Читать онлайн Нежный плен, автора - Джеллис Роберта, Раздел - 20. в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Нежный плен - Джеллис Роберта бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 8.08 (Голосов: 12)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Нежный плен - Джеллис Роберта - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Нежный плен - Джеллис Роберта - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Джеллис Роберта

Нежный плен

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

20.

Для Джоанны все оказалось не просто трудным, а ужасным. Она не стонала, не вырывалась, но из-под ее опущенных ресниц лились слезы, а дыхание прерывалось мучительными всхлипываниями. Ей было больно и невероятно страшно. Джоанна не смела взглянуть на своего мужа. Видимо, он не меньше ее был обескуражен ее реакцией. Джеффри шумно дышал. Она терялась: устал Джеффри или раздосадован? Когда Джоанна услышала раза два вполне различимые, хотя и невнятные, проклятия, она замерла в испуге. Наконец Джеффри затих, глубоко и удовлетворенно вздохнул, но еще некоторое время лежал на ней, словно совсем обессилев.
Джоанна изо всех сил пыталась успокоиться, сдержать слезы. Она надеялась, что Джеффри уснет, а на простынях отыщутся доказательства ее страданий. Однако Джеффри не отвернулся от нее, наоборот, — прильнул к ней.
— Прости, что причинил тебе боль, Джоанна, — ласково сказал он и добавил уже с некоторым раздражением: — Почему ты подгоняла меня? Я думал, что ты уже готова… — Не дождавшись ответа, Джеффри нежно вытер слезы с ее щек. Глупец! Откуда ей знать что-нибудь об этом? — Пожалуйста, — опять заговорил он, уже более нежно, — открой глаза и посмотри на меня, Я больше не побеспокою тебя, если ты не захочешь. Я ведь не чудовище! Сейчас тебе станет легче.
Джоанна по-прежнему молчала. Джеффри оперся на локоть и взглянул на жену. Она уже не плакала и послушно открыла глаза, но ее лицо оставалось непроницаемым, а мысли, видимо, не имели к нему никакого отношения.
Возможно, Джоанна плакала не от боли. Что с ней, что мучает ее: сожаление или даже отвращение? А подгоняла его, чтобы лишиться последней надежды на спасение от ненавистного брака? Но она была такой веселой, счастливой, такой трогательно непосредственной на протяжении всего пиршества и праздника… Прочь сомнения, это все плод его воображения!
Но сомнения не оставляли Джеффри. У него появилось желание ударить Джоанну, закричать, что она поступила безрассудно, приговорив их к вечному аду. Джеффри понимал, почему она на это пошла. Он сделал бы то же самое, осознавая свой долг. Если бы он не любил ее, то охотно превозносил бы ее целомудрие. Что ж, теперь поздно что-либо менять: они соединили свои тела и души навеки и должны найти способ жить вместе.
— Вот что я тебе скажу, Джоанна… — Джеффри попытался улыбнуться. — Если я когда-нибудь окажусь в чужой постели, это будет далеко не постель девственницы. Я слышал, как мужчины говорили, насколько приятно лишить девушку невинности. Безумцы! Клянусь, что по своей воле никогда не стану утруждать себя хлопотами с целомудренными девицами.
— О, Джеффри, действительно так? Ты уверен?
— Что значит, уверен ли я? — удивился он. — А ты думала, я буду наслаждаться, насилуя маленьких девочек?
Джоанна даже улыбнулась. Она была слишком поглощена своей проблемой, чтобы понять шутку Джеффри, но тем не менее повеселела и ожила.
— Ты думаешь, я предоставила доказательства?
— Доказательства?! — взревел Джеффри. — Да я чуть не умер, превращая тебя в женщину! Какие еще доказательства мне нужны?! Я знаю, что побывал там, где не был до меня ни один мужчина!
— Как я рада! — прошептала Джоанна. — Так рада! Я думала… боялась, что ты усомнишься во мне.
— Усомнюсь в тебе?! Ты намекаешь на Брейбрука? Ты с ума сошла, Джоанна! Никогда раньше и сейчас тоже — нет!
Джеффри улыбнулся жене и устроился на кровати поудобнее.
