Читать онлайн Желанная, автора - Дивайн Тия, Раздел - Глава 5 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Желанная - Дивайн Тия бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 9.04 (Голосов: 28)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Желанная - Дивайн Тия - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Желанная - Дивайн Тия - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Дивайн Тия

Желанная

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

Глава 5

Она прочувствовала свою власть и испытала грубое, бесстыдное удовлетворение от того, что переиграла Флинта. Ей нравилось заставлять его уступать своей воле, несмотря на наличие определенных сомнений. Дейн пустила Боя вскачь. Она гнала коня вскачь по полям Монтелета вне себя от ярости.
В другой раз все будет по-другому. Дейн не позволит себе расплыться словно жидкое тесто, когда он коснется ее. В следующий раз не останется места неуверенности и сомнениям, она будет знать, как поступить, потому что теперь знает, каково это: испытать на себе ласку мужчины.
Теперь Дейн понимала природу того затягивающего, словно омут, возбуждения, способного перекрыть все доводы рассудка. Она понимала, как умело воспользоваться этим состоянием и как обрести контроль над партнером.
Дейн хотела этого очень сильно. Сын злейшего врага ее отца лепил из нее все, что заблагорассудится, словно она была куском теста. Вот так и Найрин обращалась с Гарри.
Заставляла желать себя так, что нутро сводило. Дейн хотелось знать, как это делается, и она успела уяснить для себя, что дразнить и искушать мужчину недостаточно. Женщина должна быть готовой сыграть свою роль до конца.
Если она хотела, чтобы мужчина ползал у нее в ногах, вымаливая награду, она должна быть готова взять то, что он был готов ей дать, и не задумываться о цене. Но какова цена? Мгновенная боль в уплату за бесконечные часы наслаждения и славы, сладостного сознания того, что можешь подчинить себе мужчину.
Неужели этого мало? Или лучше спрятать голову в песок, как страус, в зыбкий песок бессильного гнева?
Она должна была увидеть его снова. Как можно скорее, прямо сейчас, чтобы навеки покончить с этим, стряхнуть с себя сомнения и нерешительность, сведшие на нет всю ее игру в осведомленность и опыт.
Но это будет ужасно глупо. Так поступила бы девственница, опьяненная доселе запретным знанием, а ей хотелось вести себя так, будто она была искушенной соблазнительницей. Нет, в следующий раз, когда она выманит его...
Дейн требовалось время подумать и взвесить каждый шаг. Обдумать все, что случилось. Еще раз взвесить все им сказанное и дать справедливую оценку собственным поступкам. И еще Дейн хотелось погрузиться, как в роскошную ванну, в эти новые чарующие ощущения, что Флинт пробудил в ней. Она хотела понять их и воспользоваться ими.
Они дадут ей власть, но только в том случае, если она подчинится этим новым чувствам. Дейн поднялась на холм, откуда Монтелет была как на ладони. Черт, уже довольно поздно: работники возвращались с полей в свои хижины.
Она опоздает к ужину – это непременно. И все будут ее ждать, а ведь ей еще надо переодеться, чтобы выглядеть презентабельно. Ей придется пробраться в дом тайком, через черный ход. Дейн вовсе не хотелось встречаться за ужином с родственниками. Сейчас бы в кровать, но не затем, чтобы спать, а чтобы думать.
– Где она? Где ее носит?
О Господи, Найрин орала во всю глотку! Дейн с большой осторожностью обогнула лестницу, ведущую на половину слуг.
– Люсинда!
– Да, мэм. Я... я не видела мисс Дейн. Ее нет в доме уже час или два, а то и больше...
– Ты лжешь! Шлепок.
Дейн поежилась.
– Где она?
– Я не видела мисс Дейн с утра. Еще одна пощечина.
– Ты изводишь меня! Все время за нее заступаешься! В этом доме никто ничего не знает и никто ничего не делает! Ну что же, Люсинда, мы еще посмотрим, как ты запоешь, когда я выйду замуж за мистера Гарри. Убирайся с глаз моих, слышишь!
– Да, мэм.
– Заткнись! – взвизгнула Найрин, и тут же по дощатому полу зазвучал торопливый топот заскорузлых босых ног. Звуки шагов стихли. Дейн слышала, как часто дышит Найрин.
И тут голос ее вдруг стал совсем другим: нежно воркующим.
– Гарри, милый...
– Не досаждай мне чепухой, – хрипло прорычал в ответ Гарри, – подойди ближе, Найрин, еще ближе. Ты видишь, я к твоим услугам в любое время.
– Хотела бы я, чтобы это было так. Хотела бы, чтобы ты мог делать со мной все, что пожелаешь, в любое время, прямо сейчас, Гарри, милый. Ты сам это знаешь. Но ты сам устроил этот ужин, мой дорогой, и это мерзкое насекомое, твоя дочь, все никак не найдется. Честно говоря, мне кажется, что она нас сейчас подслушивает. Мне так неловко, Гарри. Нам придется подождать, а мне еще нужно найти эту девку до того, как прибудет наш гость.
