Читать онлайн Неистовый рыцарь, автора - Дрейк Шеннон, Раздел - Глава 22 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Неистовый рыцарь - Дрейк Шеннон бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

загрузка...
Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 9.26 (Голосов: 78)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Неистовый рыцарь - Дрейк Шеннон - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Неистовый рыцарь - Дрейк Шеннон - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Дрейк Шеннон

Неистовый рыцарь

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

Глава 22

Пришло Рождество, и Аллора еще раз поразилась тому, как быстро население Дальнего острова привыкло к новому лорду. Несмотря на лютые морозы и снегопады, все пребывали в радостном предпраздничном настроении. И все шло так, как и прежде.
Если не считать личных переживаний.
Рано утром в сочельник Аллора пришла в часовню в поисках отца Джонатана. Она приготовила ему в качестве рождественского подарка плащ из очень теплой шерсти и хотела сама вручить его. Войдя в часовню, она увидела священника, преклонившего колена перед алтарем, и решила подождать, пока он закончит молитву.
Священник, видимо, услышал ее шаги и, поднявшись с колен, пошел ей навстречу. Но это был не отец Джонатан, а саксонский священник, прибывший сюда вместе с войском ее мужа.
Отец Дамьен. Она была ему благодарна, но привыкнуть к его присутствию здесь оказалось непросто. Правда, она видела его довольно редко. Он держался в стороне и не вмешивался в критические моменты их отношений с Бретом.
А может, она сама старалась держаться от него подальше по той причине; что, поймав на себе его проницательный взгляд, начинала нервничать. Высокий, широкий в плечах, он походил скорее на одного из рыцарей ее мужа, чем на священнослужителя. Она знала, что его здесь любили. Ее люди часто приходили к нему на исповедь или за советом, и многие верили в его сверхъестественные способности предугадывать события. Говорили даже, что сам Всевышний позволяет ему заглядывать в будущее.
Люди здесь с легкостью верили в подобные вещи, и этот странный отец Дамьен явно произвел на них большое впечатление.
— Могу ли я чем-нибудь помочь вам, миледи? — тихо спросил он.
— Я ищу отца Джонатана, чтобы отдать свой подарок, ответила она и жестом указала на плащ. — Он у нас часто простужается…
— Он будет тронут вашей заботой, — сказал отец Дамьен и, вопросительно, изогнув седеющую бровь, добавил: — А вы не желаете исповедаться?
И тут она поняла, почему так упорно избегала его, смущал его взгляд. Казалось, он знает, когда она старается что-то скрыть.
— Вам кажется, что мне пора исповедаться, святой отец?
— Все чада Божьи должны покаяться в своих грехах и получить их отпущение, чтобы снять со своих душ это бремя, — сказал он, и ей показалось, что глаза его блеснули.
— Возможно, наше понятие «греха» отличается от вашего, — пробормотала она.
— Я помню, миледи, как в ходе обряда бракосочетания вы поклялись перед Богом любить, почитать вашего мужа и повиноваться ему.
Она стиснула зубы, пожалев, что не ушла сразу же, как увидела его, однако решила не позволять ему одержать над собой верх. Ее смущало, что отец Дамьен словно знал заранее, что она задумала совершить еще один акт неповиновения своему мужу, причем надеялась сохранить это в тайне. Если все пройдет благополучно, то Брет никогда не узнает о том, что она сделала ради его сестры.
— Какой же из брачных обетов я, по-вашему, нарушила, святой отец?
— Ну что ж, миледи, — начал он, — во-первых, отравление…
— Я не знала, что в пузырьке был яд! — воскликнула она. — Я думала, что вы мне поверили…
— Я действительно поверил вам. Но потом вы, совершили побег, а затем предприняли боевые действия. Не могу не напомнить вам, миледи что, кроме того, вы еще и в море ныряли…
Аллора бросила на него сердитый взгляд.
— Это касается только меня и Брета! Поинтересовались бы лучше, выполняет ли он свои обеты, — сказала она, но сразу же закусила губу и опустила глаза. Что за глупый способ защиты! Брет всегда был честен во всем, что касалось брака, и обращался с ней лучше, чем она того заслуживала. Она чувствовала себя теперь счастливой, как никогда в жизни, и, если бы в окружающем мире было поменьше ненависти, она могла бы считать свой брак очень удачным. Однако несмотря на частые вспышки страсти, бросавшие их в объятия друг друга, он все-таки всегда соблюдал дистанцию между ними. Он предупредил, что не полюбит ее. И никогда, даже в самые интимные моменты, не шептал ей о любви.
— Какие же обеты не выполнил он, миледи? Вас почитают, вас лелеют.
— Это касается только меня и Брета! — повторила она. Отец Дамьен кивнул:
— Вы правы, миледи. Но не сердитесь, я лишь хотел напомнить вам: не забывайте свои обеты, потому что нарушение клятвы — грех, за которым обязательно последует наказание.
Она была сыта по горло его предостережениями. Если он такой прозорливый, то почему бы ему не заняться Элайзией? Если бы не золовка, она не оказалась бы сейчас в столь неприятной ситуации…
Если бы золовка не влюбилась и если бы Дэвид не поспешил.
— Отец Дамьен, после завтрашнего утреннего богослужения здесь по традиции устраивают грандиозный обед. Мы надеемся, что вы к нам присоединитесь, — сказала она и, оставив плащ на грубой деревянной скамье, быстро пошла к выходу.
В тот день Аллора почти не видела Брета. Она знала, что он вместе с сэром Кристианом обучает на утрамбованном плацу за воротами крепости местных защитников нормандской тактике ведения боевых действий, формируя из норманнов, саксов и скоттов единую действующую армию. «Интересно, — подумала Аллора, — если дело дойдет до сражения, кто из этих людей останется верен присяге, данной Брету, а кто сразу же перебежит на сторону дядюшки?» Она была уверена, что Брет задает себе тот же вопрос. Будучи опытным военачальником, он не обольщался на этот счет и не позволял себе расслабиться. На материке, по другую сторону песчаной полосы, даже сейчас, несмотря на холода, строили еще одну крепость. Чему же здесь удивляться? Ведь это были норманны, те самые люди, которые пришли и завоевали Англию, отмечая каждый шаг своего продвижения по территории страны строительством все новых и новых замков и крепостей.
Крепость, хотя пока и не достроенная, уже стояла на защите Дальнего острова по ту сторону песчаной полосы. Теперь никто не смог бы приблизиться с материка незамеченным. Однако леса на холмах и долина за ними все еще оставались вражеской территорией. Брет, несомненно, понимал это. Земля, принадлежащая дядюшке, находилась за ближайшим холмом. Там же располагалось его надежно охраняемое поместье. Чуть дальше находилось поместье Дэвида, а еще севернее — земли, принадлежащие Дункану. Кроме них, там были и другие лаэрды, каждый из которых состоял в более или менее близком родстве с кланом Кэнедисов. Они в свое время подчинялись ее отцу, а он — королю Малькольму.
Она знала, что они и у нее в подчинении, но сомневалась, что когда-нибудь добровольно признают норманна в качестве верховного лаэрда.
Брет вернулся домой только к вечеру. Аллора очень обрадовалось, когда он появился в своей поблескивающей кольчуге и с рогатым шлемом в руке. Чувствуя, как радостно замирает сердце, Аллора подумала: зачем придавать такое большое значение словам? Он всегда был с ней честен. Намеревался жениться на Люсинде — причем не по принуждению! — но, как только принял иное решение, выполнил свои обязательства перед Аллорой и, когда пришел сюда, то, несмотря на все, что она натворила, не привел за собой ни любовниц, ни проституток, чтобы позлить ее. Наверное, не было на свете более пылкого и нежного мужчины, который так старался бы доставить ей наивысшее наслаждение. Она безумно влюбилась в него, и не без оснований, потому что чем лучше узнавала его, тем больше уважала за мудрость, здравый смысл, справедливость, а также за присущие ему терпимость и милосердие. А каким красивым было его тренированное тело, какой легкой походка, какой внушительной посадка на коне! Он был идеальным верховым лаэрдом здешних мест.
Если бы только удалось преодолеть последние разделявшие их барьеры! Если бы он полюбил ее…
Отдав слуге шлем и кольчугу, он снял латные рукавицы и, положив их на низенький стол, протянул озябшие руки к огню.
— Черт возьми, леди, мороз в этих северных краях обжигает сильнее, чем огонь, — сказал он.
— Но крепость всегда ждет тебя и встречает теплом, — тихо ответила она.
— А вы, леди, тоже встречаете меня теплом? — шепнул он, и глаза его вспыхнули.
— Зная вашу самоуверенность, милорд, я удивлена, что вы в этом сомневаетесь.
Он рассмеялся и тихо сказал:
— Может быть, пойдем к столу? Все наблюдают за нами — им наверняка не терпится сесть за праздничный стол, прежде чем хозяин уведет хозяйку к себе в комнату.
Она оглянулась. Он прав. Все члены их дома в ожидании стояли позади своих стульев. Брет взял ее за руку и повел к столу. Лорд и леди обычно сидели рядом в конце стола. Они сели, вслед за ними сели все остальные: сэр Кристиан, Тимоти, отец Джонатан и Лилит — по одну сторону, Джаррет и Этьен, Жак и Элайзия — по другую.
Отца Дамьена за столом не было. Наверное, он появится утром.
Кубки наполнили вином и элем, подали блюда с мясом.
— Откуда у нас и мясо вепря, и оленина? — пробормотала озадаченная Аллора.
