Читать онлайн Дочь куртизанки, автора - Дэйн Клаудиа, Раздел - Глава 21 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Дочь куртизанки - Дэйн Клаудиа бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

загрузка...
Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 5.53 (Голосов: 19)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Дочь куртизанки - Дэйн Клаудиа - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Дочь куртизанки - Дэйн Клаудиа - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Дэйн Клаудиа

Дочь куртизанки

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

Глава 21

Интригующий мужчина, этот лорд Руан, хотя и слишком прямолинейный, на ее вкус. У Софии совершенно не было времени на интриги. Она должна поженить Каро и Эшдона при первой же возможности. Завтрашний день подойдет лучше всего. Судя по выражению лица милого Эшдона, он тоже согласен с этим. Хорошая работа, Каро!
Надо также уладить дело Ставертона и Анни Уоррен. У них все должно пройти очень пристойно и безупречно. Анни заслуживает только самое лучшее, поскольку эта женитьба позволит ей войти в сословие пэров. На нее не должна упасть ни малейшая тень.
София также понимала, что лорд Уэстлин постарается расстроить обе свадьбы. Неприятно, но тут ничего не поделаешь. У него был самый скверный характер, он вечно всех пугал и был готов на скандал по самому невероятному поводу. Например, из-за свадьбы его единственного наследника с дочерью его первой любовницы. София улыбнулась. Разве по этому, поводу стоит так паниковать?


Этот ажиотаж совсем не нравился Каро. И все из-за того, что трое мужчин подарили ей жемчужные ожерелья. Как будто она их об этом просила. Это должно что-то означать. Судя по выражению лица Эшдона, когда он вежливо кивал, разговаривая с лордом Дрейтоном о каких-то лошадях, он держался так, словно это вообще ничего не значило. Теперь, когда ее корсет был надежно зашнурован уже почти четверть часа, он вел себя так, будто во всем, включая жемчужное ожерелье, корсет и даже помолвку, была виновата только она.
Ей пришла в голову мысль, хотя и немного поздно, что у Эшдона такой же скверный характер, как у его отца. Это совсем никуда не годится. Она не собиралась провести всю жизнь, чувствуя себя виноватой за то, что льет дождь, когда ему хочется солнца, или еще за что-то, от чего Эшдон может прийти в плохое расположение духа.
Она также знала, наученная опытом, что Эшдоном вполне можно управлять, когда ее одежда не оставляет простора для фантазии. Но не могла же она всю жизнь ходить в распущенном корсете! Даже несмотря на то, что ей нравилось, когда он прикасался к ней, надо было придерживаться каких-то рамок, и в эти рамки входило обнажение ее груди. Или, наоборот, исключало обнажение груди. Как бы то ни было, от всего этого у нее просто кружилась голова.
Лорд Дрейтон только что закончил свою мысль. Каро готова была к тому, что Эшдон ответит такой же длинной и витиеватой фразой о чистокровности лошадей или еще о чем-то скучном. Поэтому она тихонько зашипела в плечо Эшдона:
– Вы должны знать, что я не просила тех жемчужных ожерелий.
– Простите нас, лорд Дрейтон, – вежливо произнес Эшдон, крепко взял ее за локоть и повел к двери из музыкальной комнаты, вероятно, чтобы не дать ей возможности ударить его этим локтем в живот. Она приняла это во внимание. – Но вы попросили то жемчужное ожерелье, которое теперь на вас, – выдохнул он, улыбаясь леди Хартингтон, которой было по крайней мере лет семьдесят, поэтому ее ответная улыбка, скорее, походила на оскал.
– Я попросила это ожерелье только потому, что вы готовы были купить меня хоть за что-нибудь! – тихо огрызнулась она, натянуто улыбнувшись Луизе Кирклэнд, волшебным образом появившейся на пороге голубой приемной.
– Для куртизанок такие подарки – обычное дело, – зарычал Эшдон, слишком широко улыбнувшись леди Луизе.
Как мило, что Эшдон припас всю свою жизнерадостность и вежливость для Луизы Кирклэнд!
– Знаете, лорд Эшдон, – слащаво произнесла Каро. – Несмотря на то что я отлично осведомлена о вашем дурном характере, я все же надеялась, что у вас есть хотя бы немного ума. Как жаль, что я сильно ошиблась на этот счет. Даже не представляю, каких детей мы с вами произведем на свет. Если бы вы не опозорили меня полностью, – продолжала она, притворно улыбаясь и свирепея внутри, – я бы отказалась выйти за вас замуж и пошла бы по тому пути, куда вы меня толкаете.
Он почти онемел. Но ненадолго.
– Толкаю вас? – снова зарычал он, слишком резко и не очень вежливо потащив ее в голубую приемную. Луиза Кирклэнд побледнела и едва успела увернуться от Эшдона. – Вы отказали мне! Вы заявили, что намерены играть мужчинами, назначая цену за эту игру. Вы потребовали это проклятое жемчужное ожерелье.
– Вы прекрасно знаете, что ожерелье всего лишь… проверка, – сказала она, высвободив локоть и не обращая внимания на удивленные взгляды окружающих. Ей показалось, что они с Эшдоном собрали вокруг себя толпу, – она подумала, что надо быть осторожнее, но не сделала этого. – Вы бы все поняли, если бы у вас было хоть чуточку мозгов.
– Если бы у меня было хоть чуточку мозгов, – зарычал он достаточно громко, и почти дюжина человек пристально посмотрели на них, – я бы не изводил себя, пытаясь не встречаться с вами. Я бы не взял бесценное ожерелье у Кэла. Я бы не предал своего отца и не утащил бы вас в гардеробную, чтобы сделать это!
И он поцеловал ее. Потом схватил за плечи так сильно, что могли остаться синяки, и крепко поцеловал в губы. Случилось то, что всегда происходило с ней от его поцелуев: она почувствовала слабость, у нее перехватило дыхание, тело затрепетало и стало горячо в тех местах, о которых до поцелуев Эшдона она не подозревала.
Отпустив ее, он хрипло прошипел:
– Я женюсь на вас, Каро. Это уничтожит меня, но я намерен на вас жениться.
– Это все, что вам следовало сделать, Эш, – вздохнула она, все еще пытаясь прийти в себя после поцелуя. – Неужели вы не видите, что жениться на мне гораздо выгоднее, чем платить мне?
Он не ответил и утащил ее за собой в лондонскую ночь, даже не дав закутаться в шаль. Она и не пыталась это сделать. Каро была слишком занята мыслями о том, что обнаженная грудь имеет свои преимущества.


