Читать онлайн Игра до победы, автора - Дайли Джанет, Раздел - 8 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Игра до победы - Дайли Джанет бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 9.55 (Голосов: 40)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Игра до победы - Дайли Джанет - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Игра до победы - Дайли Джанет - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Дайли Джанет

Игра до победы

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

8

К тому времени, когда Эндрю приехал домой – как обычно, поздно вечером, – боль, терзавшая Лес, сменилась гневом, который переходил от пылающего бешенства к ледяной ярости, а затем вновь разгорался жарким огнем. Она стояла лицом к французскому окну, выходившему из их гостиной на втором этаже на открытую веранду. Темнота за окнами превращала стеклянные панели в подобие черного зеркала. Лес пристально смотрела на свое отражение, видя, какой ущерб слезы нанесли ее лицу. Она постаралась пригладить растрепавшиеся светлые волосы, чтобы хоть немного привести себя в порядок до того, как Эндрю увидит ее. Однако она ничего не могла поделать с припухлостями вокруг глаз, делавшими более заметными крошечные морщинки, выдающие возраст. Когда дверь открылась и в гостиную влетел Эндрю, Лес невольно напряглась. Она не обернулась, продолжая стоять к нему спиной.
– Эмма сказала, что ты здесь, наверху. Извини, что я задержался. – Лес видела в темном стекле, как его отражение приближается к ней. – У меня уйдет всего несколько минут на то, чтобы сполоснуться, а затем мы можем спуститься вниз пообедать. Как у тебя прошел день?
Она почувствовала, что Эндрю положил руки ей на плечи и пытается мягко повернуть ее к себе. Нет, только не это. Почувствовать сейчас его губы на своей щеке было бы невыносимо. Отвратительно. Это равносильно оскорблению. Лес резко высвободилась из объятия, почувствовав, как ошеломило Эндрю это движение.
– Эй, в чем дело? – проворчал он.
Лес обернулась к нему лицом, скрестив руки перед собой и разминая ладонями напряженные плечи.
– Вот это… пришло сегодня по почте. – Она кивнула головой на развернутую бандероль на кофейном столике.
Эндрю с удивлением посмотрел на коробку, затем опять на жену, однако Лес чувствовала, что на лице ее застыло ледяное выражение, которое ничего ему не скажет. В этот миг она ощущала в себе твердость и холодную решимость. Поколебавшись, Эндрю подошел, чтобы поближе взглянуть на загадочный предмет. Лес наблюдала, как он отогнул край папиросной бумаги, и с удовлетворением отметила, что при виде кружевной сорочки муж заметно побледнел. Когда он перевел глаза на Лес, в них промелькнуло какое-то странное выражение. Лес догадалась, что Эндрю пытается сообразить, где она раздобыла эту вещицу и как много ей известно.
– Может быть, прочтешь письмо, – предложила она, привлекая его внимание к свернутому листку бумаги, лежащему рядом с коробкой.
Эндрю пробежал письмо так же быстро, как сделала это недавно сама Лес. Однако он был гораздо лучше ее подготовлен к тому, чтобы понять содержание, и ему не пришлось перечитывать записку еще раз.
– Это, должно быть, какая-то ошибка, – произнес он, но Лес не собиралась так легко поддаваться на обман.
– Здесь нет никакой ошибки, Эндрю. Я сама позвонила в отель сегодня днем. Эту шелковую вещицу нашли в простынях в ногах кровати. Она явно не моя. Я не была в Нью-Йорке, и у меня нет ни одной сорочки, хотя бы отдаленно напоминающей эту. Так чья она, Эндрю?
Он не смотрел на нее.
– Это была ошибка, Лес.
– Ты чертовски прав, это была ошибка! – ярость Лес накалилась до предела. – Кто был с тобой? Словно я сама не знаю… Проститутка с улицы не стала бы надевать рубашку вроде этой. И ты не сумеешь убедить меня, что это была какая-нибудь дорогостоящая девушка по вызову. Профессионалка не оставила бы ничего после себя. Особенно такую вещицу. Итак, кто это был?
– Не вижу никакого смысла отвечать на твой вопрос, – заявил Эндрю. – Виноват лишь я один.