— Мы в последнее время много охотились, — объяснил очень довольный ее удивлением Джаррет.
— По ту сторону песчаной полосы? — спросила она.
— Если вы беспокоитесь о нас, миледи, то мы очень осторожны, — заверил ее Джаррет.
Она поймала на себе пристальный взгляд Брета.
— Тебе что-нибудь известно об опасности, которая подстерегает по ту сторону полосы, Аллора? — спросил он.
— Все знают, что там опасно находиться. Называйте здешнюю местность Англией, если вам угодно, но вашими соседями по-прежнему остаются шотландцы.
— Сейчас зима. Мои соседи сидят в своих поместьях.
— Но ведь и они охотятся, — заметил отец Джонатан.
Правда, теперь охотятся мало и охотничьи домики пустуют да и землю люди забросили, готовясь к войне с вами, так что этой зимой людям приходится туго. Особенно страшно, что голодают дети.
Брет долго молчал. Аллора ожидала что он разразится гневными словами, но ошиблась.
— Это мои вассалы, — сказал наконец Брет. — Я здесь верховный правитель, независимо от того, признают ли меня Роберт Кэнедис и Дункан Эдинбургский или нет. Если голодают дети, то скажите поварам, чтобы их накормили здесь. Припасов у нас хватит на всех. — Он снова посмотрел на Аллору. — Рад слышать, что в лесах есть охотничьи домики. Мои люди с благодарностью воспользуются ими.
Пришли музыканты, арфист и лютнист, и в зале зазвучала прекрасная нежная мелодия. Подали новые блюда, снова наполнили кубки. Обед шел к концу. Брет поднялся из-за стола и взял за руку Аллору.
— Завтра предстоит долгий праздничный день, поэтому мы пожелаем всем доброй ночи и пойдем к себе. — Он на ходу поцеловал в макушку свою сестру, и Аллора с сочувствием подумала, что Элайзии сейчас, должно быть, невесело. Она очень любила брата, всегда была гордостью отца и всей семьи, а теперь…
Вот если бы Дэвид вернулся сюда и попросил руки Элайзии. Хотя могли бы возникнуть осложнения…
Но как только они добрались до своей комнаты и за ними закрылась дверь, она забыла об Элайзии, потому что Брет подхватил ее на руки, отнес на их широкое мягкое ложе и сразу же оказался на ней. Он глядел ей в глаза, а рука его скользнула вверх по ее ноге и добралась до полоски голого тела на бедре. Аллора замерла, удивленная его дерзкими манипуляциями, но когда он проник пальцами внутрь, вздрогнула и губы ее раскрылись. Он поцеловал ее в губы, и его горячее дыхание зажгло огонь в ней. Он задрал выше бедер ее тунику и, едва успев расшнуровать спереди свои рейтузы, стремительно вошел в нее, резкими движениями вторгаясь все глубже и глубже. Теплая волна, прокатившаяся по ее телу, перешла в жар неистового желания. Она встретилась с ним взглядом, и огонь в его глазах воспламенил ее еще больше.
— Скажи, что любишь, — приказал он, — шепни мне слова любви…
Она вскрикнула, достигнув точки наивысшего наслаждения, и едва заметила, что он достиг кульминации почти одновременно с ней. Несколько мгновений спустя он поднялся, сбросил с себя одежду, помог раздеться ей, лег рядом и обнял ее. Она почувствовала, как он провел кончиками пальцев вверх и вниз по ее спине, и, повернувшись к нему лицом и откинув назад голову, погладила его по заросшей густыми волосами груди, потом ее рука скользнула вниз, и пальцы нежно обвились вокруг его орудия любви, с поразительной, быстротой твердевшего и набиравшего силу. Она снова встретилась с ним взглядом и, заметив, что его глаза горят страстью, откинула согревавшее их тела одеяла. Она обнимала его, гладила, целовала плечи и грудь, очень медленно спускаясь все ниже и ниже по его телу, пощипывая, поглаживая, лаская и покрывая горячими влажными поцелуями. Судя по всему, ему нравилась эта игра, он охотно позволил себя ласкать.
— Скажи, что любишь, — приказала она, ловя его взгляд. — Шепни мне слова любви…
— Ишь чего захотела!
Он вдруг приподнял ее, поставил на колени и, оказавшись за ее спиной, глубоко вторгся в нее, двигаясь, медленно, ритмично и лаская ее груди. Она забыла обо всем на свете. Она не могла бы сказать, говорит ли он что-нибудь или нет, но была уверена, что слов любви он ей не шептал. Значит, он может делать с ней все что угодно, но даже бурная страсть не заставит его произнести слова любви. Хотя она и уговаривала себя, будто слова не имеют никакого значения, но на глаза навернулись непрошенные слезы. Она с удивлением заметила, что он смотрит на нее изучающим взглядом.
— Можно подумать, что ты полностью покорилась.
— Чему?
— Мне.
Глаза снова защипало от слез. Она хотела было откатиться от него подальше, но он поймал ее за руку и вернул на место. Она чувствовала рядом его мускулистое тело, слышала глубокое биение его сердца. Волосы на его груди щекотали ей нос, она подняла голову и встретилась с ним взглядом.
