Читать онлайн Брак по завещанию, автора - Донован Кейт, Раздел - Глава 7 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Брак по завещанию - Донован Кейт бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

загрузка...
Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 6.86 (Голосов: 21)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Брак по завещанию - Донован Кейт - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Брак по завещанию - Донован Кейт - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Донован Кейт

Брак по завещанию

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

Глава 7

Тринити расхаживала по кабинету деда, обмахиваясь его завещанием и надеясь, что справится со своими чувствами до возвращения Джека. Она должна вести себя спокойно и быть объективной, если хочет снова взять под контроль будущее партнерство, К несчастью, она даже не могла взять себя как следует в руки! Образ Джека, схватившего Фрэнка Крауна за глотку, полностью завладел ее воображением. Сердце бешено колотилось о стенки грудной клетки. Она говорила Джеку, что он станет для нее героем, если спасет ранчо, но он уже заслужил этот титул — вместе с ее вечной благодарностью — в одно молниеносно краткое мгновение.
Разве Джейни так не сказала? «Джек теперь герой — он защитит вас». А Луиза выразила это еще более ясно:
«Теперь вы тоже одна из женщин Джека». И Джек сам подтвердил ее слова, запретив Фрэнку приближаться к «его женщинам» и разговаривать с ними.
Возбуждение Тринити росло с каждой секундой, она была почти в панике. Ей не следовало настаивать на немедленной встрече с ним. Надо было убежать в ярости и отказаться говорить с ним сегодня.
«Сделай это сейчас, — посоветовала она себе, рванувшись к двери. — Попроси Элену передать ему, что ты плохо себя чувствуешь и просишь тебя не беспокоить».
Но едва ее пальцы коснулись дверной ручки, как раздался громкий стук в дверь; сразу после этого дверь распахнулась, и Джек вошел в комнату. Он выглядел в точности так, как хотелось бы выглядеть ей самой: спокойный, уверенный в себе, непроницаемый. Тринити отступила на шаг и залепетала:
— Я считаю, что нам следует отложить эту встречу, сэр, из опасений сказать что-нибудь недопустимое в пылу раздражения.
Его близость сильно подействовала на нее, и картина изгнания Фрэнка почему-то совместилась с воспоминанием об их поцелуе в прошлый вечер. Она почти верила, будто ощущает жар, исходящий от его сильного, мускулистого тела.
— Мисс Стэндиш! — Он положил руки ей на плечи. — Вы гневаетесь на меня за то, что я позволил Краунам переступить порог дома вашего дедушки, не так ли?
Тринити сглотнула, потом молча кивнула.
— Вы полагаете, что это доставило мне удовольствие?
Насколько мне известно, этот человек — убийца. Самое малое, он несет ответственность за нынешнее состояние «Сломанной шпоры». А его сын… — На лице у Джека появилось неодолимое отвращение, но он почти тотчас совладал с собой. — Дело в том, что была причина, чисто деловая, вынуждающая меня поговорить с ними. Поймите, я здесь для того, чтобы внести деловое начало в это предприятие. Как я смогу добиться этого, если вы не будете мне доверять?
— Я вам доверяю. Клянусь, что это так. — Тринити снова сглотнула, смущенная тем, что голос ее звучит хрипло от волнения, и продолжала уже более ровно:
— Я была возмущена тем, что вижу их здесь. Я это признаю. Вы должны были предвидеть мою реакцию. И надо же было пригласить их именно в дедушкин кабинет, а не в любую другую комнату! Сюда, где он работал над своими счетами, пытаясь избежать той катастрофы, о которой только и мечтал Краун.
Джек опустил руки.
— Пожалуй, это было непродуманно. Однако я считаю, что, пригласи я их в гостиную, это не предотвратило бы устроенного вами публичного скандала.
— Простите? — Тринити только теперь заметила искру обиды в зеленых глазах Джека. — Вы сердитесь на меня?
— Вы не думаете, что любой человек на моем месте рассердился бы на вас? — возразил он и указал на диван. — Давайте присядем.
— Нет.
— Прошу прощения?
— Я сказала «нет». Разве вам до сих пор никто не говорил «нет», мистер Райерсон?
Тринити подняла брови, чтобы подчеркнуть иронию.
— Почему же, такое случалось, — невозмутимо произнес Джек. — С другой стороны, мне никто не устраивал публичных нагоняев с тех пор, как мне исполнилось десять лет. Я могу в один прекрасный день стать вашим партнером, мисс Стэндиш, но я никогда не стану вашим лакеем. В будущем, если между нами возникнут несогласия, будьте любезны беседовать со мной об этом только наедине.
— Даю вам в этом слово, — слегка помедлив, ответила она, — а вы, в свою очередь, дайте слово, что не позволите больше Краунам появляться в дедушкиных владениях.
— Полагаю, я совершенно ясно дал им это понять, вам не кажется?
— Да, — признала Тринити. — Я понимаю, что вы на меня сердитесь, но все-таки позвольте вас поблагодарить.
Это было так.., вы были таким… — Тринити почувствовала, что краснеет. — Когда вы стукнули Фрэнка о стену, это было так…
Джек склонил голову набок.
— Продолжайте.
— Это было так сильно. Смело и сильно. И я гордилась, что вы мой партнер. — Она снова отступила на шаг и добавила неуверенно:
— Я имею в виду, возможный партнер.
Джек опять к ней приблизился, и Тринити отступила — на этот раз к самой стене. Попыталась улыбнуться в страхе, что Джек услышит лихорадочные удары ее сердца.
— Вы произвели на меня сильное впечатление. И на Уолта тоже. Произвели бы и на Фрэнка, если бы он хоть что-то мог соображать в эту минуту. — Облизнув пересохшие губы, она продолжила:
— Его все боятся. Когда я приезжала сюда совсем юной девушкой, он запугивал всех молодых ребят до того, что они во всем уступали ему. А вы его не испугались. Вы просто.., ну, вы его подчинили себе полностью. Это, наверное, было приятно. Вам, я хочу сказать. Не ему.
— Я стараюсь улаживать такие проблемы словами, а не кулаками. Однако должен признать, что было приятно поставить этого хама на место. — Джек наклонился к ее лицу и сказал очень тихо:
— Смелее.
— Ч-что?
