Читать онлайн Английская наследница, автора - Джеллис Роберта, Раздел - ГЛАВА 24 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Английская наследница - Джеллис Роберта бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 7.96 (Голосов: 24)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Английская наследница - Джеллис Роберта - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Английская наследница - Джеллис Роберта - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Джеллис Роберта

Английская наследница

Читать онлайн


Предыдущая страница

ГЛАВА 24

Леди Маргарет убедила Леонию, что ей придется пройти длинный путь. Она ознакомила ее с английскими модами и манерами. Убедилась, что она знает необходимые па модных танцев, предоставила ей опыт местных балов и собраний, а затем увезла в Лондон и представила высшему свету. Единственной вещью, которую она не удосужилась объяснить, так как не могла вообразить, что потомственная французская аристократка может быть невежественна в этом, было то, что Роджер может быть в стороне, пока Леонию будут показывать на ярмарке невест. Она не упомянула, что у Роджера была новая пассия.
Апрель перешел в май, а май в июнь. В Лондоне становилось все жарче и невыносимее. Сэр Джозеф жаловался, что охрип, передавая Леонии предложения выйти замуж, а потом, объясняя разочарованным поклонникам, что не властен над ее выбором и не может ничего сделать, чтобы заставить ее принять очень выгодное предложение. Вначале Леония ждала, что Роджер начнет формальные ухаживания, затем плакала и бесилась от его равнодушия. Ей казалось, что леди Маргарет ошибается. Роджер не хотел на ней жениться, а, возможно, и ни на ком. Леди Маргарет была озадачена поведением пасынка, но затем обозвала себя дурой. Естественно, что Роджер не хотел быть одним из толпы поклонников Леонии. После того как она откажет им, он приблизится к ней в уединении отцовского дома и поставит вопрос ребром.
Жаль, что никто, кроме сэра Джозефа, не выразил словами недовольство. Леония не осмеливалась говорить о своих сомнениях отчасти потому, что не хотела в них убедиться и поставить леди Маргарет и сэра Джозефа, которые были добры к ней, в положение, когда они были бы вынуждены заставлять сына делать то, что он не хотел. Таким образом, выхода ее страхам и сомнениям не было. Всегда, когда она думала о Роджере, он говорил, смеялся, ласкал смутный нереальный образ. Эта тень мучила ее, пока она не решила, что должна встретиться с новой возлюбленной Роджера.
Случай подвернулся несколькими днями позже. Одна из сводных сестер Роджера пожаловалась леди Маргарет, что Роджер отказался сопровождать ее подругу из оперы вечером, отговорившись тем, что собирается в Сады Вокс-Холла. Леди Маргарет резко переменила тему, и Леония поняла, что Роджер встречается со своей любовницей. Она притворилась, что не поняла, но убежала с бала, куда была приглашена молодым человеком, убедив его, что было бы замечательно сходить в Сады и вернуться прежде, чем окончится бал.
Но ей удалось столкнуться лицом к лицу с Роджером и его женщиной. Она не притворилась равнодушной, быстро рассмотрела любовницу Роджера с головы до ног, затем вопросительно взглянула на своего возлюбленного. Он покраснел как рак при встрече, затем побледнел как полотно. Леония протянула ему руку, но он потащил свою спутницу дальше.
Хотя ее отсутствия на балу никто не заметил, это приключение не осталось без последствий. На следующее утро леди Маргарет ворвалась в комнату Леонии и в сердцах обрушилась на нее за то, что она посетила такое место без компаньонки и еще хуже, оказалась настолько вульгарной, что рассматривала Роджера и его любовницу. Добропорядочные женщины, получившие приличное воспитание, не поступают так. Они должны оставаться слепыми и глухими к случайным связям мужей.
— Но мне хотелось увидеть ее, — заплакала Леония. — Она очень красива. И если Роджер любит ее…
— Для Роджера она ничего не значит, как и он для нее, — проворчала леди Маргарет. — Не будь такой простодушной! У мужчин есть потребности, и они должны их удовлетворять. Это не имеет никакого отношения к тебе. О, ну почему ты так глупа? Я только собиралась попросить Джозефа пожаловаться Роджеру, что ты даешь отказ на каждое предложение, но сейчас он так взбешен…
— Сэр Джозеф тоже рассердился? — слабым голосом спросила Леония.
