Читать онлайн Мой верный рыцарь, автора - Додд Кристина, Раздел - 6 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Мой верный рыцарь - Додд Кристина бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 9.7 (Голосов: 10)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Мой верный рыцарь - Додд Кристина - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Мой верный рыцарь - Додд Кристина - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Додд Кристина

Мой верный рыцарь

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

6

В сопровождении Элисон сэр Дэвид вошел в свою комнату. Элисон содрогнулась при мысли, что ее личная охрана и безопасность замка окажутся в руках этого человека. В его грязных руках!
«Он станет пригляднее, когда вымоется», – сразу возразила она самой себе и сделала знак служанкам. Те тут же принялись раздевать его, бросая одежду в корзину для стирки.
– Быть может, отдать это нищим? – сказала одна, держа двумя пальцами тряпье, которое Дэвид называл своими штанами.
– Никакой нищий их не возьмет, – отвечала ей Эдлин.
Голос Эдлин отвлек Элисон от ее размышлений.
– Ступай, голубушка, – сказала она. – Девицам не подобает мыть гостей.
– А вы его сами мыть собираетесь? – ядовито спросил стоявший в дверях сэр Уолтер.
Изумленные женщины взглянули на него, потом на Элисон.
Он уперся кулаками в бока:
– А вы разве не девица?
Она так рассердилась, что с трудом могла говорить:
– Я вдова.
Этот человек совсем лишился ума. С чего он взял, что у него есть право осуждать ее поступки? С каких пор он настолько потерял к ней уважение, что мог позволить себе безнаказанно оскорблять ее?
Ответ был ей известен.
С тех пор, как она призналась ему, на какой риск пошла, чтобы сделать то, что считала своим долгом. Он не понимал, что она ни в грош не ставила его мнение. Она платила ему жалованье и ожидала от него безоговорочной преданности. Он не оправдал ее ожиданий, но все же, помня его прежние заслуги, она не могла отказать ему в месте.
Машинально Элисон проверяла все приготовления к приему гостя. Она послала Эдлин распорядиться насчет ужина. В камине жарко горел огонь. Элисон пощупала матрас. Запах чистоты исходил от проветренного постельного белья. Заглянув в кувшины на столе, она нахмурилась. Возбужденные тем, что им довелось прислуживать легендарному наемнику, служанки забыли довести приготовления до конца.
Возле лохани одна из них взвизгнула, и Элисон раздраженно оглянулась на толпу девушек, окружавших Дэвида. Это что еще за вольности! Уж не воображают ли они, что раз он человек-легенда, значит, он и послан им в ответ на молитву? Она взглянула на разъяренного сэра Уолтера. Может, и он так думает? Не потому ли он стоит поодаль, наблюдая и ощетинившись, как сторожевой пес?
На мгновение толпа расступилась, и Элисон увидела Дэвида. По его обнаженному телу струилась вода. Нет, он не воплощение девичьей мечты. Разве что мечты кухарки, настолько он был худ. Или мечты прачки; ей еще не случалось видеть человека, прямо-таки заросшего грязью. Придется немало потрудиться, чтобы его отмыть, и что бы там ни думал сэр Уолтер, она выполнит свой долг хозяйки. Закатав рукава, Элисон взяла передник, приготовленный для нее служанками. Если бы это было возможно, она оставила бы его на их попечение, но теперь она не могла отступить, иначе сэр Уолтер счел бы себя победителем.
Ее спокойный голос мгновенно прекратил болтовню.
– А где вино и вода, если нашему гостю захочется ночью пить?
Хетти прижала руку ко рту. Раньше она была личной служанкой Элисон, но когда появилась Филиппа, ее сделали старшей над прислугой. Иногда, растерявшись, она забывала о своих обязанностях.
– Что еще не сделано? – спросила Элисон.
Толпа вокруг Дэвида растаяла. Хетти бегала по комнате, проверяя, как справилась со своим делом каждая из девушек. Все они оставались в спальне, надеясь, как думала Элисон, взглянуть еще разочек на легендарного наемника. Это мало ее беспокоило. Она опасалась не избытка гостеприимства, а того, что оно окажется недостаточным.
При ее приближении Дэвид глубже опустился в лохань, словно надеялся раствориться в ней.
Намыливая мочалку, Элисон попыталась смягчить его неловкость учтивым разговором:
– Как вам нравится эта комната?
Он наклонился вперед, позволив ей потереть ему плечи.
