Читать онлайн Неистовый рыцарь, автора - Дрейк Шеннон, Раздел - Глава 21 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Неистовый рыцарь - Дрейк Шеннон бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 9.26 (Голосов: 78)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Неистовый рыцарь - Дрейк Шеннон - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Неистовый рыцарь - Дрейк Шеннон - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Дрейк Шеннон

Неистовый рыцарь

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

Глава 21

Кажется, за всю свою жизнь Аллора не испытывала большего наслаждения, чем сейчас, сидя в горячей ванне. Она уже тщательно вымыла лицо, волосы и тело, но выбираться из воды не хотелось. Как будто эта деревянная, обтянутая металлическими обручами лохань могла каким-то образом защитить ее от гнева мужа.
Ей очень хотелось, чтобы Брет пришел сюда, но было и страшно, что он придет слишком скоро. Закутавшись в большое купальное полотенце, она уселась перед камином и принялась расчесывать мягкие после мытья волосы. Она глядела в огонь и вспоминала, как они с Бретом сидели вместе у камина в охотничьем домике. Как давно это было!
Конечно, в том, что произошло, виноват он. Ведь если бы он вовремя сказал ей, что не причинит Дэвиду зла и что собирается освободить его…
Но и Дэвид тоже хорош! Нечего ему было так громко стонать, если он испытывал в тот момент не боль, а наслаждение! Если бы не это, она не оказалась бы в такой ситуации, как сейчас.
Она почти убедила себя, что Брет уже не придет, но тут неожиданно распахнулась дверь. Стиснув зубы, она и виду не подала, что испугалась, и продолжала расчесывать щеткой уже расчесанные волосы.
Дверь с грохотом закрылась.
Аллора даже не оглянулась. Слышно было, как Брет движется по комнате, снимая одежду. Он не произносил ни слова.
Она чуть повернула голову и уголком глаза следила за ним. Он остановился возле кровати — совершенно голый, бронзовый в свете пламени — и, прихватив двумя пальцами фитиль свечи, загасил ее. Комната погрузилась в полумрак. Брет забрался в постель и, укрывшись одеялом, повернулся к ней спиной. Аллоре вдруг стало очень одиноко и неуютно: одно дело — спорить с мужем, когда речь идет о чувстве долга, и совсем другое — когда тебя не хотят.
А если он ее не хочет, то вполне вероятно, что ей придется всю оставшуюся жизнь провести в северной башне.
У нее онемели пальцы, но она упрямо продолжала расчесывать волосы. Грустно. Даже огонь в камине горел уже не так ярко.
Брет вдруг заговорил резким, хрипловатым голосом. У нее от неожиданности даже щетка выпала из рук.
— Поторопись! Ложись в постель!
С перепугу она моментально подчинилась приказанию и, все еще закутанная в полотенце, легла на свою половину кровати, натянув одеяло до подбородка. Представив себе разделяющее их расстояние на огромной кровати, она поежилась от холода. Бежали секунды, минуты, а может быть, часы… интересно, заснул он?
Почувствовав его прикосновение, она чуть не вскрикнула. Он подтащил ее к середине кровати и откинул одеяло.
— Что это такое? — удивился он.
Растерявшись, она судорожно сглотнула, но не удержалась от ехидного замечания:
— Это полотенце, милорд. Точно такое же, какими пользуются в городе, в Лондоне.
— Понятно. Но что оно делает в постели? — возмущенно продолжал он.
— Мне… было холодно.
— Странно. Ведь ты с готовностью бросилась с башни в ледяное море… совершенно голая.
— Когда я прыгала, на мне была одежда.
— Но когда я вынул тебя, ты была голой.
Она покраснела от возмущения.
— Я, теперь не так хорошо плаваю, как раньше, прошептала она. — Я боялась утонуть.
— И ты отбросила скромность ради спасения жизни, поэтому и появилась из воды, словно морская нимфа, на глазах у всех мужчин…
