Читать онлайн Сгорая от любви, автора - Дэйн Клаудиа, Раздел - Глава 20 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Сгорая от любви - Дэйн Клаудиа бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 9.43 (Голосов: 14)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Сгорая от любви - Дэйн Клаудиа - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Сгорая от любви - Дэйн Клаудиа - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Дэйн Клаудиа

Сгорая от любви

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

Глава 20

Мелания хотела броситься к Маркусу, но тот остановил ее:
– Не подходи! И не показывай вида, будто бы слышала что-нибудь. За тобой следят!
Конечно! За ней всегда следили. И Мелания уже настолько привыкла к слежке, что даже не удивилась. Но сейчас поняла, что по неосмотрительности может привести за собой Маркуса прямо в лапы саксов.
Она оглянулась на дом, играя виноградным листом, притворяясь совершенно беззаботной, чтобы не внушить никаких подозрений своему вечному дозорному. Но ни Вулфреда, ни кого-либо еще из ее соглядатаев она не заметила.
– Маркус, – сказала она, прикрывая губы листком, – ты здоров? И откуда взялся?
– Я вполне здоров, – донесся из чащи леса столь любимый ею голос. – Даже не ранен. Но со стоптанными сапогами и голодный как волк.
– Я приготовлю тебе целую корзину всякой еды.
– Но я не могу пойти с тобой в дом?
– Не можешь. Дом и двор кишат саксами. Лучше оставайся в лесу. Я обеспечу тебя продуктами.
– Но ты сама, Мелания? Как тебе удалось выжить?
Мелания пожала плечами. Она не хотела, чтобы Маркус узнал обо всем случившемся.
– Мне не составит труда помочь тебе, – сказала она, не отвечая на его вопрос. – Когда совсем стемнеет, я приду сюда и принесу все, что тебе нужно. Кстати, у меня есть хорошая лишняя пара башмаков.
– Мелания, – оборвал ее Маркус, – они причинили тебе какой-нибудь вред? Скажи!
– Посмотри на меня, Маркус. Разве я выгляжу избитой? Нет, сакские мерзавцы не причинили мне никакого вреда. Я… научилась приспосабливаться к ним.
– Мне кажется, что ты прекрасно выглядишь. Все такая же красивая. Совсем не изменилась. Как бы я хотел сказать то же самое о Британии!..
Не изменилась? Странно! Сама Мелания чувствовала изменения во всем!
– Ты видел варваров не только здесь? – спросила она.
– Видел. Они вторглись к нам с севера, юга и востока, сметая все на своем пути, оставляя за собой сожженные города и селения, вытоптанные и уничтоженные поля. Их нашествие можно сравнить разве что с бубонной чумой!
Мелания думала и чувствовала точно так же, но ей было странно слышать подобное от Маркуса.
– А что делается на западе? – допытывалась она. – Ты был там?
– Я…
Маркус не успел досказать фразы, как на вершине холма показался Сеолмунд. Его длинные волосы трепал ветер. Он стоял на довольно большом расстоянии от Мелании и Маркуса, но был хорошо виден. И конечно, тут же заметил стоявшую среди виноградников Меланию.
– Приходи ко мне, Мелания, – тихо сказал Маркус, – Когда луна на небе достигнет своей высшей точки, я буду держать тебя в объятиях, а ты – кормить меня.
– Я приду, – прошептала Мелания одними тубами.
Между тем Сеолмунд ждал ее на вершине холма. И Мелания решила, что лучше будет ей самой подойти к нему, нежели допустить, чтобы он приблизился к месту, где прятался Маркус. Стараясь поскорее избавиться от сиявшей на лице счастливой улыбки, она поднялась к саксу. Тот был удовлетворен ее пребыванием рядом с ним и не стал занимать ее какими-либо разговорами. Он вообще больше молчал, за что Мелания в душе была ему благодарна. Все ее мысли занимал Маркус.
