Читать онлайн Жажда страсти, автора - Дуглас Энн, Раздел - Глава четырнадцатая в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Жажда страсти - Дуглас Энн бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 6.2 (Голосов: 5)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Жажда страсти - Дуглас Энн - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Жажда страсти - Дуглас Энн - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Дуглас Энн

Жажда страсти

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

Глава четырнадцатая

– Ни один из вас не достоин моей дочери! Ее отец – граф Стенбурн! С ее именем не был связан ни один скандал! Она заслуживает не меньше, чем наследного принца. Как вам обоим не стыдно! Я больше не желаю видеть никого из вас в моем доме. – Леди Стенбурн старалась изо всех сил выглядеть грозной, но ее нижняя губа предательски дрожала.
Бетс, в голове которой был полный сумбур (так мною всего произошло за последние несколько минут, что ей трудно было все сразу переварить), отпустила руку Роба, стоящего перед ней на коленях, и кинулась к матери. Она обняла мать плечи.
– Ну, не надо, мама, – тихо сказала она. – Успокой и Наследный принц, в самом деле! Да он мне в отцы годится и, и у него уже есть жена и… и… ну, ты знаешь.
Лицо леди Стенбурн сморщилось, и она заплакала. Леди Стенбурн тихо рыдала и очень часто сморкалась. Бетс поспешно пыталась ее успокоить, гладя по спине, и смотрела на своих поклонников, пребывавших в разных позах на полу.
– Не подняться ли нам, кузен? – сказал Роб, которому первым удалось обрести самообладание. Он стремительно встал и протянул руку Пертуи, с хмурым видом сидевшему на полу. – Ты, подвезешь меня в своем красивом кабриолете, и мы сможем обсудить наши разногласия по дороге. Вставай, дружище, вставай.
Пертуи оттолкнул руку Роба и осторожно встал, держась за кресло, на котором сидела Бетс. Ущерб, нанесенный его панталонам, был значительный. Это стало всем ясно, когда он наконец поднялся. Шов на правой ноге у колена распоролся примерно на шесть дюймов. Пертуи посмотрел на дыру и побагровел.
– Черт бы тебя побрал, Берлингем! – проревел он. – Все из-за тебя! Никуда ты со мной не поедешь.
– Не припомню, чтобы распарывал твои «невыразимые» штаны, – спокойно проговорил Роб. – Хорошо. Когда мы можем встретиться?
– Никогда!
– Придется взять все в свои руки, – решил Роб. – Леди Элизабет, не могли бы вы оказать нам любезность и попросить Молли принести наши шляпы? Мои руки будут заняты, может, она смогла бы отнести наши шляпы в прекрасный кабриолет мистера Пертуи.
Роб схватил кузена за шиворот, нанося невосполнимый ущерб его галстуку, чтобы вышвырнуть его за дверь. Пертуи вертелся, стараясь добраться до Роба, но Роб был очень ловок. Ему удавалось одновременно избежать попыток Пертуи добраться до него и толкать его к двери. Дамы лишь изумленно наблюдали за происходящим, пока Бетс не очнулась и не вспомнила про шляпы.
– Молли! – крикнула она. – Открой дверь! Быстро!
Молли, подслушивавшая у двери гостиной, быстро распахнула дверь, и Бетс бросилась за шляпами. Она видела, как Роб промаршировал со своим кузеном по ступенькам и направился к экипажу. Сердце ее переполняла гордость. Бетс шла за ним следом со шляпами в руках.
Грум Пертуи в изумлении смотрел на приближавшуюся к нему процессию.
– Послушайте, сэр! Что это вы делаете с хозяином? – с угрозой в голосе спросил он.
– Думаю, у него припадок, – сказал Роб, нахмурившись. – С ним случалось такое раньше?
– Будь ты проклят, Берлингем! Отпусти меня! – закричал Пертуи. Он снова попытался освободиться.
