Читать онлайн Дар, автора - Дуглас Кирк, Раздел - Глава XI в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Дар - Дуглас Кирк бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 9.42 (Голосов: 12)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Дар - Дуглас Кирк - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Дар - Дуглас Кирк - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Дуглас Кирк

Дар

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

Глава XI

ЛОНДОН
Патриция чувствовала себя жалкой и беспомощной, она словно бы затерялась на гигантской – королевских габаритов – кровати, которая, в свою очередь, затерялась в похожей на пещеру анфиладе комнат, представляющих собой гостиничный номер Стоунхэмов в отеле «Кларидж». Прибыв сюда, она с разочарованием узнала о том, что миссис Спербер сейчас нет в городе, – она испытала еще более глубокое одиночество из-за того, что ее единственная добрая знакомая во всем этом огромном городе куда-то уехала. А если так, то что она сама здесь делает? Почему она не отправилась прямо домой, как и собиралась?
Собрав воедино все оставшиеся силы, Патриция попыталась поразмышлять о чем-нибудь приятном. Она поглядела на пасмурное небо, представила себе папочку, взбирающегося туда по лестнице, держа в руке звезду. Вообразила, будто она сама съежилась в комочек где-нибудь на краю звезды – а отец несет ее все выше и выше в небо, и все ее проблемы остаются далеко внизу. После этого она немного успокоилась и решила поспать.
Но прекрасные образы, погрузившись в которые, она засыпала, почти сразу же исказились и превратились в кошмар. Небо в этом кошмаре, правда, тоже присутствовало… и лестница… и силуэт поднимающегося человека… но когда он обернулся, она поняла, что это не папочка. С лестницы на нее глядел Дж. Л. И со злобной ухмылкой он принялся срывать с неба одну звезду за другой.
Она проснулась в холодном поту. Поднявшись с постели, приняла душ и позвонила, чтобы ей подали кофе. Ей хотелось, чтобы голова у нее стала ясной прежде, чем она совершит то, что собирается совершить.
Проникнувшись решимостью, она села за письменный стол и взяла авторучку. Разгладила листок фирменной гостиничной бумаги. «Дорогой Мигель», – начала она. И тут же вычеркнула написанное. «Дорогой мистер Кардига». Нет, тоже не то. Слова «дорогой» он не заслуживает. «Мистер Кардига!»
И вот обращение было найдено, оставалось только составить текст письма, но первая фраза ей почему-то никак не давалась. Вместо этого в голову лезли всякие глупости – вроде детских стишков про лошадей. Вздохнув, она положила ручку на стол и поднялась с места.
Патриция принялась мерять шагами спальню, знакомое чувство беспомощности охватило ее вновь, – выходит, она не в состоянии написать элементарное письмо! Она вновь села за стол, попыталась было сосредоточиться, но тут се отвлек пронзительный звон телефона.
– Миссис Спербер! А я-то думала, что вы в отъезде.
– Я возвратилась вчера вечером – и нашла вашу записку у себя на столе. – В голосе у миссис Спербер, всегда по-британски сдержанной, на этот раз звучали нотки истинной радости. – Мне не терпится повидаться с вами, дорогая.
– Вы даже не можете себе представить, как я по вам соскучилась, миссис Спербер. В совете вас заменил какой-то совершенно чудовищный тип. Так что теперь они принимают все решения единогласно – и все направлены против меня.
– Ах вы, бедняжка. А я-то надеялась, что ваш предстоящий брак положит конец отвратительному опекунству совета.
– Но я… я разорвала помолвку… Мне нужно столько рассказать вам.
– За ланчем? Скажем, в час?
– Вот и прекрасно! А где мы встретимся?
– В моем любимом ресторане – «Бар у Гарри».
– Это паб? – удивилась Патриция.
– Нет, что вы. Под этим плебейским названием скрывается вполне респектабельное заведение.
Патриция повесила трубку. Сейчас она уже чувствовала себя заметно лучше. Миссис Спербер во всех делах брала ее сторону. И Патриция с удовольствием предвкушала совместный ланч.
Перед тем, как одеться, она вновь уселась за стол, перевела дыхание, – и на этот раз перо побежало по бумаге словно само собой.


«Мистер Кардига! Я сожалею, что обстоятельства заставили меня так скоропалительно уехать, но я разочарована вашим решением расторгнуть наше соглашение, даже не поговорив со мной, и забрать себе моего коня. Я такого от вас не ожидала».


