Читать онлайн Верь мне, автора - Дойл Аманда, Раздел - Глава 9 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Верь мне - Дойл Аманда бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

загрузка...
Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 9 (Голосов: 5)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Верь мне - Дойл Аманда - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Верь мне - Дойл Аманда - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Дойл Аманда

Верь мне

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

Глава 9

Лу выскользнула из своих нарядных вещей, поспешно натянула нейлоновый халатик и побежала в ванную, где неловко облила свое лицо холодной водой в довольно безнадежной попытке хоть немного взбодриться.
Господи, как ужасно она себя чувствует!
Вернувшись в свою комнату, чтобы повесить белую юбку с ярким узором из крупных красных цветов и переплетающихся зеленых листьев, она подумала, что, наверное, навсегда возненавидит этот наряд. Она была уверена, что всякий раз, надевая юбку, будет вспоминать о сегодняшнем скандале. Да, самый вид ее был ей глубоко противен! Она небрежно засунула ее в шкаф и плотно закрыла дверцу, а потом направилась на кухню.
Если бы, если бы только она могла так же легко закрыть дверь за вчерашней ночью! Если бы только ее никогда не было, если бы она сама была тверже! Ведь интуиция подсказывала ей, что ехать не надо! И опять Анжела подстроила весь этот гадкий вечер, а что касается Стивена, то он сейчас не оставил ей сомнений в своих чувствах. Она с трудом проглотила подступившую к самому горлу горечь при воспоминании о том, каким добрым был его низкий голос тем вечером в кабинете — и с каким откровенным презрением он говорил с ней только что.
Ведь тут речь шла о доверии.
Он ей не верит!
Если бы верил, он не усомнился бы в ее словах, какими бы невероятными они ни казались. А ведь она никогда, никогда не давала ему повода сомневаться в ее правдивости! То есть, если бы Анжела не… Впрочем, Анжела Пул преследовала свою «крупную добычу» (как она соизволила назвать Стива) с почти вызывающей настойчивостью, и для нее все средства хороши!
И временами казалось, что ее жертве явно нравится, когда ее преследует эта красивая и вызывающая хищница, временами Лу со щемящим сердцем думала, что Стивена Брайента забавляет и увлекает общество Анжелы, что он заинтригован ее зачастую циничными речами, очарован неожиданными приступами приятного любому мужчине женского внимания.
Он всегда принимал их с ответной галантностью, и Лу часто замечала искры смеха в его глазах, когда он небрежновежливо парировал словесные уколы и выпады Анжелы.
Она вынуждена была признать, что они составляют прекрасную пару: оба физически совершенные, оба смелые, бесстрашные, даже жестокие в том, что касается исполнения собственных желаний. Она считала вполне естественным, что каждый из них восхищается в другом теми же самыми чертами, которые свойственны и ему самому.
Лу горестно вздохнула. Сама она не имела ничего общего с ними, решила она. В ее характере, в тех унылых, скучных годах, проведенных в Англии, в этом беспрецедентном предательстве в Сиднее, в тошнотворной неуверенности сегодняшнего дня — во всей ее жизни не было ничего, чем можно было бы восхищаться, чему можно было бы позавидовать. Боже правый, она не только не смелая и не вызывающая, она даже не смогла постоять за себя этим утром!
Лучше уж не думать об этом. Она прекрасно знала, что, так или иначе, она бессильна изменить ситуацию. Скажи спасибо, что у тебя вообще есть работа и дом, Луиза О'Доннел Стейси, твердо сказала она себе, и перестань мечтать о недостижимом! Работа — лучшее лекарство. Заполни ею каждую минуту, так чтобы не оставалось времени думать.
