Читать онлайн Повелитель, автора - Джексон Мелани, Раздел - Глава 2 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Повелитель - Джексон Мелани бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 7.1 (Голосов: 10)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Повелитель - Джексон Мелани - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Повелитель - Джексон Мелани - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Джексон Мелани

Повелитель

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

Глава 2

— Доктор? В четвертой палате новый пациент, — сообщила сестра Ларкин и мягко добавила: — Ребенок пяти лет. Все не так уж плохо.
Доктор Николас Энтони вздохнул.
— Перелом или удаление?
— Удаление. Еще одна лампочка внутри.
Медсестра поморщилась и протянула врачу карточку. Она работала тут недавно, но уже усвоила, что доктор Энтони не выносит некоторых видов телесных повреждений.
— Где она застряла? В ушном канале?
— Нет, в носовой полости. Я не слышала всей истории, но знаю, что его старший брат предложил сделать это.
— Как всегда. И что говорит брат?
— Якобы это не его вина. Оправдывая свой поступок, он ссылается на теорию Дарвина.
— Понятно. Может быть, он и прав. Некоторые люди действительно слишком глупы, а другие не заботятся об их жизни. Это маленькая мигающая лампочка из гирлянды? Или большая, предназначенная для уличного освещения?
— Конечно, маленькая, доктор! — Сестра удивилась вопросу.
— В таких случаях не бывает никаких «конечно», сестра Ларкин. Скоро вы в этом убедитесь сами.
— Извините, доктор, можно? — спросила медсестра в приоткрывшуюся дверь.
Доктор Энтони прищурился. Слово «извините» произносили только при определенном виде телесных повреждений.
— Да?
— Пациент со сложным переломом, это хорошо видно на рентгеновском снимке. Его привезли около шести. И он очень болтливый.
— Понятно. Упал с крыши?
— Да, — неохотно подтвердила медсестра.
— Снова лампочки или Санта-Клаус?
— Санта… Костюм уже сняли, — поспешно добавила она.
— Санта. Значит, это связано с алкоголем?
— О да! Пациент выпил очень много. Его тошнило несколько раз, и вышло много алкоголя. Тем не менее он до сих пор непрерывно ругается.
— Доктор, у нас в первой палате ребенок, Джефф Сантос. — Лицо медсестры было бледным и испуганным.
— Что случилось? Автокатастрофа?
Больше всего доктор Энтони боялся смотреть на маленькие тельца, раздавленные и искалеченные из-за того, что забывчивые родители не пристегнули детей ремнями безопасности.
— О нет! Все не настолько плохо. Он просто проглотил колокольчик с елки, и матери надоело слушать этот постоянный звон. Она хочет, чтобы… мы помогли ее ребенку. По-видимому, с ним это уже случалось раньше.
— Понятно. Думаю, мне лучше поговорить с миссис Сантос о диете для мальчика.
— Доктор, в седьмой палате небольшая проблема. Потенциальная травма лица.
— Потенциальная?
Николас поднял бровь. Он не привык к несчастным случаям, которые еще не произошли. По крайней мере, не в пункте первой помощи. Люди не могут заглядывать в будущее, чтобы предвидеть свои несчастные случаи.
— Понимаете, с мистером Клиэри произошло несчастье. Он поправлял бороду на рождественской вечеринке и попросил одного из «эльфов» принести ему крем для лица. Но ребенок не нашел комплект грима и принес суперклей. Тюбики выглядели одинаково, и…
Доктор Энтони вздохнул.
— Вот почему людям с плохим зрением надо всегда носить очки.
— Мистер Клиэри тоже свои забыл. Он опаздывал. Для тех, кто работает Санта-Клаусом, сейчас напряженное время.
— Понимаю. У мистера Клиэри есть настоящая борода, или он гладко выбрит?
— У него есть своя борода.
— Тогда ему повезло.
— Вы знаете, как удалить суперклей с волос? — с надеждой спросила медсестра.
— Нет. Но ему предстоит восковая маска для лица, а это не самое страшное.
— Но этот способ удаления волос очень болезненный, — заметила сестра.
