Читать онлайн Мастер поцелуев, автора - Дайли Джанет, Раздел - Глава 13 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Мастер поцелуев - Дайли Джанет бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 8.99 (Голосов: 72)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Мастер поцелуев - Дайли Джанет - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Мастер поцелуев - Дайли Джанет - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Дайли Джанет

Мастер поцелуев

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

Глава 13

Череда потрясений, сильных и слабых, разрушила защитные функции организма. Вначале смерть Джона. Затем неожиданное открытие, что именно Чэд – женатый сын Джона. То, что второй, отсутствовавший на похоронах сын, – незаконный. И наконец то, что Джон оставил ей основную часть своего состояния. Через три дня после похорон Ланна, заразившись от своей соседки, свалилась с вирусным гриппом.
Она проболела почти две недели, не в силах ходить на работу и редко выходя из дома, но это не остановило того круговорота событий, что внезапно возник и продолжал кипеть вокруг нее. Беспрерывно звонил телефон. Репортеры жаждали узнать все подробности истории, скрывавшейся за ее взаимоотношениями с Джоном Букананом Фолкнером и оставленным ей наследством. Деловые люди засыпали ее предложениями надежного, по их словам, вложения денег. Благотворительные общества просили пожертвований. И это не прекращалось до тех пор, пока Ланне не сменили номер на новый, которого не было в справочнике.
Болезнь Ланны не замедлила юридического процесса по осуществлению условий завещания Джона, все из которых находились за пределами ее понимания. Чэд дал ей список достойных доверия юридических фирм, имевшихся в городе, и посоветовал нанять одну из них, чтобы та представляла ее интересы. Сам он, как другая заинтересованная сторона, присутствовал на всех встречах. Обычно он брал на себя обязанность пояснять совершенно незнакомые юридические термины Ланне, и ее собственный поверенный каждый раз кивал, подтверждая правильность «перевода» Чэда.
За эти неполные три недели Ланна получила такое количество информации, что, можно считать, она прошла нечто вроде ускоренных курсов по законам о земельном владении, налогам на наследство, счетам и тому подобному. Но ей так и не удалось привыкнуть к неожиданным переменам в своей жизни.
В последние несколько дней она частенько оглядывала свою квартиру и представляла, как обставит ее заново. Перебирала в уме различные стили мебели, занавеси всевозможных цветов… А затем вдруг осознала: ей вовсе ни к чему возиться с этой каморкой. Она может позволить себе купить какой-нибудь особняк. Она может вернуться в колледж и получить степень и стать деловым администратором, но теперь, получив это богатство, она вообще может не работать. Она может отвезти свой «Фольксваген» в какую-нибудь мастерскую и установить в нем кондиционер, а может также купить себе «Роллс-Ройс». И ничего удивительного, что от всех этих мыслей о ее новых возможностях она испытывала растерянность.
А еще в ее жизни появилась семья Фолкнер. Вначале Ланна ожидала, что они будут относиться к ней с негодованием и обидой, и совершенно оправданно. Она встречалась с ними несколько раз и держалась чрезвычайно настороженно. Жена Чэда, Кэрол, была с ней весьма любезна. Не могла Ланна пожаловаться и на поведение Кэтрин Фолкнер, хотя та вела себя более отчужденно. Единственный, с кем она встречалась постоянно, был Чэд. Испугавшись того, что она слишком восприимчива к его обаянию, Ланна старалась держаться с ним более осторожно. Но Чэд доказал, что опасения ее напрасны – он относился к ней по-дружески, не проявляя никаких других чувств, помогая ей всем, чем только мог. Казалось, он больше заботился только о том, чтобы сделать перемены в ее жизни более плавными и естественными.
И вот теперь новый поворот ее жизни. Хоть и маленький, но все же… Она едет в Аризону. Дорога – это всегда какая-нибудь перемена. Ланна провела рукой по бордовому велюру, обтягивающему сиденье, и расслабилась, откинув голову на подголовник. Автомобиль мчался на большой скорости. За его окном сияло ясное голубое небо, не замутненное дымкой, которая обычно висела над городом в долине. Ланна повернула голову и посмотрела на Чэда.
Наблюдая за ним, она мысленно спрашивала себя, стоило ли ей принимать его приглашение отдохнуть месяц на семейном ранчо Фолкнеров в северной Аризоне. Пусть и недолгая жизнь вдали от Феникса обещала мир и спокойствие. Найти и то и другое в городе вряд ли удастся: Ланна все еще оставалась желанной добычей для любого репортера, благотворителя и охотника за удачей.
Она опять перевела взгляд на дорогу, продолжая размышлять об этом великодушном приглашении. Ланне хотелось верить, что оно означает только одно – ее будут принимать как друга семьи. Ведь она была близка с Джоном. Как бы ей хотелось, чтобы она сумела добиться такой же близости и с его семьей.
