Читать онлайн В полночный час, автора - Дрейк Шеннон, Раздел - Глава 17 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - В полночный час - Дрейк Шеннон бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 7.99 (Голосов: 72)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

В полночный час - Дрейк Шеннон - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
В полночный час - Дрейк Шеннон - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Дрейк Шеннон

В полночный час

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

Глава 17

Рагнор смотрел в лицо своему брату, плоть от плоти, кровь от крови, смотрел в лицо полчищу демонов. Их привела Нари.
Нари, которую он пытался спасти, и в своей попытке спасти ей жизнь навлек смерть на десятки невинных. Нари, которая разделила его первобытную страсть, его первобытный голод и надежду на то, что он нашел выход.
Она не собиралась принимать участие в бойне, она не хотела рисковать собой. Она просто стояла в стороне, подальше от единоборства.
— Итак, ты выжил, — обратился к Хагану Рагнор, выигрывая время и пытаясь прикинуть, когда придет пора вытащить меч.
— Да, выжил, брат. Выжил, ибо мне дана сила мощнее, чем твоя. Седьмой сын седьмого сына — чудесный ребенок волка! Ты отказался принять дар твоего рождения, брат. Я бы знал, как распорядиться такой силой и такими способностями. Многие годы я жил в твоей тени, зная, что сила нашего отца живет в тебе. Все время я был великим воином. А теперь у меня есть сила даже больше той, что ты знал от рождения. И знаешь что, братишка? Я не хочу делиться с тобой моей новой властью. Я знаю, как использовать ее, как с ее помощью править. Я не позволю тебе охотиться за людьми моего клана, нашего клана, заодно со своими жалкими якобы святыми монахами! — Хаган замолчал и сплюнул на пол. — Только один из нас может остаться здесь. И тем, кто останется, кто будет править, буду я.
Странный страх, страх, более глубокий, чем страх смерти, пронзил Рагнора.
— Что ты сделал с Питером? Хаган развязно оперся на меч.
— А ты как думаешь, братец? Кровь священника… оказалась весьма вкусной. А когда мы напились крови, то решили поджарить мясо. В окружающих местах совсем мало дичи, если ты заметил. Кровь — наша жизнь, но должен сказать, удовольствие от хорошо приготовленной еды никуда не пропало. Если ты помнишь, наша предыдущая жизнь научила нас тому, что все должно идти в дело.
Гнев обуял Рагнора.
И та сила, что, если верить Хагану и прочим, дана ему от рождения, и та болезнь, или как еще можно назвать состояние, в котором он существовал ныне, не должны лишить его рассудка. Но в данный момент он не мог рассуждать здраво. Он бросился на Хагана.
Орда брата двинулась на него. Рагнор нырнул под них и покатился по соломенному настилу. Оказавшись на другом конце, он вскочил и выхватил меч, стремительно обернувшись к врагам. Кровь стекала с его меча, когда он врезался в толпу существ, незадолго до того надругавшихся над святыми и слабыми, но кровь текла и по его телу, его собственная кровь. Он чувствовал боль, но острее была боль потери, и он знал, что не должен уступать.
Черная фигура выступила из задних рядов, и Рагнор сделал выпад, пригнувшись, вонзив меч в живот врага. Он чувствовал, как со спины на него наступает другой, и, прекрасно сознавая, что раны на нем заживут, какими бы чудовищными они ни были, он изо всех сил стремился сохранить голову.
Ему надо сохранить голову. В буквальном смысле. И в переносном тоже.
Меч вонзился ему в спину. Он замер, цепенея от боли, но заставил себя обернуться и нанес удар в шею врагу. И враг упал, прижимая руки к горлу.
Еще один выступил вперед, поднял меч и упал наземь. Легкая мишень. Не зря он учился боевому искусству. Не зря учили его лучшие из викингов.
Еще один бой, еще один. Пол усеивали поверженные тела. Но врагов слишком много.
Кровь текла у него из сотни ран. И в конце концов он упал, и он знал, что его брат — неведомый соперник его с самого дня рождения, соперник, копивший годами желчь и зависть, — одержит триумф. Хаган стоял над ним.
— Ты должен меня поблагодарить, — воскликнул Хаган. — Я дал тебе погибнуть в настоящей битве. Ты поднимешься в чертоги Валгаллы и будешь пить и веселиться целую вечность.
— Ты будешь жить во тьме, в мире, где правит Ад.
— Нет, я жил в темноте только при жизни. Теперь я живу во власти и в свете… Хагана! — Он сотрясался от хохота. — А ты, мой маленький брат…
Рагнор сцепил зубы, но не стал закрывать глаза. Он смотрел, как налились бицепсы брата, когда он поднял свой могучий боевой меч.
Но когда стальной клинок опустился, он вошел в землю рядом с ним.
— Убей его, и дело с концом! — зашипела стоявшая рядом с ним Нари. — Он замучен, разбит, ты все, что хотел, доказал. Не позволяй ему возвращаться!
Хаган выкрикнул свой боевой клич и снова занес меч, и снова опустил его. Но как бы он ни рубил воздух в гневе, как бы ни старались те, кто пришел ему на помощь, мечи их всякий раз вонзались в землю. Они рубили плоть, но отрезать ему голову никто оказался не в силах.
— У него на шее цепь, серебряная цепь! Все из-за нее! — закричала Нари.
— Возьми ее! — скомандовал Хаган.
