Читать онлайн Роковой бал, автора - Додд Кристина, Раздел - Глава 18 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Роковой бал - Додд Кристина бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 8.16 (Голосов: 77)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Роковой бал - Додд Кристина - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Роковой бал - Додд Кристина - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Додд Кристина

Роковой бал

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

Глава 18

– Чего ты хочешь? – спросила Джейн, замирая от страха и желания.
– Тебя. Тебя, хорошего зрения, разгрома Наполеона, безопасных улиц и... тебя. В данную минуту будет достаточно, если я получу тебя.
Блэкберн держал их окровавленные ладони вместе, а другой рукой обхватил ее голову и притянул к себе.
Его поцелуй. Те же губы, тот же язык, те же прикосновения, как и одиннадцать лет назад. И все же другие. Произошедшее между ними разлучило их, а теперь обстоятельства и настойчивость Блэкберна вновь соединили.
Его поцелуй. Уже не жадный. Скорее жаждущий и сердитый, не такой как тогда. Тогда он был в бешенстве из-за того, что стал по ее милости посмешищем. Теперь он раздражен потому что... потому...
– Почему? – неожиданно для себя зашептала она его губам. – Почему?
– Потому что кому-то нужно надеть на тебя узду.
Притянув Джейн ближе, он повалил ее на траву. На один короткий миг она увидела затянутое серыми тучами небо, живую изгородь из роз и землю – совсем близко. Она лежала на мягком травяном холмике, словно на диване. Рэнсом опустился перед ней на колени, как слуга перед своей королевой.
Странная мысль, ведь этот тиран ни о чем не просил. Он наклонился и, не дав ей опомниться, снова поцеловал. Но она продолжала задавать себе вопросы, все больше негодуя. Как он посмел думать, что ее нужно обуздать?! И почему он так уверен, что сможет это сделать?
Они смешали свою кровь, теперь смешивалось их дыхание.
Джейн хотела этой близости одиннадцать лет назад. Сейчас она сопротивлялась. Она уже не та глупая девчонка, как раньше. Но и он не проявлял прежнего нетерпения, покрывая ее легкими, как дуновение ветра, поцелуями. И если бы не его мягкие губы, его нежный жар и ответный жар ее тела...
Она назвала его сумасшедшим. Но что за безумие овладело ею, если она вся горит и открывает губы навстречу ему?
Поцелуй. Только поцелуй.
Когда он прижал свои губы к ее губам, у Джейн перехватило дыхание от их сладкой влажности. Снова и снова. Он прикоснулся к ней. Сжал ее плечи и требовательно – как тогда – провел рукой по изгибам ее тела. Теперь она хорошо понимала, что это значит. Она сама предупреждала Адорну не уступать мужчине. Джейн была старше. Взрослая женщина, несомненно, сможет подавить желания плоти.
Большой палец, мягкий, как норковый мех, слегка коснулся ее соска через сорочку и корсаж легкого шерстяного платья. Возбуждение волной прошло по ее телу.
Оказывается, взрослая женщина может хотеть этого так же, как пылкий мальчишка.
А при своей искушенности и показной усталости от мира лорд Блэкберн довольно убедительно играет пылкого мальчишку, который неистово хочет ее, ничем не примечательную Джейн Хиггенботем.
Джейн не понимала его. Ничего в нем не понимала. Прежде она умела читать его мысли и видеть его насквозь, потому что он был таким поверхностным.
Она отгоняла эту новую и предательскую мысль, но мысль возвращалась.
Он был поверхностным. Поверхностным, беззаботным и небрежным.
Теперь все изменилось. Что-то изменило его. В нем появилась глубина. И если Джейн постарается, то, возможно, сумеет приоткрыть завесу его мыслей, его души. Но девушка напрасно вглядывалась – в этой глубине ничего не было ясно. Он не приглашал ее в свой закрытый мир. К тому же Джейн боялась, что, пристально вглядываясь, он увидит боль и одиночество, которые она испытала. Их кровь смешалась, сольются и их души, и не только она узнает его, но и он – ее. Ее мечты, устремления... и он будет смеяться. Все всегда смеются.
– Расслабься, я не причиню тебе боли. Ты перестаешь дышать, когда я целую тебя. Я хочу целовать тебя постоянно.
Он улыбнулся ее печальным и растерянным глазам. Нежно касаясь ее строгого воротника и рукавов, он сказал:
– Мне нравится этот цвет шалфея. Твои глаза... такие зеленые. Как мох.
Блэкберн нахмурился, словно был недоволен собой, но она хорошо поняла, что он имеет в виду. На улице, где жил лорд де Сент-Аманд, мох рос в тени и имел такой сочный зеленый оттенок, который может создать только Мать Природа. Джейн не терпелось перенести этот цвет на холст. Она даже завидовала Рэнсому. Его комплимент она оценила.
– Это платье, хоть и красивое, мешает. – Он ослабил завязки на шее, массируя ее, словно гладил кошку. – Позволь мне расстегнуть его. Дорогая, дай мне только взглянуть...
Вдали шумел океан, и этот звук отдавался в ее теле и в ее лоне. Он ласкал ее, словно сама Природа.
Она пыталась воззвать к своему разуму, но тщетно. Блэкберн все еще ненавидит ее? По-прежнему хочет наказать? Почему обыкновенный рисунок вызвал в нем такую ярость?
А это сейчас важно?
Этот мужчина с завораживающими синими глазами и великолепным телом спал с ней в одной постели, шел рядом по улицам, его образ преследовал Джейн на протяжении одиннадцати лет.
Приподняв шею, она позволила ему расстегнуть пуговицы под самым подбородком.
Спускаясь постепенно все ниже, он проговорил:
– Я мог бы быть проворнее, но прошло столько времени, когда я последний раз дотрагивался до тебя.
Она никогда не была знакома с нежным Блэкберном. С заносчивым – да. Временами невыносимым. Но, хотя она догадывалась, что за свою жизнь он расстегнул несметное количество пуговиц, он никогда не напоминал ей об этом. Он говорил лишь о ней. Как будто все это время вел такую же непорочную жизнь, как и она.
Прежняя грация его движений исчезла, заставляя его опираться на одну руку. На его щеках играл румянец.
– Я так сильно хотел увидеть тебя тогда. Ты это знала?
– Я ничего не понимала в тот день. – Тогда она была дурой. А сейчас? – Но я знаю это теперь.
Он расстегнул ее сорочку и неотрывно смотрел, словно не мог наглядеться.
– Восхитительно, – прошептал он. – Совсем как я себе представлял.
Она в смущении попыталась прикрыться, но он остановил ее руки, поцеловал кончики пальцев и положил рядом с головой.
– Жаль, что солнце не светит, – задрав голову, он посмотрел на хмурое небо. Затем – снова на нее, на ее мягкие розовато-коричневые соски. – Но еще достаточно тепло, да, милая?
Края корсажа и высокая талия платья выставляли ее грудь навстречу ему. Блэкберн в восторге склонился над девушкой. Он облизал губы.
Джейн заметила, что облизывает свои.
– Я поцелую тебя сюда, – он дотронулся до нижней части ее груди и почти, почти до самого соска, – и тебе будет так приятно, что ты будешь умолять меня о большем.
– Нет. – Она не будет умолять.
– Да! Я обещаю.
Он был прав. Джейн это знала. Каждая его ласка была для нее настоящим произведением искусства. Она согласна на все, лишь бы быть скульптурой в его руках. Готова даже умолять.
Но он отпустил ее и потянулся к сломанной ветке на розовом кусте. Блэкберн оторвал розу, цвет которой напоминал перламутр морской раковины, оборвал шипы, и вдохнул ее аромат. Его глаза закрылись в чувственном восторге, ресницы коснулись янтарно-золотой кожи.
Затем он открыл глаза, улыбнулся и поднес цветок к лицу Джейн. Она ощутила сладкий запах, словно согретая послеполуденным солнцем зелень в преддверии дождя. Блэкберн снова поднял розу, и Джейн заметила, как чудесно завивается каждый лепесток, образуя бутон.
– Этот цветок напоминает мне тебя. – Он облизал палец и нежно провел им по мягким румяным лепесткам, затем попробовал напоминающую абрикос завязь цветка.
Джейн наблюдала за его движениями, понимая, о чем он думает. Она уже избавилась от стыда и ощущала только всепоглощающее желание, которое заставляло ее трепетать. Сжав бедра плотнее, Джейн попыталась унять охватившее ее сладострастие, но почувствовала влагу и боль внутри, словно ее что-то распирает.
Он снова поднес к ней цветок – на этот раз к ее губам. Бархатные лепестки нежно щекотали ее губы. Он очертил розой их контур. Ее ноздри вдыхали волшебный аромат.
– Такой красивый рот, – сказал он.
– Слишком большой. – Она едва могла шевелить губами, слишком очарованная нежными прикосновениями и чувственной игрой.
