Читать онлайн Цыганские глаза, автора - Диксон Хелен, Раздел - Девятая глава в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Цыганские глаза - Диксон Хелен бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 9 (Голосов: 28)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Цыганские глаза - Диксон Хелен - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Цыганские глаза - Диксон Хелен - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Диксон Хелен

Цыганские глаза

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

Девятая глава

Взяв поводья, Пруденс вывела Лисичку во двор. Забравшись на каменную глыбу, она уселась в седло, расправила юбки и взглянула на Лукаса, с ловкостью атлета взлетевшего на спину своего могучего жеребца.
– Должно быть, в ваших конюшнях множество прекрасных лошадей, – сказала она.
– Это правда, – ответил Лукас. – Дядя Джордж оказался таким же страстным лошадником, каким был мой отец. К счастью, после отъезда из Марлден-Холла он оставил мне несколько отличных чистокровок.
– Куда он уехал… ваш дядя?
– В Лондон. Боясь возмездия, он затаился в доходном доме в Чипсайде и дожидается прибытия моего кузена Джеффри. Его корабль должен вот-вот появиться в лондонской гавани. Дядя Джордж хочет отплыть вместе с ним. Он намерен переселиться в Америку, где у него есть какие-то деловые интересы. Ты знакома с моим дядей?
– Нет. Я видела его однажды, когда он приезжал в Уиллоу-Хауз, чтобы договориться с отцом о покупке земли. Не могу сказать, что он произвел на меня приятное впечатление.
На губах Лукаса появилась едва заметная улыбка.
– Меня это не удивляет.
Пруденс повернулась к нему.
– Вы не ладили с вашим дядей?
– Нет.
– А с Джеффри, вашим кузеном? – робко спросила девушка. Мужчина, с которым она дважды встречалась, не выходил у нее из головы. – К нему вы относитесь лучше?
– Нет. – Лукас не мог скрыть ненависти, сжигавшей его на протяжении пяти долгих лет. – Мой отец и дядя Джордж все время враждовали. Дядя жил в Гемпшире, и мы видели его очень редко, но когда он появлялся, ты и представить не можешь, какие разыгрывались ссоры. Их неприязнь друг к другу отразилась и на Джеффри, который во всем слушался отца. Хотя должен признать, что Джеффри не поддерживал ни короля, ни Парламент, а лишь искал свою выгоду. Мы все вздохнули с облегчением, когда он поступил на флот и ушел в море. Со временем он дослужился до капитана. Позже он оставил флот, приобрел собственное судно и получил каперское свидетельство.
– Что такое «каперское свидетельство»?
– Оно дает моему кузену право владеть военным кораблем и атаковать и захватывать суда вражеских государств.
– Похоже на узаконенное пиратство.
Лукас усмехнулся.
– Ты права. Корсарство признано международным правом и не преследуется по закону, но на самом деле корсары – те же пираты, занимающиеся грабежом.
– Ясно. Вы с кузеном дружили в детстве?
– Нет, к сожалению. Джеффри старше меня на восемь лет, и считал меня сосунком. Мы с ним вечно ссорились, и с возрастом наши отношения не улучшились.
Заметив, что Лукасу неприятно говорить об этом, Пруденс воздержалась от расспросов и обратила все внимание на свою обожаемую Лисичку.
Они промчались через сонную деревушку Марлден-Грин и проехали по горбатому мосту, привлекая к себе любопытные взгляды прохожих. Как только кучка домиков осталась позади, Пруденс поняла, что их совместная прогулка даст пищу сплетням и пересудам.
Вскоре они свернули с дороги на лесную тропу, и их встретил влажный аромат леса. Лукас объяснил девушке, что это кратчайший путь в Марлден-Холл.
После недолгого молчания Лукас взглянул на свою спутницу.
– Ты любишь ездить верхом?
– Да, – ответила она. – Так приятно вновь оказаться в седле. Я не ездила верхом несколько лет.
– С виду не скажешь. Ты, моя дорогая Пруденс, прирожденная наездница. У тебя отличная посадка.
Пруденс посмотрела на него и улыбнулась ленивой, невероятно чувственной улыбкой, при виде которой Лукаса бросило в жар.
– Я знаю.
Он усмехнулся.
– Кокетка.
– Ума не приложу, почему вам захотелось поехать со мной. Я не похожа на утонченных дам из вашего окружения. – Лукас мысленно возблагодарил за это Господа. – Я всегда считала себя простушкой, – со вздохом сожаления добавила девушка.
– Мне нравится твое общество, особенно когда ты такая упрямая и пылкая.
– Я? Пылкая? – ахнула Пруденс, притворившись обиженной, хотя на самом деле ощущала странный душевный подъем.
Лукас рассмеялся.