Найрин, зазывно шурша тафтяными нижними юбками и панталонами, удалилась.
– Целую тебя, дорогой. Надеюсь, нашему гостю понравится то, что он увидит.
Тишина.
Итак, он все же это сделал. Дейн убедилась, что холл пуст, и шмыгнула в дом. Она до последней минуты не верила, что Гарри так поступит. Но он пригласил на ужин того, кто должен на нее посмотреть и прицениться. Отец готов был подписать контракт прямо сейчас.
«Мы об этом позаботимся».
В этот момент планы Дейн переменились. Она не стала подниматься к себе. Время было выбрано как нельзя удачно – с дороги, ведущей к усадебному дому, доносился скрип колес. Ее потенциальный муж явился в карете.
Ухажеру должен понравиться дом и подъезд к нему. Вначале среди густой растительности лишь угадывается силуэт дома с белыми колоннами, и вдруг он предстает перед ним во всем своем великолепии – стройное строение с высокой крышей, устремленной в синее небо, символ знатности и богатства.
Все, о чем он мог бы мечтать еще до встречи с невестой.
– Так вот ты где!
Найрин стремительно приблизилась к Дейн и больно схватила за предплечье.
– Господи, посмотри, на кого ты похожа! Ну ладно, переодеваться уже некогда, мисси. Мистер Этьен Бонфил вот-вот войдет. Не сомневаюсь, что ему понравится то, что он увидит.
– И я не сомневаюсь, – сухо ответила Дейн, выдирая руку из цепких пальцев Найрин. – Лучше всегда смотреть правде в глаза.
Найрин уставилась на нее.
– Ты хоть панталоны надела? Не надо отвечать. Может, тебе этот урок пойдет на пользу, как и твоему отцу. Отчего-то он считает, что твоя мать воспитала тебя как полагается. Ну что же, теперь он увидит, как оно есть на самом деле, и тогда мы уже вместе займемся поисками подходящего мужа для тебя. Жаль, что мистеру Бонфилу придется сыграть роль жертвенного ягненка. С другой стороны... – Найрин замолчала, услышав звонок, – ему может даже понравиться то, что он увидит тебя такой, как есть, без прикрас.
Дейн оказалась в ловушке. Услышав звонок, в холл вышел отец. Он появился как раз в тот момент, когда Найрин открывала дверь перед соискателем, и по выражению лица Гарри Дейн мгновенно определила, что сделанный ею выбор оказался правильным.
Дейн не питала иллюзий по поводу того, какой она предстанет перед ухажером. Гарри брезгливо поджал губы, окинув взглядом простенькое платье дочери и босые ноги с налипшей на ступни грязью, оставшейся после перехода вброд обмелевшей речушки.
Сколько денег ни предложи, мистер Бонфил ни за что не купит такое сокровище. Кому нужна женщина, способная держаться гордо и независимо, несмотря на бедный наряд и грязные ноги. К тому же этот понимающий взгляд, выдающий неженский ум.
Ужин обернулся настоящим бедствием. Найрин добилась своего, только одна деталь вышла из-под контроля: мистер Бонфил не желал заглатывать наживку. Найрин не терпелось обеспечить Дейн ухажером, а проклятая девчонка ухмылялась ей через стол и с шумом втягивала в себя суп, исподволь наблюдая за тем, как мистер Бонфил зеленел от отвращения.
Найрин ничего не смогла бы с этим сделать. Дейн не собиралась плясать под ее дудку. Она предоставила отцу вести застольную беседу, поскольку Гарри, будучи мужчиной, знал, что именно нужно говорить другому мужчине, чтобы уломать его на сделку. Женщины в подобных делах беспомощны, им отводится роль безмолвных свидетелей.
Мистер Бонфил прекрасно это понимал, но Найрин ему понравилась куда больше, чем та, что прочили ему в жены, и он даже осмелился сообщить об этом Гарри, охарактеризовав любовницу хозяина дома как «дочь, которая получила правильное воспитание».
– Но мисс Найрин уже помолвлена, – сказал Гарри с самым серьезным видом.
– Жаль это слышать. Я благодарю вас за гостеприимство, мистер Темплтон. Спасибо за прекрасный вечер.
– Вам спасибо. – Гарри копил ярость, чтобы выплеснуть ее на негодницу после того, как за мистером Бонфилом закроется дверь.
– Ты выглядишь как шлюха!
– Неужели, папа? Я всего лишь беру пример с Найрин, – невинно хлопая ресницами, ответила Дейн.
Гарри готов был ударить дочь по губам.
– Две недели, – процедил он сквозь зубы, сжав кулаки, – две недели, и я найду тебе мужа. Такого, на которого твои штучки не подействуют. Так что можешь играть в свои игры, но через две недели я выгоню тебя из дома. А теперь иди в свою комнату.