— Ты не раз говорила мне, что никто не хочет, чтобы я стал не таким, каков я есть. И вот я здесь. Я, норманн, сплю в кровати Айона, и все же мне иногда кажется, что ты недовольна. Но как же быть с благородным Дэвидом Эдинбургским? Ведь все шло к тому, что он будет здешним лаэрдом. Лучшего и желать нельзя: шотландский лаэрд, на которого пал выбор Малькольма и который, несомненно, тебе тоже пришелся по душе.
— Верно. Когда-то предполагалось, что я выйду замуж за Дэвида, — сказала она. — А ты должен был жениться на Люсинде. Может быть, ты все еще тоскуешь по ней и по дальним краям? С более теплым климатом?
Он пропустил прядь ее волос сквозь пальцы.
— Люсинда пошла своей дорогой, я — своей…
— Я слышала, как она сказала, что замужество не станет для нее препятствием — и она готова продолжить ваши отношения…
— Ты также слышала, наверное, что я ответил. Она выходит замуж за моего друга, которого я не желаю обманывать.
— Хм-м. Но ты ничего не сказал, что это обесчестило бы твою невесту, которая для тебя хуже ежихи.
Губы его дрогнули в улыбке.
— Я не раз говорил, что считаю тебя гораздо лучше ежихи!
— Ах, какой комплимент, милорд! Этак вы вскружите мне голову!
— Думаю, вам и без меня хорошо известны ваши достоинства. Боюсь слишком часто о них упоминать…
— Уверяю вас, мне не надоест это слушать.
— …потому что не хочу, чтобы вы подумали, что, одураченный вашей красотой и прелестями, я превратился в полного болвана.
— О, я хорошо осведомлена о своих достоинствах! Знаю, что немало мужчин готовы драться до последнего, но не за меня, а за Дальний остров.
Брет неожиданно поцеловал ее в губы.
— Ты — неотъемлемая часть этого приза! — сказал он и, встав с постели, подошел к одному из сундуков. Он что-то взял из него и, когда сел рядом с ней, протянул на раскрытой ладони золотую брошь филигранной работы с прекрасным крупным изумрудом в центре.
— Это мой рождественский подарок, миледи. Я долго ломал голову, стараясь придумать, что можно подарить принцессе, которая всю жизнь могла иметь все, что пожелает, кроме полной свободы. Я не могу предоставить вам свободу, но эта вещица, по-моему, должна вам понравиться. Я получил ее от матери, а к ней она попала от Гарольда Годвинсона. Это редкая и драгоценная вещь работы старинных англосаксонских мастеров. А изумруд напоминает мне твои глаза. И еще я думал, что тебе, возможно, будет приятно узнать, что эта вещица не имеет никакого отношения к норманнам — разве что передана через мои руки — и составляет, наверное, часть нашей истории.
У Аллоры снова защипало глаза от близких слез, но на этот раз ей хотелось плакать от счастья. Он долго обдумывал подарок для нее, а она-то была уверена, что он сочтет ее вообще недостойной подарка.
Дрожащими пальцами она взяла брошь из его руки, встала на колени и поцеловала его в губы.
— Подарок чудесный, и я тебе очень благодарна. Трудно представить себе что-нибудь более прекрасное и изысканное. — Аллора поднялась с кровати и пересекла комнату. «Странно, — покраснев, подумала она, — но меня, кажется, уже не смущает, что я бегаю перед ним нагишом». Она подошла к своему сундуку и, бережно положив брошь в специальное отделение, достала из сундука завернутый в ткань узелок, лежавший сверху.
Чуть помедлив, она принесла сверток к нему на кровать и развернула ткань. Там лежал плащ, изготовленный из тончайшей шерсти, окрашенной в кобальтовый цвет. Спину плаща украшала вышивка золотом, изображающая его герб.
— Неужели ты сделала это сама? — удивленно воскликнул он.
— Плащ помогла сделать жена пастуха — она прядет самую тонкую и теплую шерсть. А вышивку делала я с помощью Мери, Лилит и также Элайзии. Плащ оторочен лисьим мехом. Я хотела остановить выбор на горностае, но мех рыжей лисы, по-моему, лучше сочетается по цвету с гербом…
— Это необыкновенно красивый подарок. Я рад, что ты для меня его сделала, — сказал он, целуя ее.
Она улыбнулась:
— У меня есть еще один подарок, но я не могу вручить его тебе сегодня. Думаю, нет, уверена, — что он тебе очень понравится. Но он пока не совсем готов, так что тебе придется подождать.
— Хоть намекни что это такое, — настаивал он. Она покачала головой:
— И не просите, милорд. Вы, конечно, завоевали, покорили и подчинили нас всех, но от меня больше не добьетесь ни слова.
— В таком случае мне, возможно, удастся еще разок добиться от вас хотя бы шепота…
Он поцеловал ее в губы, и она моментально обвила руками его шею.
Утром они проснулись очень поздно и чуть не опоздали в церковь, где состоялось продолжительное богослужение.
