Читать онлайн Роковой бал, автора - Додд Кристина, Раздел - Глава 9 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Роковой бал - Додд Кристина бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 8.16 (Голосов: 77)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Роковой бал - Додд Кристина - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Роковой бал - Додд Кристина - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Додд Кристина

Роковой бал

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

Глава 9

Блэкберн знал, как ненависть влияет на поведение людей. Они выкрикивают проклятья, топают ногами и устраивают вульгарные сцены. Его же ненависть была лишена театральных эффектов. Она была подобна морозному дыханию ветра – охлаждала чувства, оттачивала ум и возбуждала жажду мести.
Франция. Как только де Сент-Аманд произнес это слово, Блэкберна охватила всепоглощающая ненависть. Никто об этом не догадался; он умел держать себя в руках. Хорошо владея голосом, маркиз спросил:
– Когда вы были во Франции, де Сент-Аманд?
– Около шести месяцев назад. Я ездил на мою дорогую родину.
– Чтобы насладиться искусством?
– Я ездил не из-за искусства, – де Сент-Аманд положил руку на грудь; выглядел он при этом как живая пародия на печаль. – Мой горячо любимый отец отправил меня к императору, чтобы просить возвращения наследных земель. Там я и увидел картину. – Он сделал паузу и добавил с хитрой улыбкой: – В Фонтенбло.
– В Фонтенбло, – выдохнула Джейн, – как это прекрасно. В самом деле, прекрасно. Ее картина висит в одном из домов Наполеона, куда его друзья приезжают отдыхать и кататься на лошадях. Но зачем туда ездил де Сент-Аманд?
Блэкберн очень хотел расспросить его, но этот скользкий мерзавец мог что-то заподозрить. Возможно, он заговорил о произведении Джейн, чтобы ввести Рэнсома в заблуждение.
Они оба сыграют в эту игру. Блэкберн сделает вид, что клюнул на приманку.
Схватив Джейн за локоть, он развернул ее к себе.
–Как ваша картина попала во Францию?
Ее лицо освещал бледный свет луны.
– Ваш вопрос – грубое вмешательство в мою частную жизнь, милорд.
– Это же так просто, Блэкберн, – сказал де Сент-Аманд. Но Блэкберн не обратил на него внимания. Перед ним был предатель, который почти попался ему в руки.
– Я вас не спрашивал, сэр.
Но де Сент-Аманд даже не заметил его тона.
– У Бонапарта, может, не хватает воспитания, чтобы бесплатно вернуть мои земли, но у него безупречный вкус.
– Это правда, – укоризненно добавил Фиц. – Он перенимает вкус к искусству у стран, которые завоевывает.
– Страна мисс Хиггенботем не была завоевана, – уточнил Блэкберн. – Но, возможно, мисс Хиггенботем тайно восхищается вашим императором.
Виолетта громко сказала:
– Рэнсом, извинись!
Джейн вырвала у него свою руку.
– Милорд, ваши слова оскорбительны!
Равнодушная ко всеобщему напряжению Адорна звонко рассмеялась:
– О лорд Блэкберн, какой же вы глупый! Тетя Джейн не отдавала картину. Если бы вы знали моего отца...
– Адорна, – жестко сказала Джейн, – это личное.
– Он не хотел содержать тетю Джейн, и ей пришлось... Закрыв рот девушки рукой, Джейн оборвала ее словами:
– Достаточно.
Ее терпение кончалось. Посмотрев на Блэкберна, она произнесла:
– Я не допущу, чтобы вы терзали ее за этот ответ, лорд Блэкберн. А также не говорите больше ни о моих картинах, ни о моем материальном положении. Просто потому, что это не ваше дело.
Он пристально смотрел ей в глаза. Снова наступила тишина.
Она пытается диктовать ему свои условия! Но любопытство его было возбуждено.
– Извините меня, мадемуазель, – де Сент-Аманд склонился над ее рукой, а затем с видимым сожалением выпустил ее. Блэкберну захотелось изуродовать его лягушачье лицо. – Я бы никогда не упомянул о вашей волшебной картине, если бы знал, что это доставит вам столько неприятных минут.
Неприятные минуты, подумал Блэкберн. Он сам по себе одна большая неприятность.
– Пустое, – ответила Джейн.
Ее голос был немного взволнованным. Может, она расстроилась из-за того, что Блэкберн узнал о скупости ее деверя?
Но почему ей было больно? Большинство знакомых ему женщин использовали свою боль как кнут. Джейн была умнее, чем он думал, и ее сдержанность неожиданно вызвала в нем желание защитить девушку.
С неуместной искренностью де Сент-Аманд продолжал:
– Единственной моей целью было выразить вам то наслаждение, которое мне доставляет ваш гениальный талант.
– Спасибо. Я очень рада, что кто-то... – голос Джейн дрогнул, – что вы смогли увидеть на картине те чувства, которые я в нее вложила.
Адорна порылась в сумочке на шнурке и протянула Джейн платок.