– Почему он это сделал? – Ланна задала Чэду вопрос, который, вновь и вновь возникая, мучил ее и на который она не могла ответить. – Почему мистер Фолкнер в своем завещании сделал меня основной наследницей? Разве это вас не обидело и не возмутило? – Она нахмурилась.
Он заколебался, искоса поглядывая на нее.
– Вначале возмутило и обидело, когда я впервые услышал о новом завещании, но потом у меня было время поразмыслить над этим. Я ведь вовсе не нищий, живущий на пособие по бедности. – Он улыбнулся. – Отец еще при жизни счел для себя обязательным перевести на меня биржевые сертификаты и доли своей прибыли в различных компаниях. Он основал также трастовый фонд для моей матери и еще один – для моего сына Джонни.
– Иными словами, вы считаете, что уже получили свою долю его собственности? – уточнила Ланна, надеясь облегчить терзавшее ее ощущение вины перед семейством Фолкнер.
– В каком-то смысле, получил, – согласился Чэд. – Мы с вами – партнеры в нескольких предприятиях.
– Мне еще необходимо многому научиться, чтобы разбираться в делах, – Ланна прикрыла глаза, чувствуя, как ее охватывает скука и усталость.
– Однако вы быстро все схватываете, – заметил Чэд.
Замечание прозвучало сухо, в нем не слышалось обычной мягкости. «Интересно, почему?» – спросила себя Ланна. Она открыла глаза и посмотрела на Чэда, а тот участливо проговорил:
– После вашей болезни… вам необходим хотя бы месяц мира и спокойствия, где-нибудь подальше от всей этой людской суеты и бесконечных переговоров с законниками.
– Мир и спокойствие. Это звучит чудесно, – вздохнула Ланна.
– Я пробуду там только несколько дней, но мама и Кэрол останутся, чтобы составить вам компанию после того, как я уеду, – предложил он. – А я буду приезжать к вам на уик-энды.
– Мне будет казаться странным, что вас нет рядом. Я уже так привыкла… – сказала Ланна и тут же осеклась: она не собиралась произносить этого вслух.
Чэд посмотрел ей в глаза, и она была не в силах отвести взгляда.
– Возможно, даже к лучшему, что мы некоторое время будем вдали друг от друга. – Взор Чэда сказал Ланне гораздо больше, чем он мог выразить словами.
Несмотря на то, что Чэд оказался женат, он оставался для Ланны столь же притягательным, как и прежде, а в эти последние несколько недель они слишком часто бывали вместе. Меньше всего на свете Ланне хотелось завести еще одну любовную связь с женатым мужчиной. Она подозревала, что и Чэд ощущает нечто подобное – ему тоже не хочется нарушить супружескую верность. И все же физическая тяга, которую они испытывали друг к другу, создавала постоянный соблазн.
– О да, несомненно. Так будет лучше, – согласилась она нарочито беспечным тоном. – Я и так слишком часто опираюсь на ваше плечо. Пора научиться быть самостоятельной.
Неожиданно Чэд наклонился к Ланне и взял девушку за руку.
– Вы всегда можете опереться на меня, когда вам только понадобится. И это не просто слова, Ланна: я всегда готов вам помочь, – он переплел свои пальцы с ее пальцами.
Впереди показался аэропорт Скай-Харбэр. Чэд был вынужден отпустить руку Ланны, так как это мешало вести автомобиль. Он перестроился в другой ряд, а затем свернул к частным ангарам, видневшимся в конце взлетной полосы.
На бетонированной площадке перед ангаром стоял небольшой двухмоторный самолет. На его борту красовалась эмблема – голова ястреба. Ланна сразу же узнала это изображение. Оно было похоже на то, что она видела на кузове строительного грузовика, на которым обычно ездил Джон. Только этот рисунок был немного другим. По обеим сторонам силуэта птичьей головы виднелись две черные изогнутые линии, изображающие крылья.
– Это ваш самолет? – спросила Ланна.
– Да. – Чэд высматривал место для более удобной парковки автомобиля.
– Эта эмблема на борту… Она отличается от той, что принадлежит строительной компании. Почему?
– Это эмблема ранчо. Она называется «Летящий ястреб», потому-то к голове ястреба добавлены крылья, – объяснил Чэд.
Внезапно он нахмурился, всматриваясь в строение, бывшее, очевидно, диспетчерской или конторой по обслуживанию частных самолетов.
– Что он здесь делает? – пробормотал он.
Ланна проследила за взглядом Чэда и увидела человека, небрежно прислонившегося к стене здания; его кораллово-красная рубашка резко выделялась на фоне стены. Лица не было видно. Ковбойская шляпа, низко надвинутая на лоб, прикрывала черные, как крыло ворона, волосы, но Ланна ничуть не сомневалась, кто это. Сокол.
При виде этой гибкой, мужественной фигуры Ланну охватила дрожь. Смутные воспоминания о том, как она лежала в его объятиях, перестали казаться ей сновидением. Она почти явственно ощущала обжигающие прикосновения его рук. Ее сердце застучало так же часто, как билось тогда, ночью. Кровь пульсировала в ней в каком-то диком ритме, который, казалось, переносил ее в новый, неизведанный мир. Это совсем не походило на те чувства, что вызывал в Ланне Чэд. Как можно испытывать одновременно такое сильное тяготение к мужчинам, столь отличающимся друг от друга?
Когда Чэд остановил машину на площадке перед ангарами и вышел из нее, на губах Сокола заиграла насмешливая улыбка. Его явно забавляло раздражение, которое Чэд не сумел скрыть при неожиданной встрече со сводным братом. Однако когда Чэд распахнул дверцу автомобиля и помог выйти своей спутнице, Сокол перестал ухмыляться, замерев. Слегка прищурившись, он рассматривал девушку, пытаясь понять, насколько та изменилась.
