Читать онлайн Веницианская леди, автора - Джейкоб Мерил, Раздел - Глава 18 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Веницианская леди - Джейкоб Мерил бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

загрузка...
Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 9.33 (Голосов: 3)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Веницианская леди - Джейкоб Мерил - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Веницианская леди - Джейкоб Мерил - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Джейкоб Мерил

Веницианская леди

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

Глава 18

Прошло десять дней, тоскливых и полных ожидания. Со времени ареста Ручини леди Диана ничего не знала; лихорадка и тоска лишали ее сна. В последнюю ночь она получила письмо от генерала Варрена, доставленное ей в «Зимний дворец». Солдат из северного сектора генерального штаба предложил ей расписаться в получении с равнодушием военного, исполняющего свои скучные обязанности. На маленьком четырехугольном листке леди Диана прочла слова, написанные бесстрастной рукой телеграфиста:


«Сколько раз по четырнадцать дней прошло со времени вашего приезда в Египет? Я все еще не видел вас. Несмотря на это, я продолжаю ждать вас в Асуане. Здесь, во всяком случае, вы могли бы получить последние известия об интересующем вас лице. Искренне преданный вам
Варрен.»


Леди Диана прочла несколько раз волнующие строки… Что таил в себе умышленный лаконизм генерала?.. Что обозначал этот грубый намек, полный угроз для пленника английской разведки?
Тоска леди Дианы настолько обострилась, что покачивание вагона действовало ей на нервы и усиливало беспокойство. Она ехала в маленьком белом вагоне с голубыми стеклами, ежедневно совершающем свой рейс через пустынные холмы в облаках горячей пыли, и в тот же вечер прибыла в Асуан.
Она была единственной женщиной, обладавшей пропуском, разрешавшим ей проникать так далеко в зону военных действий. При выходе ее встретил молодой адъютант лорда Ведфорда, офицер полка, бенгальский улан, который представился ей.
— Генерал Варрен поручил мне встретить вас и проводить к нему в главную квартиру… Не удивляйтесь, если это покажется вам немного далеко. В то время, как лорд Ведфорд живет в реквизированном отеле в центре Слонового острова, генерал Варрен раскинул свою палатку на левом берегу Нила.
Окрестности Асуанского вокзала представляли унылое зрелище. Продавцы почтовых открыток и погонщики мулов уступили свои места воинским составам английских батальонов. Вокруг, среди моря касок, индусских тюрбанов и шотландских шапочек, медленно двигались мулы и фургоны.
Адъютант проводил леди Диану до берега реки. Было шесть часов вечера. Сумерки протягивали покрывало оранжевых облаков через холмы над пальмами острова, утопавшего в розоватом полумраке.
Но величественная красота природы, приготовлявшейся к ночи, не произвела впечатления на леди Диану, равно как и гортанное пение гребцов, направлявших фелюгу к другому берегу Нила. Она думала только о Варрене, ожидающем ее в своей палатке. Каковы будут последствия этого страшного разговора, свидетелем которого будет только Сириус, бесстрастный светоч, прикрепленный высоко на фоне темно-синего неба?
Барка причалила.
— Осторожнее, леди Уайнхем, — сказал лейтенант. — Разрешите вам помочь?
Пальцы леди Дианы судорожно вцепились в руку корректного офицера, и ее каблуки погрузились во влажный песок.
— Где генерал Варрен? — спросила она, опираясь на предложенную руку.
— В этой палатке, сударыня!.. Видите фонарь, белый с красным?..