— Вы просили позволения поблагодарить меня. Пожалуйста, будьте смелее.
Тринити посмотрела в его смеющиеся зеленые глаза и решила, что он понял, насколько она сейчас возбуждена и доступна. Голова у нее кружилась. Несмотря на то что от возбуждения у нее перехватило горло, она все-таки смогла выговорить:
— Что вы предлагаете?
— Это не я предлагаю, а мистер Брэддок.
— Ах вот как, мистер Брэддок?
— Это превосходная возможность повысить уровень нашей интимности.
Джек прижал Тринити к себе и поцеловал страстно и нежно. Не задумываясь, она обняла его за шею и запустила пальцы в густые волосы, перебирая их и прижимаясь к Джеку всем телом. Он ласкал ее грудь, прикрытую только легкой тканью платья, потом прижался губами к шее Тринити, и она со стоном и мольбой выговорила его имя.
— Да, понимаю, — прошептал он, все крепче прижимая Тринити к себе, потом вдруг вздохнул глубоко и отпустил ее.
Он смотрел на нее сверху с виноватой улыбкой повесы, который понял, что зашел слишком далеко.
— Вы полагаете, что Брэддок имел в виду именно это?
Тринити постаралась ответить самым легкомысленным тоном:
— Если это так, вы вправе были бы назвать его негодником. — Осмелившись погладить Джека по щеке, она добавила сердечно и серьезно:
— Спасибо, что вы дали взбучку Фрэнку и приказали им убираться прочь. Этой сцены я долго не забуду.
— Мне это доставило удовольствие, мисс Стэндиш.
— Тринити.
— Тринити, — послушно повторил он, и голос его слегка дрогнул.
Секунду она думала, что он поцелует ее еще раз, и вздрогнула от сладкого предвкушения, хотя разум тотчас прикрикнул на нее, требуя взять себя в руки. Джек быстро повернулся и пошел к двери. Распахнул ее и произнес очень громко:
— Мне лучше пойти переодеться, не то Элена проберет меня за то, что я разношу по дому грязь. Увидимся за обедом.
Тринити вздохнула с благоразумным облегчением.
— Я попрошу Элену приготовить для вас ванну. Расслабьтесь и понаслаждайтесь в теплой водичке. Вы это сегодня вполне заслужили.
Улыбнувшись на прощание, она проскользнула мимо Джека в прихожую.
Джек подождал, пока она скроется из виду, вернулся в кабинет и уселся в огромное кожаное кресло Эйба Стэндиша, размышляя о своем поведении в этот день. Воспользовался своим преимуществом над уязвимой молодой женщиной? Шваркнул об стену гостя?
Гость, разумеется, вел себя грубо и неуважительно по отношению к женщине. Но, быть может, следовало удовлетвориться строгим внушением на словах и приказанием убираться вон? Что касается «уязвимой молодой женщины», то она сама страстно желала отдаться ему.
Но если бы страстное желание женщины служило поводом воспользоваться своим преимуществом, то романтическая сторона жизни Джека была бы куда более активной, нежели обычно, в особенности во время его помолвки с Эрикой, самой чувственной из женщин, каких ему доводилось знать.
Нет, чисто физическое влечение никогда не было и не могло быть для него единственным критерием. Джек придерживался более высоких стандартов, вступая в связь с женщинами опытными, которые великолепно разбирались во всех тонкостях такого рода отношений. Невинная, незамужняя девственница не сумела бы установить для себя допустимые пределы необузданной страсти даже с таким осмотрительным и уважающим чужое достоинство человеком, как Джек.
Он отказался от Эрики, убедившись, что их поцелуи редко были такими страстными, чтобы привести обоих к совершению непоправимой ошибки. Но по какой-то причине он с наслаждением целовал Тринити дважды после того, как они познакомились. Почему?
«Прошлым вечером она поразила тебя неожиданностью, — твердо заявил он себе. — А сегодня днем.., да, сегодня днем она убедила себя, что опекуны сиротского приюта могут не принять его предложение и немного романтики поможет ей в следующие две недели подготовиться к…»
Джек посмеялся про себя над своими тщетными усилиями осудить собственное поведение. Он прекрасно понимал, что опекуны-благотворители будут счастливы получить хоть что-то из наследства Эйба Стэндиша.
«Ладно тебе, Джек, взгляни на вещи трезво, — продолжал он обличать себя. — Она красивая девушка, даже более красивая, чем Эрика. Ты целовал ее потому, что хотел целовать. И еще потому, что понимал: в отличие от Эрики она остановит тебя прежде, чем это зайдет слишком далеко».
Утешив себя подобным образом, Джек вспомнил, что его ждет горячая ванна, а после ванны сытная еда. Вполне подходящее окончание долгого и, как он сказал хозяйке дома, замечательного дня.
* * *
Элена приготовила два вида своего chile Colorado
type="note" l:href="#note_8">[8]
— поострее для взрослых и менее острого для детей. Джек, тихонько посмеиваясь, наблюдал за тем, как Джейни положила себе на тарелку большую порцию. Она обычно привередничала за едой, но Клэнси пообещал рассказать интересную историю, если она опустошит тарелку, и девочка, похоже, твердо была намерена заставить его сдержать слово. В промежутках между глотками Джейни увлеченно рассказывала о поросятках; она каждому дала имя и, наверное, привела бы весь выводок к обеденному столу, если бы Элена это позволила.
Когда Джейни умолкала, Клэнси принимался красочно повествовать о том, как Джек вел себя в качестве вакеро, слегка подкалывая его и вместе с тем признавая за пришельцем с восточного побережья находчивость и умение ездить верхом.
Маленькая девочка и старый ковбой развлекали всех за столом, но Джек заметил, что Луиза вся погружена в себя и почти не притрагивается к острому блюду, которое помогала готовить. Нельзя сказать, что для нее оно оказалось чересчур острым: только она и Элена могли его есть без слез, выступающих на глазах. Она дуется потому, что здесь мало юнцов, которые увивались бы за ней, решил Джек. Он припомнил, как Рассел Брэддок заверял Луизу, что ранчо просто кишит холостыми ковбоями, которые наперебой станут ухаживать за хорошенькой девушкой из Бостона. К сожалению, Брэддок не сообразил, что их приезд совпадет со временем напряженной работы на пастбищах.
Печально, что единственным парнем, который возбудил ее любопытство, оказался Рэнди Краун, но ситуация изменится, когда ковбои «Шпоры» вернутся в свои дома.