Он ничего не мог сделать, когда Нари опустилась рядом с ним на колени. Она даже в глаза ему не взглянула. Она протянула руку за серебряной цепью, той самой, что отдал ему монах много лет назад. Но, дотронувшись до нее;
она закричала от боли и попятилась. Кожа на пальцах дымилась, прожженная до мяса. Хаган взревел для бодрости духа и схватил цепь, но и он отпустил ее, такую боль не выдержал даже он.
— Дайте кол, мы воткнем его ему в сердце и похороним под пеплом и развалинами его драгоценной церкви! — заревел Хаган.
К тому времени как его поволокли к церкви, Рагнор уже ничего не чувствовал. Он даже не чувствовал, как в тело его втыкают колья.
Он не мог открыть глаза, не мог ничего. Темнота наступала, черная дыра, пустота, ничто…
Итак, вот ты какая, смерть.
* * *
Смерть оказалась безболезненной…
Жизнь или существование полны боли.
Если о том уроне, что нанесли его телу, он не знал почти ничего, то тот миг, когда он вернулся из небытия, он осознал со всей ясностью. Он остро чувствовал все — и каждый кусок дерева, что удаляли из его тела, отзывался в нем болью столь нестерпимой, что криком своим он грозил надорвать легкие.
— Эй, смотрите! С ним что-то происходит! — закричал кто-то.
Рагнор имел видение. Он смотрел снизу вверх на высокого светлого человека, что нависал над ним, испуская свечение. Он лежал среди руин того, что некогда было деревней. Он не знал, как долго пролежал спящим или мертвым в темноте и спокойствии. Деревья проросли сквозь пепел того, что когда-то называли церковью. Плющ обвил деревья, устлал камни. Сколько времени прошло — дни, месяцы, годы, — он не знал. Человек, склонившийся над ним, казалось, относился к одному с Рагнором племени. Викинг удивленно скалился, опираясь на мощный меч, и в голубых глазах его читалось любопытство.
В поле его зрения попал еще один человек. Он тоже с интересом его разглядывал.
Второй присел на корточки. Явно человек иного племени. Черноволосый, пониже ростом, он носил тунику и шерстяной тканый плед, какой носят шотландцы.
— И что мы тут имеем? — громко спросил он.
— Думаешь, это он? — вопросом на вопрос ответил ему блондин.
— Ходили слухи, что мы можем найти его здесь, и, кажется, так оно и случилось, — заметил шотландец. — Ты известен как сын волка?
Рагнор изучал взглядом странного человека, который, кажется, откопал его с определенной целью.
— А вы кто? — спросил он.
— Э нет, я первый спросил! Прошел слух, что есть один человек, который может помочь нам выстоять против бича островов — кровожадного викинга и его такой же кровожадной любовницы. Слухи ходили, что его закопали под развалинами церкви в старом аббатстве. Еще раз спрашиваю тебя — ты сын волка?
— Седьмой сын, — согласился Рагнор. — А кто, проклятие, вы такие?
— Я и есть проклятие, — ответил человек. — Но проклятие со сводом правил, со своими принципами и волей к жизни. — Он встал, протягивая руку Рагнору. Рагнор взял его руку, поморщился от боли при попытке встать. Каждая рана, которую он получил до того, как на него пала ночь, дала о себе знать с новой силой. Он с трудом сумел подняться на ноги.
— Ему нужен сон, время для выздоровления, — заявил блондин.
— Да, и время есть, — подтвердил второй. — Я Лючан, самозваный властитель таких, как мы, если желаешь. Возможно, я чудовище. Но таковы условия выживания. Моего — и твоего. Я держу в узде голод и похоть остальных, но на то есть закон — более древний, чем мое бренное существование, и те, кто отказывается соблюдать закон, на всех нас накликают беду. Ты присоединишься к нам со своей таинственной силой или нам надо снова упаковать тебя и опустить в склеп из камня, пепла и скрещенных мечей, куда тебя давным-давно положили?
Рагнор оперся на него, скрежеща зубами. Он понял, что царила ночь. После абсолютной темноты, в которой он пролежал столько времени, даже скупой свет луны мог превратить ночь в день. Оглядевшись, он увидел, что те двое, что его откопали, не одни. Они привели с собой нечто вроде армии, которая состояла из викингов, шотландцев и ирландцев… Сборная команда со всего континента.
Рагнор оглянулся на того, кого звали Лючаном.
— Вы не монахи, — пробормотал он.
— Боюсь, мы далеко не монахи, — ответил Лючан. — Но нам нравится думать, что мы люди — или монстры — с, так сказать, просвещенными взглядами.
— Мы — закон, — вышел вперед другой, похлопав Рагнора по спине, отчего последний чуть снова не упал. — Я — Вулфгар. Ты с нами?
— Почему вы пришли за мной? Откуда вы узнали, что я здесь?
— Даже в аду слухи летят быстро.
— Мы подумали, что тебе пора вставать, — объяснил Вулфгар.
Рагнор уставился на того, кто называл себя Лючаном.
— Значит, мне дали свободу, чтобы я уничтожил брата?
— Мы рассчитываем на то, что ты его знаешь.
— Его просто необходимо уничтожить. Уничтожить полностью, — сказал Рагнор.
— Нет, не полностью. Уложить в саркофаг, заточить. Но на вечные времена. Мы не имеем права убивать своих. И не имеем права создавать себе подобных более чем два процента за век, иначе мы вызовем в мире дисбаланс. Собственно, сейчас и произошел дисбаланс.
— Сейчас?
— Как долго он спал, Вулфгар? — спросил Лючан.
— Почти сто лет, если верны слухи.
— Сто лет… — повторил Рагнор.
— Давно пора просыпаться, — наблюдая за ним, сказал Лючан. — Эй, лови его, Вулфгар, скорее, а то он снова завалится. Ему нужны поддержка и хороший отдых.
