Читать онлайн Дочь куртизанки, автора - Дэйн Клаудиа, Раздел - Глава 20 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Дочь куртизанки - Дэйн Клаудиа бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

загрузка...
Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 5.53 (Голосов: 19)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Дочь куртизанки - Дэйн Клаудиа - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Дочь куртизанки - Дэйн Клаудиа - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Дэйн Клаудиа

Дочь куртизанки

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

Глава 20

Ничего больше не оставалось, как покинуть тесный кабинет и предстать перед толпой, заполнившей огромный дом. Софию эта перспектива не пугала, Эшдон казался сдержанным, а у Каро был усталый вид.
В итоге она должна выйти замуж за Эшдона. Но не потому, что его купили для нее, по крайней мере не только потому. Оказывается, он больше ни на ком не хотел жениться.
Он хотел ее, хотел настолько, что бросил вызов собственному отцу, а она знала, что граф Уэстлин не питает к Софии и к ней самой ничего, кроме ненависти. Просто быть ребенком Софии означало быть его врагом, хотя теперь, когда они с Эшдоном собираются пожениться, надо найти способ счастливого или хотя бы мирного сосуществования. Или, на самый худой конец, соблюдать приличия на публике.
Каро только надеялась, что не надо будет делать этого прямо сейчас, то есть необходимо соблюдать приличия. Она лучше подождет, пока они с Эшдоном благополучно поженятся и лорд Уэстлин ничего не сможет сделать, чтобы помешать им. В данный момент, под угрозой скандального крушения всех ее планов, она вообще ни в чем не была уверена.
Однако Эш, положив руку ей на талию, когда они проскользнули тихонько через вестибюль до музыкальной комнаты, вселял в нее уверенность абсолютно во всем.
Она хорошо понимала, что ее мысли нелогичны и странны. Она также не сомневалась, что прежде у нее никогда не было таких мыслей. Вот как действовал на нее Эшдон. Она просто потеряла голову, и, что самое главное, ей это было все равно.
Она ему нравилась. Она даже осмелилась подумать, что он был страстно влюблен в нее или хотя бы в ее грудь. Она догадывалась, что после кормилицы ему довелось увидеть не одну пару женских грудей и что он разбирался в том, что ему нравится. Ему нравилась она. В этом она не сомневалась.
Пожалуй, стоит еще раз обнажить свою грудь, и как можно скорее. Вполне возможно, что вопреки всякой логике отец заставит Эша сделать самое ужасное: бросить ее как-нибудь так, чтобы окончательно опозорить ее. Зная лорда Уэстлина, мама предупредила ее об этом, и сомневаться не было никаких оснований. Следовательно, пребывая в неуверенности и в то же самое время становясь все более уверенной, надо во что бы то ни стало держать Эшдона поближе к своей груди.
Как это было… замечательно. Она все еще трепетала, колени дрожали, дыхание не выровнялось. Это ощущение ей даже нравилось, так же как ей нравилось чувствовать руки Эшдона на себе. Да, корсет должен исчезнуть при первой же возможности.
Каро следила за тем, как он смотрит на нее и на жемчужное ожерелье, которое струилось по ее груди, когда она двигалась. Именно этот взгляд придавал ей уверенности. Она не сомневалась в одном, и только это имело значение: Эшдону нравилось, очень нравилось, как она носит его ожерелье.
Не надо быть дочерью Софии, чтобы понять это.
С уверенностью и маленьким планом в голове Каро вошла в музыкальную комнату, последнюю комнату ассамблеи в доме Гайда.
– Дорогая, как тебе идет этот румянец, – тихонько сказала мама, когда она собиралась попрощаться с хозяйкой дома Молли, герцогиней Гайд. – Определенно, Эшдон влюблен. Что бы ты ни делала, он невероятно наслаждается этим. Что еще остается делать женщине, как не продолжать? – И, засмеявшись и сжав ее руку, София радостно обратилась к Молли, словно ничто другое ее не интересовало: – Ваша светлость, какой замечательный прием, я так рада быть здесь снова.