При этой мысли Джек поморщился, но в конце концов желание видеть Луизу счастливой было одной из причин этой авантюрной поездки, и надо проявить не только бдительность, но и всю доступную ему снисходительность по отношению к ней.
Джек был при этом душевно рад, что на Мэри приезд на ранчо и вообще все их путешествие оказали самое благоприятное воздействие. Она заливалась звонким смехом каждый раз, когда Джейни или Клэнси рассказывали особенно забавную историю, устроила у себя на тарелке смесь из обеих разновидностей приготовленного Эленой отменного блюда и намазывала этой смесью мягкие и теплые маисовые лепешки-тортильи с таким видом, словно для нее это была самая привычная еда.
Ну а Тринити? Она держалась непринужденно и уверенно, всячески поощряла рассказчиков преувеличенно восторженными, хоть и чуть насмешливыми замечаниями, но на Джека ни разу не взглянула за все время обеда. Она все еще испытывала некоторое смущение по поводу недавней сцены в кабинете, хоть и не стыдилась происшедшего, так как ей по натуре не были свойственны ни жеманство, ни комплекс неполноценности. В этом отношении ее сходство с Эрикой было несомненным.
К тому же она от души наслаждалась едой, несмотря на то что острая кухня Элены вызывала у нее время от времени приступы кашля и слезы на глазах. Но вкус у чили был восхитительный, особенно благодаря отличному красному вину из собственных погребов Чарлза Кастильо, владельца соседнего ранчо. На принадлежащих ему землях с давних пор располагались виноградники, как, впрочем, и на других ранчо, включая владения Краунов и «Сломанную шпору». Но почти все они со временем заглохли, и только семья Кастильо частично сохранила их и занималась производством крепких вин для собственного употребления и для того, чтобы одаривать всех соседей к Рождеству. Об этом с немалым удовольствием поведала обедающим Элена.
Слушая ее и Клэнси, Джек почти зрительно представлял себе, какой была жизнь на всех этих ранчо в былые времена. Подобно тому как дело обстояло в средневековых замках, владельцы здешних обширных земель производили собственными средствами почти все необходимое для существования. В те времена большие стада рогатого скота не рассматривались как главный источник питания; они давали ценную кожу и еще более ценное сало для свечей, в то время как свиней и кур разводили для еды. Выращивали оливковые деревья ради масла, виноградные лозы — ради вина, сажали фруктовые сады, на полях вызревали маис и пшеница.
— А теперь, мистер Клэнси, — попросила наконец Джейни, — расскажите историю о шпорах.
— Да, Клэнси, расскажите, пожалуйста, — подхватила Тринити. — Я так давно ее не слышала.
— Ну что ж, обещание есть обещание, — сказал Клэнси, наклоняясь за бутылкой вина и наливая себе и Джеку; потом он откинулся на спинку стула и обвел глазами всех за столом. — Все вы знаете, что «Шпора» была в свое время частью обширного ранчо, которое принадлежало Рэндольфу Крауну.
— Рэнди назвали в его честь, — вставила Луиза.
— Это верно. Я помню, как старик Рэндольф трясся над этим малышом. Он не был особо привязан к своему сыну Уолту, да и к Фрэнку тоже. Но маленький Рэнди был светом его очей. — Управляющий покачал головой и продолжал:
— Давным-давно было здесь огромное ранчо, которым владел щеголь-калифорниец. Он прославился своими шпорами из чистого серебра, украшенными бирюзой и ониксом. Когда его ранчо разделили, этими шпорами завладел некий Руис, хозяин одного из участков. Старик Рэндольф Краун жаждал заполучить их.
Хотел купить их больше всего на свете. Но Руис был непоколебим вплоть до того самого года, когда собрался выдавать замуж свою дочь. Он задумал большое торжество, фиесту, как говорят испанцы, такое торжество, которое люди запомнили бы навсегда. И он объявил, что в конце фиесты устроит большие скачки. А призом будут шпоры.
— Ой, и кто их выиграл? — спросила Джейни.
— Их хотел выиграть Рэндольф, но у него было больное сердце и доктор строго-настрого запретил ему участвовать в скачках. И поскольку старик не верил в успех Уолтера, он сделал предложение всем, кто у него работал, включая старшего рабочего Эйба Стэндиша. Рэндольф обещал, что оставит по завещанию хороший кусок земли тому, кто выиграет для него эти шпоры.
Видели бы вы лицо Эйба. Он давно хотел иметь свой участок, а теперь мог его получить. Он выбрал для себя необъезженного жеребца, такого же сильного и быстрого, как Плутон, там, в корале, и укротил его очень скоро.
— И он выиграл?
— Само собой. Сеньор Руис вручил ему шпоры, а Эйб отдал их Рэндольфу. Старик был так счастлив, что даже пустил слезу прямо на месте. Потом он отписал Эйбу хороший уголок своего ранчо — земли не так много, но зато хорошее пастбище и хорошая вода.
Рэндольф повесил эти шпоры над дверью в гостиной, так что все могли ими любоваться. Старик был счастлив, но он умирал. После одного уж очень сильного приступа он позвал Уолтера и велел принести шпоры и положить возле его кровати. Уолтер спросил зачем, и Рэндольф ответил, что хочет поделить их: одну отдаст Уолту, а другую — Эйбу.
— И отец Рэнди заревновал? — спросила Луиза.
— Ужасно! Он посчитал, что это самое большое оскорбление, которое мог нанести ему отец, поступив так, будто Эйб ему такой же сын, как и сам Уолтер. Он ушел и отнес шпоры в кузницу, а там разбил их вдребезги.
— Ох, нет! — вскрикнула со слезами Джейни.
Клэнси кивнул.
— Когда старик Рэндольф узнал об этом, он пришел в ярость. Послал за нотариусом и переписал завещание. Сказал, что если лишен возможности подарить Эйбу шпору, то отдаст ему половину своего ранчо. Через две недели старик скончался, а Эйб стал ранчером.
— Неудивительно, что они стали врагами, — пробормотала Луиза.
— Дурная кровь дает себя знать, — согласился Клэнси. — Уолтер нанял лучшего адвоката из Сан-Франциско под предлогом, что отец, мол, был не в своем уме, когда менял завещание. Но Эйб выиграл тяжбу, как выиграл перед этим скачки. Для Уолтера это все равно что кость в горле, уж поверьте мне.
