Читать онлайн Наперекор всем, автора - Додд Кристина, Раздел - Глава 9 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Наперекор всем - Додд Кристина бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 6.83 (Голосов: 6)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Наперекор всем - Додд Кристина - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Наперекор всем - Додд Кристина - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Додд Кристина

Наперекор всем

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

Глава 9

– У меня на заднице уже мозоли от седла! За два дня мы обыскали половину Ланкастера, и все зря! – Арт жестом обвел окружавший их зловещий лес. – Разве что обнаружили следы, которые никуда не ведут! Никто не видел леди Мэриан, и, по моему мнению, нас просто провели! Она, вероятно, все еще в замке, скрывается в уютной комнате с постелью и камином.
– Возможно, – проворчал Гриффит, – но я готов был поклясться, что она сбежала, как вспугнутый олень. Подумай, может, кому-то другому выгодно дурачить нас?
– То есть кто-то захватил ее, и теперь смеется во все горло, видя, как мы разыгрываем из себя полных идиотов, обыскивая всю округу?
Арт потер вышеупомянутую многострадальную часть своего тела.
– Вполне возможно. По крайней мере я начинаю так думать.
Повернув коня к замку Уэнтхейвен, Гриффит бросил на ходу:
– Давай вернемся и постараемся выгнать добычу из укрытия другим способом.
Арт с радостью последовал за хозяином, усталый и впервые, казалось, согнувшийся под бременем возраста, и Гриффит немедленно решил свернуть шею Мэриан, как только отыщет ее. Если она, конечно, здорова. Жива и здорова. Кажется, это совершенно неестественно – одновременно хотеть сжать кого-то в объятиях и прикончить раз и навсегда. Или Мэриан обнаружила очередной способ свести его с ума?
Он спросит об этом, когда найдет ее. Если найдет ее.
– Ты еще не потерял письмо от Элизабет? – спросил он своего преданного слугу.
– И почему ты так волнуешься из-за этого письма? – удивился Арт, похлопав по кисету, спрятанному под курткой. – Конечно, не потерял. Но ведь в нем не содержится ничего особенно важного?
– Обычное милое послание к подруге в изгнании. Действительно ничего особенного… если, конечно, не знать, что ищешь.
Гриффит наклонил голову, чтобы не врезаться в ветку, и огляделся. Они недалеко от дороги и еще до конца дня очутятся среди сброда и интриг Уэнтхейвена. Придется действовать с величайшей осторожностью, придавая значение каждому слову. Арт, с его хитростью и изобретательностью, поможет пролить новый свет на содержание письма Элизабет, смысл которого помешало Гриффиту разглядеть его увлечение Мэриан.
Гриффит, пустив лошадь шагом, поехал бок о бок с Артом и, даже нe напрягая великолепную память, начал читать наизусть:
– «От леди Элизабет ее дорогому другу, сестре ее сердца, леди Мэриан. Я приветствую тебя и посылаю Господне и мое благословение и спешу как можно подробнее узнать о твоем драгоценном сыночке Лайонеле. Молюсь, чтобы он остался в добром здравии, крепким и сильным, и молюсь также, чтобы у тебя хватило терпения послать мне подробный отчет о всех его шалостях и проказах. Я нахожу огромное утешение в твоих рассказах о его уме и сообразительности, хорошо зная, что мой сын Артур скоро последует путем, который прокладывает сейчас Лайонел. Надеюсь, что они смогут вскоре встретиться, а пока скорблю о твоем отсутствии и тоскую по утешениям, которые дает мне твоя дружба. Артур заполняет пустоту в моем сердце, порожденную исчезновением братьев и предательством окружающих меня людей. Все покинули меня тогда, все… кроме тебя, дорогая сестра.