– Чудесная комната, – отвечал он вежливо. – Это ваша?
Ей захотелось вцепиться ногтями ему в спину. Элисон надеялась, что у него хватит ума не делать дурацких намеков. Она наслушалась их от множества рыцарей и лордов, считавших, что она томится жаждой по неизведанному наслаждению, и готовых удовлетворить эту жажду. Но обычно несколько холодных слов, как капли ледяной воды, охлаждали их пыл, и они уже больше ей не докучали.
Сегодня она не была столь тактичной. Она устала после дороги, и обязанности хозяйки казались ей невыносимо обременительными. Выжимая мочалку на голову Дэвида, она постаралась, чтобы щелок попал ему в глаза. Он с воплем вскочил и начал их яростно тереть. Подбежавшая с кувшином Хетти плеснула ему в лицо чистой водой. С покрасневшими глазами и злобной гримасой на лице Дэвид повернулся к Элисон. Она хотела кротко извиниться, но вместо этого неожиданно для себя сказала:
– Вы будете спать здесь один, сэр Дэвид. Но я уверена, любая из служанок согласилась бы составить вам компанию, хотя бы из любопытства. А теперь, если вы будете так любезны, мы покончим с…
Он схватил ее за руку с такой силой, что она испугалась, как бы он не окунул ее в воду. Воспитание говорило ей, что она это заслужила, дав волю своему раздражению. Но Дэвида ей нечего было опасаться, она могла с ним справиться.
– Так это моя комната? – спросил он.
Она стояла не шелохнувшись.
– Я же сказала.
– Я буду спать здесь… один?
– Да.
Ее мыльная рука выскользнула из его руки, и он не сделал попытки завладеть ею снова.
– У вас для каждого найдется комната?
– Для моих гостей. – Она начала понимать причину его удивления. – Вам не подобает спать на полу в холле вместе со слугами. У сэра Уолтера есть свое помещение в сторожке, где он может быть наготове в случае нападения, но я решила, что вы должны спать в башне.
– Поскольку я должен охранять вас. Она почувствовала, что сказала что-то не то:
– Да, вы должны охранять меня.
– Я могу с этим справиться, – выступил вперед сэр Уолтер.
От раздражения у нее задрожала рука, но она продолжила по обыкновению спокойно:
– Вы должны охранять весь замок и деревню. У вас нет времени на особое внимание, в котором я теперь нуждаюсь.
Она ожидала, что Дэвид добавит что-нибудь. Но он сидел в лохани и смотрел на них, как будто предвкушая забавное зрелище. Элисон еле сдержалась, чтобы не огреть его чем попало.
Сэр Уолтер, ворча себе под нос, отвернулся.
Дэвид наклонился вперед, подставляя ей спину. От шеи по спине извивался шрам. Когда Элисон намыливала его, то заметила, что у одного уха не хватает мочки. Она старалась прикасаться к этому месту осторожнее, но Дэвид, улыбнувшись, сказал:
– Ничего, трите как следует, мне не больно.
– Каким образом вы его лишились? – осторожно спросила Элисон.
В комнате все затихли, стараясь услышать его ответ.
– Я допустил ошибку, – Дэвид помрачнел.
– А ваш противник… – она остановилась, не зная, как продолжать.
– Его вдова уже снова замужем.
Это был краткий ответ сразу на несколько вопросов. Он не хвастался своими победами, а ей хотелось о них узнать. У нее были на это другие причины, чем у ошалевших от восторга служанок, – ей нужны были доказательства его доблести.
Он откинулся назад, и на его груди она увидела другие шрамы, полученные в сражениях и в борьбе за выживание. Сильные предплечья, привычные к обращению с щитом и мечом, пружинились мускулами. На кистях рук голубели вздувшиеся вены. На левой руке не хватало мизинца.
Приподняв его руку, она с ужасом спросила:
– Это вас мечом?
– Топором.
– Его вдова тоже уже замужем?
– Нет, – сказал он с отвращением. – Это была просто потасовка.
Элисон снова поглядела на то место, где должен был быть мизинец.
– Вы хотите сказать, драка ради потехи?
– Нет, – терпеливо объяснил он. – Для практики. Мы устраивали такие бои для практики и для развлечения придворных. – Он поднял руку, улыбаясь. – Размахнись сэр Ричард посильнее, и я бы потерял всю руку. – Окунув ее в воду, он добавил: – Я был тогда еще неопытный юнец, и мне просто повезло.