– Он просто голову потерял, – обратился Роб к груму. – Я боюсь за него. Я не уверен, сможете ли вы с ним справиться. Я – его кузен и считаю своим долгом доставить его в сохранности домой. – Он еще крепче схватил Пертуи за воротник и похлопал того по щекам. – Ничего не помогает, – вздохнул он.
Грум внимательно посмотрел на своего хозяина и покачал головой.
– Никогда его таким не видел. Что я должен сделать, сэр?
– Выпусти меня! Чтоб тебя, выпусти меня! – Пертуи был в бешенстве.
– Не обращайте внимания, – сказал Роб. – Боюсь, у него пена изо рта пойдет, но я за ним присмотрю. Его нужно как можно быстрее увезти. Может быть, вы возьмете экипаж и поедете вперед, чтобы подготовить его семью, а мы поедем за вами в кабриолете.
– О сэр, он в таком состоянии, что вы не сможете сами править, – предупредил встревоженный грум.
– Доверьтесь мне, – угрюмо ответил Роб. – Леди Элизабет, наши шляпы, пожалуйста. А вы, – опять обратился он к груму, – поднимите, пожалуйста, верх. Мне не хочется, чтобы мистера Пертуи видели в таком состоянии, и не хотелось бы смущать его самого, если он хоть что-нибудь соображает. – Роб встряхнул Пертуи и снова похлопал его по щекам.
Сейчас Пертуи действительно выглядел невменяемым. Одежда его была в полном беспорядке, дыра на панталонах стала еще больше. Волосы стояли дыбом, и глаза бешено вращались, он брызгал слюной и пытался вырваться. Роб взял из рук Бетс шляпу и нахлобучил ее на голову кузена, надел свою, втолкнул Пертуи в кабриолет и забрался туда следом за кузеном.
– Поводья, – приказал он груму.
Тот повиновался, и они тронулись в путь.
Когда они были уже достаточно далеко от Найтсбридж-Терес, Роб отпустил Пертуи и удивленно посмотрел на свою руку.
– Ты чуть руку мне не оторвал. Я и не знал, что у тебя железная хватка, Джордж.
– Ты – ублюдок! – крикнул Пертуи.
– Перестань, Джордж! Моя мать с тобой не согласится. Как насчет небольшой прогулки? Мне бы хотелось выяснить парочку вопросов.
– Мне нечего тебе сказать! – Пертуи с ненавистью смотрел на кузена.
– Ах, так? Может быть, сразу отвезти тебя в Бедлам
type="note" l:href="#fn1">[1]
? Твой грум и Фортескью, не говоря уже обо мне, с готовностью подтвердят, что ты подвержен приступам буйства. И что тебя нужно изолировать. Ты понимаешь, о чем я. Возможно, твой бедный мозг не выдержал той нагрузки, которая обрушилась на него в результате интенсивного изучения часов. Наверное, так оно и есть. – Роб с жалостью смотрел на своего кузена.
– Никто тебе не поверит. Мой отец этого не подтвердит. Он знает, что я – нормальный.
– Но твой отец – всего лишь барон. А я – граф, будущий маркиз. Что его слово против моего? Не говоря уже о вдове графа Стенбурна? Леди Стенбурн с радостью будет свидетельствовать против тебя, если такая необходимость возникнет, я в этом уверен.
– Будь ты проклят! Кичиться этим передо мной! Думаешь, я не знаю, что ты будущий маркиз? Я всю жизнь помню об этом. И все из-за случайности, обычной случайности. Я должен был стать маркизом, а не ты!
– Что? О чем ты говоришь? Ты никогда не смог бы получить титул. Ты можешь сегодня убить меня и еще, возможно, бессчетное количество родственников, но ты все равно никогда не сможешь стать маркизом. – Роб смотрел с удивлением на кузена, который сидел сейчас, обхватив голову руками.
Может быть, у него действительно с головой не все в порядке? Неужели из-за этой безумной идеи Пертуи так его ненавидит и оказался способен на такие пакостные трюки?
– Твой прадед и моя прабабка были родными братом и сестрой, – проговорил Пертуи.
– Да?
– Но моя прабабка была старше! Она должна была родиться мужчиной! Будь все проклято, она должна была родиться мужчиной!
– Что? Неужели с ней что-то было не в порядке? Никогда об этом ничего не слышал. Надеюсь, ты не хочешь сказать, что она…