Естественно, прослышав обо всем, Уэстлин устроил большой скандал. Этого следовало ожидать. По сути, все на приеме ждали этого так же уверенно, как восхода солнца.
Он начал тихо, но, возможно, только потому, что никто не обращал на него особенного внимания. Все в основном обсуждали вежливо и завистливо явные признаки того, что Каролина Тревелиан стала очень сильно походить на свою мать.
Естественно, делались сравнения с той ночью, когда София устроила так, что Уэстлин и Дэлби столкнулись из-за нее. Но, естественно и то, что никто не спрашивал Уэстлина о причинах этого.
София, также по явным причинам, считала бестактным и невежливым говорить о том, что случилось или не случилось двадцать лет тому назад. Она ясно дала понять, что не желает затмевать почти звездный успех своей дочери на рынке невест, без колебаний заявив, что не сомневалась, что леди Каролина и лорд Эшдон питали друг к другу сильные и далее страстные чувства. Она по собственному опыту знала, что браки, заключенные на такой основе, приносят прелестные плоды.
«Прелестные» – именно это слово она использовала довольно часто.
Руан начал сознавать, что стал слишком сильно интересоваться леди Дэлби. Он также понял, что ее любимое слово «прелестно» стало его интриговать.
Что же случилось двадцать лет тому назад, благодаря чему она завоевала ненависть Уэстлина и титул Дэлби?