Итак, Маркус здесь! Наконец-то он пришел к ней! И несомненно, пришел не просто так, его привели сюда какие-то дела. О, конечно, ему не одолеть вторгшихся в Британию саксов! Но с одним из них он сможет расправиться! И как только она вырвется отсюда, то все данные ею во время так называемой свадьбы клятвы уже не смогут иметь никакого значения. Когда она не будет ежеминутно видеть перед собой Вулфреда, то очень скоро забудет его вместе с его смехотворными разглагольствованиями о клятвах, законах и чести в их понимании. Вдали от него она позабудет и о страсти…
Она уже поднялась по холму над домом, когда увидела высыпавшую во двор толпу вооруженных мужчин.
Варвары! Еще один отряд! Боже, когда же все это кончится?! Еще больше смертей! Насилий… Издевательств!
Нет, просто невозможно!
Мелания почувствовала, как ее сердце начинает часто биться. Она повернулась и бросилась вниз по склону холма, успев заметить, что Сеолмунд последовал за ней, не отступая ни на шаг. Навстречу по холму карабкалась Доркас.
– Мелания! – кричала она, задыхаясь. – Приехали важные сакские начальники. Вулфред требует немедленно разыскать и привести тебя!
– Хорошо! Я сейчас приду. Но если Вулфред хочет похвалиться мною перед своими запылившимися в дороге друзьями, то как бы мое появление его не разочаровало!
Доркас с опаской посмотрела на Сеолмунда. Тот медленно вынул меч из ножен и встал за спиной Меланин, которая могла только догадываться, что все происходит, по-видимому, из-за Маркуса. Почему именно сейчас здесь появилось так много новых саксов? Неужели они не могли оставаться в своих пещерах, до тех пор пока она не покинет свой дом вместе с Маркусом? Но независимо от того, что теперь станется с ней и ее домом, Маркус не должен попасть в руки сакских дикарей! Он должен спастись и выжить!
Когда Мелания вошла во двор, там уже никого не было. Все саксы собрались в триклинии вкушать принадлежавшую ей еду, пить ее же вино и ссыпать вшей со своих голов на ее пол. Войдя в триклиний, Мелания увидела у дальней стены Вулфреда с двумя воинами, обмахивавшими его опахалами. Протолкавшись через толпу грязных и дурно пахнувших потом воинов, неведомо откуда появившихся в доме, она остановилась перед Вулфредом. Чья-то ладонь успела шлепнуть ее по ягодицам. Мелания в негодовании повернулась, но Сеолмунд подскочил к обидчику и ударом кулака повалил его на пол.
Тут же кто-то ущипнул ее за грудь. Сеолмунд молниеносным ударом меча отсек пальцы наглеца. После чего Вулфред заслонил Меланию своей мощной фигурой от дальнейших поползновений. Теперь уже никто не смел приблизиться к его жене.
Мелания вдруг почувствовала благодарность к Вулфреду. И хотя он тоже был одним из них, все же она понимала, что он будет защищать ее от своих же воинов.
Вулфред обвел зал свирепым взглядом и прогремел низким и грозным басом:
– Прошу каждого из вас относиться к этой женщине как минимум с уважением. Ибо она – моя жена!
Мелания заметила, что на лицах вновь прибывших саксов появилось выражение шока, сменившееся почти ужасом.
Хенса, один из саксов, отнесся к угрожающему заявлению Вулфреда достаточно спокойно. Он выделялся среди остальных более богатой одеждой и независимой осанкой. Его накидка из дорогой кожи, отороченная мехом, выглядела гораздо красивее той, которая покрывала плечи Вулфреда. Сапоги на нем тоже были более изящные. Чувствовалось, что среди своих воинов он занимал место, сравнимое с положением Вулфреда.
– Жена? – переспросил он. – Теперь мне ясно, почему ты все лето старался держаться от нас подальше. Ты считаешь, что она того стоит?
– Она очень красива, Хенса, – ответил Вулфред. – А по храбрости не уступит и десяти нашим воинам.