— Кроме тебя, меня не видел ни один мужчина, — напомнила она.
— Но ведь ты была намерена встретиться с дядюшкой и его людьми. Могла бы получиться незабываемая встреча!
— В лесу есть охотничьи домики, а в них сколько угодно меховых одеял…
— Хватит об этом! Сними с себя это дурацкое полотенце и выбрось вон из кровати!
Она тупо смотрела на него, не подчинившись немедленно его приказу. Он сдернул с нее полотенце и, презрительно фыркнув, швырнул его на пол. Перекатившись на живот, она замерла, испуганная неожиданной грубостью его действий, но тут же почувствовала его прикосновение, которое никак нельзя было назвать грубым.
Он убрал ее волосы со спины и кончиками пальцев провел вдоль позвоночника. У нее перехватило дыхание. Он прикоснулся губами к ее шее, потом скользнул языком вдоль спины, где только что провели линию пальцы. Положив ладони на ягодицы, он повернул ее к себе и нежно поцеловал в живот, а руки его принялись ласкать ее грудь, пока она чуть не вскрикнула от нестерпимого жара, возникшего между ног. Страстное, безудержное желание охватило ее.
Он не спешил, хотя она умоляла его, и продолжал нежно поглаживать и целовать ее бедра, пока она не вскрикнула. Она встретилась с ним умоляющим взглядом и закрыла глаза. Он поцеловал ее грудь, потом губы и наконец медленно вошел в ее плоть. В его движениях не было больше ни нежности, ни нерешительности. Неистовая страсть задавала темп. Аллора прижалась к нему, и сладкая истома разлилась по ее телу. Пальцы ее впились в твердые мускулы его плеч, и она смутно слышала собственные прерывающиеся крики. Нарастая волна за волной, напряжение достигло наивысшей точки. Тело Аллоры содрогнулось. Она чувствовала, что его напряжение тоже достигло кульминации, и, ощутив разлившуюся в теле теплоту, замерла, крепко прижавшись к нему.
Несколько мгновений спустя он уже лежал рядом с ней. Она ждала, что он ее обнимет, ей хотелось прижаться к нему. Но, повернув голову, увидела, что он лежит, приподнявшись на локте, и смотрит на нее изучающим взглядом.
— Похоже, что сегодня мне не дождаться от тебя никаких ласковых слов, любовь моя? — с упреком сказал он.
Она опустила глаза. Он заставил ее забыть, что они находятся не в самых лучших отношениях.
— Что бы я ни сказала, ты ведь все равно не поверишь мне, — жалобно произнесла она.
Он пожал плечами:
— Дело не в том, что я не верю тебе, Аллора, а в том, что ты подчиняешься мне до тех пор, пока тебе не покажется, что я делаю что-то не так, как хотелось бы тебе. У тебя поразительная способность унижать меня. Подумать только! Моя жена предпочла броситься в море — причем в ледяную воду! — лишь бы не оставаться со мной.
— Я сделала это ради Дэвида, и ты это знаешь.
— Ради другого мужчины. Это, конечно, в корне меняет дело, — горько усмехнувшись, сказал он. — Ты успела узнать меня. Как тебе могло прийти в голову, что я стану подвергать пыткам твоего белокурого друга?
Не могла же она рассказать ему, что ей стало известно о Дэвиде… и Элайзии.
— Но ты упрятал меня в башню! — напомнила она. Брет даже застонал.
— Мне было необходимо как-то отреагировать! Возможно, я поторопился и вел себя глупо…
— Я пришла к тебе и попросила…
— Ты пришла и начала указывать, что мне следует делать, — прервал он ее.
— А разве ты сам этого не делаешь?
— Только если меня провоцируют. А ты, миледи, провоцировала меня, переходя всякие границы.
— Я уже говорила: тебя никто не заставлял меняться. Ты явился сюда как человек Вильгельма Завоевателя, а не Малькольма, как мои отец и дядя, которые присягнули ему на верность. Что, если я явилась бы в дом твоего отца и принялась осуждать норманнов?
— Моя мать была бы в полном восторге, приняла бы тебя с распростертыми объятиями и усадила в самое удобное кресло перед камином.