— Мне надо найти Хагана и Нари.
— Время лечить раны, мой друг, — посоветовал Вулфгар.
— А потом придет пора драться, — проговорил Лючан.
Ночь сгустилась, но по настоянию монаха они все оставались в церкви, и дверь забаррикадировали грубо отесанными скамьями.
Рагнор поел. Он лежал у двери в церковь, и женщина по имени Нари сидела рядом с ним, прислонившись спиной к стене, с закрытыми глазами. Рагнор тоже дремал. Он научился спать в любом положении и просыпаться при малейшем шуме.
Но разбудил сю не шепот. Шум был ужасен, грохот, подобный раскату грома, потряс церковь. Он шел снизу.
Он встал и вытащил меч. Вокруг проснулись другие, все вскочили с мечами наготове. Грохот стал тише, но на смену ему пришел другой звук. Он нарастал медленно, но верно. Свистящий звук, издаваемый сотней птиц или хлопаньем тысяч крыльев.
Ульрик встал и пошел к двери.
Что творится, ответьте именем Тора!
Отец Питер стоял на коленях возле алтаря.
Рагнор подошел к нему.
— Что это? — грубо прервав молитву монаха, спросил он. Питер поднял руку, дал знак, чтобы ему не мешали. Рагнор подождал, зная, что невозможно отвлечь Питера от общения с Богом. Даже воткнув меч монаху в горло. Через некоторое время Питер поднялся на ноги.
— Это силы зла, но ночь мы выстоим.
— Если это зло, мы выйдем на бой! — проревел Хаган.
— Вы не можете бороться с подобным злом вашими примитивными методами жестокого насилия, — со вздохом ответил Питер.
— А ты можешь? — с насмешкой спросил Хаган.
— Да, ибо я знаю его в лицо.
— Я тоже узнаю его в лицо, если выйду и увижу его! — сердито прервал его Хаган. Питер покачал головой.
— Моя вера в Бога сильнее.
— Я не верю в твоего Бога.
— Тогда молись своему Одину, и, если хорошенько прислушаешься к тому, что он тебе скажет, тоже не станешь высовывать носа за стены церкви.
Так же резко, как начался, шум стих.
Питер с минуту простоял в тишине.
— На сегодня все, но они снова придут.
— А мы что должны делать? Прятаться за стенами церкви ночь за ночью? Мы так не привыкли, поп.
— Я не поп, я монах, — спокойно поправил его Питер. — Нет. Они и днем сильны, но совсем не так, как ночью. В лучах солнца они не обращаются в пепел. Хотя солнце делает их слабее. Бог видит, зимой у солнца мало силы. Мы выйдем на охоту на них при свете дня. Мы выманим их. Мы найдем их логово. Мы станем охотиться на них так, как охотятся на волков, и мы их уничтожим.
Ульрик и остальные дружно недовольно загудели, но даже в голосах бесстрашных мужчин слышалось нечто непривычное —страх.
Все легли спать.
Утром Питер велел всем заготовить колья. Он сказал, что только ими можно победить зло, затем врагов надо сжечь или отрубить им голову, иначе они оправятся от ран и вернутся.
Рагнор пошел в лес. Спустя время женщина по имени Нари пришла к нему и принесла еды и воды. Когда он поел, она села рядом и сказала, что верит словам монаха, поскольку деревня погибла у нее на глазах.
Она отличалась от остальных, и он снова сказал, что не знал о том, что у вождя, недавно почившего, есть дочь.
— Здесь люди хорошие. Вот они и взяли меня к себе, когда я осиротела. Мои родители пришли на Север, чтобы воевать с шотландцами. Отец мой из Нормандии. Моя мать с юга. — Она засмеялась. — Бедный мой отец! Он все беспокоился, хотел удачно выдать меня замуж. Все боялся, что кровь у меня слишком горячая. Он мало знал женщин, ибо жена его умерла вскоре после свадьбы, а ему некогда было заниматься женщинами, хватало иных забот — защищать клан от других вождей и от таких, как ты. Он понятия не имел, что мы, хотя и ходим с опущенной головой и молимся, одержимы теми же желаниями, что и мужчины.
Она ясно давала понять, чего хочет. Они боролись против незнакомого и грозного врага, и каждый день для них мог стать последним. Он и не мечтал, что они займутся любовью в тот же день. Они соединились в лесу, и ока оказалась на редкость страстной.
Позже, когда небо окончательно прояснилось, они поехали верхом осматривать окрестности. Но в тот день они ничего не нашли, а ночью послышались за дверью те же звуки, и грохот был таким, словно за стенами церкви бушевала страшная буря. Хаган ходил кругами и ругался, Питер молился. Звуки прекратились, но глубокой ночью все началось снова.
— Их атаку, — говорил Питер, — стены церкви, какими бы хлипкими они вам ни казались, выдержать смогут. Потом будет искушение, плач в ночи, искус. От них стены церкви вас не спасут. Ищите спасения в собственной душе.
Хагана удалось убедить не выходить из церкви.
На следующий день они снова совершили вылазку в лес.
И снова безрезультатно.
Тон ночью за церковью снова слышался шум, и снова враг отступил. Рагнор крепко уснул, но вдруг что-то его разбудило, и он резко проснулся.
Он понял, что спит, прислонившись к стене, но Нари рядом с ним нет.
Рагнор выругался, вставая. Баррикады из скамей возле двери больше не было. Он подошел к выходу и увидел, что брат его и несколько воинов из его дружины стоят у входа снаружи.
— Они пробрались внутрь! — гневно воскликнул Хаган, обращаясь к монаху.
— Они не вошли, — ответил Питер, — но Нари поддалась искушению.
— Где был твой Бог? — в гневе вопрошал Хаган.