– Ах ты ублюдок! – голос Лес задрожал и поднялся почти до крика. – Как ты чертовски благородно ведешь себя, защищая эту суку! Ты ведь не хочешь, чтобы ее втянула во всю эту историю, не так ли? Ты боишься, что это может повредить ее репутации, погубить ее доброе имя?
– Лес, прекрати, – попытался успокоить ее Эндрю. – У тебя есть право сердиться и расстраиваться из-за всего этого, но не надо посвящать в наши дела всех соседей.
– Тогда скажи мне… Я хочу знать, с кем ты был, – потребовала Лес, ничуть не снижая голоса.
– Ну и что хорошего тебе это даст, если ты узнаешь? – парировал он с непоколебимой логикой. – Она совершенно невинна, и ее нельзя упрекнуть ни в чем.
– Невинна! – взорвалась Лес. – Уж я-то знаю совершенно точно, насколько она невинна. Раз уж ты не хочешь называть ее имени, то я назову. Клодия.
– Ну вот, опять начинаются эти твои ревнивые подозрения, – не сдавался Эндрю, продолжая отрицать, что новая сотрудница имеет хоть какое-либо отношение к его похождениям, но Лес молча двинулась к телефону. – Куда ты?
Когда Лес подняла трубку, Эндрю схватил ее за руку.
– Звоню твоей драгоценной Клодии, чтобы узнать, что она обо всем этом скажет, – Лес набрала номер справочной. – Скажите мне, пожалуйста, домашний номер Клодии Бейнз.
Эндрю нажал на рычаги телефонного аппарата, прервав связь.
– Лес, не ставь себя в глупое положение.
– Ты уже сам меня в него поставил, так что терять мне нечего. А вот получить кое-что я могу. – Она не сводила с него пристального взгляда.
– Но что ты можешь получить? – возразил Эндрю.
– Удовлетворение, когда узнаю, что я права. – Лес продолжала смотреть на него. Секундой позже он отпустил ее руку и отошел в сторону, понурившись и молчаливо признавая свое поражение.
– Ну, ладно. Да.
– Что да? – Лес не собиралась отпускать его с крючка, ограничившись одним лишь немым признанием. Она хотела, чтобы Эндрю произнес его вслух.
– Хорошо. Это была Клодия, – нетерпеливо выпалил он, и Лес буквально физически замутило при этом имени. – Но я вовсе не хотел, чтобы это произошло.
– И Адам вовсе не хотел брать ни кусочка из того яблока, что предложила ему Ева, – саркастически протянула Лес. – Так ты рассчитываешь, что я в это поверю?
– Я взял ее с собой в Нью-Йорк безо всякого намерения лечь с ней в постель. Просто так само собой случилось, – стоял на своем Эндрю. – Клянусь тебе, Лес. Мне никогда даже в голову не приходило причинить тебе боль. Я люблю тебя.
Но все это были одни лишь слова, и он уже показал Лес, как мало они для него значат.
– Как ты смог так поступить, Эндрю? Почему из всех людей на свете это оказалась именно она? – Лес даже не сознавала, что высказывает свои мысли вслух.
– Не знаю, сумею ли тебе объяснить, какую я испытываю к ней тягу. – Эндрю тяжело опустился на маленький диванчик и взъерошил волосы пальцами. – Она заставляет меня чувствовать себя молодым. А как с ней весело и интересно… Какая это радость – говорить с ней обо всем на свете. Ну и, конечно же, мне льстит, что и она находит меня привлекательным.
– Самый быстрый путь к сердцу мужчины лежит через его тщеславие и самовлюбленность, – язвительно произнесла Лес. – А у тебя тщеславия хватит на двоих. Разве ты не видишь, что она просто использует тебя? Есть ли лучший способ продвинуться вперед, чем стать любовницей старшего партнера?
– Она не такая. Ты не знаешь ее так хорошо, как знаю я.
Он словно больно хлестнул Лес этим ответом.
– Нет, не знаю. Но я уверена, что и ты сам не знал до того, как забрался с ней в постель. Скажи мне, Эндрю, ты получил удовольствие? Может быть, мне следует у нее поучиться? Тебе бы это понравилось?
– Прекрати, Лес, – пробормотал он.