Перемен он нашел немного. Судя по фирменным зеленым слаксам и тонкой цветастой блузке, она одевалась теперь в дорогих магазинах. Каштановые, сверкающие, как мех норки, волосы Ланны были пострижены так же, как в тот первый и последний раз, когда Сокол видел ее, однако теперь ее прическа приобрела законченный вид, который может придать только рука профессионала. Сокол понимал толк в подобных вещах. Он настолько остро видел и воспринимал все, что творилось вокруг него, что от его взгляда не могли ускользнуть даже самые незначительные изменения.
Взгляды их встретились, и Сокол заметил, как щеки Ланны слегка порозовели. После той ночи Сокол не раз спрашивал себя, запомнит ли она, что произошло между ними. Ведь она то погружалась в мир грез, то выходила из него, а в этом мире существуют только ощущения. И ничего больше. Но она запомнила. И Сокол был рад, что сновидения не затуманили воспоминаний Ланны об их близости.
– Где Джек Санчес? Ведь он должен был нас встретить, – холодно спросил Чэд.
Сокол не спеша перевел взгляд на брата.
– На ранчо. Вместо него прилетел я.
– Почему?
Губы Сокола скривились в безразличной усмешке.
– Ты сам знаешь, Чэд, что я ни за что на свете не пропустил бы такого зрелища…
Он не пояснил, что за зрелище имеет в виду, но было и так ясно – явление наследника и наследницы. Сокол говорил негромко и мягко, но это была своего рода насмешка – кактусовая колючка, вонзившаяся в нежный нос разъяренного быка.
Гнев Чэда мало занимал Сокола. Какое ему дело до бешенства сводного братца, когда рядом Ланна. Он живо вспоминал все, что успел о ней узнать в ту ночь. Ничего не потускнело: ни дразнящий аромат ее духов, ни частое беспокойное дыхание. И сейчас, уловив сандаловый запах, исходивший от нее, он ощутил, как в нем вспыхнул огонь. Соколу страстно захотелось схватить Ланну на руки и унести куда-нибудь далеко, где никто их не найдет, но цивилизованная половина его существа взяла вверх.
– Как вы чувствуете себя в новом качестве наследницы, мисс Маршалл? – спросил Сокол, наблюдая за сменой эмоций на лице девушки.
Какая в ней чувствуется восхитительная сила и гордость. Как она готова быстро рассмеяться или улыбнуться. Она распахнута навстречу миру, и Сокол ощущал в этой девушке глубину, которую не измеришь простым взглядом.
Ланна и не подумала принимать его вопрос за насмешку. Ответила просто и честно:
– Все это свалилось как снег на голову. Слишком много суеты и беспокойства. У меня еще не было времени обдумать свое новое положение, – призналась она и посмотрела на Чэда.
Сокол заметил, как они обменялись взглядами и как рука Чэда теснее обняла талию девушки. И его охватило пламя яростной ревности. Он сам был потрясен тем, насколько сильным оказалось это чувство. Сокол и прежде обладал женщинами, но его никогда не огорчало, если те вступали в связь с другими мужчинами. Но сейчас этот простой и ясный взгляд на отношения между полами, воспринятый Соколом от навахо, внезапно сменился неистовым чувством собственника.
Ему захотелось сделать ей больно.
– Разве я не говорил вам, что Фолкнер расплатится с вами в присущей ему манере? – голос Сокола был резким, намеренно враждебным.
Он видел, как Ланна оцепенела от этих слов, поняв, что Сокол был прав, уверяя, что ее дружба с Джоном будет вознаграждена деньгами. Сам того не желая, он любовался тем, как быстро Ланна справилась с болью и обидой, вызванными его грубостью, и выражение замешательства на ее лице сменилось гордым достоинством.
– О чем он говорит? – недоуменно нахмурившись, требовательно спросил Чэд.
– Так, ничего особенного. Просто мы с ним кое-что обсуждали, – пожала плечами Ланна, давая понять, что речь шла о пустяках.
Чэд заколебался, обдумывая, стоит ли продолжать эту тему и добиваться более удовлетворительного ответа, но затем, видимо, отказался от своего намерения. «Решил отложить выяснение на более удобное время, когда меня не будет поблизости», – подумал Сокол.
– Чемоданы в багажнике, – бросил Чэд, направляясь к багажнику. – Давай отнесем их в самолет, и пора вылететь.
Сокол не стал спорить с этим предложением. Так же как и Ланна.
Сокол повел их к самолету, неся два новеньких чемодана Ланны, украшенных монограммой дорогого и модного модельера. Сама она шла рядом с Чэдом, держа в руке небольшую сумку из того же набора, что и чемоданы. Светлое настроение, с которым она начинала это путешествие, было безнадежно испорчено. Чэд тоже держался напряженно. И виной тому – Сокол.
Ланна понимала, что ее огорчило. Непонятно только, почему расстроен Чэд. Ведь он и Сокол – близкие друзья. Во всяком случае, такое впечатление сложилось у Ланны в ту ночь, когда умер Джон. Оба действовали так дружно и слаженно. Видно было, что они – заодно. И вот теперь выясняется, что их разделяет неприкрытая вражда. Для Ланны это было неприятным и неожиданным сюрпризом.