С глазами, полными слез, Дейн побежала к себе. Она не хотела, чтобы отец видел, как сильно ее задели его слова.
Две недели... Не может быть, чтобы за этот срок отыскался в их краях тот, кто захотел бы на ней жениться. Гарри блефовал...
Как бы там ни было, она от своего не отступит. Дейн взбежала по ступеням, на площадке обернулась и увидела Найрин в объятиях отца. Она делала свое дело, превращая Гарри в раба.
Решимость Дейн крепла. Что бы там ни замышлял против нее отец, в ее распоряжении было две недели, чтобы подчинить Флинта Ратледжа своей воле.
Злость улеглась лишь поздно вечером, когда Дейн, надев тонкую и воздушную, такую же легкую, как то платье, в котором она выезжала верхом, ночную рубашку, опустилась на прохладную простыню и закрыла глаза.
И тогда тело ее вдруг вспомнило прикосновение мужских рук, ласку и ту власть, что она возымела над Флинтом. Только в этих сферах она могла быть по-настоящему свободной: ни перед кем не держать ответ. Дейн решила, что в следующий раз ничто ее не остановит. Она забудет о своей девственности.
Следующую вылазку она спланирует как можно тщательнее. Дейн соскочила с кровати и вышла в холл.
– Люсинда! Люсинда!
– Чего изволите, мисс Дейн? – служанка бегом бросилась на зов хозяйки.
– Мне нужна твоя помощь. Хочу кое-что переделать в своей одежде.
Эта идея пришла к ней только сейчас. Завтра она предстанет перед Флинтом настоящей леди: одетой как подобает, будет дамочкой, застегнутой на все пуговицы... до той поры, пока она, если сочтет нужным, не позволит ему приблизиться на достаточно близкое расстояние.
Таким образом она обеспечит себе контроль над ситуацией и фору в игре.
На следующий день Дейн одевалась весьма тщательно: корсет благодаря усилиям Люсинды сильно приподнял грудь, буквально выставив ее напоказ. Она попросила подать ей самые нарядные панталоны, которым было уже несколько лет и которые сейчас сидели на ней весьма плотно. Сделанные из самого тонкого батиста, они были украшены кружевом по поясу и у колен. Кружевом также был оторочен треугольник между ногами.
Она не стала надевать ни рубашку, ни нижнюю юбку поверх металлического каркаса, который Люсинда, ворча, застегнула у нее на талии. Атласный зеленый жилет и желтая муслиновая юбка завершили наряд.
– И какую вы собираетесь блузку с этим надеть?
– Никакой блузки сегодня не будет, Люсинда, – беззаботно ответила Дейн, любуясь обнаженными плечами, которые благодаря зеленому атласу казались белее. – Я возьму кружевную шаль, ту самую, с зеленой косой, в ней мне будет прохладнее.
– Если ваш отец увидит, как вы оделись, прохладно вам не будет – от плетки его станет ох как жарко...
– Я ему ничего не скажу, если и ты не скажешь. Кроме того, в такую жару чем меньше на тебе надето, тем лучше. Я даже не скажу никому, что ты помогала мне. Ну хватит, давай иди отсюда быстрее...
– Я должна знать...
– Тихо!
Люсинда вышла, и Дейн тут же бросилась к зеркалу.
Господи, сколько ненужных тряпок! Если одеваться по всем правилам, то на ней должны быть еще рубашка под корсетом, несколько нижних юбок, блузка, жилет, юбка... В эдакую жару она бы упала в обморок, неся на себе все эти тряпки, еще до того, как успела бы спуститься с лестницы.
Но так, вот так: когда кожа ее обнажена, подставлена жаркому солнцу, когда грудь ее так соблазнительно выпирает из зеленого атласа, вот так будет в самый раз. Так хорошо Дейн давно себя не чувствовала. Удивительно, как она раньше до этого не додумалась.
Дейн схватила шаль и накинула ее на плечи. Она вся лучилась от переполнявшей ее силы, женственности. Но этого может и не хватить. Не помешает прихватить с собой еще и ружье.
– Итак, сегодня ты решила поиграть в дочь хозяина дома, – ехидно заметила Найрин, увидев Дейн, надменно и гордо спускающуюся по лестнице. – Как это мило с твоей стороны, если учесть, что твой отец устраивает сегодня еще один званый ужин. На этот раз приглашен мистер Ханском из соседнего прихода. Полагаю, его имя может показаться тебе знакомым.
Дейн помедлила с ответом. Она закипела от ярости. Еще немного, и гнев плеснет через край. Это имя было известно каждому.
– Полагаю, я с ним знакома.
– Гарри уполномочил меня предупредить тебя о том, что о повторении вчерашней унизительной сцены не может быть и речи. Ты должна быть соответственно одета, и никаких опозданий. Напоминаю: платье, туфли и прическа – и все в полном порядке.
– Разумеется, ни о чем другом я и помыслить не могла, – внятно заявила Дейн и, обойдя кузину, пошла к выходу.
