Читать онлайн Любовница, автора - Дрейк Анджела, Раздел - Глава 27 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Любовница - Дрейк Анджела бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

загрузка...
Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 8.59 (Голосов: 105)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Любовница - Дрейк Анджела - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Любовница - Дрейк Анджела - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Дрейк Анджела

Любовница

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

Глава 27

Сол проводил семинар студентов-дирижеров в Музыкальном центре в Танглвуде, штат Массачусетс, – месте летней дислокации Бостонского симфонического оркестра.
Сливки студентов высших музыкальных учебных заведений со всего мира каждый год собирались в Танглвуде, и значительную их часть составляли студенты, изучающие искусство дирижирования.
Сол уже пятое лето подряд выступал с бостонскими музыкантами в качестве приглашенного дирижера. В перерывах между репетициями и концертами он занимался с перспективными молодыми дирижерами, которые пытались показать свое мастерство на студенческом оркестре.
Ярким августовским утром, возвещающим начало еще одного жаркого дня, студенты собрались в театрально-концертном зале – большом, похожем на ангар здании с дверями из гофрированного железа, неуместно расположившемся среди зелени танглвудского парка. Студенты-исполнители возбужденно рассаживались на сцене, доставая из футляров инструменты. Студенты-дирижеры сидели в первом ряду перед сценой, впившись глазами в листы партитуры на своих коленях.
Тэра в одиночестве сидела в середине зала. Она обратила внимание, как молодо выглядят студенты. Большинству из них было около двадцати. Каждый год студенты казались все моложе, а она и Сол становились все старше.
В программе были Симфония номер пять Шуберта и "Петрушка" Стравинского. Двое студентов должны были дирижировать, а остальные наблюдать за ними и учиться.
За минуту до времени начала репетиции в главных дверях зала появился Сол и направился к сцене.
Все взгляды обратились к нему. Наступила благоговейная тишина.
Атлетически легко запрыгнув на сцену, Сол подошел и сел рядом с Густавом Сигалом, координатором дирижерского курса, затем кивнул первому из студентов-дирижеров, чтобы тот начинал.
Поднялся высокий и тощий как жердь молодой человек с густой копной вьющихся рыжевато-каштановых волос. Тэре было интересно послушать, как он справится с обманчиво-нежной музыкой Шуберта. Она несколько раз беседовала с ним за кофе и пивом в предыдущие дни. Ей понравились его открытость и восприимчивость, его восторженный энтузиазм. Сейчас она болела за него не только потому, что считала его способным студентом, но и потому, что не хотела услышать, как Сол обрушит свой ядовитый сарказм на доверчивую голову молодого человека.
Она облегченно вздохнула, когда студент без усилий добился от оркестра теплого и искреннего исполнения произведения. Даже Сол не мог придраться. Тэра с одобрением заметила, что будущий дирижер открыто проявляет признательность, когда исполнение ему нравится, что он предпочитает просить, а не требовать, сотрудничать, а не отдавать распоряжения.
Она решила, что у него большое будущее.
В конце оркестранты с теплой непосредственностью поблагодарили дирижера аплодисментами, а Сол грациозно склонил голову в знак признательности, что студент хорошо справился с заданием.
Следующий студент управлял оркестром, размахивая руками, как крыльями ветряной мельницы, наклоняясь и приседая с таким рвением, которое было более уместно в спортивном зале, чем на подиуме. Его словесные команды исполнителям "громче", "тише", быстрее", "медленнее" были ясно слышны сквозь музыку.
Тэра наклонила голову к партитуре, лежащей у нее на коленях, чтобы скрыть насмешливое изумление.