– В этом нет никаких сомнений. Ты, моя радость, самая пылкая и непокорная женщина из всех, кого мне посчастливилось встретить. А раз уж ты напрашиваешься на комплименты, никакая ты не простушка.
Она зарделась.
– Но я была простушкой.
– Именно что была, – сказал Лукас, с усмешкой глядя на ее красивое лицо. Его намерение ехать прямо в Марлден-Холл сменилось желанием провести время в более тесном общении, чем это позволяла верховая прогулка. Лесная поляна, покрытая цветочным ковром, и зеленые берега ручья показались Лукасу слишком заманчивыми. Он остановился.
– Слезай, – велел Лукас девушке.
– Почему?
– Потому что это прекрасный день для прогулки у ручья, – заявил он, спешившись и медленным шагом двинувшись вперед.
Пруденс насторожилась, заметив его страстный взгляд.
– Я так не думаю, – возразила она, крепче сжав поводья.
Лукас обхватил ее за талию и стащил с лошади. Пруденс ожидала, что он тут же ее поцелует, и была очень удивлена, когда он взял поводья и повел лошадей к огромному дубу. Оглянувшись, он протянул руку.
– Идем.
Девушка побрела за ним по мшистому берегу ручья, глядя на чистый поток, журчащий среди камней, и размышляя об уединенности этого места и собственной уязвимости.
– Я часто приходил сюда в детстве, – признался Лукас. – Это было одно из моих любимых мест.
Пруденс взглянула на него с улыбкой, представив себе высокого паренька с копной блестящих черных волос, шлепающего по воде.
– И что же вы здесь делали?
– То, что обычно делают мальчишки: носился по лесу, сбивая палкой листья, разувался и бродил по ручью до самого впадения в реку. Но чаще всего мечтал.
Лукас остановился и осмотрелся по сторонам, затем подошел к старому дубу и уселся прямо на землю, прижавшись спиной к стволу и подогнув одну ногу. Не сводя глаз со своей спутницы, он похлопал ладонью по земле.
– Садись.
Девушка робко повиновалась, аккуратно расправив юбки, но, словно упрямый ребенок, села не так близко к Лукасу, как ему хотелось.
Он смотрел прямо перед собой, погруженный в раздумья. Пруденс взглянула на его красивое лицо, позолоченное лучом солнца. Узкое и тонко очерченное, оно казалось почти таким же смуглым, как лицо Соломона. Девушка была очарована его взглядом, лишенным обычной насмешливости. Выражение его глаз было тоскливым, словно он пережил какое-то страшное потрясение, и пришел в этот родной, тихий уголок в поисках исцеления. Пруденс никогда не видела его таким. Отбросив ироничную надменность и самоуверенность, он казался до странности уязвимым.
– О чем вы думаете? – тихо спросила она, лениво пощипывая пальцами траву.
– О Стамбуле, – признался Лукас. – О золотых и белых куполах и бескрайней морской синеве за Золотым Рогом.
– О! – удивленно воскликнула Пруденс, не ожидавшая подобного ответа. – Может, расскажете мне?
– Если хочешь. Впервые увидев этот город с Босфора, я был поражен. Зрелище было необыкновенное. Семь его холмов волнами встали на фоне неба, а купола и минареты тонули в туманной дымке, словно мираж в пустыне.
Пруденс с любопытством взглянула на Лукаса.
– Зачем вы поехали на восток? – спросила она, сгорая от желания узнать о его прошлом.
Лукас легкомысленно пожал плечами, не желая посвящать Пруденс во все события последних пяти лет своей жизни, но кое-что решил все-таки рассказать.
– За удовольствиями… за приключениями. Меня манила красота востока, и я намеревался отправиться в Индию.
– И вы были разочарованы?
– Разочарован? Нет. Увидев Стамбул впервые, невозможно не восхититься.
Пруденс вздрогнула: полученные из книг сведения о загадочном востоке внушали ей ужас.
– Вы хотите сказать, что он не погряз в разврате и варварстве, что турки вовсе не кровожадные дикари, обращающие в рабство всех, кто попадается им на пути?
– Некоторые да. Жизнь в Оттоманской империи часто бывает жестокой. Это мужской мир, хотя влияние матери султана или бабушки, как у нынешнего султана, который при первой нашей встрече был семнадцатилетним юношей, поистине безгранично.
– Сколько вы там прожили?
– Почти три года.
– Боже… наверное, вам понравилось.
– Да. Я жил во дворце, – поведал Лукас с улыбкой.
Впечатленная его признанием, Пруденс удивленно моргнула.
– И чем же вы заслужили столь высокое положение?
– Султан отблагодарил меня за спасение его жизни.
Девушка была очарована, словно ребенок, слушающий волшебную сказку.
– О! Как?
– Я находился на судне, которое столкнулось в водах Босфора с баркой султана Мехмеда. В суматохе он и несколько его приближенных попадали за борт. Я всего лишь нырнул следом и вытащил его. Я не видел в своем поступке никакой особой доблести, но султан был благодарен и щедро наградил меня. Его величество почтил меня своей дружбой и предоставил мне свободу в пределах своего дворца.
