Читать онлайн Триумф рыцаря, автора - Дрейк Шеннон, Раздел - Глава 12 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Триумф рыцаря - Дрейк Шеннон бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 8.4 (Голосов: 85)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Триумф рыцаря - Дрейк Шеннон - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Триумф рыцаря - Дрейк Шеннон - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Дрейк Шеннон

Триумф рыцаря

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

Глава 12

Английская армия была в три раза сильнее и представляла собой потрясающее зрелище.
С вершины Лондонского холма – конусообразной вершины, возвышавшейся над окрестностями, – Роберт Брюс со своими приближенными, среди которых были Роберт Дуглас и Эрик, наблюдал за передвижениями противника.
Армия, казалось, полыхала огнем. Солнце ярко отсвечивало на полированных стальных шлемах, кольчугах и латах. Щиты ловили льющиеся с голубого неба лучи и отражали их под всеми мыслимыми углами. Трепетали цветные вымпелы, развевались знамена, кони были украшены не хуже наездников, и над их сбруями колыхались роскошные плюмажи.
Похоже было, что на берег накатывают волны.
Брюс собрал всего несколько сот людей, но зато они прекрасно знали местность.
И еще они знали Лондонский холм. У его подножия проходила дорога, по сторонам которой раскинулась предательская трясина, которую не перескочил бы никакой конь. Люди Брюса прорыли траншеи и в три линии перегородили выход на простор из горловины. А затем стали их оборонять.
Ближе, ближе, еще ближе.
– Как их много, – пробормотал Роберт Брюс. – Согласитесь, очень красиво.
Джеймс Дуглас сплюнул в грязь.
– Как задница старого хрыча.
– Очень много, – повторил король. В свои тридцать с небольшим он был не только влиятельным человеком – он научился трезво мыслить, был стратегом, дипломатом и отважным воином.
– Нам потребуется все их оружие и доспехи, которые они оставят, когда полягут от наших мечей, – заметил Эрик.
– Все подберем, – ухмыльнулся король. – Они превосходят нас числом, зато у нас отличный боевой клич. И он нам поможет, как всегда. Ну, пора! – Он вскинул меч и начал спускаться по склону. – За Шотландию! За свободу!
Эрик и войско последовали за ним. И тут же прозвучал боевой рог англичан. Войска Пемброка пошли в атаку. Первая волна – конные ряды – накатила на защитников. Воины с пиками – смертоносная сталь наперевес. Но прежде чем хоть одно острие погрузилось в плоть, конские копыта угодили в канаву. Всадники рухнули на землю, а задние смяли передних. Те, кто не сломал шею в трясине, налетели на копья. В первые же секунды сражения его исход был предрешен.
Кони давили коней. Люди пронзительно кричали. Строй англичан безнадежно сломался, и в ряды нападавших ворвалась смерть – сотни человек утонули в первую минуту атаки.
Подоспела вторая волна, которая мчалась сразу за первой, но в это время, следуя приказу, из укрытий выскочили шотландцы с мечами, топорами, булавами, а кто-то подхватывал оружие павших врагов, и все яростно бросались на англичан.
Эрик прорубал себе путь мечом, и там, где он пронесся, всадники валились с коней, и их кровь растекалась по болотной тине. Рыцари в красивых латах корчились на земле, и по их телам шли шотландцы. На поле брани царил хаос. Огромные массы людей перемешались, и каждый понимал – надо биться до последнего и прикрывать спину товарищу, как товарищ прикрывает спину тебе. Все звуки заглушал звон стали.
Но вот внезапно все кончилось. Ряды англичан смешались, и тут же последовал приказ к отступлению – взревели рога, взвились вымпелы.
Все так же блистала сталь и пестрели яркие цвета. Но теперь армия откатывалась назад.
Из глоток воинов вырвался яростный крик – это шотландцы преследовали англичан. И еще множество врагов полегло во время бегства.
В пылу сражения Эрик соскочил с коня – он спешил на помощь какому-то горцу в килте, который яростно орудовал мечом, но был бос и без щита. Подскочил еще один латник с опущенным забралом, и Эрику пришлось действовать на два фронта. Удары сыпались без перерыва – он едва успевал отбить один, как тут же приходилось уворачиваться от другого, и не хватало времени, чтобы напасть самому. Возможность представилась, когда противники одновременно подняли оружие. Эрик отскочил в сторону, и англичане опустили мечи на головы друг друга. Не успели они рухнуть на землю, как шотландец ощутил за спиной опасность. Он мгновенно повернулся и сделал выпад, но не убил наповал – острие наткнулось на стальные доспехи. Противник взмахнул мечом и зацепил его руку. Лезвие соскользнуло по металлическому нарукавнику, но рука сразу онемела. В отчаянии Эрик перехватил оружие левой и ударил англичанина по бедрам. Тот свалился как подкошенный.
Готовый к отражению нового нападения, Эрик круто повернулся на звук лошадиных копыт. Но к нему подъехал не враг, а сам Роберт Брюс.
Он соскочил с коня и хлопнул Эрика по плечу.
– Победа! Теперь наши ряды приумножатся. Еще больше людей поднимутся за свободу Шотландии.
Шум сражения постепенно стихал. Повсюду раздавались победные возгласы. Они слились в единый крик, и по холмам, по дороге и даже по болоту прокатилось:
– Да здравствует Шотландия!
– Да здравствует свобода!
– Да здравствует Роберт Брюс – король свободной страны!
Брюс вскочил в седло и провозгласил победу. А потом поблагодарил каждого за любовь к родине и попросил подобрать убитых и позаботиться о раненых.
– Битва за Шотландию только начинается, – напомнил он воинам.
Вечером, когда похоронили павших, перевязали раненых и обсудили стратегию, король изъявил желание говорить с баронами и рыцарями, которые вступили в его войско и привели с собой вооруженных солдат.
Опыт с Уильямом Уоллесом доказал, как важно ценить каждого, тем более что Роберт Брюс был по натуре доброжелательным и обаятельным человеком. А смерть Комина научила его не пренебрегать добродетелями человека. И теперь, прежде чем начать поход, в котором он намеревался отстоять королевское звание, Брюс решил просить об отпущении грехов, хотя молва утверждала, что он только ударил Джона, а все остальное доделали его соратники.
Эрик разговаривал с Джейми, когда к ним подошел король и поблагодарил за помощь в борьбе с англичанами. А потом он попросил Эрика пройти с ним в шатер под деревьями.
– Как там Лэнгли? – спросил он.
– Когда я уезжал, все было в порядке.
– Разумеется, раз войско Пемброка не там, а здесь, – рассмеялся король и серьезно добавил: – Шпионы доносят, что Роберт Невилл и Найлз Мейсон собирают армию под Шеффингтоном. И ты наверняка знаешь, что из Англии выступил молодой лорд Эйдан. Так что во главе всей этой компании встанет знатный человек. Они будут кричать, что он обижен, что его сестра – тебе не жена, а пленница, и постараются настроить против меня всех, кого возможно: и моих врагов, и тех, кто сохраняет нейтралитет, ожидая, куда подует ветер для меня и для английского короля.
– Они безумцы, если решатся напасть на Лэнгли.
– Что правда, то правда, – кивнул Роберт Брюс. – Поэтому-то я и решил подхлестнуть англичан, устроив твою женитьбу. Эта женщина – славная награда для любого англичанина. Да и вообще для любого. Я с ней знаком. Ты знаешь об этом. Во всяком случае, несколько раз встречался. Она часто бывала при английском дворе, ведь ее отец не только знатный человек, но прославленный воин и участник всех кампаний Эдуарда против французов.
– Нет, я не знал, что вы знакомы.
– Боюсь, что в ее глазах я переметнувшийся предатель, – пожал плечами король. – В ту пору мы обменялись с ней всего лишь несколькими любезностями. Эдуард отказался обменивать леди на мою жену. Но я уверен, что он поддержит план ее вызволения. Он изучает законность вашего брака и отрицает его правомерность. Я не сомневаюсь, что он уже строит планы ее возвращения. Я замечал, как он смотрел на нее. Эдуард понимает толк в женской красоте и сознает, какой это ценный дар. В свое время, благословив брак этой женщины с Афтоном, он заручился верностью Лэнгли. И рассчитывал он не на год и не на два. – Тон короля внезапно изменился. – Не дай Эдуарду снова ею завладеть! Господи, он взял в плен моего ребенка. Эрик, ты даже не представляешь, какую оказал мне услугу. Я знаю, как тебе тяжело – ты потерял Марго, но помни, что я тебе благодарен.
– Это и моя месть, – ответил шотландец. – У меня много причин ненавидеть тех, кто добивается Игрейнии.
– Нельзя, чтобы он завладел этой женщиной и использовал в своих играх за власть – вознаградил ею тех, кто ему служит. Епископы написали в Рим… А пока… – Брюс помедлил и улыбнулся, – пока, если есть на небе Господь и он благоволит к нам, пусть у нее будет ребенок. Это, безусловно, подмочит ее ценность в качестве приза в династических играх Эдуарда, и ему придется признать превосходство шотландцев. Будем бросать ему вызов по любому поводу. Во имя Шотландии!
Король положил руку Эрику на плечо, а потом повернулся и скрылся в ночи.
Свежий ветерок трепал Эрику волосы.
Боже, как он любил свою жену! Нежность к Марго пропитала его душу и стала частью его существа.
Эрик был мужчиной, а воинские лагеря всегда посещали женщины.
И вот король дает ему приказ – не просит, а приказывает! – сделать то, к чему Эрика и без того тянет с тех пор, как он увидел Игрейнию в ручье.
Эту женщину тоже постигло горе, и он это отлично понимает. И он, и она страдали, и из-за этого Эрик иногда ее почти ненавидел. Как ненавидел раздиравшие его физические потребности, такие же настойчивые, как желание дышать или пить.
Снова подул ветерок, и он рассмеялся. Громко. И ночь отозвалась раскатистым эхом.
Что ж, в конце концов, она – его жена.
В душе его поднялся настоящий вихрь чувств. Жена, трофей, пешка, черноволосая нимфа, соблазнительная, словно сирена, ведьмочка.
Предстояла еще одна битва. С ней. И с собой.
Эрик снова рассмеялся. Еще одна битва.
Во имя Шотландии.
Игрейния стояла на боевой площадке крепостной стены и обозревала взглядом поля. В Лэнгли пришла весть, что недавно произошла битва и малочисленные силы шотландцев наголову разбили огромную армию Пемброка. Эдуард зеленел от ярости и кричал, что только он один способен привести войска к победе.
Игрейния обрела некоторую свободу – правда, только внутри стен замка. И решила, что если все тщательно спланировать, то можно устроить побег.