– Твой отец больше не станет мириться с подобной чепухой, – с угрозой в голосе бросила ей вслед Найрин.
– Если только чепухой станешь заниматься ты, Найрин, – огрызнулась Дейн и хлопнула дверью перед носом родственницы, не дав ей времени на ответ.
Едва дверь за Дейн закрылась, в холл крадучись вошел Гарри.
– Великолепно, дорогая. Сегодня она будет паинькой.
– Ты можешь это гарантировать? – желчно поинтересовалась Найрин, отталкивая его шаловливые руки. – Ты можешь мне обещать?
– Я могу пообещать тебе нечто замечательное, моя дорогая. Сейчас, когда мы остались одни! Она ушла по крайней мере на час, – бормотал он, уткнувшись носом Найрин в шею, – а может, на два...
Найрин колебалась. Последнее время она и так поднимала много шума вокруг Дейн, а его держала на голодном пайке. Он успел проголодаться. Она едва успевала отбиваться от назойливых ласк Гарри.
– О, дорогой, только не здесь. Я бы чувствовала себя гораздо лучше, если бы...
– Где? – хрипло пробормотал он.
Она улыбнулась – искушенно и лениво и в то же время с триумфом, как кошка, сумевшая одолеть мышь, но Гарри не способен был замечать оттенки. Он видел в ней только объект, которым во что бы то ни стало хотел обладать.
– В твоем офисе, Гарри, милый. Через минуту ты найдешь меня там. Я только должна удостовериться, что она действительно ушла. Если я буду знать, что она не придет, то смогу показать тебе, каково нам будет, когда она уберется отсюда навсегда, когда мы останемся вдвоем...
Дейн отправилась в Оринду длинной дорогой, и не верхом, а в коляске, запряженной пони. Так она любила ездить, когда была еще совсем маленькой девочкой, с короткими волосами и в коротком платьице.
Теперь же она превратилась во взрослую женщину с прической и декольте, но, словно ребенок, все искала приключений. Вернее, искала беду на свою голову. Она знала, что ничего путного из ее затеи не выйдет. Это ощущение шло рука об руку с гневной обидой на жизнь, на то, какой она приняла оборот.
Но женщина никогда еще не имела власти над собственной судьбой, никогда. Теперь рядом с ней не было матери, которая умело создавала иллюзию того, что нет никаких строгих правил и все будет именно так, как захочет ее дочь. Вне сомнений, она бы сумела внушить эту ложь во спасение, передав ее как знамя своей собственной дочери, и скоро ей предстоит вступить в брак, но что это будет за брак! Фарс, да и только. И детей в этом браке быть не может, если только она не сумеет распорядиться той властью, природу которой она только-только начала понимать. Если только она не сможет подчинить этой власти мужчину, который, так или иначе, ее купит.
Хотя Дейн было все равно...
Возбуждение от перспективы обмануть ожидания отца и одновременно спровоцировать врага было подобно наркотику. Она чувствовала себя храброй, беззаботно-распутной и на удивление сильной и сексуальной. На этот раз Дейн отдавала себе отчет в том, что делает.
Она ехала в Оринду с пистолетом в кармане, одетая как распутная девка, и питала надежду на то, что сможет соблазнить мужчину, заставив его взять ее и открыть те тайны, которые женщине до свадьбы знать не положено.
«Все просто!»
Дейн казалось, что она получила заклинание на счастье от мамаши Деззи. Впрочем, Найрин никаких заклятий не требуется. Да и Дейн может попросить у высших сил то, что хочет.
«Хочу обрести власть над этим мужчиной, над каждым мужчиной, особенно над тем, за кого я вынуждена выйти замуж...»
До Оринды было двадцать минут езды в коляске. Еще пять минут потребовалось, чтобы от дороги добраться до амбара. Строение покосилось и вот-вот грозило рухнуть, как и все в Оринде. Двери амбара были распахнуты, словно кто-то ожидал ее прихода.
Дейн заехала на коляске в амбар, после чего отправилась за водой. Бочка, полная свежей дождевой водой, стояла в тени деревьев. Она набрала ведро, которое всегда возила с собой, и понесла верному пони. Накидку Дейн давно сняла, да и от кринолина юбки ей тоже хотелось избавиться, но она желала предстать перед Флинтом во всей красе.
Если только он здесь, если она не сошла с ума...
Может, жара сводит ее с ума?
В конце концов, разве не она стоит сейчас посреди амбара, вдыхая обычный для этого места аромат гнили и кожи, что источала старая упряжь, висящая на стене?
С чего бы ей думать, что Флинт здесь?
Она подошла к одному из крюков у двери и осторожно провела пальцем по кожаной плетке. «Это лучшее средство убеждения, нежели пистолет или ружье, – подумала она, – если, конечно, он здесь».
Дейн сняла плеть и хлестнула спертый воздух. Раздался резкий щелчок – приятный звук, дающий чувство удовлетворения. Короткий и четкий. Ей понравилось ощущение – как ловко и крепко лежала в ладони плетеная рукоять. Она была слегка размочалена, но сам хлыст был гибок и тверд – от долгого и частого употребления он стал лишь послушнее воле хозяина.
