Читать онлайн Желанная, автора - Дивайн Тия, Раздел - Глава 3 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Желанная - Дивайн Тия бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 9.04 (Голосов: 28)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Желанная - Дивайн Тия - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Желанная - Дивайн Тия - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Дивайн Тия

Желанная

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

Глава 3

Плантация Монтелет
Как ты смеешь, как, черт возьми, ты посмела сунуться туда, куда тебе не положено? Что, черт возьми, с тобой не так?
Дейн подняла глаза на отца, но ответить то, что ей хотелось, она не смогла, а лишь подумала: «Но кому-то очень хотелось, чтобы я все это увидела. Кое-кто славно все устроил...»
– Когда я думаю, – в запальчивости продолжал отец, – о том последнем желании твоей матери... она меня просила, чтобы я выдал тебя замуж как подобает...
– Ни за что! – вырвалось у Дейн. – Я ни за что не выйду замуж!
– Будь жива твоя мать...
– Эта шелудивая кошка никогда бы не посмела и шагу ступить в твой кабинет, а тем более лечь с тобой в постель, – прошипела Дейн. – Или теперь мужчины считают за честь соблазнять гостей дома наряду со слугами?
– Ты все совершенно неправильно поняла...
– Где уж мне! Ты хочешь от меня избавиться, чтобы все свое время посвящать ей. Не надо отрицать этого, отец. Не надо громоздить одну ложь на другую.
Она прочла приговор в его глазах. Ему не надо было произносить ни слова.
– Я хочу, чтобы ты вышла замуж, дочь, и поскорее. Это решение окончательное. Я все устрою.
– Лучше выгони меня из дома, как ты выгнал Питера.
– Ах да! Питер. Он скоро вернется, и я тебе обещаю, что с удовольствием примет мои условия, как и разделит мое желание устроить твою жизнь.
«Питер молокосос», – подумала Дейн, пылая негодованием.
– Питер вряд ли обрадуется, узнав, что ты продаешь меня тому, кто заплатит больше. А ведь именно так ты собираешься поступить – ты разошлешь приглашения, и каждый будет приходить и называть свою цену.
– Заткнись, Дейн! Это не твое дело. Послушная дочь помалкивает, предоставляя отцу решать, что для нее лучше.
– Прекрасно, – бросила она.
Почему у него было столько власти над ней? Отчего так устроен мир? Как же она это все ненавидела! Гарри поступал так, как поступают все мужчины. Чуть что не по их воле, как они начинают бросаться угрозами. Но хуже уже быть не может. Чем ее можно напугать после того, как Клей ей отказал?
– Почему бы тебе просто не созвать аукцион, отец? Так будет честнее. Поставишь платформу где-нибудь на лужайке перед домом, чтобы издали видели, на что ставить деньги. Меня оденешь в лохмотья, пусть каждый подходит и осмотрит покупку. Она сильна, господа, и она молода! Посмотрите, какая мускулатура! А зубы, господа? Ни одной дырки. Волос много, и бедра широкие – настоящая племенная кобыла. Вы даже представить не можете!..
Дейн дернулась. Отец дал ей пощечину. Ударил сильно. Поток слов мигом иссяк, она схватилась за щеку. И тогда девушка проглотила слезы и улыбнулась.
– Какая разница, как продавать меня, отец? Я ведь не больше чем рабыня, с которой ты можешь творить все, что угодно, отец?
Странно, но Гарри не испытывал сожаления. Она заслужила наказания своей язвительностью. Она заслужила все то, что теперь ее ждет, мстительно думал он. Она не имела права вмешиваться в его жизнь, а он имел все права на то, чтобы направлять и контролировать жизнь своей дочери.
Чего она не понимала, так это того, что ей не пристало демонстрировать свою осведомленность. Он ненавидел Дейн за то, что она все понимала не хуже его, и за этот тон всезнайки, которым все ему расписывала. Но он не собирался извиняться перед ней, идти на попятную или искать ласковые слова, чтобы загладить то, что сделал.