— Не Джозеф, — свирепствовала леди Маргарет. Большая часть ее ярости была из-за того, что муж несерьезно отнесся к этому вопросу. Он даже посмеялся над всем этим, хохоча, что девушка доказала прекрасное отношение к Роджеру, и это будет ему на пользу. — Это Роджер вне себя. Как ты думаешь, кто рассказал нам о твоей безумной выходке?
Слезы Леонии высохли.
— Роджер злится? Но почему? Я была такой вежливой. Если он не хочет меня…
— О, ты, глупая девчушка! Я говорила тебе, что случайная связь не имеет отношения к тебе. Мужчины…
— Только не мой мужчина, — тихо сказала Леония. Леди Маргарет открыла рот, чтобы побранить ее, но промолчала. Она часто задумывалась, приукрашивал ли Роджер приключения Леонии, выбросив из них некоторые любовные нежности, которые она оказывала ему. Леония была такой понятливой, такой милой и послушной все это время, пока жила у них, что леди Маргарет с трудом верила, что она выстрелила в злодея. Сейчас она больше не сомневалась. Желтые глаза горели свирепо и беспощадно как у волчицы, нежные губы сжались и утончились. Она ничего больше не сказала, даже когда Леония грубо отвернулась от нее. Без единого слова леди Маргарет покинула комнату.
Леония не сознавала, что была груба. Она решилась. Если Роджер — ее мужчина, она достаточно долго ждала его, а он сам? Леония обдумала свои отношения с ним и пришла к заключению, что Роджер странный. Ей не приходило в голову, что и он будет чувствовать себя неловко, сопровождая ее среди толпы ухажеров после всего, что между ними было. Или он крайне жесток и развращен. Если последнее верно, пришло время разобраться и перестать его ждать. Это было достаточно легким решением, потому что Леония не верила в это. Она прожила с Роджером больше двух лет и за все это время — ни единой вспышки жестокости. С другой стороны, у нее было достаточно доказательств его готовности сражаться с ветряными мельницами.
Леония вздохнула. Леди Маргарет права. Она дурочка, если разозлила Роджера. В последний раз, когда она разозлила его… Краска бросилась в лицо Леонии, когда она вспомнила занятия любовью, последовавшие за их ссорой. Она побледнела, потом опять покраснела. Разряжает ли Роджер свой темперамент на своей новой подружке таким же образом? Леония не понимала, как можно тратить себя на этих сук? Леди Маргарет сказала, что это не имеет для него значения. Идиот!
Чем больше Леония думала об этом, тем больше убеждалась, что в одном леди Маргарет была совершенно права. Роджер определенно избегал ее, чтобы защитить ее репутацию. Что касается любовницы, она служила двойной цели: она была знаком для Леонии, что Роджер не одинок, и что Леонии не надо о нем беспокоиться. Конечно, у мужчин бывают потребности. Это заставило Леонию сжать зубы от ярости. Идиот! А как насчет ее потребностей? Неужели Роджер думает, что женщина может отбросить свое тело, как можно задуть и вновь зажечь свечу?
Сезон почти закончился. Когда он пройдет, Роджер будет вне ее досягаемости. Леди Маргарет хотела отвезти ее на воды или в другое популярное местечко. Филипп приедет домой на каникулы, и Роджер будет с мальчиком. У Леонии не было ни малейшего желания оторвать Роджера от сына. Наоборот! Ей хотелось побыть в компании Филиппа. Это будет, как будто Франц вернулся к ней.
Сейчас тоскливое лето неслось вперед — еще больше балов, больше карточных партий, больше невинного флирта и болтовни. Нет! Леония не расстроилась бы, если бы больше никогда не увидела высшее общество. Ей хватило глупостей Роджера. Он любил ее. Даже если леди Маргарет неправа насчет того, что он хочет на ней жениться, даже если его страсть остыла, Леония не видела причин, почему он должен растрачивать себя на безразличную ему женщину. Она даст ему все, что она умеет, но будет стоить меньше. Она хочет его, а эти хотят только его деньги. Любит он ее или нет, ясно, что Роджер не хочет жениться на другой. Таким образом, решила Леония, будет лучше, если он женится на ней.
Решение пришло, остальное было и легким и трудным одновременно. Леония знала, что у сэра Джозефа были ключи от комнат Роджера. Она также знала, что сэр Джозеф очень педантичен в своих привычках. Перед обедом он на час уединяется в своей гардеробной. Леония позвонила горничной и сказала, что у нее болит голова.