Неожиданно Пруденс осенило.
– Что же вы делали на судне, идущем в Стамбул, если намеревались отправиться в Индию? Я изучала географию, и, по-моему, вы сбились с курса.
Лукас неожиданно смутился и отвел взгляд.
Пруденс широко раскрыла глаза и буквально подскочила на месте.
– Лукас! Ты был рабом? – Девушка была так захвачена его рассказом, что и не заметила, как впервые назвала его по имени.
Когда он наконец встретился с ней взглядом, его улыбка была почти застенчивой.
– Это правда. Я был рабом. Меня захватили и продали турецкому паше в Алжире. Он отвез меня в Стамбул. – В его глазах появился плутовской блеск. – Итак… что ты теперь думаешь обо мне? Не самая подходящая роль для героя. Я предпочитаю не распространяться об этом. При всей своей репутации храбреца, покрывшего себя славой на полях сражений, я не смогу посмотреть в глаза своим друзьям, если эта история выйдет наружу.
– Да уж, наверняка не сможешь. – Пруденс улыбнулась, почувствовав его настроение. – Но ты не виноват, что тебя захватили, и это приключение стоит того, чтобы о нем рассказывать.
– Иногда все это кажется мне сном.
– Когда ты спас султана, турецкий паша подарил тебя ему?
– Да. Он считал честью преподнести султану подобный подарок, но мне это честью не казалось. А что касается здешних представлений о рабстве, мое положение было вовсе не таким ужасным, как у рабов на западе.
– Но, наверное, это слишком унизительно для воина.
– Я некоторое время служил в турецкой армии, вместе с другими наемниками-христианами. К тому же, я стал одним из фаворитов султана. Он был молод и слишком одинок.
– Он считал тебя своим другом?
– Думаю, да.
– Тогда почему он не отпустил тебя на свободу?
– Зачем? Ему это было не к чему. Он был благодарен мне за спасение жизни, но, кроме того, он был эгоистичен. Он называл меня своим гостем, а не рабом, но я знал, что так просто он меня не отпустит. Он многое мне дал: дворец, в котором я жил, слуг и несметное количество драгоценностей. Я ни от чего не отказывался и по западным меркам стал очень богатым человеком. Большую часть своего состояния я вывез на запад из Стамбула. При этом я все время опасался за свою жизнь. Я знал, что моя судьба полностью зависит от расположения султана. Времени было мало. Рано или поздно какой-нибудь завистливый паша подсыпал бы мне яду, или меня придушили бы шелковым шнурком, или вонзили кинжал в спину.
– Как ты сбежал?
– Узнав, что король Карл возвращается на английский престол, я решил уехать. План побега давно был составлен. В одну безлунную ночь мы с Соломоном выбрались из дворца. Никто нас не заметил.
Пруденс ему поверила. Судя по рассказам Молли, Лукас Фокс умеет двигаться беззвучно, как тень, и растворяться в воздухе.
– Соломон твой раб?
Лукас, оскорбленный ее вопросом, нахмурил темные брови.
– Он мой личный слуга, но не раб, Пруденс. Он остался со мной по собственному выбору и волен уйти, когда пожелает.
– Но не уйдет?
– Вряд ли. Когда я встретил его впервые, ему было пятнадцать лет. С ним обращались очень жестоко. Я привязался к нему, стал его защитником, а когда решил уехать из Стамбула, он не захотел оставаться.
Лукас продолжил свой рассказ о жизни в Стамбуле, о бесконечных церемониях и неторопливом течении времени, а Пруденс, зажмурившись, пыталась представить себе сияющие дворцы, укрытые за глухими стенами, с мраморными залами, наполненными запахом фимиама и экзотических масел, прохладу фонтанов, затененные террасы и синее море, жаркое солнце и аромат цветов. Когда Лукас рассказал ей о тысячах ремесленников, создавших этот символ могущества Оттоманской империи, девушка осознала всю безграничность власти султана.
– В садах, которые ты описал, должно быть очень много садовников, – заметила она, когда Лукас затронул ее любимую тему.
– Да, так и есть. Около тысячи, по-моему.
Пруденс ахнула.
– Так много? Господи! При таком количестве садовников, это, наверное, не сады, а рай земной.
– Да, но все эти садовники выполняют и более мрачную работу, а не только ухаживают за растениями, – добавил Лукас, украдкой любуясь ее обворожительным личиком.
– А?
– Во дворце они выполняют роль палачей. Появление любого из них с мечом или с шелковым шнуром – знак неотвратимого рока.
– О… какой ужас. Как же ты терпел все эти страдания так долго?