– Нет. Мужчине это понравится. Он будет представлять, как эти губы целуют его лицо, грудь, бедра... и везде, где только может женщина целовать мужчину.
Джейн забывала дышать. Она вообще обо всем забыла, кроме его внимательных и лукавых глаз. Он знал так много, – а она так мало. Она никогда не могла вообразить себе того, что он сейчас с ней делал, на что намекал. Даже в самых заветных мечтах она не могла... Или могла?
– Ты покраснела, милая, и не только на щеках. – Он провел цветком по ее щекам, лбу и подбородку. Лепестки, подобно шелку, касались лишь маленького участка ее кожи, но эти прикосновения блаженно отдавались во всем теле.
Роза, искусно направляемая Блэкберном, обрисовала овал ее лица. Словно услышав его желание, Джейн повернула голову и почувствовала, как цветок направляется к ее уху. Стоя на коленях, Блэкберн склонился ниже. Роза... нет, его язык медленно скользил вдоль ее уха, останавливаясь в центре. Джейн подняла свои руки и запустила их в его волосы.
– Джейн, – тихо прошептал он, и его дыхание словно обожгло ее. – Убери руки.
Она почти не понимала, что он говорит. Почти. Но когда он перестал двигаться, ей постепенно стало ясно, что он не будет продолжать свою утонченную пытку, пока она не подчинится. И, хотя от его прикосновений Джейн дрожала, как в ознобе, ей не хотелось, чтобы он останавливался.
Поочередно разжимая пальцы, она раскрыла ладонь. Ее руки слабо скользнули по его волосам, шее, плечам. Наконец она неохотно убрала их.
Девушка не подозревала, что, прикоснувшись к нему, захочет большего, что это сделает ее податливее. Она не знала бы, что он сейчас чувствует, если бы не услышала приглушенный стон. Следуя своим желаниям, она снова протянула к нему руки, но он сел.
– Нет.
Она потянулась к нему.
Отрицательно качая головой, он коснулся розой своих губ.
Бархатное обещание. В полуночном небе его глаз сверкнули звезды, когда она снова поднимала к нему руки.
– Положи руки над головой. – Его губы прикасались к лепесткам, и она представила себе их движение на своей коже. – Я хочу видеть, как твои груди гордо смотрят вверх. Я тебе говорил, насколько они прелестны?
Даже его голос действовал возбуждающе – глубокий и тихий, будто секреты, которые таятся в нем, слишком сокровенны, чтобы делиться ими даже с ветром. Джейн вытянула руки вверх, и словно в награду Рэнсом погладил ее ладонь цветком, лаская им ее пальцы.
Как рука Джейн – в рубцах и мозолях – могла стать объектом для таких изысканных ласк? Эти сладкие муки не могут продолжаться, иначе она потеряет контроль над собой. Охваченная острым чувством счастья, она закричит, и это выдаст самую сокровенную часть ее натуры.
Держа розу за стебель, Блэкберн провел ею вдоль ключиц девушки, от одного плеча к другому.
– Ты красивая и сильная. У меня хватало ума восхищаться тобой даже тогда, давным-давно.
Одной фразой он укрепил ее уверенность в себе, которую ей давал высокий рост. Одним прикосновением он установил связь между ее кожей и нежными розовыми лепестками. Он осторожно провел цветком вниз, туда, где высокий пояс платья скрывал ее тело.
Но он не дотронулся до нее там, где ей наиболее страстно хотелось. Он смотрел, как она дышит, его глаза расширялись, затем прищуривались, и Джейн точно знала, что в этот момент он хочет ласкать ее. Однако он вел выжидательную игру, мучая их обоих.
– Пожалуйста, – прошептала она, – прошу...
Джейн услышала его мелодичный и уверенный смех. Она глубоко вдохнула, его улыбка погасла:
– Подожди. Позволь мне... – Оторвав один лепесток, он подбросил его вверх. Лепесток покружил и медленно опустился ей на грудь. Затем еще и еще, и каждый падал в определенное место на ее теле. Один украшал ее губы, другой покоился в волосах. Наконец, словно не доверяя легкомысленному ветру, Блэкберн оторвал самый маленький, самый душистый и крепкий лепесток и неторопливо опустил на ее сосок.
Рэнсом не касался ее, только лепесток.
– Смотри, – сказал он.
Подняв голову, Джейн взглянула на себя – бесстыдно голую, одетую лишь в лепестки роз. Они подрагивали, почти невесомые, дрожа от ветра и ее дыхания. Один из них лежал на вершине ее груди, пристав к нежной коже.
– Бархат к бархату, – сказал Блэкберн.
Затем медленно наклонился и кончиками пальцев слегка коснулся ее кожи.
