Читать онлайн Меч и лебедь, автора - Джеллис Роберта, Раздел - Глава 8 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Меч и лебедь - Джеллис Роберта бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 7.67 (Голосов: 12)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Меч и лебедь - Джеллис Роберта - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Меч и лебедь - Джеллис Роберта - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Джеллис Роберта

Меч и лебедь

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

Глава 8

— Боже!!! — одновременно выдохнули Уорвик и Нортхемптон.
— Как скоро! Мы погибли! — закричал Лестер. Лицо Рэннальфа стало серым.
— Как она умерла?
Паж, совсем еще мальчик, вытер слезы.
— Она сказала, что устала и поедет отдохнуть в Гедингем. Когда мы приехали туда, все увидели, что ей нездоровится, но она не созналась и не послала за королем. И вот двадцать восьмого или двадцать девятого апреля она уже не могла скрывать свою болезнь и послала за священником. Ее духовный отец успел вовремя, и она умерла в мире и покое, но король опоздал и очень переживает.
Посланца отправили подкрепиться и отдохнуть, а четверо мужчин остались, молча глядя друг на друга.
Теперь продолжать спор было бесполезно. Любой план требовал коренного изменения. Какое-то время они еще говорили, хваля королеву и оплакивая потерю, но каждый хотел уединиться, чтобы обдумать новости и решить, как поступить. Лестер ушел первым, сказав, что должен написать жене. Нортхемптон с облегчением ухватился за это объяснение и тоже ушел. За ним последовал сэр Уорвик, оставив Рэннальфа с Кэтрин.
Рэннальф не смотрел на жену, но ощущал ее присутствие. В голове все смешалось. Кэтрин сидела молча, устремив на него свои прекрасные глаза. Он вдруг испугался этой женщины, симпатизирующей мятежникам, которая так завладела его помыслами, что он не может думать ни о чем другом.
— Рэннальф! Что значат слова лорда Лестера «мы погибли»? Почему вы так расстроены? Ведь пока король жив. Я не собираюсь вмешиваться в ваши дела, милорд. Ты знаешь, я никогда ни о чем тебя не спрашивала и не жаловалась на то, как ты управляешь моими вассалами. Но я хочу понять, что происходит.
— Твоими вассалами, да… — Днем раньше Рэннальф взорвался бы, но теперь промолчал. Зная теперь, как она может влиять на мужчин, он лишь сказал тихо:
— Они — мои вассалы… пока я жив, и все! Не забывай об этом!
Кэтрин опустила глаза и покраснела, не желая новой ссоры. Рэннальф слишком хорошо помнил, что она сказала прошлой ночью. Если она снова охладеет к нему… Нужно говорить о королеве. Это отвлечет ее.
— Смерть королевы… — Рэннальф остановился и взглянул на толпу слуг и вассалов в зале. Они разговаривали, но все слышали. То, что он собирался сказать Кэтрин, лучше рассказать наедине. Служанкам наверху не надо напоминать дважды, чтобы они удалились, они уходят, прежде чем хозяин начнет говорить. Дверь была полуоткрыта, кто-то просил разрешения войти. — Войдите!
Белокурый юноша осторожно приоткрыл дверь.
— Мне жаль беспокоить тебя, отец, но мне нужно поговорить с тобой.
— Что случилось, Джеффри? — Он увидел, что его старший сын вопросительно указал на Кэтрин. — Говори. Пусть тебя не беспокоит присутствие леди Кэтрин.
— Могу я присесть?
— Садись, — Рэннальф понял, что разговор будет долгим. — В какую беду ты попал на этот раз?
— Я очень беспокоюсь.
— О чем? Это женщина или деньги? Отвечай!
— Ни то, ни другое. — Серьезные голубые глаза смело смотрели в серые глаза Рэннальфа. — Я не знаю никого, кроме тебя, кто мог бы мне сказать правду. Я пришел, чтобы ты ответил на мои вопросы. Почему я должен ненавидеть Генриха Анжуйского?
Рэннальф нахмурился.
— Кто тебе сказал такое? Я, что ли?
— Ты никогда не говорил мне, чтобы я ненавидел кого-либо. Однако говорят, что ты ненавидишь его. Я и сам понимаю, что ты против него. Почему?