Но она не была уверена, что хочет бежать. В побеге таилась опасность. Здесь, в Лэнгли, враги вели себя вежливо и учтиво. Эрик уехал. Она написала письмо, которое он предложил отправить. А шотландец, отправляясь к Брюсу, наверняка предупредил своих людей, что пленница попытается бежать, – иначе с чего бы они ходили за ней по пятам. Но в последние несколько дней они как будто слегка расслабились. И появилась возможность побега. В замок стали приезжать купцы со своими товарами, и их повозки к вечеру с грохотом съезжали с подъемного моста. Крестьян, молочниц, слуг – всех пускали и беспрепятственно выпускали из замка.
Вот он, путь к спасению!
И Дженни целыми днями уговаривала ее воспользоваться этим способом.
А Ровенна, наоборот, неустанно подчеркивала, с каким уважением относились к ней обитатели замка – смотрели в рот, улыбались, когда она улыбалась, – и со всех ног бросались исполнять любую ее просьбу.
Игрейнии стал нравиться замок.
Но она все равно бы убежала, чтобы получить свободу. Останавливало одно: вне этих стен ей придется просить помощи у англичан, а значит, обратиться к королю. Однако Эдуард хочет, чтобы она вышла замуж за Роберта Невилла. И тогда…
Да, Роберт – родственник Афтона. Но Игрейнию весьма тревожило, что он с таким отчаянным упорством добивался Лэнгли и так торопился заключить их брак. Он совершенно не напоминал покойного мужа. Афтон любил книги, учение и искусство беседы. А Роберт во всем, что касалось пленников, руководствовался гневом, нимало не тревожился о судьбе несчастных женщин и детей и, подобно сэру Мейсону, не сомневался, что всех необходимо казнить. Игрейния видела, что большинство людей повиновались бы королевскому указу и способствовали гибели предателей, но ее пугало то, с каким удовольствием Роберт исполнял монаршую волю: И то, как он заявлял свои права на собственность родственника. И на его жену. Особенно если вспомнить, какие она получает доходы из Англии.
Не то чтобы она не любила Роберта. Но ей становилось не по себе, когда он касался ее или клал руку на плечо, слишком жарко целовал, когда здоровался, или мимоходом дотрагивался, если шел через зал. Игрейния никогда не рассказывала об этом Афтону. А когда замок посетила болезнь и смерть, не осталось никаких других помыслов – одна лишь боль и чудовищный ужас.
И что же теперь?
Игрейния не сомневалась, что нашла способ убежать. Она использовала лучшую в мире тактику – покорность. И видела, что противника убаюкало ее поведение.
Однако не окажется ли свобода новой, еще более опасной тюрьмой? Ну если не опасной, то, во всяком случае, более суровой. В ее жизни случилось нечто такое, что нужно было принять. Умер Афтон. Кончилась идиллия. Она очутилась в мире, где все определяет происхождение, богатство и положение. Это маленькое чудо, что они с Афтоном дружили детьми, а потом стали хорошими мужем и женой. Он оказался слишком утонченным человеком для того положения, которого требовало его происхождение. Афтон познал все, что требовалось наследнику Лэнгли, но предпочитал книги и искусства скачке в седле, майской ярмарке и воинским упражнениям. Он всегда внимательно слушал. Слова и мысли Игрейнии для него значили много во всех областях жизни. В те времена мнение женщин редко ценилось. Но в их семье сложилось совсем иное положение.
И вот теперь, когда Эрик уехал, а управлять замком и охранять пленницу остались Питер и Джаррет, Игрейния начала думать, что ей лучше остаться уважаемой узницей здесь, чем испытать заточение более страшное – диктат короля Эдуарда, который отдаст ее в жены своему верному человеку. Приняв решение не сидеть целыми днями в комнате, Игрейния стала вести жизнь, до странности похожую на прежнюю. Многие часы она проводила в зале в обществе отца Маккинли и рыцарей Эрика, и новости, которые они обсуждали, подчас вовсе не касались судеб Шотландии. Филипп Красивый начал во Франции преследование тамплиеров. Это ужаснуло Питера, который подружился со многими из них во время походов в Святую землю. Отец Маккинли соглашался, что неправомерно творить расправу над людьми, но напоминал, что тайный рыцарский орден, который во времена его образования жил по законам целомудрия и бедности, чрезмерно разбогател. Сюда же примешивались отношения Филиппа с папой, которому он помог занять святой престол, а теперь намеревался использовать в своих целях. Казна французского короля истощилась до предела, а знать, как было известно всему миру, накопила огромные богатства.
Игрейния часто высказывала свое мнение, и ее слушали, даже когда она спорила. Как-то, погнавшись за кроликом, упала с утеса и покалечилась любимая борзая Питера, и он пришел к Игрейнии за бальзамом, чтобы залечить ее раны. Вместе с отцом Маккинли леди Лэнгли снова стала ходить к обитателям замка – лечить болезни и утешать в горестях.