Блэкберн в замешательстве наблюдал за этой сценой. Джейн готова была расплакаться. Но почему? Одиннадцать лет назад она ни разу не заплакала. Ни в танцевальном зале, ни в его кабинете. В самых ужасных и тяжелых ситуациях она сохраняла присутствие духа. Почему же обыкновенный комплимент довел ее до слез?
Джейн была очень взволнована, и Адорна крепко обняла тетушку. Виолетта положила руку ей на плечо. Фиц смущенно откашлялся.
Кто-то должен был взять на себя инициативу, чтобы такая чрезмерная чувствительность не затопила их всех в море слез.
–Нам нужно возвращаться в зал. – Блэкберн заметил, что его голос звучит как-то неестественно.
Де Сент-Аманд вновь просиял в улыбке, на этот раз она была презрительной.
–Мы должны вести себя так, будто наша маленькая компания решила предпринять прогулку по саду, чтобы спастись от жары – продолжал Блэкберн. – При участии таких уважаемых провожатых, как присутствующие дамы, репутация Адорны не пострадает.
– А как же мистер Джойс? – спросила Виолетта.
– Я пошлю кого-нибудь из слуг, и его посадят в экипаж, – Блэкберн даже не взглянул на Джойса. – Фиц, не можешь ли ты объяснить ему, что дальнейшее общение с Адорной крайне нежелательно.
Фиц, этот прирожденный развратник, весело оскалился:
– Буду счастлив помочь. Полагаю, что вполне уместно будет зайти к нему завтра.
Пока все неторопливо направлялись к дому, Блэкберн подумал о том, что Фица можно использовать в этом качестве после каждого бала.
Де Сент-Аманд шел рядом с Джейн.
– Кто учит мадемуазель Морант французскому?
– Его зовут мсье Шассер. – Рэнсом с облегчением услышал, что голос Джейн был спокойным и ровным. – Он лучший учитель из тех, каких она заслуживает.
– А, Пьер Шассер, я его знаю, – небрежно заметил де Сент-Аманд. – Приятный молодой человек. Эмигрант, как и я, но, конечно, не аристократ.
Его высокомерный тон несказанно раздражал Блэкберна. Да кто он, в конце концов, такой, этот спесивый француз, от которого, к тому же, слегка несет чесноком?
Когда Блэкберн поднялся на террасу, Виолетта подошла к нему и прошептала:
– Джейн продала ее.
Он замедлил шаги, и Виолетта остановилась вместе с ним.
– Чтобы иметь средства к существованию, ты хочешь сказать?
– Да. – Она смотрела, как Джейн поднимается по ступенькам. – Мистер Морант трясется над каждой копейкой.
– Это неудивительно. Моранта знают как жулика и хвастуна, и я всегда старался держаться от него подальше.
Это была прекрасная возможность подробнее разузнать о делах Джейн, и Блэкберн тщательно подбирал слова:
– Но мисс Хиггенботем, наверное, стыдится обременять тебя своими денежными проблемами?
– Обременять меня? – Виолетта стояла, выставив локти в стороны, и гневно смотрела на него. – Однажды Тарлин заметил, с какой тоской она смотрит на простой набор карандашей для рисования. Она, конечно, храбрится, но совершенно очевидно, что мистер Морант бессовестно злоупотребляет ее беззащитностью.
– Злоупотребляет? На ней были синяки, когда она приехала?
– Нет, но она была очень бедно одета, похудевшая, и руки ее были в мозолях.
Виолетта стала громко дышать, и Блэкберн заметил, что она также собирается расплакаться. Должно быть, что-то такое витало сегодня в воздухе.
– И все же, мне кажется странным то, что английская леди продает картину этому выскочке Бонапарту.
– Не думаю, чтобы она сама ее продавала, – голос Виолетты окреп. – Ты слишком долго работал в министерстве иностранных дел, Рэнсом, если видишь в Джейн изменницу отечеству. В юности она хотела поехать в Европу, мечтала снимать мансарду в Риме и зарабатывать на жизнь своим искусством.
– Безумие, – усмехнулся он.
– Может быть. А может, это было бы лучше, чем та жизнь, которую она ведет сейчас.
Снова это чувство вины.
– Джейн, судя по всему, продала картину одному из доверенных лиц Наполеона или коллекционеру, способному оценить истинное произведение искусства. А она действительно талантлива, Рэнсом. Ты должен это признать.
– Я должен признать это?
–Думаю, в тебе еще жива глупая обида за статую, но Джейн дорого заплатила за свою ошибку.
–Ты хочешь, чтобы я ее пожалел?
–Сострадание великого лорда Блэкберна? – Виолетта горько усмехнулась. – Конечно, нет.
Она отошла, но Блэкберн не обратил на это внимание. Он неотрывно смотрел на силуэт Джейн на фоне освещенных дверей.
Итак, она познала нужду. Но посмотрите на нее сейчас! Ее блестящее шелковое платье отвечает последней моде. Юбка, выгодно подчеркивающая ее стройные ноги, сшита искусным портным. Шаль, которая скромно покрывавет ее плечи, соткана из бельгийского кружева.
Либо она написала очень много картин, – во что Блэкберну мешала поверить гордость, – либо за это платит кто-то другой. Но кто? И почему?
Де Сент-Аманд подошел к Джейн и тихо заговорил с ней. Девушка протестующе махнула рукой, но он настаивал, сжимая что-то в ее руке. Она посмотрела (клочок бумаги, подумал Блэкберн) и попыталась вернуть это. Однако де Сент-Аманд продолжал настаивать и сжимать ее руку, и наконец Джейн положила бумажку в сумочку.