Вместе с тем вряд ли Сокол рассказал Чэду о том, что был близок с Ланной. Он просто не мог так поступить. Его ласки всплыли в памяти Ланны с такой яркостью и живостью, что она теперь спрашивала себя, почему прежде воспоминания о них были такими туманными. Всякий раз, как Сокол бросал на нее взгляд, кровь, бегущая по ее венам, убыстряла ход, закипая от страстного чувства. Ей казалось, что Сокол понимал, что она чувствует сейчас. И это тревожило и беспокоило девушку – главным образом потому, что Ланна не знала, что Сокол собирается делать со своим знанием – знанием, которое было столь сокровенным.
Стоя рядом с двухмоторным самолетом, Ланна наблюдала, как Сокол грузит чемоданы в багажное отделение. Когда он повернулся, чтобы принять у нее сумку, его острый взгляд прочитал неуверенность на лице девушки. По губам Сокола скользнула улыбка, в которой Ланна, в свою очередь, прочитала нечто вроде смеси удовлетворения и веселья.
– Вы летали когда-нибудь прежде, мисс Маршалл? – он явно насмехался над Ланной, обращаясь к ней преувеличенно официально.
– Только на больших пассажирских лайнерах, – ответила Ланна. – И ни разу – на частных самолетах.
– Тогда добро пожаловать в частный аэроплан. Мы будем пролетать над дикими и прекрасными местами. Садитесь на сиденье справа от меня. Из пилотской кабины более широкий обзор, чем с пассажирских мест с маленькими окнами.
Казалось, он всего лишь проявляет простую вежливость, но Ланна поняла: его приглашение – это ответ на ее невысказанную потребность побыть с ним наедине.
– Вы не возражаете? – она вопросительно посмотрела на Чэда, словно спрашивая у него разрешения. – Я еще никогда не бывала в пилотской кабине. Должно быть, это необычное зрелище – земля с высоты птичьего полета.
Ланна проговорила это с таким видом, будто ее интересует только новизна ощущений и ничего больше. Чэд пару секунд изучающе глядел на нее и, по-видимому, остался удовлетворен тем, что увидел.
– Не возражаю, – улыбнулся он с благосклонностью человека, доставляющего девушке удовольствие. – Ну а мне, по правде говоря, нужно прочитать несколько отчетов. Просмотрю их во время полета. Таким образом, когда мы прилетим на ранчо, у меня будет свободное время и я смогу показать вам окрестности.
– Чудесно, – улыбнулась ему в ответ Ланна и почувствовала себя лицемеркой.
Взобравшись в самолет, она прошла вперед, села в кресло второго пилота и пристегнула ремни. Теперь у нее было время оглядеться. Она с любопытством рассматривала многочисленные циферблаты, кнопки, лампочки контрольных приборов, от которых буквально рябило в глазах. «Как только Сокол не путается в них?» – подумала она. А вот и он. Согнувшись, втиснул свое длинное тело в пилотское кресло. Сняв, он отбросил ковбойскую шляпу на заднее пассажирское сиденье и взлохматил рукой густые черные волосы.
– Все пристегнулись? – он едва скосил глаза на Ланну, чтобы убедиться, что все в порядке, и поймал ее утвердительный кивок. – Ну тогда откиньтесь на сиденье и вовсю наслаждайтесь полетом. Только помните: держите руки подальше от рычагов управления. Я бы не хотел наставить синяков на ваш очаровательный подбородок.
Выражение его лица предупредило ее, что это не пустая угроза. Сокол взял с панели управления темные очки и надел их. Ланна тесно сцепила руки, лежащие на коленях. Тем временем Сокол начал готовиться к полету, проверяя показания приборов.
Палящее солнце накалило застывший на бетонной полосе самолет, превратив его кабину и салон в разогретую духовку. Ланна изнемогала от жары. Свежий воздух проникал в кабину в раскрытое окно с той стороны, где сидел Сокол, но и он был горячим. Завелся левый двигатель. С оглушительным ревом завертелся пропеллер, подняв ветер, который по крайней мере хоть как-то расшевелил неподвижно застывший раскаленный воздух. Затем бешено закрутился второй пропеллер, присоединив свой гул к реву первого. Затем Сокол связался по радио с наземной службой управления полетами, чтобы получить инструкции. Ответы, которые он получил, звучали для Ланны сущей абракадаброй – она не поняла ни слова, но Сокол не стал ей ничего объяснять.
Ланна подумала, что сиденье второго пилота могло бы с тем же успехом пустовать, так как Сокол не обращал на нее никакого внимания. Управление самолетом поглотило его полностью. Окно, возле которого сидела Ланна, было закрыто, и она не могла дождаться, пока они поднимутся в воздух. «Так ведь и испечься недолго», – пронеслось в ее голове. Но Сокол не торопился. Видимо, он ждал каких-то указаний от диспетчера. Наконец ему разрешили взлет. Сокол полуoбернулся и бросил в сторону Чэда, кресло которого находилось сразу же за ним:
– Ну, покатили.
Двигатели взревели на полную мощь, и Ланна почувствовала, как какая-то исполинская сила потащила самолет вперед, и он помчался по взлетной полосе, набирая скорость. Затем они поднялись в воздух и, набирая высоту, направились на восток. В вентиляционные отверстия со свистом ворвался прохладный воздух. Ланна повернула голову навстречу освежающим струям и с облегчением задышала полной грудью.
На горизонте неясно маячила изломанная линия горных вершин.
