Читать онлайн Поглупевший от любви, автора - Джеймс Элоиза, Раздел - Глава 38 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Поглупевший от любви - Джеймс Элоиза бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 9.27 (Голосов: 55)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Поглупевший от любви - Джеймс Элоиза - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Поглупевший от любви - Джеймс Элоиза - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Джеймс Элоиза

Поглупевший от любви

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

Глава 38
Едой бросается не только молодежь

Вьюга длилась три дня, и Аннабел несколько раз рвало. Джози закатила истерику с утомительно знакомым припевом насчет бедной сиротки, но быстро успокоилась, потому что Генриетта стала рассказывать Аннабел сказку и она испугалась, что пропустит самое интересное. Кстати, это была ее любимая история о злобном маленьком абажуре, добравшемся до самого Парижа. Генриетта сделала вид, что не заметила очередного приступа, и позволила Джози забраться к ней на колени.
Вообще Джози вела себя на удивление хорошо. Самым ужасным моментом был тот, когда она бросила в сестру полную ложку картофельного пюре. Но в эти три дня, которые они провели в «Медведе и сове», не одна она забавлялась с едой.
На второй вечер, когда Генриетта и Дарби ужинали в своей комнате, он вдруг как ни в чем не бывало опустил ей за вырез кусочек пропитанного вином бисквита со взбитыми сливками.
Генриетта, не в силах вымолвить слова, так и сидела с открытым ртом, уставясь на мужа, пока ледяной бисквит медленно скользил между ее грудями и наконец застрял в верхней части корсета.
Дарби встал, такой же элегантный и утонченный, как всегда, и участливо спросил:
— Небольшое несчастье, дорогая? Позволь мне помочь.
И он принялся ловко расстегивать ее платье. Генриетта никак не могла понять суть происходящего. Может, бисквит случайно слетел с его ложки… но нет.
Только когда он заставил ее встать, чтобы расшнуровать корсет, она догадалась всмотреться в его лицо. Шелковистые золотисто-каштановые волосы выбились из ленты и падали на шею. Он сделал это нарочно! Нарочно!
Его руки дразнили, гладили, даже пощипывали, обводили липкий след, оставленный бисквитом.
— Какая жалость, — вздохнул он. — Кажется, тебе придется путешествовать без корсета.
— У меня есть и другие, сэр, — процедила она, презрительно щурясь.
— Но это уродство… — он поднял корсет в воздух, — в котором ты похожа на марионетку, скрывает все изгибы твоей фигуры, так что любое платье висит на тебе как на вешалке.
Он продолжал ласкать ее груди.
— Ты не сможешь превратить меня в свое подобие, — запротестовала Генриетта.
— Какое именно? — вкрадчиво осведомился он.
— Элегантную даму, — напрямик заявила Генриетта. — Ни одно платье не будет хорошо на мне сидеть. Я хромаю и, кроме того, слишком мала ростом.
Дарби весело рассмеялся:
— Одежда существует для того, чтобы мужчина смог видеть, что под ней, и представлять обнаженную женщину. Ни рост, ни твое бедро не имеют с этим ничего общего.
— Дарби, одежда существует для того, чтобы прикрывать тело, — заметила она.
— Прошлой ночью ты назвала меня Саймоном, — обронил он, снимая с нее сорочку.
Генриетта покраснела, вспомнив о вчерашнем вечере.
— Я была не в себе.
Лицо Саймона было воплощением греховного лукавства.
— Человек в пылу страсти говорит много такого, о чем не любит вспоминать наутро.
Теперь он слизывал остатки бисквита с ее ключицы, спускаясь все ниже и ниже, и его жена не сказала ни слова, даже когда он встал перед ней на колени, по-прежнему слизывая липкую дорожку.
Ниже, ниже… туда, где обнаружился ускользнувший кусочек торта.
Колени Генриетты подогнулись.
— Саймон, — прошептала она, — мы не в спальне! Только тогда он поднялся, задвинул засов и вернулся к ней. Но она воспользовалась его коротким отсутствием, чтобы стащить со стола тарелку. Повернувшись, он увидел смеющуюся жену, волосы которой разметались по плечам. К этому времени вся ее одежда — платье, корсет и сорочка — валялась на полу, и на Генриетте остались только светло-голубые туфельки и тонкие чулки с подвязками, завязанными бантиками чуть ниже колен. Обнаженная, она была самой элегантной женщиной, которую он когда-либо видел. В руке она держала тарелку с бисквитом, но он едва это заметил.