— А мистер Стэндиш назвал свое ранчо в честь шпоры, которую должен был получить. Это очень красивая история, мистер Клэнси, — со вздохом произнесла Мэри.
— Мне она тоже всегда нравилась, — откликнулась Тринити.
Джека тоже увлекло повествование, и он с нетерпением ждал повода уйти в кабинет Стэндиша и заняться чтением его дневников с того времени, как умер Рэндольф, и до последней недели жизни самого Эйба; он вполне справедливо полагал, что отыщет на этих страницах сведения не менее важные, чем те, которые только что сообщил Клэнси.
Джек считал, что должен найтись и более ранний дневник. Если Эйб знал, что старик Краун намерен завещать ему землю, он должен был строить планы создания скотоводческой империи.
«Где же он?» — спрашивал Джек себя, добравшись наконец до кабинета и обшаривая полки в поисках самой потрепанной тетради в кожаном переплете. В конце концов здравый смысл подсказал ему, что следует сосредоточиться на источниках, которые уже находятся в его распоряжении. Джек уселся в кожаное кресло Эйба, посмеиваясь над протестами наболевших за день мышц. Как ни приятно побыть денек в качестве букару, следует переключиться на работу умственного порядка, и как бы он ни радовался своим романическим свиданиям с Тринити, их надо избегать и вернуться к «скучным», методичным привычкам, которые принесли ему успех.
Прошло меньше часа, когда он услышал легкий стук в дверь, и состроил недовольную мину при мысли о том, что у хозяйки дома могут быть собственные планы. С твердым намерением спровадить ее Джек прошествовал к двери и распахнул ее, тотчас убедившись, что ошибся в своих предположениях. Перед ним стояла не Тринити, а Мэри и с улыбкой смотрела на него, запрокинув голову.
— Я хотела пожелать тебе спокойной ночи, — сказала она.
— Зайди на минутку. — Джек взял ее за руку, подвел к мягкому кожаному дивану и усадил рядом с собой. — Я так рад видеть тебя счастливой, солнышко.
— Мне здесь нравится, — сказала Мэри и поспешила добавить:
— Бостон я тоже люблю. Я скучаю по моим друзьям, по Маргарет и мистеру О'Ши и по дяде Оуэну, только… — Голубые глаза Мэри ярко заблестели. — Я думала, здесь все будет чужое и страшное, но я сразу почувствовала себя как дома. И здесь можно узнать очень много интересного.
— Согласен с тобой.
— Джейни тоже все нравится. Но Луизе…
Мэри умолкла и закусила губу.
— Она сердится на меня за то, что я прогнал родных Рэнди?
Мэри кивнула.
— Рэнди был очень мил с нами, Джек. Я знаю, что его отец и брат просто ужасные, но он, кажется, не такой.
— Я не осуждаю его, деточка. Будь он кем угодно, хоть принцем, но между этими двумя семьями существует кровная вражда, и, что немаловажно, он рос рядом с грубым хамом, который, впрочем, достаточно разумен, чтобы держать его на расстоянии. Ты не считаешь, что он предан своей семье? А его родные ненавидят Стэндишей. И старший брат оскорбил Тринити.
Мэри вздохнула, и Джек усмехнулся:
— У Рэнди не будет времени для визитов, даже если бы мы его приглашали. Разве ты сегодня не заметила, насколько все ковбои заняты? Это потому, что и «Шпора», и соседние ранчо готовятся к ежегодному перегону скота.
Клэнси говорит, что и семья Краунов, и семья Руисов начинают такую же работу завтра с утра. Полагаю, что все время Рэнди будет отдано именно этому ближайшие несколько недель.
— Луиза очень огорчится. Она надеялась…
— Она надеялась, что ты сможешь переубедить меня? — спросил Джек, заметив кислую гримаску Мэри.
Девочка кивнула.
— Но если Рэнди должен перегонять коров… Если он уедет…
— Трагично, не правда ли? — выразительно протянул Джек. — Не волнуйся, Луиза найдет способ дожить до того времени, когда ковбои вернутся домой. Если, разумеется, мы еще будем здесь.
— Я совсем забыла, что мы можем решить не помогать Тринити.
— Мы ей поможем, — поправил сестру Джек. — Даже если я не предложу свою финансовую помощь, то оставлю Тринити и Клэнси подробные советы. И они могут рассчитывать на мою помощь в будущем в случае необходимости. Мы не собираемся повернуться к ним спиной.
— Хорошо. — Мэри очень серьезно посмотрела на брата. — А если ты решишь остаться, кто будет инвестором?
Дядя Оуэн?
Джек помедлил с ответом, вспомнив, какую нотацию Мэри прочитала ему несколько недель назад, когда они вдвоем ждали возвращения Луизы домой через окно. Пожалуй, пора уяснить себе, что сестренка медленно, но верно расстается с детством. Он откинулся на спинку дивана и спросил:
— Ты интересуешься подробностями моего бизнеса?
Это хорошо, если учесть, что твое финансовое положение связано с моим.
Мэри широко раскрыла глаза:
— У меня есть финансовое положение?
Джек с трудом удержался от улыбки.
— И очень прочное. Когда папа умер, он оставил немалое состояние в наследство своим детям поровну на троих. Поскольку я был уже взрослым, я сразу получил свою долю. Твоя доля и доля Джейни находятся под опекой. Ты понимаешь, что это значит?
Мэри молча покачала головой.
— Это значит, что ею управляет кто-то другой в твоих интересах. Твой опекун. Я и есть это лицо, стало быть, я веду наблюдение за вашими с Джейни фондами и вкладываю деньги для вас.
— Так же, как деньги дяди Оуэна?
— Нет. Оуэн распоряжается своими вложениями при известной доле риска. Я не рискую ни твоими средствами, ни средствами Джейн. Они в безопасности и постоянно растут. В свое время они будут предоставлены в твое распоряжение.
— Когда?
Джек глубоко вздохнул.
— Когда тебе исполнится девятнадцать, если ты к этому времени выйдешь замуж. Или в двадцать два года, независимо от того, замужем ты или нет.
— А если они мне понадобятся раньше?
— Если ты чего-то захочешь, тебе только стоит попросить. Ты это знаешь. К счастью, я вправе снабдить тебя деньгами с моего счета. Вот почему я так бережно обращаюсь со своими средствами, радость моя. Ты ведь слышала, что дядя Оуэн склонял меня сделать несколько рискованные инвестиции. Но я этого делать не стану ни в коем случае.
— Из-за меня и Джейни?
— Из-за того, что папа доверил мне вас, девочек, и я не могу поставить ваше будущее под угрозу. Хотя… — Джек взял маленькую ручку сестры в свои ладони. — Я открою тебе один секрет: я собираюсь вложить часть своих средств, только своих, а не твоих и не принадлежащих Джейн, в «Сломанную шпору».