– Страдания? – Взгляд Лукаса вновь стал задумчивым. – Я не страдал, Пру. Видишь ли, есть иная… более приятная сторона жизни во дворце султана. В нем есть скрытая сердцевина – отдельный мирок, расположенный за дверью, называемой «Вратами блаженства», куда очень редко проникают стражники и слуги.
Лукас умолк, глядя на восторженное лицо Пруденс. Неожиданно он вспомнил, что беседует с доверчивой юной девушкой. Осознав, что некоторые вещи, которые он хотел рассказать, могут показаться ей греховными, Лукас неожиданно подытожил.
– Боюсь, на этом наш разговор следует прекратить.
Пруденс чуть не расплакалась от разочарования.
– Почему?
Он взглянул ей в глаза и тихо рассмеялся.
– Потому что происходящее за этими вратами не предназначено для ушей добродетельной юной леди из западного мира.
– Что же такое там происходит? – с раздражением спросила девушка.
– Всякие непристойности, Пру. Томас убьет меня, если узнает, что я рассказывал тебе об этом. Это не те вещи, которые следует обсуждать джентльмену с незамужней девушкой.
Не удовлетворенная его объяснением, Пруденс возмутилась.
– Господи! Я что, должна до свадьбы ждать? Это нечестно.
Лукас достаточно хорошо изучил Пруденс, чтобы понимать: требования приличия не способны подавить ее природное любопытство. Надо было прекратить разговор немедленно, но когда девушка взглянула на него с умоляющей улыбкой, Лукас не смог ей отказать.
– Ты права, – пробормотал он с восхищенным блеском в глазах. – Это нечестно. Так уж и быть, Пру, я расскажу тебе. Но должен предупредить, кое-что может произвести на тебя очень сильное впечатление.
Ее глаза вспыхнули, и она придвинулась поближе.
– Нет, меня не так-то просто удивить. Что же это место? – задыхаясь от волнения, прошептала она.
– «Обитель блаженства», сераль, но в западном мире его часто называют гаремом.
– Гаремом?
– Гарем – это способ уединения. Христиане с запада, видящие в нем лишь место, где предаются похоти, не понимают его значения.
Пруденс, почувствовала, что краснеет. Лукас прав. Ему не стоило заводить подобные разговоры, а она не должна была расспрашивать, но, сжигаемая любопытством, хотела знать больше.
– А это не так?
– Это общественное устройство, отделяющее женщин от мужчин. Сыновья султана воспитываются внутри гарема в палатах, называемых «Клеткой», полностью отрезанных от остальной части дворца. Когда один из них становится султаном, он ничего не знает об окружающем мире.
– А почему их держат взаперти?
– Нравы гарема могут быть жестокими, а юные принцы оказываются средоточием тайных замыслов их матерей, каждая их которых желает, чтобы султаном стал именно ее отпрыск. Они стремятся уберечь своих детей. Их прячут, чтобы избежать обычая, согласно которому всех их убивают при приходе к власти очередного султана.
Пруденс испуганно на него взглянула, пораженная его словами.
– Но это же варварство.
– Да. Но так бывает. Также гарем – это место, предназначенное для чувственного удовлетворения султана, жилище его наложниц, – продолжил Лукас, пристально глядя на девушку.
Сердце Пруденс тревожно забилось.
– Наложниц? – шепотом повторила она.
Лукас улыбнулся.
– Ты уверена, что хочешь слушать дальше?
Она кивнула.
– Отлично. Наложницы – это женщины, цель жизни которых дарить наслаждение мужчине. Они умащают свое тело душистыми маслами и благовониями, чтобы разжечь желание своего повелителя. Кроме женщин, в гарем дозволено входить лишь евнухам.
Прекрасно зная, что такое евнухи, Пруденс смущенно отвела взгляд, залившись пунцовым румянцем. В небе над ее головой пел жаворонок, а в темной лесной чаще какие-то зверьки шуршали в траве, но девушка оставалась глуха к этим звукам, обратив все внимание на сидящего рядом мужчину.
Не зная, что сказать, она облизнула губы, и Лукас уставился на нее, следя за мельчайшим ее движением, любуясь ее лицом под широкими полями шляпы. Солнечный свет играл на ее блестящих локонах, падающих на щеки, и придавал глазам темно-фиолетовый оттенок.
Лукас улыбнулся. Она так целомудренна, так невероятно наивна.
– Вижу, я тебя смутил. Я же предупреждал.
Это была правда, но все же Пруденс удалось поднять глаза и встретиться с ним взглядом.
– Немного, – призналась она. – Зато теперь я понимаю, почему ты не сбежал из Стамбула раньше. – Ей хотелось спросить, насколько близко Лукас познакомился с женщинами из гарема, но она не осмелилась.
Лукас улыбнулся, но не стал продолжать. Его смешила и привлекала искренность и беззащитность Пруденс.
– А этим женщинам можно покидать гарем?
– Да, но, согласно обычаю, они должны носить чадру и выходить только в сопровождении евнуха.