— Не настолько болезненный, как сдирание кожи, — возразил Ник.
— Доктор? Восьмая палата на очереди. Пациента укусила собака.
Ник положил вилку. Он два дня не ел горячей пищи. Но для него это было все же лучше, чем сидеть дома. Там он совершенно переставал следить за временем и определял, какой день недели, только считая чашки из-под кофе, накапливающиеся в кухонной раковине.
— Сестра, вы говорите так, будто пытаетесь кого-то оправдать. Что сделали с бедным животным, если оно так отреагировало?
— Хозяин наряжал собаку в рождественское платье своей маленькой дочери.
Ник медленно выдохнул.
— Люди, похоже, никогда не усвоят, что если животное небольшое и симпатичное…
— Вовсе нет, — перебила сестра. — Я имею в виду, оно не маленькое. Мистер Максвелл пытался впихнуть мастифа в платье своей шестимесячной дочери. Пес не кастрирован, и… и… платье его сильно облегало. По-моему, грубое обращение разозлило собаку.
— И укус всего один? Какое же терпеливое это животное!
— Да. И укус не очень опасный.
— Мистер Максвелл легко отделался.
— Миссис Максвелл сказала то же самое. Но потом она случайно опрокинула на своего мужа чашку горячего кофе и облила его с головы до ног. Боюсь, у него не только укус, но и серьезный ожог.
— Сестра?
— Да, доктор Энтони? — неохотно откликнулась медсестра. Она только что вошла в кабинет. До конца смены оставалось два часа, и тогда ее страданиям придет конец.
— Что за суета? — мягко спросил Николас.
— Ничего, о чем бы стоило слишком беспокоиться. Просто один из пациентов устал ждать.
— А чего он ждет?
— Костыли.
— Зачем ему костыли? — терпеливо задал вопрос Николас. — Не хочу казаться чересчур настойчивым, но я прервал процедуру, чтобы взглянуть на него, пока не назначили лечение. В конце концов, многие переломы трудно диагностировать, к тому же боль в ноге может быть признаком других патологий.
— С пациентом действительно не случилось ничего плохого. Он инвалид без ноги, и его протез застрял в стволе дерева. Мужчине нужно дать на время костыли, пока не закажут новую конечность в «Скелтон ортопедикс».
— Искусственная нога застряла в дереве… Подобный несчастный случай мог бы произойти с кем угодно, я не сомневаюсь. — Николас облокотился на спинку стула и сложил пальцы обеих рук пирамидкой. — Хотя вы выглядите виноватой, сестра Ларкин. Ну-ка расскажите, как протез инвалида застрял в дереве?
— Это был несчастный случай, связанный с санями, — сообщила она. — Сани сошли с дороги, и все закончилось тем, что они врезались в группу деревьев, растущих с другой стороны оврага. Искусственная нога полностью сломалась. Ее ступня до сих пор в дереве.
— А инвалид был одет Санта-Клаусом? — предположил Ник.
— Нет, — сердито возразила сестра Ларкин. — И пьяным в тот момент он тоже не был. Скорее всего, он пропустил рюмку или две, пока ждал.
Ник вскинул бровь.
— Давайте же, сестра, рассказывайте! Даже если здесь не замешан костюм Санты, то все равно это еще один рождественский несчастный случай, не так ли?
— Некоторым образом, — признала она, хотя говорила явно с раздражением.
Ей не нравилось, что в канун Рождества она вынуждена была работать под руководством Николаса Энтони. Ни одной медсестре не нравилось работать с ним в этот период. Они бросали жребий, кому придется выйти с доктором Энтони в последнюю смену. Именно тогда он становился наиболее раздражительным.
— И? — Его мягкий голос звучал настойчиво.
— Если вам интересно, мистер Тиммонс был в костюме северного оленя. Он привязал к шляпе ветвистые оленьи рога, но под их тяжестью веревки разболтались и шляпа сползла и надвинулась ему на глаза. Мистер Тиммонс, не видя дороги, врезался в склон и отлетел в овраг.
Ник кивнул с мрачной улыбкой.
— Я знал, что это еще один рождественский несчастный случай.
— Вы еще не устали быть правым, Эбенезер? — проворчала медсестра, выходя из комнаты.
— Вы и понятия не имеете, как я от этого устал, — тихо произнес Ник. Он совсем не улыбался.