Он оказался гораздо глупее ее, терзая себя мыслями, что противен ей. Все ее странности всего лишь от излишней нервозности. Сомневаться в ней? С чего бы? Ах да… это… ему рассказала леди Эла… Он полагал, что у леди Элинор хватит благоразумия не посвящать такую невинную девушку, как Джоанна, в историю о своем бескровном лишении девственности! Почему она не обратилась прямо к нему? Неужели леди Элинор думала, что он мало знает Джоанну и заподозрит в намерении скрыть грех? Все женщины глупы, даже умные! Нет, даже очень умные! Они так стремятся перехитрить мужчин, что приносят себе и другим бесконечные страдания.
Джеффри совсем успокоился и, широко зевнув, закрыл глаза. Джоанна беспокойно заворочалась рядом.
— Хорошо, ты не сомневаешься во мне, — тихо сказала она. — Но другие? Мне хотелось бы убедиться…
— Посмотри сама, — сонно пробормотал Джеффри. — Я знаю: доказательства есть. Я чувствовал, когда ты поддалась, что пошла кровь.
Джоанна приподняла одеяло: Джеффри и она, простыни тоже в красных пятнах. Она удовлетворенно вздохнула и легла на спину. Боль исчезла, но сон не приходил.
Она так устала, а тут еще эта неприятная, скверная мысль… Джеффри верит ей, это ясно. Он верит, ибо знает, что у нее пошла кровь. А если бы этого не случилось? Сделал бы он ради нее то, что ее отец совершил ради матушки? Конечно, сделал бы!
Джоанна беспокойно повернулась сначала на один бок, затем на другой. Джеффри что-то недовольно пробормотал во сне. Джоанна лежала не двигаясь. Несправедливо было бы беспокоить его из-за такой глупости!
Наконец Джоанна тоже почти уснула. Многие годы она ни с кем не делила свою постель, и близость другого тела доставляла ей неудобства. Повернувшись, Джоанна уперлась в мускулистую спину Джеффри и вздрогнула от неожиданности. Ее потрясение было сродни настоящему шоку. К счастью, она вспомнила, где находится и кто спит рядом с ней, прежде чем успела позвать на помощь служанку — вот была бы потеха!
Кровать как-то странно скрипнула.
Джеффри спас бы ее честь, твердила себе Джоанна. Удивительно, но ей стало горько от этой мысли: теперь ей никогда не узнать, смог бы ее муж солгать ради их любви. Перевозбужденной, переутомленной Джоанне казалось, что именно это послужило бы последним доказательством его любви к ней. Джеффри так воспитан: для него ложь — бесчестье. Если бы он солгал ради нее, значит, она для него гораздо важнее чести.
Кровать снова скрипнула.
Откуда этот звук? Джоанна недоумевала: она даже не шелохнулась, а Джеффри спит как сурок. Когда снова раздался тот же скрип, она замерла и прислушалась. Кожаные ремни кровати так скрипеть, конечно, не могут…
— Джеффри! — Джоанна растолкала его. — Под кроватью крыса!
— Что? — пробурчал он.
— Крыса! Под кроватью крыса! — повторила Джоанна.
Прежде ничего подобного не случалось. В ее опочивальне все время находился Брайан, а крысы не водятся там, где спят собаки.
— Не выдумывай! Спи! — опять буркнул Джеффри. — Это котенок, а он не съест тебя.
— Вот как? Котенок? Что может делать котенок под кроватью? Джеффри!
Он неохотно открыл глаза.
— Котенок? А, ну да… — Джеффри зевнул и снова закрыл глаза.
— Лентяй! — закричала Джоанна. — Встань и убей эту крысу! Или прогони ее! Я ни за что не засну с этим скрежетом и писком под кроватью!
— О Господи! — проворчал Джеффри, потом поднялся и спрыгнул на пол.
— Дурачок, ты же голый! Она укусит тебя! Возьми нож или еще что-нибудь…
Однако Джеффри, проигнорировав предупреждение Джоанны, полез под кровать, при этом отвратительно ругаясь. Джоанна огляделась в надежде отыскать что-нибудь, чем можно было бы ударить крысу, если та выскочит с ее стороны, но не нашла ничего подходящего. Послышался скрип кожи, словно кто-то растягивал кроватные ремни. Потом из-под кровати появился Джеффри. Он встал на колени и швырнул Джоанне полотняный мешок, в котором что-то шевелилось и пищало.
— Я же говорил тебе, что это котенок! — с раздражением сказал Джеффри. — Твоя глупая служанка должна была дать ему побольше снотворного, но, полагаю, поскупилась.