– О нет, ты, подонок! Она была совершенно нормальной женщиной, насколько мне известно. Но неужели ты не понимаешь, она была старше. Если бы она была мужчиной, она бы стала маркизом и мой дед был бы маркизом, и мой отец, и я…
– О Боже, – вздохнул Роб. Он подъехал к тротуару и остановился.
Он ехал, не задумываясь, куда едет, стараясь лишь избежать столкновения с телегами, повозками, экипажами, попадавшимися им на узких улицах. Сейчас он вдруг обнаружил, что находится на незнакомой улице. Вокруг громко кричали извозчики, прохожие, уличные торговцы, зеваки. Неприятный запах был почти невыносим. Это была не самая фешенебельная часть Лондона. Не следовало здесь надолго задерживаться.
– Мы едем в парк, – объявил Роб молчавшему кузену. – Найдем там тихое местечко, и ты расскажешь мне свою печальную историю. Сможешь сам потом добраться домой? Без грума… На кой черт тебе грум, Джордж? В кабриолете грум ни к чему.
– Присматривать за ним, конечно, – ответил Пертуи. – Никогда нельзя быть уверенным, что какому-нибудь ловкому мошеннику не придет в голову поживиться, – он с гордостью посмотрел на свой кабриолет и погладил с любовью кожаные сиденья. Затем он посмотрел на Роба. – Я отвезу тебя домой, если хочешь, и сам поеду домой. Извини, но у меня нет сегодня времени, возможно, как-нибудь в другой раз. У меня есть другие дела…
– Ничего не выйдет, Джордж, – решительно сказал Роб. – Мы едем в парк и пробудем там столько, сколько мне будет нужно. Если ты не захочешь потом отвезти меня домой, я пройдусь пешком.
Робу удалось попасть в поток едущих экипажей, и вскоре они оказались на знакомых улицах. Он направил кабриолет в Гайд-парк, нашел тихую безлюдную дорожку и остановился.
– Джордж, тебе придется рассказать мне, что ты все это время вынашивал в своей бестолковой голове. Тебе придется признать, что ты подстроил то, что произошло со мной и миссис Драмонд-Барел в «Олмеке». Тебе придется облегчить душу, или, клянусь Богом, ты отправишься в Бедлам. – Увидев, что Пертуи колеблется, он положил свою сильную руку ему на плечо и сказал: – Начинай.
– Ты всегда был заносчивым, – вырвалось у Пертуи. – Старше меня, больше меня. В те времена, когда уважаемый маркиз… – он презрительно фыркнул, – с маркизой жили в своем красивом лондонском доме со своим сыном, слугами и прочее. Помнишь? Наши семьи постоянно ездили друг к другу в гости. Ты относился ко мне как к ничтожеству. С этого все и началось.
– Я относился к тебе как к ничтожеству? Когда такое было? Я прекрасно помню, как ты ныл, когда тебе не дали самый большой кусок пирога. Мне хотелось врезать тебе как следует, но моя мать учила меня быть вежливым с гостями. Я ненавидел, когда ты приходил, Джордж. Ты был самым жадным мальчишкой, которого я, к своему несчастью, знал. И потом…
– И потом! – закричал Пертуи и вскочил, но кабриолет под ним зашатался, и он снова сел. – И потом. Ты не забыл про крикет! Ты запретил мне прикасаться к твоей бите. А ты говоришь о жадности! Я был твоим гостем, но нет, маленький Джордж не должен прикасаться к драгоценной бите дорогого Роберта. Кто из нас жадный?
– Дурак, ты же разбил мою лучшую биту. Помнишь, как ты вышел из себя? Ты колотил ею по железным перилам крыльца. Было такое впечатление, что ее слон жевал. Почему ты это сделал, Джордж? Я забыл.
– Ничего подобного не было! Я ее даже не поцарапал!
– Джордж, мы с тобой спорим, как десятилетние мальчишки. Мы так весь день можем ругаться и ничего не решим. Успокойся, кузен.
Пертуи откинулся на спинку сиденья и сердито посмотрел на Роба.
– Оставим в покое все наши воображаемые детские обиды, – предложил Роб. – Давай-ка поговорим об этом деле: с моим прадедом и твоей прабабкой. Скажи, ради Бога, почему я виноват в том, что она была женщиной, а не мужчиной?
