Читать онлайн В постели с принцем, автора - Джеффрис Сабрина, Раздел - Глава 27 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - В постели с принцем - Джеффрис Сабрина бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 9 (Голосов: 12)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

В постели с принцем - Джеффрис Сабрина - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
В постели с принцем - Джеффрис Сабрина - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Джеффрис Сабрина

В постели с принцем

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

Глава 27

Иногда повеса должен пойти на огромный риск, чтобы заполучить то, чего он хочет.
Аноним. Руководство для повесы
На следующий день после их возвращения в Лондон Кэтрин пошла разыскивать мать. Когда она приблизилась к гостиной, благословенное молчание, которое установилось между ними с момента отъезда из Суффолка, стало терять свою привлекательность, и она почувствовала ноющую боль в душе.
Кэтрин и миссис Меривейл едва обменялись несколькими словами после их бегства из Эденмора. К сожалению, так не могло продолжаться вечно.
Кэтрин вошла в гостиную и увидела, что мать с безразличным видом сидит у камина и смотрит на огонь. Кэтрин почувствовала к ней жалость, которую тут же поспешила подавить. Ведь именно под влиянием матери она ввязалась в эту затею выйти замуж за мужчину, которого сама никогда не стала бы рассматривать в качестве кандидата в мужья.
«Это не только ошибка матери», — шепнул Кэтрин внутренний голос.
Но она проигнорировала его.
— Я разговаривала с солиситором, мама, — произнесла Кэтрин деловым тоном. — Он говорит, что лорду Айверсли будет затруднительно подавать иск против нас за нарушение контракта, поскольку он использовал обман для получения согласия на брак.
Кэтрин почувствовала набежавшие на глаза слезы. Да когда же она наконец перестанет распускать нюни всякий раз, когда думает об Алеке?
Миссис Меривейл посмотрела на дочь печальными глазами:
— Кэтрин, ангел мой, ты действительно веришь в то, что его сиятельство — охотник за состоянием? Может, дать ему еще один шанс доказать, что это не так?
— Ты не находишь свое заявление странным? — вспыхнула Кэтрин. — Ведь именно ты не хочешь, чтобы я делилась своим приданым с любым мужем, которого выберу.
Впервые за эти дни мать продемонстрировала свой бурный нрав.
— Послушай, ты, мисс Справедливость и Благородство! Ты никогда не жила с деньгами! А я жила. Когда я была девочка, мы жили очень хорошо. Папа ни в чем нам не отказывал… Что бы мы ни попросили.
. — А потом он умер, не оставив тебе денег, как ты ожидала.
Миссис Меривейл резко встала. Глаза ее возбужденно блестели.
— Как ты можешь упрекать меня? Знаешь, сколько лет я терпела попреки твоего деда из-за того, что выбрала себе плохого мужа? Я прошла все этапы — от его любимицы до его разочарования. Да, я хотела кое-чего взамен. — Она прищурилась. — Не важно, веришь ты мне или нет, но я хотела чего-то получше для тебя. Я хотела для тебя мужа, который не станет ставить свою жену в неловкое положение, который будет обращаться с тобой лучше, чем твой отец обращался со мной.
— И ты сделала такой чудесный выбор для меня, — с горечью заметила Кэтрин.
— Я не выбирала тебе графа. И я определенно не принуждала тебя лечь с ним в постель. Ты сама в нее запрыгнула.
Кэтрин молча проглотила упрек матери. Ее слова были правдой.
— И я вовсе не в восторге от того, что он не богач, как о том рассказывала мне леди Дженнер. — Миссис Меривейл нахмурилась. — Нет сомнения, что она — это еще один «друг» мистера Берна.
— Не приходится сомневаться.