Мелания внутренне вздрогнула. Еще ни разу она не слышала от Вулфреда и ни от кого из окружавших ее такой оценки.
– Дом принадлежал ей? – спросил Хенса у Вулфреда.
– Да. Но потом он перешел ко мне. Моим и остался. И всегда будет принадлежать только мне.
Мелания вздрогнула, как от удара, и посмотрела на Вулфреда. Он спокойно стоял рядом и слушал, что говорил ему Хенса. А тот вдруг громко расхохотался и сказал, положив ладонь ему на плечо:
– Что ж, она подарит тебе сильных сыновей!
Вулфред скрестил руки на груди и самодовольно улыбнулся.
Мелания посмотрела сначала на Вулфреда, а затем – на Хенсу. Последний внешне выглядел куда предпочтительнее. Но…
Но тут она вспомнила, что Вулфред никогда не унижал ее перед своими единоверцами. Более того, он уважал ее и заставил с таким же уважением относиться к ней всех своих воинов. И она без колебаний отдала предпочтение своему незаконно-законному мужу.
Нет, она не станет позорить Вулфреда в глазах Хенсы и его воинов. Особенно теперь, после того как он проявил такое великодушие и благородство (конечно, в сакском понимании) по отношению к ней. Она докажет ему, что ее римское благородство стоит больше. И что оно куда справедливее его, сакского! Несмотря на те многочисленные баталии, которые часто случались между ними, несмотря на скрытую постоянную борьбу, она никогда не предаст их ссоры гласности. Ибо такой поступок был бы несправедливым и даже бесчестным. Особенно перед Хенсой, который, насколько Мелания поняла, был старше Вулфреда по чину. И унижение последнего в глазах начальника вряд ли можно было бы расценить как свою победу над ним.
Мелания встала вплотную к Вулфреду и прижалась к его плечу.
Воины Вулфреда наблюдали за молчаливой схваткой двух предводителей, положив руки на рукоятки мечей. Каждый из них был готов пожертвовать жизнью за честь своего начальника. Но очевидная верность Мелании своему супругу сдерживала их. На сей раз она подтвердила, что действительно стала его женой.
Теперь, когда назревавшая ссора улеглась, хозяйке дома надо было решать, как накормить новую группу пришельцев (Мелания даже в мыслях не хотела называть их гостями!), да так, чтобы они оценили настоящее римское гостеприимство.
Мелания послала Тераса выбрать продукты и распорядиться, как их приготовить. Пришельцы расселись за большим столом. Мелания, как всегда, опустилась на стул, откуда ей было все видно и не составляло труда следить за ходом пиршества. Ее глаза тут же подмечали все, включая жадные взгляды, которыми пожирал римлянку Хенса. Между ними (и, очевидно, намеренно!) разместился Вулфред.
Когда пришла очередь приниматься за второе блюдо, Хенса поднялся и произнес тост, не сводя глаз с Мелании, хотя первые фразы были адресованы Вулфреду:
– Позволь тебя поздравить, Вулфред, и выпить за твой успех. Ты нашел богатую плодородную землю. Для того чтобы ее освоить, нужны всего лишь сильные мужчины. А среди саксов они составляют большинство.
– Согласен! – отозвался Вулфред, поставив на стол чашу и намазывая маслом хлеб. – Земля действительно обширна. Правда, чтобы она давала обильные урожаи, надо потратить немало сил и много лет. Но дело того стоит.
– Может быть, это произойдет и гораздо раньше, чем ты думаешь, Вулфред, – возразил Хенса. – Посмотри, ведь здесь так много рабов, которых ты можешь использовать.
– И все же разрушения жилищ и огромный вред, нанесенный самой земле, не дают особого оптимизма для надежд на быстрое восстановление хозяйства. Поэтому надо приготовиться к тяжелому и многолетнему труду.
Мелания хотела было возразить, что ее дом никогда не был в ветхом или полуразрушенном состоянии. А стал таким только после прихода сюда саксов. Но Вулфред положил ладонь ей на колено. Она совершенно правильно поняла его жест и решила попридержать язык. На время…
– Строение, где вы живете, – продолжал Хенса, – находится в хорошем состоянии. В наше время, если говорить о римских постройках, такое встречается редко.
