном опыте я убедился, что лучше нащупать бампер автомашины палкой, чем собственным коленом.
После того, как преподаватель ушел, я приготовил еще один ланч и сумел его благополучно съесть. Однако кое-что из еды попало мне на рубашку. Словом, у слепоты есть свои прелести. Ты никогда не знаешь, как выглядишь. Это — лучший способ обрести уверенность в себе.
Словом, вы, надеюсь, понимаете, что это был великолепный день. Только прошу не очень мне завидовать и не заставлять меня пересказывать наиболее захватывающие детали. — Ингрид ничего не сказала. — Ну? — строго спросил Кен. — Что вы еще желаете знать?
— Похоже, что вы обо всем уже подробно рассказали, — ровным голосом проговорила Ингрид, что еще больше его взбесило.
Кен до боли стиснул зубы и еще раз двинул кулаком по спинке стула. Черт возьми, он вовсе не хотел, чтобы на другом конце провода была святая. Но ему нужен был настоящий друг. Любящий голос.
Ему хотелось, чтобы его обняли!
В следующую секунду он отчаянно испугался этого своего желания, и гнев его мгновенно улетучился.
— Ну, хорошо, — уже спокойнее произнес он. — Если я вас немного развлек, то мне остается только пожелать вам спокойной ночи.
— Мне жаль… — начала было Ингрид, но Кен больше ничего не хотел слышать.
Он нажал кнопку, отключив связь. Потом швырнул куда-то трубку, а сам упал в кресло. Он едва дышал. Гнев душил его.
Подавшись вперед, он закрыл лицо руками. Он не смог выдержать экзамен, не научился сдерживать свой гнев. Ему хотелось рычать, ругаться и сделать больно кому-то. Однако сделать больно он мог лишь самому себе.
Кен находился в состоянии ярости еще минуты три, затем напряжение оставило его, ступив место раскаянию. Он нащупал телефонную трубку и взял ее в руку. В таком положении, с телефонной трубкой в руках, он долго сидел неподвижно, терзаемый поздним сожалением.
Он страстно хотел набрать номер Ингрид, но не мог этого сделать, ибо не знал его. Жизненно важная связь прервалась.
И виноват в этом был лишь он один.



загрузка...

Предыдущая страницаСледующая страница

Читать онлайн любовный роман - Любовные голоса - Джил Джуди

Разделы:
1234567891011

Ваши комментарии
к роману Любовные голоса - Джил Джуди



Мне понравился...
Любовные голоса - Джил Джудиmiliton
18.11.2011, 17.29





Мне тоже понравилось
Любовные голоса - Джил ДжудиЛора
11.01.2012, 0.11





ПРОЧИТАЛА С УДОВОЛЬСТВИЕМ, ДАЖЕ НЕ УСПЕЛА СВОИ ДЕЛА СДЕЛАТЬ.ЗАЛИПЛА
Любовные голоса - Джил ДжудиНАТАЛЬЯ
2.10.2012, 13.32





Замечательная книга, очень понравилась
Любовные голоса - Джил Джуди@ннушк@
6.10.2012, 16.50





Отличный роман. Не могла оторваться. Непременно прочитайте.
Любовные голоса - Джил ДжудиАнна
6.10.2012, 19.16





роман понравился...8/10
Любовные голоса - Джил Джудитая
6.10.2012, 21.43





сначала настроенна была скептически,гг очень своеобразные. ! но знаете, ошиблась! роман оказался очень милым ,душевным и естественно хэппи энд!
Любовные голоса - Джил Джудианна
6.10.2012, 23.25





Роман неплохой. Сюжет неизбитый, очень трогательная и человеческая история.Твердая 8.
Любовные голоса - Джил Джудиюлия
7.10.2012, 12.23





Очень очень понравился роман.
Любовные голоса - Джил ДжудиАнна
8.10.2012, 7.55





Хороший роман!!!
Любовные голоса - Джил ДжудиВера Яр.
8.10.2012, 9.45





роман просто супер!!! прочитала взахлеб) добрая девушка встречает морально сильного мужчину и начинаешь верить что чудеса на свете ещё встречаются))))))
Любовные голоса - Джил Джудианна
29.01.2013, 0.04





роман очень очень хорошый. сейчас редко такие встретишь.
Любовные голоса - Джил Джудиелешка
21.03.2013, 13.44





Милый, милый. Читайте.
Любовные голоса - Джил Джудииришка
20.02.2014, 6.09





Читайте! Не пожалеете!!! 15/10!!
Любовные голоса - Джил Джудилена
4.12.2014, 23.03





+10баллов, а говорить нечего не буду, все сказано до меня :-)
Любовные голоса - Джил Джудизлой критик
24.12.2014, 12.52





Очень хороший роман. Читайте.
Любовные голоса - Джил Джудиren
24.12.2014, 16.02





КЛАССНЫЙ РОМАН. ОЧЕНЬ ОТЛИЧАЕТЬСЯ ОТ ТЕХ ЧТО В ТОПЕ. ТАМ ОДНИ МИЛЛИОНЕРЫ, МОДЕЛИ И МАТЕРИ ОДИНОЧКИ. А ТУТ ОТДЫХАЕШЬ ДУШОЙ.ОЧЕНЬ ЛЕГКО ЧИТАЕТЬСЯ
Любовные голоса - Джил ДжудиОЛЬКА К
26.12.2014, 10.13





Сладенький романчик. Легко читается, но как то не зацепил.
Любовные голоса - Джил ДжудиVeta
29.12.2014, 16.14





Трогательно, мило, но не ах!!! 8/10
Любовные голоса - Джил ДжудиЮлия
4.01.2015, 13.20





Миленько, но очень легонько. Герой такой прекрасно правильный, что и недуг его как-то не оч. серьезно воспринимаешь. ГГ-ня имеет особенность, но возвела ее в культ поклонения самой себе. Любовь все победит. Короче, 7 из 10.
Любовные голоса - Джил ДжудиКирочка
18.01.2015, 19.15





почему таким дурам такие мужики попадаются, не правдоподобно как-то, 6 из 10
Любовные голоса - Джил Джудиpenelopa
4.08.2015, 13.12





Очень понравился роман!восхитительно!
Любовные голоса - Джил ДжудиОльга
10.11.2016, 23.33





Хороший роман.
Любовные голоса - Джил ДжудиСофья
11.11.2016, 4.11








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100