— Я не ненавижу его как человека, — медленно ответил Рэннальф, — но я нахожусь в оппозиции к нему по двум причинам. Первая тебе известна: я присягнул Стефану Блуасскому. Генрих собирается отнять у него трон, и я должен воспрепятствовать этому. Другую причину объяснить труднее, так как это касается формы управления страной. Бароны должны иметь возможность решать важные вопросы. Дедушка Генриха полагал, что все должен решать один король. Мнение Генриха совпадает с мнением дедушки, а я не хочу, чтобы такой человек стал королем.
— Но, папа, разве человек в одиночку может решить такие вопросы? Первый Генрих сосредоточил всю власть в своих руках. А этот Генрих, став королем в стране, где бароны очень могущественны, не сможет сделать то же самое. Имеет ли право кто-нибудь решать, кто будет королем? Разве это право не принадлежит Богу? Может быть, Генрих на верном пути?
— Что это значит, сын?! — взорвался Рэннальф. — Ты хочешь сказать, что желаешь поступать не по моим правилам? Ты действительно веришь, что Анжуец достоин быть королем? Или боишься за свое наследство?
Юноша подпрыгнул, как будто его ударили.
— Нет, отец! — Он встал перед Рэннальфом на колени. — Ты знаешь, я не это имел в виду. Я последую за тобой, даже если у тебя не будет ни земель, ни дома, даже если я буду считать, что ты не прав.
Рэннальф рассеянно потрепал сына по голове.
— Только Бог всегда прав,. Все люди ошибаются. Я не могу дать тебе ответа, так как не уверен, что ответ существует. Конечно, время, в которое мы живем, не самое лучшее. Во времена Генриха I был хоть какой-то мир. Возможно, такой мир лучше сегодняшней смуты. Король — всего лишь человек, он тоже может ошибаться. Мой дорогой сын, прекрасно, что ты задумываешься над этими вопросами.
— Отец, скажи, что мне делать?
Рэннальфу почудился детский крик — обращение к всезнающему отцу, и он отозвался на этот крик. Он помнил, как держал Джеффри на руках, как учил ездить верхом и обращаться с мечом, как отвечал на его вопросы о добре и зле. Желание дать немедленный ответ, защитить своего ребенка от боли было таким сильным, что глаза Рэннальфа наполнились слезами.
— Я не могу ничего ответить тебе. Боже мой, я не знаю, что мне самому думать! Могу лишь сказать тебе, как поступить, потому что я дал клятву Стефану перед Богом и должен ее выполнить. Для меня нет другого пути. Пока Стефан жив, я буду ему предан.
Джеффри поднял голову, его глаза сияли, в них были обожание и благодарность.
— Мне этого достаточно, отец. Так и должно быть. раз ты дал обет чести. Могу я еще спросить?
— Можешь спрашивать обо всем.
— Почему Юстас ненавидит тебя? Это шептали за моей спиной. Граф Лестер громко говорил об этом сегодня, он сказал, что Юстас обвиняет тебя в измене. Это, конечно, ложь, но почему он порочит тебя?
— Причина кроется в том, что он обвиняет меня за поражение при Дурели и Девайзесе. Тебя это беспокоит, Джеффри?
— Нет. Я разобрался с теми, кто осмеливался говорить в моем присутствии. — Его голубые глаза были ясными и доверчивыми. — Это не имеет значения, отец. Иногда даже лень сражаться с теми, кто обвиняет тебя.
Рэннальф гордился сыном. Поцелуй отца Джеффри воспринял как завершение разговора. Он повернулся, сердечно откланялся и вышел.
Тут же подошла Кэтрин и заняла освободившееся место. Она взяла руки мужа в свои и почувствовала, что они дрожат.
— Молю Бога, — прошептала она, — чтобы он подарил тебе сына. Прав ты или нет в государственных вопросах, но, несомненно, никто лучше тебя не воспитывает детей. Лучшего отца не найти.
Рэннальф с горечью возразил:
— Моя гордость и честь могут стоить этому мальчику земель. О, Боже, что мне делать? Стефан любит меня, но я не могу притворяться. Он слабый человек. Сейчас, когда умерла Мод, его будет заносить в разные стороны, подобно мертвым осенним листьям. На него может повлиять каждый. Кто там у двери?