Лесли Варрен встретил ее на пороге просторной палатки, освещенной двумя электрическими лампочками. Обстановка палатки состояла из складного письменного столика, легких стульев и аппарата полевого телефона; на полу лежали циновки. Палатка была перегорожена плотной парусиновой тканью, образовывавшей еще одну комнату, вероятно, служившую спальней. Генерал Варрен, как и многие британские офицеры, служившие в Индии, предпочитал жить в палатке.
Варрен стоял с непокрытой головой, очень прямой и тонкий, скрестив руки за кожаным поясом, и смотрел на леди Диану, остановившуюся на пороге.
— Входите же, друг мой! Я не надеялся больше видеть вас в этом углу, недоступном для всего мира, кроме немногих, которые, как вы, имеют специальный пропуск. Садитесь… У вас немного усталый вид… Вас утомил этот маленький поезд пустыни, не правда ли?.. Если бы я не торопился увидеть вас поскорее, я отправил бы за вами правительственный катер, который доставил бы вас в три дня… Но у нас слишком мало времени… Генерал иронически улыбнулся и прибавил:
— Для нас дороги часы… Он подчеркнул:
— Часы…
Леди Диана сделала над собой усилие, чтобы заговорить, не обнаруживая своего волнения.
— Послушайте, Варрен, прекратим эту комедию, нелепую и бесчестную в данных условиях.
Генерал запротестовал:
— Кто говорит о комедии, дорогая? Мы пообедаем вдвоем в этой палатке и откровенно побеседуем… Я заранее прошу прощения за мой скромный обед, но, к сожалению, казенный паек не особенно разнообразен, и наш повар не может соперничать с главными поварами интернациональных ресторанов…
Леди Диана вздрогнула, предчувствуя начинавшуюся медленную пытку. Она читала в холодном и светлом взгляде своего собеседника страшную программу празднества, подготовленную им.
— Вам не улыбается перспектива обедать со мной в этой неожиданной обстановке, среди тишины южной звездной ночи? — проговорил генерал с упреком. — Я не узнаю вас, дорогая; где же грациозная, игравшая чужой душой, коварная кошечка с выпущенными коготками?
Появился денщик и по распоряжению генерала подал столик с двумя приборами.
— Как вы находите эту палатку? Обстановка довольно скудная, но у меня есть, чем развлечься в свободные часы. Посмотрите, граммофон, несколько книг на тему об оккультизме во времена фараонов и вот этот маленький стеклянный ящик, в котором живет кобра. Посмотрите, дорогой друг!.. Красивая змейка из Судана, со спинкой, отливающей красноватым и зеленым. Вам нравится? Да, я забыл самое главное: в этом никелевом флаконе имеется великолепный замороженный коктейль. Вы, конечно, выпьете со мной немного? Как мы его назовем?.. «Гусиная кожа» или, может быть, «Искупление»?.. Как вы думаете, моя дорогая?
Леди Диана не в состоянии была есть. Варрен, аккуратно намазывая масло на тартинку, разыгрывал искреннее удивление:
— Вы не голодны?.. О, если бы я был обидчивым хозяином, я оскорбился бы, видя, что вы едва притрагиваетесь к подаваемым блюдам.
— Варрен!… довольно… откроем карты!.. Какие козыри у вас и какие у меня!
— Как вы торопитесь!
— Где он?
— Кто?
— Ручини.
— Значит, вы интересуетесь этим оригинальным господином, которого нам удалось благодаря вам поймать?
Это «благодаря вам» отозвалось в сердце леди Дианы безумной тоской, страшной, почти физической, болью, заставившей ее побледнеть.
— Где он? — повторила она тише.
— Вам угодно знать, — извольте, — под надежной охраной английских часовых. Но мы поговорим о делах за десертом… Нравятся вам эти фрукты? Один из моих каирских друзей получает их из Америки и пересылает мне. Не напоминают ли вам эти большие, разрезанные вдоль плоды препараты из анатомического театра?
Обед продолжался. Сердце Дианы сжималось, измученное тоской и этой бесконечной пыткой. Вокруг палатки царила тишина, иногда спутанный мул двигал цепью, иногда доносился с противоположного берега жалобный скрип мельницы. Металлический голос Варрена наполнял палатку; казалось, он опьянялся собственными словами и, безжалостно играя нетерпением своей жертвы, бесконечно умножал их.
Денщик принес апельсины и снова ушел. Генерал предложил папиросы. Но леди Диана оттолкнула вдруг портсигар с криком:
— Варрен! Довольно!.. Генерал улыбнулся.
— Боже мой, как вы нервничаете, милая Диана!.. Вас действительно подменили в Италии. Я никогда бы не поверил, что любовь может до такой степени изменить рассудительную женщину… Мы сейчас подойдем к интересующему вас вопросу, но будем соблюдать хронологический порядок… Когда вы посетили меня на Мальте, я был далек от подозрения, что вас привлекал в Египте венецианский контрабандист… Я приписывал это желанию посмотреть барельефы храма Луксора, довольно непристойные, между прочим, или побродить по лавчонкам Муски, затхлым и полным мух и подозрительных сборищ… Я ошибался… Вы направлялись к Нилу, чтобы соединиться с героем ваших мыслей. Я никогда не заподозрил бы возможность близости между вами и таинственной личностью, долго подпольно вооружавшей против нас повстанцев. Но мне случайно попался на глаза рапорт нашей контрразведки в Италии… Занимательный роман, не правда ли?.. Так как я не имею от вас секретов, я покажу вам часть рапорта, касающуюся вас… Не правда ли, забавно, что вас увековечили в архивах «War Office»!… Посмотрите…
Генерал прикрыл бумагами верхнюю и нижнюю часть рапорта, и леди Диана прочла следующие строки:
«Что касается деятельности этого итальянца, по-видимому, тесно связанного с доктором Гермусом и Шерим-Пашой, то следует отметить его тайную связь с великосветской английской дамой. Если наши сведения верны, эта дама не кто иная, как вдова лорда Уайнхема, бывшего посла его величества в Санкт-Петербурге…»