Пока он говорил и опять устраивался на кровати, Джоанна сняла веревку, которой был завязан небольшой мешок. Оттуда тотчас же выпрыгнул котенок черепаховой масти. Это милое создание явно возмущалось столь пренебрежительным отношением к себе. Но, когда Джоанна погладила его и почесала шейку, оно обрело спокойствие и даже начало мурлыкать.
— Но, Джеффри, что он здесь делает?! Найти котенка здесь! Да еще привязанного к кроватным ремням… Не странно ли э…
— Что с тобой, черт возьми?! — рассердился Джеффри. — Если бы у тебя не было крови, мне надо себя резать, по-твоему?! Изабелла уже давно насмехается надо мной. Неужели ты не видела, как она осматривала меня, каждый мой волосок? Она объявила всем, что у меня на теле нет ничего, кроме одной незалеченной царапины! В каком месте я пустил бы кровь так, чтобы не осталось следов? Она и тебя осмотрела, всю, тоже. Я пустил бы кровь коту, пока он спал, и…
Но он так и не успел рассказать, как намеревался избавиться от улики: Джоанна обхватила руками его шею.
— О Джеффри! Джеффри! Я буду тебе хорошей женой! Хорошей, послушной и верной спутницей до самой смерти, клянусь тебе! Ты такой добрый…
— Ну и глупышка ты, Джоанна! — нежно сказал он, притянув ее к себе. — Теперь ты действительно моя! Неужели ты думаешь, я позволил бы кому-нибудь обидеть тебя по какой бы то ни было причине?
Последние слова Джеффри проговорил, уже целуя Джоанну в шею. Мимолетный ее страх, навеянный недавней болью и неспособностью ответить на его ласки, тотчас же развеялся, когда она почувствовала теплоту губ Джеффри. Джоанна вздохнула и полностью расслабилась. Джеффри осторожно высвободил руки из-под ее упругого тела, что Дало ему свободу действий. Он еще некоторое время целовал Джоанну, затем поднял голову и взглянул на нее. Как только его ласки приостановились, она что-то обиженно прошептала и медленно открыла глаза.
— Ты хочешь меня? — тоже шепотом спросил Джеффри.
Такой вопрос показался Джоанне весьма странным. Она уже забыла, что Джеффри обещал не трогать ее больше, если она не пожелает испытать боль вторично. Какая необходимость в словах? Джоанна просто притянула голову Джеффри к себе.
Он правильно понял ее, но на этот раз не стал спешить. Джеффри целовал и ласкал Джоанну — медленно двигаясь по всему ее телу. Его губы пили жаркий мед ее губ, прикасались к ее груди, ласкали ее живот. Вначале Джоанна просто наслаждалась ощущением горячих прикосновений к своему телу, ощущая, как губы Джеффри нарисовали на нем огненную дорожку, по которой волнами стекало и пульсировало неведомое ей пьянящее и острое наслаждение. Затем оно сменилось мучительным сладостным томлением, приятным и невыносимым, будто жажда, которую хочется утолить немедленно. Джоанне казалось, что тело взлетает огненным вихрем к самому поднебесью, а потом мигом падает к земле, чтобы в следующее мгновенье воспарить снова. Это было наваждение, колдовство. Всю ее плоть окутал дурман страсти. Она не могла ждать больше ни секунды: из ее груди вырвался стон, она изогнулась всем телом, зовя Джеффри в себя. Она пыталась с силой притянуть его к себе, протиснуться под него, но он будто наслаждался ее мукой… Он видел, как пробуждается в ней женщина, и это было несопоставимо большее удовольствие, чем все, что ему приходилось когда-либо испытывать. Она готова была отдать ему всю себя, раствориться в нем, подчиниться ему, лишь бы он прекратил эту сладкую муку.
Теперь Джеффри всей сутью своей почувствовал, что то, что он изведал раньше, с другими женщинами, было не страстью, не любовью, а лишь похотью. Дело не в том, что ласки шлюх, придворных дам или обозных девок, — обыкновенное притворство в ожидании щедрой платы. Это-то он хорошо знал. Но то, что сейчас он испытывал, было совсем другого свойства: он не только почувствовал желанную женщину, он понял, как сладостно дарить наслаждение самой женщине. С каждым ее вздохом и стоном наслаждение Джеффри лишь усиливалось.