Она примет немного лаундаума и поспит. Не нужно звать ее к обеду. Естественно, леди Маргарет, волнуясь, предложила свои услуги. Леония не должна изводить себя. Ей жаль, что она отругала ее. У Роджера есть хорошая черта — он отходчив. Ничего серьезного не произошло.
Леония восприняла эти заверения, симулируя сонливость, и сказала, что ей станет лучше, если она поспит. Избавившись от леди Маргарет, Леония выпрыгнула из кровати, тихо смеясь, заперла дверь и стала видоизменять шляпу и одежду для своего приключения. Когда она убедилась, что все чем-то заняты перед обедом, она прокралась из своей комнаты в кабинет сэра Джозефа. Леония нашла ключи Роджера, аккуратно помеченные, в ящике стола со всеми остальными ключами.
Теперь нужно было выйти из дома. На главной улице, проходящей через площадь, где стоял лондонский дом сэра Джозефа, Леония окликнула кэб. Она приказала отвезти ее к ближайшей почтовой гостинице. Она знала, что там сможет получить еду. Молодые люди высшего общества не путешествуют без сопровождения, но менее удачливым особам — гувернанткам и горничным часто приходится так поступать. Итак, никто не удивился, когда Леония вошла в гостиницу, села за стол и заказала еду.
Это не был изысканный обед, как у сэра Джозефа, и обстановка была кричащей, тем не менее, Леония была очень довольна. Она не понимала, как сильно неопределенность влияла на ее настроение. Сейчас она решила получить Роджера. То, что он был благородным идиотом, работало на нее. Все, что она видела и слышала, было восхитительным. Она ела свой обед с аппетитом, не торопясь, радуясь, что шляпа, с которой она удалила отделку и жесткие прокладки, делала ее потрепанной и безвкусной, никто и не глянул в ее сторону.
Пообедав, она заплатила и купила две газеты, которыми торговали во дворе гостиницы. Возможно, пройдет некоторое время, прежде чем Роджер вернется домой. Хорошо почитать что-нибудь.
Леония наняла кэб и назвала адрес Роджера. Вряд ли он обедает дома — одинокие джентльмены редко так делают. Возможно, он переоделся к вечеру. Это будет означать, что его камердинер свободен и комнаты пусты. Если Роджер придет домой, чтобы переодеться, камердинер будет в его апартаментах. Леония надеялась, что сможет сидеть молча и не привлечет его внимания.
Действительно, Роджер обедал и проводил время со своим старшим сводным братом, так что планы Леонии осуществлялись без помех. Она тихо сидела в жилище Роджера, комнаты были пусты. Было время, чтобы изучить обстановку его комнат, определить, где находятся комнаты слуг и где ей лучше спрятаться, если придет камердинер.
Так и случилось. Ее укрытие было надежным, но она почти не нуждалась в нем, так как камердинер лишь перетряхнул постель Роджера и наполнил свежей водой кувшин на прикроватном столике.
У бедного Роджера был не такой приятный день, как у Леонии. Никакие комментарии леди Маргарет о поведении Леонии не могли сравниться с тем, что Роджер сказал сам себе. Хотя он какое-то время убеждал себя, что у него нет шансов, что Леония, осажденная предложениями гораздо более знатных поклонников, скоро остановится на одном из них, он никогда не переставал надеяться. Когда он увидел, что мужчины, прежде сопровождавшие Леонию, стали избегать ее, и понял, что им отказали, его надежды окрепли. Как только сезон закончится, говорил он себе, если она никого не выберет, я сделаю ей предложение.
Он знал, что все кончено. Какая дьявольская судьба столкнула их лицом к лицу в таких обстоятельствах. Если бы Роджер знал, что Леония искала его, он был бы еще более сердитым (и гораздо счастливее). Он не мог обвинить себя и не мог обвинить Леонию, что, собственно, следовало сделать. Он набросился на свою любовницу, поссорился с ней, сунул ей деньги и дал окончательную отставку. Она не была ни удивлена, ни расстроена, поняв с самого начала, что мысли Роджера витали в другом месте. Это было для нее скорее облегчением, чем разочарованием. Ее гордость за свою работу была поколеблена равнодушием Роджера, а нервы были на пределе, так как она каждый день ожидала завершения их отношений.
На следующее утро Роджер был взбешен своим бесполезным и дорогим жестом. Он расстался с дорогой любовницей без всякой причины. Это было не то, о чем он мог рассказать Леонии, хотя как бы взбешена она ни была, ее не должно было это волновать. Он болезненно припомнил, как уверял ее, когда она ревновала, что у него никогда не будет другой женщины. Он никогда не сможет убедить ее, что это для него ничего не значило. Конечно, он потерял Леонию, когда попытался выбросить ее из головы. Он лежал в кровати, проклиная себя за связь с любовницей, — он мог бы удовлетвориться шлюхами — и за то, что порвал с ней, после того как ущерб был нанесен.