– Ну, полно, полно тебе, Эндрю, – насмехалась Лес. – Только не говори мне, пожалуйста, что тебе не понравился бы menage a trois
type="note" l:href="#n_11">[11]
– Черт побери, Лес, хватит. – Эндрю вскочил и, пройдя несколько шагов, остановился у камина, полуотвернувшись от Лес. – Ты выставляешь все в таком грязном и дешевом свете.
– Но это именно то, что я ощущаю. – Боль подступала к горлу Лес, делая ее голос хриплым и надтреснутым. – Я чувствую себя дешевой и использованной – униженной. Когда я вспоминаю о том вечере в ресторане… я сидела за столом с ней… с вами обоими… – Закончить она не смогла.
Описать это было почти невозможно. Эндрю и Клодия были любовниками, и эта тайна связывала их вместе. Эндрю оказался предателем. Он лгал, притворялся. В ту ночь он даже был близок с Лес. Вспоминая об этом, она чувствовала себя такой дурочкой. А теперь Клодия знает об Эндрю такие интимные подробности, которые должна знать одна только жена. И это знание каким-то образом унижало достоинство Лес. Она чувствовала, что никогда не сможет посмотреть Клодии Бейнз в глаза, не вспоминая при этом, что Эндрю лежал обнаженный в объятиях этой женщины. Казалось, Лес разом потеряла свою честь, самоуважение и гордость.
– Лес, прости меня. Мне очень жаль, что так вышло. Сколько раз и на какие лады мне надо еще это повторять? – умоляюще произнес Эндрю.
Кажется, мольба эта звучала искренне и даже немного тронула Лес. Гнев, только что извергавшийся горячим гейзером, стих. Лес чувствовала себя совершенно разбитой.
– Что же будет дальше, Эндрю? – спросила она бесцветным голосом, подняв на мужа глаза.
– Я не понимаю, что ты имеешь в виду.
– Ты собираешься видеться с ней опять?
Ее отсутствующий взгляд отмечал серебряные прядки в густой гриве темных волос, ямочку на подбородке Эндрю, мужественные очертания его лица. Красивый, интеллигентный – да, всего этого у него не отнимешь, – но… Ее доверие к мужу пропало. А без доверия все его достоинства казались лишенными всякого смысла. Лес больше не могла смотреть на Эндрю как на мужчину.
– Мне придется встречаться с ней в офисе. Я просто не смогу этого избежать. Ну а что касается всего прочего… – он ловко уклонился от того, чтобы назвать свою любовную связь ее настоящим именем, – обещаю тебе, что с этим покончено навсегда. Я с самого начала совершил промах, сблизившись с ней, а уж продолжать связь было бы еще большей ошибкой. У нас с тобой очень удачный брак, Лес. И мне ничуть не больше, чем тебе, хочется его разрушить.
До сих пор Лес старательно избегала спрашивать, продолжает ли Эндрю встречаться тайком с Клодией после того, как они вернулись из Нью-Йорка, или же их близость действительно была лишь одноразовой вспышкой. Однако он сам только что объявил о последнем. И оттого спокойно смириться с его вероломством было еще труднее.
– Раз ты не можешь не видеться с ней на работе, тогда тебе придется уволить ее, – сказала Лес.
– Этого я сделать не могу. Это было бы несправедливо по отношению к Клодии, – запротестовал Эндрю.
– А ты считаешь, что продолжать работать с ней вместе – это справедливо по отношению ко мне? – вкрадчиво спросила Лес. – Я твоя жена. Почему я должна терпеть, что ты каждый день находишься рядом с ней, и гадать, чем вы занимаетесь вместе? Если ты считаешь, что должен проявить к ней своего рода верность, то наверняка сумеешь подыскать ей место в какой-нибудь другой юридической фирме. Я тысячу раз слышала, как ты говорил, что она обещает в будущем стать превосходным юристом. У тебя есть друзья-юристы по всей стране. Свяжись с одним из них и предложи ей лучшее, чем у тебя, место с гораздо большим окладом.
– Посмотрим, что мне удастся сделать, – недовольно сдался Эндрю.
– Пожалуйста, постарайся, – сказала она.
Он тяжело вздохнул:
– Это твое условие?