— Как это здорово! Дядя Оуэн всегда радуется, когда ты делаешь это для него. Я очень рада, что ты на этот раз получишь что-то для себя.
— Правда? — Джек внимательно вгляделся в лицо Мэри. — Я еще не совсем решил. Я мог бы предложить это Оуэну, но если риск окажется небольшим, возьму его на себя. А если это покажется чересчур рискованным даже Оуэну, мы вернемся в Бостон.
— Я надеюсь, что мы останемся. Не хочу, чтобы Тринити потеряла свое ранчо.
— Я тоже. — Джек похлопал Мэри по руке. — Я не говорил ей, что собираюсь вложить свои средства, так что ты не проговорись ей об этом. Если я решу предложить эту возможность Оуэну, мне не хотелось бы, чтобы мисс Стэндиш восприняла это как недостаток доверия к ней.
— Я ничего не скажу. — Мэри склонила головку набок. — А у Луизы тоже есть средства под опекой?
— Да.
— И ты ее опекун?
— Да.
— Она знает об этом?
Джек кивнул.
— Надо отдать ей должное, она никогда не выпрашивала у меня деньги. При всей ее бурной несдержанности, ей несвойственны жадность и стяжательство.
Мэри улыбнулась:
— Если бы Джейни знала о своих деньгах, она бы все их истратила на сладости и на кукол.
— Это вполне естественно для ребенка. Поэтому и не разрешают маленьким детям управлять своими денежными делами самостоятельно. Но когда ты станешь постарше, я посвящу тебя в твои дела.
— А мы не могли бы вложить мои средства в «Сломанную шпору?»
— Почему ты этого хочешь? — удивился Джек.
Голубые глаза его сестры заблестели от радостного возбуждения.
— Я уверена, что это было бы самым успешным твоим проектом!
— Я и сам это чувствую, — признался Джек. — Но о вложении твоих денег и речи быть не может. Придется тебе удовлетвориться прибылями твоего родственника.
— Да, Джек. — Мэри неожиданно обняла его. — Спасибо, что ты заботишься о нас.
— Не за что, — пробормотал Джек и крепко обнял Мэри. — Ты и Джейн.., и Луиза составляете весь мой мир.
Без вас я был бы одиноким и потерянным. Ты это знала?
— Особенно с тех пор, как тебя покинула Эрика? — спросила Мэри, уткнувшись лбом Джеку в грудь.
— Это было к лучшему. Мы с ней были неподходящей парой, как сказал бы Рассел Брэддок. Кстати, я никогда не мог поговорить с ней спокойно о моем бизнесе, как поговорил вот сейчас с тобой. И очень рад этому, Мэри.
Она высвободилась и посмотрела на Джека с улыбкой, явно польщенная.
— Я хочу научиться всему, чтобы уметь управлять своими делами, если еще не выйду замуж в двадцать два года.
— А если ты и будешь к тому времени замужем, твой супруг может не иметь склонности заниматься бизнесом. И будет счастлив, что у него такая деловая женушка. А теперь тебе пора спать. Я и сам хочу сегодня лечь пораньше.
— Ты, наверное, устал разъезжать на Рейнджере? Завтра собираешься заниматься этим? Было так интересно слушать рассказы Клэнси за обедом.
— Моя карьера в качестве букару закончилась в один день. Но Клэнси обещал научить меня бросать лассо, так что будут еще поводы для веселья. — Он поцеловал Мэри в щеку и встал, протянув руку девочке, чтобы помочь ей подняться. — Иди ложись, солнышко. Попозже я зайду взглянуть на тебя.
— Спокойной ночи, Джек.
Мэри обняла его еще раз и выбежала из комнаты, предоставив ему удивляться тому, как она быстро повзрослела. Он гордился сестрой. Надо же, она и в самом деле говорила с ним о делах с неподдельным интересом! После истории с Эрикой ему казалось, что ни одна женщина не имеет к этому склонности.
Как случалось нередко после его приезда в «Шпору», воспоминание об Эрике навело его на мысли о другой упрямой красавице с бурным темпераментом, которая, как он подозревал, тоже не имела склонности к бизнесу. Он представил себе, как она сидит у себя в спальне — или скорее на балконе, — погрузившись в мечты о приключениях в дальних странах. Однако через пару недель ей придется уяснить себе, что она должна заниматься своим ранчо в одиночестве. Не пора ли подготовить ее к такому повороту событий?
* * *
Тринити сидела у себя в спальне у камина, обложенная со всех сторон географическими картами собственного изготовления, и пыталась сосредоточиться на своем так хорошо спланированном будущем. Как только «Шпора» будет спасена от Краунов, она отправится путешествовать по следам отца, который подробно рассказывал ей о своих странствиях в неисчислимых письмах, накопившихся за многие годы.
«Первым долгом Марокко, — напомнила она себе с меланхолической улыбкой. — Там он находился в момент твоего рождения, стало быть, это самое подходящее место для начала. Вспомни письмо, которое он написал матери в тот самый день. Он даже не знал, что стал отцом, хотя его приводила в восторг сама мысль об отцовстве. Разумеется, он считал, что родится мальчик. — Здесь Тринити прервала ненадолго свой внутренний монолог и втянула воздух носом. — Но письмо, которое он прислал, узнав о рождении дочери, было таким радостным, что его разочарование явно оказалось мимолетным».
Теперь Тринити обратилась к карте Каира. Отец находился именно там шесть лет спустя, когда мать Тринити стала жертвой жестокого приступа чахотки и умерла прежде, чем отец успел увидеть ее в последний раз. Тринити плохо помнила те дни — только маму, невероятно исхудавшую и сотрясаемую ужасным кашлем, а потом отца, рыдающего на кладбище о своей утрате.
Тринити вздрогнула от резкого стука в дверь и поспешила смахнуть выступившие на глазах слезы. Она инстинктивно почувствовала, что к ней явился с визитом не кто иной, как Джек. Вовсе ни к чему, чтобы он увидел ее в таком состоянии. Он уже поверил, что она не в меру темпераментна и сентиментальна.
— Но ведь это он меня целовал, — вслух напомнила она себе, задетая несправедливостью предполагаемого обвинения. — И разве он сам не проявил излишний темперамент сегодня, когда швырнул Фрэнка через всю комнату? Подобное поведение совершенно неразумно, а теперь стучит среди ночи в дверь моей спальни! Что там такое важное не терпит до утра? Неужели нельзя было выбрать более подходящее время и место?