— Ты издеваешься надо мной?
— Ничуть, — вздохнув, сказал он. — Однако хотя вы все присягнули Малькольму, в летописи времен Эдуарда Исповедника сказано, что Дальний остров находится в пределах границ Англии.
— Ну вот мы и вернулись к тому, с чего начали, — тихо сказала Аллора.
— Понятно. — В его глазах мелькнул холодок. Брет пристально посмотрел на жену. — Значит, мне придется не расслабляться и не спускать глаз со своих врагов, в том числе и с собственной жены, которая тоже является моим врагом.
Она бросила на него страдальческий взгляд и опустила глаза.
— Я тебе не враг. Но сам посуди: ты пришел сюда и взял крепость. Все мои люди поклялись служить тебе верой и правдой. Ты по своей прихоти запер меня в башне, потом освободил меня — тоже по своей прихоти. Ты заставляешь меня делать все, что тебе захочется. И мне пришлось искать способ заставить тебя освободить Дэвида.
— Опять Дэвид! Ну что ж, Дэвид теперь на свободе. И что будет дальше, Аллора?
Она мгновенно скатилась с кровати и, подобрав упавшую на пол простыню, завернулась в нее. Подойдя к камину, стала возиться с затухающим огнем — ей снова стало холодно. Брет тоже встал и, присев на корточки рядом с ней, подложил в огонь полено. Пламя снова ярко разгорелось. Он посмотрел ей в глаза.
— Так и не скажете ни слова о любви, миледи? И не станете уверять, что отныне будете подчиняться мне, потому что поняли, как любите меня?
— Вы большой эгоист, милорд! Только о себе и думаете. Ведь мне тоже хотелось бы услышать нежные слова.
Он улыбнулся и, играя прядью ее волос, сказал:
— Ты уже знаешь, что я считаю тебя обворожительной. Что я желаю тебя безумно.
— И предпочитаете ежихе?
— Несомненно.
— Но не более того! Тебе желательно, чтобы я бросила к твоим ногам свое сердце, а ты бы вытирал об него ноги. Сам же ты ограничиваешься тем, что говоришь, будто предпочитаешь меня ежихе!
Брет рассмеялся:
— О, миледи, если бы я утратил бдительность, доверился бы вам и наговорил нежных слов, то вы, наверное, немедленно распахнули бы ворота крепости для всех моих врагов! Это ведь все равно что положить голову на плаху.
Она стремительно поднялась и хотела уйти. Но он опередил ее и, схватив за плечи, развернул лицом к себе. Простыня соскользнула с нее на пол. Он поднял жену на руки, и она обняла его за шею.
— Посиди со мной перед камином, — вдруг попросила Аллора хриплым голосом. — Прошу тебя, постели на пол меховое одеяло, и мы будем сидеть рядом и смотреть на огонь.
— Ладно. Это можно сделать.
Он поставил ее на пол и расстелил перед очагом одеяло. Другим одеялом закутал ее. Потом снова взял ее на руки и сел, опираясь спиной о край деревянной ванны, а она, прислонившись к его груди и чувствуя, как его пальцы нежно перебирают пряди ее волос, любовалась язычками пламени.
— Что ты намерен со мной сделать? — шепотом спросила она.
Ах, надо бы ей помалкивать! Ведь она уже не надеялась снова испытать это чувство защищенности, когда тебе не страшны никакие опасности, когда тебя любят и лелеют.
Пусть даже это всего лишь иллюзии, ей хотелось верить, что все так и есть на самом деле.
Но она не удержалась и задала этот вопрос.
Он довольно долго молчал, потом ответил:
— Ничего. Да, миледи, ничего. Мы будем учиться жить вместе.
— Значит, ты простишь меня, забудешь?
— Нет, — сказал он, и она почувствовала, как напряглись его пальцы, перебиравшие ее волосы. — Нет, я ничего не забуду. Только попробуй еще раз ослушаться меня, и я, возможно, сначала высеку тебя собственными руками, а потом посажу в северную башню, пока не найду подходящее место заточения где-нибудь в Нормандии.
— Но я никогда не хотела причинять тебе зла. Кроме разве нашей первой встречи. Но ты тогда вел себя как самонадеянный наглец.
— А ты вела себя как избалованная девчонка.