Он мучил себя, что не действовал более решительно в Вокс-Холле, когда первым увидел Леонию. Возможно, ему удалось бы избежать этой встречи, но он был так удивлен, так измучен ожиданием, что когда она неожиданно свернула на тропинку, по которой он шел, остановился ошеломленный, глядя на нее, вместо того чтобы свернуть. Роджер опоздал на свое первое место встречи в этот день. Это было неприятно, потому что он отказался защищать так называемого джентльмена, соблазнившего невинную девушку. Его друг настаивал, чтобы Роджер объяснил свой отказ. Так как он сам сказал Роджеру, что виновен в пьяном разговоре, который имел место в доме друга, ситуация была достаточно щекотливой.
Эта беседа оказалась еще неприятней, чем ожидал Роджер. Клиент напрочь отказывался понять, что Роджера беспокоит, что он был виновен на самом деле. Девушка, подчеркнул он, была никем. Он оскорбился, когда Роджер, наконец, убедил его, что закону безразличны классовые различия. Если человек виновен, он виновен независимо от того, кем была оскорбленная девушка.
День этим не закончился. Роджер обнаружил, что его клерки глупы, коллеги бессодержательны, а друзья докучливы. Это осенило его после превосходного обеда в доме его сводного брата Артура, где ему обычно очень нравилось. А дело было не в этом неудачном дне, а в нем самом:
Осознание этого принесло ему облегчение. Образ Леонии снова возник перед его глазами. Даже боль была лучше, чем пустота, которой он обманывал себя, чтобы забыть ее.
— Что происходит с тобой, черт возьми, Роджер? — спросил его Артур. — Если не хочешь поддерживать парламент, не делай этого. Я думаю, после твоего французского опыта у тебя есть ценные идеи об этой толпе безумцев в Коммуне, но не надо так отчаиваться.
— Извини, Артур, я не расслышал тебя. Задумался.
— Понимаю, — сказал Артур. — Действительно, ты выглядишь так, как будто тебе подали что-то неудобоваримое.
— Он повел Роджера из гостиной в коридор. — Послушай, не оставайся, если не хочешь. Никто не заметит, что ты ушел. Поговорим об этом в другой раз.
— Спасибо. Я благодарен тебе. Пойду. Мне что-то неуютно на этом вечере.
— Может, довезти тебя до дома? — тревожно спросил Артур.
— Нет, конечно, нет. — Роджер попытался улыбнуться.
— Я в порядке. Только расстроен. Встретимся завтра. Возможно, парламент — прекрасная идея.
Он не мог сделать ничего, чтобы успокоить Артура. Его попытки отдаться бурной деятельности провалились. Нужно побыть одному. Следует пойти домой, но Роджер боялся, что его одиночество будет там недолгим. Если Артур и не пошел провожать его, то послал братьев и сестер убедиться, что с ним все в порядке. Проклиная воспитанных дельцов, Роджер направился к пивной, у которой была дурная репутация, где он мог напиться до потери чувств без добрых и сочувствующих взглядов.
Даже здесь ему не повезло. Никто не мешал ему напиться до бессознательного состояния, но он и не мог напиться. Хмель не брал его. Ранним утром, наполнив себя джином, сильно качаясь, Роджер побрел домой. Он еще стоял на ногах, чтобы обойти уличных воров, наблюдавших за ним в ожидании, что он свалится в любой момент. Его не интересовало время, но было уже достаточно поздно для посетителей.
Запах сгоревших свечей отбил у Роджера желание допивать брэнди. Он стал искать свечи, не желая будить слугу. Ему не хотелось даже разговаривать с ним. Он прошел в темноте в спальню, медленно расстегивая воротничок рубашки. На середине пути с удивлением остановился. Комната была почти светлой, погруженная в серебристый лунный свет. Он не видел комнаты, освещенной лунным светом, после возвращения из Франции. Как странно, что его слуга забыл задернуть шторы.