Она очень много читала и еще больше увлеклась историей оружия. И она снова сняла со стены гербовый щит Эрика. В комнате не осталось ничего, что бы напоминало о роде Афтона. Но ее шитье и вышивку шотландцы не тронули. Времени было достаточно, материалов тоже, и она изготовила собственный герб – львы на фоне лилий – символ дома Абеляров. Игрейнии самой понравилось, как вышивка смотрелась на стене, и от того, что, ложась в постель, она видела герб своей семьи, в душе ее воцарились спокойствие и ощущение независимости, которые были ей так необходимы. Хотя Эрик уехал, но ей казалось, что он по-прежнему оставался в замке. Все в Лэнгли шло так, как рассудил Эрик. Да, здесь была шотландская территория, на которой безраздельно властвовал Роберт Брюс. Но жизнь считалась священной и никто не творил жестокостей. Работников и слуг не избивали, никто не грабил домов выживших во время болезни и тех, кто погиб от чумы. Мужчин не убивали, женщин не насиловали, поля не вытаптывали, скот не уничтожали. В этом, конечно, была своя логика. Эрик стремился набрать и обучить военному делу для своего короля как можно больше людей. А воинам требовались амуниция и продовольствие.
Но те, кто хорошо его знал, хранили ему неизменную верность. Они с нетерпением ждали вестей об исходе сражения, о Роберте Брюсе, о передвижениях Эдуарда и о судьбе своего вождя. Никто не желал ему гибели и не стремился занять его место. Преподобный Маккинли постоянно прислушивался к разговорам его соратников и утверждал, что Эрик обладает безоговорочной властью, потому что сам подвергается такой же опасности, как любой из его людей, он готов броситься на защиту товарища и жизнь человека для него дороже богатства. Он был от природы стратег и потому понимал, что превосходящего числом противника можно сломить упорством. Он сумел убедить своих солдат, что они захватят Лэнгли без доспехов и почти без оружия, ведь они шли освобождать тех, кого любили. И Эрик одержал победу, потому что очень этого хотел.
Шли дни. Игрейния окончательно убедилась, что дверь на свободу всегда открыта, но теперь она все чаще задумывалась, что же такое свобода. Казалось бы, ей следовало молиться о смерти Эрика. Но она с ужасом обнаружила, что ждет его возвращения. Однако ей приятно было сознавать, что она может бежать, когда захочет.
Страшило одно: оставаясь в плену, Игрейния подвергала опасности брата. Но время бежало, а он так и не ответил на ее письмо. Если бы послание передали Питеру как управляющему замком на время отсутствия Эрика, он, пожалуй, не стал бы его ей показывать. Но Игрейния не задавала вопросов – она надеялась, что брат воспользуется услугой верного крестьянина, лудильщика или молочницы.
Гонцы приезжали и тут же спешили назад. Однажды во время обеда в зале Питер с гордостью сообщил, что шотландцы отбили мощную атаку англичан у Лондонского холма. Затем сами напали на войско пришедшего на выручку Пемброку графа Глостера. Тот яростно защищался, но тем не менее отступил и скрылся за стенами замка Эр. Игрейния удивилась тому, как неожиданно забилось ее сердце – если бы что-нибудь дурное случилось с вождем, Питер не рассказывал бы об этом с таким удовольствием. Но тем не менее она спросила:
– А что с людьми из нашего замка?
Несмотря на обещание собственноручно предать Эрика смерти, она, с тех пор как уехал ее тюремщик, не переставала тревожиться. И Питер радостно заверил пленницу, что отряд Лэнгли в обоих сражениях вел себя храбро и достойно. Никто не погиб – только у одного юноши оказалась сломана рука.
Ветер подул в другую сторону.
Брюс взял верх. Но Эдуард бросил клич своим вассалам. Сбор назначили на восьмое июля в Карлайле, где к ним должны были присоединиться валлийцы, и король объявил, что сам поведет армию против Брюса.
Игрейния размышляла: неужели и на этот раз, когда на ратном поле появится сам Эдуард и потребует покорности, шотландцу поможет его сила воли и хитроумная тактика? Она знала короля: прозванный Долговязым за свой высокий рост, он по праву считался отважным воителем. Об его отваге слагали легенды. И перед тем как умерла его любимая жена Элеонора, он нередко проявлял великодушие. И хотя его политика по отношению к Шотландии всегда отличалась непримиримостью и жестокостью, бывали случаи, когда король предпочитал силе терпимость. Обычно это случалось, если Эдуард считал, что дипломатия выгоднее войны.
Игрейния стояла на парапете стены и наслаждалась нежной лаской солнца и легкого ветерка. Но внезапно услышала, как кто-то к ней подошел.
– Прислушайтесь. – Это был Питер. Он внимательно смотрел на восток, где поле покато опускалось в сторону горизонта.
Игрейния удивленно изогнула бровь – она ничего не слышала. Но вскоре поняла, о чем говорил Питер, не услышала, а скорее почувствовала сотрясение земли. А потом уловила звук – стук лошадиных копыт и посвист ветра: это множество воинов во весь опор мчались к замку.
– Грегори предсказал, что они вернутся сегодня. Удивительный парень!
Грегори и в самом деле оказался удивительным человеком. Игрейния начала учиться читать по его губам. Он точно сообщал день, когда родится жеребенок и когда пойдет дождь. Или когда выдастся солнечный день, даже если с утра небо закрывали грозные, темные тучи.
Высоко на восточной башне прозвучал горн и крик стражника. В воздух взвился флаг, и Питер довольно заметил:
– Точно, возвращаются!
Игрейния ощутила странное смешанное чувство: страха и предвкушения чего-то хорошего. Дни без Эрика текли спокойно. Она занималась своими делами. И шотландцы относились к ней уважительно и с почтением, словно она была одна из них.