Вскоре они приблизились к горам. Самолет летел над самыми вершинами – так низко, что Ланне казалось, что на искoреженной, измученной земле вулканических обломков не росло ничего, кроме кактусов и сухого кустарника.
Самолет, накренившись, повернул на север, и Ланна увидела, как внизу заблестела в солнечных лучах обширная водная поверхность. Среди бесплодной горной пустыни раскинулось озеро, словно бросавшее вызов окружающей его выжженной земле. Бетонная дамба играла роль Тантала, не допуская к воде истомившиеся по влаге окрестности, и в то же время дразнила и соблазняла их обещанием жизни. Казалось, что самолет застыл в воздухе и почти не движется, но Ланна видела его тень, бегущую среди путаницы скалистых утесов и пустынных плоскогорий.
– Вы знаете что-нибудь о Старом западе? – спросил Сокол.
Ланна отвернулась от окна, и, взглянув на него, ответила:
– Очень немного.
Она не могла видеть его глаз за зеркальными стеклами очков, но знала, что Сокол смотрит на нее.
– Прямо перед нами – Тонто-Бейсн. А мы летим к Могольон-Рим, краю знаменитого Могольонского плато. Эти места увековечены почти всеми, кажется, писателями, сочинявшими вестерны, – сказал Сокол.
Ланна посмотрела туда, куда он указывал, и увидела гигантское, необъятное плато. Это было могучее творение природы. Эрозия, тысячелетия разъедавшая окрестные земли, оказалась бессильной перед твердыми скалистыми породами, и теперь среди пустынной равнины возвышался гигантский каменный массив с плоским верхом. Его стены были словно расписаны художником-исполином, щедро бросавшим краски на природное полотно: белые, серые, кремовые – в зависимости от того, какие геологические породы оказывались в данном месте обнажены. Край плато венчал лес из сосен и елей, среди которых были разбросаны осины, дубы и клены. Зрелище производило сильное впечатление – кромка плато уходила вдаль, и ей не было видно ни конца ни края. И лишь кое-где ее изредка перерезала глубокая щель каньона. Цивилизация проложила вокруг плато змейки дорог, но так и не сумела приручить и освоить его дикие земли.
– Захватывающий вид, не правда ли? – проговорила Ланна, глядя, как тень самолета взбирается по откосу и скользит по верхушкам деревьев, как зеленое кружево, окаймляющee стены плато.
Сокол ничего не ответил, и Ланна обернулась, чтобы узнать, почему он молчит. Лицо его было повернуто к девушке, но она не могла понять, смотрит ли Сокол на нее, или в окно, на исчезающий край плато.
Наконец он заговорил:
– Да. – Этот ответ на замечание Ланны прозвучал совершенно безразлично, словно Сокола не интересовало ее восхищение величественным пейзажем. – Вы, кажется, открыли для себя, что Чэд умеет очень хорошо утешать горюющих женщин, так ведь? – сухо закончил он.
Ланна невольно оглянулась на Чэда. Не слышит ли тот? Но Чэд, устроив кейс на коленях, разложил на нем бумаги и сосредоточенно перебирал их, весь уйдя в их изучение.
– Не волнуйтесь, – прочитав ее мысли, сказал Сокол. – Он нас не слышит. До него можно только докричаться.
– Чэд очень помог мне, – осторожно ответила Ланна, стараясь говорить, не повышая голоса.
– Да уж не сомневаюсь, что помог, – откликнулся Сокол с оттенком пренебрежительной насмешки.
Однако беседа уходила в сторону от темы, в которую Ланна хотела внести ясность.
– Той ночью… – начала она.
– Стало быть, вас беспокоит, что я могу кому-нибудь о ней рассказать, не так ли? – прервал ее Сокол. – Но это вы меня спутали с Чэдом – это он любит похвастаться своими победами. А от меня о той ночи никто и ничего не узнает.
– Я вовсе и не предполагала, что вы разнесете это по всей округе. Просто дело в том, что я обычно… – Она попыталась оправдать свое поведение в ту ночь, но Сокол не дал ей закончить:
– Послушайте, каждый из нас удовлетворил общую потребность. Давайте на этом и остановимся, – и чтобы показать, что с темой покончено, он сказал: – Мы пересекаем южную границу ранчо.
Однако Ланна вместо того, чтобы почувствовать облегчение и успокоиться, испытала острый приступ разочарования. Она никак не ожидала, что Сокол отнесется к этому происшествию с таким безразличием.
Горные склоны, поросшие лесом, уступили место длинному равнинному коридору, который постепенно, но неуклонно расширялся. Самолет начал снижаться. Ланна еще издали заметила на земле прямую линию, казавшуюся сверху всего лишь черточкой, – посадочную полосу. Неподалеку от нее в темном пятне рощицы белели строения ранчо.
Сокол вырулил самолет к металлическому ангару, возле которого стоял микроавтобус. Рядом с автомобилем Ланна заметила Кэрол, жену Чэда. Стройная блондинка помахала рукой, но осталась ждать на месте, пока прилетевшие сойдут на землю. Как только пропеллеры остановились, какой-то ковбой проворно подложил под колеса самолета тормозные колодки.