— Доктор, вы нужны в седьмой палате. Сотрясение мозга. — Медсестра отвела глаза.
— И?… — мягко спросил Ник.
— И гипотермия. — Медсестра смотрела в потолок.
— И?…
— И тяжелый случай мочекаменной болезни.
— И?…
— И это с ним случилось на рождественском параде, когда его волочил по земле гигантский воздушный шар. Странный несчастный случай. Вряд ли подобное могло произойти с кем-то еще. — Она произнесла последнюю фразу тяжело дыша и поспешно вышла из кабинета.
— Однако это постоянно происходит раз в сезон, — пробормотал Ник. — А тем, кто не верит в существование людей и вещей, приносящих несчастье, следует просто признать, что рождественский парад проклят.
— Доктор? В девятой палате человек, которому нужно наложить швы. Мы уже промыли все раны и вытащили стекло и блестки.
— Стекло и блестки?
— Во время ссоры со своим сыном он случайно упал на игрушечный снежок, который находился у него в кармане.
— В кармане? Понятно. Не самое подходящее место для хрупких вещей. Но, по крайней мере, он это сделал не специально.
— Вы хотите сказать, что у вас был пациент, который сам сел на игрушечный снежок? — испуганно спросила медсестра.
— Был такой случай, только не с игрушечным снежком. С елочной игрушкой. Это происходило на вечеринке. У гостей закончились воздушные шары, которыми они хлопали.
— Доктор, я просто не могу этого представить.
— Не можете? Тогда, несмотря на вашу глупую рождественскую униформу, вы действительно вполне здравомыслящий человек.
— Доктор Энтони? Серьезный ушиб почки у мистера Макквина. Его лягнуло какое-то животное, и образовалась ужасная гематома, — прошептала медсестра. Ее взгляд выражал сочувствие, что и должна демонстрировать хорошая медсестра.
— Лягнуло какое-то животное? — Николас Энтони говорил теперь менее сострадательным тоном.
Он осторожно поднял на пациенте рубашку с красными и белыми полосками и посмотрел на уродливую отметину на спине Дэнни Макквина. Несмотря на синяк, отпечаток копыта был хорошо заметен.
— Безусловно, вас лягнуло животное. Это был лапландский олень, мистер Макквин? Самец?
— Да. — Пациент пытался не морщиться от боли.
— Вы посетили рождественскую выставку в Центральном парке, ведь правда?
— Да. — Мистер Макквин, похоже, удивился. — Как вы догадались?
— Потому что каждый год кому-то приходит в голову гениальная идея попробовать покататься на живом олене из стада Санты. — Николас осторожно опустил рубашку. — И каждый год животное кого-нибудь лягает. Вам еще повезло, что оно не бодалось. Сейчас я дам направление на рентген, а медсестра поможет вам сесть в кресло-каталку. И не волнуйтесь. Она не лягается, это не северный олень.
— Доктор? Извините, что я опять вас разбудила. — Вошла другая медсестра. Сестра Ларкин уже сообщила достаточно много плохих новостей, поэтому прислала молодую коллегу. — Я понимаю, что прошло всего пятнадцать минут, но у нас пострадавший с ожогом после вдыхания дыма. У другого пострадавшего перелом. Они во второй и третьей палатах.
— С ожогом? — сонно переспросил Николас. Потом добавил более заинтересованно: — Ожоги в декабре? Насколько серьезные? Это не из-за того, что загорелась рождественская елка?
— Нет, нет, ничего подобного! — Медсестра сделала паузу и перевела дух.
Николас Энтони сощурил глаза.
— Скажите мне, это не ребенок, игравший со свечами? Или какой-либо другой случай с рождественскими огнями в виде электрического стула?
— Нет, не ребенок. Это его отец. И брат. На этот раз не елка и не огни.
— Ясно.
Николас сел. Он никого не ругал, даже мысленно, но радоваться было не от чего. Выбирая профессию, доктор Энтони знал о сменах, длящихся сорок восемь часов. Обычно он не возражал против такого режима работы. Просто этот период года…
— Чем занимались эти дурни? Скажите мне прямо.
— Знаете, они перебрали яичного коктейля…
— Не сваливайте вину на яичный коктейль, сестра Гвинн! Когда моя бабушка была жива, она готовила этот напиток каждое Рождество, и мы его пили. Поверьте, из-за него никто не обжегся и ничего себе не сломал.