Когда она прошла через сетчатую дверь, Джим уже приготовил для нее отбивные. Они скворчали на огромной черной решетке над открытым огнем плиты.
— Здрасьте вам, Лу. Я решил сегодня начать их жарить вот так. Жир будет капать вниз и поможет огню получше разгореться. Я сегодня с огнем немного задержался. Видишь ли, пришел босс и говорит, что сегодня не будет завтракать. «Обойдусь хлопьями, Джим, — говорит, — я сегодня не голодный». — «Хлопьями, босс?» — спрашиваю я. — Разрази меня гром, в такой день, как сегодня, здоровому парню вроде тебя хлопьев и на десять минут не хватит! Хлопнешься ты там от голода, не успеешь и ахнуть, вот как пить дать! Здесь у нас только Лу ест хлопья на завтрак, и не так уж она последнее время на них цветет, если уж на то пошло», — говорю ему я.
— Ох, Джим, ты и правда так сказал? — слабым голосом укорила его Лу. Право же, он неисправим! Несмотря на усталость, ее так и подмывало расхохотаться при виде искреннего возмущения на его лице.
Еле справившись с собой, она тихо спросила:
— И что же он на это ответил?
— Он ничего не сказал — только бросил на меня один взгляд — ты такого мрачного в жизни не видела! — вырвал у меня из рук пакет, высыпал гору хлопьев на тарелку и проглотил их с тремя чашками чая. А потом удалился — точно на плаху шел, — со смехом добавил Джим. — Как, по твоему, какая муха его сегодня укусила, Лу? Я не помню, чтобы он хоть раз отказался утром от мяса.
— Может, он просто был сегодня не голоден, Джим, — предположила Лу, не пускаясь в откровения, хотя ей было прекрасно известно, в чем могла заключаться причина — или, по крайней мере, она догадывалась!
Она ткнула отбивные длинной вилкой и искусно сменила тему разговора:
— Ты сегодня едешь на пастбища, Джим, или будешь работать на усадьбе?
— Считалось, что я встречусь с Расти и Блю у переправы Белпера, Лу, но босс сказал, чтобы я сначала помог тебе по хозяйству…
— Босс сказал?.. — в ужасе повернулась к нему Лу.
— Ну-у-у… — Джим протянул с чуть виноватым видом, — может, это я первый предложил. Я точно не знаю, как все было. Мне просто показалось, что ты нынче не в форме, пропрыгав полночи на складе в Яннапе — ты ведь все же англичаночка, знаешь ли, Лу, — извиняясь, объяснил он свой поступок, и поспешил успокоить ее, — в общем, Стив сказал мне, чтобы я сделал все, что ты сегодня не сможешь, а потом уже ехал к Расти.
Лу сжала зубы. Ах вот как, вот как, мрачно думала она, вспоминая, как совсем недавно он высказал свое сомнение в том, что она сможет приготовить приличный завтрак.
Сверкая глазами, она кинула Джиму:
— Я считаю Джим, тебе не надо оставаться из-за меня! — Я не настолько беспомощна, хоть и «англичаночка». Так что можешь ехать сразу же после завтрака, а я сама со всем справлюсь, как обычно.
Джим с изумлением уставился на вспыхнувшее лицо девушки.
Луи, внезапно устыдившись своей резкости, пробормотала:
— Извини, Джим, пожалуйста, извини. Спасибо за твое предложение, но ты не должен оставаться и мне помогать — не сегодня. Это значит просто меня баловать, вот что. Нет, ты уезжай сразу же после завтрака, как и обычно.
— А завтрака и не будет, если ты не будешь следить за тем, что делаешь! — шутливо заметил Джим, отнимая у нее вилку и изо всех сил дуя на отбивную, у которой вспыхнул огнем краешек.
— Святители небесные, что сегодня случилось с этим домом? — вопросил он, поднимая глаза к небу в шутливом отчаянии, а потом напомнил ей, что пора бы ставить яичницу, и хорошо бы не забыть вскипятить чаю…
Отправив мужчин на работу, Лу отнесла поднос с завтраком в комнату Анжелы и снова принялась за работу на кухне. Она будет работать, работать и работать — столько, что у нее в голове не останется места для посторонних мыслей. И постепенно душевная боль отступит, и рано или поздно жизнь снова войдет в привычное русло. Ведь нельзя же все время жить с этой щемящей болью в сердце. Разве не говорят, что время врачует любые раны?