В тот день по традиции Аллора позвала в часовню самых бедных своих вассалов, омыла им ноги и проследила, чтобы их хорошо накормили. Она не рассказала Брету об этой древней христианской традиции, которая соблюдалась здесь, но он, видимо, знал о ней и с готовностью принял участие в этом обряде. Хотя он иногда отпускал окружающим не вполне благочестивые замечания, однако его слова воспринимались с улыбками, и, наблюдая за ним, Аллора еще раз убедилась, что он с каждым днем завоевывает все большую симпатию, и почему-то подумала: интересно, знает ли об этом дядюшка?
Перед дядюшкой она чувствовала себя немного виноватой, она была счастлива, тогда как он наверняка счастлив не был.
Вполне понятно, что ему горько жить где-то на краю того мира, который он считал своим.
Она помолилась за Роберта, но мысли ее быстро перекинулись на второй рождественский подарок для Брета, который она не могла пока вручить. Она предполагала, что ждет ребенка. Интересно, девочка или мальчик у нее родится? И важно ли это для Брета? Лучше бы родился мальчик, потому что хотя она и правила дальним островом, но ее брак был заключен по политическим соображениям, как тактический ход в борьбе между королями, и она побаивалась, что ее дочери уготована такая же судьба, тогда как сын…
С рождением сына Брет пустил бы здесь корни. В их среде отцы хотели сыновей, и народ, естественно, видел в ребенке мужского пола законного наследника, права которого никто не посмеет оспаривать, а если родится девочка… Аллора обожала Брайану, думала о ее судьбе и была бы рада, если бы снова родилась дочь, лишь бы ребенок родился здоровый и благополучно. Но пока еще рано думать об этом. Задержка месячных была всего на несколько дней.
День выдался длинный и утомительный, но ночь предстояла радостная. Аллора поднялась наверх одна. Брета не было, а ее ждала горячая ванна. Вскрикнув от радости, Аллора бросилась к воде, на ходу сбрасывая с себя одежду. Забравшись в лохань, прикрыла глаза, наслаждаясь теплом, проникающим в тело. И через некоторое время сквозь ресницы она увидела своего мужа, который тут же подошел к ней и опустился на колени.
Шутливо заметив, что ванна — тоже неплохой рождественский подарок, он принялся намыливать и массировать ей плечи, и она сразу же поняла, какой подарок он имеет в виду.
Прикосновения его пальцев из успокаивающих превратились в чувственные и под воздействием горячей воды возбуждали особенно сильно. Он вынул ее из ванны, и когда она увидела, что меховое одеяло уже расстелено на полу перед огнем, ее охватила дрожь, но совсем не от холода. От страха. Ей стало страшно потерять то, что у нее есть. Она была счастлива и боялась, что счастье это не сможет длиться вечно.
Ласками он положил конец ее страхам — сначала медленно и нежно, потом дав волю неистовой страсти.
Потом он усадил ее между ног, она прижалась к нему спиной, и они вместе долго любовались пламенем. Он нежно целовал ее, говорил, как прекрасны ее золотистые волосы и глаза, похожие на драгоценные изумруды. Нет, он не сказал ни слова о своей любви, и, хотя ей очень хотелось услышать от него именно заветные слова, это было не так уж важно. Больше всего ей хотелось, чтобы эта ночь не кончалась, но глаза ее начали слипаться, и он отнес ее на кровать.
Аллора слышала сквозь сон, как он спросил:
— Чего бы ты сама пожелала на Рождество?
Она улыбнулась, не открывая глаз, и, прижавшись к нему, прошептала:
— Хочу, чтобы эта ночь длилась вечно и чтобы я всегда могла чувствовать себя такой же защищенной и обласканной… — Она чуть помедлила.
— Продолжай, — потребовал он.
— Хочу, чтобы меня любил такой великолепный рыцарь, который умеет слушать, может поддержать, стоит на своем, но не навязывает своей воли.
Он крепко обнял ее.
— А чего хотел бы ты? — спросила она.
— Честности! — ответил он, и она вздрогнула, хотя ей было тепло и уютно в его объятиях, и подумала, как бы ее решимость сделать доброе дело для других вновь не обернулась бедой для нее самой.
Она долго не могла заснуть. Прислушиваясь к ровному дыханию Брета, она лежала и мысленно ругала Дэвида и Элайзию, двух влюбленных дуралеев.
Дуралеев, которых она очень любила.
На второй день Рождества все население крепости чуть свет было на ногах. В этот день по традиции устраивалось народное гулянье. Посередине песчаной полосы, на пути между Дальним островом и строящейся новой крепостью на материке, все было заранее приготовлено для огромного костра. Громко играла музыка. Когда на гулянье появились Брет и Аллора, костер уже пылал, выбрасывая снопы искр в небо. День выдался погожий, безветренный и не слишком холодный. Аппетитно пахло жарившееся на углях нанизанное на вертела мясо. Всюду царило веселье. Люди танцевали, пили, смеялись, празднуя рождение младенца Христа и не забывая помянуть древних языческих богов.
— В Лондоне ничего подобного не бывает, — сказал Брет.