– Совершенный сумасброд, – сказал Ставертон Анни, своей будущей жене. – Уэстлин обладает талантом причинять неприятности и старательно это практикует.
– Вы же не думаете, что он способен помешать их свадьбе, ведь правда, лорд Ставертон? – тихо спросила Анни.
Они медленно шли по дому Гайда, направляясь за Каро и лордом Эшдоном, задержались в знаменитой розовой гардеробной, а теперь в музыкальной комнате. У Анни сильно болела голова. Ей хотелось домой, выпить шоколада и задушить Каро – именно в таком порядке.
О чем думала Каро, заставив троих мужчин усыпать ее жемчугами да еще во время самого обсуждаемого события года? Определенно, это приключение опозорило девушку и сделало свадьбу, респектабельную свадьбу, совершенно невозможной. Теперь нет никакой надежды, что лорд Уэстлин благословит их союз, а какой наследник рискнет ослушаться своего отца? О, лорд Эшдон теперь далеко, а у Каро не осталось надежды на счастье.
– Думаю, он попытается, – уверенно произнес лорд Ставертон. – И будет очень жаль Каролину, если он этого не сделает. Уэстлин держит Эшдона за горло чрезвычайно крепко, всегда так было, и Эшдон приучен повиноваться его приказам.
Сердце Анни ушло в пятки.
– Но почему он так ненавидит леди Дэлби? Это все из-за нее, правда? Вы знаете, что случилось двадцать лет тому назад, лорд Ставертон?
Ставертон быстро заморгал и громко откашлялся.
– Знаю, но эта история не для большой аудитории, миссис Уоррен. Это все, что я могу сказать. Разве что, добавлю, лорд Уэстлин ведет себя как полный идиот, впрочем, как и всегда!
– А разве не приятно, когда люди ведут себя именно так, как вы ожидаете? – встрял в их разговор без разрешения лорд Даттон, как всегда, неуместно, и Анни добавила еще один пункт к списку его недостатков.
– Если они действуют правильно, тогда да, – ответила она и повернулась к лорду Ставертону, улыбнувшись его неуверенным глазам.
Это были замечательные глаза, светившиеся умом и рассудительностью, совсем не такие, как ярко-голубые глаза лорда Даттона.
– Не знал, что вы поклонник леди Каролины, – обратился лорд Ставертон к Даттону. – Полагаю, вы отвергнуты и она вернула вам ваше ожерелье?
– Разве я похож на отвергнутого, лорд Ставертон? – тихо произнес Даттон и повернулся к Анни.
Анни отвела взгляд и стала любоваться великолепной хрустальной люстрой на потолке музыкальной комнаты. Она сверкала, будто лед, почти как голубые глаза лорда Даттона.
Анни ненавидела лед.
– Я заметил, что любая женщина, какой бы искусницей и красавицей ни была, очень похожа на всех остальных женщин. Бы со мной согласны? – продолжал лорд Даттон.
– Конечно, не согласен, – фыркнул Ставертон, искоса взглянув на Анни. Она улыбнулась ему в ответ и слегка пожала плечами. – И нахожу ваши слова в этой компании совершенно непристойными.
– О, полагаю, миссис Уоррен, женщина, обладающая собственными талантами, таинственного происхождения, согласится со мной. Возможно, она даже прибавит, судя по своему опыту, что мужчины тоже сильно похожи друг на друга.
Ставертон постучал о пол тростью с золотым набалдашником, заставив человек двадцать замолчать и посмотреть на них. Именно такое внимание Анни ненавидела, и снова его виновником был Даттон. Возможно, Каро была менее повинна в событиях этого вечера, чем она полагала. В конце концов, именно лорд Даттон напрямую отвечал за их поражение в доме Гайдов. Этот человек постоянно привлекал ненужное внимание.
– Не допущу этого! – рассвирепел Ставертон. – Сэр, я бы не стал разговаривать в подобном тоне с уважаемой женщиной, которая станет моей женой.
– Все хорошо, лорд Ставертон, – тихо произнесла Анни, положив руку ему на рукав. – По своему неприятному опыту знаю, что лорду Даттону недостает самообладания и самых простейших навыков достойного поведения. Похоже, он не может справиться с этим самостоятельно, поэтому нам следует показать ему, что такое вежливость и терпимость.
– Замуж? – удивился Даттон, уставившись на нее. – Вы выходите замуж?
– Да. – Анни наслаждалась удивленным выражением лица Даттона, шоком, который погасил его бесстыдные голубые глаза.
– И когда же?
– Сегодня вечером, хотя вас это совершенно не касается, – сообщил Ставертон.
Даттону потребовалось время, чтобы собраться, расправить плечи и поднять голову.
– Вам не стоит об этом беспокоиться. – Он достал из кармана длинное жемчужное ожерелье и протянул его Анни. Жемчуг засиял в свете канделябров мягким белым светом.
– Вы размахиваете жемчужным ожерельем перед каждой женщиной? – спросил Ставертон. – Какое-нибудь пари, заключенное в клубе «Уайтс», не так ли?
– Нет, – жестко произнес Даттон, глядя на Анни, и голубые глаза его стали как зимнее море. – Не пари.
– Лучше бы это было какое-нибудь пари, иначе я… – произнес Ставертон.
– Это не пари. – Анни прервала Ставертона. – Это просто шутка. Шутка, которую лорд Даттон начал вчера в салоне леди Дэлби. Это слишком затянувшаяся шутка, не так ли, лорд Даттон?