— Но это сейчас не имеет значения. Дело сделано. Мы должны научиться жить, даже пережив разочарование. И если это означает, что ты выйдешь замуж за человека, который использует твои деньги для приведения в порядок его имения, — значит, быть по сему. Я склонна думать, что ты предпочтешь брак альтернативе умереть в бедности незамужней дамой. И выбор теперь зависит только от тебя. У тебя и раньше перспективы были не самые блестящие, а сейчас, когда тебя видели при компрометирующих обстоятельствах у леди Пьюрфой в оранжерее, они вообще никуда не годятся.
У Кэтрин задрожал подбородок.
— Наверняка существуют охотники за приданым, которым наплевать на подобные вещи. Мы сможем договориться с одним из таких.
— Ты считаешь, что лучше выйти замуж за мужчину, которого ты не знаешь, чем за мужчину, которого знаешь и который тебе нравится?
— Да! Я буду держать в узде свои чувства. Мне следовало быть благоразумной и не поддаваться сладким словам и нежным взглядам. Сейчас я расплачиваюсь за это. Выйти замуж за человека, которого я не знаю и который не испытывает ко мне чувств, будет проявлением здравого смысла.
— Но сделает ли он тебя счастливой?
— Он сделает меня более счастливой, чем человек, который… который лжет мне, которому нравлюсь не я, а мое приданое.
— Но, мой ангел, разве ты не делала то же самое по отношению к Сидни?
Кэтрин взвилась:
— Я не делала!
— Ты заставляла его думать, что хотела его самого, хотя на самом деле хотела через него получить доступ к своему приданому.
— Это неправда! Я любила Сидни!
— Разве? В таком случае почему ты позволила лорду Айверсли ухаживать за тобой? Почему приняла его предложение и позволила уложить тебя в постель? Твоя любовь к Сидни не могла быть настолько сильной, если ты так легко дала ему отставку в пользу лорда Айверсли.
Первым порывом Кэтрин было дать отпор матери за то, что та представляет ее в столь невыгодном свете.
— Я дала Сидни отставку потому, что ты хотела, чтобы я как можно скорее вышла замуж, а Сидни не торопился… похоже, он не слишком горел желанием и… Нет, это неверно… то есть это верно, но Сидни сделал мне предложение на том вечере. И я ему отказала.
Кэтрин вдруг посмотрела на себя глазами матери, и ей стало стыдно. Она прикрывалась Сидни. Задолго до того, как влюбилась в Алека, она обманула Сидни в отношении ее чувств к Алеку, провоцируя своего друга на то, чтобы тот женился на ней. В точности так, как ее обманывал Алек, завлекая в брачные сети.
А для чего она это сделала? Чтобы избежать неприятностей. Чем она лучше Алека?
— Я не говорю, что ты была не права, — продолжала миссис Меривейл. — Ты хотела выйти замуж за Сидни, чтобы всем нам облегчить жизнь. Но именно так рассуждал и его сиятельство. Он хотел сделать жизнь всех его арендаторов и слуг лучше. Так почему его нужно винить за это?
— Потому что… потому что… — Потому что Кэтрин любила его и очень хотела, чтобы он тоже ее любил. Она хотела верить тем нежным словам, которые Алек говорил ей, хотела верить в искренность его поступков. Но не могла. Как же ей жить с человеком, каждое слово которого вызывает подозрения?
Кэтрин не была уверена в том, что сможет это сделать. Она знала лишь одно — по отношению к Сидни она вела себя гадко. Он заслуживал лучшего.
Развернувшись, Кэтрин шагнула к двери.
— Куда ты собралась? — спросила мать.
— Я должна извиниться перед Сидни.
— Ты думаешь, после всего он захочет взять тебя в жены? — с надеждой в голосе спросила миссис Меривейл.
Кэтрин хотела резко ответить матери, но сдержалась.