– Именно так все скоро и произойдет, Дейн, и чем скорее ты с этим смиришься, тем лучше будет для тебя.
– Прекрасно, отец! Хочу сразу сказать: мне все равно, кого ты для меня выберешь. Я готова выйти за первого мужчину, который переступит порог этой комнаты.
Он смотрел на нее с недоверием. Она сделала это двусмысленное предложение, еще не зная, что в тот момент незнакомца уже провели в комнату и он стоял, гладя на девушку со смешанным чувством благоговения и удивления.
– Соблазнительное предложение, милая, – раскатисто прозвучало у нее за спиной, – но я за тебя гроша ломаного не дам.
По спине у Дейн пробежал холодок. Так он ей не привиделся!
– Я не виню вас, – учтиво сказал гостю Гарри. Замечание незнакомца не застало его врасплох. Впрочем, разве Гарри не дал дочери понять, что все будет так, как хочет он, а не она? – Я одобряю ваш выбор. Не стоит ловить даму на слове. Но, быть может, вы не вполне осознаете, от чего именно отказываетесь?
– Поверьте мне, я знаю.
Дейн почувствовала, как лицо заливает краска. Вот болван...
– Славно сработано, Дейн, – громко воскликнул отец, хлопнув в ладоши. – И как вовремя! Похоже, ты лишь забыла ввести его в суть дела. Он не знает свою роль. Где ты его раздобыла, Дейн?
Гарри протянул незнакомцу руку.
– Вы вовремя передумали. Мудрый выбор, очень мудрый. От вас ждали иного. Что вы согласитесь...
– Нет, – любезно ответил незнакомец, – вы играете в свои игры, а я тут ни при чем. Но должен сказать, что тот актер, который должен был произнести нужные слова, так и не появился. Я пришел вместо него.
Гарри отдернул руку.
– Кто вы такой, черт возьми?
– Я ваш ближайший и одновременно столь далекий сосед. Разве я не представился? Флинт Ратледж, недавно из Монтаны. Новый управляющий плантацией Бонтер.
Дейн закрыла глаза. Его брат, тот самый блудный старший сын, приезда которого Клей так опасался. И вот он явился, чтобы отобрать у него все... И у нее тоже.
Самый жуткий из его кошмаров, а теперь и ее тоже. Дейн запахнула шаль. Кажется, отец был шокирован не меньше ее самой. Видит Бог, он был в точности таким, каким она его помнила, и даже более того. Одежда сидела на нем как влитая, не столько скрывая, сколько подчеркивая контуры тела. Дейн подняла голову и встретилась с Флинтом глазами. Нет, она не смутится, даже если от его жаркого взгляда пробивала дрожь словно от поцелуя.
И тот поцелуй она тоже не станет вспоминать.
– Ну что же, отец, теперь я могу чувствовать себя в безопасности. Мистер Ратледж не готов сделать ставку. Я премного ему благодарна.
Девушка улыбнулась ему как можно соблазнительнее. Как же она разозлилась, когда он в ответ и бровью не повел. Флинт Ратледж продолжал пристально смотреть на Дейн.
– Да, боюсь, что ставки в вашей игре я делать не буду, – лениво протянул он. – Это ваш отец любит рискованные игры, я – пас.
– Отец? – Дейн вопросительно смотрела на родителя. Гарри окинул дочь взглядом, давая понять, чтобы она не лезла не в свое дело.
– Где Оливия?
– Я пришел вместо нее, поскольку все вопросы, имеющие отношение к Бонтеру, теперь в моей компетенции. Вы бы хотели обсудить деловые вопросы? – насмешливо спросил гость.
– Не ваше дело, что я хотел обсудить с Оливией, – резко ответил Гарри, под бравадой скрывая тревогу. – И я буду говорить с Оливией, а не с вами, так что желаю вам приятного вечера, мистер Ратледж. Думаю, дорогу из дома вы найдете сами.