Теперь я должна рассказать тебе о моем дорогом муже и повелителе, короле Генрихе. Он часто говорит о тебе с уважением и любовью, хотя вы никогда не встречались, разрешает посылать деньги, поскольку чувствует себя в долгу за поддержку, которую ты давала мне в самые трудные времена. Пожалуйста, возьми кошелек в память о тех днях и постарайся ни в чем не отказывать своему дорогому сыночку, моему крестнику, о котором я думаю и молюсь каждый день».
– Бедная дама, – сочувственно вздохнул Арт. – Она разрывается между верностью мужу и любовью к незаконному ребенку и пытается предупредить Мэриан о том, что ни в коем случае нельзя раскачивать лодку, иначе последствия будут ужасны – потонут все.
– Ты в самом деле считаешь, что именно это она имеет в виду? – С плеч Гриффита упала огромная тяжесть. – Я и сам так думал, но временами боялся, что неверно понял леди Элизабет. Со мной такое бывало.
– Ну да, и больше ни с одним мужчиной в мире, – иронически фыркнул Арт.
– И с Мэриан я наделал ошибок.
– Хорошо, что сказал мне, иначе я остался бы в неведении.
– Но если считаешь, что именно это имела в виду леди Элизабет… – Гриффит осекся при виде ехидной ухмылки Арта. – Артур, ты что, насмехаешься надо мной?
– Нет, милорд, разве я способен на такое? – Арт ловко уклонился от летящих в лицо перчаток для верховой езды и как ни в чем не бывало продолжал. – Смеяться над столь уважаемым воином, как вы… Да стоит лишь подумать о мудрости, заключающейся в вашем мизинце… – хохоча, он снова пригнулся, – чтобы такой, как я, осмелился судить…
Но тут голос его внезапно замер, и Арт наклонил голову, прислушиваясь. Гриффит тоже застыл на полувзмахе, когда раздался топот бегущего человека, и, повернув лошадь на главную дорогу, заметил Билли, стражника из замка, спешившего ему навстречу.
Билли поднял голову, лишь когда оказался совсем близко, и немедленно остановился:
– Милорд! – Он положил руку на грудь, пытаясь отдышаться. – Если хотите знать, милорд… У меня новости о леди Мэриан.
Гриффит и Арт переглянулись, и слуга безмолвно вручил Билли кувшин с водой. Тот жадно припал к горлышку, вылил остаток себе на голову, и Гриффит, решив, что Билли вполне опомнился, повелительно приказал:
– Говори!
– Она ушла два дня назад.
– Откуда тебе известно? – рявкнул Арт.
– Я сам выпустил ее и спящего младенца, открыл им ворота. – Услышав негодующий вопль Арта, Билли попытался оправдаться: – Она здесь хозяйка и делает что хочет, и уж лучше я, чем кто-то другой, который не упустит шанса причинить ей зло. И я правильно поступил, потому что не был единственным, кто видел, как она уходила.
Гриффит привстал в седле.
– Ее захватили в плен?
– Нет, милорд. В последний раз, когда я ее видел, все было в порядке. Я сам стоял на страже, когда миледи уходила. Но этот капитан наемников слишком много знает о том, что происходит в Уэнтхейвене, а его люди вечно суют нос в чужие дела. Никому из них нельзя верить. И, главное, я успел увидеть, как этот Гледуин следит за ней! Потом к нему присоединился Харботтл, и оба последовали за миледи, не зная, что за ними слежу я.
– Молодец! – похвалил Гриффит.
– Это мой долг, – гордо ответствовал Билли. – Кроме того, не очень мне по душе эти чужаки с их странным наречием! Прошу прощения, милорд!
Гриффит припомнил вызывающие речи Билли в ту ночь, когда провожал Мэриан, и с любопытством осведомился:
– Ты не доверяешь Харботтлу и Гледуину, но веришь мне?
– Это трудный выбор для такого простого человека, как я, милорд, но… – Билли приосанился и осуждающе взглянул на Гриффита, – ни одному человеку в Уэнтхейвене нет до нее дела. Кроме вас… хотя мне не очень нравятся причины, по которым вы заботитесь о ней. Третесь возле леди Мэриан, словно один из кобелей-спаниелей лорда Уэнтхейвена вокруг суки.