Никто не мог проглотить много этого отвратительного напитка, но Николас не стал об этом говорить. Рассказать кому-то о рождественских кулинарных катастрофах бабушки означало бы предать ее память. Даже столько лет спустя в семье Николаса старались не упоминать о рождественском домашнем печенье, из-за которого дядя Альберт сломал себе зуб. Или о клюквенном соусе, приготовленном из горькой недозрелой клюквы. Или о том случае, когда все заразились сальмонеллезом из-за сильно недожаренной индейки.
Николас взял карточку у медсестры.
— Знаете, с яичного коктейля все лишь началось, — пояснила она. — Двое поспорили, что более худой из них не сможет с крыши пролезть через трубу… Они явно забыли, что в камине горит огонь. К счастью, мистер Андерсон протиснулся не глубоко, на нем были тяжелые сапоги. Поэтому все не так плохо, как могло быть.
— Причину ожогов вы объяснили. А перелом?
— Понимаете, его брат поспешил позвонить пожарным, как только мистер Андерсон застрял. Но его руки были заняты видеокамерой, а рядом стояли большие санки…
— Он и санки упали с крыши. Вероятно, санки приземлились на него и именно они сломали ему ногу. Надеюсь, он хотя бы снял с успехом одно из своих лучших домашних видеошоу? — Николас направился к двери. — Насколько серьезен ожог? Может быть, поместить пострадавшего в ожоговое отделение?
— Нет, ожог не так уж и серьезен, но перелом…
— Подготовьте операционную.
— Она полностью готова, и я позвонила доктору Робертсу. — Медсестра поспешила за Николасом. — Он будет здесь через десять минут. Доктор, еще одно. Вы просили меня напомнить вам о рождественских покупках.
— Уже напомнили. Даже несколько раз.
На самом деле Ник ничего не говорил. Разве что просил персонал не упоминать о рождественских покупках в его присутствии, пока не улягутся впечатления после Дня благодарения. Даже говорить о Рождестве до декабря казалось неприличным. Но это время прошло, хотя он думал, что те, у кого есть какие-то сбережения, уже сделали рождественские покупки. Ник из вежливости добавил:
— Спасибо.
— Да, но доктор, уже больше двенадцати часов — это значит, что до Рождества осталось всего ничего и вам нужно сделать покупки сегодня. Откладывать уже некуда.
— Канун Рождества? — Доктор Энтони внезапно повеселел, и сестра Гвинн отметила про себя, что он симпатичный. — О да, конечно!
— Вы рады, что навестите свою семью? — наивно поинтересовалась медсестра, вручая ему карточку пациента.
— Не смешите меня. — Доктор Энтони отдернул занавеску и обошел кровать в палате номер три. — Канун Рождества означает только то, что нам предстоит еще одна неделя этого глупого праздничного сумасшествия. Через восемь дней мы сможем вернуться к нормальным, обычным несчастным случаям, таким как автокатастрофы и пулевые ранения.
Николас не видел, что медсестра сморщила нос и показала ему язык. Пациент, уложенный на кровать, уже не так страдал от боли после впрыснутого ему обезболивающего. Он даже немного посмеялся шуткам девушки.
— Рад видеть, что у вас хорошее настроение, мистер Андерсон, — мягко произнес Ник, осматривая сложный перелом. Кости торчали из ноги в двух местах. — Мы вас починим. Сильной боли не будет. Как говорила моя бабушка, вы станете как новенький, не успеет ягненок два раза взмахнуть хвостом.
— Сынок! — Мистер Андерсон вздохнул, глядя вниз, на свою ногу, — я вовсе не хочу показаться невежливым, но твоя бабушка наверняка была или сумасшедшей, или жуткой вруньей.
— Когда прибудет доктор Робертс, я еще раз проверю, все ли готово, — сказала медсестра, выходя из комнаты.



загрузка...

Предыдущая страницаСледующая страница

Ваши комментарии
к роману Повелитель - Джексон Мелани



муть не понравилось
Повелитель - Джексон МеланиЮлия
9.12.2013, 12.56








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100