Дейн обмотала его вокруг запястья – кожа была приятной на ощупь. Ей нравилось, как он выглядит. Просто до примитивности и в то же время чувственно и странно возбуждающе.
Что угодно на голой коже...
Что угодно...
Девушка бросила пистолет в коляску и медленно вышла из амбара.
Ее обдало жаром, словно она оказалась у печного жерла. Солнце палило, жгло голову и обнаженные плечи. Дейн захотелось раздеться немедленно, такой жары еще не было. Жара накатывала волнами, толкала в грудь, мешая пройти пару дюжин шагов до веранды, примыкающей к тыльной части дома.
Никто бы не смог перенести это пекло. Никому бы и в голову не пришло явиться в Оринду, кроме того, кто напрашивается на неприятности.
Она зашла в дом. Двери в Оринде никогда не запирались. Там было прохладнее. Внизу находилось четыре комнаты: столовая, кабинет, буфетная и комната для прислуги, а также каморка под лестницей. Той самой, которой она воспользовалась, чтобы подняться этажом выше. В холл, где так удобно устроился мистер Флинт Ратледж перед тем, как вернуться в Бонтер.
Дейн была шокирована тем, что увидела: судя по всему, он еще не вполне распрощался с этим приютом. Там все еще было кое-что из его одежды. Постельные принадлежности аккуратно сложены у камина, там же корзина и кувшин с водой – вещи, без которых не может обойтись человек.
Ружья не было – он усвоил урок. И кувшин наполовину наполнен водой. Что бы это значило?
Дейн открыла дверь на веранду и вышла из зала. И снова ее опалило жаром. Было так жарко, что она машинально принялась развязывать пояс. Медленно, очень медленно отстегнула юбку и сняла каркас. Юбка упала на пол, но Дейн словно и не заметила этого. Затем потребовалось пожертвовать малым: всего лишь расстегнуть крючки верхние и нижние, и грудь ее, приподнятая корсетом, открылась свежему воздуху.
Она окинула себя взглядом.
Дейн была вся в белом, от туфель до корсета, и с этой белизной контрастировал курчавый треугольник в прорези панталон, темно-розовые соски и несколько темных полос кожи, обвитых вокруг кисти.
Вот сейчас она была готова.
Сегодня мистер Ханском...
Не хочется об этом думать. Мысль о встрече с мистером Ханскомом подействовала на Дейн как ушат холодной воды. Неужели она всерьез могла поверить в то, что, заставив Флинта Ратледжа пасть к ее ногам, она может сделать общество мистера Ханскома более приятным?
Какая она все-таки дура...
И тут Дейн увидела его. Флинт шел со стороны конюшен, с обнаженным, блестящим от пота торсом. Остановившись на солнечной поляне, он опрокинул на себя ведро с водой. Потом поднял голову и увидел ее.
Дейн сразу поняла, что он не удивился. Она знала, что застала его здесь лишь потому, что он был уверен – она придет. Его прозорливость раздражала. Дейн злило то, что Флинт так легко просчитывал каждый ее шаг. Это делало перспективу сбить его с толку весьма туманной.
Дейн напряженно выпрямилась и провела кончиками пальцев по намотанной на кисть полоске кожи.
«Это мы еще поглядим, – сказала она себе и медленно пошла по направлению к лестнице, расположенной там, где веранда огибала угол дома. – Мы еще поглядим...»
– Ну-ну, разве это не девственная королева Монтелета? Вы что-то потеряли, ваше высочество? Или только хотели бы потерять?
Флинт стоял в двадцати ярдах от нее, и с него стекала вода. Он весь сочился сарказмом, и ей так хотелось смахнуть с его физиономии эту самодовольно-циничную ухмылку.
– Нет, мистер Ратледж! А почему вы спрашиваете?
Ей так и не удалось отвести взгляд от его покрытой темными жесткими волосами груди. Ему не удастся ее запугать. Ни за что!
– Ничего я не потеряла, мистер Ратледж, в том числе и самообладание, а единственное, что мне до сих пор удалось здесь обнаружить, это змею, которая ждет, когда ее ядовитое жало запихнут ей обратно в глотку.
– О, сладкая, я вижу, что кое-кому мой язык не дает покоя, и я с радостью покажу вам, куда...
Она едва не вздрогнула, попытавшись представить то, что он не успел сказать. Ее спокойствию мало способствовало и то, что Флинт ни на миг не отводил взгляда своих угольно-черных глаз от ее груди.
– Вам не удалось меня искусить, мистер Змей.
– Разве? – спросил он тихо и вкрадчиво.
Ах эта мужская самонадеянность...
– Нисколько, мистер Ратледж, – спокойно заявила она. – Возможно, это вы...