– Потому что ты не достоин быть маркизом, – с горе чью сказал Пертуи. – У тебя есть все мыслимые и немыслимые пороки, и ты гол как сокол. Я, в отличие от тебя, умею красиво одеваться, – он с сожалением посмотрел на свою пострадавшую одежду, – и не пью, и не играю в азартные игры. Я никогда не содержал ни одной любовницы, и никогда не дрался на дуэли. Я не швыряю на ветер все свое состояние. Я…
– Как же ты тогда проводишь свое время, черт побери? – спросил Роб, глядя на кузена с жалостью. – О, можешь не отвечать. Ты занимаешься часами, не так ли?
– А что в этом плохого? Что полезного ты когда-нибудь сделал?
Роб на минуту задумался. А что, в самом деле, полезного сделал он? Любил своих родителей, старался быть послушным сыном, решил спасти семью, выгодно женившись. Не так уж много, принимая во внимание всю свою предыдущую беспутную. Он рассмеялся немного смущенно.
– И я что-нибудь сделаю, я уверен, – кивнул он.
– Ты понял, о чем я говорил, – сказал Пертуи, самодовольно ухмыльнувшись.
– Даже если ты и прав, ты не сможешь унаследовать титул, – повторил Роб. – Я не могу изменить правила, Джордж, и ты это прекрасно знаешь. Я стану маркизом Флитом, если доживу, нравится тебе это или не нравится. Поэтому для чего срывать на мне свое зло?
Задумавшись над этим, Роб вдруг понял, что может чувствовать его кузен. Джордж не был таким красивым как Роб, и не спасали его ни галстуки, ни жилетки, сколько бы времени он на них ни тратил. Барышням он не нравился, потому что был скучным и педантичным, не умел вести легкой светской беседы. И среди мужчин у него было мало приятелей, потому что мужчины, как и женщины, считали его неинтересным человеком. Он не играл в карты, не заключал пари, не увлекался боксом, петушиными боями или скачками. Бедняга! Он, наверное, сможет найти себе жену, потому что его семья – богата. Но будет ли она любить его?
Роберт почувствовал, что его злость на Пертуи начала по немногую утихать.
Пертуи посмотрел на него, каждая черта его лица выражала неприязнь.
– Очень хорошо, – вздохнул Роб. – Я предлагаю оставить это все в прошлом, если ты согласишься. Мы никогда больше не станем искать встреч, но будем вести себя корректно друг с другом. У меня только одно требование, Джордж. Ты признаешь, что ты неправильно понял мою речь, обращенную к миссис Драмонд-Барел. Ты будешь всем рассказывать, что я внезапно заболел после «Олмека» и что болезнь, очевидно, и явилась причиной моего обморока. Это произошло на столько быстро после моего приезда в «Олмек», что у меня не было никакой возможности и слово сказать миссис Драмонд-Барел. Если хочешь, можешь признать, что ты сам сочинил эту «речь». Ты также везде будешь подчеркивать, что знаешь меня уже много лет, и что ты никогда не слышал, чтобы я говорил нечто подобное. Тебе понятно, Джордж?
– Но как же я это сделаю? – захныкал Пертуи. – Я стану лжецом.
– Ну?
– Роберт! Я не могу сделать этого!
– Думаю, что можешь. И думаю, что сделаешь. Думаю, что ты поймешь, что это лучше, чем Бедлам.
– Бедлам, – Пертуи смотрел в окно на дерево рядом с кабриолетом. – Ты не можешь отправить меня в Бедлам.
– Ты так думаешь? Ты хочешь попробовать?
– Но у тебя нет денег! Ты не сможешь подмазать кого нужно. А тебе придется заплатить, если ты захочешь устроить меня туда. Ты ведь сам знаешь.
– Возможно. Хочешь рискнуть? Я продам коляску, дом, если понадобится. Не забывай, у меня есть свидетели, которые охотно подтвердят, что видели тебя в невменяемом со стоянии. – Хорошо, – наконец согласился Пертуи. – Ради будущих добрых отношений между нашими семьями, я думаю, что смогу это сделать. Ты дашь мне время, да? Я не могу все исправить за один день.
– Скажем, через неделю.
– Неделя! Я не уверен, что…
– Через неделю, Джордж.
Пертуи долго смотрел на Роба.