— Вот видите, — проговорил генерал, — вы понимаете, как поучителен был для меня этот параграф? С этого времени я знал, что вы приехали в Египет в надежде тайно сообщаться с одним из самых яростных наших врагов. Отсюда я заключил, что, если за вами следить, вы поможете нам открыть преступника. Я должен сознаться, что во время моего отсутствия начальник второго отдела совершил глупость: отправил вас в Александрию под явным надзором полиции. Поставленный в известность об этом, я, по моем прибытии, написал вам извинительное письмо и приказал снять явный надзор.
Генерал Варрен коротко засмеялся, закурил другую папиросу и продолжал:
— Я заменил его, конечно, тайной слежкой, порученной опытным специалистам и прошедшей незаметно для вас. Самое важное было ввести вас в заблуждение и заставить сделать какую-нибудь неосторожность. И вы совершили эту неосторожность, отправившись в Луксор к Абдель-Хади. Это был лучший способ дать моим подчиненным понять, что разыскиваемая личность скрывается там. Дальше не стоит рассказывать; вы были очевидцем событий. Ваш «друг» и его сообщник были арестованы и привезены в главную квартиру под хорошим конвоем… И занавес опустился на этом восхитительном последнем акте моей маленькой комедии.
Леди Диана молча слушала повествование генерала, с любопытством наблюдавшего за ней. В его взгляде было удовлетворение самца, довольного возможностью безжалостно терзать жертву, попавшую в его руки. Скрестив свои длинные ноги в желтых крагах, он лукаво прибавил:
— В общем, рапорт из Италии был близок к истине; этот Анджело Ручини, безусловно, ваш любовник.
— Совершенно верно.
— Я не позволю себе, друг мой, ни читать вам лекцию о патриотизме, ни подчеркивать шокирующий элемент этого открытия в глазах генерала, находящегося на службе Великобритании. Вы, английская аристократка, женщина, носящая имя, уважаемое на нашей родине, избрали объектом вашей любви венецианского синьора, заклятого врага вашей родины! Согласитесь, что это несколько далеко идущее бравирование общественным мнением.
— Декреты моего сердца выше ваших законов, Варрен!
— Я это знаю и потому не позволю себе читать вам нотаций… В качестве вашего старого друга, я простил вам это сообщничество и посоветовал военному прокурору закрыть глаза на выбор ваших любовников. К сожалению, военный суд был менее снисходителен к вашему прекрасному кондотьеру…
Леди Диана содрогнулась и повторила:
— Военный суд уже был?..
— О, да, в походах суды очень быстры, в особенности, когда дело касается столь ясного дела, как преступление графа Ручини… Военная контрабанда, тяжкая измена, крушение поезда… Двести жертв на совести, не считая довольно смело убитого машиниста. Что же нужно еще, чтобы быть приговоренным, судите сами?
— Ручини… уже… приговорен?..
— Вчера… Военно-полевой суд приговорил его к смертной казни.
Леди Диана закрыла глаза. Кровь прилила к вискам, и тысячи блестящих точек закружились перед глазами, пальцы с отчаянием вцепились в ручки плетеного кресла. Неожиданно ей показалось что кто-то еще, кроме них, находится в палатке. Или порыв ветерка всколыхнул ткань, перегораживающую помещение?
— Преступник будет казнен на заре, — продолжал Варрен. — Впрочем, — прибавил он с предательским соболезнованием, — главнокомандующий мог бы приостановить казнь, если бы я внушил ему это. Подача кассационной жалобы помогла бы выиграть несколько дней, а в несколько дней осужденный мог бы бежать при некоторой ловкости. Народная мудрость говорит:
«Пока жив…». Но все это утопия. Зачем захотели бы вы, чтобы я добровольно приостановил исполнение по уже решенному делу?
Последние слова генерала удивили леди Диану; ей послышалась в них надежда, и, собрав все мужество, она спросила:
— Скажите? Вы могли бы подписать это помилование, ведь настоящее начальство — это вы.
У Варрена вырвался неопределенный жест, и с мягкостью прелата, совершенно неожиданной для него, он ответил:
— В принципе я не отрицаю. Но многое, очень многое, зависит от вас…
Леди Диана, возмущенная, вскочила:
— Конечно… типичный шантаж, отвратительный торг. Вам бы хотелось видеть меня в ваших объятиях, как жалкое, пойманное животное. Все ваши притязания сводятся к этому.
— Не скромничайте, Диана, жалкое животное, как вы, — это королевское угощение для такого гурмана, как я. К тому же вы поняли меня с полуслова, я не собираюсь настаивать. Для моего мужского самолюбия будет бесконечно приятно сломить ваше упорное сопротивление. В продолжение моей карьеры я испытал много острых ощущений, но до сих пор еще не испытывал наслаждения обладать женщиной, которая отдается для спасения жизни дорогого ей существа. Мне приходилось читать о такого рода самопожертвовании, но что значит литература в сравнении с действительностью. Какое значение имеет игра слов и арабески детского синтаксиса, наряду с гаммой злобных содроганий униженной женщины? Диана, я плохо знаю ваше тело, наше мимолетное наслаждение оставило только одно желание — возобновить его. Сегодняшний вечер благоприятствует этому, и, если бы вы сломили свою гордость, я насладился бы немного горьким вкусом ваших поцелуев. Вы отказываетесь? Да будет ваша воля, так же, впрочем, как и воля военно-полевого суда в пять часов утра.
— Варрен, вы негодяй, и я не останусь больше ни одной минуты в вашей палатке!
— Прекрасно, Диана, я прикажу проводить вас на Слоновый остров, в приготовленную для вас комнату. Там вы сможете заснуть с ясной душой и непоруганной гордостью.
Генерал Варрен поднялся и, перед тем, как позвонить, добавил:
— Но ночь еще велика, в вашем распоряжении семь часов для размышлений… Если вы измените решение, обратитесь к человеку, несущему караул перед вашим домом. На всякий случай, я приготовлю фрукты, холодный кофе, папиросы и несколько граммофонных пластинок.