Повезло? Она думала иначе. Разные виды оружия оставили следы на его груди, а ребра выступали с ужасающей отчетливостью.
Быть может, он и вправду мог съесть целого гуся.
Элисон не могла вымыть ту часть его тела, что была скрыта под водой, а ей этого очень хотелось, и совсем не потому, что она была любопытна. Ей довелось мыть многих мужчин, и все они были одинаковы, даже легендарный сэр Дэвид. Но сэр Дэвид, очевидно, не слишком любил мыться, и она не знала, когда ей удастся убедить его вновь подвергнуться этому испытанию.
– Встаньте, – приказала она.
Он не отозвался, но высунул из лохани одну ногу и повернулся так, словно ему было в ней тесно. Да, она действительно была мала для человека его роста. Элисон принялась мыть ему ногу. Пальцы были обезображены мозолями, и от лодыжки до колена краснели шрамы.
– Ожог? – с сочувствием спросила она.
– Кипящей смолой со стены во время осады, – отвечал он.
– Вы захватили замок? – Она подняла его ногу и стала тереть ее с другой стороны.
– Да.
Над мускулистой икрой выступало острое колено, а бедро казалось несоразмерно худым.
Протянув руку ладонью вверх, Элисон молча ожидала, что он положит на нее другую ступню. Он пристально смотрел на ее руку. Она настойчиво пошевелила пальцами, и он, медленно подняв ступню, опустил ее ей на руку. На этой ступне у него не хватало большого пальца, и кожа плотно натянулась, обтягивая кость.
Она еще не успела спросить, как он сказал:
– Та же самая осада. Я бежал по подъемному мосту, когда решетка опустилась мне на ногу. Слава Богу, что не на голову.
– Да, Бог был к вам милостив. – Она с удивлением осознала, что сказала это искренне. Он так часто был на пороге смерти, и каждый раз ему удавалось спастись.
Дэвид громко сказал, так, чтобы его услышали все находившиеся в комнате:
– Вот так и становишься легендой. Если ухитришься протянуть на этом свете столько, что можешь хвастать своими подвигами.
– А может быть, если окажешься первым на подъемном мосту?
– Первому достается лучшая добыча.
«Первого и убивают первым», – грустно подумала Элисон, но ничего не сказала. Она спешила закончить мытье, чтобы Дэвид мог поскорее поесть.
Когда она терла ему бедро, он издал какой-то странный звук. Элисон вопросительно подняла брови, но он плотно сжал губы и покачал головой.
Вымыв мочалку, Элисон снова намылила ее:
– Встаньте, я не могу вас домыть.
Дэвид продолжал сидеть, ухватившись за края лохани, словно прилипнув к ней.
– Может быть, он лишился не только пальцев на руках и ногах, – насмешливо бросил из своего угла сэр Уолтер.
Все глаза устремились на Дэвида. А что, если он разозлится и тут же разорвет сэра Уолтера на куски?
Но Дэвид медленно улыбнулся. Он глубоко дышал, и в каждом вздохе чувствовалось удовлетворение. Как чудовище со дна горного озера, он поднялся из лохани и предстал перед ними во всей своей красе.


Громко рассмеявшись, Дэвид перевернулся в постели и ударил кулаком по подушке. В жизни ему не забыть, как преобразилось насмешливое лицо сэра Уолтера. Дэвид все еще ощущал испытанное им при этом удовольствие. Больше сэр Уолтер не бросит ему подобный вызов.
Элисон… Дэвид повернулся на спину, закинул руки за голову и стал пристально рассматривать балдахин у себя над головой. Элисон – это другое дело. Он не знал, что подумала она.
Все это произошло из-за мытья. Элисон терла его грубой мочалкой и скребла до тех пор, пока кожа у него не покраснела. Но Дэвид не чувствовал ничего, кроме прикосновения ее рук. Он не встал, когда она велела, не желая смутить ее. Но когда сэр Уолтер раздразнил его и он поднялся, Элисон нисколько не смутилась. Дэвид не знал, чего ожидал. Изумления, восторга? Ничего подобного он, конечно, не дождался. Она даже и бровью не повела, не улыбнулась, не нахмурилась. Если Элисон и была под впечатлением, то ничем этого не обнаружила.
– Как вы спали?
Дэвид подскочил от неожиданности и поспешно натянул на себя одеяло. Только он о ней подумал, а она тут как тут, с охапкой белья в руках и приятной улыбкой на лице.