— А в Хейзелфорде? — спросила она.
Он усмехнулся и пожал плечами.
— Там иногда устраиваются гулянья в первое воскресенье мая.
— Кстати, здесь ты обязан станцевать с каждой из присутствующих женщин, независимо от возраста, — предупредила Аллора. — И не бойся, что я стану ревновать, потому что мне придется танцевать с каждым престарелым рыцарем, с каждым оруженосцем и с каждым мальчиком стремянным. И не танцуй подолгу с одной партнершей, потому что здесь очень много желающих.
Не успела она договорить, как ее пригласил танцевать сын сэра Кристиана Гевин, который, к счастью, был еще достаточно трезв, чтобы заметить Брета и пробормотать извиняющимся тоном, что по традиции сегодня каждый уважающий себя мужчина должен станцевать с принцессой Дальнего острова.
— А тебя вон там ждет не дождется пастушка! — шепнула Брету Аллора.
Врет бросил на нее грозный взгляд, но она умчалась в танце с Гевином: а к нему подошли сразу две пышущие здоровьем девушки, и он, выбрав ту, что потоньше, приступил к исполнению своей обязанности.
Аллора, проследив за ним взглядом, шепнула Гевину:
— Ты должен найти Дэвида, Гевин. Попроси его встретиться со мной как можно скорее в самом южном охотничьем домике.
— Миледи, — с несчастным видом взмолился Гевин, то, о чем вы просите, было бы предательством по отношению к новому лаэрду…
— Это не предательство, Гевин. Я должна поговорить с ним о деле, которое касается не меня лично, а его и еще одного человека. И что бы ни случилось, Гевин, я тебя не выдам. Клянусь!
— Я не за себя боюсь, а за вашу милость.
— Я и сама за себя боюсь. Так ты выполнишь мою просьбу, Гевин?
Гевин кивнул. Хотя поручение было ему явно не по душе, Аллора была уверена, что он его выполнит.
И в том, что Дэвид придет, она не сомневалась.
Гевин ушел. Аллора немного постояла у костра и сквозь пламя встретилась взглядом с Бретом, который стоял по другую сторону костра и разговаривал с отцом Дамьеном. Она помахала им рукой сквозь дым и. пламя, потом, смешавшись с толпой гуляющих, дошла по песчаной полосе до берега материка, откуда было рукой подать до опушки леса. Она с детства знала каждую тропинку в этом лесу и, двигаясь быстро, как лань, за полчаса добралась, немного запыхавшись, до охотничьего домика.
Отодвинув железный засов, она вошла в домик, нетерпеливо озираясь вокруг. Дэвид, видимо, запаздывал. Она принялась нервно шагать из угла в угол. Ей показалась, что в домике было даже холоднее, чем снаружи. Огонь в очаге давно не зажигали. На соломенном матраце валялось пыльное одеяло. Пахло плесенью, и Аллоре стало очень неуютно.
Послышался конский топот, потом шаги. Дверь распахнулась, и на пороге возникла фигура русоволосого мужчины, лица которого Аллора не разглядела.
— Дэвид?
— Ошибаетесь, леди.
— Дункан! — охнула она и торопливо отступила назад.
Дункан с Дэвидом были очень похожи, но глаза у Дункана всегда горели неукротимым огнем, и в самом нем чувствовалась какая-то жестокость, которая всегда ее настораживала. Аллора особенно остро ощутила это сейчас, когда он вошел в домик и закрыл за собой дверь. Она его не боялась и никогда не воспринимала всерьез, однако ей и в голову не могло прийти, что он осмелится устроить ей ловушку.
— Где Дэвид? Я посылала за Дэвидом.
Дункан стоял, прислонившись спиной К двери, и наблюдал за ней.
— Дэвид не придет, потому что я не передал ему то, что сказал Гевин. Мне удалось перехватить твоего гонца.
— Перехватить? — воскликнула она. — Если ты что-нибудь сделал с Гевином…
Он нетерпеливо махнул рукой.
— Мы не причиняем зла своим людям, миледи. За исключением тех, кто нас предал. Мой глупый братец дал клятву не браться за оружие, так что его можно больше не считать одним из нас. Поэтому вместо него пришел я. А теперь я помогу вам скрыться!
Она покачала головой:
— Но я не бежала…
— Вы появились здесь весьма кстати, — продолжал он, не слушая ее, — потому что именно сегодня до захода солнца Роберт Кэнедис намерен атаковать песчаную полосу и положить на обе лопатки вашего проклятого норманна! В крепости сегодня все празднуют и никто не готов сражаться.
Ее охватил страх.
— Ты не понимаешь, Дункан. Я не пыталась сбежать к дяде. Мне необходимо обсудить с Дэвидом одно дело, которое не имеет никакого отношения к Дальнему острову. Не могу поверить, что ты осмелился…
— Осмелился, потому что я по-прежнему пограничный лаэрд, леди, а не проститутка в угоду сынку нормандского ублюдка!
Она изо всех сил ударила его по щеке, лихорадочно соображая, как бы поскорее сообщить Брету о том, что Роберт планирует нападение. Даже если удастся сбежать от Дункана, то что делать дальше? Брета предупреждать нельзя он немедленно поднимет все свое войско и перебьет нападающих, в том числе и дядюшку. Она тупо смотрела на Дункана, обдумывая способ побега. На его щеке проступило красное пятно от ее пощечины. Он опешил от неожиданности, потом сказал:
— На первый раз прощаю, леди, но предупреждаю, что вам не поздоровится за все то зло, которое вы причинили мне и нашим людям.
— Ты; лаэрд Дункан, как был, так и останешься свиной задницей! — в бешенстве прошипела она. — Меня ты не запугаешь! А теперь убирайся прочь с дороги…
Она сердито шагнула к двери, ругая себя за излишнюю самоуверенность. Почему ей пришло в голову, что у нее все получится. Дункан не двинулся с места и схватил ее за плечи.
— Не выйдет, миледи, вы пойдете со мной. Вы не вернетесь ту да, где станете предавать нас!
— Я никого не собираюсь предавать, Дункан! — сердито крикнула она. — Прочь с дороги!
— Послушай, — раздраженно заговорил Дункан, мой брат сейчас выбыл из игры. Роберт в ярости. Ему очень обидно, что ты с такой легкостью подчинилась власти враждебного лаэрда. Его люди убили твоего отца. Где твоя гордость, где чувство достоинства. Спишь с прохвостом Завоевателя! Ты сейчас поедешь со мной. Я увезу тебя вглубь владений Малькольма, подальше от этих мест. Пусть они здесь воюют, я уберегу тебя. А потом мы вернемся, и ты снова будешь хозяйкой Дальнего острова, а я — твоим ближайшим советником.
Увидев, как сверкают его глаза и напряглось лицо, Аллора поняла, что переубедить его не удастся.
— Некоторое время брат стоял у меня на пути. Но теперь он сам попал в число предателей, тогда как в моем лице, миледи, вы найдете все, что вам требуется, как для того, чтобы править Дальним островом, так и для того, чтобы ублажать вас по ночам в постели. Итак, решено. Вы сейчас же едете со мной…
— Черта с два! — крикнула она, вырываясь из его рук. — Никуда я с тобой не поеду, Дункан. Ты совсем спятил! Твой брат никогда не стоял у тебя на пути. Я тебя всегда презирала. Но не это главное, а то, что я замужем и у меня есть ребенок. И я… — Она замолчала, чуть было не сказав ему о своей беременности, прежде чем об этом узнал Брет. — Дункан! Вы с Робертом втягиваете всех в войну и толкаете на смерть. Вы так стремитесь прогнать Брета с земли, которая вам не принадлежала, что даже не замечаете, какое зло причиняете остальным людям. Вам все равно, живы они или нет, сыты или умирают с голоду. А теперь пропусти меня!
— Мы уйдем вместе.
Аллора поняла, что придется действовать по-другому. Хотя большую часть жизни ее всячески баловали и берегли, она все-таки научилась владеть мечом и, что еще важнее, выбирать слабые места противника. Сейчас они оба были без оружия, но Дункан значительно превосходил ее силой. Значит, ей следовало нанести удар первой.
Она с силой ударила его коленом в пах. Он взревел от боли, согнувшись пополам. Аллора сцепила руки в кулаки и нанесла ему удар по шее. Дункан упал. Она подскочила к двери и распахнула ее.
— Аллора! — услышала она вслед его угрожающий рев и поняла, что он бросился в погоню. Она мчалась во весь дух, потом оглянулась, чтобы узнать, преследует ли ее Дункан, но он куда-то исчез. Она снова бросилась бежать, пока не налетела с разбегу на круп огромного коня. Белого коня. Охнув от неожиданности, она медленно подняла глаза и встретилась с холодным как лед взглядом синих глаз своего мужа.
— Поймайте его! — приказал он громовым голосом, и только теперь она заметила сопровождающих его всадников. Подчиняясь приказу, они проскакали мимо нее и скрылись в лесу.
Брет продолжал молча смотреть на нее. Он спас ее от Дункана, однако…
— Ну, миледи, — очень тихо с горечью сказал он, — мое терпение лопнуло. Я вас не раз предупреждал.
Аллора облизнула губы. Что она могла сказать? Что пыталась встретиться с Дэвидом, потому что этот мужчина, за которого она когда-то собиралась выйти замуж, отец ребенка его сестры?
Разве он после этого успокоится?
Нет, ей нечего сказать. Не может же она выдать тайну друзей, чтобы облегчить свою собственную судьбу.
— Ты все не так понял. Я не собиралась предавать тебя.
— Ну еще бы, леди! Ты никогда не делаешь ничего плохого! Но ты шотландка, а я совершил большую ошибку, забыв об этом. По воле судьбы я стал твоим мужем, но остался врагом. Значит, и ты мой враг, и мне не следует забывать об этом. На этот раз чаша моего терпения переполнилась. Я уже предупреждал тебя, что ты будешь наказана.
Аллоре хотелось убежать от него, чтобы не слышать холодного тона, не видеть гнева. И это после всего, что было между ними!
Но он быстро наклонился и, подхватив ее, посадил перед собой на Аякса. Они поскакали к крепости. Встречный ледяной ветер, хлеставший в лицо, был не так свиреп, как холод, сковывавший ее душу и сердце.