Пряжки ремней, которыми Ланна была пристегнута к сиденью, оказались очень тугими, и девушка, несмотря на все свои усилия, никак не могла с ними справиться. Пока она трудилась над ремнями, Сокол успел выключить двигатели и тут только заметил ее безнадежные попытки отстегнуться. Он нагнулся к Ланне и ловким движением освободил застежки. Его рука лишь на миг коснулась талии девушки, но этого оказалось достаточным, чтобы вызвать в ее груди бурю волнения. Дрожь пробежала по всему телу, и Ланна замерла, стараясь не выдать того, что она испытывает. Но Сокол не обратил на эту реакцию никакого внимания или просто не счел нужным придавать ей хоть какое-нибудь значение.
Она вышла из самолета впереди Сокола. Чэд ждал снаружи, чтобы помочь ей спуститься. Когда к ним присоединился Сокол, темных очков у него на глазах уже не было, но на голове вновь красовалась пыльная коричневая ковбойская шляпа. Взгляд голубых глаз Сокола безразлично скользнул по Ланне, словно по пустому месту. Он подошел к двери багажного отделения, отпер ее и стал выгружать оттуда чемоданы и сумки. Подошел ковбой – тот самый, что подсовывал колодки под колеса, – чтобы помочь донести багаж.
– Здравствуйте, – Кэрол пошла навстречу, чтобы поприветствовать их. – Хорошо долетели?
– Конечно, – Чэд наклонился и поцеловал жену в щеку. – Ланна впервые в жизни летела на частном самолете.
– Как вы себя чувствуете? – Кэрол, улыбаясь, повернулась к Ланне.
Ее дружелюбие казалось естественным, хотя иногда Ланна замечала в зеленых глазах Кэрол безмолвную острую тоску. Она спрашивала себя, в чем тут дело, точно так же, как удивлялась тому, что ни одного раза не видела, чтобы Кэрол и Чэд показали бы хоть какой-то признак нежности друг к другу. Они не производили впечатления несчастливой семьи, но, несмотря на это, отчего-то казалось, что в их отношениях чего-то недостает.
– Спасибо, намного лучше, – сказала Ланна.
Боковым зрением она видела, как Сокол через заднюю дверь ставит чемоданы в микроавтобус.
– Вам, должно быть, не терпится поскорее добраться до дома и прилечь немного отдохнуть, – произнесла Кэрол и посмотрела на мужа. – Чэд, ты хочешь сам повести машину?
– Да, – ответил он и предложил: – А вы, Ланна, можете сесть впереди, рядом со мной.
– Спасибо, я лучше поеду сзади, – вежливо отказалась Ланна, не желая занимать место, которое, как она считала, по праву принадлежит его жене. – А с вами сядет Кэрол.
– Нет-нет, поезжайте впереди. Я настаиваю, – присоединилась к мужу Кэрол. – Как же я смогу правильно направлять Чэда, если сяду на переднем сиденье?
И она рассмеялась.
Ланна не нашла что возразить и заняла предложенное ей место. Кэрол, как и собиралась, села сзади, а Чэд – на место водителя. В это время Сокол обошел микроавтобус спереди и зашагал к стоящему перед ангаром самолету, где ковбой затягивал привязные тросы, удерживающие аэроплан на месте. На автомобиль он даже и не взглянул. Чэд дал задний ход и выехал на идущую под уклон дорогу, которая вела к строениям ранчо.
– Вам понравится дом, Ланна. Он старый, но построен на века и не на одно поколение, – заговорила Кэрол и больше уже не умолкала, поддерживая беседу все время, пока они ехали.
Когда Чэд остановил микроавтобус перед большим, неуклюжим домом, Ланна поняла, что имела в виду Кэрол. Здание, сложенное из грубого деревянного бруса и покрытое штукатуркой, было прочной и основательной постройкой, вполне гармонировавшей с окружающей сельской обстановкой.
Чэд обошел вокруг машины, чтобы открыть дверцу и помочь Ланне выйти, затем распахнул дверь для Кэрол. Блондинка направилась к крытому входу в дом, считая, что остальные пойдут за ней, но Ланна остановилась в нерешительности.
– А как быть с нашим багажом? – спросила она Чэда.
– Кто-нибудь из рабочих внесет его в дом, – ответил тот и, взяв ее под руку, повел к массивной дубовой двери.
Войдя в дом, Ланна сразу же обратила внимание, как в нем прохладно. Наверное, подумала она, это от того, что толстые стены не пропускают жару. Пол в довольно большой прихожей был выложен кафельной плиткой, а белые стены усиливали ощущение простора. В прихожей начинался коридор, ведущий куда-то в глубь дома, а за сводчатым дверным проемом открывались две комнаты. Первая из комнат была обставлена довольно скудно – пестрое индейское одеяло на одной из стен, на белом полированном ореховом столе – ваза с сухими цветами.
– Кэтрин, – позвала Кэрол. – Приехали Чэд с Ланной.
Онa прошла в комнату, расположенную слева от арки. Чэд легонько пожал локоть Ланны, призывая девушку последовать за Кэрол.
Главное место в гостиной занимал огромный камин, сложенный из грубого бурого камня. Около двустворчатой двери, ведущей на веранду, стояло большое пианино. Вдоль стен тянулись полированные деревянные столы, уставленные индейской керамикой и бронзовыми статуэтками, изображающие различных животных. И это отнюдь не уменьшало элегантности убранства.
Навстречу Ланне из кресла поднялась, чтобы поприветствовать ее, стройная царственная фигура. Кэтрин Фолкнер. На губах – обычная отчужденная, суховатая улыбка. Со времени их первой встречи эта женщина всегда проявляла неизменную сдержанность. Ланна не была до конца убеждена, что жена Джона поверила в то, что они с ее мужем были только друзьями и никем более. И оттого чувствовала себя неуютно в обществе Кэтрин. Она очень долго колебалась, прежде чем приняла приглашение Чэда приехать на ранчо.