— А ты был влюблен в леди Люсинду!
— Это была не любовь, — чуть помедлив, сказал он. — Просто я готовился к переменам в жизни.
— Ага! Вот и меня ты не любишь.
Он развернул ее лицом к себе и поцеловал. Мгновение спустя они снова наслаждались любовью, растянувшись на меховом одеяле возле огня, и пламя бросало золотистый отблеск на их тела. Потом она задремала, и он отнес ее на кровать. Лежа в его объятиях, она подумала сквозь сон: «А ведь я тебя по-настоящему люблю, норманн».
— Вы сводите меня с ума, миледи, я не могу насытиться вами, я хочу вас страстно, отчаянно… — услышала она его шепот.
На ее губах промелькнула едва заметная улыбка. Пусть даже он пока ей не доверяет, Но она верит его словам. Вот если бы он тоже поверил ей, тогда бы…
Тогда бы она могла безоглядно открыть ему душу и сердце.
Если бы только…
В течение последующих недель жизнь протекала настолько нормально, что начало казаться, будто все наконец встало на свои места: Брет был здесь, Роберт и его люди ушли, и новая власть прочно утвердилась на Дальнем острове.
Аллора решила не торопить события и не мешать своему мужу.
Но через месяц Брет назначил поместный суд, чтобы рассмотреть накопившиеся претензии людей друг к другу. Судебное заседание проводилось в главном зале. Аллора в это время занималась там рукоделием. Рядом в колыбельке спала Брайана. Аллора хотела уйти, решив, что ей лучше не присутствовать, потому что она привыкла выносить решения единолично и у нее могло появиться искушение начать указывать Брету, что и как следует делать.
Заметив, что она собирается уйти, он попросил ее остаться, сказав, что ему важно услышать ее мнение.
Она подчинилась, поклявшись себе не вмешиваться. Жалобы были самые обычные, будто ничего не изменилось с приходом нормандского лорда. Единственным новшеством было присутствие отца Джонатана в качестве переводчика, который пришел, чтобы помочь изложить суть спора между людьми, говорившими на гэльском языке. Он старательно переводил, Брет внимательно слушал.
Аллора могла бы и сама перевести для Брета, но не стала этого делать, опасаясь нарушить хрупкий баланс, установившийся в их отношениях. Сейчас их отношения строились на более прочной основе, чем страсть, бросавшая их в объятия друг друга, несмотря на недоверие и гнев. Он честно предупредил, что испытывает к ней не любовь, а страсть, а она старалась проявлять осторожность во всех своих словах и поступках, однако вечерами, когда Брет приходил и садился погреть руки у огня, он начинал расспрашивать его о крепости, то о каком-нибудь ремесленнике, который у них работал, то о землях за пределами крепости. Она старательно объясняла ему особенности законов и внесенные в них изменения, и он понимал, что перемены эти произошли именно после нормандского нашествия и что саксонские женщины, в частности, утратили в результате почти все свои права.
Аллоре нравились эти вечера. Она любила отвечать на его вопросы, хотя он нередко нарочно поддразнивал ее, а когда она выходила из себя и начинала злиться, смеялся, подхватывал ее на руки и уносил в постель, где, забыв о возникших разногласиях, они предавались любви.
Он, конечно, предупреждал, что это не любовь, но она-то знала, что не в словах дело. Она была уверена, что в его жизни не было других женщин, и это ее радовало.
Брет полностью возложил на нее решение всех вопросов, касающихся домашнего хозяйства, однако хозяином в доме, несомненно, являлся он.
Она превосходно рукодельничала. Иногда, залюбовавшись той или иной вышивкой в доме, он с удивлением узнавал, что леди Аллора сделала ее собственноручно.