– Этот кобель – именно тот, кто ей необходим сейчас, – вмещался Арт.
Заявление слуги не произвело на Гриффита ни малейшего впечатления, но Билли продолжал рассматривать Гриффита так же оценивающе, как любого призового спаниеля.
– Да, думаю, его намерения благородны… хоть он и ищет случая сунуть ложку в мед.
Раздраженный донельзя этими двумя слугами, которым следовало бы помнить свое место, Гриффит процедил сквозь зубы:
– Я собираюсь жениться на леди.
На хмуром лице Билли появилось явное облегчение, напоминающее Гриффиту о ленивом ветерке, медленно разгоняющем тучи.
– Это хорошо. Она не такая уж шальная, какой хочет казаться. Награждайте ее детьми, да почаще, чтобы по одному в год, и у нее не останется времени бегать по округе да искать беду на свою голову.
– Так я и сделаю.
Гриффит принес обет с полной серьезностью, словно Билли был его отцом, и тот принял клятву так же торжественно.
– И где же она? – потребовал ответа Арт.
Билли нервно зашаркал ногой по грязи. Вид при этом у него был крайне встревоженный.
– Не могу с точностью сказать. Я пришел за вами, и, думаю, вы сумеете ее перехватить. – Его лицо просветлело. – Зато могу объяснить, где начать поиски. Гледуин и Харботтл все утро ехали за ней в южном направлении, а я шел за ними. Но наконец она повернула на запад, к Уэльсу, и продолжала путь прямо в эту языческую страну… прошу прощения, милорд, а эти два негодяя, удостоверившись, что она не собьется с пути, отправились обратно.
– В Уэльс? – недоверчиво повторил Арт. – Но к чему ей это? Она не говорит по-валлийски, и Уэльс – наша родина. Это означает, что она будет в нашей власти и понимает это.
– Если вы ее догоните, – напомнил Билли.
Гриффит задумчиво погладил двухдневную щетину, покрывавшую подбородок и щеки.
– Безумие, но безумие расчетливое. Она считает, что нам и в голову не придет искать там, и так оно и было бы, не повстречай мы Билли. Кроме того, Мэриан удалось ускользнуть от Генриха, а в Англии, чтобы исчезнуть так бесследно, нужно идти на север, в Озерный край. Только так.
– Думаешь, она отправилась… – Арт, вздохнув, признался Гриффиту: – Знаешь, не ты один иногда не понимаешь женщин, и валлийские мужчины – не то что эти слюнтяи англичане, жалкие пресмыкающиеся, которые выползают полежать на солнышке…
Гриффит подавил улыбку: Арт старается отплатить Билли за нелестные отзывы о соотечественниках.
– Они воины и живут ради того, чтобы убивать англичан, – продолжал Арт.
– Но ты говорил ей совсем другое, – напомнил Гриффит. – В ночь ее побега ты сплетал волшебные сказки о прекрасной стране, гостеприимные люди которой будут рады приветствовать ее и сжимать в объятиях.
– Билли, ты уверен? – с неподдельным ужасом спросил Арт. – Мы нашли след, ведущий на юг.
– Гледуин и Харботтл несколько раз маскировали ее след, поскольку не желали, чтобы кто-то знал, куда она направляется.
– И создавали фальшивые метки, клянусь! Их коварство просто восхищения достойно! – подивился Арт.
– Неужели?
Гриффит был в бешенстве на себя за то, что не подумал проверить, где находится Гледуин сейчас, и не прикончил Харботтла, когда имел такую возможность.
– Скоро они станут пищей для червей!
– И правильно, милорд, – одобрил Билли. – Я два дня шел за леди Мэриан, и она держала путь прямо в Уэльс, только передвигалась очень медленно из-за малыша. Позвольте мне отвести вас в последнее место, где я их видел, и оттуда мы начнем поиски.