Он посмотрел на нее снова. Наверно, было преувеличением назвать эту улыбку приятной. Элисон просто чуть-чуть приподняла уголки губ, как ее учили в детстве. Но ему это понравилось. Ему нравилось, как она выглядела сегодня утром: в бледно-голубом платье и ярко-голубом платке, закрывавшем ее волосы. На поясе у нее висело кольцо с ключами, символ ее верховной власти в замке Джордж Кросс.
Перевернувшись на живот, Дэвид оперся подбородком на руки и усмехнулся:
– Так странно чистому лежать на душистых простынях в отдельной комнате, но мне кажется, я смогу к этому привыкнуть.
– Да, чистым быть приятно. – Элисон положила белье на скамью у камина. – И это еще приятнее для окружающих, – подчеркнуто добавила она. – Солнце встает. Пора вам приниматься за ваши обязанности.
Улыбка исчезла с его лица:
– Мои обязанности?
– Вам нужно поговорить с сэром Уолтером. Я сказала ему, чтобы вам предоставили возможность ходить повсюду и говорить с кем вы пожелаете.
– Очень любезно с вашей стороны, миледи.
Не обращая внимания ни на слова, ни на тон, которым они были произнесены, Элисон развернула тунику из красного полотна и темно-синюю котту.
– Я думаю, это вам подойдет по размеру и по цвету.
В недоумении он повторил:
– По цвету?
– Человек вашего роста, загорелый, с карими глазами и каштановыми волосами должен стараться не походить на древесный ствол.
Дэвид подозрительно оглядел одежду в ее руках:
– Неплохо походить на древесный ствол, когда кругом опасность.
– Я подумала и об этом. – Элисон развернула темный плащ с зеленой отделкой. – Вам вряд ли что грозит при свете дня, а рано утром и поздно вечером этот плащ согреет вас и скроет от любопытных глаз. Вставайте, я подстригу вам волосы.
Прошлой ночью она оставила ножницы на столе и явно о них не забыла. Чем ей так мешала его грива? Или это был своего рода ритуал, исполнявшийся над каждым, кто переступал порог замка леди Элисон?
– Дайте мне сначала одеться. – Дэвид впервые задумался, почему она пришла к нему сама. Хозяйка замка не обязана приносить ему одежду. Может быть, старшая служанка была права, хихикая сказав, что он приглянулся их госпоже, когда его отмыли.
Голый, как новорожденный младенец, он ступил на скамеечку для ног у постели, а потом на пол, не сводя глаз с Элисон:
– А штаны принесли?
Она показала ему штаны из черной шерсти.
– Надевайте. А потом садитесь на скамью. Не станем засыпать чистую тунику обрезками волос.
Он повиновался, все время наблюдая, не проявит ли она какой-нибудь признак интереса. Ни малейшего! Элисон разложила полотенце на столе, потрогала острие ножниц и, скрестив руки, ожидала, когда он усядется.
«Как с ней легко», – удивленно подумал Дэвид. Этому способствовало ее безмятежное выражение, которое поначалу так раздражало его. И в то же время ему хотелось так или иначе вызвать в ней какое-нибудь проявление чувств. Он сел и, когда она накрыла ему плечи полотенцем, мягко спросил:
– Почему вы ушли вчера?
Он видел, как ее рука с гребнем из слоновой кости приблизилась сзади к его голове, потом снова отдалилась. Гребень вцепился ему в волосы со лба, потом соскользнул назад к затылку и, запутавшись, застрял у шеи.
– Ой! – Он схватил ее руку, пытавшуюся разделить сбившиеся пряди. – Ой, не надо!
Он услышал тихий мелодичный смех и попытался повернуться, чтобы увидеть это чудо. Гребень еще сильнее впился ему в кожу.
– Вы всегда так стонете? Не хотела бы я оказаться рядом с вами, когда вы ранены всерьез.
– То другое дело. Без этой боли можно было бы и обойтись.
Он скрестил руки на груди и сердито смотрел прямо перед собой, в то время как гребень тянул и дергал его волосы в разные стороны. Он понял, что Элисон просто хотела сменить тему разговора, и это ей удалось.
– Чертовка! – пробормотал он.
Гребень замер.
– Что?
Он выпрямился, сожалея о былой широте своих плеч. За долгие месяцы недоедания его вид стал куда менее внушительным.
– Я спросил, почему вы не домыли меня вчера?
Ее рука снова мелькнула перед ним и, вооружившись ножницами, исчезла. Элисон щелкнула ножницами в воздухе, и Дэвид почувствовал у шеи прикосновение холодного металла.