– Да, – проговорил Даттон. – Прошу прощения, лорд Ставертон, миссис Уоррен, мне пора. Шутка оказалась плоской. Желаю вам счастья. – С этими словами он поклонился и покинул их, зажав в кулаке жемчужное ожерелье.
– Бедный Даттон, – пожалела София, выйдя к ним откуда-то из-за арфы. – Редко случается, чтобы мужчина никак не мог избавиться от жемчужного ожерелья.
– Действительно, бедный Даттон, – повторил Ставертон. – У него такие неприятные шутки. Удивительно, что с ним вообще кто-то разговаривает.
– Да, удивительно, – вздохнула София, спокойно глядя на Анни. – Что ты думаешь, Анни, об успехе Даттона в обществе, потому что он, несомненно, самый желанный гость везде?
Анни проглотила ком в горле и ответила:
– Очень просто, леди Дэлби, он и титулован, и удобен. Это все, что нужно мужчине, не так ли?
София тихонько засмеялась.
– Конечно, это все, что я требую от мужчины. Но если от мужчины требуется только это, что же требуется от женщины? На этот вопрос лучше ответить вам, лорд Ставертон.
– Очень глупая шутка, София, – заворчал тот. – Не понимаю, что нашло на всех сегодня.
– Возможно, это от изобилия жемчуга, – улыбнулась София. – Как женщине не прийти в смятение в таких условиях? Но скажите нам, лорд Ставертон, поддержите шутку, последнюю за сегодняшний вечер. Что нужно мужчине?
– Возможно, – неохотно произнес он, – спокойный характер.
София засмеялась и похлопала лорда Ставертона по руке.
– Вы уверены, Ставей? Тогда я совершенно не в счет, потому что никто никогда не воспринимал меня как спокойную женщину.
– Возможно, более подходит слово «любезная», – поправился он. – Я хочу сказать, что мужчинам нравятся женщины… приятные.
София подняла черную бровь и улыбнулась ему.
– Тогда в лице Анни вы сделали превосходный выбор, потому что она самая приятная женщина среди моих знакомых, хотя должна предупредить вас, она едва ли спокойная.
Анни стояла тихо, давая возможность Софии и лорду Ставертону поиздеваться над ней. Они были старыми друзьями, и их отношения устраивали обоих. Она надеялась, что в этот момент выглядит совершенно спокойной.
– В этом я с вами не соглашусь, София. Потому что стоит только взглянуть на прекрасное лицо миссис Уоррен, чтобы увидеть милое умиротворение и очарование этой женщины.
Это был очень милый комплимент, и Анни улыбнулась от его теплоты.
Но тут София произнесла:
– Советую спросить лорда Даттона, находит ли он Анни спокойной. Подозреваю, что он вызвал у нее гнев каким-то своим поступком.
Анни с ужасом посмотрела на Софию. Что это такое? София собиралась испортить отношения со Ставертоном, втянув в историю Даттона? Но как София догадалась о поцелуе Даттона? Она же ничего ей об этом не говорила.
– Что такое, миссис Уоррен? – спросил Ставертон, покровительственно обняв ее за талию. – Он вас оскорбил?
– Нет, – ответила Анни. – Не совсем.
– Почти уверена, что лорд Даттон будет утверждать, что сделал ей комплимент, – сказала София, сочувственно глядя на Анни. Анни вдруг ужасно захотелось убить Софию. Как это не похоже на нее. – Но мы все знаем, как странно он смотрит на многие вещи.
– Он делал предложения, – важно произнес лорд Ставертон.
– Он делал ошибки, – тихо поправила его Анни. Ей захотелось, чтобы Каро все еще находилась в доме Гайда, являясь хорошим запалом для любого скандала.
Какая ужасная мысль! Она даже содрогнулась.
– Как мило ты это сказала, дорогая Анни, – заметила София. – Конечно, одинокая женщина в жестоком мире… мы привыкаем к подобным… приключениям, не так ли, Анни?
– Хотите сказать, что он… преследовал ее? – спросил Ставертон.
– Кто посмеет обвинить бедного Даттона? – заговорщически произнесла София. – Анни красивая молодая вдова, к тому же без детей. Не уверена, что он намеревался жениться. Он упоминал, что хочет жениться на тебе, Анни? Он достойный мужчина и такая же вдова… Конечно, в этом есть резон, не так ли? В любом случае, кто посмеет его обвинить?
София закончила речь, широко и радостно улыбнувшись. Анни было не до улыбок, тем более радостных.
– Я могу обвинить его, и я его обвиняю, – сказал Ставертон.
– И вы должны это сделать, – поддержала его София. – Как человек, за которого Анни согласилась выйти замуж, вы имеете все права. Конечно, у вас есть выбор, но на вашем месте, Ставей, я бы женилась на Анни незамедлительно. Это остановило бы беднягу и прекратило бы всякие сплетни, которые могли бы появиться. Женитесь на Анни, и вы спасете ее от его недостойного ухаживания. Анни, ты принимала ухаживания, лорда Даттона? – ласково спросила София.
Теперь пистолеты начала перебирать Анни.
– Нет, – возмущенно произнесла она. – Никогда.
– Конечно нет, – согласилась София. – Что лишь подтверждает, как сильно заблуждается бедный Даттон. Он не способен отличить заинтересованную вдову от незаинтересованной. Да, Ставей, вам действительно надо жениться на Анни немедленно. Вы должны это сделать, чтобы спасти Даттона от него самого.
И тогда Анни поняла, что София пыталась спасти не Даттона – она спасала Анни от лорда Даттона.