«А кто в этом виноват?» – подумала Мелания. Но промолчала, почувствовав усиление давления ладони Вулфреда на своем колене, которая уже в следующее мгновение сдвинулась на бедро. Ладонь была тяжелой и горячей…
– Фактически повреждены все комнаты дома, – сказал Вулфред. – Хотя и в разной степени. Ни стены, ни сам дом не годились для обороны в случае атаки. Они слишком пахли Римом, чтобы не вызвать озлобления у наших воинов.
Мелания отвернулась, чтобы скрыть негодование, вспыхнувшее на ее лице. Конечно, Вулфред имел причины для столь неприятных для нее слов. Но все же…
Она обвела взглядом стол. Сидевшие за ним саксы были заняты тем, что облизывали тарелки и допивали содержимое бокалов. Другие, уже покончившие с трапезой, разбрелись по комнатам, осматривая дом. Они смотрели на ее слуг, как будто те были вылиты из золота. Ибо саксы славились своей преданностью системе рабства, благодаря которой имели возможность пользоваться всеми благами земной жизни. Хенса же говорил о ее доме, как будто бы уже стал его хозяином. Неужели Вулфред согласится? Неужели допустит, чтобы грязный сакс наложил руку на жилище, в котором она родилась и выросла?
– А ты оказалась не только очаровательной женой, но и превосходной хозяйкой! – с гордостью сказал ей по-латыни Вулфред.
Вот и похвала, подумала Мелания. Похвала от грубого, неотесанного сакса?
И все же она почувствовала, что слова Вулфреда доставили ей удовольствие. Одновременно она с удивлением отметила, что переполнявшее ее в последние минуты негодование куда-то улетучилось. Она нахмурилась. Что бы сказал ее отец на подобное проявление слабости? Римляне не должны позволять себе такого! Они должны всегда контролировать свои поступки и чувства, подчиняя их логике, а никак не эмоциям! А она была римлянкой! Вулфред – саксом! А потому его одобрение или неодобрение ничего не должны были для нее значить.
Между тем Хенса все же услышал слова Вулфреда, тихо сказанные жене.
– Ах вот оно что! – воскликнул он. – Ты, оказывается, говоришь по-латыни, Вулфред! И к тому же как-то очень странно ухмыляешься. Знаешь ли, твое поведение шокирует меня даже больше, нежели твое исчезновение на целое лето, которое ты провел в таком убогом, жалком месте!
«Так, теперь мой дом и место, где он находится, стали для него жалкими и убогими! – подумала Мелания. – Интересно, своими словами он, по-видимому, хотел уколоть меня? Что ж, тогда понятно, почему Вулфред ведет себя так осторожно!»
– Я уже порядком подзабыл латынь, – ответил Вулфред. – Решил освежить в памяти!
– Вероятно, потому, что тебе нравится место, населенное римлянами. Но я не понимаю, почему их осталось здесь так много после твоего прихода? К тому же я никогда бы не подумал, что ты женишься на римлянке. Она что, действительно, твоя жена?
– Да. Моя законная жена. И у меня есть свидетели.
– И свидетели – твои люди. И ты хочешь, чтобы я им поверил?!
– Ее слуги лгать не будут! Спроси у них.
– Зачем? Я ведь знаю, что ты мне не станешь лгать.
Вулфред ничего не ответил.
Его ладонь еще крепче сжала под столом ногу Мелании. Она плохо понимала словесный поединок двух военачальников. Но в тоне Хенсы чувствовался вызов Вулфреду. И она заволновалась.
Мелания прекратила есть и принялась внимательно вслушиваться в их разговор.
– Почему ты на ней женился? – продолжал наседать Хенса на Вулфреда.
– Разве я уже не ответил на твой вопрос? – раздраженно буркнул Вулфред.