— Где угодно, но не в душе Нари, — ответил Питер. Рагнор слушал, но участия в перепалке не принимал. Он вытащил из ножен огромный боевой меч и приготовился выехать в ночь.
— Дай мне какое-нибудь оружие, Питер. Я поеду за ними. Дай мне твои кресты, которые ты называешь святыми, и я пущусь за ними в погоню.
— Глупцы! Разве вы не понимаете? Крест поможет вам лишь в том случае, если вы верите в его силу! Разве вы не можете понять, что те существа не могут войти сюда, покуда крепка наша вера.
— Тогда не давай мне ничего, я еду за ними, — произнес Рагнор.
Питер побежал за ним следом, но Рагнор не желал внимать его словам. Они выехали в ночь, команда из двадцати викингов, закаленных в боях воинов со щитами, мечами, боевыми топорами, палицами и пиками наготове. Глубокой ночью трудно отыскать тропу. Ульрик разглядел отпечатки человеческих ног. Рядом — следы четвероногих существ с сильными лапами и мощными когтями.
— Ба! Вот, оказывается, что за чудовища! Нас терроризирует стая волков.
И он бы пришпорил коня и помчался по следу, если бы Рагнор не остановил его.
У волков нет крыльев, они не могут издавать тех звуков, что слышали мы по ночам.
— Сейчас мы вышли на волков, и мы их остановим.
— Будь осторожен.
— Ведь твою женщину они забрали, — проговорил Хаган, — я приведу ее назад. Но мы будем настороже.
И они поехали в темноте, разрываемой лишь неверным светом факелов и тусклой луной. Через какое-то время они оказались у скалистого утеса, и в лесу, окружавшем его, был вход в пещеру.
— Брат, береги себя! — предупредил Рагнор. Но Хаган оглянулся и крикнул:
— Пусть я не седьмой сын седьмого сына, но я сын великого воина, прозванного волком нашим народом, и я не боюсь боя. Эй, вы, те, кто хочет поужинать в Валгалле, за мной!
Викинги вытащили мечи и направились ко входу в пещеру. Гунтер, самый неистовый в боях, выступил вперед, и еще до того, как остальные достигли входа в пещеру, он испустил истошный крик, будто в него разом вонзилась сотня мечей.
И тогда враги бросились на них. Это были люди и одновременно не люди. Одни были смуглокожи, как народы Средиземноморья, другие имели светлую кожу народов Севера. Их насчитывалось не так много, около дюжины, и среди них находились женщины. Казалось, им не нужна твердая земля для опоры, они словно парили над ней и перемещались с поразительной быстротой. Они взлетали в воздух и исчезали в дыму, превращались в пар и снова появлялись там, где их меньше всего ждали.
Рагнор бросился вперед на защиту своих людей. Враг дрался без оружия, помогая себе лишь руками.
И зубами.
Они были волками или могли оборачиваться в волков. Вот он человек, а через мгновение — волк. Рагнор вступил в битву, разя мечом направо и налево. Но он помнил предостережение монаха и, разя врага, старался отрубить голову. Двое упали наземь, затем еще один. И тогда Рагнор увидел, что дерется в одиночестве, ибо товарищи его слишком быстро пали под натиском врага. Четвертый, пятый, шестой… Он дрался один против многих, и меч его рубил без устали. Он видел, как кольцо врагов смыкается вокруг него. Сухощавые и худые темнокожие бойцы в накидках из волчьих шкур, пришельцы, должно быть, с юга, высокий блондин — возможно соотечественник, женщина родом с Востока…
Они не говорили друг с другом, но общались как-то по-своему. Круг сужался. Рагнор описал мечом полукруг, стараясь убить как можно больше за один взмах…
Но настал миг, когда он больше не смог поднять меч. Он почувствовал агонизирующую боль, когда плоть его стали рвать зубами. Глаза его застлал кровавый туман.
А потом — чернота.
* * *
Он пришел в себя к вечеру следующего дня. Он лежал на земле, и первое, о чем он подумал, — как ему удалось выжить. Затем он почувствовал страшную боль и столь же невыносимую жажду. Скрежеща зубами, он привстал и огляделся. Земля вокруг него была усеяна трупами товарищей. Большинство изрублено в куски.
Покачиваясь, он поднялся на ноги.
Странно, но в нем еще остались силы. Если бы найти где-нибудь воду, он смог бы утолить жажду и проводить в последний путь мертвых. Он сжег бы останки… Он бы…
Вода. Сейчас ему нужна вода.
Он оглянулся, отыскал глазами вход в пещеру и лишь потом взглянул на небо. Скупое зимнее солнце светило невыносимо ярко. Он побрел в пещеру, забыв о врагах, главное — укрыться от нестерпимого света. Пещера оказалась пустой. Враги ушли. Он сполз по стене пещеры на пол. И тут он увидел Нари. Она выглядела мертвой, но ран у нее не было видно. Он присмотрелся к ней внимательнее — она дышала.
Рагнор стал искать воду. Для себя и для нее. Воды он не нашел.
Мимо него пробежала крыса. Не успев осознать, что делает, он молниеносным движением поймал ее, вонзился в нее зубами, как безумец, и высосал кровь. С ужасом он посмотрел на безжизненную тушку и отшвырнул ее. Крысиный труп отлетел к противоположной стене пещеры. Он думал, что его стошнит, но жажда жизни и воля к жизни пересилили отвращение. Он встал и вышел из пещеры. Надо найти дрова для погребального костра. Когда он начал складывать костер, чтобы сжечь останки товарищей, проводив их в Валгаллу, услышал стук копыт. Он выпрямился, выхватил меч и приготовился ждать встречи с врагом, кто бы он ни был. Но появились монахи. В мрачном молчании они приближались к месту битвы.
Питер, казалось, не удивился, увидев его живым.