Однако Брет был уверен, что рукоделие не было ее призванием. Она привыкла властвовать. До его прихода она сама правила здесь, хотя иногда и оказывалась игрушкой в руках Роберта, и ей, наверное, было немного досадно, что он отобрал у нее власть, пусть даже и постарался сделать это как можно тактичнее.
Хотя под влиянием волевой натуры матери взгляды Брета на права женщин были весьма прогрессивными, он, тоже имея сильную волю, не вполне одобрял саксонские законы, предоставляющие слишком большие права представительницам слабого пола.
Он хорошо знал, что они могут быть опасны.
Сегодня Брет умышленно задержал Аллору в зале, где происходил поместный суд. Предстояло рассмотреть еще одно дело, о котором его заранее предупредил отец Джонатан. Оно касалось случая изнасилования.
Как и ожидал Брет, Аллора встрепенулась, напряглась и, отложив рукоделие, внимательно поглядела на представших перед Бретом людей.
Речь шла об одной из дочерей пастуха, которая стояла здесь же, низко опустив голову. Отец ее, высокий, худой человек с седеющей головой, не знал нормандского наречия французского языка, зато хорошо говорил по-саксонски.
— Милорд, Сара была невинной девочкой. Я требую справедливости, потому что у нее будет ребенок и теперь никто не захочет на ней жениться. У нас с женой и без того восемь ртов, мы не сможем прокормить еще и этого ребенка. Я прошу вас по крайней мере должным образом наказать насильника.
Брет наблюдал за реакцией Аллоры. Преступление было тяжелым. В прежние дни человека, совершившего акт изнасилования, полагалось кастрировать.
— А где обвиняемый? — спросил Брет. хотя уже знал, что это один из его людей — лишь недавно посвященный в рыцари, бритт по происхождению. Он выступил вперед красивый молодой человек, такой же юный, как и девушка. Брет услышал, как его жена тихо охнула.
Старый пастух продолжал:
— Мне говорили, что я делаю глупость, обвиняя одного из ваших людей, милорд. Но я слышал также, что вы справедливы, и поэтому я все-таки пришел к вам искать правды.
— Рауль, что ты скажешь? — спросил Брет у юноши.
— Милорд, я служу у вас давно: сначала был грумом и ухаживал за вашими лошадьми, потом вы стали брать меня с собой в походы, а после Нормандии я был посвящен в рыцари. Вы знали меня многие годы.
— И тебе, конечно, известно, что, я никогда не прощал насилия и мародерства. И хотя иногда мы отбирали у побежденных врагов драгоценности, я никогда не разрешал грабить или насиловать мирных жителей. Твое преступление я считаю тем более тяжким, что оно совершено на земле, где я хозяин. Ребенок твой?
— Да, милорд. Но клянусь Богом, это не было актом насилия.
— Милорд, девушка ничего не знала о плотских удовольствиях, — настаивал пастух.
Брет откинулся на высокую спинку стула и постукивал пальцами по подлокотникам. Он взглянул на Аллору.
— Это дело касается чувств человеческих, любовь моя, почему бы тебе самой не вынести приговор?
Он говорил это небрежным тоном, но боялся, что поступает неправильно. Ведь если она признает Рауля виновным, ему придется, подорвав ее авторитет, отменить решение!
Он старался убедить себя, что его чувство к Аллоре нельзя назвать любовью. Но когда она остановила на нем взгляд ярко-зеленых, широко распахнутых прекрасных глаз, у него замерло сердце. Он изо всех сил старался придать лицу бесстрастное выражение, наблюдая, как она поднялась с места и золотистые волосы рассыпались по спине под бледно-сиреневой вуалью, которую придерживал на голове золотой обруч филигранной работы. Она, грациозно двигаясь, подошла к девушке и, остановившись перед ней, спросила:
— Сара, это был акт насилия? — Девушка потупила глаза. — Он тебя принудил? Изнасиловал?
Девушка покачала головой, и слезы хлынули из ее глаз.
Но Аллора не стала утешать ее. Она подошла к Раулю и остановилась перед ним, прекрасная, как ангел, но, несомненно, ангел возмездия.