– Снова? – переспросила Молли. – Без вас гости заснули бы на месте. Можно бесконечно восхищаться золотым деревом, даже если оно надоест. А теперь скажите мне, София, что за дьявольскую историю придумали вы в этом году?
– А что вы слышали? – София улыбнулась.
– Только то, что слышала половина Лондона, – вернула ей улыбку Молли. По слухам, именно ее улыбка завоевала сердце Гайда. Любой, кто думал, что состояние ее отца спасло Гайда от разорения, не смел приблизиться к Молли и уничтожался ее искрометным юмором.
– Что же это такое? – произнесла София, когда они направились в дальний уголок музыкальной комнаты через толпу совершенно свободно, потому что люди перед ними расступались, словно морская пучина перед Моисеем.
– Что ваша дочь отважилась начать жизнь куртизанки со всей грациозностью лебедя, взмывшего в небо, украсив шею тремя жемчужными ожерельями ценою в целое состояние. Почти уверена, что видела похожую пьесу, когда впервые прибыла в Лондон, – сказала Молли, нахмурив лоб. – Конечно, мой сын не участвовал ни в одной пьесе, которую мне доводилось видеть, но он участвовал в вашем спектакле.
– Знаете, как сильно бывают преувеличены слухи, ваша светлость.
– О, вы меня не поняли, София. Если Генри желает дружить с женщиной, то это его выбор. Я просто надеялась, что у него хватит такта не выбирать дочь друзей.
София рассмеялась с таким откровенным удовольствием, что Молли ничего не оставалось, как засмеяться вместе с ней.
– Что вы, он тут ни при чем. У него хватило и такта, и благоразумия, – произнесла София. – По сути, он подарил Каро жемчужное ожерелье, чтобы угодить мне.
– Угодить вам? София, по всем меркам, у вас самый изощренный ум, с каким я когда-либо встречалась. Вы самая элегантная и достойная женщина нашего общества. Вы… – Молли помолчала, – вы просто прелесть.
– Благодарю, ваша светлость. – София склонила голову в знак благодарности.
– А теперь, полагаю, вам наговорили немало комплиментов за эту ночь. Расскажите мне все.
Чего, конечно, София не сделала. Он была не из тех, кто говорит все, но она рассказала Молли достаточно, чтобы та осталась довольна, и разъяснила ей события более чем доходчиво.
– С Уэстлином, должно быть, случился какой-нибудь припадок, – задумчиво проговорила Молли, когда суть дела была изложена. – Меня бы это не удивило.
– Это удивило бы меня. И это все бы испортило. Как можно насладиться местью, когда объект этой мести умирает преждевременно? Тогда теряется весь смысл.
– А он этого заслуживает? – тихо спросила Молли. – Он был так груб с вами.
– Скорее, он был неуклюжим щенком, назойливым и кусачим.
Молли пристально посмотрела на Софию. – Вы слишком далеко зашли в своей мести назойливому щенку.
– Прогулка была очень приятной, – мягко произнесла София. – И Каро просто заслужила Эшдона.
– О да, это отличная партия. Они прекрасно поладят друг с другом. Если удастся взять Уэстлина под каблучок.
– Молли, – прошептала София. – Мы с вами знаем, что любого мужчину можно взять под каблук. Так удобно, что у каждого из них есть поводок, за который весьма удобно их водить.
Молли лукаво усмехнулась:
– Что такого в этих английских девушках? Кажется, они не всегда умеют схватить суть, если вы меня понимаете.
– Молли, вы такая же англичанка, как любая из них.
– В политике – да, но, должно быть, в воздухе колоний есть что-то такое, что-то немного… дикое, что помогает девушкам, рожденным в Америке, видеть вещи и, конечно, мужчин, в правильном свете.
– Это всегда было преимуществом.
– Одно из которых вы передали Каро?
– Можно только надеяться. Но, вижу, что вы справились с лордом Генри точно так же. Он достаточно проницательный для мужчины.
– О да, мне почти жаль девушку, на которой он в итоге женится.