Гарри вышел из комнаты, хлопнув дверью, не смущаясь тем обстоятельством, что оставил Флинта Ратледжа наедине с дочерью. Ничего, пусть пообщается с этим чудовищем – она заслужила урок. Пусть этот проходимец поставит ее на место. Тогда, возможно, она станет посговорчивее. Полезно бывает узнать, что не всех мужчин легко очаровать. Хоть на что-то этот сукин сын сгодится.
Дейн оказалась загнанной в угол. Она чувствовала себя как бабочка, которую прикололи к картонке. Как она сможет теперь уйти красиво? Флинт явно наслаждался ее растерянностью.
Она ненавидела его. Надо было пристрелить его тогда. Отстрелить самую... выдающуюся часть тела. И жить дальше. Флинт продолжал разглядывать ее с тем же смешанным выражением восхищения и недоумения, что и раньше. Будто он видел ее впервые.
Но она действительно выглядела сегодня по-другому. Дейн была одета так, как положено одеваться дочери преуспевающего плантатора. Та дочь, которую он был готов выдать за первого встречного, который, в свою очередь, – и слава Богу – не согласился взять ее в жены.
Дейн расправила плечи. Этот Ратледж отказал ей с таким видом, будто Бонтер слишком великое сокровище, чтобы вручать его ей. Словно у него уже была на примете красотка из местных – скромница, разумеется, которую он мог бы осчастливить в ближайшем будущем.
Господи, как она его ненавидела!
– Мне так хотелось бы вам нагрубить, мистер Ратледж, но не могу. Меня приучили к хорошим манерам. Полагаю, ваше дело здесь закончено.
– Но как насчет того дела, что касается нас двоих? – негромко спросил он.
Очевидно, ее сегодняшняя манера поведения его весьма заинтриговала. Он не думал, что Дейн может так походить на леди. Она вовремя прикусила язык. Короткий и грубый ответ крутился на языке. Пора было поставить этого мистера Ратледжа, который на нее и гроша бы не поставил, на место.
– Какие дела между нами? Вы, должно быть, что-то путаете. Я с вами ни разу не встречалась до сегодняшнего вечера и надеюсь не встречаться впредь.
С этими словами девушка плавно развернулась и выплыла из комнаты. С прямой спиной, легко и изящно. Мать могла бы гордиться дочерью в эту минуту. Такая осанка, и как она умела держать подбородок!
Пусть смотрит! Она умеет быть рафинированной южной барышней получше многих других. Глупые мужчины. Им всем только этого и надо! Глупую женщину, которую они могли бы возвести на пьедестал и оставить там, покуда сами будут охотиться за более лакомой дичью.
Кем бы она ни была, Дейн оставалась южанкой и дочерью богатого плантатора. Она умела показать, кто есть кто, когда наступал критический момент.
Дейн не могла успокоиться, постоянно напоминая себе о нанесенном ей оскорблении, в то время как отец полным ходом готовился выдать ее замуж. Гарри рассылал приглашения потенциальным мужьям. А оставшееся время посвящал Найрин. Дейн не могла засвидетельствовать этот факт, но так ей казалось. Нет, она была уверена в этом. Сама атмосфера в доме была пропитана чувственностью. Было очень тихо, удушающе тихо, и эта густая тишина давила на нее, не давая забыть о том, что происходит.
Даже Бой, ее любимец, которому девушка посвящала столько времени и сил, чувствовал, что в доме творится неладное. Казалось, будто само время остановилось и ждет чего-то непостижимого.
Гарри старался вовсю. Сколько же женихов было у него в списке? Дюжина, а то и больше! Все сыновья плантаторов, которые, на его взгляд, отвечали самым высоким требованиям.
«Заманчивое предложение... Но я не дам за вас и ломаного гроша».
В сотый раз Дейн прокручивала в уме эти слова. И поцелуй, который словно припечатался к ее губам... Она столь же остро чувствовала его вкус. Непонятно, как одно могло уживаться с другим, если только предательство и обман не были присущи самой природе мужчин.