После завершения выступления Сол и Густав подозвали к себе обоих студентов и обсудили с ними их исполнение. Тэра слышала, как Сол ехидно подкусывал студента, потерпевшего неудачу:
– Итак, я вижу, вы – человек действия. Если вы оставите попытки стать дирижером, то сможете сделать отличную карьеру, регулируя движение на Трафальгарской площади в часы пик.
Тэра не могла выслушивать это дальше. Она тихо вышла из зала и прошла в садик, расположенный позади здания. Сод не заметит ее исчезновения. Он будет совершенно счастлив в течение следующего часа. Он получил одного достаточно хорошего студента, чтобы тратить на него время, но пока еще не настолько блестящего, чтобы представлять угрозу для его собственного мастерства, и одного достаточно безнадежного и тупого, заслуживающего применения полного набора насмешек из соответствующего репертуара Ксавьера.
Она задумалась, хватит ли ей времени, чтобы позвонить в Англию и поговорить с Алессандрой. Сейчас была половина первого, почти обеденное время. Дома должно было быть половина шестого вечера. Алессандра, наверное, вернулась с прогулки верхом и пьет чай, приготовленный Рейчел.
Алессандра была очень привязана к своей бабушке, хорошо ладила с Дональдом и всегда оставалась у них, когда Сол и Тэра уезжали куда-нибудь.
Рейчел и Дональд несколько лет назад купили уютный коттедж с соломенной крышей в деревне в Бедфордшире. При нем было два акра земли, включающей большой выгул и пастбище для двух-трех лошадей. Рядом с домом находилась старая конюшня. Алессаидра предпочитала держать свою гнедую кобылу Тоску здесь, а не в оксфордширском доме отца, где большую площадь занимал декоративный сад, и оставалось мало места для свободного пастбища.
Тоска всегда выдвигалась в качестве причины того, что Алессандра все чаще и на более длительное время оставалась у Рейчел и Дональда. Но Тэра подозревала, что дело не только в лошади и что сама Алессандра чувствует себя более свободно и раскованно в непринужденной атмосфере бедфордширского коттеджа, чем в доме своих родителей.
Неожиданно Тэре ужасно захотелось услышать голос дочери. Она пробежала по тропинке к кафетерию у главных ворот, где был телефон-автомат.
Голос Рейчел ответил так громко и отчетливо, как будто она находилась не дальше чем в соседнем городке. Она тут же передала трубку Алессандре, которая была переполнена новостями о последних достижениях Тоски. Слушая полный радостного энтузиазма голос дочери, Тэра почувствовала теплую волну счастья. Какие бы проблемы ни возникали у них с Солом, по крайней мере, их тринадцатилетняя дочь безмятежно и спокойно проводила летние каникулы.
– Бабушка и дедушка возили меня на состязания. Тоска выиграла кучу призов. Я собираюсь отпустить ее на пастбище. Ей надо отдохнуть. В конце недели будут еще выступления, – тараторила Алессандра.
Тэра улыбалась, тщетно пытаясь вставить хоть слово. Было почти невозможно остановить поток слов Алесеандры, когда дело касалось Тоски. Она могла говорить о лошади часами. Ничто не интересовало ее сильнее, чем Тоска.
Солу это увлечение лошадьми казалось странным и, мягко говоря, несколько раздражало. Он предпочел бы, чтобы Алессандра с таким же рвением занималась более серьезными делами – школьной учебой и пением.
Алессандра подавала надежды как вокалистка, но с тех пор, как у нее развилась страсть к лошадям и конному спорту, интерес к пению стал падать.
– Если ты будешь давить на нее, ты не добьешься, чтобы она больше занималась пением, – как-то попыталась объяснить Солу Тэра, увидев, что Алессандра выбежала в слезах после одной из язвительных лекций отца о достоинствах музыки и никчемности скачек на лошадях. – Таким способом ты сделаешь только хуже, только оттолкнешь ее от себя.
Тэра очень хорошо знала, что мог бы сказать Сол в ответ на ее замечание: "Что мать, то и дочь – ты тоже впустую растратила свою юность".