Ее сосок затвердел, и лепесток соскользнул с него.
Она прогнулась под его рукой, желая всего остального, желая сейчас. Она ждала, что он дотронется до нее, по-настоящему дотронется, уже было пора. Давно пора.
Лукавое выражение исчезло с его лица, уступив место мужской настойчивости и вожделению. Рэнсом лег рядом с ней. Склоняясь над Джейн, он страстно целовал ее, требуя ответа, как перед этим требовал подчинения. И Джейн радостно отвечала ему, раскрыв рот и прося, требуя быстрого удовлетворения в награду за ее ожидание.
Ее пальцы снова запутались в его волосах, наслаждаясь прикосновением к шелковым прядям. Джейн хотела направить его, но он в этом не нуждался. Он говорил, что, глядя на нее, знает, о чем она думает. Должно быть, это была правда, потому что он взял в ладони обе груди и приподнял их. Бережно поддерживая, он целовал их, и плавные движения его губ делали ее тело восприимчивой к ветру, к розе, к мужчине. Когда его язык лизал ее грудь, она уже не могла сдерживать восторга. Джейн вскрикнула и застонала, извиваясь под ним.
– Задери для меня свою юбку, дорогая, – прошептал он, и его дыхание щекотало ее кожу. – Покажи, что ты хочешь меня.
Джейн послушалась. Она неистово хотела его. Она хотела его прямо сейчас. Собрав юбки в охапку, она собиралась с силой дернуть их вверх.
Он положил на них свою руку.
– Медленно. У нас есть время.
Рэнсом улыбался, поглаживая ее, но неторопливость его движений не могла обмануть Джейн. Его яркие глаза лихорадочно блестели. Его ноги постоянно двигались, и он внимательно следил за тем, чтобы не дотрагиваться до нее пока ничем, кроме рук.
Он больше не дразнил ее. Он был так же разгорячен, как и она. Но по какой-то причине держал себя, словно в суровой узде.
Что ж, он не единственный, кто может дразнить, Джейн тоже это умеет.
Она мучительно медленно поднимала юбки, про себя улыбаясь тому, что он смотрит куда угодно, только не туда. Он нарочно не замечал ее белых шелковых чулок, подвязок, которые их держат, панталон, застегивающихся на колене. Но когда, дойдя до бедер, Джейн остановилась, не осмеливаясь обнажать себя под открытым небом, она увидела, что Блэкберн напряженно смотрит ей в глаза.
– Продолжай, дорогая. Пожалуйста.
Когда он так ее называет, Джейн готова на все. Она судорожно подняла подол.
На этот раз он прямо смотрел на нее, и всякий девичий стыд, который она до этого испытывала, исчез. Его лицо застыло, и лишь глаза выдавали волнение. Они жарко пылали, впитывая открывшееся им зрелище, потрясенные близостью к Джейн.
К мисс Джейн Хиггенботем.
Он протянул руку и погладил тонкий хлопок на ее животе. Чувствуя жар его ладони, Джейн сжала пальцы ног, а когда он раскрыл прореху в ее белье, чуть коснувшись темных колечек волос, ей пришлось прикусить губы, чтобы сдержать крик восторга. Такое легкое прикосновение... но оно обещало больше. Его рука двигалась в определенном направлении – к центру ее тела, и сейчас его палец касался ее плоти.
Он дотрагивался до верхней части ее щели, не более, но она крепко сжала бедра, чтобы унять их дрожь.
Он понял это иначе:
– Не отталкивай меня. Не теперь.
Джейн хотела возразить, но, если она заговорит, ее голос будет дрожать. Поэтому ей ничего не оставалось, кроме как поднять колено.
– О Джейн. Дорогая.
Она всего лишь подняла колено, а он восторгается, словно Зевс, создававший свою первую молнию. Джейн осознала, что Блэкберн боготворит ее. Она хотела восхититься этим, но он открыл ее скрытую плоть, дотронулся до нее, и Джейн обо всем забыла. Его пальцы медленно водили вверх-вниз, каждый раз почти проникая в нее, но не полностью. С момента, когда он повалил ее на траву, она лежала почти неподвижно, парализованная его волей, своим наслаждением и его ласками, расточаемыми в обмен на покорность.
Теперь она больше не могла. Ее бедра поднимались и извивались, стараясь поймать его руку.
Он улыбался от удовольствия и восхищения.
– Ты меня хочешь там, милая? Скажи? Ты хочешь меня?
Его пальцы замерли. Джейн тоже замерла. В наступившей тишине слышался только шум ветра в верхушках деревьев, хриплое дыхание Блэкберна и ее легкие частые вздохи. Несмотря на то что здесь было тепло, по телу Джейн пробежали мурашки: то ли предупреждая об опасности, то ли обещая наслаждение.