Флинт был настоящим отродьем сатаны, таким же, как ее отец. И Найрин тоже принадлежала их кругу. Эта загадочная порочная улыбка, этот жаркий, всепонимающий взгляд. Все будет так, как она сказала: Гарри позаботится о том, чтобы она, Дейн, ушла из их жизни навсегда. И как можно скорее.
Она ненавидела отца за то, что он готов был отказаться от нее ради этого ничтожества, Найрин. А этот несносный братец Клея, посмевший так высокомерно отказаться от нее. Как будто кто-то ему ее предлагал!
Он еще поплатится за это! Дейн рисовала в воображении картины его унижения. Он еще будет ползать у нее в ногах. Как ей хотелось обрести над ним ту жаркую чувственную власть, что имела Найрин над ее отцом!
И когда он сдастся на ее милость, Дейн отшвырнет его прочь как ненужную тряпку! «Я не взяла бы тебя, Флинт Ратледж, даже если бы мне за это заплатили...»
Какие сладкие грезы. Они развлекали ее все то время, пока она каталась верхом, пока они с Боем не торопясь объезжали знакомые с детства поля.
Дейн знала здесь каждый акр, все ей было знакомо, до самого тоненького стебля тростника, таинственным образом выраставшего из крохотного семени, – новый урожай поднимался из семян, оставшихся на полях с прошлого года. Вспаханные в феврале, весной поля покрывались побегами, и рабы пропалывали их, копали дренажные канавы, потом готовились к уборке урожая. Те, кто не трудился в поле, собирали топливо для сахарных заводов или делали бочки и строили амбары для сахара и патоки.
На полях Монтелета кипела работа, и каждый знал, что и когда должен делать.
И только Дейн была не у дел.
«Значит, у меня все же есть что-то общее с братом Клея, – угрюмо подумала она. – И сахарные поцелуи, что тают на языке, как конфета, сладкие и чувственные, попробуешь раз – и хочешь еще».
Видит Бог, она хотела заставить его пожалеть...
Дейн пересекла короткую дорогу, соединяющую два поля, и направила Боя к гряде холмов, откуда открывался вид на всю плантацию Монтелет и отчасти на Бонтер. Еще два дня назад Бонтер был наследством Клея.
«Как мог этот человек после двадцати лет отсутствия вот так запросто войти в жизнь семьи? Как Оливия могла позволить ему сделать это?»
Ответ был как на ладони. Заскорузлые, неухоженные поля Бонтера. Клей ничего не сделал для этой земли, оставил ее заботам управляющих, сменяющих друг друга едва ли не каждый год, людей, которые не любили эту землю и видели в ней лишь источник собственного обогащения.
Клей уехал в Новый Орлеан, и даже если бы его брат не объявился, он так и прожигал бы жизнь. Но у нее был бы Бонтер и она могла бы управлять плантацией. И делала бы это с удовольствием.
Да, если бы плантация Бонтер попала в руки Дейн, она нашла бы способ улучшить положение дел. Значит, у нее были бы и Клей и плантация, а это куда больше, чем то, что было у нее сейчас: изматывающее, гложущее изнутри желание отомстить.
Усадьба Бонтер умирала. Случилось то, чего так хотел Гарри. И значит, сплавив дочь с рук, он постарается заполучить Бонтер. То, что Флинт Ратледж вернулся, ничего не меняло – старший отпрыск едва ли намного лучше младшего. Он предложит Оливии хорошую цену, и она вынуждена будет принять его условия. Она повержена, она окончательно осознала тот факт, что ее сыновья просто органически не способны на какое-либо продуктивное дело. Заполучив Бонтер, Гарри и Найрин заживут королями – самые богатые, недостижимо богатые плантаторы во всем Сент-Фое.
Единственное, чего Дейн не понимала, зачем Флинт Ратледж явился в тот вечер к ним в Монтелет. Он сказал, что у него было дело.
Какие могут быть дела между Гарри и Оливией?