– И все они любят султана?
– Господи, нет… хотя готовы поубивать друг друга за право разделить с ним постель. Честно говоря, гарем напоминает змеиное гнездо. Убийцы, разгуливающие вокруг Фонтана Палачей, где обычно проводятся казни, более мягкосердечны, чем многие из женщин гарема. Султан предложил отдать мне в жены одну из своих наложниц.
– И ты согласился?
– Нет. Для этого мне пришлось бы стать мусульманином. Не сказать, чтобы я был слишком религиозен, но своей вере изменять не собираюсь.
Пруденс задумалась над признанием Лукаса. Ей было приятно, что он решился поведать ей о своем прошлом, пересказать ей те события последних пяти лет жизни, о которых не знает даже Томас. Она чувствовала, что стала ближе к нему, что между ними возникла особая связь, и подозревала, что Лукас именно этого и добивался.
Затем девушка сообразила, что его рассказ не полон. Два первых года его странствий оставались загадкой. Как он попал в рабство? Но прежде чем она успела задать вопрос, Лукас поднялся на ноги. Пруденс последовала его примеру.
– Если все еще хочешь осмотреть сады Марлден-Холла, нам пора.
Пруденс думала, что он обнимет ее и поцелует, но вместо этого Лукас взял ее под руку и молча повел к лошадям. Усевшись в седло с его помощью, девушка нахмурилась, не в силах разобраться в собственных чувствах.
– Благодарю за рассказ.
Он улыбнулся и нахально похлопал ее по бедру.
– Пожалуйста. Спасибо, что выслушала.
Настроение Пруденс улучшалось с каждым шагом. Ей нравилась непринужденность Лукаса и его добродушное подшучивание. Верховая прогулка, на которую девушка отправилась с такой неохотой, обернулась для нее приятнейшим времяпрепровождением, а роскошные сады оправдали все ее ожидания.
Впервые в жизни Лукас взглянул на них совершенно другими глазами. Он не ожидал испытать такого удовольствия от обычной прогулки по дорожкам рука об руку с Пруденс, не ожидал, что будет так гордиться великолепными висячими садами и тщательно подстриженными лужайками, напоминающими прекрасные гобелены, множеством растений и цветов, ласкающих и глаз, и обоняние.
Ступив на террасу, Пруденс была очарована старой голубятней и прекрасным видом на парк, засаженный азалиями, вишнями и огромными рододендронами.
– Как жаль, что тебе не с кем разделить такую красоту, – прошептала девушка, вдыхая аромат роз.
– Ты права. Если не считать слуг, я живу здесь один.
– Ты всегда был таким одиночкой? – спросила девушка, взглянув на Лукаса с невинной непосредственностью.
Он задумался, а затем покачал головой.
– Нет… и я не рассчитывал, что буду жить в одиночестве.
– Правда?
Лукас окинул ее задумчивым взглядом.
– Рано или поздно я намереваюсь жениться, Пруденс.
– Да, когда-нибудь тебе придется. А у тебя уже есть избранница?
– Да. Сейчас нас разделяют несколько препятствий, но я уверен, что смогу их преодолеть.
– Я знаю эту леди?
Он усмехнулся.
– Наверняка знаешь.
– И ты ее любишь?
– Мне… она очень нравится, – с осторожностью ответил Лукас. – Она невероятно красива, и мне с ней приятно и весело.
– Я спрашивала не об этом, и этого недостаточно для брака.
– О, она обладает многими другими достоинствами, уверяю тебя, – с улыбкой добавил он. – Как ты думаешь, если я признаюсь этой леди в любви, это поможет мне преодолеть разделяющие нас препятствия?
– Нет, если ты будешь неискренен. Она поймет это и возненавидит тебя за твою ложь. Но ты ей признаешься?
– Когда-нибудь признаюсь.
Раздумывая над словами Лукаса, Пруденс испытала чувство, очень близкое к разочарованию, смутившее и удивившее ее. Ее мучил и другой вопрос. Почему его избранницы не было на ужине в Марлден-Холле? И, если он собирается жениться, почему целовался с ней?
Девушка вздохнула, решив, что ничего не понимает в мужчинах.
Мистер Флетчер, старший из садовников Марлден-Холла, очень обрадовался, узнав, что она испытывает искреннюю страсть к садоводству. Лукас оставил девушку на его попечении и направился к дому, чтобы позаботиться об угощении для гостьи перед ее возвращением в Уиллоу-Хауз.
Но, оглянувшись, Лукас заметил, как естественно она смотрится в окружении кустов сирени и зеленых лужаек, жимолости и роз. Его влечение к ней выходило за границы человеческого понимания. Ее смех был заразителен, улыбка наполняла светом самые темные уголки его души. Она изменчива, открыта и непостижима, и Лукас был уверен, что ему никогда не станет с ней скучно.
Все эти качества, в сочетании с ее честностью, делали ее самым желанным трофеем.