К полудню жара на кухне стала почти невыносимой.
Лу была рада, что, энергично стремясь постоянно быть занятой, она оттерла полы, пока солнце было еще довольно низко. Теперь она протерла полки и остановилась, обозревая свои сверкающие чистотой владения минуту-другую, а потом потянулась за потрепанной поваренной книгой Марни. Она заполнит время, оставшееся до ленча, используя рецепты, которых прежде не пробовала. Это позволит ей с интересом сосредоточиться на готовке. Она не посмеет позволить своим мыслям отвлечься, иначе у кексов в середине будет дыра, а печенье подгорит.
Позже, растирая в миске кулинарный жир с мукой, она увидела в окно, как Анжела в открытой маечке и коротеньких белых шортах не спеша идет по веранде в поисках шезлонга в тени. На ней были темные солнечные очки, а ее волосы до плеч были собраны красным обручем, чтобы было не так жарко. В одной руке она несла книгу, в другой — крошечный транзистор, и веселые мелодии доносились из-за угла до того места, где работала Лу, почти все утро.
Во время ленча девушки ели вдвоем. Анжела, казалось, в этот день была в чудесном расположении духа. У нее был вид довольной собой кошечки, которая не только слизала все сливки, но и припрятала где-то пару мышек — по крайней мере, так показалось несчастной Лу. Анжела дружелюбно говорила о своих нарядах и о том, как ей надоели некоторые из них, о своих друзьях в Сиднее и о том, какой скучной кажется жизнь здесь по сравнению с городской.
— Однако, — преувеличенно вздохнула она, откинувшись на спинку стула и попивая черный кофе, — похоже, что приходится мириться с жизнью в этой глуши, если хочешь встретить настоящих мужчин…
Анжела поставила чашку на стол и начала лениво чертить вилкой узоры на скатерти, задумчиво продолжая:
— Мужчины вроде Стива — они действительно заслуживают того, чтобы их называли мужчинами. Они как вызов для девушки с моей внешностью — если ты понимаешь, о чем я говорю, Луиза. Так устаешь, когда поклонники падают к твоим ногам и прислушиваются к каждому твоему слову. Вот Стив — он другой. Он долгое время не давал мне угадать, что испытывает по отношению ко мне. Мне нравятся мужчины, которые совершенно открыты и прямы в такого рода романах нет ощущения тайны. Нет, Луиза, я должна признать, что ухаживание Стива всегда было интересным.., и даже сейчас, когда мне не надо больше угадывать, чувство волнения и интерес не исчезли. В чем-то было даже приятно, когда я не была уверена в его намерениях, но теперь, когда я уверена… Да, он будет чудесным мужем, который достоин того, чтобы властвовать мною. Не думаю, что я приняла бы человека, который не был бы боссом — по крайней мере, я не смогла бы прожить с ним всю жизнь. В чем дело, Лу? Ты что-то сказала? Нет? Я отнесу эти тарелки на кухню, если хочешь.
Не дожидаясь ответа Лу на свое великодушное предложение, Анжела и правда взяла несколько тарелок и унесла их, прежде чем вновь погрузиться в детективный роман.
Лу собрала оставшуюся посуду и пошла за ней.
Глупая ты девчонка, укоряла она себя сурово. Неужели ты еще продолжала надеяться, что она ничего для него не значит — пусть даже слабо надеяться? Разве ты давным-давно не призналась себе, что он в упор не видит тебя — по крайней мере когда рядом эта Анжела? И даже когда ее нет рядом, разве он хоть когда-нибудь дал тебе повод думать, что ты можешь значить для него больше, чем достаточно хорошая домоправительница или компетентная помощница-секретарь?
Нет, ответила она на свои собственные вопросы с унылой откровенностью. Он иногда был добр — но не давал ей повода надеяться на что-то большее.
Тогда почему же ее захлестнула волна отчаяния, когда Анжела сообщила ей свою новость только что в столовой? Ведь Лу ожидала услышать ее со дня на день.