И вдруг ее поразила неожиданная мысль. Может, он явился к ней в комнату с намерением снова целовать? Если так, его ждет глубокое разочарование, а у нее есть право и основание заявить ему, что она более не желает следовать советам Рассела Брэддока насчет необходимости получше узнать друг друга, если Джек воспринимает это как позволение являться к ней в спальню в любое время.
Напустив на себя самый неприступный вид, Тринити распахнула дверь.
— Что-нибудь случилось, мистер Райерсон?
— В постели у моей младшей сестры обнаружено безволосое визгливое существо, — с улыбкой сообщил Джек. — За исключением этого все в порядке.
— Безволосое? Ox! — Тринити невольно расхохоталась. — Как это мило!
— Элена уверяет, что, как только Джейни уснет, она проберется в комнату и унесет незваного гостя к его собратьям. — Зеленые глаза Джека потеплели. — Я знаю, что уже поздно, однако понадеялся, что мы сможем немного поговорить.
— Конечно. Я приду к вам в кабинет или… — Она повела рукой в сторону балкона. — Ночь так хороша. Видите, как вырисовываются на фоне неба силуэты гор?
— Да, это великолепно. Но я отниму у вас не больше минуты. Хотел сказать вам, что завтра утром собираюсь поехать в сиротский приют…
— О! — Тринити хлопнула в ладоши в полном восторге. — Значит ли это, что вы решили остаться? Так скоро?
Джек слегка поморщился, входя в комнату.
— Останусь я или нет, я должен провести переговоры с опекунами «Дельта-Вэлли».
— Ах, разумеется.
— Вы намерены сопровождать меня?
— Сопровождать вас?
— Да, в приют для сирот. — Он посмотрел на Тринити очень серьезно. — Наверное, вам полезно знать все подробности.
— На тот случай, если вы уедете? — спросила она тихо, сразу приуныв при мысли, что ей самой придется управляться с ранчо.
— Даже если я останусь, вы должны быть равноправным партнером в нашем предприятии, не правда ли? Я рад вашему доверию, однако в ваших интересах разобраться в ситуации самой. Это весьма интересно.
— Уверена, что это завораживает, Джек. И рада, что вы хотите взять меня завтра с собой. Но не вызовет ли мое присутствие сомнений в умах опекунов?
— Простите?
— Пойдемте присядем ненадолго. — Тринити направилась к выходу на балкон и уселась там на ближайшей скамейке, предоставив Джеку более удобное кресло-качалку. — Если вы поедете один, вас сочтут человеком, управляющим моими делами. Они рассудят, что вы остаетесь и намерены жениться на мне, если они настолько глупы, что откажутся от вашего великодушного предложения. Если я поеду с вами, они придут к заключению, что отношения между нами неопределенные, чтобы не сказать больше.
— Разумные слова и разумная точка зрения, — признал Джек. — Вы лучше разбираетесь в делах, чем я предполагал. — Он несколько раз энергично кивнул. — Пока вопрос о приюте не улажен, мы с вами должны являть единое целое.
— В таком случае вдвойне хорошо, что вы своей оплеухой привели Фрэнка в бессознательное состояние сегодня днем, — поддразнила его Тринити. — Возможно, они решат, что вы готовы на все, вплоть до женитьбы на мне.
Джек усмехнулся.
— Я подумывала, не стоит ли мне извиниться перед Уолтом Крауном за то, что в лицо назвала его убийцей после того, как обещала прекратить подобные обвинения, — добавила Тринити удрученно. — Вы не считаете, что они станут преследовать нас по суду?
— Им невыгодно рассказывать в суде о подробностях этой встречи, — заверил ее Джек. — Не позволяйте им выводить вас из себя. Я поступлю так же.
— Попробую. И постараюсь узнать об управлении ранчо как можно больше. Кое-что мне уже разъяснил нотариус, которого мистер Брэддок нанял для расчетов в связи с выплатой процентов по закладной.
Взгляд Джека смягчился.
— Расе говорил мне, что ради этой выплаты вы продали свои драгоценности. Это очень прискорбно, и я постараюсь избежать повторения. Если я здесь не останусь, то составлю опись имущества ранчо, особо выделив то, что вам следует продать, чтобы сохранить ваши личные ценности.
— Это сомнительное преимущество, поскольку личных ценностей у меня больше не осталось. — Заметив, что Джек снова поморщился, Тринити поспешила его заверить:
— У меня есть все, что нужно. Плюс твердое предложение работы от Портеров, так что не тревожьтесь.
Некоторое время Джек молча смотрел на нее, потом спросил:
— Вы читали дневники своего деда?
— Нет. Я читала и помногу раз перечитывала его письма. А дневники не читала. Еще нет.
— Это в большей или меньшей степени азбука управления преуспевающим ранчо. Он был гением бизнеса — вы это знали? Он добивался потрясающих результатов, предвидел и использовал любую возможность.
— Почему это звучит знакомо?
— Простите? О! — Джек покраснел. — Признателен за сравнение.
— Он был бы рад иметь такого сына, как вы. Его собственный сын — мой отец — был импульсивным и недисциплинированным — А почему и это звучит знакомо?
Тринити выпрямилась, удивленная и обиженная.
— Значит, я недисциплинированная? Вы это хотели сказать?
— Я не вкладывал в свои слова обидный смысл, — заверил он. — Вы склонны к приключениям, как и ваш отец. Таким, разумеется, был и Эйб, но он сочетал любовь к авантюрам с холодным, логическим расчетом.
— Вот как? Выходит, я и нелогична, и недисциплинированна.
Джек наклонился вперед, и глаза у него заблестели.
— Вы впутали себя в самую нелогичную, иррациональную форму человеческих взаимоотношений — кровную вражду. Вы бы смогли лично накинуть петлю на шею Уолтеру Крауну, если бы шериф допустил это. Вы готовы вступить в брак с чужим для вас человеком ради спасения ранчо, которое в принципе вам и не нужно. И вы одержимы стремлением путешествовать по экзотическим странам без сопровождения.
Тринити с трудом удержалась от улыбки.
— Я считаю это еще одним не правомерным сравнением с вашей бывшей нареченной.
— Что ж, это верно, — со смехом согласился Джек.
Потом кашлянул и добавил:
— Я просто дразнил вас.
— Да ну? — Тринити выразительно подняла бровь. — Пожалуй, нам стоит переменить тему. А еще лучше, — сказала она, резко вставая, — вам уйти к себе. Надо отдохнуть перед сражением с опекунами, если вы хотите завтра уговорить их принять ваше предложение.