Джоанна чуть не рыдала от нетерпения и возбуждения. Она неистово вцепилась в Джеффри своими длинными ногтями, не сознавая, что они оставляют глубокие следы на его теле. Она целовала его везде, где только могла, готовая поглотить его плоть. Джеффри застонал и по его телу будто молния промчалась; теперь и он не мог себя сдерживать.
Во второй раз все прошло гораздо легче. Какую бы боль с непривычки ни чувствовала Джоанна, она не шла ни в какое сравнение с неописуемым наслаждением. С первым криком удивления и возбуждения, когда испытанный ею впервые оргазм заставил конвульсивно вздрогнуть ее тело, Джеффри достиг своей кульминации. Они затихли одновременно, постанывая и вздыхая.
— Мой… мой… — бормотала Джоанна. — О, сердце мое, это было чудесно!
Наивность этого замечания и чуть охрипший от удовольствия нежный голос женщины, получившей совершенно неожиданный, но очень желанный дар, заставили Джеффри рассмеяться.
— А ты чего ожидала? — спросил он.
— Откуда мне было знать, чего ждать? Просто знать, что это приятно, и испытать на себе — совершенно разные вещи. Кроме того, приятно — не совсем правильное слово…
— Ты так думаешь? А как бы ты это назвала?
— Я назвала бы… нет, не скажу. Ты и так слишком возгордился! — засмеялась Джоанна. — Если я начну хвалить тебя, ты станешь высокомерным и невыносимым.
Джеффри сделал вид, что огорчен.
— Но, если ты не будешь хвалить меня, я наверняка решу, что не справляюсь с супружескими обязанностями, и впаду в меланхолию. А тогда…
Джоанна сделала резкое движение, словно собираясь дать Джеффри затрещину, но он перехватил ее руку. Последовала игривая борьба, превратившая одеяла в бесформенный комок. Первым остановил себя Джеффри.
— Какая ты красивая, Джоанна! — прошептал он.
Она тоже смотрела на него, но скорее испуганно, нежели весело.
— О, Джеффри, посмотри, как я тебя оцарапала! Прости меня! — Слово «оцарапала» сразу же ассоциировалось в голове Джоанны с привычной фразой «оцарапала, как кошка». — Котенок! — воскликнула она. — Мы же могли убить его!
Они обыскали всю кровать, проверили под ней, но нашли маленькое создание удобно устроившимся в мягком кресле. Когда яростные движения этих громадных для него обитателей комнаты сделали кровать неудобной, котенок, не теряя самообладания своих древних родичей, нашел себе тихое место, чтобы спрятаться от землетрясения. Джоанна почесала у него за ухом и повернулась к Джеффри. Увидев опять царапины на его теле, она начала гладить их, бормоча извинения.
— Знай я, что ты собираешься содрать с меня кожу, я не стал бы беспокоиться о котенке, — грустно улыбнулся Джеффри. — Даже Изабелла не заметила бы на ней более глубоких порезов. Могу вообразить, что она теперь скажет.
— Пускай говорит, что хочет! Ты думаешь, она не обнаружила бы твоей хитрости? Или не придумала бы чего-нибудь, даже если бы ты ничего не предпринял?
— Как бы она узнала об этом? От твоей служанки?
— От Эдвины? Нет. Она предана мне душой и телом, а если и болтает, то лишь по моему приказу. Я полагаю, комнату могли проверить другие. Даже если бы они не нашли котенка… О, не стоит говорить о королеве! Пусть лопнет от злости! Те, что верят Изабелле, просто жаждут приписать нам все грехи! Люди же, любящие нас, знают, что мы из себя представляем. Пойдем в постель, Джеффри. Я замерзла…
Такое непостоянство озадачило Джеффри. Он не мог понять очевидного противоречия между озабоченностью Джоанны относительно мнения других людей до вступления в брак и наступившим безразличием. Джеффри и в голову не приходило, что ее беспокоило лишь его мнение. Правда, сейчас ему вообще ничего в голову не приходило — он хотел лишь спать, не думать ни о чем.
Когда Джоанна поправила одеяла, Джеффри с готовностью взобрался на кровать, надеясь, что его жена захочет продолжить разговор. Одна из придворных дам была как-то очень огорчена: Джеффри отказал ей в этом, как только понял, что конца не предвидится. Но отказываться говорить с женой не слишком-то любезно с его стороны.