Лу с отчаянием выжала посудное полотенце, как будто так она могла бы выжать из своего сердца последние предательские чувства. Повесив его сушиться, она огляделась, ища новых занятий.
Знаю! — подумала она. — Я закатаю в банки ранние сливы. И приготовлю самый лучший ужин из всех, что мне приходилось делать: все любимые блюда мужчин за один раз. Будет здорово посмотреть на лицо Блю, когда он увидит суппюре из пастернака, а Джим любит, чтобы к супу были содовые булочки, а для Банта и Энди я пожарю картошку. Для Расти главное, чтобы баранина получилась нежная, а в остальном ему все равно, а Стив… Стив обожает яблочный пирог, вспомнила она чуть грустно.
С новыми силами Лу взялась за дело. Она довольно быстро закончила первые приготовления к ужину, а потом отправилась в свою комнату и надела шорты, закатала рукава белой рубашки, которую надевала, чтобы ездить верхом, и напялила старую джинсовую панаму, которую Марни велела ей всегда носить летом от солнца. Ее выцветшие голубые поля сморщились и сели от стирки, круговая стежка начала распускаться, но тем не менее шляпа ей явно была к лицу, так как ее затененные фиалковые глаза казались глубже, да и шея была защищена от горячего солнца.
Взяв корзинку, она прошла через огород к плодовым деревьям.
Ветви, отягощенные плодами, устало гнулись в сверкающем, безоблачном, палящем зное. Сонную тишину жаркого дня нарушало только ошалелое жужжание пчел и ос, любопытно застывающих на месте, оживленно исследующих, разведывающих свои запутанные пути над ветвями, усыпанными спеющими фруктами.
Лу брела между персиками, абрикосами и грушами, пока не нашла два дерева с ранними сливами, которые и были ей нужны. Да, так она и думала: они уже поспели. Сочные, некрупные, с крепкой лиловой кожицей и ароматной желто-зеленой мякотью. И собирать их уже пора. Вот уже и птицы кое-где пробовали их клевать, а на другие, одурело жужжа, пикировали пчелы.
Она прислонила корзину к ближайшему стволу, притащила стремянку Джима и вскарабкалась на нее.
Она срывала сливы, слезала с лестницы, потом — снова взбиралась наверх…
Корзинки были уже полны, но на верхних ветвях еще оставалось множество слив. Их можно было видеть, но нельзя было достать со ступенек лестницы. Она придет за ними позже, решила Луи, возвращаясь домой, уставшая до изнеможения.
К пяти часам кухня была полна самых аппетитных ароматов, сладких и пряных. Запах жареного картофеля смешивался с манящим духом распаривающегося пастернака, а от аккуратных рядов консервных банок исходил кружащий голову аромат слив: они стояли и остывали на мраморной доске у плиты.
Лу посмотрела на часы.
У нее как раз есть время, чтобы обобрать те верхние ветки, и она сможет обработать их после ужина. Вот удивится Марни, когда вернется!
Лу взобралась на развилку сливочного дерева, а потом осторожно перелезла на первую из внутренних веток, по пути собирая сливы.
Она на мгновение остановилась, осматриваясь.
Сверху она могла видеть всю долину. Вот там извивалась река: несколько мутных зеленых озерец, окаймленных приземистыми ивами, перемежающихся коричневыми каменистыми перемычками в тех местах, где вода еле текла из-за вызванного жарой мелководья. Холмы были мрачно-желтого цвета, там обнажилась выжженная земля, иссушенная и растрескавшаяся в неумолимом зное.
Трудная земля, думала Лу, трудная, жесткая страна. Тот, кто живет здесь долго, должен выучить уроки, которые эта огромная коричневая страна рано или поздно преподносит своим обитателям. Им надо научиться быть терпеливыми, выносливыми, сильными и упорными. Эти качества впитались в плоть и кровь тех, кто живет здесь ясе время. Лу это уже поняла.