Предыдущая страницаСледующая страница

Ваши комментарии
к роману Цыганские глаза - Диксон Хелен



читайте отличный роман восхитительный получите массу удовольствия чудесное укрощение строптивой
Цыганские глаза - Диксон Хеленнаталия
30.04.2012, 9.14





понравился
Цыганские глаза - Диксон Хеленкэт
30.04.2012, 16.36





мое мнение- героиня глупенький ребенок.дочитывать не стану
Цыганские глаза - Диксон Хеленанна
30.04.2012, 18.49





Приятный легкий роман !
Цыганские глаза - Диксон ХеленМари
30.04.2012, 22.04





Согласна с Анной,а так роман на девяточку с натяжкой.
Цыганские глаза - Диксон ХеленЛёля
8.07.2012, 16.14





Роман небольшой, можно прочитать, но в начале героиня постоянно обзывает героя всеми плохими словами, которые она только знает, а он постоянно говорит, как она прекрасно, и как он хочет, чтобы она стала его женой. Постепенно она в него влюбляется, а он как выяснилось влюбился с первого взгляда, и соглашается с его предложением. rnНа мой взгляд, сюжет очень хороший, но хорошего романа не вышло, чего-то хватает. Когда я дочитала роман у меня было такое чувство, что я прочитала пару страниц в начале, пару в конце и в середине. Да и какой-то он черезчур слащавый, а как все хорошо начиналось. rnПрочитать можно, но никаких восторгов, думаю, он не вызовет. 6/10
Цыганские глаза - Диксон ХеленЗлата
12.07.2012, 9.18





Роман состоит из сплошных литературных штампов этого жанра. Неужели ничего больше нельзя придумать, кроме злодея кузена, пытающего убить ГГ за поместье. Уже тошнит от этих кузенов,кочующих из романа в роман. Главная героиня - инфантильный ребенок.Эта книжка является ярким представителем книжки -презерватива: использовал, получил удовольствие, и выбросил на помойку.
Цыганские глаза - Диксон ХеленВ.З.,64г.
8.10.2012, 15.01








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100