– Надеюсь, перелет оказался приятным для вас обоих. Не хотите ли по чашечке кофе или чаю? – осведомилась Кэтрин.
– Нет, благодарю вас, не хочется ни того ни другого, – отказалась Ланна, продолжая стоять. Она сознавала, насколько неловко ее положение: подруга Джона в доме его вдовы.
– А я бы, мама, выпил кофе, – сказал Чэд, принимая предложение.
– Я тебе принесу, – вызвалась Кэрол.
– Ланна, садитесь, пожалуйста, – пригласил Чэд, жестом указывая на светло-коричневое кресло.
– Хотите, я покажу вам вашу комнату? – предложила Кэтрин, когда Ланна замялась, отчего-то не решаясь сесть. – Возможно, вы желаете освежиться и немного прийти в себя после путешествия.
– Да, спасибо, с удовольствием, – быстро согласилась Ланна.
– Пожалуйста, сюда, – Кэтрин прошла в другой сводчатый дверной проем, за которым открывался широкий коридор.
Они довольно долго шли по лабиринту соединяющихся друг с другом и разветвляющихся коридоров и комнат. Ланна была уверена, что одна она бы здесь непременно заблудилась. Наконец Кэтрин остановилась и открыла какую-то дверь.
– В этой спальне есть собственная ванна и выход на веранду, – объяснила она, входя в комнату. – Надеюсь, она покажется вам удовлетворительной.
– Здесь прекрасно.
Комната была почти такой же величины, как гостиная в квартире Ланны. Кроме тяжелой спальной мебели – кровати, комода и ночного столика, – здесь находился маленький диванчик на двоих, стулья и письменный стол.
– Я испытываю неловкость, приняв предложение вашего сына отдохнуть на ранчо. Мне кажется, вы должны были возражать против моего приезда сюда. – Ланна все еще чувствовала себя виноватой, и ей хотелось как-то исправить положение. – Уверена, что сейчас, во время траура, вам совсем не до того, чтобы развлекать гостей, поэтому, пожалуйста, не думайте, что ради меня нужно предпринимать какие-нибудь особые усилия…
– У меня нет никаких возражений против вашего визита, – заверила ее Кэтрин. – Чэд объяснил, что вам необходимо восстановить свое здоровье, ведь вы недавно перенесли грипп. Мне будет приятно, если мы сможем вам в этом помочь.
Несмотря на то, что хозяйка произнесла эти слова достаточно приветливо, Ланне не стало ни на йоту легче. Она испытывала все то же неудобство.
В коридоре послышался шум, и Кэтрин, повернувшись к двери, распахнула ее. На пороге стоял Сокол с чемоданами Ланны в руках.
– Сокол, внеси багаж мисс Маршалл в комнату, – приказала Кэтрин, словно обращаясь к слуге.
Сокол скривил губы, но подчинился приказу и молча прошел мимо Ланны на середину комнаты.
– Я пришлю помочь вам распаковать вещи, Ланна, – сказала Кэтрин.
– О, в этом нет никакой нужды, – мягко отказалась Ланна. – Спасибо, я справлюсь сама.
Она и так начала уже привыкать – слишком привыкать – к тому, что другие люди стали выполнять за нее то, что с успехом могла бы сделать сама.
– Как желаете. – Неуловимое высокомерие, с которым Кэтрин приняла ее отказ, заставило Ланну почувствовать себя еще более неуютно.
Кэтрин величественной походкой покинула комнату, и к Ланне вернулись все ее колебания. Нет, все-таки ей не стоило сюда приезжать. В какое положение она сама себя поставила? Хоть Кэтрин Фолкнер и не выражает своего недовольства вслух, но на самом деле… Однако у нее не было времени разобраться в этих мыслях, потому что Сокол напомнил о своем присутствии, спросив:
– Куда вы хотите, чтобы я поставил ваши чемоданы?
– Куда угодно, – с внезапно вспыхнувшим раздражением сказала Ланна. – Около кровати.
Сокол опустил чемоданы рядом с кроватью, а затем повернулся к Ланне.
– Не давайте ей себя одурачить.
– Что?
Странное замечание заставило девушку нахмуриться.
– Вы тут не более желанный гость, чем я, – ответил Сокол. – Я уже говорил вам однажды, что Фолкнер один из тех, кто привык в этой жизни только брать, – продолжал Сокол. – Но он – в сравнении с Чэдом – простой любитель. К тому же, как мне кажется, Фолкнер всегда чувствовал угрызения совести. А Чэду на всех наплевать. Он возьмет все, что теперь принадлежит вам, и даже не почешется.
– Это неправда, – быстро возразила она.
– Я вас предупредил, – Сокол пожал плечами, показывая, что для него неважно, верит она ему или нет. – Надеюсь, что прежде чем в следующий раз поставить свою подпись под каким-нибудь документом, вы поймете, что именно вы подписываете.
– Вы намекаете, что Чэд попытается обмануть меня? – возмущенно спросила Ланна.
Ее гнев, казалось, забавлял Сокола.
– Я ни на что не намекаю. Я говорю, что он заберет все, что у вас есть, если вы будете достаточно глупы, чтобы позволить ему это.
Он поднял руку и коснулся полей шляпы, на миг склонив перед Ланной голову. Насмешливая любезность. Он все время насмехается над ней. Она шумно вздохнула, собираясь сказать ему все, что она думает по этому поводу, но Сокол уже вышел из комнаты. Не найдя ничего, на чем можно было бы сорвать свой гнев, Ланна резко отвернулась от двери и сжала кулаки так, что ногти впились в ладони. Теперь, кроме неловкости от приезда сюда, ее охватило сомнение – это благодаря предупреждению Сокола. Она негодовала на него, не веря в справедливость его слов.