А теперь…
– Я рада, – произнесла она, – что ваши люди пережили все ужасы сражения. А теперь извините. Мне пора. – Ей внезапно нестерпимо захотелось уйти.
Питер был слишком увлечен возвращением товарищей и не последовал за пленницей. Джаррета и кого-нибудь другого поблизости тоже не было.
Игрейния хотела уединиться в своей комнате, но, оказавшись в зале, обнаружила, что он пуст. И вместо того чтобы подняться наверх, спустилась в подземелье. Факелы освещали каменный подвал, но рядом со склепами никого не было. Она удивилась, что ее нисколько не пугает соседство с погребенными и она может спокойно разгуливать среди захоронений. Поблизости упокоился Афтон, и если в катакомбах витал его дух, он станет ей стражем и утешителем. Игрейния прикоснулась ладонью к каменной стене и ощутила не душераздирающую боль потери, а сладостный укол воспоминаний. Потом ей стало любопытно, каким способом шотландцы замуровали потайной ход.
Она не сразу решилась заняться обследованием подземелий. Но время было подходящее: отряд возвращался с победой – сейчас начнутся поздравления и тосты за Шотландию и короля Брюса. И о ней никто не вспомнит.
Игрейния прошла мимо пустых камер – деревянные двери и решетки оказались открытыми. И не остановилась даже у пыточной, только по затылку пробежал неприятный холодок. Она быстро направилась туда, где любой непосвященный не увидел бы ничего, кроме тупика. Проскользнула мимо выглядевшей частью стены колонны и оказалась в том месте, где за едва приметной теперь аркой некогда начинался тайный ход, который тянулся глубоко подо рвом и выходил на южный берег реки.
Она оглядела арку: если раньше та только казалась стеной, то теперь превратилась в настоящую стену – кирпичи накрепко связал известковый раствор. Но Игрейния не верила, что Эрик так основательно заделал ход, что при случае сам не мог бы им воспользоваться. Она не сомневалась: стоит как следует ударить топором или пикой – и преграда обрушится.
Она обвела взглядом коридор. Как она и ожидала, нужных инструментов ей никто не оставил.
Тогда она покинула темный тупик, довольная тем, что узнала, на тот случай, если ходом придется воспользоваться. Она прошла мимо камер, захоронений и поднялась по лестнице в зал. Сделав несколько шагов, в сгущающемся под каменными сводами сумраке она спиной почувствовала, что рядом кто-то есть.
Игрейния резко остановилась и в первую секунду в трепетном свете настенных факелов увидела перед собой только какую-то огромную преграду. Но затем в неверном мерцании огней различила широкие плечи, накидку и золотистое марево волос. Сердце бухнуло в груди, и она застыла. Отступать не имело смысла. И вперед идти было некуда. И хотя глаза Эрика скрывала тень, и они казались почти черными, Игрейния догадалась, что он смотрел на нее с неудовольствием.
– Ах! – воскликнула она, призывая все силы, чтобы унять дрожь в руках и ногах, и стараясь говорить так же свободно, как с Питером, Джарретом или отцом Маккинли. – Громче, трубы! Славьте победителя! Вернулся непобедимый воин! Остались в живых? Повезло!
Игрейния не видела его рук, потому что Эрик держал их за спиной. Но вот он вытянул одну руку. В кулаке было зажато остроконечное кайло.
Она едва взглянула на инструмент – старалась не отводить взгляда от его лица.
– Я ходила навещать могилы.
– Они в другом конце коридора.
– Слышала, что вы замуровали подземный ход?
– И решили в этом убедиться?
– Конечно. Подумала: как глупо! А если вам придется самому им воспользоваться?
– Придется – мне? Скажите откровенно – искали возможность бежать?
– Вас долго не было в замке. Все это время я была примерной арестанткой. Спросите у своих людей.
– Мои люди вам не помеха. Жизнь с ними вам кажется даже приятной. А теперь вот вернулся я.
– Вернулись… – пробормотала Игрейния. Она решила, что продолжать разговор не имеет смысла. Обеспокоенная, что не удавалось унять сердцебиение и дыхание оставалось по-прежнему частым, она подумала, что самым лучшим выходом будет достойное отступление. Она двинулась вперед, хотя шотландец по-прежнему загораживал ей дорогу. – Пустите, сэр, пленница желает вернуться в свою клетку.
Но Эрик не отодвинулся. И когда она проходила мимо, схватил ее за руку.
– Послушайте! Я же здесь. Никуда не убежала. – Игрейния испугалась, что шотландец услышит, как задрожал ее голос. – А вниз спустилась, чтобы помолиться… и из любопытства.
– И кайло это тоже не ваше?
– Конечно, не мое. Неужели вы считаете, что ваши люди могли снабдить меня подобным инструментом?
– Насколько мне известно, этот замок некогда был вашим домом и вы знаете, где что лежит.
Гордый, уверенный в себе человек, подумала Игрейния. Такого никто не сломит. А сравнить с тем, каким она увидела его впервые: измученный, отчаявшийся, растерзанный, не лучше дикаря. Теперь он носил чистую одежду, был гладко выбрит, заботился о своих волосах. Волевое лицо привлекало взгляд. И в то же время оно было хмурым. Видимо, боль так и не ушла из его сердца.
Эрик скакал домой без доспехов – не сомневался, что путь свободен. Но меч был пристегнут к поясу, а у колена привязан неразлучный кинжал.