Уже выходя из гостиницы, она попросила швейцара отправить письмо.
Усевшись за угловой столик в «Баре у Гарри», Патриция почти не прикасалась к еде – ей надо было отвести душу и рассказать все о Томе. С неподражаемо английской сдержанностью миссис Спербер не издавала ни охов, ни ахов, но внимательно и невозмутимо слушала.
– Миссис Спербер, вы даже не можете себе представить, как мне хотелось превратить собственную жизнь в нечто, достойное уважения! И я не сомневалась. В том, что с его помощью мне удалось бы этого добиться.
– Чтобы превратить свою жизнь в нечто, достойное уважения, вовсе не обязательно прибегать к помощи мужчины, – криво усмехнулась миссис Спербер. – Но я понимаю ваши чувства. Когда умер мой муж, я испытала сходное ощущение собственной беспомощности.
– И как же вам удалось с этим справиться?
– Я обнаружила, что многим другим людям приходится еще хуже, чем мне. Мне надоело жалеть самое себя и я ушла в работу.
– Да, но вы любите бизнес, а я его терпеть не могу.
– Откуда вы знаете?
– Ну как же… Я чувствую себя так неуютно в офисах… – Взгляд Патриции механически блуждал по висящим на стенах гравюрам Арно; прямо у нее за спиной висела гравюра, изображающая маленького грустного мальчика в одежде не по росту – он уставился на паука, ползущего по тротуару. Подпись гласила «Весна в большом городе». – Я ведь по натуре простая деревенская девушка… хотя мне и хочется совершить что-нибудь такое, что помогло бы людям, по-настоящему помогло.
Миссис Спербер медленно покачала головой.
– Моя дорогая, вы помогаете людям каждый раз, когда пишете свое имя на листе бумаги.
– Что вы имеете в виду?
– А приходилось ли вам хоть раз прочитать то, что вы подписываете? А приходилось ли бывать на собраниях акционеров? Там бы вы смогли понять такое, что члены совета директоров предпочитают вам не рассказывать.
– Ну, например, что?
– Ну, например, – ваша подпись под определенными документами привела к переводу нашей фабрики инсектицидов в Ногалес. Это, знаете ли, в Мексике.
– А у нас есть фабрика инсектицидов?
– Есть. Одно из самых высокодоходных предприятий во всей корпорации – и самое постыдное.
– Постыдное?
– Да, постыдное. Мексиканским рабочим платят по пятьдесят пять центов в час без каких бы то ни было надбавок; их не готовят к обращению с ядохимикатами, не выдают им спецодежду… Руководство компании не тратит денег на дорогие очистные сооружения – токсические отходы просто-напросто сливают в реку Санта-Крус.
– Но как же им такое позволяют?
– Мексиканские власти смотрят на это сквозь пальцы, потому что компания инвестирует в страну миллионы долларов.
– Это чудовищно!
– А Хорейс Коулмен в таком восторге из-за низких побочных расходов, что он планирует перевести в Ногалес все наши вредные производства.
– И ему это удастся?
– Если вы подпишите, удастся. Миссис Спербер глотнула кофе.
– Так вы мне советуете не подписывать эти бумаги? Взять да отказаться?
– Моя дорогая. – В ее голосе послышалась известная растерянность. – Компания-то принадлежит вам.
Патриция закусила губу. Нахмурившись, она медленно и мягко произнесла:
– Миссис Спербер, но мне не нужна эта компания. Или вы в состоянии представить себе, как я вступаю в деловой спор с дядей Хорейсом?
– Отчего же, вполне могу! Мне кажется, что вы – при всей вашей нынешней незащищенности – куда сильнее, чем сами об этом догадываетесь.
– Я совсем недавно собиралась раздать все свои деньги. И Том должен был подсказать мне, кому именно их раздать. Но сейчас с этим покончено.
– И все-таки поразмыслите над тем, что я вам сказала. У вас есть реальная власть, не забывайте об этом.
Патриция не знала, что на это ответить. Со всех сторон, из-за соседних столиков, до нее доносились обрывки беззаботной болтовни, сама же она была готова расплакаться из-за своей непосильной ноши.
Миссис Спербер погладила ее по руке, потом встала из-за столика.
– Поговорим об этом поподробней в другой раз. А сейчас позвольте помочь вам в ваших покупках.
– Нет, благодарю вас, миссис Спербер. Я ничего не собираюсь покупать.