– Неделя. И ты будешь в порядке, да? По-прежнему ни гроша за душой. Будешь размахивать своей воображаемой помолвкой с леди Элизабет, как флагом. Желаю тебе удачи.
– Спасибо, Джордж. Не хочешь отвезти меня домой?
– Доползешь, – презрительно сказал Пертуи. – Убирайся из моего кабриолета, Берлингем.
– С удовольствием. – Роб спрыгнул. Пертуи пересел на его место и взял вожжи в руки, а Роб улыбнулся, отряхнул руки и направился домой.
– Мама, – крикнула Бетс Когда оба джентльмена и грум Пертуи уехали, они с матерью вернулись в дом. Молли путалась под ногами с плохо скрытым любопытством. Ей хотелось побольше узнать из того, что происходит в доме хозяев. – Что ты наделала? Лорд Берлингем не виноват! Это полностью вина мистера Пертуи. Зачем ругать Берлингема, когда он только что попросил моей руки? О мама! Боюсь, что ты отказала ему от дома и я больше никогда его не увижу.
Несмотря на гордость, которую у нее вызвал Берлингем, так мастерски расправившийся со своим кузеном, она чувствовала, что про нее забыли. Он ушел, не сказав ей ласкового слова, не попрощавшись, не пообещал, что они снова встретятся. Он был занят, она не могла этого не признать. Но он обязан был что-то сказать, кроме просьбы принести им шляпы!
– Чепуха, моя дорогая! – улыбнулась леди Стенбурн. – Этот меня не испугается. Но я все равно сомневаюсь, что он именно тот, кто тебе нужен. Ты слышала, что сказал мистер Пертуи. Ты заметила, что лорд Берлингем ничего не отрицал. Я всегда удивлялась, почему Флиты продали свой лондонский дом. Говорили, что Берлингем считает, что он слишком большой для холостяка. Чудовищно большой дом. Мне кажется, там сейчас живут Крипфорты. Нужно спросить у леди Стаффорд. Она всегда в курсе.
– Мама, ты отвлеклась, – с упреком сказала Бетс. – Сейчас мы обсуждаем мое будущее. Я хочу замуж за лорда Берлингема. Тебе ясно? Я приняла его предложение. И я собираюсь выйти за него замуж. Если нужно будет жить скромно, мы будем жить скромно. Когда меня не будет с тобой, я думаю, ты сможешь прожить на то, что будешь получать каждые три месяца от Годфри. Мне очень жаль, что я не смогу тебе помочь!
Леди Стенбурн вернулась в гостиную и приказала Молли принести свежего чаю.
– Только не эту бледную воду от «Фортнум»… Молли! Скажи стряпухе, что чай должен быть крепким!? – Она опустилась на стул с истершейся обивкой и потерла лоб.
– Скажи, что ты знаешь о состоянии Берлингема? – спросила она Бетс. – Он сказал, что у него появились деньги? Он говорил, что это за деньги? Как они у него появились?
– О, возможно, на бирже, – предположила Бетс. – Я понятия не имею, что это за деньги и сколько их.
Леди Стенбурн вздохнула.
– Я спрошу его, если еще когда-нибудь увижу. Это не значит, что я что-нибудь смогу понять. Эти дела на бирже для меня китайская грамота. Но поскольку я – твоя мать, я думаю, я должна его об этом спросить. Выпей чаю, дорогая.
Молли принесла чай и, казалось, собиралась остаться, она даже сделала попытку разлить чай.
– Спасибо, Молли, я сама налью, – сказала Бетс. – Ты можешь идти.
Молли неохотно удалилась. Они слышали ее шаги в холле, звук которых быстро затих.
– Готова поспорить на фартинг, что она никуда не ушла, а подслушивает за дверью, – понизила голос Бетс.
– Бетс!
– Я только посмотрю.
Бетс бесшумно поставила чайник и на цыпочках подошла к двери. Она резко распахнула ее и выглянула. Молли прилипла к стене за дверью.
– Я сказала, что ты можешь идти, Молли, – строго проговорила Бетс и вернулась в гостиную. – Ох уж эта девушка! – простонала она и взялась за чайник.
– Если ты передумаешь и согласишься выйти за мистера Пертуи, мы сможем нанять дюжину горничных гораздо лучше Молли, – предложила леди Стенбурн.
– Мама! Ты же запретила ему переступать порог этого дома!