Потом она как ни в чем не бывало сказала:
– Сделаем вид, что у нас только что была очень приятная прогулка, – в ее позе был намек на Веллингтона. – Адорна, дай мне взглянуть на тебя. Нет, это приключение не отразилось на твоем внешнем виде. А теперь – улыбайтесь все.
Де Сент-Аманд открыл дверь, и сразу же стало шумно от музыки и смеха.
Джейн зашла с чрезвычайно довольным видом, к которому не могла бы придраться ни одна матрона. За ней следовали Виолетта и Адорна.
Блэкберн быстро взбежал по лестнице до того, как де Сент-Аманд выпустил ручку двери.
– Очень любезно с вашей стороны, – сказал он французу.
В зале его поразила необычная духота и запах тысячи вспотевших тел. Бесконечные взгляды по сторонам в поисках развлечения, скандала...
Что ж, с помощью Джейн он им его устроит.
– Какой прекрасный вечер, – сказал маркиз, удостоверившись, что его голос хорошо слышен во всем зале. – Приятная прогулка в приятной компании.
– Адорна, здесь так много джентльменов, – заметила Джейн.
– И они несомненно ищут вас, мисс Морант, – губы Фица скривились в презрительной улыбке. – Будь они неладны...
Адорна глубоко дышала, и грудь ее соблазнительно вздымалась. Фиц, де Сент-Аманд и другие джентльмены завороженно глазели на нее и имели при этом довольно глупый вид.
Блэкберн этого не понимал. Да, ее грудь и вообще все, связанное с мисс Морант, излучало сексуальность, но ему это казалось откровенным до пошлости. Блэкберну больше нравились женщины, которые использовали одежду, чтобы скрыть длину своих ног. Которые глубоко прятали свою слабость. Которые вели себя так, словно пламя страсти не сжигало их сердца.
Как Джейн, например.
Блэкберн не мог поверить, что так думает. Опытный охотник, он раскрыл маскировку, поймал неосторожную дичь и теперь наслаждался созерцанием ее скрытых прелестей. Длина ее ног превосходит все мыслимые пределы. Только дурак будет жаловаться на ноги, способные крепче обхватить мужчину и держать его, пока он все глубже проникает внутрь.
Блэкберн не был дураком. Его губы дрогнули в улыбке. А может, и был. Потому что вспомнил очертания ее ног, вкус ее губ, захотел от нее чего-то большего, чем светская вежливость.
Если уж он должен спровоцировать скандал и притворяться ее преданным ухажером, чтобы замаскировать поиски предателя, нужно извлечь из ситуации все возможное удовольствие.
Их окружала толпа мужчин, толкающих друг друга в борьбе за место возле мисс Морант. Джейн стояла, держа спину идеально ровно, абсолютно прямая, словно статуя. Блэкберн приблизился к ней. Когда бы Рэнсом ни оказался рядом, ее аромат щекотал ему ноздри. Он отказался бы от своих воспоминаний, но этот легкий пряный запах тела Джейн вернул его в прошлое, в его кабинет.
Он положил ей руку на талию.
Ее зеленые глаза расширились и удивленно посмотрели на него.
Эти глаза так же смотрели в то далекое утро.
Широко распахнутые. Изумленные. Неуверенные и испуганные и, наконец, сладострастные.
– Блэкберн!
Вырванный из этих непрошеных воспоминаний, Блэкберн обнаружил, что перед ним, ухмыляясь, стоит вспотевший Атоу.
– Какие повороты судьбы! Кто бы мог подумать, что именно вы будете сопровождать мисс Хиггенботем после ее возвращения в Лондон. – Атоу, минуя Блэкберна, протянул Джейн руку. – Мисс Хиггенботем, я бы узнал вас везде.
Все повернулись в их сторону. К голосу Атоу прислушивались, и имя Хиггенботем уже начало привлекать всеобщее внимание. Ее надежды остаться незамеченной с треском провалились. Пока Блэкберн радовался такому успешному продвижению к своей цели, он одновременно с содроганием готовился стать предметом сплетен.
Джейн позволила этому мерзкому Атоу поцеловать ей руку, которую она тут же, без особой теплоты, опустила вниз.
– Приятно снова видеть вас, лорд Атоу. Сколько времени прошло...
Простые слова. Любезность. Более мило, чем Атоу заслуживал. Блэкберн осмотрел с головы до ног удачный костюм Атоу и еле удержался, чтобы не спросить имя мастера, который изготовил корсет, а также те ли на нем туфли, в которых он так резво удрал, когда над головой Джейн разразилась буря.
– Да, много лет прошло, – сердечно сказал Атоу. – Сегодня мы обязательно должны с вами потанцевать, как прежде.
– Благодарю вас, лорд Атоу, но я больше не танцую. Я теперь дуэнья.
– Дуэнья? – он звучно расхохотался. – Вы шутите? Дочь покойного виконта Бавриджа не может опуститься до того, чтобы быть дуэньей!
Привлеченные возможной сценой, гости Сьюзен столпились рядом. Блэкберн услышал, как одна из почтенных вдов увлеченно шепчет:
– Дочь виконта Бавриджа? О дорогая! Не эта дочь!
Джейн плотнее укуталась в шаль.