Может ли любовник, будь он даже ревнивее Отелло, упрекнуть свою возлюбленную за то, что она отдалась другому, чтобы вырвать его из когтей смерти? Кто осмелится хладнокровно разрешить задачу? Человек, без памяти влюбленный, убивает из ревности свою возлюбленную или ее сообщника, иногда с отчаяния убивает и самого себя. Им руководит аффект, бешенство, и, совершая ряд непоправимых поступков, он не владеет своей волей, теряет чувство ответственности. Представьте себе того же человека в камере тюрьмы, перед расстрелом; на заре какой-то злой дух шепчет ему: «Твоя любимая и любящая может спасти тебя, отдавшись тому, от кого зависит твоя судьба. Согласен ли ты на такую жертву, согласен ли ты купить свою жизнь ценою поцелуев другого?»
Страшная задача вставала перед леди Дианой во всей ужасающей ясности. По мере того, как шло время, она безостановочно ходила по своей темной, молчаливой комнате, бесконечно думая над мучительным вопросом и ломая свои белые руки. Ее личный выбор был сделан, она готова была отдаться, пойти на что угодно, лишь бы спасти своего возлюбленного. Но если Ручини избегнет смерти, Варрен ведь не преминет дать ему понять, какой ценой он купил спасение. Перенесет ли ее суровый любовник этот призрак, который навсегда станет между ними?
Леди Диана продолжала свое бесконечное кружение по комнате, измеряя по часам безжалостный бег времени. Вдруг она задрожала, как будто действительность грубо тряхнула ее за плечи: было четыре часа утра… Чего она ждет?.. Что значат все ее глубокомысленные размышления о чести, когда жизнь ее любовника висит на волоске? Кто спорит со смертью, имея возможность захлопнуть дверь перед ее страшным ликом?
Выглянув из окна, она окликнула часового:
— Проводите меня в палатку главнокомандующего.
— Слушаю, сударыня!.. Я сейчас разбужу лодочника на маленькой фелюге.
Леди Диана очутилась в прохладной тени. Над ней на небе обрисовывался Млечный путь, сквозь пальмы сверкало созвездие Ориона и вдоль реки, вниз от Асуана, блестели огни бивуаков.
— Поторопитесь, — приказала она солдату.
— Слушаю, сударыня, — ответил тот покорно.




Предыдущая страницаСледующая страница

Ваши комментарии
к роману Веницианская леди - Джейкоб Мерил


Комментарии к роману "Веницианская леди - Джейкоб Мерил" отсутствуют




Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100