Эти слова никогда не произносились вслух, но они оба слышали их. Это был еще один ряд шипов в жестком ошейнике их сложных взаимоотношений.
– Она и так занимается по часу ежедневно, – говорила она Солу в защиту Алессандры. – Этого вполне достаточно.
И просто самоотверженно для человека, который, видимо, не получает от этого большого удовольствия и предпочел бы заниматься чем-нибудь другим, добавляла она мысленно.
– Мы не вернемся до конца следующей недели, солнышко, – сказала Тэра Алессандре, заканчивая разговор. – Папу пригласили выступить в Нью-йоркской "Метрополитен-Опера". И я, наверное, поеду с ним.
– Ты всегда и везде ездишь с ним, – скучным тоном заметила Алессандра. – Ты вернешься к воскресенью? – спросила она, помолчав.
– Думаю, в понедельник рано утром. А что?
– В воскресенье в школе верховой езды будет открытое занятие по прыжкам. Бабушка и дедушка сказали, что свозят меня туда, если я все еще буду здесь.
– Не волнуйся, будешь! Полностью свободной от родительского присутствия!
– Мама, я ужасно соскучилась по тебе.
Черта с два, подумала Тэра. Может быть, чуть-чуть, но не слишком сильно, если Тоска рядом. И это вполне нормально.
– Папа там? Он будет разговаривать со мной?
Тэра уловила в вопросе дочери тревогу. Но, возможно, ей это только показалось.
– Он сейчас занят, проводит семинар. Он передает тебе привет.
– А-а. Хорошо. Тогда передай ему привет от меня тоже.
В тоне девочки безошибочно слышалось облегчение. Ну что ж, подумала Тэра, это можно понять. Сол не тот человек, с которым можно беспечно болтать по телефону. Она медленно пошла обратно к концертному залу, погруженная в унылые размышления. Она понимала, какое разочарование испытывал Сол из-за того, что Алессандра проявляла так мало непосредственного интереса к музыке.
Он так хотел разделить страсть своей жизни со своим единственным ребенком, с младенчества окружая ее классической музыкой. По выходным дням дом наполняла живая музыка, которую исполняли величайшие инструменталисты мира. Когда Сол был дома, многочисленные динамики, расположенные по всему дому, взрывались звуками какой-нибудь великой симфонии. Наблюдая за взрослением Алессандры, Тэра видела, что ее детская привязанность к отцу постепенно трансформируется в благоговейное и почтительное уважение. Именно настойчивое желание Сола приобщить дочь к своему страстному увлечению музыкой было основной причиной. Алессандра никогда не проявляла большого интереса ни к прослушиванию, ни к исполнению музыки, несмотря на поощрение со стороны Сола. Когда она была маленькой, ей нравилось петь, но как только Сол организовал для нее уроки у одной из оперных див, с которыми он работал, энтузиазм и уверенность девочки быстро исчезли.
Тэра с растущим беспокойством наблюдала, как Алессандра становится все более напряженной, перегруженной огромностью музыкальных знаний и умений своего отца, уклоняясь от его навязчивого желания обнаружить в ней талант.
Много раз Тэра пыталась объяснить Солу, что может чувствовать ребенок, но он пренебрежительно отмахивался от ее тактичных замечаний. "Ничего нельзя достичь безболезненно", – говорил он.
Тэра снова видела себя и своего отца. Картина родительского давления безжалостно повторялась.
Подойдя к дверям зала, она увидела, что репетиция закончилась. Сол и Рустав направлялись к выходу из зала, два студента следовали за ними.
– Время обеда, – сказал ей Сол. – Мы собирались искать тебя. – Он поднял брови, дав ей понять, что желает знать, где она была.
– Я просто хотела убедиться, что дома все живы и здоровы, – сказала Тэра, подстраиваясь под его шаг и беря его под руку.
– А-а. Ну, и как?
– Все в порядке.
– А-а. – Он слегка нахмурился. – Я тоже хотел поговорить с Алессандрой.