— Тринити. — Джек встал и взял ее руки в свои. — Вы неотразимо красивая девушка, которая любит путешествия и выискивает ошибки в каждом моем слове. Признайте это. Вы находите мою позицию безумной, мое внимание к подробностям и мелочам скучным, а мою приверженность к делам тягостной для окружающих. Прошу прощения, если во всем этом я вижу неуловимое сходство с Эрикой.
— А внешне я на нес похожа?
Джек покачал головой.
— Нисколько. У нес рыжеватые волосы, а глаза золотисто-карие. Вы так же красивы, как и она, даже красивее, но этим и заканчивается ваше с ней физическое сходство.
Ревность Тринити улетучилась при этих искренних и сердечных словах.
— Мне жаль, что она причинила вам боль, Джек. Вы сильно страдали все прошедшие с того времени месяцы?
— Вряд ли можно сказать, что я страдал. Скорее был разочарован. И сбит с толку. И принял твердое решение не повторять ошибку.
Тринити нахмурилась:
— Что верно, то верно. Вы до безумия аналитичны.
— Точно. — Глаза у Джека снова заблестели. — И поскольку это нами доказано, не вернуться ли нам к проблеме обучения вас ведению дел на ранчо?
— Мне очень хотелось бы прочитать дневники дедушки, особенно первую тетрадь, в которой он рассказывает о тех шпорах, историю которых поведал нам сегодня Клэнси за обедом.
— А почему вы думаете, что есть дневник именно того времени?
— Простите, но вы же сами говорили…
— Да, и я предполагал, что вы уже прочли тетради, которые я просматривал в библиотеке. Но я не обнаружил тетрадь тех времен, когда Эйб служил старшим рабочим на ранчо Краунов. Я просто подумал, что ее не существует, но, судя по вашим словам, она есть.
— Она существует или по крайней мере существовала. — Тринити вернулась в спальню и взяла большую конторскую книгу, в которую вкладывала письма деда одно за другим начиная с того времени, когда была еще маленькой девочкой. Быстро перелистав страницы, она остановилась на том письме, которое дед написал ей перед тем, как она уехала в Европу с Портерами. — Вот смотрите. Он пишет, что готовит мне сюрприз. Придумал спрятать здесь на ранчо брошку, чтобы я сама ее отыскала в свой следующий приезд и тогда взяла бы ее себе.
Тринити грустно улыбнулась:
— Он постоянно совершал такие поступки. Старался заманить меня сюда. Разжечь во мне интерес к «Шпоре».
По правде говоря, я-то знала, что он так или иначе отдаст мне эту брошь. Она принадлежала моей бабушке и хранилась в нашей семье четыре поколения. Кому же еще следовало ее отдать?
— Очаровательная история, — произнес Джек. — Но какое отношение она имеет к дневнику?
— Ох, извините! — спохватилась Тринити. — Прочтите вот здесь. Он обещает положить брошь и некоторые другие ценные вещи в крепкий ящичек и потом спрятать.
Видите? Одной из таких ценностей была первая тетрадь дневника. Он больше всего хотел, чтобы я прочитала именно ее и поняла, как он любит это ранчо.
— Значит, тетрадка где-то здесь?
Джек спросил об этом так горячо, что Тринити стало весело.
— Если она отсутствует в кабинете, значит, да. Когда я узнала о дедушкиной смерти и о подробностях его финансового положения, особенно о закладной, мне пришло в голову, что он отказался от этой игры в прятки и продал брошь, чтобы спасти «Шпору». Но может, он этого и не сделал. Хотя это странно. Брошь достаточно дорогая. Цена ее не выше закладной, но она украшена бриллиантами и…
Тринити вдруг замолчала, завороженная блеском его изумрудных глаз.
— Вы хотели бы, чтобы я нашла для вас этот клад, Джек? — спросила она после долгой паузы.
Джек покраснел, но кивнул.
— Я очень хотел бы, чтобы он попал мне в руки. Я имею в виду дневник, — поспешил он добавить, — а не брошь. Я ничуть не претендую…
— Отлично, — перебила Тринити, довольная его смущением. — Мы с девочками начнем охоту за кладом завтра же, не оставим необследованными ни одну доску в полу, ни один кирпичик. Если повезет, мы найдем его еще до вашего возвращения из приюта.
— Ну хорошо, тогда… — Он явно не решался о чем-то попросить и, потрогав стопку писем Эйба, сказал:
— Это замечательно.
— Вы не хотели бы взять их и прочесть?
— Что? О да, со временем. — Джек начал осторожно переворачивать страницы книги с вложенными между ними исписанными листками. — Вы поступили прекрасно, сохранив письма так бережно. И даже сделали к ним аннотации.
Настал черед Тринити краснеть.
— Это глупая привычка, которую я усвоила с тех пор, как стала получать письма от отца. Каждый раз писала внизу на странице конторской книги, о чем письмо, где находится отец и что он там видел. Для меня это был как бы способ приблизить его к себе.
Заметив сочувствие в его зеленых глазах, Тринити негромко рассмеялась и показала на карты, разложенные на полу.
— Вот видите, как родилась моя тоска по дальним странам. Полагаю, это еще одно доказательство в пользу вашей теории о моем духовном родстве с Эрикой, вопреки моим неизменным протестам.
Джек выпятил губы и медленно наклонил голову.
— Полагаю.
— Завтра вам предстоит долгая поездка верхом, — напомнила Тринити. — А в постели вашей младшей сестры находится безволосое существо, которое надо удалить без промедления. Но сначала… — Тринити облизала губы и предложила еле слышно:
— Не поцелуете ли вы меня на сон грядущий? Если приют отвергнет ваше предложение, порадуемся практике. А если они его примут, это будет наш последний поцелуй.
Секунду он молча смотрел на нее, потом прижался губами к ее губам — нежно и бережно, без малейшего намека на вожделение, свойственного их прежним поцелуям.
— Спите спокойно, Тринити. Я вернусь до наступления темноты, и, надеюсь, с добрыми новостями. Или по меньшей мере с новостями разумными.
Тринити еще долго смотрела на дверь после того, как Джек исчез, затворив ее за собой.
— Если не добрые новости, то новости разумные, — пробормотала она, понимая, что Джек прав: как бы они ни были привлекательны друг для друга, любое иное решение опекунов, за исключением положительного, нанесет удар как их партнерству, так и их дружеским отношениям.