– То жемчужное ожерелье принадлежало моей маме, и она хранила его для меня, – сказала Луиза Кирклэнд. – Его нельзя было ни продать, ни передать лорду Даттону, чтобы он подарил его Каролине Тревелиан. Не знаю, о чем думал мой отец.
– Интересно, почему он это сделал?
Амелия Кавершем следила взглядом за Даттоном, когда он покидал лорда Ставертона и миссис Уоррен, направляясь к герцогу Кэлборну в дальнем углу голубой приемной. Амелия никогда прежде не была на приеме, где люди не хотели расходиться. Определенно, это должно было стать самым забавным событием светской жизни.
– Думаю, это очевидно, – сурово произнесла Луиза. Амелия улыбнулась, искоса посмотрев на кузину.
Луиза всегда была упрямой, но характер ее стал таким неуравновешенным с того момента, когда она увлеклась этим дьяволом – лордом Даттоном. В Лондоне этим страдала не только она. И, насколько понимала Амелия, лекарства от этого не было. Почти каждую ночь она благодарила Бога за то, что обаяние лорда Даттона на нее совершенно не действовало. Конечно, ее защищенность могла возникнуть в результате постоянного созерцания страданий Луизы из-за его невнимания к ней. Такое средство было самым надежным.
– Для меня абсолютно очевидно, – сказала Амелия, – что лорд Даттон до сегодняшнего вечера уделял леди Каролине внимания не больше, чем… – Она готова была произнести «тебе», но промолчала. Бедной Луизе и так было нелегко, – чем кому бы то ни было. Думаю, у него в голове был кто-то другой или что-то другое, когда он дарил ожерелье.
– Мое ожерелье, – уточнила Луиза.
– Оно больше не твое. – Когда Луиза открыла рот, чтобы возразить, Амелия поспешно произнесла: – Луиза, а ты не задумалась, почему лорд Даттон, который никогда прежде не смотрел на Каролину Тревелиан, разве что здороваясь и прощаясь, вдруг ни с того ни с сего подарил ей жемчужное ожерелье? Не кажется ли тебе странным, что трое джентльменов за один вечер сделали одно и то же?
– Возможно, она попросила у них ожерелье, вот и все, – всхлипнула Луиза. – Амелия, тут никакой тайны нет. У нее хватило наглости попросить жемчужное ожерелье, и ее просто засыпали жемчугом. Совсем как ее мать, правда? Слышала, что у леди Дэлби было что-то похожее с сапфирами. Дочь такая же, как мать.
– Хочешь сказать, – тихо произнесла Амелия, глядя, как леди Дэлби смеялась вместе с миссис Уоррен и лордом Ставертоном, которые, по слухам, договорились о свадьбе, – что женщине надо только попросить то, что она хочет? И тогда она это получит?
Рыжеволосая Луиза резко повернулась и уставилась на Амелию, а та уставилась на нее. Неужели это так просто?