— Девушка молода и была невинной. Если даже ты не изнасиловал ее, то соблазнил.
— Миледи, прошу вас, — проговорил Рауль дрожащим от волнения голосом. По всей видимости, ему было хорошо известно, какое наказание полагается насильнику.
— Не меня проси, — сказала ему Аллора. — Правда, девушка всего лишь дочь пастуха, а ты недавно стал рыцарем, но проси ее выйти за тебя замуж, и если отец ее даст согласие, то все мы здесь скоро погуляем на свадьбе.
И Рауль, и Сара охнули от неожиданности. Брет, очень довольный таким поворотам дела, улыбался.
Пастух проворчал:
— Но юноша пришел сюда с норманнами, миледи…
— Юноша является воином, посвященным в рыцари, — напомнила ему Аллора.
— Тогда ладно. Каждому ребенку нужен отец, пусть даже чужестранец.
— Сэр, — сказал Рауль, — я пришел сюда навсегда, теперь моя родина здесь.
Все замолчали. В это время Элайзия, сидевшая в глубине зала с отцом Дамьеном, всхлипнула и бросилась вон из комнаты.
Озадаченный Брет хотел последовать за сестрой, но Аллора остановила его.
— Я схожу к ней, — сказала она. — А ты закончи заседание поместного суда и одобри брак двух своих вассалов.
Аллора поднялась в комнату Элайзии. Та лежала на кровати и плакала.
— Элайзия, что случилось?
— Я очень боюсь! Только не говори ему! — воскликнула Элайзия. Аллора не сразу поняла, что она говорит о Брете. — Ну и дела!
— Поклянись, что ни слова не скажешь Брету.
— Но, Элайзия, он может чем-нибудь помочь тебе…
— Только не это! Поклянись, что не скажешь ему!
Аллора вздохнула. Интуиция подсказывала, что она впутывается во что-то опасное.
— Клянусь, Элайзия, что ничего не скажу Брету. Но в чем дело? Чего ты боишься?
— Мне кажется, что у меня будет ребенок.
— От кого? Ах да, от Дэвида, конечно! — прошептала Аллора.
Очевидно, она не ошиблась, потому что Элайзия снова разразилась слезами.
— Перестань реветь, не то Брет явится сюда и потребует объяснений, — предупредила ее Аллора. — Дэвид порядочный человек. Я уверена, что он захочет жениться на тебе…
— Брет убьет его. Или мой отец убьет его, ведь он был одним из моих похитителей, Аллора. Брету нельзя говорить.
— Но ты должна сообщить об этом Дэвиду. А потом, может быть, вы вместе признаетесь во всем Брету.
— Дэвид, как только его освободили, уехал. И теперь скрывается в лесах вместе с твоим проклятым дядюшкой и остальной компанией пограничных варваров…
— Элайзия, перестань!
— Ах, извини, Аллора. Но он даже не попытался связаться со мной. Он даже обо мне не спрашивал — испарился, и все!
— Я могу попытаться найти его, — услышала Аллора свои слова.
— Правда? — встрепенулась Элайзия, с надеждой глядя на нее полными слез глазами.
— Уверена, что смогу это сделать. Лорды пограничных земель не проводят всю жизнь в битвах. Сейчас зима, и большинство их наверняка занимаются хозяйством в своих усадьбах.
— Но как ты сможешь это сделать? Если Брет узнает о том, что я натворила, он сообщит отцу, и тот убьет меня. Или, может быть, они оба убьют меня.
— Они не убьют тебя, Элайзия.
— Но они придут в ярость, и если я не предупрежу Дэвида, они убьют его! — сказала Элайзия и снова зарыдала.
Судебное заседание заканчивалось, и Брет, поднявшись сюда, узнает, что его сестра обесчещена человеком, которого он освободил. Аллора вздрогнула.
— Элайзия, замолчи сейчас же! Я найду Дэвида. Скоро Рождество, а потом День Святого Стефана, и тут будет большое гулянье. Это праздник для слуг, и все они гуляют шумно и весело, все ходят друг к другу в гости, и я сумею незаметно ускользнуть.
— О, Аллора, ты правда сделаешь это? — воскликнула, все еще всхлипывая, Элайзия.
— Перестань реветь. Брет может прийти сюда с минуты на минуту. Клянусь, я найду тебе Дэвида, — заверила Аллора.
Ее била нервная дрожь. Боже милосердный, зачем она дает такие обещания? А что, если ее поймают?