— Не имеет значения, захочет он или нет, мама. Сейчас я уже ни за что не смогу выйти за него замуж. Ты права — я никогда его по-настоящему не любила. И обращалась с ним почти так же плохо, как Алек со мной. Выйти замуж за Сидни было бы по меньшей мере несправедливо.
Сейчас, когда Кэтрин понимала, как больно осознавать, что тебя ценят не за твои личные качества, а за что-то другое, ей было невыносимо думать, что кто-то испытывает такую же боль, какую испытала она. Возможно, уняв чью-то боль, она и сама научится жить с разбитым сердцем.
Алек яростно гнал Белизу к городскому дому Ловеласа. Должно быть, он в последний раз ехал на этой лузитанской кобыле. Если Дрейкер приехал в Лондон по вызову Алека, то скоро появится в отеле «Стивене», чтобы забрать лошадь.
Но поскольку Алек не мог вернуть Кэтрин, все остальное для него уже не имело никакого значения. А то, что она отправилась к Сидни сразу по возвращении в Лондон, было совершенно ясно.
Когда миссис Меривейл сказала Алеку, куда отправилась Кэтрин, он страшно выругался. Сообщение о том, что женщина, которую он любил, переметнулась к другому мужчине, на некоторое время поколебало его уверенность. Однако сейчас он не настроен терять ее.
Алек доехал до городского дома Ловеласа в Мейфэре и был не слишком удивлен, обнаружив, что это весьма дорогое и элегантное здание. Если бы он не занимался последний месяц тем, что пытался прикинуть стоимость восстановления собственного имения, он, возможно, не смог бы по-настоящему оценить, насколько оно дорогое. Когда он спешился и стал подниматься по лестнице, то с болью осознал, каких расходов стоило расписать все эти плитки и нанять мастеров, чтобы те уложили их настолько искусно, что нельзя было обнаружить ни стыков, ни посторонних пятен на поверхности.
И он хочет увести Кэтрин от этой красоты? От этого богатства и покойной, безмятежной жизни с мужчиной, чей темперамент ее устраивает?
И все же он не отступит.
Может, Сидни и подходит Кэтрин во многих отношениях, но он не любит ее. И эта мысль придала Алеку силы. Он взлетел вверх по дорогой лестнице, оттолкнул слугу, одетого в роскошную ливрею, который пытался задержать его у двери, и зашагал через вестибюль, стены которого были обиты шелком, к гостиной.
Он не знал, что и подумать, когда вдруг увидел Молли. Явно Кэтрин находилась здесь, и была она наедине с Сидни. Алек пролетел мимо горничной в комнату.
И обнаружил там Кэтрин, рыдающую у Сидни на плече.
Невольно вырвавшийся из его груди стон привлек внимание обоих. Увидев Алека, Ловелас не смог скрыть враждебность. Рядом с ним сидела Кэтрин. Подбородок у нее дрожал, нос был красный, глаза полны слез.
Никогда она не выглядела такой по-детски беззащитной и милой.
У Алека заныло сердце при виде ее. Не имело значения то, что она была с Сидни. Он не намерен отпускать ее.
— Кэтрин, могу ли я поговорить с тобой наедине? Ловелас резко встал:
— Неужели ты мало причинил ей боли? Почему ты не можешь оставить ее в покое?
— А это не твое дело, — отрезал Алек. — Дай нам поговорить.
— Чего ты хочешь, Алек? — настороженно спросила Кэтрин.
— Я же сказал — поговорить с тобой наедине.
— Нет! Когда мы оказываемся наедине, ты всегда… Все, что ты хочешь сказать мне, скажи в присутствии Сидни. Он мой друг.
Алек с трудом подавил в себе приступ ревности: вряд ли таким образом он отвоюет Кэтрин. Но он не хочет говорить с ней в присутствии Ловеласа и вообще кого бы то ни было!
Гордости нет места там, где любовь.
Он должен поговорить с Кэтрин, несмотря ни на что.
— Прежде всего я пришел извиниться.
— За что именно? За то, что обманывал меня относительно своих истинных целей? За то, что сговаривался за моей спиной с мистером Берном? Что хотел жениться на мне ради денег?
Алек стиснул зубы.