Это у нее хорошо получилось, очень хорошо. Только очень умелый дипломат может дать почувствовать угрозу, не произнеся ни единого слова. Но зачем бы ей ему угрожать? Ведь он только задал простой вопрос.
Элисон, видимо, это поняла, потому что сразу же сказала:
– Я прошу извинить меня за то, что я покинула вас, но в первый день по возвращении домой у меня было много других дел, например, успокоить сэра Уолтера после вашего впечатляющего представления.
– Вот как? – живо отозвался он. – Так оно вам действительно показалось впечатляющим?
Ножницы раздражающе щелкали в его волосах, и по спине у него пробежала дрожь. Тонкие пряди волос, кружась, падали к его ногам.
– Все женщины в замке сочли его впечатляющим. Если они и не видели всего сами, то до них дошли преувеличенные слухи.
– Но на вас оно произвело впечатление?
Она сдула волосы с его уха, и он вздрогнул, но не от испуга.
– Большое впечатление. – Ее голос прозвучал отрывисто, как щелчок ножниц.
– Только не слишком коротко, – сказал он удовлетворенно.
– Разве вы мне не доверяете?
Странно, но когда он не смотрел на нее, ему было легче разгадывать ее настроение. Вопреки ее желанию, голос выдавал ее, и движения становились неловкими, когда он ее поддразнивал.
– А вы мне доверяете?
Гребень и ножницы застыли в воздухе.
– Что вы хотите этим сказать?
– Вы мне не объяснили еще, какая опасность вам угрожает. Ведь я здесь именно для того, чтобы защитить вас от какой-то опасности.
Гребень и ножницы снова пришли в движение.
– Кто-то невзлюбил меня.
– Настолько, чтобы выпустить в вас стрелу?
– Очевидно.
– Почему?
– Я не знаю.
«Это ложь», – решил он.
– Кто?
– Я не знаю.
Снова ложь. Но то, что она рассказала ему, было почти так же интересно, как и то, о чем она умолчала. А всего интереснее было узнать, почему она ему это рассказала. Когда Дэвиду нужно было что-то у нее выяснить, ему приходилось начинать с предмета, которого она желала избежать, а потом дать ей возможность заговорить о чем-то другом.
– Почему вы не обратитесь к королю с жалобой на этого лорда, который преследует вас?
Длинные волосы щекотали ему лицо. Он дунул, и она рассердилась:
– Перестаньте. Мне их тоже надо подстричь. – Она переступила через скамейку и остановилась перед ним.
Сквозь тонкую голубую ткань он почувствовал прикосновение ее грудей. Они просили поцелуя. Он почти что слышал, как они произносили его имя, и хотел прижаться к ним ухом, чтобы лучше расслышать. Вероятно, им было тесно под платьем, вероятно, они просили дать им свободу. Вероятно… ему лучше воздержаться от еще одного впечатляющего представления. Хриплым голосом он повторил:
– Почему бы не обратиться к королю?
– Король Генрих и так уже пытается оказать на меня больше влияния, чем это позволено традицией и законом. Я не хочу быть ему обязанной.
– Я понимаю ваше отношение к королю, но если бы нашелся мужчина, который бы о вас позаботился… – Прядь волос угодила ему прямо в открытый рот.
Она отступила назад, наблюдая за тем, как он плевался и чихал.
– Мне не нужен никакой мужчина, – уверенно сказала Элисон, когда он успокоился.
– Откуда вам знать? – Дэвид откинул с лица волосы. – Ваши служанки называют вас старейшей вдовой-девственницей в Англии.
По своему обычаю она восприняла это хладнокровно.
– Я хотела сказать, что не нуждаюсь в муже для защиты. Проще было нанять вас.
Элисон не отрицала своей девственности, отметил он про себя.
– А я хотел сказать, что вам бы стоило взять мужчину к себе в постель и обнаружить, чего вам не хватает.
– Я полагаю, у вас есть наготове претендент.
Улыбаясь своей самой сногсшибательной улыбкой, он откинул в сторону последнюю длинную прядь.
– А почему бы и не я сам?
– Потому что вы – барон из мелких землевладельцев. Что вы можете мне дать?
– Удовольствие.
Его откровенность ошеломила ее, но она тут же отрезвела.
– И ребенка через девять месяцев. Тогда нам пришлось бы составлять брачный контракт, и вы не могли бы дать мне ничего, равного тому, что я уже имею.