Да, она могла бы быть счастлива здесь — призналась она себе. Она чувствовала, что здесь она действительно на своем месте — пусть всего лишь как помощница по хозяйству и секретарша по совместительству. Впервые в жизни она была нуждой: Банту и Энди, Расти, Блю и Джиму. Стиву она не была нужна, но по крайней мере она могла быть рядом с ним, видеть его каждый день, слышать его, говорить с ним. Только, наверное, когда.., когда они поженятся, ей придется…
Оса, прозвеневшая у самого уха Лу, прервала ее размышления. Оно и к лучшему! О чем она думает! Размечталась на дереве в такое время дня! Картофель, наверное, почти готов, и суп надо протереть. Слава Богу, по крайней мере пирог вне опасности на самой холодной полке плиты.
Она схватила корзинку, слишком быстро повернулась и потеряла равновесие. Отчаянно попыталась удержаться за зеленую ветку, но она обломилась… И Лу стремительно полетела вниз, по дороге разодрав руку о какой-то острый сучок.
Вокруг нее шел дождь сбитых ее падением слив.
Лу с трудом поднялась на ноги, достала корзинку, зацепившуюся за нижнюю ветку, и нагнулась, чтобы заново собрать плоды своих трудов. Она не стала приглядываться к своей руке: мимолетный взгляд сказал ей, что нет ничего страшного, просто длинная и довольно болезненная царапина, достаточно глубокая, чтобы вызывать неприятные ощущения, но не опасная. Она завязала ее носовым платком и побежала с корзинкой к дому.
Оказавшись на кухне, она только обтерла выпачканные в земле коленки и локти, да сполоснула саднящие ладони, а потом принялась за содовые булочки, которые собиралась подать к супу.
Когда мужчины гурьбой ввалились на кухню, Лу заканчивала последние приготовления к ужину. Пирог получился легким как перышко, корочка аппетитно отливала золотом. Мясо и овощи были совершенно готовы, суп как раз такой густоты, как любит Блю, а булочки поднялись так сильно, что верхушки даже лопнули и на них образовались хрустящие набалдашнички — совсем как шляпки, подумала Лу, с удовлетворением разглядывая их.
Только одно она не рассчитала: у нее не осталось времени переодеться.
Она знала, что составляет нелепый контраст дочиста отмытым после работы мужчинам: мятая рубашка, выпачканные в земле шорты, не говоря уже об обгоревшем на солнце кончике носа, который теперь стал яростно-алым.
Она, наверное, походила на несколько запыленного клоуна… Но ей все равно. Чрезмерная усталость сделала Лу упрямой, и она твердо решила, что мужчины отведают ее обед, пока он в самом лучшем виде — то есть немедленно.
Она разлила суп, и была вполне вознаграждена тем, как они преувеличенно принюхивались и восклицали:
— Лу, ну ты даешь! Пастернак! Вот это да! Потом она наполнила серебряную супницу, накрыла ее крышкой и осторожно отнесла в гостиную, надеясь, что успеет заскочить в свою комнату и мгновенно преобразиться, а уже потом позовет Стива и Анжелу.
Однако этому не суждено было сбыться. Стивен Брайент уже сидел, прячась за газетой, в своем привычном кожаном кресле. Когда она вошла, он отложил газету и вежливо поднялся на ноги, чтобы принять у нее поднос. Сердце Лу сжалось и вздрогнуло от близости его тела: смуглого до черноты, с вьющимися после душа черными волосами… Мускулы на его обнаженных загорелых руках напряглись, когда он взял поднос из ее рук.
— Куда мне его поставить, мисс Стейси? Сюда? Его голос, казалось, звучал равнодушно-спокойно, в нем не было и следа утреннего раздражения и осуждения, хотя он удивленно приподнял бровь, увидев ее наряд — и состояние этого наряда.
— Знаю-знаю, — успокоила его Лу, прежде чем он успел что-нибудь добавить.
— Я немного растрепана. Если вы подождете меня несколько секунд, я побегу и накину что-то более подходящее. Я всего на минутку, чтобы суп в супнице не успел остыть.
Она старалась говорить так, как будто не было этой ужасной сцены сегодня утром. Но голос ее звучал глуховато, да слова сталкивались друг с другом в смущенной спешке.