– Отведи, но дальше мы отправимся вдвоем с Артом, а ты вернешься к Уэнтхейвену. – Гриффит нагнулся поближе к Билли. – Возможно, он сумеет поставить препятствия на пути Гледуина и Харботтла.
Лицо Билли медленно осветилось широкой улыбкой.
– Возможно. Даже очень возможно.
– А, Билли! – Уэнтхейвен улыбнулся стражнику, маячившему на пороге спальни, и, погладив по голове Хани, приказал собаке лечь. – Заходи, Билли, добро пожаловать!
Граф не обратил внимания на нерешительность слуги, неловкими шагами пробиравшегося в комнату. Он совершенно игнорировал грязь, оставленную Билли на дорогом ковре, и шумное сопение, говорившее о явном волнении. Вместо этого Уэнтхейвен налил до краев две чаши с элем, прикрикнул на спаниеля и подошел к устланному подушками креслу, в котором обычно сидел.
– Садись, Билли, отдохни. Давай выпьем вместе.
– Милорд… – Только вновь принятые служанки вели себя так застенчиво и сконфуженно. – Я не могу пить с вами.
– Но почему?
– Не полагается.
Уэнтхейвен благосклонно хмыкнул и опустился в кресло. Хани легла у его ног.
– Думаю, мне решать, что полагается, а что нет. В конце концов, если мне захотелось выпить эля с одним из старейших и самых доверенных солдат, кто может запретить это?
Билли промямлил что-то неразборчивое.
– Ну а теперь садись… – Уэнтхейвен носком сапога подвинул свое кресло поближе. – И потолкуем.
Он пропустил мимо ушей стон Билли, улыбаясь с натянутым доброжелательством, пока стражник крался вперед и опускал свой немалый вес в низкое кресло.
– Тебе удобно, Билли?
Билли, очевидно, чувствовал себя крайне неловко, но послушно кивнул.
– Вот твой эль, Билли.
Билли взял чашку сильно дрожащей рукой.
– Ну, Билли, сколько лет ты прослужил у меня?
– Э… – Край чашки мелко задребезжал о зубы стражника. – Э… сколько лет?
Уэнтхейвен прикрыл глаза, словно от боли. Ему не хватало Мэриан. Не хватало человека, с которым можно было помериться остроумием. Единственного из всех окружающих его дураков, кто не был совершенно и полностью глуп.
Открыв глаза, он молча наблюдал, как Хани поднялась и начала принюхиваться, словно собираясь бежать по следу.
– Вот именно – лет, – повторил он Билли.
– Э-э… я стал солдатом уже в одиннадцать, милорд, а теперь мне… – Билли поморщился, словно стараясь вспомнить. – По-моему, тридцать два… значит, это составляет шестнадцать лет, милорд…
Граф почти обмяк в кресле. Глупец, глупец, глупец.
– Прекрасно, Билли.
Хани добралась до портьер, задрапированных в складки, и снова принюхалась, громко фыркая.
– И как часто ты покидал Уэнтхейвен за эти шестнадцать лет?
– Никогда! То есть… – Билли неловко заерзал, только сейчас поняв цель допроса. – Только на два дня.
– Вчера и позавчера?
Хани сунула голову за портьеру и завиляла хвостом.
– Д-да, именно так.
– Пей, Билли. Мне не по душе видеть тебя таким скованным. Это заставляет чувствовать себя негостеприимным хозяином. – Полный подозрения и любопытства, Уэнтхейвен подошел к портьерам. – Ты дрожишь. Это из-за сквозняков? Хочешь, чтобы я прикрыл портьеры?
Занавеси закачались, собака отскочила, и Уэнтхейвен едва не рассмеялся вслух, поняв наконец, что происходит.
– Нет, милорд, мне тепло. Совсем тепло, – заверил Билли. Уэнтхейвен постучал пальцем по портьере и кивнул:
– Как скажешь. Я не раздвину их… пока. Пойдем, Хани. – Он вернулся к креслу. – Подушка достаточно мягкая?