– Атоу, что ты натворил? – Фредерика, леди Атоу, протиснулась сквозь толпу. Она была как всегда красиво одета и причесана, но, несмотря на свой ухоженный вид, напоминала Блэкберну египетского скорпиона – гладкого, гибкого, со смертельным жалом. – Ты смутил мисс Хиггенботем. Мисс Джейн Хиггенботем. – Ядовитый взгляд Фредерики скользнул по Блэкберну, и в ее голосе появились восторженные нотки. – Так радостно видеть вас с ней, лорд Блэкберн! И как удивительно, после стольких лет...
Блэкберн готов был поклясться, что чувствовал, как стыд обжигает Джейн, поднимаясь от кончиков пальцев на ногах мимо его руки на талии и приливает к ее щекам.
Атоу что-то зашипел, неспособный контролировать как собственную жену, так и все остальное в своей жизни.
Но никто не заставит участвовать Блэкберна в этом подлом сведении счетов, и особенно Фредерика Атоу, в девичестве Харпум. Он подождал, пока хихиканье смолкнет, и сурово сказал:
– Если я и захотел сопровождать мисс Хиггенботем и нахожу удовольствие в ее обществе, то никто не смеет сомневаться в правильности моего выбора.
Все челюсти разом упали, и Блэкберн видел вокруг себя только разинутые рты.
Фиц выглядел не менее потрясенным, чем остальные.
– Господи, Рэнсом, ты хоть понимаешь, что сказал?
– Да, понимаю. – Он смотрел на Фредерику, пока та не покраснела, а затем, повышая голос над общим гулом, добавил: – Но не уверен, что вы вполне осознаете, что только что сделали. Все, чего вы достигли, обнаружив свою осведомленность в старых сплетнях, леди Атоу, это нежелательное для вас разглашение вашего же возраста.
Фредерика, все еще слабо улыбаясь и сжав губы так, что они превратились в узкую полоску между носом и подбородком, ответила:
– Наш возраст, лорд Блэкберн. Или я могу называть вас Фигги?
Таким оскорблением Фредерика привела Блэкберна в самое настоящее бешенство. Он, конечно, не показал этого. Он просто выждал, пока уляжется вызванный ее словами смех, и сказал:
– Друзья называют меня Рэнсом, или Блэкберн. Вы можете звать меня «милорд».
– Что здесь происходит? – раздался громкий голос Сьюзен. Розовые перья в ее волосах задрожали, когда она решительно выступила вперед. – Это ты, Фредди, поднимаешь смуту?
Глаза Фредерики злобно сверкнули, когда она услышала это прозвище, но возражать не осмелилась. Сьюзен быстро оценила ситуацию.
– Фредди, в прошлый раз я тебя предупреждала, что будет, если ты устроишь еще один скандал с привлечением членов моей семьи. Лучше увези ее домой, Атоу.
Атоу схватил жену за руку и потянул за собой. Она споткнулась и со злостью посмотрела вокруг. Под строгим взглядом Сьюзен толпа разошлась. Поклонники Адорны опять собрались в круг, ожидая, когда она оставит Джейн и вернется к ним. Сьюзен сказала стоявшей рядом Виолетте:
– Лорд Тарлин ищет вас.
Виолетта помедлила, явно не желая оставлять Джейн вместе с Блэкберном, но Сьюзен слегка подтолкнула ее:
– Вам все равно когда-нибудь придется оставить мисс Хиггенботем наедине с Рэнсомом. Что он может себе позволить здесь?
Сьюзен знала, о чем говорит. Она прекрасно видела, что ее брат разъярен, но по каким-то причинам решила оставить Джейн ему на милость.
Которой он был начисто лишен. Его пальцы медленно скользнули под шаль Джейн и прошлись по ее голой руке. Он видел, как девушка нервно сглотнула, когда ощутила его прикосновение.
Пока ладонь Рэнсома скользила к локтю, Джейн, казалось, забыла о том, что нужно дышать.
Да, она тоже знала его. Она была так же, как и он, связана воспоминаниями. А если они уже не имели над ней власти, он позаботится о том, чтобы у нее появились свежие впечатления, такие, которые навсегда останутся с ней.
Он знал, что все взгляды обращены к ним. Желая возмездия, он изобразил нежную, в меру насмешливую улыбку, наклонился к Джейн и со значением произнес:
– Никто не узнает тебя. Никто не вспомнит разрушительный сезон. И разумеется, тебе не придется отвечать за те неприятности, которые ты мне доставила.
Она спокойно смотрела на него, хорошо владея своими чувствами. Если бы он не обнимал ее, то решил бы, что безразличен ей. Но его рука чувствовала, как упругие мышцы Джейн напряглись под действием исходившей от него гневной угрозы.
– Берегись, моя дорогая Джейн.
Она вздрогнула, когда он впервые назвал ее по имени.
– Потому что теперь я не вижу причин не подтвердить сплетни на практике и не затащить тебя в постель.
– Я вас не приглашала. – В ее голосе слышались смелость и страх одновременно.
Ему доставили удовольствие как ее вызывающий тон, так и овладевшее ею оцепенение.
– Я могу переубедить тебя, Джейн.
– Нет. Я не буду такой дурой дважды.
– Если бы это было пари, Джейн, я бы не советовал тебе заключать его. – Отпуская ее, он подчеркнуто вежливо поклонился и добавил: – Поглядывай назад, Джейн. Я буду рядом.