— Я, Рэннальф, — ответил Лестер. — Прости мое вторжение, я должен рассказать тебе что-то очень важное. Почему ты выглядишь таким усталым?
— Боюсь, что стал чувствовать свой возраст.
— Чепуха. Мой возраст приближается к твоему, и это совершенно меня не беспокоит. Возможно, ты стал хуже себя чувствовать, но это не удивительно, если учесть, что тебе пришлось вынести за последние два года. Благодарю вас, леди Соук, не нужно вина. Извини, Рэннальф, но мне придется сказать тебе неприятные вещи.
— Ты это можешь! — криво усмехнувшись, сказал Рэннальф.
— Сейчас не время смеяться.
— Почему бы и нет? Если я не буду смеяться, мне придется плакать. Может, лучше смеяться? — Рэннальф взял кубок с вином из рук Кэтрин. Он обернулся к Лестеру. — Ну, хорошо, ты хочешь, чтобы я был серьезным — я серьезен.
— Это достаточно важный вопрос. Пока Мод была жива, ее влияние все смягчало. Теперь Юстас попытается занять место матери.
Рэннальф засмеялся.
— Какие удивительные новости!
— Тебе приходило в голову, что Мод терпеливо относилась к поведению Стефана, а Юстас вряд ли будет таким? Стефану немного осталось.
Лестер явно намекал, что смерть Стефана не будет единственной. Рэннальф был настолько поражен, что вскочил со стула.
— Нет! Роберт, следи за своим языком! Если ты хочешь меня напугать, ты достиг своего. Не убивай меня такими шутками.
— Ты дурак, — с едва скрываемым бешенством в голосе отрезал Лестер. — Как ты слеп! Если Юстас станет королем, ты погибнешь на плахе. Не имеет значения, каким образом ты распорядишься своей головой. Но ты осознаешь, что Джеффри и Ричард последуют за тобой? Дорогой мой, я не прошу тебя предавать Стефана. Знаю, ты дал присягу. Но если он умрет…
Рэннальф прервал Лестера:
— Сейчас, когда ты сказал все это, можешь быть доволен! Оставь меня в покое! Лестер вскочил, — Я умываю руки. Иди навстречу собственной гибели! Подумай, стоит ли твое обещание, даже клятва, данная в те времена, когда все было иначе, твоего состояния, гибели твоих детей, потери всего самого дорогого? Я когда-нибудь расскажу тебе, захочешь ты этого или нет, что в Анжуйце хорошего. На его стороне — правда. Как говорит Херефорд, если бароны объединятся, то смогут сдержать его стремление к абсолютной власти.
Гнев прошел, Лестер сжал плечо Рэннальфа.
— Если не можешь поступить мудро, хотя бы не делай глупостей Не дразни Юстаса. Тебе нельзя оставаться при дворе. Сиди в своем замке, где никто не сможет причинить тебе зла.
Кэтрин окаменела, она начинала понимать, что пыталась объяснить ей леди Уорвик. Правление Стефана обречено. Она знала, что слова женщины не имеют влияния на Рэннальфа, поэтому отвернулась К окну и молчала.
* * *
Луч света медленно двигался по комнате, касаясь резных гнутых столбиков кровати, голубых занавесей. Кэтрин взглянула на Рэннальфа, который казался высеченным из камня. Он даже не пошевелился.
— Рэннальф, — твердо сказала Кэтрин, ставя подсвечник на маленький столик, — я принесла тебе поесть.
Он закрыл глаза и отвернулся.
— Я отжил свое. Я не могу спасти короля, которому дал клятву. Я совершенно бесполезен тебе и моим детям. Не вижу выхода из этой трясины.
Сердце Кэтрин сжалось. Он говорил с ней как с человеком, который может понять все, и он увидел безнадежность своего положения.
— Но лорд Лестер указал тебе безопасный путь. Кто причинит нам вред, ведь мы будем сильны на наших землях? Если ты не можешь спасти короля, то хотя бы не причинишь ему вреда.
— Все женщины — дуры, — пробормотал Рэннальф. — Не говори мне о Лестере. Он и я живем по разным правилам. Король однажды даровал мне жизнь и эти земли Разве и то, и другое не принадлежит ему? Я боролся с собой, но не могу ничего поделать. И я пойду, когда меня позовут. Если я не смогу жить с честью, я не смогу жить совсем.