— У меня захватывает дух, — медленно выговорил он. — Поверить не могу, что ты здесь и моя. Даже простаки из Лимпли-Стоук должны были видеть, как ты изысканна.
Она широко улыбнулась — и кто бы не улыбнулся на ее месте? На секунду отложила тарелку, развязала его галстук и отложила в сторону. Потом расстегнула пару верхних пуговок и, прежде чем он успел опомниться, схватила ложку и бесцеремонно опрокинула ему за пазуху ломтик бисквита.
Его месть была ужасна: холодные пальцы, державшие кусочек холодной сладости, сомкнулись на самом теплом местечке в ее теле.
У Генриетты мгновенно закружилась голова, словно после двух бокалов шампанского. Этого оказалось достаточно, чтобы медленно опуститься на пол.
Но только когда они все-таки добрались до Лондона и стали устраиваться в городском доме Дарби, она начала понимать истинный смысл брака. Дарби снимал с нее один слой одежды за другим, и дело было не только в одежде. Он умудрился обнажить ее душу, и теперь у нее не осталось никаких секретов.
Ее муж любил расхаживать голым по супружеской спальне: кто бы мог подумать?! Он, разодетый на людях в шелк и кружева, лучше всего чувствовал себя, когда на теле не оставалось ни единой нитки. Но этим дело не кончилось. Он желал, чтобы и она последовала его примеру и разгуливала голой по комнате.
А вся эта история с чехлом окончательно лишила ее возможности иметь тайны от мужа.
Правда, они обсудили, как следует поступить, потому что Генриетта долго стеснялась применять чехол при муже. Но все же решилась. Приехав в Лондон, она каждый раз после ужина поднималась наверх, пропитывала чехол уксусом и только потом вставляла. Ей это не слишком нравилось. Но и ненависти особой не было. По-своему она даже привыкла к чехлу, который давал возможность без опасения принимать ласки Дарби.
Но как-то вечером он задержал ее за ужином, и она оказалась на его коленях. На ней было вечернее платье и никаких корсетов, поскольку у мужа появилась привычка портить белье, которое ему не нравилось. Генриетте казалось странным, что она стала воском в руках мужа. Стоило ему взглянуть на нее смеющимися карими глазами, и она, которая с семнадцати лет вела все хозяйство и управляла школой, исполняла любые, самые непристойные его желания.
Вот и сегодня он предлагал ей поднять подол платья и сесть на его колени, а она была настолько одурманена его ласками, что немедленно согласилась и только по чистой случайности вспомнила о чехле и оттолкнула его руку.
— Нет, Саймон! Мой чехол!
Он подхватил ее на руки и понес наверх, где положил на кровать и прошептал:
— Позволь мне сделать это сегодня. Генриетта возмущенно ахнула:
— Ни в коем случае!
— Но почему нет? — уговаривал он. Его пальцы были повсюду, а подол платья задрался до самой талии. — Я совершенно уверен, что смогу правильно его вставить.
Учитывая то, где в этот момент были его пальцы, он, возможно, был прав.
Она невольно застонала:
— Н-нет… это слишком личное…
— Твое тело — мое тело, — твердо сказал он, наклонившись над ней. Его ресницы были такими длинными, что отбрасывали тени на щеки. — Мы женаты, Генриетта, помнишь? Разве ты не слышала слов брачной службы? Должен признать, я нашел ее весьма захватывающей, особенно ту часть, где викарий толковал о мужчинах, любящих жен, как собственные тела.
Ошеломленная, Генриетта молча смотрела на него. Дарби слегка улыбнулся, сухо и выжидающе.
— «Тот, кто любит жену свою, любит себя; ибо ни один человек на свете не питает ненависти к собственной плоти, но лелеет и чтит ее», — процитировал он и, не дожидаясь ответа, встал и подошел к маленькому столику, где новая горничная оставила чехол и маленький стаканчик с уксусом.
— Думаю, смысл брачных обетов вовсе не таков. Неужели у меня не может быть никаких тайн от тебя? — запротестовала Генриетта.
— Никаких, — подтвердил он, возвращаясь к ней. Одна рука легла на ее грудь, не давая говорить. А другая… ничего не скажешь, он не зря хвастался, что хорошо знаком с ее анатомией.
Позже они лежали молча, переплетясь ногами и руками. Дарби лениво чертил пальцем замысловатые фигуры на ее атласном боку.
— У тебя болит бедро, когда мы занимаемся любовью? Она покачала головой.