– Да, она была разочарована тем, что ты занят. Я сказала, что мы позвоним позже. – Тэра старалась, чтобы ее голос прозвучал ровно и уверенно, как у заботливой матери, успокаивающей умного, но эмоционально тонкого ребенка.
Вот к чему мы пришли, я и Сол, огорченно подумала она, приподнявшись на цыпочки и коснувшись поцелуем его щеки. Она увидела, что молодой человек с каштановыми волосами смотрит на нее, и заметила заинтересованный блеск в его глазах. Он был романтиком. Наверное, он смотрел на них с Солом и видел пару, которая когда-то заинтриговала музыкальный мир скандальным любовным романом и до сих пор сохраняет преданность друг другу.
Она улыбнулась.
После обеда Сол провел семинар для примерно двадцати студентов-дирижеров.
Он и Густав сидели на роскошном викторианском диване, а студенты расположились напротив на, металлических стульях в несколько рядов. Позади стояли два больших рояля с поднятыми крышками. На противоположной стене висел портрет Артуро Тосканини, бывшего учителя Сола.
Густав попытался уговорить Тэру сесть вместе с ними на диван, но она со смехом отказалась и устроилась на своем любимом месте в углу комнаты.
Сол подошел к роялю и сыграл несколько вступительных тактов "Петрушки" Стравинского.
– Итак! Мы слышали сегодня, как наш юный друг управлял оркестром с таким размахом, что смог бы остановить уличное движение в час пик. Может быть, это не самый лучший вариант? У кого есть другие предложения?
Следующие полчаса прошли в дискуссии о том, как начать исполнение большого оркестрового произведения. Сол принес партитуру Симфонии номер 29 ля-мажор Моцарта, чтобы использовать в качестве иллюстрации. Он применял свои обычные методы обучения, подбрасывая студентам обрывки информации и не обнаруживая своих собственных убеждений. Он дразнил их и издевался над ними, сначала мягко направляя по какому-нибудь пути, а затем вдруг с насмешливым презрением ниспровергая идеи, которые только что сам взрастил.
– Вам трудно в это поверить, да? Но вы сами предложили это!
Его слова сопровождались ироническими жестами и размашистыми пассажами на рояле.
Тэра, наблюдая за нетерпеливыми, озадаченными, встревоженными лицами студентов, испытывала к ним сострадание.
Обсуждение повернулось к вопросам интерпретации и разрывом между работами современных композиторов и старых мастеров. Сол неожиданно стал серьезным. Он объяснил студентам, что дирижер всегда должен быть готов исполнять новые произведения, какими бы неприемлемыми они ни казались сейчас.
– Помните, что, если мы будем игнорировать новых композиторов, мы лишим будущих дирижеров "старой" музыки нашего времени.
Вспыхнули аплодисменты. Это был Сол в своем лучшем проявлении – предельно четкий и понятный, без тайных умыслов. Он предложил аудитории задавать вопросы, и следующий час пролетел в беседе, которая всем доставила удовольствие.
Затем Солу неожиданно наскучило все это. Он посмотрел на часы.
– Так. Я думаю, уже достаточно, м-м? – резко произнес он, сделав привычный жест рукой. – Идите и наслаждайтесь молодостью. Вне музыки тоже есть жизнь!
Но, вероятно, не для Сола Ксавьера, подумала Тэра с кривой усмешкой.
Сол удалился с Густавом, чтобы обсудить программу следующего дня, студенты разошлись. Тэра осталась одна в комнате для семинарских занятий, глядя из окна на зеркальную поверхность озера и синеющие вдали горы.
Студент с рыжевато-каштановыми волосами заглянул в дверь и тихонько проскользнул в комнату.
Тэра подняла глаза и приветливо улыбнулась.
Он сел рядом с ней, глядя на партитуру симфонии Моцарта, лежащую у нее на коленях.
– А как бы вы ее начали? – негромко спросил он.
Она рассмеялась.
– Почему вы спрашиваете меня после всего того, что услышали?
– Потому что Ксавьер никогда не отвечает на вопросы. Но я был уверен, что вы мне скажете. Я видел, как вы дирижируете. Я смотрел видеокурс для студентов. У меня есть все ваши кассеты. Вы прекрасно дирижируете!
Тэра сделала глубокий вдох. Ее неожиданно тронула эта искренняя похвала.