– Да, милорд, – выпалил Билли, – моему заду еще никогда не было так удобно.
– Превосходно, Билли. Превосходно. Значит, мы почти старые друзья…
– Да… то есть нет… э-э… милорд, я не зря уходил из замка, поверьте.
– И ты… – Граф помедлил, внимательно рассматривая ногти – Ты пришел сказать мне об этом?
– Я хотел защитить вашу дочь, – упрямо объявил Билли.
– Насколько я понял, она уехала совсем рано? И не сегодня?
На лице стражника отразилось изумление, смешанное с недоверием.
– Да, милорд. Но кто сказал вам?
Манера Билли требовать ответа с таким видом, будто он имел на это право, заставила Уэнтхейвена улыбнуться. Мэриан хорошо усвоила преподанные им уроки: она приковала к себе этого болвана цепями доброты, и Билли был предан ей, как верный пес.
– Последние дни из замка все время кто-нибудь исчезает без объяснений, – продолжал граф, – и я просто не смог сдержать любопытства. Пришлось позвать молодого Харботтла… Ты знаешь Харботтла?
– Он недостоин чистить мне сапоги.
Невольно восхищенный, Уэнтхейвен кивнул.
– Вижу, ты действительно его знаешь. Когда я в последний раз говорил с ним, то невольно заметил, что с ним, по-видимому, приключился несчастный случай. Вывих плеча. И случай этот носит имя Гриффита ап Пауэла.
Билли освоился ровно настолько, чтобы признаться:
– По-моему, он человек хороший.
– Ты и его знаешь? – с деланным удивлением спросил Уэнтхейвен. – По-моему, он исчез в то же время, что и моя дочь.
Билли, нахмурившись, пытался все обдумать. Он, по всей очевидности, не доверял хозяину и в то же время старался не выдать Гриффита и Мэриан.
– Сэр Гриффит был послан в мое скромное жилище не кем иным, как королем Генрихом.
На Билли это, очевидно, произвело огромное впечатление, и лицо его мгновенно просветлело.
– Но я не знаю, почему король послал сэра Гриффита, и это меня беспокоит. – Уэнтхейвен прижал ладонь ко лбу. – Хотел бы я знать, в чем состоит миссия сэра Гриффита и не может ли он нанести бесчестье нашему дому.
– Нет! – с полной уверенностью объявил Билли. – Сэр Гриффит так же заботится о безопасности леди Мэриан, как вы или… я.
– Крайне интересно. Но откуда ты это знаешь?
– Потому что он принес мне клятву.
Холодный озноб пронизал тело Уэнтхейвена. Он наклонился вперед:
– Обет?
– Он поклялся жениться на леди Мэриан.
При виде разъяренного лица хозяина голос Билли дрогнул, но тот уже не мог сдержаться.
– Жениться на леди Мэриан?! – почти взвизгнул он. – Он поклялся жениться на леди Мэриан?
– Да, и каждый год награждать ее ребенком… чтобы ей было чем заняться и не хватало времени то и дело попадать в беду, – выпалил Билли и тут же поспешно отпрянул, прикрываясь руками.
Но Уэнтхейвену было не до него. Он злился не на Билли, а на сэра Гриффита. Подумать только, вообразил, что может жениться на дочери Уэнтхейвена! А Мэриан! Вместо того чтобы покорно играть предназначенную ей в планах отца роль, эта дерзкая тварь…
Она его дочь, черт бы все побрал! Он считал, что она опозорила его, приведя в дом ублюдка, но девчонка отказалась просить прошения или что-либо объяснить, и, справившись с гневом, Уэнтхейвен неожиданно понял причину ее упорного молчания. Ее сын… как его звали… Лайонел? Лайонел был очень похож на Йорков… Больше того, казался живым портретом короля Англии Ричарда.