– Но существуют и другие смелые женщины, следующие нашим обычаям и говорящие на нашем языке! А твоя жена – римлянка!
– В первую очередь она женщина!
– В тебе говорит человек, давно оторванный от дома! – зло рассмеялся Хенса. – Ты только посмотри на свою жену внимательнее. Она вся пропитана римским духом и гордостью!
– С каждым днем она мне все меньше кажется римлянкой.
– Но все же остается ею! И всегда останется.
– Скоро она станет носить сакского ребенка.
Хенса замолчал на несколько мгновений и бросил взгляд на свою пустую тарелку и выпитый до дна бокал. Но Вулфреду не стало легче. Мелания видела, как он был скован и напряжен, и понимала, что разговор еще не закончился.
Тем временем стали разносить третьи блюда. Вулфред уже безо всякого аппетита принялся за еду. Мелания тоже равнодушно посмотрела на поставленное перед ней блюдо.
– Ты когда-нибудь мог себе представить, что женишься на римлянке? – снова спросил Хенса. – Думал ли, будучи римским рабом, что когда-нибудь добровольно выберешь себе в жены дочь римского землевладельца? Воистину боги играют нашими судьбами как хотят!
Хенса громко расхохотался. Рассмеялись и пришедшие с ним воины. Мелания положила руку на плечо Вулфреда и почувствовала, как напряглись его мускулы.
Так, значит, Вулфред был римским рабом! Такое открытие поразило Меланию. Вулфред – бывший раб! К тому же раб какого-нибудь богатого римского патриция! Теперь многое в его поведении становилось понятным!
А Хенса, видя, как больно ранят Вулфреда его ядовитые стрелы, продолжал издеваться:
– Как долго, Вулфред, ты был рабом мерзкой, прогнившей Римской империи?
– Достаточно долго.
Боже, когда же несносный сакс наконец угомонится! Надо немедленно положить конец его издевательствам. Заткнуть ему глотку! Но как?
Мелания на несколько мгновений задумалась. И тут ее осенило: ведь Хенса – законченный зверь. Животное, которое может успокоиться только при виде пищи!
– Теркас! – позвала она.
Теркас тут же появился и выжидающе посмотрел в глаза хозяйке.
– Принеси Хенсе побольше свинины и поставь перед ним кувшин пива. Он только что с дороги и, верно, очень проголодался. К тому же его совершенно очевидно мучает жажда.
Мелания подумала, что Хенса, занявшись чревоугодием, скорее всего, оставит Вулфреда в покое. Вместе с тем ей хотелось еще многое узнать о периоде жизни Вулфреда, когда он был рабом у римлян.
– Ты должен был обо всем сам рассказать мне! – прошептала она ему по-латыни, пока Хенса жадными глотками поглощал пиво из огромной кружки.
– Зачем? – проговорил Вулфред, тоже подвинув к себе кружку. – Чтобы ты узнала, почему я так ненавижу все римское?
– Своей ненавистью ты мстишь нам, не так ли?
Вулфред помолчал несколько мгновений, опустил голову и тихо сказал:
– Да, ты права…
– Я больше не могу выносить, как твой гость, словно грязный, отвратительный зверь, набивает себе брюхо! Можешь объяснить ему как хочешь мое отсутствие, но я ухожу! – не выдержала Мелания.
Она гордо поднялась и вышла из зала. Но, вернувшись к себе в комнату, она не могла ни спать, ни лежать, ни сидеть спокойно. Она принялась быстрыми шагами ходить из угла в угол и думать.
Ей было трудно обвинять Вулфреда. В мире существовало много рабов. И лишь малая доля их относилась с такой яростью к ее родине. Но все же Мелания обвиняла его! Разве не за то она ненавидела Вулфреда, что он убил ее отца, ограбил дом, лишил ее свободы? Вулфред и его люди были грубыми варварами, в то время как она впитала в себя древнюю культуру великого Рима? И потому ей особенно обидно было то унизительное положение, в котором она оказалась с приходом саксов.