– Спасибо, но я не авторитет в дирижировании симфониями Моцарта.
– Для меня это очень важно! Скажите мне! – настаивал он.
Она пристально посмотрела на него.
– Ну, скажите!
– Хорошо.
Она посмотрела на партитуру, затем подняла глаза и зафиксировала взгляд молодого человека. Подняв голову, она сделала краткое движение рукой вниз, отбивая сильную долю, и почти незаметный кивок головой. Ее взгляд говорил больше, чем ее движения, но молодой человек не смог бы описать это словами.
– Мастерски! – сказал он.
– Требуется всего лишь три года, чтобы научиться этому, и еще два, чтобы достичь совершенства, – лукаво сказала она. Восхищение, которое излучало его лицо, согревало ее. Он был не только талантлив, он был обаятелен – и очень молод.
А мне уже перевалило за тридцать, подумала Тэра. Молодость прошла.
– Почему вы не ведете эти семинары? – спросил он. – Вы бы прекрасно делали это.
– Я мало что сделала, кроме учебного видеокурса, – ответила она с терпеливой улыбкой.
– А как же управление студенческими оркестрами в музыкальных школах? Разве это не считается? Если вы скажете "нет", это будет означать, что вы не считаете работу со студентами важной. А я ни за что не поверю в это.
Тэра улыбнулась.
– Вы поймали меня в ловушку. Я не ожидала такой яростной атаки. Я просто сидела здесь, думала о Моцарте и смотрела на горы.
– Вы зря растрачиваете свой талант, – сказал он с отчаянием.
– А вы вторгаетесь в деликатную область, о которой ничего не знаете, – предостерегла она.
– Извините.
Она промолчала. Они оба уставились в партитуру.
– Ваша цель – стать великим маэстро? – шутливо спросила она.
– Я просто хочу исполнять великую музыку.
– А-а.
– Вообще, сама идея маэстро – это анахронизм. Ни на чем не основанное поклонение харизматическому музыкальному диктатору, который не играет сам ни на одном инструменте и не производит никаких звуков, – торжественно заявил молодой человек, явно цитируя чей-то текст, который, видимо, произвел на него впечатление.
Тэра улыбнулась.
– Мне кажется, вы немного запутались, – мягко сказала она. – Вы хотите быть дирижером, но вы не хотите быть помазаны одним миром с великими людьми, которые преуспели в этом.
– Эти дирижеры старого стиля, они все тираны, – выпалил он. – Они требуют большего подчинения от музыкантов, чем армейские командиры от солдат, и получают гонорары, сравнимые с заработком всего оркестра. – Он поднял голову и неуверенно посмотрел ей в глаза. – Простите, – сказал он, чувствуя, как образ маэстро Ксавьера вырос между ними.
Она с улыбкой пожала плечами.
– Не извиняйтесь. Когда-то и я думала также. – Ей казалось, что молодой человек понимает гораздо больше, чем смог высказать.
– Я только начинаю, – с чувством произнес он. – Меня не интересует счет в банке и возможность летать по миру на собственном реактивном самолете. Я просто хочу исполнять музыку. Я люблю музыку. Ради некоторых произведений я готов просто умереть!
Тэра посмотрела ему прямо в глаза.
– Не растеряйте этого… этого чудесного ощущения тайны и величия музыки.
Он стиснул ладони.
– Я хотел посоветоваться… спросить… но сейчас стесняюсь.
– Спрашивайте.
Он нервно сжимал пальцы.
– Вы были скрипачкой, да?
– Да.
– Мой преподаватель в музыкальной школе знала вас. Она рассказывала мне о том, что случилось. Об автомобильной аварии. – Он помолчал. – Вы ведь ничего не записали, да? Какая жалость!
Тэра понимала, что этот молодой человек воспринимал ее историю как сказку. Она была для него мифической героиней, созданием, которому следовало поклоняться.
Он был очень молод.
– Да. У меня не осталось записей своей игры. И я сожалею об этом. Но это не трагедия. Другие скрипачи могут вдохнуть жизнь в великие произведения. Музыка принадлежит всем. Это не собственность отдельного исполнителя. – Она улыбнулась. – И Сол был прав, когда сказал, что есть жизнь и вне музыки.