– Я всецело в твоей власти, – с готовностью признал Флинт, выбив почву у нее из-под ног. – Ты и представить себе не можешь, как мне хочется снова вас потрогать.
У Дейн перехватило дыхание, когда он приблизился на шаг. Она продолжала стоять на своем – у нее не было иного выбора, она предстала перед ним на все готовой и жаждущей его ласки, и он это знал.
– Сегодня ты оделась, чтобы дразнить меня, сладкая. Ты знаешь, чего хочется мужчине в такой жаркий денек.
Он сделал еще шаг.
– Мужчина хочет видеть женщину, пришедшую получить то, что он может дать ей, предлагая на этот раз чуть больше, в совокупности с воспоминаниями о том, что она позволила ему делать в прошлый раз.
Дейн была околдована его голосом, собственные ощущения подводили ее – она словно таяла на глазах, тело ее хваталось за воспоминания о жаркой ласке, что он дарил ей в тот, прошлый раз. Внезапно стало так легко согласиться на полную капитуляцию, потому что на его стороне было все: и сила, и волшебство.
И тогда Дейн ухватилась как за соломинку за последнее средство, способное помочь ей обрести контроль над ситуацией. Глаза ее словно невзначай опустились вниз и вспыхнули, когда она увидела его реакцию. Конечно, вот он – способ! Как она раньше не догадалась.
Но теперь-то она кое-что поняла. Она знала, насколько это делает его уязвимым. Она до сих пор не предприняла ни одной попытки его остановить, и он сделал еще один шаг. Он думает, что он тут главный!
Еще один шаг.
– Ты хочешь получить то, что я могу тебе дать, сладкая. Ты тешишь себя тем, что провоцируешь меня, играешь в Изабель. Даже разделась передо мной, выставила себя напоказ, мол, бери то, что я тебе предлагаю, а теперь ты хочешь сказать мне «нет»? Еще один шаг.
– Ты не можешь дождаться этого. Ты пришла ради этого... Ты хочешь этого...
Он был сейчас от нее в двух футах и гипнотизировал ее своей властью, своим мускусным мужским запахом, он делал для нее последний шаг к полной капитуляции таким естественным и легким.
И если она пойдет у него на поводу, если она так и поступит...
Глаза Дейн ярко блеснули при взгляде на ту часть его тела, что так заметно реагировала на ее взгляд, и принялась отматывать полоску кожи.
– Ты хочешь этого сейчас...
Резкий свист прорезал воздух. Щелчок хлыста был произведен одним ловким движением кисти.
– Вот так-то лучше, мистер Ратледж. Плетка способна привести вас в чувство.
– Ну-ну, наша девственница полна сюрпризов, – пробормотал он.
– Я пришла сюда охладиться, мистер Ратледж, и иных целей у меня не было.
– Разумеется, – охотно согласился он.
– Так что, прошу меня извинить, мы с мистером Хлыстом устроимся поудобнее. Мы всего лишь притворимся, что вас здесь нет.
– Все, что угодно, сладкая.
Удар, и плеть просвистела в нескольких дюймах от его тела.
– Зовите меня мисс Сладкая, – надменно заметила Дейн, после чего повернулась к Флинту спиной и мелкими шажками, покачивая бедрами, плавно направилась к кромке воды. Она надеялась, что у него слюна потекла при виде ее плавно подрагивающего зада. Она хорошо помнила, как ягодицы ее сжались, когда их коснулась его ладонь, но она не желала помнить о своем тогдашнем смятении и скорее умерла бы, чем призналась себе в том, что до боли хочет, чтобы Флинт снова ее так же приласкал.
Она приподняла волосы и повернулась к нему в профиль.
– Видит Бог, Изабель, ты вводишь мужчину в грех...
Он подошел к ней, и голос его был нежен. Он звучал у самого ее уха, и руки его уже уверенно скользили по шелку ее панталон к той ждущей плоти, что была под ними. Она чувствовала жар его тела, влагу его обнаженной груди, трущейся о ее спину, чувствовала и ту часть его тела, что стала твердой и все сильней прижималась к ней, и в этом была тайна...
– Ты ведь не можешь терпеть. Ни одного дня не можешь, так?
– Ты не можешь, – прошептала она, поколебавшись лишь крохотное мгновение перед тем, как отдаться тем ощущениям, что рождали его всезнающие опытные пальцы.
– Ты оделась для меня...
– Возможно, как-нибудь тебе повезет и я для тебя разденусь...
– Ты уже почти разделась, сладкая, – сказал он и, обхватив ее одной рукой поперек талии, начал движение вверх, к ее обнаженной груди.
В этот момент Дейн поняла, что если он коснется ее обнаженного тела, то она потеряет контроль. Она уже почти потеряла его, отдавшись магии его ласки. Но она не могла.
– Ах! – Дейн слегка ударила его по руке рукоятью хлыста. – Я так не думаю, мистер Ратледж.
– Воображаешь себя всемогущей?
Отлично! Она смогла зацепить его за живое. И сделать больно.