Лес еще не думала о том, чтобы выдвинуть какие-то основные требования или правила, при которых их брак смог бы не распасться, но, видимо, Эндрю считал, что именно это она и делает сейчас. Однако до самого последнего момента мысль о разводе ни разу не приходила ей в голову. Она отмахивалась от этого слова, в котором выражалось ее окончательное поражение.
– Да, таково мое условие.
– Давай оставим все разногласия позади, – сказал Эндрю и подошел к ней поближе. – Вместе мы как-нибудь все это уладим.
Когда он протянул руки, чтобы заключить Лес в свои объятия, она увернулась в сторону.
– Нет, я… – Ей нужно было время, чтобы избавиться от стоящего перед ее умственным взглядом видения: обнаженные Эндрю и Клодия в постели. Может быть, когда этот образ потускнеет, она сможет ответить на прикосновения мужа. – Пока еще нет… Пойду-ка я проверю, как там с обедом.
Еда сейчас занимала Лес меньше всего на свете, но ей нужно было отыскать хоть какую-нибудь нить, связывающую отныне их жизни.


Следующие две недели оказались для Лес очень трудными. Она посещала все встречи и деловые завтраки, которые значились в ее календаре, но всегда находила оправдания, чтобы уйти с них так быстро, как это только было возможно. Большую часть свободного времени она проводила, тренируя лошадей Роба. Другим она говорила, что делает это затем, чтобы к тому моменту, когда Роб вернется домой на весенние каникулы, его лошади находились в наилучшей форме. Конечно, и это было важно. Но самое главное – езда верхом успокаивала ее смятенную душу. Иногда у нее даже возникало детское желание: хорошо бы вообще никогда не вылезать из седла, но, к сожалению, приходилось всякий раз с грустью расставаться с лошадьми. До следующей тренировки.
Вначале Эндрю был чрезвычайно заботлив и внимателен. В первые несколько дней после их объяснения он приезжал домой сразу после закрытия конторы. Затем с каждым днем он стал возвращаться все позже и позже. Лес не спрашивала его, что он предпринял относительно устройства Клодии на новую работу, а Эндрю ни разу не заговорил об этом сам. Черная кружевная сорочка исчезла в первую же ночь после их беседы. Никто из них не упоминал ни о ней, ни о том, что последовало за ее появлением в доме.
Когда пошла вторая неделя, Лес разрешила Эндрю приходить по ночам в ее спальню и вступать с ней близость. Именно «разрешила» – более точного слова не подыщешь, потому что сама она не принимала в любовной игре никакого участия, всего лишь позволяя Эндрю использовать ее тело для получения удовлетворения. Лес поражало, как многое оказалось утерянным, насколько она стала безразличной к ласкам мужа. Прежде она никогда бы не смогла поверить, что любовь может пройти так быстро. Ее даже не сменила «симпатия» к Эндрю или ненависть к нему. Не осталось ничего. Лес не испытывала к мужу вообще никаких чувств. Его словно не было. Она никак не могла понять, как такое могло случиться. Это даже заставляло ее спрашивать себя, нет ли чего-нибудь неладного в ней самой.
Она не могла бы обвинить Эндрю в том, что тот не старается наладить их отношения. Каждый уик-энд он возил ее куда-нибудь – в ресторан, театр, на прием, – почти так же, как когда ухаживал за ней до женитьбы. Он постоянно расспрашивал Лес о ее общественной деятельности, проводя за беседой целые вчера. Она тоже делала усилия, чтобы пойти ему навстречу. Но вся беда в том, что сердце ее в этих усилиях не участвовало.
Пасхальные праздники возвестили начало весенних каникул. С приездом Роба и Триши атмосфера в доме оживилась. Лес уже не приходилось с таким трудом заставлять себя быть веселой и оживленной и проявлять интерес к тому, что случилось за день. И все же некоторое напряжение по-прежнему оставалось, только теперь оно было скрыто под кажущимся внешним благополучием.