Они вышли из ресторана, но когда водитель открыл уже дверцу машины, Патриция замешкалась с прощаньем.
– В чем дело? – спросила миссис Спербер.
– А разве мы не можем вернуться в гостиницу пешком?
– Ну, разумеется. Это превосходная мысль. Вдоль по Маунт-стрит чудесные лавки.
Патриция припустилась быстрым шагом, искренне надеясь на то, что они не заглянут ни в одну из «чудесных» лавок. Она терпеть не могла делать покупки.
И вдруг она остановилась и затаила дыхание.
В витрине художественной галереи прямо перед нею была выставлена картина маслом, на которой был изображен изумительно красивый серый конь – если не считать, конечно, что торс и лицо у него были человеческие, причем лицо обладало портретным сходством с лицом отца Патриции.
– В чем дело, дорогая?
Подойдя к витрине поближе, Патриция почувствовала, что у нее начинает кружиться голова.
Она едва расслышала слова миссис Спербер:
– С вами все в порядке?
– Да-да, – пробормотала она, уставясь в отцовские глаза на портрете. – Я хочу эту картину.
– Что ж, зайдемте и купим ее.
И внутри помещение галереи оказалось увешено впечатляющими полотнами. К двум посетительницам приблизилась властная матрона.
– Что вам угодно? – осведомилась она.
– Картину, выставленную в окне, – пролепетала Патриция.
– Ах да, «Сатира».
– Мне бы хотелось купить его.
– Весьма сожалею, но эта картина не продается.
– Но она выставлена на витрине, – вмешалась миссис Спербер.
– Да… Но она принадлежит леди Макфэдден.
– Леди Макфэдден?
– Это владелица галереи. К тому же, она сама – художница.
– Художница, не желающая продавать свои работы? – попробовала нажать на продавщицу миссис Спербер.
– Ну, почему же. Она продает их все. – И матрона плавным взмахом руки показала на картины, развешенные по стенам. – Но только не эту, что в окне.
– Но, может быть, – не унималась миссис Спербер, – еще никто не предложил ей достойную цену.
– Ее светлость уже отвергла множество предложений.
– Тогда почему же картина выставлена в витрине? Матрона снисходительно посмотрела на них обеих.
– Эта картина, судя по всему, привлекает в галерею серьезную клиентуру.
– Мадам, – кротко начала Патриция. – А все-таки нельзя ли…
– Мисс Тиндли, в чем проблема? – послышался голос из глубины галереи.
Обернувшись на звук голоса, они увидели молодую женщину в черном приталенном костюме и в высокой шляпе с пером того же цвета. Трудно было определить, сколько ей все-таки лет – круглые щеки и розовая кожа наводили на мысль о девическом возрасте, тогда как большие темные – подчеркнуто черные – глаза были глазами зрелой, самоуверенной, возможно, высокомерной дамы.
– Никаких проблем, ваша светлость… просто кое-кому захотелось приобрести «Сатира».
– Я польщена, но почему бы вам не показать посетительницам и другие мои работы.
В ее разговоре чувствовался легкий акцент, что свидетельствовало об иностранном происхождении.
– Нет, вы не поняли, – вырвалось у Патриции. – Это же мой отец!
Взор леди Макфэдден буквально пронзил ее насквозь.
– Значит, вы Патриция Деннисон.
– Да, это так… Но откуда…
– Я так и думала, что когда-нибудь вы появитесь. – Вы так думали? – пробормотала Патриция. Леди Макфэдден подала ей руку.
– Меня зовут Люба.
ЛИССАБОН
Мигель щелкнул длинным бичом по арене с такой силой, что из-за спины у пухлой юной француженки, неуклюже сидящей в седле, в воздух поднялись клубы пыли. В другом конце круга Пауло ехал бок о бок с одной из наиболее способных учениц. Упрямый старый черт позволил ему работать с Ультимато, готовя его к участию в бое быков, только по воскресеньям. Конь хорошо проходил испытания с механической имитацией быка, но сейчас его надо было проверить на чем-то более серьезном – на «маленькой сексуальной телке», принадлежащей Эмилио. Черт побери, здесь Мигель ощущал себя просто узником.
– Еще раз! – рявкнул он на обескураженную девицу.