Однако Джоанна не имела особого желания продолжать беседу. Еще слишком остро она ощущала новую радость замужней женщины. Раньше, когда она покидала ночью свою теплую постель, по возвращении ей приходилось определенное время согревать телом простыни и одеяла. Теперь же, стоит лишь прижаться к мужу, как тотчас же становится тепло. Джеффри сквозь сон упрекнул ее за ледяные руки и ноги, однако не отстранил, а еще сильнее прижал к себе, что добавило к спокойствию Джоанны и чувство удовлетворения. Она вздохнула и положила голову на плечо Джеффри.
Теперь она будет совершенно счастлива до утра после этой восхитительной ночи… И никогда не допустит той ошибки, какую совершила матушка с ее отцом… Не станет заглядывать в будущее и пугать себя грядущими опасностями и печалями…
* * *
При нормальном ходе событий Джоанна предпочла бы долгим утром снова испытать свою новую радость. Но, по обычаю, когда молодожены просыпались и звали слуг, к ним вызывали знатных господ и дам, чтобы те внимательно осмотрели простыни. Однако Изабелла отнюдь не испытывала желания попасть в опочивальню новобрачных после Эдвины и Тостига. Поэтому слуги, изрядно накачанные снотворным, спали гораздо крепче своих господина и госпожи. Первой в опочивальню вошла фрейлина Изабеллы. Она громко извинилась, сославшись на то, будто слышала, как позвали слуг. Пятясь к выходу, она была столь неловкой, что каким-то образом зацепила стол, на котором стояли вино и вкусные лакомства на случай, если молодым, не спалось бы ночью.
Джеффри тотчас проснулся. Когда скрипнула дверь, он зашевелился и бросил взгляд на нее, полагая, что Эдвина пришла забрать котенка. Слова извинений и звон посуды привели их с Джоанной в вертикальное положение. Они обменялись взглядами.
— Эдвина? — спросила Джоанна.
— Нет, миледи. Ваша служанка, похоже, немного перебрала вчера вина.
Скрытые пологом кровати Джеффри и Джоанна снова обменялись взглядами. Джоанна оказалась права: Изабелла либо знала о плане Джеффри, либо просто предприняла меры предосторожности, чтобы предотвратить любую помощь им со стороны служанки. Видимо, одна из фрейлин королевы находилась в передней на протяжении всей ночи.
Джеффри побагровел от гнева, но Джоанна выглядела скорее довольной, нежели раздосадованной вторжением. Самым главным теперь было уладить все недоразумения.
— Вот озорница! — воскликнула Джоанна и улыбнулась понимающе. — Что ж, в такой день можно и простить ее.
Джеффри раздвинул занавески со своей стороны.
— Мне очень жаль, милорд, что разбудила вас, — сказала дама, хотя совсем не сожалела об этом: раз они еще спят, значит, ничего не успели еще изменить в комнате.
Как только дама удалилась, Джоанна спрыгнула с кровати. Ей потребовался ночной горшок. Она многозначительно показала Джеффри на дверь, которая осталась приоткрытой. Он кивнул головой и снова побагровел от ярости, однако встал тоже: и ему необходимо освободить мочевой пузырь. Джеффри открыл было рот, намереваясь что-то сказать (их молчание становилось просто неестественным), но в это время в передней раздались голоса. Джоанна бросила ему рубаху и нырнула в постель как раз в тот момент, когда Изабелла без предупреждения впорхнула в комнату.
Неприличную поспешность и непристойную цель, с какими вошла королева, лишь подчеркивали те, что сопровождали ее. Эти женщины, все без исключения, были ставленницами королевы или женами тех людей, которые имели основания ненавидеть дома Солсбери и Роузлинда. Тупость Изабеллы тоже была очевидной. Обычно шутки и разговоры не стихали, пока не собирались все свидетели. Только затем с Джоанны скинули бы одеяла, подняли бы ее с кровати, хорошенько осмотрели, желая убедиться, что она не порезала себя — и все это сопровождалось бы добродушными шутками, и уж затем служанки сняли бы простыни, которые должны были хранить свидетельства невинности. Но сейчас, не успел еще Джеффри убрать ночной горшок, как одна из фрейлин Изабеллы уже полезла под кровать.
— Он исчез, мадам, — объявила она. — Здесь был полотняный мешок с животным, когда я заглядывала в комнату вчера вечером.
— Да… — начала было Джоанна, но ее прервал негодующий рев Джеффри:
— Разве это ваше дело, мадам?!