– Возможно, я немного погорячилась. О Господи, мне будет не хватать его и его знаний о часах, – вздохнула леди Стенбурн.
Бетс часами ждала весточки от графа Берлингема. Чего бы он ни собирался сделать с Джорджем Пертуи, на это не должно было уйти слишком много времени. Бетс не верила ни секунды, что Берлингем действительно намерен отправить Пертуи в Бедлам, но если Пертуи поверил в его угрозы, тем лучше. Она хихикнула, вспомнив, как обезумевший Пертуи пытался вырваться из объятий своего кузена. Бетс была абсолютно уверена, что Берлингем выяснит все и выставит Пертуи полным идиотом, если захочет. Но где Берлингем? Прошло время обеда и чая, подали ужин, давно зашло солнце, и свечи зажгли, а от него ни весточки.
Может быть, завтра?
Бетс легла спать и решила представить себе, какой будет их семейная жизнь. Тот поцелуй пробудил в ней дремлющее желание, которое теперь не покидало ее. Она вздрогнула. Когда они поженятся, он захочет от нее большего, чем поцелуев. Она, по крайней мере, на это надеялась! Она любит его. Она хочет провести с ним всю оставшуюся жизнь, в богатстве или бедности, ей все равно. А он любит ее? Конечно, любит! Он сказал, что предлагает ей свое сердце, разве не так? Или так всегда говорят, когда делают предложение? Если она правильно запомнила, мистер Пертуи говорил приблизительно то же самое. Бетс была озадачена. Она незаметно для себя уснула.
Только на следующий день после обеда получила она известие от Берлингема, и оно совсем ее не удовлетворило. Это была записка, доставленная Билли, и в ней говорилось буквально следующее:
«Мне необходимо уехать в Дорсет. Вернусь, как только смогу. Ab imo pectore Ваш преданный слуга. Берлингем».
– Он почти ничего не сказал, да еще и написал по-латыни! – жаловалась Бетс матери. Она была так уверена, что Берлингем появится сегодня утром, что потратила больше часа на свой туалет, укладывала волосы то так, то эдак, добавляя и убирая ленты. Она была в одном из своих самых новых платьев – ему было всего два года – бледно-лиловом. И никто его не видел, кроме матери и Билли, на котором не было тоги, а обычный костюм.
Билли был горд тем, что выполняет важное поручение хозяина.
– Билли говорит, что Берлингем уехал сегодня с первыми лучами солнца, – объяснила матери Бетс, которая лишь подняла брови. – Он больше ничего не знает или не говорит. Вздор!
– Мама, что такое «ab imo pectore»?
– Ты спрашиваешь меня? Меня? Может быть, поискать латинско-английский словарь твоего отца? Или мы его не взяли? Не могу представить, зачем бы мы привезли его в Лондон?
Бетс ушла после завтрака искать словарь и потратила на безуспешные поиски более часа. Кто бы мог сделать для нее перевод? Если здесь что-нибудь личное, она бы не хотела, что бы это переводил чужой. Что в этой фразе: комплимент или наоборот? Ей придется подождать возвращения лорда Берлингема (если она его вообще когда-нибудь увидит), чтобы узнать ответ.



загрузка...

Предыдущая страницаСледующая страница

Ваши комментарии
к роману Жажда страсти - Дуглас Энн



Почему называется: Жажда страсти? Ведь страсти-то там никакой нет.
Жажда страсти - Дуглас ЭннКрасотка
9.08.2012, 22.51





Читала с удовольствием.Сюжет прост,но интересен.Хороший стиль, чистая речь,плавная,логически связанная манера письма.Нет повторов,нет вулгаризмов,нет сальностей.А с остротами не повезло - они могли быть короче и ярче, если бы переводчик потрудился бы над подстрочным переводом.Для произведений этого жанра,книга написана хорошо.
Жажда страсти - Дуглас ЭннЕлена.Арк
13.12.2012, 20.00





Заставила себя дочитать, боролась с желанием бросить на каждой главе! Скукотище.
Жажда страсти - Дуглас ЭннЛиза
30.08.2014, 7.13








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100