– Я бы не стала беспокоиться за нее. – София, мягко улыбнувшись, оглядела комнату. – Она найдет свой подход.
Надушенный и напудренный, скучающий и ядовитый – вот каков Лондон. София здесь отлично преуспела и ни минуты не сожалела, по крайней мере не вслух. Она совершенно не сожалела по поводу Дэлби и детей, которых он ей подарил. Маркхэм и Каро были ее будущим, и она немало вложила в это будущее.
София привыкла к тому, чтобы ее вложения приносили доход.
– Все еще ходят слухи, что вы дочь обедневшего французского аристократа, – сообщила Молли.
– Как мило.
– Очень. Естественно, я ни слова не сказала, чтобы развеять эти слухи.
София сверху посмотрела на Молли, которая была миниатюрной женщиной.
– Вы не обязаны хранить мои секреты, Молли. Уэстлин, уверена, этого не делает.
– Да, но Уэстлин так решительно и так откровенно настроен против вас, что хочется ему верить.
– Простите меня, – сказала София, – но мне и это кажется очень милым. Как приятно думать, что графа Уэстлина не принимают во внимание, что его мнение и высказывания не вызывают доверия. Совершенно очаровательно.
– Неужели? – улыбнулась Молли. – Но слухи о свадьбе лорда Эшдона и Каро… Можно ли об этом говорить с уверенностью? Если об этом скажу я, то все поверят и у Каро могут возникнуть некоторые проблемы с Эшдоном, не говоря уже о вашем сыне, лорде Дэлби. Девятому графу Дэлби долго придется искать жену и ждать наследника.
Глядя на Каро и Эшдона, стоявших в другом конце комнаты, наблюдая, как прелестно разрумянилась Каро и как неотступно следует за ней Эшдон, София сказала:
– Думаю, что Каро справится с лордом Эшдоном. И даже уверена, что им обоим это понравится.
Молли рассмеялась:
– Тогда она действительно ваша дочь.
– О да, – согласилась София, улыбнувшись и не сводя с Каро глаз. – Она действительно моя дочь.
– Тогда вы не будете возражать, если слухи о вашем происхождении станут более чем просто слухами и легендой? – спросила Молли. – Не хотелось бы говорить неправду, София. Мы, колонисты, должны объединиться против лондонской толпы.
– Молли, вам никогда не требовалось мое разрешение. Вы герцогиня, в конце концов. Что же касается колонистов, разве война началась не по этому поводу? Вы англичанка до мозга костей, что стало началом и концом всей этой кровавой бойни и ненужной истерии по поводу несправедливых налогов.
– А вы, София? – тихо произнесла Молли. – Что будет сказано про ваши кости?
– Только хорошее, надеюсь, – ответила София. – Молли, говорите, что хотите. Моего дорогого Дэлби нет уже семь лет, мои дети хорошо укоренились в английской почве и процветают без особых усилий… Уверена, теперь даже правда не причинит им вреда.
– Моя дорогая София, – скептически улыбнулась Молли, – правда не нужна ни одной женщине. Пусть правда живет где-нибудь в другом месте.
– Не смею с вами спорить. Но, думаю, в этом случае Каро и Эшдону правда не повредит. Давайте посмотрим, где она их настигнет.
– У вас есть какой-то план, какой-нибудь коварный замысел. Мне не дано его понять, но знаю, София, что, если вам захочется раскрыть правду, – Молли слегка пожала плечами, – я буду более чем рада сыграть свою роль. Сезон казался поначалу таким скучным. А теперь стало гораздо интереснее.
– Обещаю, ваша светлость. Будет очень интересно.
– И не только благодаря леди Каролине и лорду Эшдону, – сказала Молли, сделав осторожное движение рукой. – У виконта Таннингтона и Ричборо какой-то оживленный спор за арфой. Надеюсь, они не повредят инструмент. Он только что был настроен. Интересно, о чем это они спорят?
– Мне самой интересно.
Молли заметила ее улыбку и поняла, в чем дело.
– Вы что-то сделали. Что-то с… Ричборо?
– Дорогая Молли, – тихо произнесла София. – Меня готовы обвинить в плохом поведении в отношении каждого мужчины в Лондоне?
– Моя дорогая София, – проговорила Молли. – Это заявление о намерениях?
На это София только шире улыбнулась.