Гарри уже сейчас собирался предложить цену за Бонтер? Ну, разумеется! Он ведь не знал о возвращении Флинта Ратледжа. Но тогда при чем тут Оливия? Если предлагать свою цену за плантацию, то Клею, а не ей. Нет, он не стал бы обсуждать покупку Бонтера с Оливией, с которой они не разговаривали двадцать пять лет.
Двадцать пять лет молчания, и вдруг ему понадобилось поговорить о делах?
О каких делах?
«Как о каких? О делах династии, разумеется», – нашептывал ей внутренний голос. Существовал один путь, самый надежный, заполучить Бонтер и сбыть Дейн с рук. Способ убить двух зайцев одним выстрелом.
Нет!
Она даже не смела подумать об этом – все в ней противилось тому, чтобы связать воедино два действия. Гарри предлагал ее Клею с целью заполучить Бонтер, используя ее как приманку для осуществления своих планов – развязать себе руки и целиком предаться порочной страсти к Найрин.
Дейн затошнило.
В голове помутилось. Она сходила с ума лишь от того, что постигла простую и жуткую истину. Принял бы Клей предложение ее отца?
Нет... Можно себе представить, как он наслаждался бы тем, что Гарри оказался хоть на момент в его власти. И тогда он не стал бы уезжать. Он был бы потрясен, ибо никогда не догадался бы о хитроумных планах отца Дейн.
Девушка была на волоске от того, чтобы восхититься элегантным решением Гарри. Сбыть свою дочь транжире и моту, сыну человека, которого он ненавидел больше всего в жизни, и получить вознаграждение в виде плантации, которая в ближайшем будущем окажется все равно в его руках. Плантации, о которой он всю жизнь мечтал.
Как хитро придумано!
И тогда становилось совершенно очевидно, зачем появился Флинт Ратледж в Монтелете. Гарри пригласил Оливию для того, чтобы продать ее, Дейн, Клею. И она сыграла бы как раз на руку отцу. Если бы Клей согласился на ней жениться, Гарри вообще ничего не пришлось бы за нее предлагать.
Она бы сама все для него сделала. Должно быть, Гарри всерьез запаниковал, увидев вместо Оливии незнакомца, даже если он и приходился Оливии старшим сыном. Гарри к этому не был готов.
Дейн испытала мстительное удовольствие от того, что столь тщательно продуманный и красиво сработанный план провалился из-за недомыслия Клея и приезда Флинта Ратледжа.
Все складывалось как нельзя лучше. Флинт производил впечатление человека целеустремленного. Этот Ратледж не из тех, кем Гарри мог бы манипулировать.
Впрочем, ей-то какое дело. Он все равно ее не возьмет. Ни гроша на нее не поставит.
Все, о чем она мечтала, получить разрядку – сладостное ощущение, когда, как следует разжевав, она просто возьмет и выплюнет его.
Почему бы нет?
В этот момент размышления Дейн были прерваны появлением всадника – он приближался со стороны пребывавших в печальном запустении полей Бонтер.
С этого расстояния узнать человека она не могла, но кому бы это быть, как не ему самому, Флинту Ратледжу? Кому бы еще пришло в голову кататься верхом в этих местах?
Она направила Боя туда, где заметить се было труднее всего, под дерево, росшее возле кустарника.
Почему бы нет? Что она, собственно, теряет? И вообще, есть ли ей что терять?
Колода роздана. Карты в этом мире достаются лишь мужчинам. Они играют по своим правилам. Она не смогла остановить Клея, ей не удалось уговорить его остаться. Она не смогла переубедить отца. Смогла бы она хоть одного мужчину заставить покориться своей воле? Одного мужчину – того, кто отказался от нее с легкостью, с которой стряхивают соринку с рукава. Смогла бы она соблазнить его? Довести до той точки, когда желание превозмогает все, а потом насладиться сполна: отослать прочь.
Действительно ли ей хотелось сыграть в эту опасную игру с Флинтом Ратледжем?