– Держите дистанцию, мистер Ратледж. – Дейн замахнулась на него хлыстом. – Теперь мы играем по моим правилам.
«По ее правилам? Она хочет, чтобы игра велась по ее правилам? – думал Флинт. – Дай ей волю, она вообще не дала бы мне шевельнуться».
«Да, убирай эти смертоносные руки подальше. Да!»
– И что это, черт побери, значит?
– Это значит, что я совершенно не могу вам доверять, – заявила Дейн. – Мне придется вас связать, чтобы точно знать, где в следующую секунду будут ваши руки.
«Да, точно. Кстати, вот оно, дерево».
– Так почему бы вам прямо сейчас не присесть под дерево и не обхватить руками ствол за спиной? Так делайте то, что вам говорят, мистер Ратледж! – Дейн щелкнула хлыстом и на этот раз слегка задела Флинта.
Он не мог ничего с этим сделать. Он искал возможность обезоружить ее, но, черт возьми, эта девка отлично управлялась с плетью. Поворчав, Флинт опустился на траву под деревом, задаваясь вопросом, где она могла научиться так ловко обращаться с хлыстом. Дейн опустилась на колени, плотно стянула его кисти кожаным ремнем. Завершив дело, она поднялась и обошла дерево так, чтобы он мог ее видеть.
«О Боже, – подумала она. – Вот это замечательно!» Она была тут, а он там, и он ничего не мог сделать, а она могла делать все, что пожелает.
И больше всего Дейн хотелось заставить его возжелать себя до безумия. Отлично: она могла получить от него все, что угодно, и при этом подчиняться ему не было нужды.
– Вот так гораздо лучше, – пробормотала девушка, наклонившись так, чтобы Флинт мог вдоволь налюбоваться ее грудью с набухшими сосками. – Мне действительно нравится быть хозяйкой положения. – Она провела рукой по его взмокшей груди. Флинт поморщился.
– Сука, – выплюнул он ей в лицо. Но черные уголья глаз не сходили с нагло торчащих сосков.
– Мне нравится, когда ты меня так называешь, – проворковала Дейн, опускаясь на колени рядом с ним и играя с завитками на его груди.
– Я не могу решить, то ли ты так невинна, то ли безнадежно тупа.
Она пробежала пальцами по его соскам, и он снова поморщился.
– Я именно то, что ты про меня сказал, – пробормотала Дейн, лаская обеими ладонями его грудь.
Чем ниже опускались ее руки, тем больше нарастало возбуждение. Мускулистая твердость его тела, мускусный запах пота, жар глаз, пожиравших ее нагую грудь в тот момент, когда она потирала пальцами его твердые соски... вот так, только так, твердость и мягкость и запах плоти...
И он, беспомощный в ее руках...
Дейн раздвинула его колени и опустилась напротив, прижав ладони к его соскам.
– Сука... Я хочу тебя...
– Я знаю... Мне это нравится...
– Да, такой суке, как ты, это должно нравиться.
Дейн улыбнулась – едва заметно, эдакой завораживаю – . щей улыбкой, при виде которой Флинт, наверно, захотел бы ее убить.
Отлично! Разве она не этого добивалась? Сидя на коленях, она вполне явственно ощущала силу и размер его желания, как чувствовала и то, что он в равной мере был обуян желанием и гневом.
– Хочу сладких поцелуев, сладкий, – прошептала она, наклонившись к нему и подставляя свои губы.
– Пошла к черту!
– О нет, сладкий, твои поцелуи уносят меня в рай, а там чертей нет. – С этими словами Дейн прижала губы к его губам и просунула язык между разомкнутыми зубами.
Он не мог сопротивляться. Она хотела испытать его на вкус. Ее тело, крепко прижатое к нему, требовало удовлетворения.
Она обнимала его, лаская обнаженную грудь. Дейн чувствовала его всем телом, ощущала, как Флинт инстинктивно стремится преодолеть разделяющий их барьер, таким бы неуловимым он ни казался.
И это чувство ее возбуждало. Язык ее стал влажным от желания, соски каменными.
Флинт не спешил прервать поцелуй, и она извивалась от желания. Она почти сидела на нем верхом, явственно ощущая его гранитную твердость. Руки ее метались по его телу.
И затем медленно-медленно она отстранилась. Как все замечательно! Как роскошно!
В этот момент Дейн поняла, что хочет большего.
– Изумительно, мой сладкий, – прошептала она и коснулась рукой символа его мужественности.
Настало время для самой трудной части. Он сдавленно застонал, когда она обнажила его, открыв жаркому солнцу и собственной пламенной нужде.
Она знала, что ожидать. Она уже видела его раньше. Но сейчас это было близко, этот клинок, этот символ мужской власти – громадный и толстый и гордо торчащий вперед, движущийся, как будто он жил по своей воле?..
Вот во что могут превратиться поцелуи и невинные на первый взгляд игры...