— Остальные? — спросил он.
— Ты видишь.
— Сожги их.
— Я и хочу.
— Ты нашел Нари?
— Она в пещере.
— Я о ней позабочусь.
Слова Питера вызвали у Рагнора беспокойство.
— Что ты с ней сделаешь? — гневно крикнул он.
— Ее нужно уничтожить.
— Они не убили ее. Возможно, ее забрали, чтобы вытащить нас из укрытия.
Питер его не слушал. Рагнор пошел следом за монахом, схватил его за руку, развернул к себе лицом. И тут невыносимое желание вонзиться в монаха зубами, разорвать его голыми руками охватило Рагнора. Он что есть мочи сжал челюсти, невероятным усилием воли поборов в себе невесть откуда взявшийся кровожадный инстинкт.
— Оставь ее! — приказал он. — Мы сожжем покойников. Монахи принесли еще хворосту, и огромный погребальный костер взметнулся в небо. Рагнор оставался в печали. Глубокая скорбь объяла его, когда в костер бросили тело самого отважного и неистового из них — Гунтера. Они собрали тела по кускам, как смогли. Рагнор не мог найти слова прощания, когда пламя охватило трупы. Монахи читали молитвы на латыни. Ему оставалось лишь надеяться, что молитвы чужому Богу не помешают его товарищам оказаться среди своих собратьев в Валгалле. Запах паленой плоти носился в воздухе, языки пламени взмывали в небо, трещал хворост. Рагнор вдруг схватил Питера за руку.
— Мой брат! Я не нашел его тела. Ты его не видел? Его надо похоронить вместе с остальными…
— Все тела подобраны, — проговорил Питер. — Кроме тела женщины, Нари.
Рагнор кивнул и, когда с похоронами покончили, вернулся в пещеру за Нари. Она зашевелилась и проснулась, посмотрев на него с мрачной серьезностью. Ее трясло, когда она протянула к нему руки.
— Мне было страшно.
— Сейчас с тобой все в порядке.
Я так напугана…
Он обнял ее и покачал, как ребенка.
— Я думал, что ты мертва. Тебя чуть не швырнули в костер, — сказал он ей.
— Но ты спас меня, — улыбнулась Нари. — Ах, Рагнор, во имя спасения моего отца ты все потерял, но мы с тобой построим новый мир, наш мир — один на двоих.
Он усадил ее на коня, и они отправились назад, к церкви у моря. Нари хотела остаться на улице, погреться под солнцем, хотя к тому времени, как они вернулись, уже начало смеркаться.
Она ничего не помнила из событий предыдущей ночи и ничего не могла рассказать людям о врагах.
Питер сидел с Рагнором, слушая, как тот раз за разом пересказывает подробности минувшей битвы.
Монахи принесли еду — птицу, пойманную в лесу. Рагнор ел и никак не мог насытиться, еда не утоляла терзавший его голод. Питер молча наблюдал за ним, и Рагнор видел, что монах не сводит с него глаз. Вновь им овладело желание сожрать монаха живьем.
Они побывали в церкви. Рагнор постоял немного, и вдруг, ни слова не говоря, вышел оттуда. Нари сидела на камне у берега моря, и, к ужасу своему, Рагнор увидел, что на коленях ее покоилось безжизненное тело одного из братьев с прокушенным горлом. Нари подняла глаза на Рагнора. Губы ее были в крови.
Рагнор хотел в ярости отхлестать ее, но вдруг почувствовал, что ему самому мучительно захотелось разделить ее пиршество. Запах крови имел над ним власть, подобной которой он не знал до сих пор. Он оттолкнул Нари, схватил мертвеца и допил его кровь. Насытившись, он, покачиваясь, встал на ноги.
Нари улыбнулась ему.
— Есть, оказывается, еще один мир, мир, которого мы не знали. Мир абсолютной власти, власти более могучей, чем знают люди.
Рагнор рывком поставил ее на ноги.
— Нет, мы не будем так жить. Она отстранилась.
— Ты считаешь себя сильным, так знай: ты слабак! Ты даже не хочешь понять, какой тебе дан дар.
— Дар? Да мы прокляты!
Она подошла к нему вплотную, прильнула к нему.
Тогда помоги мне, помоги.
— Должен быть выход, — пробормотал он и тряхнул головой. — Пошли. — Он вытащил меч из ножен и принес его назад, в церковь.
Нари попятилась у дверей.
— Я не могу… Не могу войти.
— Тогда жди меня здесь.
— Ты намерен нас уничтожить.
— Я намерен подарить нам Валгаллу.
Рагнор вошел в церковь и бросил меч к ногам Питера.
— Прошу тебя! — потребовал он, дрожа всем телом. Голос его напоминал рев. — Отруби мне голову и позаботься о том, чтобы меня превратили в пепел и развеяли над морем. Проклятие, немедленно сделай так! Что до Нари… Ты и о ней позаботишься.
Питер словно не замечал меча, лежавшего у его ног.
— Питер, ты разве не понимаешь, глупец, я только что пил кровь одного из твоих братьев!
Питер покачал головой.
— Посмотри, где ты стоишь. В святой обители Господа. Я видел, как тебе хотелось прокусить мне горло еще днем, когда мы нашли тебя. Я уже знал, что ты больше не один из нас. Но ты тот, кто ты есть, и, даже изменившись, все еще можешь бороться со злом.
— Ты идиот, я и есть зло!
— Ты не мог бы находиться здесь, в доме моего Господа, если бы ты был прав.
Рагнор испустил вопль гнева и вышел из церкви. Он хотел показать Питеру, что он такое, и пошел за Нари, но ее уже не было.
Тупой монах! Он не поверил бы, он не смог бы постичь той агонии, того голода, что рвал его на куски. Рагнор прошагал мимо монахов, спокойно делавших свое дело, монахов, разжигавших костер, рубивших дрова. Он заревел, закричал, потом завыл. Он готов броситься на любого, чтобы выместить свою злобу. Но монахи в неведении своем подставляли ему свои спины и сохраняли непоколебимость.
Он повернулся и пошел в лес, затем побежал…