Он огляделся, очарованный, более пьяный, чем ожидал сам, в его воображении возникло лицо Леонии, когда он часто видел ее спящей в лунном свете. Она любила лунный свет, а также первые лучи солнца. С самой первой ночи, когда они занимались любовью в крошечной комнате, они не закрывали шторы, чтобы луна и солнце светили в комнату. В те дни, когда они вставали поздно, она могла на рассвете подняться и задернуть шторы. Часто они занимались любовью в первых лучах нового дня, а затем снова засыпали.
— Леония! — прошептал Роджер. — Леония!
— Я здесь, — послышался ответ.
Роджер скривил губы. Неужели он так набрался? Он припомнил, что уже напивался так, но в первый раз у него были слуховые галлюцинации. Он направился к окну, чтобы задернуть шторы, пытаясь не обращать внимания, как болезненно сжалась грудь.
— Оставь их открытыми, Роджер.
Он остановился, хотел нажать звонок, внутри все сжалось. Он слышал о плохом джине, который делал людей слепыми и сводил их с ума, напиток, который он пил, был ужасный на вкус.
— Роджер, скажи что-нибудь, — умоляла Леония. — Ты не удивлен, что я здесь?
Она была здесь! Но как? Он сошел с ума. Если он обезумел настолько, что слышит вопрос, то, вероятно, он умирает. Это не так уж плохо, но он не чувствовал себя больным… Он понял, что стоит прикованный к месту, где остановился, когда Леония попросила его оставить окно незашторенным. Это был ее голос, но он боялся обернуться и посмотреть, боялся увидеть и не увидеть ее.
— Ты мог бы заметить меня! — Голос Леонии был напряжен, как тогда, когда она назвала его развратником. — Я не уйду. Уже слишком поздно. Моя репутация, несомненно, потеряна, так что тебе придется жениться на мне. Роджер медленно повернулся. Она была здесь. Она сидела на кровати, откинув полог так, что лунный свет освещал ее лицо. Оно было необыкновенно бледным, но это было ее лицо. Он поднес пальцы к глазам и протер их. Затем покачал головой. Это было ошибкой. Комната поплыла. Роджер шагнул вперед и ухватился за стойку кровати, чтобы не упасть. Но когда комната стала устойчивой, Леония все еще была здесь.
— Я не могу понять, какое право ты имеешь так злиться, что даже не разговариваешь со мной, — разбушевалась она. — Ведь это ты гарцуешь принародно с падшими женщинами.
Нет, подумал Роджер, нет. Я могу сойти с ума, но могу ли я сойти с ума настолько, чтобы составить такое предложение? Только Леония могла бы сказать такое. Женщины, которых я знаю, не употребляют выражения «падшие женщины».
Роджер хотел спросить, правда ли то, что он услышал, но язык не подчинялся ему. Леония соскочила с кровати и подбежала к нему с горящими глазами.
— О, я тебя шокировала? — прошипела она и тут дала волю своим чувствам, мастерски описывая грубый вкус Роджера, потерю разума, понимания и тупость, переходя с английского на французский, когда ей не хватало слов.
Он слушал с совиной торжественностью, в конце концов, к нему вернулся голос и он произнес с многозначительным видом:
— Я слишком пьян.
Прерванная полуслове, Леония уставилась на него. Он стоял, повернувшись спиной к лунному свету. Леония поняла, что ей не удастся увидеть его лицо и прочесть ответ.
— Что это значит? — завопила она, ужасаясь, что ее усилия пропали даром. — Но ты ведь никогда не напиваешься! — Напиваюсь, — ответил он медленно, казалось, его язык жил собственной жизнью и не горел желанием превращать нужные звуки в слова, хотя и не отказывал ему совсем. — Когда я несчастлив, я напиваюсь довольно часто.
Сейчас Леонии пришло на ум, что не важно, пьян Роджер или трезв. Действительно, гораздо легче справиться с пьяным. Она придвинулась, обхватила руками его шею и промурлыкала:
— Бедный Роджер, ты несчастлив? И я тоже.
— Ты голая, — объявил он дальше. — Ты обычно появляешься голой в странных местах и в странное время.
— Не сейчас, — засмеялась Леония, отрывая его руку от кровати и стаскивая пальто. — И это не странное время или место. Я спала в кровати. Нет ничего странного в том, чтобы лежать обнаженной в кровати, если у тебя нет ночной рубашки.
Глаза Роджера расширились от ужаса:
— Я попал в твою спальню? — прохрипел он, чуть не падая на Леонию.
— Нет, — успокоила она, пользуясь возможностью потянуть его вниз так, чтобы он сел на кровать. — Я в твоей спальне.