Слабая надежда Кэтрин умерла. Рэннальф знал, что ему предстоит. Вместо того чтобы избежать несчастья, он бросался ему навстречу. Ужасное видение — замученный Ричард или даже распятый на острие копья. Кэтрин ощущала ребенка как плоть от своей плоти и не могла вынести мысли о его смерти или о том, как он будет скрываться от преследований: прятаться под чужим именем, может быть, даже в услужении. Она никак не могла помочь, ведь возражать Рэннальфу или спорить с ним было бесполезно. Он может перестать доверять ей или, того хуже, заключит ее под стражу, и это исключит любую дальнейшую попытку спасти ребенка.
— Тебе лучше знать, что делать, — тусклым голосом сказала она, — ведь еще есть время. Суп, который я принесла, стынет. Съешь его поскорей, я хочу примерить тебе новую одежду. Сегодня принесли, и я боюсь, что кое-где будет длинновато.
— Мадам! — заревел Рэннальф. — Ты что, глухая?
— Нет, но могу оглохнуть, если ты будешь кричать мне прямо в ухо.
— Как ты можешь говорить о супе!
— Даже если завтра наступит конец света, сегодня мы должны поесть. Не понимаю, почему ты должен голодать.
— Боже, спаси меня от женщин! Из-за смерти одной я полностью уничтожен, а благодаря другой я сейчас сойду с ума!
— Боже, спаси меня от мужчин! — подхватила Кэтрин. — Это поможет нашему положению или положению в стране, если ты будешь голодать и носить рванье?! Я пойду в рубище по дорогам, если поверю, что это поможет тебе и детям! Я решила жить прилично, пока это в моих силах.
— Ты считаешь меня трусом?
— Я бы не посмела. — Кэтрин поняла, что зашла чересчур далеко, и решила немного отступить.
— Я позабочусь, чтобы в будущем ты видела меня лишь с хорошей стороны. Я вижу, что ошибся, поверив, что наши отношения улучшились и что я в твоем присутствии могу оставаться самим собой.
Этот поворот был для нее совершенно неожиданным, а вывод, который он сделал, наименее желанным.
— Действительно, милорд, вам не нужно оглядываться на меня. Я — ваша раба и пойду за вами. — Этого мало, чтобы успокоить его, обида осталась. — Я только хотела разозлить тебя, — в отчаянии сказала Кэтрин. — Доверься Богу, Рэннальф. Он подскажет верный путь.
Рэннальф вдруг ощутил тепло огня, уютный жар свечей. У него промелькнула мысль, что вряд ли Бог поможет ему. Время от времени он сильно грешил и оскорблял его. Но это не имело значения. Его существо заполнила радость, что жена переживает за него.
— Итак, ты хотела уколоть меня? Тебе это удалось. Посмотрим, понравится ли тебе результат твоей победы. — Он говорил это, медленно наступая, лицо его было хмурым.
Кэтрин отступила, удивленная и напуганная. Она много слышала о его жестоком обращении с леди Аделисией. Рэннальф может ударить ее, ведь ему пришлось много вынести за этот день, а мужчины обычно вымещают зло на женах. Еще несколько шагов — и она оказалась прижатой к кровати.
— Я покажу тебе, как надо мной подшучивать, — медленно произнес Рэннальф и толкнул ее так неожиданно, что она упала на спину.
— Рэннальф, остановись! — взмолилась Кэтрин, когда он наклонился к ней.
— Так наказывают слишком нахальных жен, — и его голос стал таким, каким она больше всего его любила — страстным и зовущим разделить страсть.
— О, Рэннальф, перестань, — прошептала Кэтрин. — Ты разорвешь мою рубашку. Кто-нибудь может войти!
— У тебя есть сотня рубашек. Я дам тебе золота, чтобы ты купила еще сотню.
— Рэннальф…
— Пусть только кто-нибудь попробует открыть дверь.
— О, Рэннальф…
И вновь она оказалась в плену этих сильных рук, которые жадно ласкали ее тело. Она отдавалась этой страсти целиком, желая выпить удовольствие до дна, ощутить то необыкновенно сладостное чувство, о котором мечтала долгие ночи, проведенные без мужа. Ведь он подарил ей истинное ощущение близости с мужчиной, пусть не таким романтичным, как герои книг, но живым и теплым, как сама жизнь.