– Пленники всегда должны искать путь к свободе, – нетерпеливо проговорила Игрейния. Шотландец находился слишком близко и стал чрезмерно реален. Как мужчина. Во плоти. С бьющимся сердцем, все подмечающими глазами и энергией, которая бурлила в нем. – А я тем не менее здесь! Признайтесь, когда вы не увидели меня среди всех раболепствующих по поводу вашего победного возвращения людей, вы ведь решили, что я сбежала от своей приятной жизни узницы?
– Не подумал. Увидел Питера и понял: вы здесь. Он бы ни за что не выпустил из рук то, что мы захватили.
– Каменные стены, оружие, женщина – все одного сорта?
– Военные трофеи, – с готовностью подтвердил Эрик.
– С той лишь разницей, что некоторые куда положишь, там и возьмешь.
– Ага! Значит, вы все-таки не оставляете мысль о побеге? Прямо в объятия и брачную постель к человеку, который спит и видит, как бы поскорее, пока он еще не уснул вечным сном, завладеть землями, имуществом, титулом и женщиной своего покойного родственника.
Слушайте, вас зовут! Ваши люди хотят вас видеть после столь долгого отсутствия.
– Нет, Игрейния, сдается мне, что вы вовсе не были примерной арестанткой. Вы очень умная женщина и прекрасно понимаете, что не сумеете противостоять Эдуарду, если он захочет вас заполучить.
– А мне-то что? – Игрейния не в силах была оставаться рядом с ним. Она еле сдерживалась, чтобы не закричать и не броситься по коридору словно ненормальная. – Мое единственное избавление – это смерть вас всех. Так вы позволите мне пройти, сэр? Ваши товарищи вас заждались. Им не терпится воздать вам по заслугам.
– Это хорошо, что вы не пытались бежать.
– А что бы случилось в противном случае? Ваши люди получили приказ выпороть меня плетью? Или отрубить голову?
– Ни то, ни другое, – спокойно ответил Эрик. – Но они поместили бы вас в подвал и держали в нем до моего возвращения.
– Если бы поймали.
– Уверяю вас, непременно бы поймали.
Он как будто и не собирался ее отпускать – словно ее изучал, пытался найти что-то в ее глазах или в словах.
– Что теперь говорить? Вы возвратились. Я здесь. Птичка по-прежнему в клетке. Только клетка стала немного больше.
– Нынешняя война продлится очень долго. Мне снова предстоит уехать. И какая бы логика ни руководила вашим умом и ни двигала вашей бесшабашной душой, думаю, будет лучше, если я заранее вас предупрежу. Вам казалось, что вы распоряжаетесь в своей клетке, и вам невмоготу, когда в ней устанавливают правила. Это может измениться. Неизменно другое: вы – военный трофей.
– Понятия не имею, о чем вы говорите! – раздраженно пробурчала Игрейния. Она чувствовала, что теряет контроль над собой. Еще секунда, и она бросится на камни, только чтобы избавиться от него. Сердце гулко колотилось. Грудь сдавило, и дыхание вырывалось частыми прерывистыми толчками. – Я не собираюсь бежать. Буду сидеть в своей клетке – в самой маленькой, пока вы в замке! Я готова даже на это!
– Если потребуется, придется быть готовой и ко многому другому, – заметил Эрик.
– К чему угодно, только уходите! Вас ждут в главном зале.
– Ждут! Предстоят торжества и возлияния. Я вас приглашаю. Мне говорили, ваше место за столом уже много вечеров не пустовало. Пусть мое возвращение не ломает ваши привычки.
Шотландец так и не отпустил ее руку. У Игрейнии хватило сил холодно ответить:
– Я не участвую в праздниках по случаю смерти и разорения!
– Ну конечно, это же ваши соотечественники! Прошу прощения, мадам, я совершил бестактность – возвратился с головой на плечах.
Игрейния попыталась вырваться, но это было то же самое, что вырываться из стальных тисков. Она выпрямилась и честно призналась:
– Вы ошибаетесь. Я вовсе не желала, чтобы вам отрубили голову.
– Предпочли бы, чтобы искромсали сердце?
– Я вообще не желала вам смерти.
– Осторожнее! А то я подумаю, что вы с нетерпением ждали моего возвращения!
Игрейния медлила, сознавая, что слова надо выбирать как можно осторожнее. И тут Эрик неожиданно рассмеялся.
– Ясно, вы не желали мне смерти, но и не слишком желали моего возвращения. Приятно проводили время, зная, что мое имя обеспечивает вам безопасность в Лэнгли. А в подвал вы пришли убедиться, что путь к отступлению все же существует.
– Ради Бога, разрешите мне пройти!
– Здесь я или нет, вам придется привыкнуть к мысли, что вы останетесь в Лэнгли.
– Вы можете распоряжаться чем угодно, сэр, но только не моими мыслями и чувствами.
– Мне они абсолютно безразличны – до тех пор, пока вы ведете себя благоразумно.
– Я достаточно напугана и поставлена на место. Могу я теперь идти?
– Так вы присоединитесь к нам за ужином?
– Нет.
– Не желаете послушать музыку и рассказы о доблести и чести?
– Боюсь, что бахвальство хвастунов может расстроить пищеварение. Я спрашиваю еще раз: могу я идти?
К удивлению Игрейнии, Эрик мрачно кивнул и разжал пальцы. Она старалась идти как можно медленнее, но с каждым метром ускоряла шаг. Шотландец за ней не пошел.
Но она была уверена, что он следил за ней взглядом.
По лестнице она поднималась бегом. Однако не могла избавиться от ощущения, что за ней следят. Пронеслась по залу мимо толпы мужчин, влетела на вторую площадку и успокоилась лишь тогда, когда за ней закрылась дверь ее комнаты.