Пока он переваривал эти сведения, она стащила с него пальто и занялась жилетом и пуговицами на его бриджах и рубашке.
— Что ты делаешь? — спросил. Роджер, когда его рубашка соскользнула, и он понял, что скоро будет голый, как Леония.
— Я снимаю с тебя одежду, — подтвердила она, сдерживая смех. — Мы пришли к согласию, не правда ли? Ты собираешься лечь в кровать?
— Да, — согласился Роджер.
Итак, это было единственное слово в этом разговоре, прозвучавшее верно. Он помнил, что шел домой с намерением лечь спать. Однако когда с него сняли ботинки и носки, ему пришло на ум, что что-то здесь не так. Невозможно, чтобы Леония находилась в его спальне и снимала с него одежду. Их разделили навсегда в Англии. Леония никогда не заговорит с ним снова, не то, что будет снимать с него одежду. Он вообразил все это и закрыл глаза.
— Левель? — слабо произнес он, зовя своего камердинера, в то время как Леония стаскивала с него ботинки.
Она не обратила внимания на это слово. Оно начиналось, как и первые звуки ее имени, и она нежно ответила:
— Да, моя любовь, я здесь, — и поцеловала колено Роджера.
Роджер подскочил, отбрасывая Леонию почти на середину комнаты:
— Я не знал, что ты педераст, — проревел он. — Я не настолько пьян для этого! — Леония не знала, кто такие педерасты. Глаза Роджера были закрыты, и он продолжал. — Ты уволен! Это слишком опасно для камердинера!
Леония засмеялась, обнаружив, что лежит на полу.
— Идиот! — закричала она. — Открой глаза! Я не твой камердинер! Ты не можешь уволить меня. Я собираюсь стать твоей женой, а жен не увольняют. Взгляни на меня, глупый. Это что, тело мужчины? Я Леония.
Хорошо, это не Левель. Смятенный мозг Роджера отметил это. Он никогда не упоминал имени Леонии при своем камердинере и никогда не говорил никому, за исключением отца и леди Маргарет, о своих чувствах к ней. Но тогда, кто снимает с него одежду?
— Открой глаза, — кричала Леония, подходя к нему.
— Это не может быть Леония, — сказал Роджер с упорством пьяного человека. — Я оскорбил Леонию, и она никогда не заговорит со мной снова. Леония не станет раздевать меня. Я только вижу и слышу ее, потому что очень ее хочу, а джин был такой дрянной, что расстроил мои мозги.
Леония смотрела на него, радость и разочарование смешались в ней. Было замечательно снова поверить, что Роджер любит и хочет ее. Он был слишком пьян, чтобы лгать. Но как ей убедить его, что она настоящая, если он настаивает, что все происходит лишь в его воображении? Она снова рассмеялась. — Тогда почему ты переживаешь? Если меня нет на самом деле, ты можешь делать со мной все, что тебе нравится. Это никому не принесет вреда.
На этот раз Роджер открыл глаза. Он почувствовал, что в этом была логика. Затем подумал, что, возможно, так быстро пришел к этому заключению, потому что это было то, чего он желал.
Пока он обдумывал это, он лег на кровать, снял бриджи и нижнее белье. Тут он понял, что совершенно обнажен. Он видел Леонию (или что-то еще), стоящую перед ним. Он протянул к ней руку и обнаружил, что держит свое нижнее белье.
В следующее мгновение он радостно улыбнулся. Должно быть, он снял свою одежду сам. Если плохой джин вызывает такие галлюцинации и убивает его, слишком поздно спасать себя. Лучше насладиться последними минутами или часами своей жизни.
— Моя дорогая, — вздохнул он, протягивая руки к Леонии, — моя любовь, сердце моего сердца, счастье моей жизни, мой драгоценный камень, иди ко мне.
Она подошла, полусмеясь, полуплача, размышляя, вспомнит ли он утром и поверит ли в это.
Тело Роджера отвечало замедленно, в отличие от его воспаленного разума, оно стало менее восприимчивым из-за избытка алкоголя. Леония не замечала этого. Она была счастлива, что способна показать свое умение, и это было не напрасно. Роджер успешно преодолел влияние напитков, чтобы угодить Леонии, и с необыкновенным рвением участвовал в этом.
Их первое соединение было быстрым и взрывным. Было чудесно, но этого было недостаточно, чтобы удовлетворить Леонию. Они не разговаривали в перерывах. Леония слишком боялась, что скажет что-нибудь и уведет Роджера с замечательного пути, который он сейчас преодолевал. А Роджер получил новую загадку, которая окончательно запутала его пьяный разум.