Вулфред тихо проскользнул в ее комнату. Мелания строго посмотрела на него.
– Ты намеревался когда-нибудь рассказать мне о своем прошлом? – процедила она сквозь зубы.
– Нет.
– Почему же твой соучастник по убийствам решил рассказать все о тебе?
Вулфред подошел к окну и некоторое время следил за заходом солнца. Затем обернулся к Мелании.
– Итак, ты теперь знаешь, почему я ненавижу римлян, – произнес сакс в тот самый момент, когда Мелания уже была готова вытолкнуть его в окно. – И…
– И меня, – закончила она его фразу шепотом, в который постаралась вложить побольше негодования. – Только круглый дурак до сих пор не видит того, что я уже давно поняла…
Вулфред молчал, глядя в окно, как будто впервые в жизни видел заход солнца.
– И ты готов сейчас мне все рассказать?
– Что еще ты хотела бы знать? – с горечью спросил он. – Да, я был рабом твоего славного Рима. Но теперь свободен!
– Тебе было очень… тяжело?
– Ты хочешь сказать, что рабство может быть легким? Ответь мне, рабыня саксов!
Мелания поняла всю глупость своего вопроса. Спустя несколько мгновений она задала другой вопрос:
– Как долго ты оставался рабом?
– Слишком долго.
– А точнее? Извини, но я должна знать все, чтобы понять, как…
– Мое рабство продолжалось год. Пока я не соприкоснулся со всеми ужасами вашего христианского ада!
– Год… – задумчиво повторила Мелания.
Сама она пробыла в рабстве всего лишь одно лето. Но даже три месяца показались ей бесконечно долгими.
– Могло случиться и хуже, – сказала она. – Очень часто рабами остаются до самой смерти. А год для раба…
– Для раба на галерах, – прервал ее Вулфред.
Год рабства на галерах… Всемилостивый Боже!..
Раб на галерах!
Мелания вдруг почувствовала, что у нее начинает от ужаса перехватывать дыхание.
– Как же?.. – начала она, но Вулфред тут же сам закончил готовый вырваться вопрос:
– Ты хочешь спросить, как они меня поймали или как я потом убежал?
– Как они тебя… поймали.
– Моя маленькая Мелания, которая так много знает о своем Риме! – мягко сказал Вулфред и снова повернулся лицом к окну. – Я был саксом. Как остался им и сегодня. Для твоих соотечественников это означало – животное. После того как римские легионы разбили нас, защищавших уже свою собственную землю, они предложили заключить хорошо тебе известный Римский мир. Мы должны были обменять свое управление страной на римское. А также платить Риму налоги. Я не был согласен с условиями подобного мира, поэтому стал бороться. И проиграл. Меня превратили в раба. Заковали в кандалы. На руки надели наручники. А на шею – железный ошейник. Так я стал рабочей скотиной. Оторванный от родного дома. От своих людей. Приговоренный работать, голодать и умереть на римской галере.
– Но ты все-таки не умер! – прошептала Мелания.
– Нет. Но они ждали моей смерти. Впрочем, я действительно должен был умереть. Меня били кнутом, если им казалось, будто я работаю медленно. Били, если начинал слабеть. Потом отпаивали разбавленным вином и дрянным пивом, на час-другой восстанавливая мои силы, и так я продолжал существовать. Именно существовать, а не жить!
Мелания слушала, закрыв глаза, ей очень хотелось дотронуться до Вулфреда, утешить его, поддержать. Напомнить, что оба они остались жить, несмотря на все перенесенное. Что теперь он свободен.
Но она не посмела до него дотронуться, ибо она была римлянкой, а он – саксом… Ее врагом… А Вулфред продолжал свой рассказ:
– В конце концов, я окончательно обессилел. Даже не мог встать, особенно после борьбы с ужасающим штормом, случившимся однажды ночью. Что мы только не делали, чтобы не дать нашей утлой галере погрузиться в пучину! А наши надсмотрщики продолжали подгонять нас, избивая ремнями и веревками. Я начал терять сознание. Тогда они сняли с меня кандалы с цепями и, перевалив через борт, выбросили в беснующееся море. Как хлам…
– Они бросили тебя… в море? Но как они могли пойти на такое?!