Наступила долгая, задумчивая тишина. Молодой человек чувствовал смущение. Его взгляд украдкой скользнул по падающим волной на плечи каштановым волосам Тэры, по ее нежной кремовой коже. Он не мог связать воедино это нежное душевное создание с язвительным, высокомерным Ксавьером. Но хуже всего было ощущение того, что она знает, о чем он думает!
– На каком инструменте вы играете? – спросила она.
– На кларнете. И фортепьяно, разумеется.
– Хорошо. Что же, я дам вам совет!
– Да?
– Держитесь этого. Вашего исполнения. Не забывайте об этом ни на минуту, когда дирижируете. Никогда не пытайтесь указывать оркестру, как играть, не вспомнив, как это трудно!
Он кивнул.
– Да.
Тэра улыбнулась.
– Вряд ли мне нужно было говорить вам об этом. Я думаю, вы и так это знаете.
Он порывисто протянул руку и сжал ее ладонь.
– А вы не должны дать пропасть вашему замечательному таланту, – сказал он со значением.
Высокая фигура Сола появилась в дверях.
– Дорогая, я ищу тебя повсюду.
– Я иду. Немного заболталась. – Она мягко освободила кисть от крепкого пожатия студента.
Что касалось ее собственных устремлений, она чувствовала, что нет необходимости говорить вслух о том, что внутри ограниченного жизненного пространства есть место только для одного маэстро.
Два дня спустя они были уже в Нью-Йорке. Сол лежал, распростершись на кровати в номере отеля, внутренне готовясь к вечернему спектаклю в "Метрополитен-Опера", где он должен был дирижировать "Летучим голландцем".
Генеральная репетиция прошла неудачно. Певица-сопрано, исполняющая одну из главных партий, в слезах убежала со сцены, возмущенно заявляя, что Ксавьер – бессердечный садист. Команда осветителей, которую маэстро ужалил с жестокостью змеи, надулась. Оркестр, отчаявшись угодить дирижеру, проявлял мрачную покорность.
Тэра знала, что Ксавьер чувствует неловкость из-за всего этого. Конечно, он всегда был тираном – блестящим, самоуверенным и властным. Но сейчас этот блеск потускнел, на него легла тень горечи и цинизма. Он завоевал мир, но он бросил свою жену, искалечил и лишил музыкального таланта любовницу, оттолкнул от себя свою единственную дочь. Его преследовало ощущение вины, порождая ненависть к самому себе, которая теперь начала выплескиваться на окружающих.
Он безжалостно подгонял себя. Работал не переставая, ставил перед собой новые цели, искал новые интерпретации. Требовал от всех, кто работал с ним, такой же самоотверженности и наивысшего мастерства.
Тэра села рядом с ним на кровать и погладила его по лицу. С каждым прошедшим годом черты его лица становились все резче, все рельефнее. И в то же время все одухотвореннее. С каждым годом ее все более непреодолимо влекло к нему.
Она наклонилась и поцеловала его в лоб с такой нежной почтительностью, как будто приветствовала исторического героя. Его поразительная энергия и огромные познания в том, что касалось музыки и дирижирования, до сих пор вызывали в ней благоговейное уважение. Она столько получила от него, столь многому научилась!
Она провела пальцами вдоль складок, идущих от крыльев носа к уголкам твердого подвижного рта. Сол слабо застонал. Тэра прижалась губами к его рту. Он открыл глаза. Казалось, он не сразу осознал ее присутствие.
– Все в порядке, – сказала она со слегка насмешливой улыбкой. – Еще полтора часа до спектакля.
– А-а. – Он поднял руку и скользнул ладонью под ее халат.
Пока он ласкал ее, она пыталась понять, о какой из проблем предстоящего вечернего спектакля он сейчас думает. Он всегда обладал способностью заниматься несколькими делами одновременно, делая это с превосходным мастерством.
Он оставался безупречным любовником, став даже еще более утонченным и изобретательным. Но во всем этом появилась какая-то сдержанность, какая-то странная грусть.
Иногда Тэре казалось, что он предпочел бы отказаться от плотских желаний и жить как монах.