Он осознавал, что ведет себя жестоко, но ничего поделать с собою не мог, с гневом обрушиваясь на все и вся, что попадалось ему под руку. Дополнительной солью на раны стало письмо Патриции, полученное им нынешним утром. Как он мог настолько ошибаться относительно нее – она казалась ему такой приятной, такой чувствительной, такой восприимчивой к чужой боли. Надо же было быть таким идиотом – увлечься ею! А она прогнала его, как дурного конюха. А теперь написала ему письмо, в котором практически назвала его конокрадом!
– Еще раз! – рявкнул он.
И вдруг он услышал у себя за спиной истошный крик. Студентка, скакавшая вместе с его отцом, выпустив поводья и зажав рот руками, в ужасе смотрела на Пауло, а тот, скрючившись, бессильно поник в седле.
Мигель подбежал к отцу как раз вовремя, чтобы подхватить его, – тот уже падал с испугавшейся лошади.
– Филипе! – крикнул он. – Позови доктора Брагу! Он донес бесчувственное тело Пауло до скамьи. Старик дышал быстро, хрипло и прерывисто.
– Мигель…
Отец, оказывается, был в сознании.
– Лежи тихо, попробуй расслабиться, – уговаривал его Мигель.
Вяло улыбнувшись, Пауло вновь закрыл глаза. Но к тому времени, как появился доктор, он уже был готов настаивать на том, что с ним все в порядке. Громко протестуя против врачебного вмешательства, он в конце концов позволил доктору сосчитать себе пульс и послушать сердце.
– Что ж, местр. – Доктор отложил в сторону стетоскоп. – Кровь течет, сердце бьется.
– Тогда я продолжу прерванное занятие.
– Не так сразу, не так сразу. – Доктор предостерегающе поднял руку. – Я настаиваю на том, чтобы вы сейчас же легли в постель.
Мигель бросил взгляд на обветренное, испитое лицо Пауло. Отцовская бравада закончилась и он безропотно позволил сыну снять с него сапоги для верховой езды. Он согласился лечь в постель, правда, только при том условии, что расписание занятий в учебном центре не будет нарушено. Затем помахал всем рукой и удалился к себе.
Каким хрупким он сейчас кажется, подумал Мигель. Неужели это тот самый человек, который некогда отхлестал его плеткой? Тот самый человек, который занес скипетр своего неодобрения над всей жизнью Мигеля? Его власть, его способность унижать внезапно сошли на нет.
Мигель поспешил за врачом.
– Доктор Брага, что вы обо всем этом скажете?
– Возможно, просто нелады с пищеварением… или, скажем, язва… но, мне кажется, эти симптомы свидетельствуют о более серьезном заболевании.
– Каком например?
– Прежде чем ответить на этот вопрос, мне необходимо провести более тщательные исследования. Проследите, чтобы он провел в постели пару дней и хорошенько отдохнул, а потом мы положим его в больницу и сделаем анализы.
ЛОНДОН
– Ах да, мисс Деннисон, миледи ожидает вас. Круглолицая ирландская служанка провела Патрицию в заставленную предметами старины приемную элегантного городского особняка лорда и леди Макфэдден, из окон которого открывался вид на сады в Слоан-сквер.
Стены были увешены полотнами, судя по всему, написанными самой Любой. Патриция, оглядевшись по сторонам, принялась с интересом рассматривать их. Затем внезапно встрепенулась. Она узнала силуэт на картине, висевшей над камином. Это был тот же самый силуэт, что и у ее любимого «Звездолаза». Папочка! Она подошла поближе. Мужчина на картине, находясь на залитом лунным светом пляже, обнимал женщину. Медная табличка под картиной гласила: «Любовники из Тройя». Тройя?.. Папочка хотел повезти Патрицию туда – он говорил ей, что это волшебное место…
От размышлений Патрицию отвлек голос Любы:
– Я так рада, что вы пришли. Пожалуйста, присядьте.
Служанка внесла чайный сервиз на серебряном подносе, поставила его на столик и молча удалилась из комнаты.
– Вы бывали в Тройя? – осведомилась Патриция.
– Да. Это чудесное место.
– Мой отец тоже любил Португалию… Он снимал там картину.
– Да, мне это известно.
Голос Любы прозвучал с едва заметной мечтательностью. Она налила чай гостье и себе.
Возникло настороженное молчание. Патриция еще раз бросила взгляд на картину над камином. Разумеется, это она, Люба, изображена там с отцом, это ее руки сжимают его в своих объятиях. «Так что же, он хотел взять меня в Португалию для того, чтобы посетить школу верховой езды Кардиги, как утверждал, или решил избрать меня спутницей в своем паломничестве по местам былой любви?»