Насколько эта игра опасна, если Гарри вознамерился во что бы то ни стало сбыть дочь с рук тому, кто проявит интерес? Ее будущий муж даже не ее будет покупать, а приданое: Монтелет и все прочее. То, что Гарри захочет за нее отдать. Все, что не перейдет Питеру и этой суке Найрин.
Документы и обещания – любой потенциальный муж, считающий себя достойным этой роли, будет на этом настаивать. А ее мнения никто даже не спросит.
...сладкие поцелуи...
И медовые речи – женщины всегда падки на слова. Дейн задумчиво смотрела вслед всаднику, который, свернув на проселок, постепенно скрылся из вида.
Проезжая по пришедшим в упадок полям Бонтера, Флинт прятал свой гнев под маской бесстрастности. Ничего не изменилось. Ровным счетом ничего. Приходил сезон сбора урожая, и рабы отказывались трудиться. Никакие громкие речи тех, кто ошивался в столице, ничего не могли изменить.
Вот уже три дня он большую часть времени проводил в полях, из которых только половина была засажена. В садах тоже царило запустение. Сорная трава по пояс. Оливия допустила такое безобразие, а что с этим теперь делать ему, он и понятия не имел.
Но мать рассчитывала на то, что сын что-то исправит. Флинт никогда не видел, чтобы отец прикладывал усилия к наведению порядка. Не было заметно и участия Клея. Флинт чувствовал, что эта земля принадлежала ему от начала времен и, дремлющая, лишь ждала, когда он пробудит ее ото сна.
И не одна лишь земля. Он чувствовал, что и в его душе есть что-то скрытое, ничем не проявлявшее себя до сих пор. Но оно вот-вот готово проснуться, как эти поля. Это чувство возникло у него сразу, как только Флинт ступил ногой на землю Бонтера.
Эта земля была его, всегда была и будет.
А все остальное может подождать. Года два или три...
Он даже не удивился, что начал мыслить категориями вечности. Воспринимать жизнь как нечто постоянное. И это несмотря на то что Флинт ненавидел установившийся здесь жизненный уклад. Он ненавидел его столько, сколько помнил себя.
Но теперь он должен был жить той жизнью, которая была ему завещана. И иной не будет. Ему ничего не оставалось делать, как смириться и подчинить этот уклад себе.
И ничто не могло остановить Флинта – даже слоновье упорство Гарри Темплтона в желании приобрести Бонтер любой ценой. Гарри не побрезговал выставить в качестве приманки собственное состояние и тело своей дочери.
Он собирался заключить сделку с Клеем, пригласив в качестве брокера Оливию. Богатства Монтелета должны были послужить средством убеждения. Управляющий Гарри освободил бы Клея от любой ответственности за Бонтер, и тогда Клей смог бы спокойно проматывать приданое, что Гарри собирался отдать за дочь. Какой славный расклад для Клея! Но тут все срывается с возвращением старшего братца.
И вот теперь дочка Гарри ездит по меже, разделяющей две плантации. Несколько раз туда и обратно. О чем она думает? Что гложет ее? Мысль о мщении? Хочет отомстить ему за непочтительность и бестактность?
Флинт, разумеется, успел заметить ее. Глаза его были привычны к тому, чтобы выглядывать врага в прериях. Он заметил ее еще в тот, первый раз, два дня назад, когда она поспешила юркнуть от него под дерево.
Потом Дейн приезжала сюда на следующий день и еще несколько раз. Что она замышляла? К чему готовилась? Он понимал, что в гневе она пойдет на все. Флинт скорее доверился бы гремучей змее, чем женщине в гневе.
На четвертый день он поднялся на вершину холма. И решил ждать гостью здесь.
Иногда стоит подняться на холм, чтобы посмотреть на все с иной точки. Все видится по-другому даже с высоты десяти футов.
Отсюда он мог видеть на несколько миль вокруг, до самой старицы в низине. Плодородные поля Монтелета, множество рабов, прорубающих себе путь в высоких зарослях сахарного тростника. На полях кипела работа: одни рубили тростник, другие оттаскивали его в сторону и грузили на телеги. Флинт даже видел покатую крышу усадебного дома в Монтелете, утопающего в зелени сада. И веселую яркую зелень лужайки.