А Стив продолжал стоять, ухмыляясь, как будто его очень позабавил ее внешний вид. Она видела, что он безуспешно пытается спрятать улыбку, задержавшуюся в уголке его строгого рта, и глаза его так и искрились смехом.
Так она смешна, вот как? Волосы ее влажными прядями прилипли к голове, ее обгоревший нос-кнопочка, наверное, светился, как бакен, и щеки пылали от смущения. А уж ноги ее…
— Извините, — пробормотала она, отступая от него.
В ту же секунду молниеносно вытянувшаяся рука обхватила ее запястье, улыбка исчезла из его глаз и губам вернулась их обычная непреклонная складка.
— Минутку, — отрывисто приказал он. — Что это у вас с рукой?
— Пустяки — царапина, — равнодушно пробормотала Лу. — Даже не больно.
— А я все-таки посмотрю на нее, — твердо заявил он.
Она вынуждена была остаться, и он поднял ее руку и внимательно рассмотрел царапину.
— Вы хотя бы ее промыли? — мягко спросил он. — Нет? Это очень глубокая царапина. И это опасно. Подождите здесь минутку…
Лу стояла послушно, ошеломленная его близостью, а он исчез и через несколько секунд вернулся с аптечкой первой помощи из кабинета. Открыв ее, он достал все необходимое и снова поймал ее запястье. Его руки стали неожиданно мягкими, и Лу продолжала стоять, молчаливая и покорная, пока он не залил царапину йодом и не заклеил рану длинной полоской пластыря.
Закончив наконец, он одной рукой закрыл крышку аптечки, а другой продолжал удерживать ее — рассеянно, как будто просто забыл выпустить ее Руку.
Она надеялась, что он не заметит, как она дрожит.
Не заметил. Его внимание привлекло нечто другое.
Теперь его взгляд был прикован к ее коленкам, которые пострадали сильнее всего, когда она шлепнулась с дерева. Потом он посмотрел прямо ей в глаза. На этот раз он уже не мог скрыть смеха.
— Мисс Стейси, — спросил он ленивым голосом, в котором странно смешались любопытство и юмор, — что же вы все-таки сегодня сотворили?
— Я упала со сливового дерева, — безо всяких прикрас сказала Лу.
При этом в глазах ее горел яростный вызов.
Тут плечи его затряслись, и он открыто расхохотался.
И к своему глубокому изумлению, Лу почувствовала, что тоже смеется. Она понимала, что действительно выглядит смешно, но ее это почему-то ничуть не тревожило. Они так и стояли рядом, безудержно хохоча: Стив, надо полагать, над тем, как она выглядит, а Лу — при мысли о том, как она летела с дерева. Ее не обижал смех Стива. Наоборот, ей была приятна эта минута спокойного, незамутненного веселья.
И Лу потом долго спрашивала себя, почему именно в этот самый момент Анжела сочла нужным ворваться в комнату.
Она сделала несколько шагов, а потом остановилась, окаменев от изумления. Ее прекрасные глаза вспыхнули злым зеленым огнем при виде открывшейся перед ней сцены. Только одна Лу заметила, как тень гневного удивления промелькнула на ее лице, как побелели недовольно сжатые губы, — и Анжела уже овладела собой.
Улыбаясь, она подошла к ним, посмотрела то на одного, то на другого как раз с нужной долей недоумения, а потом просительно сказала:
— Такой шуткой надо поделиться. Пожалуйста, расскажи мне в чем дело, Стив, милый. Я могу к вам присоединиться?
Стивен Брайент поднял голову, отпустил запястье Лу и приветствовал ее:
— А, это ты, ангел.
Потом он попытался объяснить ей, в чем соль. В его глазах все еще горела улыбка.
— Ты бы тоже посмеялась, Анжела. Хотел бы я, чтобы ты слышала, как агрессивно звучал голос Луизы, когда она сообщила мне, что упала со сливы — как бойцовый петушок, которого спихнули с насеста!
Лу, остро ощущая леденящее недовольство, скрытое за улыбчивым лицом Анжелы, смущенно пробормотала, что сама виновата, что свалилась с дерева, и поспешно предложила налить им супу.