Королевские ублюдки, конечно, ничего не стоили, не играли никакой важной роли, особенно если приходились детьми низложенному королю, но у Уэнтхейвена были свои подозрения относительно обстоятельств рождения мальчишки. И, в конце концов, пусть он даже ошибается. Что ему терять? Граф приходился родственником вдовствующей королеве со стороны Вудвиллов, и по мере того, как Генрих все прочнее укреплялся на троне, все меньше ему имело смысла пытаться сохранить преданность Уэнтхейвена, да и остальных Вудвиллов. Уэнтхейвен с горечью наблюдал, как его положение с каждым днем становится все более шатким, а клятва верности, данная Генриху, не могла идти ни в какое сравнение с принесенным в юности обетом добиться власти и могущества.
Так что он был даже благодарен Мэриан. Она принесла в его дом королевское дитя, и теперь можно было начинать большую игру. Может, она вовсе ничего не замышляла и не хотела, чтобы он строил замыслы, но, в конце концов, он – ее отец и знал, что лучше всего для дочери.
Граф утешал себя тем, что хорошо знает дочь. Она ненавидела жизнь в глуши, вдали от веселой, полной развлечений жизни при дворе. И, конечно, хотела для сына всего самого лучшего. Мэриан, несомненно, по достоинству оценит его усилия, когда они увенчаются успехом! Поэтому Уэнтхейвен строил планы в ожидании подходящего момента. Теперь же, когда этот момент настал, Мэриан сбежала – бросилась в объятия какого-то мелкопоместного валлийского рыцаря, вообразившего, что он достаточно хорош для дочери графа!
Уэнтхейвен судорожно прижал руку к животу. Будь проклята Мэриан! Это она зажгла в его внутренностях огонь, погасить который не сможет и море вина! А поглядите только на ее верного защитника Билли! Удрал на другой конец комнаты и с тоской поглядывает на дверь в поисках выхода.
Находилось немало людей, убеждавших Уэнтхейвена, что тот в приступе ярости становится похожим на дьявола… но сейчас слишком многое было поставлено на карту, чтобы давать волю гневу. По всей видимости, сейчас главное – войти в доверие к Билли, задача отнюдь не из легких, поскольку Билли столько лет был свидетелем явного пренебрежения родительским долгом. Но при умелом подходе можно многого добиться, а Уэнтхейвену этого умения было не занимать.
Как убедить этого болвана, что он заботится только о безопасности Мэриан? Конечно, можно силой заставить Билли сказать правду о том, где скрывается дочь, и о роли Гриффита в ее исчезновении, но он не сможет вынудить стражника сделать что-то, грозившее причинить зло Мэриан или ее сыну. Пытаясь успокоиться, граф позвал:
– Хани! Сюда, девочка!
Собака села и восторженно завиляла хвостом, а когда Уэнтхейвен похлопал себя по колену, прыгнула в объятия хозяина с такой готовностью, словно доверяла ему жизнь. Да так оно и было. Этот пес – любящий, верный, готовый на все, чтобы угодить, – никогда не подведет его, никогда не предаст… как, впрочем, и он его. Хани боготворила графа и чувствовала, какой великолепный контраст представляла ее золотистая шерсть с богатой тканью его дублета. Но сам граф настороженно наблюдал за Билли, предчувствуя его реакцию.
Ни один человек, заслуживший такую безусловную любовь собаки, не может быть таким уж плохим. Ни один человек, так трогательно заботившийся о своей любимице, не может желать зла дочери. Уэнтхейвену даже не надо было смотреть на Билли, чтобы понять: с каждым взмахом руки, гладившей спаниеля, Билли все больше и больше терял бдительность. Почувствовав, что настроение стражника изменилось, граф небрежно бросил:
– Билли, принеси нам со стола каравай хлеба и сыр. Нужно немного подкрепиться, прежде чем ты поведаешь мне, каким образом сэр Гриффит принёс тебе обет.