Предыдущая страницаСледующая страница

Ваши комментарии
к роману Меч и лебедь - Джеллис Роберта



Фигня
Меч и лебедь - Джеллис РобертаГг
13.06.2011, 11.06





В аннотации нужно было написать - Борьба за власть двух королей.
Меч и лебедь - Джеллис РобертаКэт
17.11.2013, 23.17





Я вот всё не могу понять, почему синонимом любовный для многих служит "порнографический". Если герои на протяжении всей книги, простите за вульгарность, трахаются как кролики со сменой мест и позиций, то это, безусловно, роман о любви. а если при этом речь идет еще о чем-то, помимо того как/где и сколько раз герои делали "это", то это фигня и бред. Однако...Мне роман понравился, просто тем, что его приятно читать. Слог хороший, и исторические события не режут глаз. Много мелких деталей быта. Хорошая интрига. Любопытный герой - этакий доблестный рыцарь в кризисе среднего возраста, слегка неуравновешенный, склонный к рукоприкладству. Зацикленный на долге. И героиня - лебедь. Всепрощающая, тихая, нежная. Она, собственно, и уравновешивает нрав героя. Вообще затягивает именно колорит эпохи. Но для тех, кому нравятся псевдоисторические опусы о гордых и истеричных девственницах и неубиваемых секси-героях, то Вам точно не сюда. Секса тут нет! (ну, почти нет)
Меч и лебедь - Джеллис РобертаМэри Поппинс
18.12.2013, 18.59





Прочитала, не понравилось. Для исторического романа скучноват, а уж для любовного! И вовсе не любовный. Если мне надо качественный исторический роман почитать, то я Дрюона возьму, Сенкевича, Мериме. Да хоша бы Дюму-папу. Не соглашусь, что слог хороший: "он взял", она подумала", "весна началась"... Про быт почитать можно, про нравы тоже довольно достоверно, полагаю. Но когда мне эти данные потребуются, я могу и хроники какие-нить взять, и воспоминания. Короче, художественного здесь немного, любви тоже. Мэри, мне необязательно, чтоб совокуплялись на каждой странице. Секс не только явным бывает, а тут его никакого нету...
Меч и лебедь - Джеллис РобертаАлина
24.12.2013, 13.24





Почти дочитала. Ну блин не знаю, чего еще надо. После всяких мейсон и смолл, вообще супер. Я вот давно перечитала вмю классику, и что теперь, мне их по третьему кругу перечитывать. Я вроде, не беспамятная. Хороший роман, согласна, что немного нестандартный. Когда начинала непривычно было, слог такой тяжелый, много описаний. Кстати, по манере похож на кинсейл #госпожа моего сердца# но тут у каждого свое мнение. Но однозначно еще что-нибудь у автора прочитаю.
Меч и лебедь - Джеллис Робертанаэль
24.12.2013, 14.54





Вспомнила, у симоны вилар есть нечто похожее #исповедь соперницы# там тоже времена стефана.
Меч и лебедь - Джеллис Робертанаэль
24.12.2013, 15.30





очень понравился
Меч и лебедь - Джеллис Робертасвета
4.01.2014, 14.54








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100