Предыдущая страницаСледующая страница

Читать онлайн любовный роман - Брак по завещанию - Донован Кейт

Разделы:
Глава 1Глава 2Глава 3Глава 4Глава 5Глава 6Глава 7Глава 8Глава 9Глава 10Глава 11Глава 12Глава 13Глава 14

Ваши комментарии
к роману Брак по завещанию - Донован Кейт



Ранчою Техас. Ковбои. Кому это интересно - читайте. Примитивно.
Брак по завещанию - Донован КейтВ.З.,64г.
8.09.2012, 17.42





Милый , неплохой роман об воюющих ранчеро.
Брак по завещанию - Донован КейтВикушка
10.06.2013, 21.13





Говорят есть фильм. Подскажите название,кто знает.
Брак по завещанию - Донован Кейтс
6.12.2013, 15.55





Фильм есть. Точно не вспомню дату экранизации вроде 2005 года. Название такое же как по книге. Снимали американцы с англичанами
Брак по завещанию - Донован Кейтliza
6.12.2013, 17.12





Спасибо большое.Буду искать.
Брак по завещанию - Донован Кейтс
8.12.2013, 23.09





Фильм к сожалению так и не нашла может кто подскажет кто снимался в этом фильме. Может по актерам найду. Заранее спасибо и с Наступающим Новым Годом !!!
Брак по завещанию - Донован Кейтс
30.12.2013, 22.04





Наверное симпатичный романчик.Только не смогла осилить.4 главы и одни сплошные разговоры,разговоры...
Брак по завещанию - Донован КейтЧертополох
31.12.2013, 0.47





Ой, как скучно! Не советую, читается тяжело
Брак по завещанию - Донован Кейтумка
10.11.2015, 15.45








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100