Но стоило Флинту посмотреть в противоположном направлении, как глазу открывалась удручающая картина запустения. Сезон закончился, так и не успев толком начаться.
Он видел будущее Клея, его наследство, каким оно было бы, ибо Гарри Темплтон все равно присвоил бы его себе.
Теперь этому не бывать!
Флинт гадал, знал ли Гарри о том, что Клей сбежал, когда приехал его ненавистный старший брат...
Неожиданно Флинт заметил ее. Было так, словно он увидел ее впервые. Дейн поднималась по склону холма так медленно, так плавно, что приближение ее было подобно тому, что бывает во сне. Или в мечте. Она сама была подобна мечте. Одета девушка была в свободное платье, которое позволяло ездить верхом. Ее золотистые волосы на этот раз были скручены в узел и заколоты на затылке.
Она соскользнула с коня и привязала его к дереву, а сама, прислоняясь к стволу, стала смотреть туда же, куда совсем недавно смотрел Флинт. Он видел, что она пышет гневом. Ярость сверкала в ее глазах. Она сдерживала ее из последних сил, изливая во взгляде, направленном в сторону Монтелета.
«Неужели ей нужен Клей?» – подумал Флинт, и у него сильно забилось сердце.
Она красива. Она не выглядит сумасшедшей...
Впрочем, может, девушка лишь казалась ему таковой. Ведь она была его воплощенной мечтой. Единственное, в чем Флинт мог быть уверен относительно Дейн, так это в том, что язык у нее острее змеиного жала и стреляет она отлично.
Поэтому Гарри готов был продать ее любому, кто мог лучше делать это. Или это всего лишь заговор с целью выманить Клея...
Он ее не получит! Этому не бывать...
Казалось, девушка угадала мысли Флинта. Она резко обернулась, лицом к Бонтеру и прошептала злобно:
– Черт бы побрал тебя, Клей. Черт бы побрал тебя за твою ложь и предательство... – Она опустила плечи. – Господи, покажи мне, что делать. Научи меня...
Флинт превосходно рассчитал время – он соскользнул с ветки и, навалившись на Дейн, свалил с ног. Она была такой мягкой, такой нежной. Ему казалось, что она тает под ним.
Его мечта... Его реальность.
Земля качнулась. Флинт взглянул Дейн в глаза и увидел в них вражду. Но это не имело значения: он хотел почувствовать ее губы, ощутить медовый вкус ее языка.
И прижался к ее рту. Он вкушал наслаждение.
«Моя!» Он чувствовал то, что она принадлежит ему, с той же острой непреложностью, с какой ощущал своей мягкую родную землю Бонтер.
Больше никто, никто...
Дейн извивалась, отчаянно стараясь увернуться.
Сахарные поцелуи... Как она могла их забыть?
Он накрыл ее собой. Он почти подчинил ее своей воле. Все то женское, что было в Дейн, стремилось покориться, отдаться ему. Инстинкт диктовал свое.
Флинт сам это чувствовал. Ее дрожь, ее инстинктивный порыв. Она не осталась равнодушной к его поцелуям. Но была сильна тем, что скорее бы умерла, чем призналась бы в этом.
Такая сила... ее тело вздымалось. Рот ее, непокорный, исполненный любопытства – она толкала его и тянула к себе, как будто могла с ним справиться.
Она ничего не могла противопоставить нежной власти его губ. И тело ее поднималось ему навстречу, как будто стремилось растаять в крепких объятиях, – нежное и податливое. Дейн извивалась, поднимаясь волной навстречу его сдержанным толчкам, пластичному давлению губ.
Как и раньше, видит Бог, она не могла не поддаться требовательному призыву его рта. Нет, она отнюдь не была невосприимчива к его чарам.