Ее клетки! То, что раньше она считала тюрьмой, теперь показалось ей раем. Она прижала ладони к пылающим щекам. Неужели он медлил только для того, чтобы последовать за ней и предъявить новые претензии?
Минута проходила за минутой, но никто не появлялся. И Игрейния вспомнила, что Эрик лишь сегодня возвратился из похода и у него найдутся дела поважнее.
Она в их число не входила. Всего лишь военный трофей, как оружие, доспехи и замок.
Игрейния открыла дверь в коридор и услышала доносившиеся снизу голоса: мужчины рассказывали друг другу, как обстояли дела в замке, что происходило на поле сражения, и, видимо, рассуждали о том, какой оборот примет война, когда король пойдет против Брюса. Так ее и застали – с высунутой из двери головой.
– Игрейния, вы спуститесь вниз? Вам что-нибудь надо? – спросил Джейми. Он принес в коридор стул и, сидя на нем, строгал деревяшку.
– Да… скажите поварятам… пусть принесут ванну.
– Сейчас прикажу. – Джейми направился к лестнице.
Игрейния на цыпочках пошла за ним. Она хотела послушать, о чем говорилось внизу, но так, чтобы ее не застукали. Однако Джейми далеко не ушел – он просто крикнул кому-то с площадки. И ей пришлось срочно ретироваться в свою комнату.
Принесли ванну, множество котелков и снова оставили ее одну. Игрейния лежала в воде, но все время поглядывала на дверь, опасаясь визита грубого, невоспитанного гостя, который мог, не постучавшись, вломиться в ее спальню. Она явно рисковала. Но тем не менее до блеска вымыла волосы и тело, но не спешила вылезать из теплой воды.
Но Эрик так и не появился. Когда вода совершенно остыла, Игрейния вылезла из ванны с твердым намерением не показывать носа из спальни и не участвовать ни в каких празднествах в честь победы шотландцев.
Она накинула отделанную кружевами белую льняную ночную рубашку, села у камина и расчесывала волосы, пока они не высохли. А когда пряди засияли, уютно свернулась калачиком в кресле и раскрыла книгу. Сегодня ее компанией будут сказания о греческих богах.
Никто не пришел и не стал принуждать ее спуститься в зал. Ни отец Маккинли, ни Джейми, ни даже Ровенна. Солнце склонилось к закату. На землю опустились сумерки, и наконец стемнело. Появился Джаррет. Он принес поднос с ужином, был, как всегда, приветлив, но быстро удалился. Игрейнии не удалось втянуть его в разговор.
Вскоре снизу донесся шум пирушки. Игрейния почувствовала раздражение., которое быстро разрасталось и становилось все болезненнее – тоже мне, герои!
Но как она ни старалась, ей никак не удавалось отвлечься от доносившихся из зала смеха, музыки и веселых выкриков. Игрейния так и смотрела на одну-единственную страницу, пока не поняла, что не способна прочитать ни слова. Ей все время хотелось узнать, что они там делают и о чем говорят.
И когда любопытство пересилило, она отворила дверь. Выглянула в коридор и увидела, что никто не стоит на страже. Тихонько прошмыгнула к верхней площадке лестницы и наклонилась над перилами.
Несколько человек держали в руках лютни, а Джейми, который хвастался, что он хороший музыкант, доказывал свои слова на деле. Он, Дугал и еще несколько мужчин стояли у камина. Игрейния заметила в зале женщин, среди которых были и супруги воинов. Многих она видела во дворе. А с некоторыми даже разговаривала. Одну она помнила с тех времен, когда в Лэнгли свирепствовала чума. Бедняге повезло – она справилась с болезнью. Дженни, как и ожидала Игрейния, молча прислуживала вместе с Берлиндой, Гартом, Грегори и Ровенной.
Во главе стола восседал Эрик. Перед ним стояли кубок и пустая тарелка. И пока другие смеялись, весело гоготали, перекликались через зал и подбадривали музыкантов, он беседовал о чем-то с сидевшим справа от него Питером Макдоналдом. Ровенна ходила с кувшином между мужчинами и подливала в их кубки эль. Когда дошла очередь до главного стола, Макдоналд машинально поблагодарил, а вождь поднял глаза, улыбнулся, что-то сказал, и они рассмеялись. Эрику было весело. Игрейния заметила, что он тоже успел принять ванну и смыть дорожную пыль. На нем была рубашка, бриджи и неизменная клетчатая накидка – символ его рода и клана, который он ценил не меньше своей свободы.
Ровенна рассмеялась и зарделась от его слов. Другие женщины явно находили его красивым, сильным, обаятельным и привлекательным. А Эрик, словно почувствовав присутствие Игрейнии, неожиданно поднял голову.
Игрейния замерла и скрючилась за массивными перилами лестницы. Она машинально подалась назад, но отступать было поздно – Эрик ее заметил.
Он пристально посмотрел на нее, но она не отвела глаз.
На этот раз его взгляд был каким-то непривычным. Глаза искрились странными голубыми огоньками, и их жар словно бы преодолел расстояние и обжег Игрейнии душу.
Этот жар подхлестнул ее к действию. Игрейния поднялась с изяществом, на какое оказалась способна в такой неловкой ситуации. Распрямилась и не поддалась порыву немедленно бежать и скрыться в своей спальне. Эрик продолжал неотрывно смотреть на нее.
Тогда она повернулась с таким видом, словно начисто выбросила его из своих мыслей.
И гордо пошла по коридору к своей комнате.
Сердце громко колотилось в груди.
На этот раз он направился вслед за ней.