Взвешивая каждое слово, Билли заговорил:
– Он шел по следу леди Мэриан, совсем как я. Ну… не мог же я оставить его одного, разве что он сам решил бы бросить поиски. Когда я в последний раз видел сэра Гриффита, он следовал за ней в Уэльс.
– В Уэльс? – не веря, повторил Уэнтхейвен. – Что заставило ее отправиться в Уэльс?
– Сэр Гриффит объяснил, что она решила, будто он не догадается искать ее там. Боюсь… – Билли постучал по лбу мясистым пальцем. – Думаю, ее гнал страх.
– Но чего она могла испугаться?
– Не знаю.
– Она провела ночь в спальне сэра Гриффита?
Билли покачал головой.
– Неужели не призналась тебе? И, готов биться об заклад, сэр Гриффит тоже промолчал.
Билли явно потерял равновесие и уверенность в том, что правильно оценил характер Гриффита, и Уэнтхейвен поздравил себя с успешной атакой.
– Ну… а теперь поговорим о благополучном возвращении леди Мэриан.
– Ее благополучном возвращении? – тупо повторил Билли.
– Конечно. – Уэнтхейвен почесал собаку за ухом. – Леди Мэриан должна вернуться?
Билли нервно надломил кусочек хлеба.
– Но… только не в том случае, если она решит отправиться в Уэльс с сэром Гриффитом.
– Билли, но ведь речь идет не о крестьянской девушке. Мы говорим о дочери графа Уэнтхейвена. Если сэр Гриффит хочет на ней жениться – а я не сомневаюсь, что это именно так, – будь уверен, он делает это отнюдь не из горячей любви. У леди Мэриан богатое приданое. Конечно, его семья захочет узнать, сколько за ней дадут, а мне нужно осведомиться, какова будет вдовья часть, если муж леди Мэриан безвременно скончается. Необходимо обсудить брачные контракты, списки белья и одежды, которую привезет с собой Мэриан. Леди Мэриан просто необходимо вернуться – ведь нужно приготовить акты о передаче земли и денег.
Билли, шаркая, поплелся к хозяину и, уставясь на хлеб с сыром, которые по-прежнему держал в руке, пробормотал:
– Сэр Гриффит женится на леди Мэриан не ради денег.
– Возможно, нет. Порежь, пожалуйста, хлеб. Не хочется тревожить собаку, когда она так уютно устроилась. Но Пауэл, конечно, не откажется от денег. Мое богатство достанется валлийцам! Перенести это невозможно!
– Это беспокоило и меня. Не ваши деньги, конечно, а то, что сэр Гриффит – валлиец. – Билли, достав нож из-за пояса, отрезал ломоть хлеба и передал графу. – Думаете, он все же дикарь?
– Не хотелось бы встретиться с ним на поле брани, если, конечно, ты это имеешь в виду. Но сомневаюсь, что он причинит зло леди Мэриан. – Уэнтхейвен скормил Хани корочку хлеба. – По крайней мере серьезное зло. – Подняв глаза, граф встретился с перепуганным взглядом Билли. – Но вот Харботтл… Я вышвырнул его из замка.
– Рад слышать, милорд! – искренне ответствовал Билли.
– Да, он дурной человек. Но и со стороны Гриффита было настоящим зверством так хладнокровно вывернуть правую руку Харботтла из сустава! – Уэнтхейвен откусил кусочек хлеба и задумчиво прожевал. – Не заметил ли ты сломанных костей у леди Мэриан, когда та покидала замок?
– Н-нет, – пролепетал Билли. – И синяков тоже. Правда, было слишком темно, чтобы ясно видеть.
– М-м… хорошо. Возможно, она сбежала от Гриффита в порыве глупого девичьего смущения. Она, конечно, не девственница, но нее возможно.
Хлеб и жирный сыр немного успокоили желудок Уэнтхейвена. К тому же его усилия очернить Гриффита оказались даже слишком успешными. Откинувшись на спинку кресла, он снова начал плести паутину:
– Хотел бы я верить, что она по доброй воле решила выйти за него замуж, и готов сделать все, чтобы она не стала пленницей в крепости Пауэлов. Но как я могу просить добропорядочного англичанина проникнуть на чужую территорию, только чтобы не терзаться беспокойством за свою дочь?