— Все верно, за исключением последнего. Я никогда не хотел жениться на тебе только ради денег, и это истинная правда.
— Ты так говоришь, — шепотом произнесла Кэтрин, — но как я могу этому верить?
— Никак не можешь. Именно по этой причине я намерен отказаться от твоего приданого.
Кэтрин растерянно заморгала, а затем подозрительно прищурилась:
— Что ты имеешь в виду?
— Я хочу тебя любой ценой. Я подпишу любой брачный контракт: либо деньги перейдут к твоей матери, или же будут сохранены для наших детей. Решать тебе. Только скажи, что выйдешь за меня замуж, — вот все, чего я хочу.
— А как же Эденмор? Как твои арендаторы и…
— Я думал об этом. Я могу продать Эденмор или сдать внаем. Кто-нибудь другой сможет взять фермы арендаторов в обмен на доход, который будут приносить земли. И если мы не сможем прожить на эту ренту, то я стану выступать на лошадях у Эстли или даже поступлю в кавалерию. Уверен, Веллингтон предложит мне офицерскую должность, если я попрошу.
— Что за чушь? — возмутился Сидни. — С какой стати он станет это делать?
— Спокойно, Сидни, — шепотом проговорила Кэтрин, не сводя глаз с Алека. — А твои слуги? Как же миссис Браун и Эмсон, горничные?
Растроганный ее заботой, Алек шагнул ближе.
— Молодые смогут работать на того, кто возьмет внаем Эденмор. Старшим придется уйти на пенсию.
— Откуда для этого возьмутся деньги? — язвительно спросил Сидни. — Из жалованья несуществующего офицера?
Алек недружелюбно сверкнул глазами:
— У меня есть друзья, которые готовы дать мне взаймы. Они помогут мне выплатить долги старого графа — либо убедив кредиторов принимать выплату меньшими долями, либо давая мне авансы до того времени, пока я не выплачу их за счет ренты и жалованья.
— И при этом вам ничего не останется на жизнь.
— Я знаю, что это будет нелегко, но по крайней мере мы с Кэтрин будем вместе.
Ловелас презрительно фыркнул. Кэтрин удивленно взглянула на Алека:
— Почему ты хочешь отдать свое имение ради меня? Об этом он не хотел говорить в присутствии Сидни.
— Дорогая, позволь мне пять минут поговорить с тобой наедине. Это все, о чем я прошу.
— Почему? — вмешался Ловелас раньше, чем Кэтрин успела что-либо ответить. — Чтобы ты смог затуманить ей мозги своими поцелуями? — Он повернулся к Кэтрин: — Проклятие, Кит! Разве ты не видишь, что он делает? Он знает, что, если ты попадешься в силки, он сможет добиться того, что ты признаешь: твое приданое облегчит вашу совместную жизнь. И тогда один шаг до алтаря, и этот негодяй получит все, чего хочет. Как обычно.
Алек заметил, как на лицо Кэтрин снова набежало облачко, и взорвался:
— Черт возьми, Ловелас, не притворяйся, что беспокоишься о Кэтрин. Мы оба знаем, что ты не стал бы сражаться за нее, если бы не появился я. Но тот факт, что она любит человека, которого ты терпеть не можешь, действует тебе на нервы. Тебя раздражает, что Кэтрин предпочитает меня, несмотря на то что я без денег, а ты богат.
Ловелас прищурился и зло проговорил:
— А ты хочешь только ее денег. И я могу сделать тебе предложение: я выпишу тебе банковский счет на двадцать тысяч фунтов!
— Сидни, не делай этого! — воскликнула Кэтрин. Однако Ловелас не обратил на ее слова никакого внимания.
— Я понимаю, что это меньше, чем та сумма, на которую ты надеялся, но она определенно поможет тебе в значительной степени расплатиться с твоими долгами. А для этого тебе нужно немедленно уйти и оставить Кэтрин в покое. Только и всего!
— Ах как щедро с твоей стороны — отдать двадцать тысяч фунтов из ее приданого, чтобы избавиться от соперника! — язвительно произнес Алек.
Ловелас приосанился, явив собой образец высокомерной элегантности.