— Но отчего же оно болит? Как, например, сегодня днем. Ведь тебе было больно?
— Н-немного, — удивленно пробормотала Генриетта. Странно, она была уверена, что хорошо скрывает недомогание. — Я устала.
— Нужно было сказать мне. Мадам Хамфриз так счастлива одевать тебя, что заставила весь день простоять на примерках.
Генриетта улыбнулась. Вся одежда в мире была ей абсолютно безразлична, зато она совершила поразительное открытие, обнаружив, насколько иначе выглядит в одежде, не скроенной и не сшитой руками миссис Пиннок.
— Я Нахожу крайне интересным то обстоятельство, что больное бедро ничем не отличается от здорового, — заметил Дарби. — И не понимаю, почему доктора считают, что тебе не выносить ребенка. Я не вижу никакой разницы между этим бедром… — Он снова погладил ее бедро. — И бедрами другой женщины.
Генриетта нахмурилась. Ей не понравилось, что муж способен думать о бедрах других женщин! Он сразу это понял.
— Нет, не подумай, что я собираюсь сравнивать твои роскошные бедра с чьими-то еще, — заверил он. — Но почему бы нам не посетить лондонского доктора? На Сент-Джеймс-стрит живет знаменитый врач, который к тому же еще и акушер. Кажется, его фамилия Ортолон.
— Независимо от того, видишь ты проблему или нет, она существует. Я действительно выжила чудом. Моей матери не повезло, — вздохнула она.
— Когда ты росла, окружающие были к тебе жестоки?
— Нелюди, — медленно произнесла она. — Скорее обстоятельства. Видишь ли, я выросла в очень маленьком городке, даже деревне, где будущее каждого обитателя было заранее предрешено. Билли Лент еще в начальной школе считался плохим мальчишкой, который не желал учиться и обижал одноклассников. Все твердили, что он рано или поздно кончит тюрьмой. Так оно и случилось. Ему еще восемнадцати не было, когда его арестовали. Я была хромой, и все говорили, что моя судьба — остаться в старых девах. Ноя была бы безутешна, если бы представила, что кто-то вроде тебя когда-нибудь пройдется по Хай-стрит.
Каштановый локон свалился на высокий лоб Дарби. Белая простыня, задрапировавшая бедра, превратила его в римского сенатора.
— Значит, ты никогда не мечтала о браке? Не может быть!
— Разумеется, мечтала! Но я думала, что найду человека постарше, возможно, вдовца с детьми. Того, кому требуется компаньонка, а не…
Он оторвал губы от ее груди.
— А не возлюбленная.
— Я ничего не понимала, — покаялась Генриетта.
— Совершенно верно. Ты не связывала брачные утехи с появлением детей, так ведь?
Генриетта покачала головой и шутливо добавила:
— И я все еще не могу взять в толк, почему джентльменам это так важно.
— Возможно, для того старого пня, за которого ты собралась замуж, это было вовсе не важно.
— Ну… может, он был бы не так уж и стар… впрочем, разве у меня имелся выбор?
— Мне повезло стать первым джентльменом, появившимся в вашей деревне. Среди моих друзей нет ни одного, который не постарался бы обольстить тебя, невзирая ни на какие бедра.
— Рис не стал бы меня обольщать, — возразила она.
— Еще как стал бы! Мало того, ему очень трудно смириться с тем обстоятельством, что ты оказалась остроумной, веселой, умной и красивой, — бормотал Дарби, губы которого оставляли маленькие огненные дорожки на ее коже. — Ты перевернула его мир, и теперь ему не видать покоя.
— Вовсе нет, — охнула Генриетта.
— Бедняга! Он опоздал. Ты моя, — объявил Дарби, подминая ее под себя.
Она вцепилась в его плечи.
— Но дети? Как насчет детей? Разве все эти лондонские джентльмены не захотели бы детей?
— Нет, если только они сами не первенцы, — рассеянно ответил Дарби. — У меня нет майората, который привязан ко мне, как банка к собачьему хвосту. Таких, как я, довольно много. А теперь, если извинишь меня, любимая…
Но даже когда он раздвинул ее ноги и знакомая ноющая боль желания разлилась по телу, она умудрилась охнуть:
— Я все же думаю, что они хотели бы детей.
Мышцы на его плечах напряглись. Генриетта стала их лизать.
— Им плевать на детей. И плевать на все. Лишь бы оказаться здесь и с тобой.
Его глаза так сверкали, что Генриетта поняла: это чистая правда, вернее, он считает это правдой.
— Но куда им, — торжествующе прошептал Дарби. — Никто не овладеет тобой, кроме меня. Ты моя, Генриетта.
Ей ничего не оставалось, кроме как улыбнуться.