Вулфред грустно улыбнулся:
– Ведь я – сакс. А значит – их заклятый враг. Вода же – мой союзник. Поэтому в воде, по их мнению, я просто не могу умереть!
Вулфред отвернулся и снова стал смотреть в окно. Солнце уже совсем зашло. В просветах между плывущими по небу рваными черными тучами изредка сверкали звезды. Затем все опять покрывала тьма. Не было даже видно росших во дворе дома деревьев.
Мелания зажгла лампу. Слишком много тьмы было в комнате. Воздух казался душным и вязким.
Спина Вулфреда при свете лампы казалась позолоченной. И только какие-то бугры пересекали ее вдоль и поперек. Прежде Мелания принимала их за мускулы. Но приглядевшись к ним сейчас, она поняла: рубцы от ударов кнутом и веревками пересекали всю спину мужа. Около лопаток Мелания заметила несколько свежих глубоких царапин – следы ее ногтей.
– Я тоже оставила на твоей спине свои следы – кровоточащие царапины, – произнесла она.
Вулфред повернулся к ней лицом.
– Единственный римский рубец, о котором я не жалею! – прошептал он.
– Они причинили тебе боль, – также шепотом ответила Мелания, чувствуя, как ее сердце переполняется щемящим чувством вины.
– Сейчас я ее уже не чувствую.
Их взгляды встретились. Мелания не прочла в глазах Вулфреда ни негодования, ни ненависти…
Невозможно! Ведь у него были все причины ненавидеть ее! Мстить ей. И он имел для этого все возможности как ее муж!
– Ты еще мало отомстил мне, не правда ли? – прошептала она.
– Я просто не почувствовал в тебе партнера.
– Но даже, женившись на мне, ты… ты, несомненно, думал, что оковы брака должны были стать для меня тяжелыми.
– Они такими стали?
– Не совсем.
Вулфред протянул руку и привлек Меланию к себе. Его поцелуй был горячим и страстным. Бушевавший в нем жар воспламенил ее. И в возникшем огне не было никакого негодования, ни жажды мести, была только ответная реакция на его ласку…
Руки Вулфреда осторожно, ласково освободили Меланию от связывающей движения одежды. Ей тоже захотелось дотронуться до него, так чтобы кожа к коже… губы к губам…
Дыхание Мелании сделалось частым, почти лихорадочным. Свет лампы показался ей слишком ярким, и она погасила ее. Вулфред пробежался кончиками пальцев вверх и вниз по телу Мелании, а его губы снова прильнули к ее. Его ладони легли на ее груди и сжали их, чего Мелания в тот момент ждала и хотела. И ей уже не было никакого дела до того, что Вулфред – сакс, а следовательно, непримиримый враг. Она не хотела и думать ни о его ненависти к Риму, ни о его ужасном рабстве, ни о римских законах, включая брачные. Мелания забыла, что совсем недавно ненавидела этого человека так же, как и он ее.
Сейчас она не могла найти в своем сердце даже искры той ненависти. Мелания чувствовала лишь огненную, всепоглощающую страсть. А в глубине сердца сопереживала судьбе Вулфреда.
Ее сердце было открыто для него. Ибо она знала, что он может ей дать именно то, что она так страстно желает. Вулфред же лежал между ее ног и с наслаждением ощущал, как Мелания вбирает в себя его разгоряченную, затвердевшую мужскую плоть. Она прижималась к нему всем телом, повторяя каждое его конвульсивное движение. Вулфред наклонил голову, добрался губами до сосков груди и осторожно сжал один из них зубами. Мелания застонала от наслаждения. Тогда Вулфред проделал то же самое со вторым соском. Она же нашла его губы и прильнула к ним. Оба слились в долгом, безумном поцелуе…
…После того как пик страсти миновал и они немного остыли, Мелания еще долго не выпускала Вулфреда из своих объятий. А он пробежался кончиками пальцев по ее волосам и осторожно соскользнул с прекрасного, пьянящего женского тела.