– Все так просто, лорд Уэстлин, – проговорил лорд Руан. – Лорд Эшдон сказал, что женится на ней. В конце концов он ее опозорил. Что вы от него хотите?
– Я ему отомщу, вот что, – сказал Уэстлин.
– Конечно, это касается только вас двоих, – мягко произнес Руан. – Позвольте только сказать, каковы его намерения. По всему видно, что он, кажется, готов сдержать свое слово.
– Полагаете, что он не сдержит слова?
– Ничего я не полагаю. Я лишь информирую вас о поведении вашего сына согласно нашей договоренности. А теперь, надеюсь, я выполнил свою часть нашего договора. Будьте любезны прислать бумаги на собственность ко мне домой завтра в полдень, если это время вас устраивает.
Его совершенно не волновало, что кого устраивает. Руану очень хотелось поскорее закончить с графом Уэстлином. Чем больше времени он проводил в его обществе, тем больше восхищался Софией, умевшей каким-то образом общаться с ним, и все более удивлялся тому, что Уэстлину удалось привлечь к себе внимание, без сомнения, самой восхитительной женщины, которую он когда-либо встречал. Неудивительно, что этот союз завершился взрывом, от которого лондонское общество сотрясалось до сих пор. Ему было ясно, и тем более должно быть ясно Софии, что Уэстлин не придумал ничего лучше, как использовать собственного сына для мести ее дочери.
Для обычного сумасшедшего этого было бы достаточно, но в случае с лордом Уэстлином необходимо рассчитывать на самую крайнюю степень сумасшествия.
– Лорд Уэстлин? – Руан дожимал.
Они стояли в углу голубой приемной в окружении людей, обсуждающих леди Дэлби, леди Каролину, лорда Эшдона, лорда Даттона и лорда Генри Блейксли. Руан предположил, что они обсуждали и его, но его это нисколько не волновало.
– Да, полагаю, что вы правы, – заворчал Уэстлин. – Хотя я надеялся, что вы подождете до конца сезона.
– Судьба редко учитывает наши предпочтения.
– Завтра в полдень мне не совсем удобно. – Руан догадался, что ему действительно неудобно, поскольку Уэстлину в полдень, возможно, придется быть на свадьбе сына. – Давайте договоримся на пятницу, если не возражаете. К тому времени бумаги будут готовы.
– Тогда в пятницу, – согласился Руан, отходя на шаг от Уэстлина и, как он надеялся, от сплетен про него. Он заметил, что за последние несколько минут леди Дэлби не один раз бросила на него холодный взгляд.
– Должен признать, что я доволен, лорд Руан. Я почти ожидал, что вы спросите то, что хочет знать каждый. Вы, должно быть, заключили, что в мой план относительно Эшдона входит София Дэлби и ее черноволосая дочь, так же как и вы, хотя и косвенно.
– Вообще-то, лорд Уэстлин, – произнес Руан приятным голосом, – я предпочитаю жить своей жизнью в сторонке и признаю, что жизнь мужчины – его личное дело. До свидания, сэр. – Он слегка поклонился и оставил Уэстлина в его углу.
Конечно, ему хотелось узнать, что связывало Софию и Уэстлина, но он не желал слушать версию Уэстлина. Руан предпочитал взгляд со стороны, это давало ясное и непредвзятое отношение к событиям.
Руан нарочно прошел мимо Софии и лорда Ставертона, когда уходил. София старательно проигнорировала его. Руан улыбнулся, надевая шляпу. Только женщина, сильно чувствующая мужчину, может позволить себе полностью проигнорировать его.
Теперь, возможно, он сумеет что-то сделать, чтобы спасти Софию от лорда Уэстлина. Если честно, она не похожа на женщину, которая нуждается в том, чтобы ее спасали. Он подозревал, что у него будет достаточно времени попытаться это сделать.




Предыдущая страницаСледующая страница

Ваши комментарии
к роману Дочь куртизанки - Дэйн Клаудиа



100 из 10rnИз за Софии
Дочь куртизанки - Дэйн КлаудиаА
30.12.2014, 21.00





Не поняла роль фредди. кто он?
Дочь куртизанки - Дэйн КлаудиаMaru
21.01.2015, 22.48





Не поняла роль фредди. кто он?
Дочь куртизанки - Дэйн КлаудиаMaru
21.01.2015, 22.48








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100