И когда он бежал, что-то произошло с ним. Он оказался на четвереньках, он стал зверем, могучим зверем, несущимся через кусты и кочки. Затем он замедлил бег.
Впереди на лугу пасся самец оленя. Он прогнулся и начал медленно, крадучись, подбираться к животному, скрываясь в траве. И затем он напал.
Руки его не имели пальцев, лишь когти. Он случайно заметил это и даже не удивился, настолько поглотила его радость охоты, настолько опьянил вкус крови.
А потом…
Снова вышла полная луна. Он встал и снова стал собой. Обхватив голову руками, Рагнор завыл. Слезы не шли. Тело его содрогалось в агонии, и в конце концов он опустился на землю и смотрел на закат солнца, ощущая, как незнакомая, странная сила вливается в него.
Питер нашел его и сел рядом, не боясь ни ночи, ни его, Рагнора.
— Ты должен меня уничтожить, — опять сказал он монаху. — Посмотри, что я сделал.
— Ты съел оленя, — с иронией ответил Питер. — Я и сам не прочь полакомиться мясом.
Рагнор покачал головой.
— Я — один из них, я чудовище.
— Ты должен пойти со мной.
— Куда?
— Назад, в церковь.
Рагнор ошалело посмотрел на монаха. На смену удивлению пришло раздражение и гнев.
— Чтобы я съел еще одного монаха?
Питер молча встал и пошел. Рагнор, ругаясь, пошел следом, не отставая от монаха, но и не обгоняя его. Он словно хотел предупредить его, что способен напасть в любую минуту. Вцепиться в шею… Но Питер ни разу не потрудился обернуться.
На площадке перед церковью, да и везде на развалинах деревни, пахло паленым мясом. Монахи кремировали своих братьев.
В церкви Питер взял Рагнора за руки.
— Сегодня ты прочтешь клятву. Ты поклянешься перед высшими силами.
— Я не верю в твоего Бога.
— Я думаю, ты веришь. Но если ты обратишь свою клятву к единственному истинному Богу, или Аллаху — богу арабов, или Тору, или даже мелким божествам язычников, живших здесь до нас, богам земли и воды, — единый Бог все равно примет твою клятву. Люди дают имена всему сущему. Разные имена. Но от них ничего не меняется. Такова природа человека, так устроен мир. Есть высшие силы, никто не может отрицать их. Есть гром, есть молнии, есть и безмятежный покой. Земля сотрясается, потом успокаивается. Люди воюют, а потом заключают мир. Есть невинность, есть зло. Ты поклянешься так, как я велю тебе, потому что ты мне нужен, потому что ты должен существовать, потому что каждому действию существует противодействие. Мой Бог никогда бы не использовал тебя в иных целях, кроме как для защиты свободной воли людей и для того, чтобы между ними существовали сострадание и сочувствие.
— Ты безумец.
— Считай меня безумцем. Но делай, что я прошу.
Рагнор повторил слова, которые потребовал от него произнести монах.
Закончив, он понял, что монахи вошли в церковь и стояли на коленях.
В ту ночь он лежал в церкви и мучился. Но ночь прошла тихо. Ни криков, ни грома, ни хлопанья крыльев, ни мерзкого свиста. И все же далеко за полночь в самый темный час ночи он почувствовал острое желание выбраться на волю.
Он вышел и остановился у дверей церкви. Питер вышел следом.
— Чего ты хочешь от меня? — с надрывом крикнул он монаху.
— Ты научишься. Ты научишься усмирять себя.
Рагнор ему не поверил.
На закате следующего дня вернулась Нари. Она подошла к нему с опущенной головой, и в глазах ее блестели слезы.
— Помоги мне, они за мной охотятся, хотят меня уничтожить.
— Нас надо уничтожить.
— Нет… Тебе они не причинят вреда. Пожалуйста, позволь мне остаться с тобой. Если возможно… Я должна быть с тобой, молю тебя.
Рагнор никогда не чувствовал себя таким одиноким, таким озлобленным и таким беспомощным. Нари знала, что он чувствует, и понимала, как смягчить его. Был способ. Она останется, и она научится.
Монахи построили им домик, в то время как сами братья постоянно находились в церкви. Со временем Рагнор понял, что тревогу можно унять.
В лесу почти исчезли олени.
Самого злого вепря ничего не стоило усмирить.
Странную они вели жизнь. Монахи исподволь следили за ними, но постоянно оставались настороже. Каждый день они выезжали в лес на поиски врага. Рагнор наконец спросил Питера, зачем он остается здесь и что хочет найти во время своих вылазок. Атаки более не повторялись, враги, очевидно, ушли в другое место.
— Я буду здесь, пока нужен тебе, — ответил ему Питер, и Рагнор удивился. Он считал, что рядом с ними монахи находятся в большей опасности, чем где бы то ни было.
Но Питер ничего не стал объяснять.
В то время Рагнор не очень расстроился. Он сам мог немало понять и узнать. Он обнаружил, что сю способности к размышлению весьма обострились, как и умение выживать. У него появилась странная, вызывающая страх сила собственного рассудка, острота ума и острота чувств. И еще были ночи с Нари.
Между ними крепла связь. Прочная связь, способная противостоять ужасу от осознания того, кем они стали и чем они были. Казалось, она его понимала. Ночью они неслись как ветер, наслаждаясь темнотой и собственной силой. Они пировали кровью, они занимались любовью с той же яростной страстью, с которой охотились и утоляли голод.
При первом свете дня они засыпали и отдыхали.
Монахи ждали, настороженные.
Через год Рагнор почувствовал беспокойство. Он поговорил с Питером и сообщил ему, что хочет поехать домой или на тот остров, который он много лет считал домом.