– По-моему, куда важнее вопрос о том, что бы могли мне дать вы. – Он с удовлетворением увидел, как она раскрыла от изумления рот. – Такое богатство, как ваше, мне и во сне не снилось. – Дэвид вздохнул. – Церковники говорят, что за деньги счастье не купишь, но я хотел бы попробовать.
– Значит, вы признаете, что вам нужно только мое богатство, как и тысячам других рыцарей?
Дэвид был вне себя от восторга. Элисон не отвергла его сразу же со смехом. Маленькая рыбка шла на его приманку.
– Вовсе нет. У вас великолепные земли, но вы тоже очень привлекательны. – Она хотела было возразить, но он добавил: – Когда вы молчите. Только это бывает нечасто. Я человек смирный. Правда, я доказал, что я сильнее всех рыцарей в Англии. Всех, кроме одного, – добавил он сквозь зубы. – Но мне нет необходимости доказывать, что я сильнее женщин. Я их не обижаю. Свою покойную жену я никогда и пальцем не тронул. Спросите у любого из моих людей. Я не бью слабых и не обижаюсь, если женщина жалит меня своим языком. – Он наклонился к ней. – Со мной, миледи, вы можете всегда быть правы, и я ничего не буду иметь против.
– Я и так всегда права, – сказала она нетвердым голосом.
– Мужчина не раздумывая мог бы убить такую женщину, как вы. – Он взял ножницы у нее из рук. – Ради себя самой вам лучше выйти за того, кто отвечает на ваши насмешки острым словцом, а не ударом. – Дэвид сам отстриг последнюю длинную прядь своих волос.
– О нет, – кинулась к нему Элисон. – Смотрите, что вы наделали!
– А что?
– Вы отрезали криво. – Она снова расчесала ему волосы, распрямила их, разгладила и покачала головой. – Теперь мне снова придется стричь вам перед. В замке все подумают, что я разучилась.
– Не можете же вы все делать сами. Вы не можете быть одновременно хозяйкой, главным рыцарем и цирюльником. Это слишком большая нагрузка для одного человека. Поверьте мне, я знаю по опыту. – Он похлопал себя по груди. – Я тоже пытался делать все один. Вместе мы бы разделили наши обязанности пополам.
– И удвоили бы заботы.
Пусть ей и не удалось подровнять ему волосы, он утешился мыслью, что они снова отрастут.
– Король желает, чтобы вы вышли замуж, и вы будете замужем. Вы спрашивали, какие преимущества принесет вам брак. Разве вам недостаточно того, что у вас всегда будет преимущество перед вашим мужем?
Она пристально осмотрела результаты своего труда. Снова расчесав ему волосы, Элисон пригладила челку и близко наклонилась к его лицу. Дэвид снова ощутил прикосновение ножниц, но тепло ее рук согрело их.
– Замужняя женщина – собственность своего мужа. Она не может ничего сделать без его разрешения. – Она отошла и посмотрела на него со стороны. Кошачья улыбка пробежала у нее по губам, но тут же исчезла под его пристальным взглядом. – Все преимущества утрачиваются с подписанием брачного контракта.
– Вы к себе несправедливы. Предупреждаю вас, леди Элисон, что я намерен показать вам преимущество, которое вы всегда будете иметь передо мной. – Дэвид громко засмеялся. – Подойдите сюда.
– Что? – Элисон отступила на шаг, что было для нее проявлением крайней настороженности.
– Мне нужна помощь, чтобы надеть это платье и кольчугу, а у меня нет сквайра.
– Я вам его найду.
– Я буду очень благодарен. – Дэвид наклонил голову.
С минуту она колебалась, а потом подошла к нему.
– А пока я вам помогу.
Что за храбрая женщина! Глупая, но храбрая.
– Если ваш нож отточен, я вас побрею, прежде чем вам одеваться.
Он вспомнил молчаливую угрозу ножниц. А теперь она хотела приставить ему нож к горлу!
– Нет, благодарю вас.
Элисон одарила его улыбкой, и он почувствовал, как ловко она поставила его на место. Но другие, еще более могущественные люди тоже пытались ставить его на место. Дэвид оказывался и в более трудных положениях и всегда выходил из них закаленным, окрепшим духом, недосягаемым. Тяжелая жизнь многому его научила, и в этом у него было преимущество перед этой высокородной леди. Только он не должен об этом забывать.