Маркиз Руан, неохотный сообщник лорда Уэстлина, из разговора между Таннингтоном и Ричборо понял, что они оба сильно страдали от чар Софии, и решил обратить внимание на обсуждаемую даму. Она улыбалась, словно кошка над миской с густыми сливками, и ему захотелось улыбнуться вместе с ней.
В этом и состояла главная проблема Софии: она умела заставить мужчин хотеть именно того, чего хотела сама. Опасное мастерство. Рядом с такой женщиной мужчина должен быть настороже. Настороже и… все же заинтересован.
Это была интригующая женщина, и ее сила распространялась гораздо дальше ее сияющей красоты. Она была высока и стройна, с белоснежной кожей, гладкой и безупречной. Изгиб ее черных бровей и высокая переносица ее тонкого носика, полные алые губы и деликатный подбородок – все говорило о ее аристократическом происхождении. У нее была совершенно французская внешность, хотя причиной этому мог быть изысканный покрой ее белого муслинового платья, а не волнистые черные волосы и сияющие черные глаза.
Именно выражение этих темных глаз делало ее более чем красавицей. София выглядела так, словно ее глаза хранили секреты веков, и тайны мира казались ей чрезвычайно забавными. И интригующими.
Он обязательно должен взглянуть на нее поближе.
Руан проскользнул через огромную толпу в музыкальной комнате, которая, казалось, собралась только ради того, чтобы поглазеть на леди Дэлби и ее привлекательную дочь, леди Каролину. Он подозревал, что леди Дэлби вполне привыкла собирать вокруг себя толпы людей, и догадался, что ей это очень нравится.
Лорд Руан остановился перед герцогиней Гайд и графиней Дэлби, элегантно поклонившись им. Это было уместное приветствие хозяйке дома: тогда Молли сможет представить его Софии. Просто и аккуратно.
Случилось именно так, как он планировал, по крайней мере знакомство. Но, несмотря на удачное начало, события стали развиваться в неожиданном направлении.
– Мы никогда не встречались, лорд Руан, но мне кажется, что я вас знаю, – сообщила София, после того как он высказал свои любезности герцогине Гайд по поводу прекрасных новых обоев и Молли ответила ему комплиментом в адрес превосходной пары серых лошадей, которых он купил на прошлой неделе. Не успел он набрать воздуха, чтобы ответить леди Дэлби безобидным замечанием, что в какой-то степени все люди светского общества должны знать друг друга, как она продолжила: – Не сомневаюсь, это потому, что вы следовали за мной очень близко и так робко, поджидая подходящий момент. Вы должны учиться быть более решительным. Лорд Руан, мужчина ваших лет и положения просто не должен прятаться по углам, глядя оттуда во все глаза и проглотив язык.
Он просто онемел. Недвусмысленный кашель Молли, которым она прикрыла почти девчоночью усмешку, изменил все его ожидания. София была женщиной, которая требовала, чтобы все ожидания были связаны со встречей с ней.
– Прошу прощения, леди Дэлби, – извинился он. – Теперь, когда я знаю, что вы предпочитаете, я молчать не буду.
Молли ахнула так громко, что подавилась. София не ахнула, не подавилась. Она вздернула подбородок и оглядела его. Он позволил ей рассмотреть себя. На самом деле ему это очень понравилось. Он позволил молчанию, во время которого они изучали друг друга, тянуться до тех пор, пока у Молли Гайд не покраснела шея, и только тогда произнес:
– А теперь, леди Дэлби, во все глаза смотрите на меня вы.
– И вы предпочитаете именно это, лорд Руан? – спросила София вежливо.
– Леди Дэлби, желаете узнать мои предпочтения? Я польщен.
– Лорд Руан, вас легко обольстить.
– Леди Дэлби, женщине, которая умеет говорить, завоевать меня нетрудно.
Он испугался, что Молли Гайд упадет в обморок. Софии это не грозило.
– Но, лорд Руан. – Она с холодной улыбкой медленно покачала головой. – Вы должны простить меня. – Ему ничего не оставалось, как поклониться в знак согласия. – Ваш взгляд последует за мной, лорд Руан? – прошептала она, проходя мимо него.
София сделала ровно четыре шага, повернула голову и посмотрела на него пристально через обнаженное белоснежное плечо. Несколько черных локонов живописно скользнуло по ее спине. Его взгляд последовал за ними – как могло быть иначе? Их глаза встретились. Она улыбнулась, отвернулась и ушла. Он смотрел ей вслед, пока она не скрылась в толпе.




Предыдущая страницаСледующая страница

Ваши комментарии
к роману Дочь куртизанки - Дэйн Клаудиа



100 из 10rnИз за Софии
Дочь куртизанки - Дэйн КлаудиаА
30.12.2014, 21.00





Не поняла роль фредди. кто он?
Дочь куртизанки - Дэйн КлаудиаMaru
21.01.2015, 22.48





Не поняла роль фредди. кто он?
Дочь куртизанки - Дэйн КлаудиаMaru
21.01.2015, 22.48








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100