Дейн хотелось потрогать его, испытать его силу. Флинт наблюдал за ней, и в его угольно-черных глазах медленно горело чувство, названия которому она не знала. Она не отшатнулась, а спокойно встретила этот взгляд. Потом дотронулась до него и обнаружила, что он сделан из кожи и мускулов и действительно живет своей жизнью.
Но сила... Откуда такая сила? Она провела подушечкой пальца вверх и вниз, и Флинт прикусил язык, сдерживая стон.
Интересно – одним лишь прикосновением она заставила его таять как масло.
А что, если она...
Дейн крепко сжала его, и он вздрогнул.
Власть! Власть лежит здесь, и эта власть не его... Ее... Как чудесно!
В нем была особая красота. И он словно был создан под ее руку. Дейн подняла глаза и встретила обжигающий взгляд Флинта. Он ненавидел ее. За то, что она овладела ситуацией. Но больше всего он ненавидел ее за то, что не мог пустить в дело свои руки. Она в его глазах читала ответ на свой вопрос: она знала, что он сделал бы, если бы имел возможность до нее добраться.
Его гнев ее возбуждал. Ее возбуждало то, что в руках у нее было средоточие его силы. И вдруг внезапно Дейн почувствовала неутолимый голод, ей страшно захотелось его поцелуев, влажных, глубоких, хотелось прижаться к наготе Флинта всем своим невинным телом.
Она по-кошачьи протиснулась между его бедрами и прижалась к нему так, что его клинок оказался зажат между его животом и ее ногами.
– Я хочу еще твоих поцелуев, мой сладкий, – пробормотала Дейн, качая бедрами.
Но и этого было мало. Она придвинулась теснее, раздвинув колени так, чтобы они оказались по обе стороны от его бедер, так, чтобы ощутить его там, где ей больше всего этого хотелось.
И вот сейчас Дейн его почувствовала. Как раз там, где плоть ее была самой нежной. Но и этого было мало. Ей хотелось большего. Флинт был так восхитительно беспомощен, его плоть так тверда и горяча. Глаза его жарко горели. Все его существо принадлежало ей, было так доступно – только бери.
И еще она почувствовала... когда прижалась и потерлась о его мужское естество, твердое и горячее, просто шокирующее ощущение – непереносимо острое и сладкое.
– О, мой сладкий, как сладко, – прошептала Дейн, конвульсивно сжимая бедра.
Она не ожидала этого. Дейн оказалась захваченной ощущениями, идущими из сердцевины ее существа, поднимавшимися, подобно волнам, и разбухавшими, как взбитые сливки. И его глаза – этот горящий понимающий взгляд в тот момент, когда он начал серию коротких толчков, так, что твердый конец его все теснее прижимался к бархатистой складке.
Флинт знал, что делает. Знал, что чувствует Дейн, но ей это было безразлично, она хотела все больше и больше. Она чувствовала, что ей чего-то не хватает, что она стремится к чему-то, пытается дотянуться до неизвестного.
Она взбиралась на него все выше и выше, так что ее груди оказались почти на линии его губ, он мог бы запросто взять ее напряженный сосок в рот...
От этой мысли по всему телу Дейн побежали мурашки.
«О да, мой сладкий, возьми его, возьми...»
Она захотела почувствовать это. Ее тело терлось о торс Флинта. Груди тряслись от того, что Дейн сотрясали конвульсии.
Так близко!
И он прижался лицом к ее груди, обвел влажным языком сосок. В это мгновение все выплеснулось через край. В голове у Дейн взорвались звезды, ее накрыло волной и подняло вверх, в сияющую белым пламенем бездну.




Предыдущая страницаСледующая страница

Ваши комментарии
к роману Желанная - Дивайн Тия



Сомневаюсь, что сей роман относится к эротическому любовному роману. О любви ни сказано ни слова. Одна похоть.Но тем не менее.роман привлекает своей детективной сюжетной линией.Согласна, что такое изложение имеет место быть.Но хотелось бы в конце немного нежности и любви в отношениях героев.Не очень поняла почему Ф. выстрелил в свою сестру.8/10
Желанная - Дивайн ТияПланета
30.08.2014, 8.54





интересный, лихо закрученный сюжет. и как всегда много секса.
Желанная - Дивайн Тиялёлища
26.12.2015, 8.39





Я далека от убеждения, что миром правит любовь (хотя хотелось бы, чтобы было именно так). Но романы этого автора кричат, о том, что похоть движет всем и каждым, в каждой главе сперма льется ручьем. У автора какая-то больная фантазия - почти каждый персонаж этого романа готов убивать. Героиня - бесила своими идиотскими поступками и тупыми разглагольствованиями. После двухнедельного траха с элементами БДСМ она вдруг размышляет о девичьей чести. Читать не рекомендую, после прочтения осталось впечатление, будто вступила в г...но. Хотя на вкус и цвет.....
Желанная - Дивайн ТияНюша
8.01.2016, 1.52








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100