Предыдущая страницаСледующая страница

Ваши комментарии
к роману Любовница - Дрейк Анджела



замечательный роман,всем советую почитать
Любовница - Дрейк Анджеласолнышко
8.11.2011, 21.36





замечательно написано!
Любовница - Дрейк АнджелаNadЯ
11.11.2011, 22.48





один из самых интересных романов мною прочитаных шикарная вещь
Любовница - Дрейк Анджелаzojaflute
12.12.2011, 23.37





очень понравился незаезженный сюжет советую
Любовница - Дрейк Анджелалюдмила
13.12.2011, 15.50





Достаточно необычный роман, очень захватывает!
Любовница - Дрейк АнджелаТатьяна
11.02.2012, 1.20





Роман неплохой, но не держит в напряжении. Бывают книги, которые читаешь и мечтаешь, чтобы они никогда не заканчивались. Эта не из их числа. Но сюжет, действительно, не заезженный. Из 10 баллов - оценка 7 с плюсом.
Любовница - Дрейк АнджелаЕкатерина
1.08.2012, 6.51





Этот роман мой самый любимый! Почему-то долго откладывала его чтение...сама не знаю почему. Но прочитав, уже не смогу забыть. Сол Ксавьер - это...мужчина мечты...что тут ещё скажешь, но жизнь с геним, любовь к гению - это тяжёлое бремя. роман обладает какой-то аурой, может быть из-за музыкального флёра, который пронизывает всё повествование, или это какая-то тёмная загадочность гения Ксавьера... Середина романа неизвестно почему вызывает чувство безысходности, будто герои глубоко несчастны и сделали всё не так... но я рада, что Сол остался жить, это было бы слишком ужасно, если бы он на самом деле погиб. Как истинный гений он действительно был на краю гибели,он стоял на самой вершине, выше уже нельзя...и он это понимал, но принять не хотел, он слишком привык двигаться дальше. Он забыл что рядом с ним была любовь и вовремя вспомнил об этом..
Любовница - Дрейк АнджелаАнжелика
17.08.2012, 20.25





Офигенный роман охото продолжения !))Я не жалею о том что прочитала его!
Любовница - Дрейк АнджелаРита
3.12.2012, 17.44





Советую. Получила огромное удовольствие.
Любовница - Дрейк Анджелаls
8.02.2013, 19.29





да,роман очень своеобразен,нужно прочитать,только у меня он вызвал депрессию,не знаю даже почему
Любовница - Дрейк Анджелаatevs17
12.02.2013, 12.29





Я его раньше читала. Запомнила, но не как женский роман. Когда мужчина на годы делает женщину несчастной, прикрываясь своей порядочностью по отношению к другой женщине, это всегда неприятно читать. Я предпочитаю романы, где мужчина готов на все, чтобы быть с любимой.
Любовница - Дрейк АнджелаЛина
12.02.2013, 12.40





Лично мне не поравилось. Хотя о вкусах не спорят.
Любовница - Дрейк Анджелакаприз
20.08.2013, 11.29





ни о чём
Любовница - Дрейк АнджелаНастя
24.07.2014, 22.22





ни о чём
Любовница - Дрейк АнджелаНастя
24.07.2014, 22.22





Насте наверно 15 лет!! Прекрасный , эмоционально глубокий роман. Даже достойный экранизации. Я не люблю классическую музыку, но прониклась этим восторгом и любовью к ней у героев романа. ( правда только на время прочтения) прочла за вечер и полночи. Не оторваться. Не избитый сюжет.
Любовница - Дрейк АнджелаИрина
24.01.2015, 1.33





неинтересно затянуто фальшиво слишком неискренние эмоции короче фигня
Любовница - Дрейк Анджелафлора
11.02.2015, 17.29





Бездарно, фальшиво, натянуто. Не стану даже дочитывать. А тем, кто считает это "одним из самых интересных" или "эмоционально глубоких" романов, советую прочитать как минимум "Полиньку Сакс" Дружинина. ИМХО. P.S. Простите, если кого-то задело.
Любовница - Дрейк АнджелаShadow
7.03.2015, 2.07





Мне не понравилось.Сначала затянуло,а потом какая-то безысходность.5 баллов из 10-ти.
Любовница - Дрейк АнджелаНа-та-лья
22.07.2015, 9.22








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100