– Ты улыбаешься? – прошептал он. – Я ведь был прав, сказав, что ты не чувствуешь меня!
Мелания игриво ответила:
– Ты должен стараться изо всех сил. Тогда твоя месть станет полной, сакс. А пока ты не достиг желанного мною.
– Я не знаю, из каких сил еще стараться!
– Ты в состоянии попытаться еще раз?
– Если ты хочешь.
– Мы уже раз шли таким путем, но дошли только до его половины. Повторения мне бы не хотелось. Если ты способен на более героический подвиг, то я хотела бы почувствовать его. Но ты непременно откажешь мне!
– Почему же?
– Потому что он означает мою смерть.
– Смерть? Насколько я понимаю, пока ты еще не умерла!
– Только благодаря тебе!
– Ты что, действительно хочешь умереть? – И Вулфред покрыл поцелуями лицо Мелании. – Но ведь для смерти было много возможностей! – ухмыльнулся он.
– Я испробовала их все.
– Кроме этой. Здесь тебе еще предстоит многому научиться.
Он снова поцеловал ее. Теперь – в шею, осторожно сжав зубами кожу.
– И ты считаешь, что так же сможешь меня убить?
– Не до конца.
Вулфред слегка укусил Меланию за мочку уха. Она почувствовала, что вот-вот все начнется сначала. Но вдруг вспомнила…
Вспомнила о Маркусе. О том, что он сейчас ждет ее во тьме леса, ведь она обещала принести ему еду и одежду. И он положился на нее!
– Я… я… – проговорила она запинаясь. – Мне надо… Вулфред, прошу тебя, отпусти меня!
Вулфред разжал объятия и дал Мелании подняться, хотя выражение ее лица его озадачило. И даже несколько насторожило. Вулфред смотрел, как Мелания в спешке оделась, обулась, пригладила растрепавшиеся волосы и набросила на плечи накидку.
– Ты куда собралась? – спросил он.
Мелания посмотрела на Вулфреда, сидящего голым на полу ее комнаты, на его светлые волосы и до невозможности голубые глаза.
– Мне нужно… отлучиться!..




Предыдущая страницаСледующая страница

Ваши комментарии
к роману Сгорая от любви - Дэйн Клаудиа



странно но не понравился роман жестокость хотя и возникла любовь между героями но радости мне не доставила как то все вымучено но на вкус и цвет товарищей нет попробуйте одолеть этот роман возможно кому-то понравится
Сгорая от любви - Дэйн Клаудианаталия
12.09.2013, 13.31





а мне все понравилось))
Сгорая от любви - Дэйн Клаудиачитатель)
6.09.2014, 19.38





Сгорая от любви, как лист,rnУпавший осенью к ногам...rnЛетят качели вверх и вниз,rnСудьба диктует по слогам...rnrnОна огонь, а Он вода,rnСоприкасаясь всё бурлит,rnЗдесь постоянная борьба,rnЛюбовь и страсть, вовсю кипит.rnrnКто повелитель, а кто раб,rnРешали долго, но она,rnВсё понимала, как он слаб...rnВедь так сильна любви волна...rnrnИ не было пути назад,rnЕй так хотелось быть собой...rnИскрились радостью глаза:rn"Согласна быть твоей рабой"...rnrn...и тёплым солнцем... НАД водой... :)
Сгорая от любви - Дэйн КлаудиаВалентина
13.09.2014, 22.48





Валентина, Вы та самая Пальчик - Фурсова или просто написали эти стихи ? Если Это Вы- то стихи прекрасные, если же нет- корректно писать в конце автора.
Сгорая от любви - Дэйн КлаудиаЕлена Ива
13.09.2014, 23.17








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100