Хотела ли она Блэкберна? Да. Слишком сильно и слишком давно. Если она признается в этом, выдаст себя, он одержит победу, еще более значительную, чем прежде, а личная трагедия Джейн превысит все самое ужасное, которое она когда-либо пережила.
Вопрос был в том, действительно ли Блэкберн изменился? Или те новые, открытые ею глубины его души таят в себе лишь неудовлетворенную страсть... к ней?
Не станет ли она вновь жертвой его бесконечной, опустошительной жажды мести?
Она не знала. Она лишь понимала, что если скажет неправду – что не хочет его – и он уйдет, то будет жалеть об этом всю оставшуюся жизнь.
– Да, – ответила Джейн. – Я хочу тебя.
Ей показалось, что он облегченно вздохнул, но гораздо важнее было то, что его палец скользнул внутрь, смягчая сладкую пытку.
Она не собиралась отталкивать его сейчас, но неожиданно замерла. Она не понимала, что он может почувствовать себя чужим, завоевателем. Но чтобы позволить ему проникнуть внутрь, требовалось больше доверия, чем у нее было.
Какие-то подлинные чувства руководили им, потому что он прошептал тоном нежного любовника:
– Сердце лабиринта. – Его палец проник внутрь, затем вышел обратно. – Я слишком долго искал его. – Палец повторил движение.
Внутри Джейн снова начало разгораться пламя страсти. Ее тело сжалось вокруг его пальца, и, когда он вытаскивал его, чтобы надавить на самую чувствительную часть ее тела, ее мышцы внутри все больше расслаблялись.
Она громко застонала и закрыла глаза, сконцентрировавшись на единственном значимом месте – там, где была его рука.
– Вот так, девочка, – он, казалось, не дышал. – Немного глубже. Немного выше.
В его словах было мало смысла, но Джейн это не заботило. Она лишь хотела...
Затем смутное ощущение дискомфорта замедлило ее движения, и она услышала, как Блэкберн прошептал:
– Ты можешь взять больше, дорогая? Еще один палец?
Она не могла и хотела уже об этом сказать, но почувствовала, как второй упрямый палец присоединился к первому. Теперь его большой палец надавливал сильнее. Джейн натянулась. Было больно. Потом прошло...
Успокаивая ее поцелуями в грудь, он прошептал что-то похожее на похвалу.
Обезумев от ритма его пальцев, Джейн двигалась, стараясь приблизиться к Блэкберну, готовая следовать за ним, куда бы он ни повел ее.
И он привел. Все ее тело содрогнулось, затем сжалось, каждый мускул напрягся, все чувства исчезли, кроме только что познанного ощущения настоящего экстаза. Она металась и стонала, она жила, всецело поглощенная своим удовольствием и полностью зависимая от Блэкберна за каждый миг восторга, испытанный ее телом.
Когда Джейн пришла в себя, она увидела, что лежит на земле, тяжело дыша, и что Рэнсом смотрит на нее, а над его верхней губой выступили капельки пота. Она медленно, с немой мольбой, протянула к нему руку, и он стал на колени. Расстегнув брюки, он начал их снимать. Сейчас и здесь – под открытым небом – он наконец откроется ей, и Джейн ждала с нетерпением, желая видеть, как на самом деле выглядит мужчина. Как выглядит Блэкберн.
Но он медлил. Джейн не знала, хорошо ему сейчас или нет. Она лишь видела, как уголки его губ поползли вниз, брови приподнялись, и он одновременно засмеялся и застонал.
Оставляя брюки расстегнутыми, но плотно сидящими на талии, Блэкберн наконец – наконец-то – раздвинул коленом ее ноги, готовя для себя место. Облокотившись, он с силой прижал ее бедра к своим, дерзко, как будто имел на это право. Если бы он снял брюки, он был бы уже внутри нее, и Джейн не могла бы его остановить. Она была слишком влажная, слишком расслаблена и слишком готова для него, чтобы оказывать сопротивление.
Да она и не хотела его останавливать. Джейн смутно подумала, что, наверное, сошла с ума. Как будто это оправдывало то, что такая убежденная старая дева, как она, лежит на траве с задранными юбками и расстегнутым корсажем. С робким предвкушением она обхватила бедрами его ягодицы и прижала ближе.
Он закрыл глаза в последней сладкой борьбе, затем опустился к ней, все ближе и ближе, пока его грудь не оказалась между ее ног.
И, словно это был некий знак небес, начался холодный ливень.