Когда Дэвид снял с плеч полотенце и вытер себе шею, Элисон разложила на столе тунику и котту.
Категорическим тоном, словно разбаловавшемуся ребенку, она приказала ему:
– Поднимите руки.
Он повиновался, напрягая мускулы.
– Вам не кажется, что я чересчур худ?
– Да, – согласилась Элисон, одергивая на нем тунику, чтобы прикрыть его наготу. – Но если вы будете есть, как вчера вечером, вы скоро опять поправитесь.
Элисон осмотрела его с ног до головы, и он отчетливо увидел в ее глазах довольный блеск.
– Тогда вы вернете себе свой титул. И опять станете самым знаменитым наемником в Англии.
Лучше бы она в него нож всадила! С момента своего прибытия в замок Дэвид всячески старался забыть о своем поражении, а теперь она j упомянула об этом небрежно, как будто не было никаких сомнений, что он вернет себе былую славу. Он-то знал, что этому не бывать. Дэвид знал, что его мастерство не на высоте, еще до того, как завоевал себе Мэри с ее землями, а все последние годы он был скорее фермером и овцеводом, а не воином. Только хитрость и опыт спасали его от неминуемого и унизительного поражения на глазах короля.
Значит, вот как она себя высоко ценит! Чтобы завоевать ее, он снова должен стать легендарным наемником. Но это было невозможно, и он это знал.
– Что? – недоуменно спросила Элисон, как будто прочитав его мысли.
Она вроде бы и не поняла, какую боль она причинила ему своей уверенностью. На лице у нее не было и тени коварства. Но ведь ее лицо всегда было бесстрастным.
Стало быть, она верит в него. Лучше ему поскорее на ней жениться, прежде чем она узнает о нем правду – или его проклятая искренность заставит его признаться ей.
– Где ваша кольчуга?
Его кольчугу, его гордость и отраду, отдали вчера ее оружейнику почистить и смазать, но Элисон об этом не знала.
– Не думаю, что она мне понадобится сегодня. Ни один человек в здравом уме не станет покушаться на меня в такую погоду.
Элисон подняла голову и услышала то же, что и Дэвид. Утренний туман разрядился затяжным проливным дождем.
Дэвид натянул штаны и начал завязывать подвязки на левой ноге. Заметив, что Элисон наблюдает за ним, вместо того чтобы помочь, он понял, что сделал глупость. Надев переднюю подвязку на правую ногу, он озабоченно сказал:
– У меня старая рана в верхней части бедра. Она не позволяет мне нагнуться, чтобы завязать правую ногу. – Никакой раны у него не было, но ей это было неизвестно. Если только она вчера не пригляделась получше.
Очевидно, нет. Элисон опустилась на колени и стала искать вторую подвязку. К тому времени, как она нашла ее и завязала, ему пришлось закрыть глаза и стиснуть зубы, чтобы подавить волну желания. Он попросил ее помочь в шутку, посмотреть, как она будет справляться с обязанностями жены, и теперь расплачивался за свое легкомыслие сладкой мукой.
– Готово, сэр Дэвид, – лукаво сказала она. – Будут еще какие-нибудь просьбы?
Ее тон заставил его открыть глаза и взглянуть на нее. Не то чтобы в нем было что-нибудь оскорбительное или откровенно насмешливое, но, наблюдая за ней уже несколько дней, Дэвид понимал, что она просто забавляется.
Когда Элисон опустилась рядом с ним на колени, у него возникло большое искушение показать ей, что бы он еще хотел, чтобы она сделала. Но это было бы преждевременно. Он промолчал, но когда она повернулась к выходу, торопливо сказал:
– Есть еще одна.
Его руки обхватили ее талию. Они моментально согрелись, и он притянул ее к себе.
Обычно женщины были для него источником удовольствия. Вот и теперь ему хотелось насладиться ее нескрываемым удивлением, вызванным его поступком, но опыт подсказывал ему, что выгоднее было сразу же воспользоваться своим преимуществом.
Одной рукой он обхватил ее спину, так что от неожиданности она покачнулась.
– Элисон?
Она невольно вскинула голову, и он поцеловал ее.
Ее холодные сухие губы изумили его своим любопытством. Пусть она в этом и не признавалась, но всем своим существом она жаждала еще неизведанного ею.
Дэвид прервал поцелуй:
– Вас кто-нибудь когда-нибудь целовал?
– Не так, чтобы я это запомнила.