Предыдущая страницаСледующая страница

Ваши комментарии
к роману Роковой бал - Додд Кристина



читать можно...но ничего особенного не ждите,это слабая попытка на оригинальность.немного раздражало чрезмерное восхищение гг-ни гг-ем:"ОН ПРЕКРАСЕН!ОН БОГ!"чушь какая-то.Эх как хочется прочесть что-то захватывающее,страстное,чтобы аж искры сыпались!))...со словесными перепалками,с юмором,без банальных соплей...что-то вроде "Битва желаний".
Роковой бал - Додд КристинаBriliant
16.10.2012, 2.42





полностью согласна ,чушь,каждая строчка о том какой красавец...
Роковой бал - Додд Кристинавиктория
26.12.2012, 6.23





роман замечательный, конечно ГГ-ня ж слишком идеализирует ГГоя, но всё же здесь присутсвует и юмори романтика и опансть.... светую всем почитать...
Роковой бал - Додд КристинаАнна
30.09.2013, 18.58





Весьма посредственно.
Роковой бал - Додд КристинаНатали
27.10.2014, 22.05





Ггерой для Джейн - муза... класс...
Роковой бал - Додд Кристинаелена:-)
30.08.2015, 13.00





Мне понравилось. Довольно жизненно, чувства героини такие знакомые))) Мужчины слепые идиоты. Но при всем прочитала с удовольствием, и сюжет не избитый. Хороший слог, тоже плюс. Лично я, рекомендую к чтению. Хотя конечно на 10-ку не тянет.
Роковой бал - Додд Кристинаsvet
30.08.2015, 23.28








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100