Изабелла, казалось, не слышала его — ее ответ был заготовлен заранее, поскольку она ожидала подобного вопроса от Джеффри.
— Я заявляю, что кровь на простынях не имеет к леди Джоанне никакого отношения. Это кровь другого создания. Моя женщина видела, как служанка Эдвина прятала что-то, и я…
Джеффри издал нечленораздельный звук и, обогнув кровать, направился к королеве. Дамы сбились в кучу и попятились, все, кроме Изабеллы, которая и представить себе не могла, что кто-нибудь способен поднять руку на ее священную особу. Джоанна спрыгнула с кровати и обхватила Джеффри руками, чтобы задержать его, пока он еще не подошел к королеве.
— Джеффри! — закричала она. — Королева не подразумевает ничего дурного! Она лишь хочет защитить тебя! Она не знает о нашей маленькой шутке. Подумай! Остановись!
Отчаяние, прозвучавшее в двух последних словах Джоанны, укротило гнев Джеффри. Нападение на королеву означало бы лишение всех благ, получаемых от брака с Джоанной. Из багрового лицо Джеффри стало цвета отлично отбеленной парусины, но в глазах все еще свирепо мерцали желтые огоньки.
— Уверяю вас, мадам, это кровь моей жены, — сказал он ледяным тоном. — Я претерпел немало, пытаясь овладеть ею, что десятикратно убедило меня в ее невинности.
— К тому же котенок здесь! — поспешила добавить Джоанна, услышав, как начал дрожать голос Джеффри. Она указала на кресло. — Здесь же и мешок, в котором Эдвина принесла его. Можете проверить: шерсть в мешке того же цвета, что и у котенка. Мне очень жаль, что ваш племянник напугал вас, мадам.
Изабелла не отличалась умом, раз поверила в весьма убедительную историю. Сопровождавшие ее дамы лелеяли большие надежды на ожесточенное столкновение домов Солсбери и Роузлинда, что способствовало бы расколу королевства. Теперь они были и удивлены, и недовольны: Джеффри поручился за невинность Джоанны, а та открыто признает, что ее служанка спрятала под кроватью совершенно здорового и симпатичного котенка. Это настолько явно читалось на лицах большинства свидетельниц, что Джоанна с трудом удерживалась от смеха. Ее необычайно обрадовало замешательство королевы. Шутка, кончающаяся тем, чего не ждут от нее, — наилучшая из шуток!
— Вы можете осмотреть котенка, — предложила Джоанна. Ее голос слегка дрожал от радости. — Сами убедитесь, что он целехонек и не имеет ни одной царапинки. Уверяю вас, мадам: котенка принесли только для того, чтобы разыграть небольшую шутку над моим мужем и мной. Я предпочла бы не повторять, что сказал Джеффри после этого относительно… глупости женщин. Животное не имеет никакого отношения к крови на простынях.
— А кто-нибудь говорил это? — послышался низкий и сочный голос короля со стороны двери.
Джон стоял, закрывая вход другим свидетелям. На лице его сияла любезная улыбка, но в голосе присутствовали некие странные нотки, а глаза, обращенные к Изабелле, смотрели тоже с необычным для них выражением, что не могло не испугать королеву. Джон почти всегда глядел на нее только с восхищением. Она разозлилась — тупой, неблагодарный мужлан! Джон не меньше ее, Изабеллы, ненавидит бастарда своего брата. И теперь, когда она ухватилась за прекрасную возможность опозорить этого выродка перед всеми, он, видите ли, сердится! Во всем виноват только Джеффри — он солгал ради этой лисицы!
Изабелла не сомневалась, что ложью Джеффри спасал свою гордость или, что более вероятно, хотел уйти от неприятностей. Он не отделался бы лишь позором. Джеффри Фиц-Вильям заслуживает смерти!
— Маленькое недоразумение, милорд… — сказал Джеффри, опустив глаза.
Несмотря на всю неприязнь к незаконорожденому сыну брата, Джону пришлось отдать тому должное: умеет вести себя благонравно. Послушный идиот! Изабелла — тоже дура… Но только ли глупа? Не заразил ли ее своими идеями Фиц-Вальтер? До этой минуты Джон готов был поклясться, что этот изменник предусмотрительно льстит Изабелле, чтобы в случае беды она прибежала именно к нему, но… За Изабеллой нужно следить, и в оба глаза… В то же время необходимо быть очень осторожным с Джеффри. Над ним не должны насмехаться. Судя по его лицу и по страху женщин, ян чуть было не забыл о своем долге…
— Надеюсь, с ним разобрались? — небрежно спросил Джон.