Предыдущая страницаСледующая страница

Ваши комментарии
к роману Поглупевший от любви - Джеймс Элоиза



Прочитала библиотечную книгу- Поглупевший от любви и мне очень понравилась,читается на одном дыхании и захотела прочитать все книги Элоизы Джеймс.
Поглупевший от любви - Джеймс ЭлоизаЕлена
11.11.2012, 9.13





неплохо здесь кроме главных героев есть отклонениями и на других действующих лиц много персонажей задействовано это меня немного отвлекало а так роман хорош интересен во многом не похож на другие любовные романы
Поглупевший от любви - Джеймс Элоизанаталия
11.11.2012, 12.28





не плохо
Поглупевший от любви - Джеймс ЭлоизаМарго
11.11.2012, 16.01





неплохо и интересненько.
Поглупевший от любви - Джеймс Элоизачитатель)
18.12.2012, 23.08





Хороший роман.Легко читается, адекватные герои, интересный конец.
Поглупевший от любви - Джеймс ЭлоизаКэт
7.01.2013, 21.29





Очень милый роман с юморком. Конечно, если бы хромоножка не была красавицей на лицо, главный герой вряд ли поглупел от любви.
Поглупевший от любви - Джеймс ЭлоизаВ.З.,65л.
10.10.2013, 12.23





В.З., посоветуйте, пожалуйста, что-то из Ваших любимых романов.
Поглупевший от любви - Джеймс ЭлоизаИванна
10.10.2013, 12.38





Тонкий роман с толикой юмора. Красивый герой, приятная героиня, неплохие диалоги. Единственное к чему можно придраться, так это к переводу в некоторых местах..."Генриетта стала лизать его плечо..." Не могу себе этого представить без смеха
Поглупевший от любви - Джеймс ЭлоизаВирджиния
15.07.2014, 2.08








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100