Или дело было совсем не в нем? Может, любой, абсолютно любой мужчина мог взять ее, и она отдалась бы ему назло отцу и всему тому, что было связано с навязанными ей правилами игры?
Возможно, так она и поступила бы, но только этот любой не должен быть им. Только не ему!
– Ты, ублюдок, что ты делаешь? – прошипела Дейн, сопротивляясь.
– Целую тебя, – пробормотал Флинт в ответ.
Голос его звучал вполне осмысленно, что при данных обстоятельствах было странно. Он сжимал в ладонях ее лицо. – Здесь нет границ, сахарная моя, здесь ничейная земля – она никому не принадлежит, ни Ратледжам, ни Темплтонам. Тут просто нечего захватывать и нечем обладать. Мы могли бы обладать друг другом.
– Никогда! – Она отшвырнула его руки и толкнула в грудь. – Никогда! Уберите руки, мистер Флинт Ратледж.
Дейн разозлилась из-за того, что ей понравились его поцелуи. Противоречивость ее поведения забавляла его. Он послушно отстранился, приподнялся на локте, словно случайно пришпилив к земле рукав ее платья.
Дейн дернула руку, с запоздалым ужасом услышав звук рвущейся ткани. Тонкая материя оказалась порвана от плеча до подола. Теперь она оказалась наполовину обнаженной и... такой уязвимой.
Под платьем у нее почти ничего не было. Рубашка, которая тоже порвалась у плеча, приоткрывая вздымающуюся грудь, нижняя юбка, через которую просвечивало кружево панталон, черные фильдеперсовые чулки и тонкие кожаные туфельки с завязками вокруг лодыжек.
Он зажегся как от огня.
«Я хочу ее!»
Желание его было настолько острым, что Флинт произнес эти слова вслух.
Хотя, возможно, он мог бы ничего и не говорить. Возможно, она была действительно настолько опытна с мужчинами, что ему вообще ничего не надо было ей говорить.
И Дейн действительно поняла его желание. Она почувствовала по тому, какой напряженной вдруг стала тишина. Он наблюдал за переменами в ней. Испуганная голубка минуту назад, она превратилась в холеную хищную львицу, решившую слегка поиграть со своей добычей.
Если бы у нее было ружье на этот раз, он мог бы считать себя мертвецом. И этот взгляд. Бесстыдно оценивающий. Женский взгляд. Опасный. Корыстный.
Дейн думала, что понимает природу мужчины и знает, как надо себя вести, чтобы получить то, что хочешь. Но все будет как раз наоборот. Он собирался насладиться ею, помучить всласть, да так, чтобы эта мука показалась ей самой сладостной.




Предыдущая страницаСледующая страница

Ваши комментарии
к роману Желанная - Дивайн Тия



Сомневаюсь, что сей роман относится к эротическому любовному роману. О любви ни сказано ни слова. Одна похоть.Но тем не менее.роман привлекает своей детективной сюжетной линией.Согласна, что такое изложение имеет место быть.Но хотелось бы в конце немного нежности и любви в отношениях героев.Не очень поняла почему Ф. выстрелил в свою сестру.8/10
Желанная - Дивайн ТияПланета
30.08.2014, 8.54





интересный, лихо закрученный сюжет. и как всегда много секса.
Желанная - Дивайн Тиялёлища
26.12.2015, 8.39





Я далека от убеждения, что миром правит любовь (хотя хотелось бы, чтобы было именно так). Но романы этого автора кричат, о том, что похоть движет всем и каждым, в каждой главе сперма льется ручьем. У автора какая-то больная фантазия - почти каждый персонаж этого романа готов убивать. Героиня - бесила своими идиотскими поступками и тупыми разглагольствованиями. После двухнедельного траха с элементами БДСМ она вдруг размышляет о девичьей чести. Читать не рекомендую, после прочтения осталось впечатление, будто вступила в г...но. Хотя на вкус и цвет.....
Желанная - Дивайн ТияНюша
8.01.2016, 1.52








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100