– Я любила вашего отца.
Прозвучало это так, словно Люба сумела прочитать ее мысли.
Изумленная Патриция не знала, что ответить. В молчании они попивали чай из изысканных стаффордширских чашек; Патриция изо всех сил старалась не смотреть на картину над камином.
– Ваш отец был главным мужчиной в моей жизни. И он так часто говорил о вас, что у меня ощущение, будто я вас давно и хорошо знаю.
– А что он говорил обо мне?
– Ну… да… он говорил о том, как сильно скучает… о том, как вы любите лошадей… он с нетерпением ждал того времени, когда смог бы вновь съехаться с вами…
– Папочка написал вам… из Триеста… Перед тем, как взошел на борт самолета, улетающего в Швейцарию.
Люба сделала круглые глаза.
– Ради Бога, откуда вам это известно?
– Мне рассказала служащая авиакомпании, отправившая письмо из аэропорта в Триесте.
– Что ж… – Люба сделала глоток. – Вам пришлось немало потрудиться.
– Он, знаете ли, позвонил мне оттуда. И его голос звучал так взволнованно – он говорил, что собирается рассказать мне нечто очень важное. И мне необходимо узнать, что он имел в виду.
Наступила в разговоре еще одна долгая пауза, на протяжении которой взгляд темных глаз Любы буквально пронизывал Патрицию. В конце концов она глубоко вздохнула.
– Это было сугубо личное письмо.
– Ага, вот вы где, курочки! – внезапно прозвучал в комнате сочный мужской голос.
Появился высокий рыхловатый англичанин с румяными щеками и с небольшой плешью, не слишком тщательно скрытой начесанными на нее волосами.
– Это мой муж, – представила его Люба.
Он взял руку Патриции и поцеловал ее на континентальный манер, затем уселся рядом с женой. Люба прильнула к нему.
– Муж и наставник.
Его светлость соизволили громко расхохотаться. – Вот как? А я и не знал.
– Все ты прекрасно знаешь, дорогой, – сказала Люба. Она обернулась к «Любовникам из Тройя». – Это первая картина, которую мне удалось продать. Продала я ее ему.
– Я был в полном отчаянии, – вздохнул лорд. – И был согласен на все, лишь бы затащить ее в постель.
И он рассмеялся еще громче.
Люба игриво запустила в него подушкой.
– Иди одевайся, а то мы опять опоздаем.
– А что мне надеть?
С наигранной серьезностью Люба вытолкала его из комнаты и через плечо пожаловалась Патриции:
– Ах, он такое дитя!
Патриция взяла свою сумочку.
– Понимаю, как вы заняты, и не хочу вас больше задерживать.
Люба проводила ее до вестибюля.
– Патриция, хочу, чтобы вы знали: я о вас часто думала. И я рада, что мне наконец-то удалось свидеться с вами.
– Благодарю вас.
Рука Патриции легла на дверную ручку.
– Жаль, что я не больно-то вам помогла.
– Я рада, что вы уделили мне столько времени… но… мне кажется… я понимаю, письмо сугубо личное, как вы сказали… но это было последнее письмо, написанное отцом… его последние слова… не кажется ли вам, что вы могли бы показать мне это письмо?
Люба заколебалась.
– Ну, что ж… правда, я не помню, куда я его дела… когда выходишь замуж, перестаешь держать старые любовные письма в ящике ночного столика.
Патриция промолчала.
– Разумеется, я не могу отправиться на поиски прямо сейчас… Я и так опаздываю…
– Понятно, – грустно сказала Патриция. – Что ж, я пожалуй, пойду.
– Патриция, вы так молоды и красивы, вам наверняка предстоит испытать в жизни счастье. Желаю вам всего наилучшего.
Дверь особняка захлопнулась за Патрицией. Слезы застилали ей взор. Она споткнулась о бордюр тротуара и едва не упала. Ничего не видя перед собой, она побежала через дорогу в парк. А там, укрывшись под высокой оградой, наплакалась всласть.
Все кончилось. Последняя дорога, ведущая к отцу, закончилась тупиком. Это разбило ей сердце – она так никогда и не узнает, что же он хотел сказать.




Предыдущая страницаСледующая страница

Ваши комментарии
к роману Дар - Дуглас Кирк



прекрасный роман!читать всем!
Дар - Дуглас Кирклюси
17.01.2014, 22.34





Еще не получил книгу
Дар - Дуглас КиркЮлий
29.03.2016, 20.25








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100