Предыдущая страницаСледующая страница

Ваши комментарии
к роману Роковой бал - Додд Кристина



читать можно...но ничего особенного не ждите,это слабая попытка на оригинальность.немного раздражало чрезмерное восхищение гг-ни гг-ем:"ОН ПРЕКРАСЕН!ОН БОГ!"чушь какая-то.Эх как хочется прочесть что-то захватывающее,страстное,чтобы аж искры сыпались!))...со словесными перепалками,с юмором,без банальных соплей...что-то вроде "Битва желаний".
Роковой бал - Додд КристинаBriliant
16.10.2012, 2.42





полностью согласна ,чушь,каждая строчка о том какой красавец...
Роковой бал - Додд Кристинавиктория
26.12.2012, 6.23





роман замечательный, конечно ГГ-ня ж слишком идеализирует ГГоя, но всё же здесь присутсвует и юмори романтика и опансть.... светую всем почитать...
Роковой бал - Додд КристинаАнна
30.09.2013, 18.58





Весьма посредственно.
Роковой бал - Додд КристинаНатали
27.10.2014, 22.05





Ггерой для Джейн - муза... класс...
Роковой бал - Додд Кристинаелена:-)
30.08.2015, 13.00





Мне понравилось. Довольно жизненно, чувства героини такие знакомые))) Мужчины слепые идиоты. Но при всем прочитала с удовольствием, и сюжет не избитый. Хороший слог, тоже плюс. Лично я, рекомендую к чтению. Хотя конечно на 10-ку не тянет.
Роковой бал - Додд Кристинаsvet
30.08.2015, 23.28








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100