Билли поднял руку, но Уэнтхейвен жестом успокоил его:
– Нет, Билли, дай мне подумать. – Он отломил кусочек сыра для Хани. – У меня много валлийских наемников, и они легко могут сойти за своих, но, по правде говоря, я им не доверяю. Они наверняка позабавятся с леди Мэриан, прежде чем вернуть ее, да еще и платы потребуют.
– Умоляю, милорд…
– Будь какой-нибудь способ…
Уэнтхейвен откусил большой кусок, набив рот так, что не смог говорить, и Билли наконец взорвался:
– Но, милорд, способ есть! Поставьте меня во главе наемников!
Уэнтхейвен проглотил сыр, откашлялся и, глядя в сверкающие глаза Билли, произнес:
– Ты не можешь командовать всеми этими негодяями-наемниками, и, кроме того, кто позаботится о защите Уэнтхейвена? Нельзя же оставить замок без солдат…
– У вас останутся англичане, – перебил Билли, – готовые оборонять Уэнтхейвен до последней капли крови. Но если вы хотите оставить валлийцев, дайте мне хотя бы троих. Всего троих, и я привезу леди Мэриан из Уэльса.
– Господь сохрани нас, кажется, тебя осенила верная мысль! – воскликнул Уэнтхейвен и, спустив собаку на пол, нагнулся, чтобы погладить ее, одновременно пытаясь скрыть сиявшее на лице торжество. – Что ж, я готов дать тебе пятерых. Пятерых наемников. Они проведут тебя через Уэльс и помогут вернуть леди Мэриан домой.
Билли застонал, но так тихо, что Уэнтхейвен едва расслышал его.
– Но что, если она захочет выйти замуж за сэра Гриффита? Готов поклясться, человек он благородный.
– Есть множество благородных людей, которые плохо обращаются с женами, – заметил граф, на что Билли согласно кивнул. – Но хотя я искал для нее другого, гораздо более знатного мужа, если Мэриан пожелает остаться с сэром Гриффитом, я дам ей свое благословение, хорошее приданое и стану называть валлийцев своими дорогими родственниками.
Билли явно стало нехорошо при одном упоминании о подобной возможности, но он все же превозмог себя и поднялся.
– Я сам выберу людей…
– Возьми Гледуина, – велел граф.
– Ему нельзя доверять.
– Он капитан наемников и знает как валлийский, так и английский. Ты должен взять его.
Билли пытался протестовать, но лучшей замены придумать не сумел.
– Как пожелаете, милорд, но я не спущу с него глаз.
– На твоем месте я поступил бы точно так же. – Дождавшись, пока Билли направится к двери, Уэнтхейвен пробормотал: – А он будет следить за каждым твоим шагом.
– Милорд? – недоуменно переспросил Билли.
– Огромное спасибо, Билли. Ты сумел развеять мои тревоги.
Уэнтхейвен махнул стражнику рукой и, улыбаясь, снова нагнулся к Хани. И только уверившись, что стражник уже далеко, подошел к окну и выплеснул остатки эля. Вернувшись к столу, граф налил две чашки вина, взял одну, направился к портьерам, закрывающим стену, и мощным рывком отдернул занавес.
– Выходи и выпей со мной, дорогая, – предложил он, – и никогда не воображай, что можешь шпионить за хозяином.




Предыдущая страницаСледующая страница

Ваши комментарии
к роману Наперекор всем - Додд Кристина



Неплохо но затянуто, кое-где приходилось перечитывать, теряла нить рассказа. rnБольше понравились отношения отца и матери главного героя, чем главных героев. Как-то так. Вообще почитать можно на один раз
Наперекор всем - Додд КристинаАни
29.08.2012, 16.14








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100