Питер внимательно на него посмотрел.
— Ты готов.
— Я знаю, что я готов.
— А Нари? — спросил Питер.
— Она меня слушает. Питер помолчал немного.
— Тогда отправляйся домой, но помни: мы здесь.
— Почему? Почему бы вам тоже не вернуться домой?
— Потому что не все еще кончено.
Рагнор ему не поверил. Больше никто их не беспокоил. Немногие уцелевшие жители заново отстроились и сняли урожай. Земля воздала им сторицей. Скоро народится больше детей, дети вырастут и дадут новое потомство, и жизнь войдет в свое русло.
— Возвращайся, когда почувствуешь, что должен возвратиться, — велел ему Питер.
На следующий день Рагнор уплыл вместе с Нари, вернувшись на остров, где жили преданные ему викинги. Викинги сразу признали в нем своего командира. Он рассказал им, что брат погиб в битве, украсив рассказ красивыми подробностями, ибо каждый воин достоин саги.
Он жил вместе с Нари и снова стал отправляться в море со своими дружинниками. В мире еще велись войны за правое дело, и он бился за тех, кого считал правым, неустрашимо и яростно, как подобает викингу.
Он упивался насилием, неизбежным в любой битве. Нари стала чем-то вроде королевы викингов. Она ждала его возвращения, и одна делила с ним тайну его мистической силы.
Так прошли месяцы. Рагнор вновь почувствовал сильное желание увидеться с Питером, вернуться в церковь, которую тот по-прежнему охранял, готовый в любой момент отразить атаку сил преисподней. Нари предпочла остаться дома, сославшись на то, что толкователь рун не велел ей трогаться в путь.
Рагнор вернулся в церковь с острым предчувствием беды. Однако оказалось, что все идет своим чередом. В деревне все жили, как в старые добрые времена, и только ночью жители спали в церкви. Поля приносили богатый урожай, дичи водилось много, и снова деревня у моря стала вожделенным приютом для тех, кто искал себе место в жизни.
Рагнор спал один в маленькой деревянной избушке, что когда-то построили для него монахи. Почти все дни он проводил с Питером. Он учился у монаха, говорил с ним и спорил.
И как-то на закате Рагнор увидел Питера сидящим на ступенях церкви. Монах вглядывался в темную даль и прислушивался.
— Что там? — спросил Рагнор.
Питер как-то странно на него посмотрел.
— Ты не знаешь? Не чувствуешь?
Нет.
Что-то происходит.
— Что?
— Они возвращаются.
— Они?
— Они где-то рядом. Хотят чего-то. Высматривают. Ждут.
— Тогда оставайся внутри. Они ничего не смогут сделать.
Но на следующий день церковь загорелась.
Пламя занялось на закате, и отчаянные действия, предпринятые для ее спасения, оказались бесполезными. Когда наступил рассвет, головешки еще догорали, и людям ничего не оставалось, как в страхе жаться друг к другу у огня.
Рагнор стоял на страже. Сейчас и он чувствовал близость чего-то… кого-то…
Злобный шелест пронесся по воздуху.
А потом пришли они.
Они налетели стаей, на крыльях ночи. Они разорвали ночную тишину своими криками, оставаясь лишь тенями. Они издавали звуки, словно что-то бьется о воздух. Потом они обрели плоть. Вначале чернота уплотнялась, обретала формы, затем костер зашипел, и в ослепительных сполохах пламени явились они.
Враги не были похожи на воинов в своих коричневых одеяниях и с тонзурами на головах. Монахи дрались с ними, рубили мечами. Они убивали демонов, ибо знали их уязвимые места и старались отрубать головы. Враги падали замертво. Некоторые падали наземь, как простые смертные из плоти и крови, иные поверженные рассыпались в прах прямо на глазах, становились подобными пеплу костра.
И все же, когда все закончилось, несмотря на то, что враги лежали на земле, на той же земле осталось немало от монашеской братии. И костер в ночи гневно гудел, когда монахи кремировали останки.
На рассвете Рагнору нестерпимо захотелось спать. Монахи и поселенцы принялись за работу, они стали строить новую церковь. У них получалось убогое строение, но монахи молились, чтобы Господь принял его как свою обитель.
Рагнор проснулся и увидел, что он не один. Нари пришла к нему.
— Я слышала зов, — нежно прикоснулась она к его щеке, свернувшись клубочком рядом.
Нари погладила его по лбу, прижалась к нему, давая понять, что хочет его, и он проснулся, исполненный страсти, которую могла утолить только та страсть, что предлагала она. Но потом он уснул, а проснувшись, пошарил рукой подле себя и не обнаружил Нари…
Он вскочил внезапно и только тогда увидел, что она сделала.
Его меч лежал на земляном полу. Они окружили соломенный матрас, что служил ему постелью. Их предводитель зашел в хижину и вытащил меч. На губах его играла насмешливая улыбка. Рагнор приподнялся на локтях, пораженный увиденному.
— Неужели? Ты!
— Время принять смерть, седьмой сын седьмого сына.
Нари скользнула за спину того, другого.
— Прости, Рагнор, но мы не созданы для того, чтобы пить кровь крыс и вепрей. Ты мог бы быть самым главным среди нас, но…
Она затихла.
Она все хорошо спланировала. У нее было время. Она подставила его.
— Прости, Рагнор. В Валгалле, я думаю, ты сможешь меня простить.
Человек с мечом подступил к нему, и Рагнор вскочил, нагой, безоружный, но исполненный решимости биться до конца.
— Кто хочет жить вечно?
Меч хлестнул сумеречные тени, блеснув серебром.