Предыдущая страницаСледующая страница

Ваши комментарии
к роману Неистовый рыцарь - Дрейк Шеннон



Очень хороший роман! Достойное продолжение "Неистовой принцессы".
Неистовый рыцарь - Дрейк Шенноннелли
3.03.2012, 10.51





Интересное продолжение романа Неистовой принцессы.Интересно читать о продолжении судеб героев романа,о том как дальше шла их жизнь.
Неистовый рыцарь - Дрейк ШеннонМарина
26.11.2012, 23.14





НУ ВОТ,ОПЯТЬ ПРОТИВОБОРСТВО ГГЕРОЕВ ДО ОТУПЕНИЯ,КАК И ВО ВСЕХ ЕЕ РОМАНАХ,ОДНА И ТА ЖЕ СЮЖЕТНАЯ ЛИНИЯ,ХОТЬ БЫ ЧУТЬ ИЗМЕНИЛА ДЛЯ РАЗНООБРАЗИЯ.КОГДА НАЧАЛА ЧИТАТЬ РОМАНЫ ШЕННОН - ОЧЕНЬ ПОНРАВИЛИСЬ,А СЕЙЧАС ОСИЛИЛА ТОЛЬКО НАЧАЛО,СНОВА НЕВЕСТА СКАНДАЛИСТКА,БЕСПРЕДМЕТНЫЕ СПОРЫ,ПАФОСНОЕ ОПИСАНИЕ ГГ.НО КТО ЕЩЕ НЕ ЧИТАЛ ЭТОГО АВТОРА,ЧИТАЙТЕ ОБЯЗАТЕЛЬНО ЭТОТ РОМАН-ПОНРАВИТСЯ,МОЖЕТ ПОТОМ ТОЖЕ ДОЧИТАЮ.
Неистовый рыцарь - Дрейк ШеннонГАНДИРА
29.03.2013, 23.28





Вот я всегда против вмешательства родичей в чужую жизнь. даже из самых благих побуждений столько гадостей творят, а уж когда еще и жадность (до денег ли, до власти ли - неважно!) - совсем хана!
Неистовый рыцарь - Дрейк ШеннонKotyana
10.04.2013, 11.54





Хороший роман)Мне очень понравился))Все невесты и женихи друг друга стоят))
Неистовый рыцарь - Дрейк ШеннонАрина
5.05.2013, 18.31





Как по мне, так роман скучный.Я еле дочитала до конца. Теперь этого автора вообще читать нет желания. 5/10
Неистовый рыцарь - Дрейк ШеннонИра
26.07.2013, 8.12





а мне понравился роман. реалистичный, нет ничего лишнего. единственное что не понравилось, так это концовка: маленькая беззащитная жена, с раненым другом сами выезжают на помощь сильному мужу, в то время как за стенами крепости ждет целая армия(ну это самый неудачный момент в романе. а так роман супер!)
Неистовый рыцарь - Дрейк ШеннонLili
28.07.2013, 16.08





Замечательный роман!!! Читалось на одном дыхании!!! 10 из 10
Неистовый рыцарь - Дрейк ШеннонЯНА
11.08.2013, 20.46





Поначалу мне показались странными некоторые поступки ГГ-ни. Но её отношение к Девиду и поведение с мужем при разговорах о Девиде как у неадекватной истерички!я уже готова была простить и понять, но 20 глава убедила меня, что Гг-ня - полная дура! Рисковать жизнью, не разобравшись в ситуации, не подумав, ради, по сути, чужого мужика, о состоянии здоровья которого точно ничего не знаешь и которого даже не любишь, а просто уважаешь - это глупость. Тем более, что есть дитё, которое кроме её груди ничего не ест! И потом, почему она решила, что дядя обменяет её на Давида?! Да на хрена ему и она и Давид, которого дядя вообще ни во что не ставит! Скорее бы дядя устроил ей смертельный несчастный случай, чтобы поскорее избавиться!
Неистовый рыцарь - Дрейк ШеннонКниголюб
3.02.2015, 11.58





А,я считаю,что всё так и должно быть,иначе не было бы этого прекрасного романа!
Неистовый рыцарь - Дрейк ШеннонНаталья 66
10.10.2015, 22.27








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100