загрузка...

Предыдущая страницаСледующая страница

Ваши комментарии
к роману Триумф рыцаря - Дрейк Шеннон



давно такого не читала!!!! Прекрасний роман!!!!
Триумф рыцаря - Дрейк ШеннонІнна
12.07.2011, 23.08





ПРЕКРАСНЫЙ РОМАН!!!
Триумф рыцаря - Дрейк Шенноннаталия
12.10.2012, 13.08





Хороший роман. Рекомендую
Триумф рыцаря - Дрейк ШеннонМария
1.01.2013, 14.01





Впечатляет)) интересная книга, которую стоит прочитать
Триумф рыцаря - Дрейк ШеннонДия
28.04.2013, 14.36





Очень здорово)Интересно и трогательно!)
Триумф рыцаря - Дрейк ШеннонАрина
30.04.2013, 13.23





классная книга, потом нужно читать Шотландский лев
Триумф рыцаря - Дрейк ШеннонЖанна
2.05.2013, 8.39





Потрясный роман,ничего лишнего,г.г.обалденные,советую всем...читайте .
Триумф рыцаря - Дрейк ШеннонФатима
2.05.2013, 17.39





Долго и скучно( не понимаю остальных комментов-ожидала намного большего.
Триумф рыцаря - Дрейк ШеннонКристина
4.05.2013, 13.23





До середины не понимала о чем читаю но не стала останавливаться. Очень уж жестоко. Нос середиеы пошла любовь и вроде бы ничего осилила прочитала до конца. Но не очень понравилось здесь больше войны чем любви.
Триумф рыцаря - Дрейк Шенноннека я
9.09.2013, 20.58





один из моих любимых романов! читала несколько лет назад сейчас перечитала с удовольствием!
Триумф рыцаря - Дрейк ШеннонРада
24.03.2014, 15.52





Роман интересный, но тяжелый. Много войны.
Триумф рыцаря - Дрейк ШеннонКэт
10.05.2014, 9.34





Роман замечательный. Стройность сюжета (хотя не совсем совпадает с известными историческими датами), легкость повествования, одним словом- получила удовольствие. 10 из 10
Триумф рыцаря - Дрейк ШеннонБелла
2.08.2014, 14.50





И правда!!!! Роман классный!!!!!
Триумф рыцаря - Дрейк Шеннонелена
15.08.2014, 0.40





Неплохо.
Триумф рыцаря - Дрейк ШеннонКсения
12.11.2014, 15.07





Не затронул .
Триумф рыцаря - Дрейк ШеннонВикушка
12.11.2014, 19.55





Я бы сказала, что это лучший роман из серии о Грэхемах. Просто он более развернутый и серьезный, чем все остальные. У обоих героев есть своя история. Да и сам роман происходит на фоне военных событий.
Триумф рыцаря - Дрейк Шеннонdeasiderea
22.05.2015, 3.00





Шикарный роман, прочитав который, хочется сказать - верю! Сюжет развернут на фоне исторических событий, порою жестоких. Любовь между ггероями перерождается из ненависти. Главный герой сильный, властный, из тех, кто всегда добивается своего. Не рекомендую читать любителям легеньких романов.
Триумф рыцаря - Дрейк ШеннонAnaKonda.
18.04.2016, 12.35





Хороший роман . Очень понравились герои . Много сражений , но куда без них , если опирываются те времена . Сплошь были битвы . Роман понравился . Поставлю 10 .
Триумф рыцаря - Дрейк ШеннонMarina
19.04.2016, 13.13





Чудо роман!
Триумф рыцаря - Дрейк ШеннонКнигоманка.
27.11.2016, 15.03








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100