Вникнув в смысл ее слов, он весело сказал:
– Это вызов. – И снова нагнулся к ней. – Легендарный наемник Дэвид Рэдклифф всегда принимает вызов.
Элисон отвернулась, будучи явно не склонна продолжать в этом же духе. Его это не смутило. Ее щека, лоб, ресницы влекли его не меньше, чем ее губы. У нее темные ресницы, заметил он. Интересно, волосы у нее и правда рыжие? Какой удивительный вкус у ее кожи, похожий немного на вкус вереска. Она не давала ему свои губы, но не царапалась и не отбивалась. Дэвид понимал, что не внушает ей отвращения, и это был его шанс. Он коснулся ее губ языком. Все тело ее застыло в напряжении, и он почувствовал, что она затаила дыхание.
– Не будь трусихой, – прошептал Дэвид.
Элисон молча глядела на него.
– Ты не трусиха. Ты просто хочешь знать, что это такое. Я к твоим услугам. За это я денег не возьму.
Напоминание о том, что она была хозяйкой положения, положило конец сковавшему ее напряжению. Элисон не улыбнулась на его слова – не совсем же она утратила понятия о приличии, – но ее ресницы дрогнули, опустились, и вся она как-то обмякла.
Может быть, она думала, что он обходится так со всеми женщинами. Может быть, она недооценивала свою власть над ним и его уверенность, что она станет его женой. Может быть, она вообще не принимала его всерьез, но этот момент решил ее судьбу. Да, он желал получить ее земли, но больше всего он желал ее.
– Сэр Дэвид?
Его губы и язык замкнули ей рот, прежде чем она успела что-нибудь подумать. Ей и не о чем было думать, она просто не знала, чего ожидать. Он жаждал слиться с ней, дышать ее легкими, стонать ее голосом, но больше всего он жаждал продлить этот поцелуй до бесконечности. Это был самый волшебный поцелуй в его жизни. Он отпустил ее, почувствовав, что ей не хватает дыхания.
– А теперь поцелуй меня.
– Что? – Элисон открыла глаза и взглянула на него отсутствующим, как будто полусонным взглядом.
Дэвид сразу же представил себе, как она будет выглядеть после ночи, проведенной в его постели.
– Поцелуй меня.
Она поняла его без лишних слов и медленно облизнула губы.
Элисон еще не прикоснулась к нему, а он уже чувствовал, что изнемогает от блаженства. Дэвид ощутил ее дыхание, жадно вдохнув мятный аромат, ее губы и – да будет благословенно это мгновение! – ее влажный язык. В какой-то момент, прежде чем ощущение реальности покинуло его, он вспомнил сказку, рассказанную ему прабабушкой. Но ураган страсти смел все на своем пути. Желание поглотило его, и он утонул в нем, растворился без остатка.
Только один звук смог вернуть его на поверхность. Хихиканье. Визгливое женское хихиканье.
Он поднял голову, открыл глаза и встретил растерянный взгляд Элисон. Доносившееся из холла хихиканье внезапно прекратилось. Но оно положило всему конец. Или, быть может, принесло им спасение? Куда бы увлек их этот путь, на который они ступили так безотчетно и безрассудно? Он еще не успел собраться с мыслями, когда маска бесстрастия снова опустилась на лицо Элисон:
– Благодарю вас, сэр Дэвид. Отрадно сознавать, что я наняла человека, опытного во всех отношениях.
Взбешенный, он беспомощно смотрел ей вслед, когда она вырвалась из его рук. Как это у нее получается? Как она могла трепетать в его объятиях и в ту же минуту проявить полнейшее равнодушие? Ему захотелось схватить ее и трясти, до тех пор пока маска не спадет с нее. Но она ускользнула от него с присущим ей самообладанием. Дэвид успел заметить, как, выходя, она споткнулась и схватилась за косяк.
Элисон в смущении оглянулась на него.
Дэвид притворился, что ничего не видел. Но у него в голове сложился план. Он завоюет ее терпением и лаской. Он опьянит ее медовыми речами, и не успеет она опомниться, как окажется в плену романтических бредней, которые сейчас в такой моде.
Может быть, ему все-таки стоит побриться?




Предыдущая страницаСледующая страница

Читать онлайн любовный роман - Мой верный рыцарь - Додд Кристина

Разделы:
12345678910111213141516171819202122232425

Ваши комментарии
к роману Мой верный рыцарь - Додд Кристина


Комментарии к роману "Мой верный рыцарь - Додд Кристина" отсутствуют




Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100