Джеффри ничего не ответил, но его лицо застыло.
— Конечно! — радостно воскликнула Джоанна. — Произошла всего лишь ошибка. И все поняли это!
«Она, несомненно, потаскуха», — решил Джон. Либо его племянник знает об этом и защищает себя от позора, либо еще не до конца уверен и пылко защищает ее, потеряв последние мозги. Эта мысль позабавила Джона и привела в отличное расположение духа. Он отошел в сторону, открыв проход в комнату другим свидетелям.
В сумятице шуток и ответных замечаний, сочувственных или завистливых восклицаний по поводу исцарапанной кожи Джеффри леди Элинор улучила момент и приказала Джоанне молчать и принять печальный вид.
Потом все завтракали и готовились к охоте. Утро шло своим обычным чередом.
За завтраком Джоанна не вымолвила ни слова и не отрывала глаз от своей тарелки. Джеффри не удивлялся этому. Он все еще был вне себя от гнева и думал, что Джоанна разделяет его эмоции. Поэтому Джеффри с огромным облегчением поднялся из-за стола. Стоит развеяться охотой! Встряска позволит ему прийти в себя. Джоанна тоже встала и направилась к двери. Однако Леди Элинор остановила дочь.
— Тебе, конечно, сейчас не до верховой езды, Джоанна, — нежно сказала она. Увидев, как покраснело лицо дочери, леди Элинор успокаивающе похлопала ее по плечу. — Отрадно, что ты пытаешься выказать свою смелость, но в этом нет необходимости. Я тоже остаюсь. Успокою тебя и кое-что расскажу. Замужество — не такая уж плохая вещь, несмотря на испытание, которое должны со смирением переносить женщины…
Джоанна издала невнятный звук и вздрогнула всем телом. Затем подняла на матушку заплаканные глаза:
— О, благодарю вас!
У дверей Джеффри понял, что слишком долго не увидит жену. Он остановился, но тесть подтолкнул его вперед.
— Джоанна не поедет с нами, — сказал Иэн. — С ней обошлись так этой ночью, что она не сможет сидеть в седле.
Джеффри открыл было рот, чтобы выразить свой протест, негодование, но Иэн не дал ему произнести ни слова.
— Леди Элинор объяснит ей, что подобные занятия — необходимость, приносящая к тому же наслаждение, а я постараюсь объяснить тебе, как надлежит вести себя с женщиной! — сурово сказал он.
— Мне не нужны подобные советы ни от кого! — огрызнулся Джеффри.
Он пошел к конюшне и оседлал коня. Единственное его желание сейчас — быть подальше от Иэна!
Спустя час, когда, преследуя дичь, охотники рассыпались по всему лесу, серая лошадь Иэна замедлила свой бег по тропинке, когда Ораж, конь Джеффри, вырвавшись из чащи, остановился, преградив ей дорогу.
— Что плохого я сделал? — с беспокойством спросил Джеффри и, не получив ответа, нахмурился. — Или я неправильно вас понял? Как только я поостыл, то сообразил, что вы просто хотели поговорить со мной наедине. Ведь вы не считаете, что я грубо обошелся с Джоанной?
Иэн резким жестом приказал ему замолчать. Потом прислушался и пожал плечами. Им следует выбраться из чащи на небольшую поляну, где их никто не застанет врасплох и не подслушает, если они будут говорить тихо, пояснил он и улыбнулся.
— Я действительно хотел поговорить с тобой наедине. Джоанна исцарапала всего тебя, скорее защищаясь от твоего напора, нежели от наслаждения. — Иэн никак не мог смириться с мыслью, что его маленькая Джоанна могла так извиваться от удовольствия под мужчиной. Уж лучше вообще об этом не думать! — Ничего плохого не случилось… но я получил интересные известия из источника, который явно не нравится Джону. Известия от лорда Ллевелина.
* * *
Леди Элинор и Джоанна сидели в это время в замке и оживленно обсуждали, каким образом помочь торговцам, пели, как ожидалось, их корабли реквизируют для военных действий против Франции.
Поначалу их беседа была не слишком дружелюбной. Но лишь охотники покинули зал, Элинор увела дочь в тихое местечко у окна.