Предыдущая страницаСледующая страница

Читать онлайн любовный роман - Мастер поцелуев - Дайли Джанет

Разделы:
Глава 1Глава 2Глава 3Глава 4

ЧАСТЬ ВТОРАЯ

Глава 5Глава 6

ЧАСТЬ ТРЕТЬЯ

Глава 7Глава 8Глава 9Глава 10Глава 11Глава 12

ЧАСТЬ ЧЕТВЕРТАЯ

Глава 13Глава 14Глава 15Глава 16Глава 17Глава 18Глава 19Глава 20

Ваши комментарии
к роману Мастер поцелуев - Дайли Джанет



Эта книга та же, что и "Ночной путь"
Мастер поцелуев - Дайли ДжанетЕлена
27.06.2011, 15.48





Роман заслуживающий прочтения. Здесь переплетены детские радужные мечты и обиды, отроческие переживания, боль, предательство и зрелая всепобеждающая любовь.
Мастер поцелуев - Дайли ДжанетННВ
26.06.2012, 12.03





довольна прочтением. хорошо написано.
Мастер поцелуев - Дайли Джанетг.т.п.
10.11.2012, 11.54





довольна прочтением. хорошо написано.
Мастер поцелуев - Дайли Джанетг.т.п.
10.11.2012, 11.54





Название не соответствует содержанию. Половина книга - это описание его нерадостного детства и юности. Средненький (но это на мой взгляд).
Мастер поцелуев - Дайли ДжанетМаруся
7.01.2013, 7.09





Супер роман!Читала в 3раз и опять получила огромное удовольствие..
Мастер поцелуев - Дайли ДжанетЮлия
10.01.2016, 14.50








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100