Предыдущая страницаСледующая страница

Ваши комментарии
к роману В полночный час - Дрейк Шеннон



Скучный,нудный роман. Составлен из разных кусков. Ни детектива, ни любви, а чушь какая-то.Его читать - только время терять.
В полночный час - Дрейк ШеннонНика
31.05.2011, 11.54





Интересная книга, и современная и с историческими сюжетаи, и реалистичная и про клан вампиров, и секс и о высоком, короче говоря - мне понравилась, не избитый сюжет!
В полночный час - Дрейк ШеннонДаша
2.09.2011, 12.04





С первых страниц книга вроде интригует, затем начинается однообразие, так сказать, из пустого в порожнее. Главная героиня к середине романа начинает просто раздражать, ей говорят все кому не лень- не ходи одна в темноте, все равно прется. Вообщем, книга на любителя. Мне показалась скучноватой.
В полночный час - Дрейк ШеннонНастя
5.04.2012, 6.38





Роман дійсно нудний, затянутий, прісний.Де шалена пристрасть, інтрига,великі почуття,острота в сьжеті.Немає опису думок та почутів головних героїв,лише десь чучуть описується те що відчуває героїня до героя, а про його почуття, страх за її життя,його тривогу та почутя ніслова.Таке враження що писала цей роман зовсім не Ш.Дрейк,а якась безтолкова та неграмотна тьотка.В попередніх історія про вампірів також були обривки з історії життя персонажів, але якісь цікаві, а тут.....Я читала багато її романів, але цей..........Жах.Даром потратила час і сили. називається не повірила поганим відгукам про книгу, а дарма.
В полночный час - Дрейк ШеннонОльга
23.04.2012, 19.25





Роман очень скучный и ОЧЕНЬ нудный!
В полночный час - Дрейк Шеннонюлия
25.06.2012, 17.05





Чертовски скучный роман, опиаание ггероя не плохое, а в целом скучно без интриги и постельные сцены-черт знает что, простите ща такой диагноз, это чисто мое мнениеrn Люблю, целую, ваша Этакая
В полночный час - Дрейк Шеннонэтакая
1.09.2013, 2.03





не понравилось, очень(
В полночный час - Дрейк Шеннонкристя
11.11.2013, 19.17





бред, ни любви ни интриги. автор решила на вампирской теме денежку заработать.
В полночный час - Дрейк Шеннонnemochka
10.08.2014, 14.01





Я не згідна не з одним попереднім коментаре. Книга дуже чудова. Принесла багато задоволення коли читала. Не звертай те на коментарі уваги і просто читайте.
В полночный час - Дрейк ШеннонІванна
4.10.2014, 11.29





Я не смогла осилить и первой главы... Героиня стала раздражать, действие не сдвигалось с мёртвой точки и я заскучала... Если бы я увидела вампиров, то, не побежала бы в полицию, опасаясь что в результате вызовут скорую психиатрическую помощь. Скорее всего я помчалась бы на вокзал или аэропорт и дала бы дёру из этого города куда подальше...
В полночный час - Дрейк ШеннонМарина
26.10.2014, 18.43





Удивлена, что у этого автора такая не интересная книжка есть. Сюжета нет толком ни какого, сплошная беготня.
В полночный час - Дрейк ШеннонЕлена
21.06.2015, 6.28





Капец скука!!!!
В полночный час - Дрейк ШеннонЗлой критик
2.11.2016, 13.01








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100