Он не разбирался в способах, которыми женщины стимулировали и усиливали удовольствие своих любовников, но все женщины, которых имел Роджер, делали почти одно и то же одинаковым образом. Это было не удивительно, потому что все они были профессионалками, научившимися у сводников в начале своей карьеры. Роджер даже с удовольствием опекал одну сводницу. Он обнаружил, что она честна в разумных пределах и специализируется на чистом, качественном товаре. Таким образом, было понятно, что репертуар его любовниц был ограничен. Кроме того, он обычно не нуждался в легком приободрении, будучи страстным мужчиной, пришедшим к женщине с определенной целью.
Некоторые вещи, которые делала Леония, были, конечно, знакомыми, но она не профессионально следовала установленному порядку. Она была глубоко любящей женщиной, выражающей свою любовь. Таким образом, многое, что она говорила и делала, было совершенно новым.
Это что-то означало, Роджер был уверен, но мысли о том, что она сказала и как его коснулась, стимулировали его тело гораздо больше, чем его разум, и он повернулся к ней и достиг ее губ. Они с готовностью отдались, как и ее груди, ее живот, ее бедра. Ласки Роджера возвращались к нему в полной мере и даже с избытком. Нежные пальцы перебирали и щупали, сжимали и царапали, щекотали. Роджер корчился и стонал, но она сдерживала его, смеясь, поддразнивая, пока его страсть сделала ее возбуждение слишком сильным, чтобы сопротивляться.
Это было довольно долгое занятие. Роджер вспотел, пока его партнерша не получила полного удовлетворения. Когда они закончили, его усилия выжгли часть алкоголя из его тела и слегка прояснили голову. Он лежал, глядя на прикроватные занавеси, в голове его возник ряд мыслей. Он ухватился за них и расположил по порядку, как пункты в законодательстве.
1. Он никогда не мог подумать о некоторых вещах, которые Леония проделывала с ним сейчас. Таким образом, эти вещи не могли возникнуть в его воображении.
2. Ни он, ни постельное белье не были испачканы семенем. Единственно, в чем он был уверен, что конвульсии удовольствия дважды потрясли его тело. Результат этих конвульсий куда-то исчез.
3. Кроме восхитительной усталости, которая, естественно, следовала за занятиями любовью, он чувствовал себя прекрасно. Ясно, что он не собирался ослепнуть или умереть от плохого джина.
4. Итак, существо, чье тепло он ощущал, чье нежное дыхание мог слышать, не мираж, возникший в его мозгу, а реальный человек.
— Леония, — прошептал он, поворачивая голову, — это правда, ты?
Она сонно ему улыбнулась:
— Ты пришел в чувство? Да, конечно, это я. Ты думаешь, тебе удастся вспомнить что-нибудь утром?
— Утро! — воскликнул он. — Должно быть, сейчас почти утро! Боже праведный, Леония, ты сошла с ума! Который час? Как ты попала сюда?
Он сел и собрался встать с кровати. Леония наблюдала за ним.
— Я приехала сюда в кэбе, — сказала она. — Ты имеешь в виду, как я вошла? Я украла ключи из стола твоего отца. Не знаю, который час, но это не имеет значения. Естественно, я отсутствовала достаточно долго, чтобы вызвать скандал.
— Совсем нет, — уверил ее Роджер. — Моя мачеха не такая дура, чтобы устраивать погоню. Тем не менее, ты не дала ей повода подумать, что собираешься сбежать с кем-нибудь, не правда ли? Вставай и одевайся. Уверен, я смогу доставить тебя домой.
— У меня нет ни малейшего желания уходить отсюда. Леди Маргарет прекрасно знает, что единственный мужчина, с кем я убежала бы, это ты. Она не считает тебя неподходящим. Как, впрочем, и я.
— Сейчас, Леония, слушай…
— Нет, ты слушай. Я не знаю, может быть, ты совсем не собираешься жениться или не хочешь жениться на мне, но я больше не тревожусь.
— Леония, не глупи.
— Нет ничего такого, что шлюхи могут дать тебе! — вскрикнула Леония, сдерживаясь. — Ты не любишь их, но везде берешь с собой, разговариваешь с ними, спишь с ними. Хорошо, я не прошу большего, ты сэкономишь кучу денег, имея меня вместо…
— Леония! — заревел Роджер. — Придержи язык!