— И вы тоже сядете с нами, мисс Стейси. Не трудитесь переодеваться сегодня — в конце концов, мы уже видели вас в этом наряде, знаете ли, так что уже нет смысла.
Кажется, Стива по-прежнему весьма забавляло ее явное смущение!
Лу сдалась и принялась разливать суп по тарелкам. А Стив с Анжелой снова принялись за свой обычный словесный поединок.
Лу не поднимала глаз от тарелки и весь остаток обеда старалась быть как можно менее заметной. Анжела ела неохотно и разборчиво, как и всегда, но Стив отдал должное превосходной еде: он съел две порции супа и взял добавку яблочного пирога.
— Похоже, вы покинули свое сливовое дерево как раз вовремя, чтобы приготовить нам великолепный обед, мисс Стейси. — Он серьезно поблагодарил ее, когда они встали из-за стола, но в его глазах еще горели насмешливые искорки. К ее глубокому удивлению, он взял тяжелый поднос и сам отнес его на кухню.
Там он поставил его у мойки и осмотрел внушительные ряды банок со сливовым компотом с молчаливым, но явным восхищением. Лу была довольна. Она гордилась этими банками, до краев наполненными разрезанными пополам синими сливами, плавающими в роскошном желтом сиропе.
Анжела, появившаяся сзади нее с остатками посуды, тоже их увидела. Она прошла мимо Стива и осторожно провела пальчиком вдоль ближнего ряда.
— Ну, ты и поработала, Луиза! Все эти банки ты закрутила за один день? Если хочешь, я сегодня вымою за тебя посуду, — любезно предложила она. — Я попрошу Банта и Энди, чтобы они мне помогли — ты не будешь возражать, Стив? Я приду попозже поболтать с тобой в кабинете, ладно, дорогой? Мне кажется, Луизе сегодня надо как можно раньше лечь спать.
Она кинула в ее сторону мстительный взгляд и сладко прибавила:
— Она ведь, наверное, отчаянно устала, правда? Нам надо помнить, что этой ночью она вообще не спала — как же, все эти неприятные аварии по дороге домой, помнишь? Наверное, бессонная ночь уже дает себя знать, как, по-твоему, Стив?
Ох, нет, нет, нет! Все было совсем не так, и вы это знаете, хотелось крикнуть Лу. Но она стояла молча, с безнадежным отчаянием наблюдая за реакцией, которую, она это знала, вызовут слова Анжелы. И действительно, резкие смуглые черты лица Стивена Брайента, только что приятно смягчившиеся при виде ее сегодняшних достижений, на которые он смотрел, о чем-то задумавшись, снова приобрели гранитную суровость. С этим неприятным воспоминанием вернулось холодное подозрение. В его глазах потухли последние веселые искры, и они стали отчужденными. И голос его снова зазвучал равнодушно. Он холодно проговорил:
— Ну конечно, ты права, Анжела. Я чуть не забыл, что мисс Стейси этой ночью не имела возможности как следует выспаться. Думаю, вам лучше идти, как предлагает мисс Пул, мисс Стейси.
Он замолчал и открыл перед Лу дверь, явно предлагая ей уйти. Пробормотав пожелание доброй ночи, она поспешно прошмыгнула мимо него: от досады у нее стиснуло горло и на глаза навернулись слезы. Идя по темному переходу, она услышала за собой его низкий голос:
— Спасибо, Анж, что предложила помочь. И свирельно-чистый голосок Анжелы ясно донесся до спешащей в свою комнату Лу.
— Дорогой, о чем ты говоришь! Я бы сделала это для кого угодно, а ее милый Аллан взял с меня слово, что я прослежу, чтобы Лу сегодня легла пораньше. И утром я перевяжу ей руку, Стив. Ты даже не знаешь, что я умею оказывать первую медицинскую помощь, лапочка.
В ее голосе опять звучали обычные интимные нотки.



загрузка...

Предыдущая страницаСледующая страница

Читать онлайн любовный роман - Верь мне - Дойл Аманда

Разделы:

глава 1Глава 2Глава 3Глава 4Глава 5Глава 6Глава 7Глава 8Глава 9Глава 10


Ваши комментарии
к роману Верь мне - Дойл Аманда



Ну и где роман?
Верь мне - Дойл АмандаЛенок
22.10.2012, 16.28








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100