— Сначала вы не позволили мне смеяться, а затем так больно ущипнули! — возмущалась Джоанна, хотя и понизила голос. — Я поняла, чего вы хотели!
Элинор лукаво усмехнулась:
— Я хотела, чтобы ты делала грустный вид. У тебя это неплохо получилось, когда ты покраснела и начала всхлипывать. Но не стоит беспокоиться: никто не увидит других твоих синяков.
— У меня нет никаких синяков! Джеффри — не дикий зверь!
Улыбка на лице Элинор стала еще шире. Значит, она действительно не ошибалась насчет страстной натуры своей дочери. Если уж та не почувствовала, как появились отметины на ее теле, значит, пребывала просто в экстазе.
— Я рада, что вы до конца насладились друг другом, — тихо сказала Элинор. — Но привела тебя сюда не для того, чтобы говорить о Джеффри… Относительно него у меня только один вопрос. Как ты думаешь, Джоанна, смогла бы Ты оторвать его от короля?
Джоанна опустила глаза, словно матушка объясняла ей Нечто понятное, но абсолютно неприемлемое.
— Вам известно, что король ничего не значит для Джеффри. Он привязан только к графу Солсбери. Вы хотите, чтобы Джеффри разорвал отношения с отцом? — Джоанна замолчала и задумалась. Теперь она знает о своей власти над мужем… — Возможно, я смогла бы это сделать, но тогда муж уже не будет для меня мужчиной. Неужели наше Положение ужасно? — Она подняла глаза, и, не дождавшись ответа Элинор, проговорила: — Впрочем, какая разница? Я в любом случае не причиню вреда Джеффри.
— Конечно, — согласилась Элинор, поглаживая руку дочери. — Я остановила свой выбор на Джеффри, поскольку он как раз и нравится мне своей преданностью и честностью. Это Эла заставляет меня нервничать. Она предвидит гибель, да и мне… тоже неспокойно. Вести двойную игру? Невозможно… я уже думала об этом. Что ж, значит, мы должны утонуть или выплыть вместе с Джоном. Тогда придется оказывать ему такую помощь, чтобы он смог выплыть.
— Леди Эла всегда предвидит нехорошее, — сказала Джоанна.
— Что верно, то верно. Она всего боится… Иэн считает, что мы должны избежать войны и делать для этого все возможное. Вот почему я и увела тебя… чтобы рассказать… Ты должна найти какой-нибудь предлог и не ехать с Джеффри в Хемел.
— Матушка! — в испуге прошептала Джоанна.
— Я неправильно выразилась, — засмеялась Элинор. — Я хотела сказать, что вы с Джеффри должны придумать какой-нибудь предлог для того, чтобы Джеффри сопровождал тебя на юг, в мои владения, а не в его земли. Последнее, конечно, было бы более естественным. Иэн снова должен отправиться на север усмирять бунтовщиков, и я не хочу оставлять побережье без человека, способного сплотить людей. Филипп Французский может напасть в любую минуту…
— Матушка, скажу вам откровенно: по-моему, несправедливо выставлять нас с Джеффри как товар на ярмарке ради всеобщего блага как раз после публичного оскорбления, нанесенного нам королевой… К тому же бедный Джеффри должен будет сразу взвалить на себя такие тяжелые обязанности. Даже серфу даруется отдых после свадьбы!
— Поскольку мы выше по своему положению, чем простые серфы, то и груз наш потяжелее, — наставительно заметила дочери Элинор.
— И если Филипп нападет… — пробормотала Джоанна, говоря скорее себе самой, нежели матушке, — Джеффри должен будет принять на себя первый удар неприятеля вместо того, чтобы находиться в Хемеле и вступить в сражение в составе всей армии…




Предыдущая страницаСледующая страница

Читать онлайн любовный роман - Нежный плен - Джеллис Роберта

Разделы:
1.2.3.4.5.6.7.8.9.10.11.12.13.14.15.16.17.18.19.20.21.22.23.24.25.26.27.28.29.

Ваши комментарии
к роману Нежный плен - Джеллис Роберта



Хорошая книга !!! Это средневековый роман , очень трогательный и романтичный .Может показаться , что немного затянуто описание ,но не нудно .Читайте !!!
Нежный плен - Джеллис РобертаМарина
17.11.2011, 13.58





понравилось.9 из 10.
Нежный плен - Джеллис Робертачитатель)
5.04.2014, 10.59








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100