— Не буду! — завопила она. — Если ты не женишься на мне, я расскажу всему миру, что была твоей любовницей в течение двух лет во Франции. Я не вернусь в дом твоего отца. Буду стоять перед твоей дверью и…
Он обнял ее и прикрыл рот рукой:
— Конечно, я женюсь на тебе, дурочка. Завтра, если ты хочешь. Я умираю от желания жениться на тебе. Я захотел жениться, как только увидел тебя. Можно мне отвезти тебя домой?
Он осторожно убрал руку.
Леония уставилась на него с подозрением:
— Почему ты хочешь отвезти меня домой, если мы собираемся пожениться?
— Потому что я счастлив быть влюбленным и хочу быть с тобой все время. Естественно, мои… мои…
— Твои шлюхи?
Роджер поднял глаза к небу:
— Они никто. Их не принимали мои женатые друзья, но меня возненавидит общество, если моя жена была персоной нон грата.
Это очень подозрительно, подумала Леония, что Роджер уступил так быстро. Раньше, когда они о чем-нибудь спорили, он долго не соглашался. Она встала с кровати, но вместо того чтобы одеться, зажгла свечу и подняла ее, чтобы увидеть лицо Роджера. Он натягивал носки и поднял голову.
— Я не верю тебе, — сказала она. — Когда ты думаешь, что спасаешь меня от моей собственной глупости, ты обманываешься, как… как революционер. Если ты настаиваешь, я пойду домой, но я приняла решение. Ты должен жениться на мне.
— Я женюсь, уверяю тебя. Завтра — не сегодня. Как только смогу достать… — Роджер приложил руку к голове. — Вероятно, не сегодня. Днем позже. У меня такое чувство, — сказал он, — что я не буду сегодня достойным женихом.
— Уже отступаешь? Нет! Я остаюсь здесь.
— Леония, пожалуйста, я не хочу отступать. Если бы ты была хоть чуточку терпеливей, я бы попросил твоей руки по все правилам, как только закончится сезон. Если ты спешишь, я женюсь на тебе так скоро, как только уверюсь, что моя голова не отвалится. Не хочу, чтобы на свадьбе присутствовал прапрадедушка всех запоев.
— Почему нет? Ведь в Англии, я знаю, мужчины устраивают настоящую пирушку. Но я не верю тебе. Не понимаю, почему ты так неожиданно переменил решение, после того как избегал меня в течение шести месяцев.
Роджер обнаружил, что его голова просветлела, несмотря на двух маленьких дьяволов, бьющих острыми шипами в виски.
— Потому, что я неожиданно обнаружил, что ты умственно неполноценная, и отец и мачеха не способны контролировать тебя, — ответил Роджер, забирая свечу из ее рук и ставя на пол. Он поцеловал ее. — Я обещал твоему отцу, что позабочусь о тебе, и я собираюсь посвятить тебе остаток своей жизни, пока ты не будешь способна заботиться о себе сама.
Поцелуй подавил в Леонии первоначальный вздох ярости, а остальное, что сказал Роджер, было достаточно приятным. Она поняла, что он шутит, но удовлетворенно подумала, что он гораздо серьезнее, чем осознает сам. В его голосе была жестокость, когда он сказал, что его отец и мачеха не могут контролировать ее. Он почувствовал, что они дважды позволили ей подойти к краю пропасти, и его чувство ответственности усилилось и преодолело глупые сомнения о разнице в возрасте и судьбах.
Как замечательно! Леония улыбнулась. Целая жизнь для того, чтобы любить, поражать и немного злить Роджера. Он так замечательно занимается любовью, когда злится и забывает об осторожности. И каждый раз — радость от занятий любовью и уверенность, что ее озорство заставит мужа интересоваться ею всю больше с каждой новой шальной выходкой.




Предыдущая страница

Ваши комментарии
к роману Английская наследница - Джеллис Роберта



Не понравилось, много жестокости и насилия
Английская наследница - Джеллис Робертанатали
29.04.2012, 20.45





не понравилось , нудно и как то наивно , дочь и за дочь и за сына , а отец какой то слабовольный все ждет , что за него дочь заступится .
Английская наследница - Джеллис РобертаОксана
28.09.2013, 21.33





Мне понравилась история и любовь
Английская наследница - Джеллис Робертаольга
23.03.2014, 10.59





Мрачноватый роман.
Английская наследница - Джеллис РобертаКнигоманка.
26.10.2016, 10.51








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100