Предыдущая страницаСледующая страница

Ваши комментарии
к роману Неистовый рыцарь - Дрейк Шеннон



Очень хороший роман! Достойное продолжение "Неистовой принцессы".
Неистовый рыцарь - Дрейк Шенноннелли
3.03.2012, 10.51





Интересное продолжение романа Неистовой принцессы.Интересно читать о продолжении судеб героев романа,о том как дальше шла их жизнь.
Неистовый рыцарь - Дрейк ШеннонМарина
26.11.2012, 23.14





НУ ВОТ,ОПЯТЬ ПРОТИВОБОРСТВО ГГЕРОЕВ ДО ОТУПЕНИЯ,КАК И ВО ВСЕХ ЕЕ РОМАНАХ,ОДНА И ТА ЖЕ СЮЖЕТНАЯ ЛИНИЯ,ХОТЬ БЫ ЧУТЬ ИЗМЕНИЛА ДЛЯ РАЗНООБРАЗИЯ.КОГДА НАЧАЛА ЧИТАТЬ РОМАНЫ ШЕННОН - ОЧЕНЬ ПОНРАВИЛИСЬ,А СЕЙЧАС ОСИЛИЛА ТОЛЬКО НАЧАЛО,СНОВА НЕВЕСТА СКАНДАЛИСТКА,БЕСПРЕДМЕТНЫЕ СПОРЫ,ПАФОСНОЕ ОПИСАНИЕ ГГ.НО КТО ЕЩЕ НЕ ЧИТАЛ ЭТОГО АВТОРА,ЧИТАЙТЕ ОБЯЗАТЕЛЬНО ЭТОТ РОМАН-ПОНРАВИТСЯ,МОЖЕТ ПОТОМ ТОЖЕ ДОЧИТАЮ.
Неистовый рыцарь - Дрейк ШеннонГАНДИРА
29.03.2013, 23.28





Вот я всегда против вмешательства родичей в чужую жизнь. даже из самых благих побуждений столько гадостей творят, а уж когда еще и жадность (до денег ли, до власти ли - неважно!) - совсем хана!
Неистовый рыцарь - Дрейк ШеннонKotyana
10.04.2013, 11.54





Хороший роман)Мне очень понравился))Все невесты и женихи друг друга стоят))
Неистовый рыцарь - Дрейк ШеннонАрина
5.05.2013, 18.31





Как по мне, так роман скучный.Я еле дочитала до конца. Теперь этого автора вообще читать нет желания. 5/10
Неистовый рыцарь - Дрейк ШеннонИра
26.07.2013, 8.12





а мне понравился роман. реалистичный, нет ничего лишнего. единственное что не понравилось, так это концовка: маленькая беззащитная жена, с раненым другом сами выезжают на помощь сильному мужу, в то время как за стенами крепости ждет целая армия(ну это самый неудачный момент в романе. а так роман супер!)
Неистовый рыцарь - Дрейк ШеннонLili
28.07.2013, 16.08





Замечательный роман!!! Читалось на одном дыхании!!! 10 из 10
Неистовый рыцарь - Дрейк ШеннонЯНА
11.08.2013, 20.46





Поначалу мне показались странными некоторые поступки ГГ-ни. Но её отношение к Девиду и поведение с мужем при разговорах о Девиде как у неадекватной истерички!я уже готова была простить и понять, но 20 глава убедила меня, что Гг-ня - полная дура! Рисковать жизнью, не разобравшись в ситуации, не подумав, ради, по сути, чужого мужика, о состоянии здоровья которого точно ничего не знаешь и которого даже не любишь, а просто уважаешь - это глупость. Тем более, что есть дитё, которое кроме её груди ничего не ест! И потом, почему она решила, что дядя обменяет её на Давида?! Да на хрена ему и она и Давид, которого дядя вообще ни во что не ставит! Скорее бы дядя устроил ей смертельный несчастный случай, чтобы поскорее избавиться!
Неистовый рыцарь - Дрейк ШеннонКниголюб
3.02.2015, 11.58





А,я считаю,что всё так и должно быть,иначе не было бы этого прекрасного романа!
Неистовый рыцарь - Дрейк ШеннонНаталья 66
10.10.2015, 22.27








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100