— Не в пример тебе я никогда не хотел денег Кэтрин. Я уже сказал ей, что, если мы поженимся, она сможет поступить с ними, как ей заблагорассудится. Но поскольку она отвергла мое предложение во второй раз, маловероятно, что у меня вообще есть шанс. — Ловелас сжал руки в кулаки. — Как видишь, это не тот случай, когда я хочу того, что есть у тебя. Надеюсь, что в один прекрасный день мне удастся уговорить Кэтрин выйти за меня замуж. Но даже если я не смогу это сделать, она навсегда останется моим другом. Да, я сделаю все, чтобы она была от тебя подальше, потому что она заслуживает лучшей доли. И если для ее счастья нужно заплатить тебе отступное, то это означает, что двадцать тысяч потрачены с толком.
Алек лишился дара речи. Уж не сошел ли этот человек с ума? Платить такую сумму за женщину, которая может никогда не выйти за него замуж? До настоящего момента Алек считал, что чувства Сидни к Кэтрин не столь сильны и глубоки, но сейчас…
Алек перевел взгляд на Кэтрин и увидел, что она выжидательно смотрит на него, словно гадает, согласится ли он принять деньги Ловеласа. Алек вдруг увидел себя ее глазами: охотник за состоянием, готовый на все, чтобы заполучить деньги, способный растоптать долголетнюю дружбу, пренебречь благополучием той женщины, о любви к которой заявлял.
Неудивительно, что Кэтрин не доверяет ему. Да и как она могла доверять, если рядом с ней находился образец добропорядочности? Мужчина, который мог дать ей больше, чем Алек.
— Прости меня, — с трудом проговорил он, чувствуя боль в груди. — Вероятно, я многое понимал неверно, Ловелас. Думал, что Кэтрин тебе безразлична и ты относишься к ней не так, как она того заслуживает. Но сейчас я вижу, что ты просто не распространялся о своих чувствах. Оставь свои деньги себе, я больше не стану вас беспокоить.
Ловелас вытянул губы в тонкую линию.
— Ты говоришь так сейчас, но я не хочу, чтобы Кэтрин пришлось защищаться против твоего судебного иска. Поэтому все-таки возьми деньги, они понадобятся тебе на то время, пока ты будешь искать другую наследницу.
Алек огромным усилием воли заставил себя сдержаться и не ударить Ловеласа кулаком в челюсть.
— Мне не нужна другая наследница! И я не собираюсь подавать какие-либо судебные иски! И гарантия тому — мое слово джентльмена! Веришь ты или нет, но у меня тоже есть свои принципы!
Алек повернулся к Кэтрин. Она в смятении смотрела на него. Сердце Алека сжалось, когда он вдруг осознал, что это, возможно, будет последний разговор.
— В следующий раз, когда он попросит твоей руки, дорогая, ты должна выйти за него замуж. Потому что ты была права в тот вечер на галерее. Он действительно лучший мужчина. И ты заслуживаешь того, чтобы тебе сделал предложение самый лучший мужчина Англии.
Повернувшись, Алек вышел из комнаты. По крайней мере теперь он избавлен от необходимости становиться свидетелем негодования и презрения Кэтрин, когда она узнает о его происхождении. Что толку говорить ей о любви, когда она определенно разлюбила его. Он беден, но горд, хотя гордость слишком слабое утешение для разбитого сердца.




Предыдущая страницаСледующая страница

Ваши комментарии
к роману В постели с принцем - Джеффрис Сабрина



Изумительный, прекрасно продуманный роман! Читается на одном дыхании
В постели с принцем - Джеффрис СабринаОльга
16.06.2012, 2.19





Мне понравился. Рекомендую
В постели с принцем - Джеффрис СабринаОльга
6.03.2014, 3.11





Королевское братствоrn1.«В постели с принцем»rn2.«Загадочный виконт»rn3.«Ночь с принцем»
В постели с принцем - Джеффрис СабринаСветлана П.
9.03.2015, 9.46








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100