Стоял ласковый апрельский вечер. Вздохнув, Лес откинулась на спинку шезлонга, стоявшего на краю бассейна, и закрыла глаза, чтобы понаслаждаться предзакатным солнцем. Хотя оно уже довольно низко опустилось к горизонту, его золотые лучи все еще приятно согревали тело, хотя и мало помогали облегчить тупую, давящую боль в голове, которая не покидала Лес весь день. Она подняла широкий и низкий стакан с коктейлем и потерла лоб о его холодную влажную поверхность. Кубики льда звенели о стенки, бултыхаясь в разбавленном виски на дне стакана.
Тишину разорвал рокот мотора. Лес неохотно открыла глаза и глянула в сторону гаража. Наверное, возвращаются дети. И действительно, к гаражу подлетела спортивная машина Триши и резко остановилась, взвизгнув тормозами. Из машины выбралась Триша, одетая в ярко-оранжевые шорты и майку без рукавов того же цвета, окаймленную ядовито-розовым кантом. Затем появился Роб в джинсах и сапогах для верховой езды. Оба направились было к заднему входу, но затем заметили мать и свернули к ней.
– Привет! – Триша, широко улыбаясь, плюхнулась на стул рядом с шезлонгом матери.
– Привет, – сказала Лес.
Дочь улыбалась настолько заразительно, что нельзя было не улыбнуться ей в ответ. Лес перевела взгляд на Роба, стоявшего, привалясь бедром к стулу Триши.
– Как прошла игра?
С тех пор как Роб приехал домой, он ежедневно играл в поло – в дружеских матчах, которые клуб устраивал для местных любителей. Такие игры были нужны, чтобы выявлять перспективную молодежь и постоянно пополнять списки команд новыми запасными игроками. Так что у Роба была возможность постоянно практиковаться.
– Хорошо. Мы выиграли со счетом двенадцать – три.
– И это он называет «хорошо»! Что за ложная скромность, – съязвила Триша. – Да вы разнесли их в пух и прах.
– Поздравляю. – Лес подняла стакан с виски, салютуя победителю, затем сделала большой глоток.
– А не слишком ли ты рано начинаешь, Лес? – Триша нахмурилась со смутным неодобрением. – Ведь ты обычно берешься за спиртное намного позже, не так ли?
– Нет, не рано, – слукавила Лес, хотя в последние дни вместо одного коктейля перед обедом стала выпивать два, чтобы скоротать время до тех пор, пока Эндрю вернется домой. – А если у тебя есть какие-то сомнения, посмотри на часы – уже семь.
– Может быть, – Триша пожала плечами, показывая, как мало заботит ее время. – Когда будем обедать?
– В девять часов.
– Почему так поздно? – запротестовала Триша.
– Твой отец сказал, что не вернется домой раньше восьми тридцати, а ты знаешь, что он не любит садиться за обеденный стол в ту самую минуту, когда входит в дверь, – Лес пошевелила кубики льда в стакане, наблюдая, как изменяет цвет янтарная жидкость, в которой они плавают.
– Он теперь всегда приходит с работы так поздно? – проворчала Триша.
Внутри у Лес словно что-то щелкнуло.
– Почему бы тебе самой не спросить его об этом? – вспыхнула она.
Триша даже отпрянула от неожиданности и нахмурилась с выражением замешательства и оскорбленной невинности:
– Ну-ну, не надо сразу же сносить мне голову с плеч за простой вопрос.
– Я… у меня болит голова, – пробормотала Лес, понимая, что, несмотря на правдивость, это далеко не самое удачное оправдание. – Уверена, если бы отец мог, он постарался бы вернуться поскорее. – Лес заставила себя улыбнуться и предприняла решительную попытку разрядить тяжелую атмосферу. – Я еще не рассказала вам свои хорошие новости.
– Мужайся, Роб. – В глазах дочери вспыхнули светлые насмешливые искорки. Триша, как всегда, быстро отходила и была готова поддержать перемену настроения. Резкое замечание матери, казалось, скатилось с нее, как с гуся вода. – Она собирается сказать нам, что она беременна.
– Навряд ли. – Возмутительное предположение Триши прозвучало так неожиданно, что Лес от души расхохоталась. За последние недели она впервые так беспечно откликалась на чьи-либо слова. – С меня вполне хватит и вас двоих. Я и с вами-то с трудом управляюсь.
– Мое дело – предположить, – пожала плечами Триша, а Роб только покачал головой, глядя на сестру. – Ну так, если не это, какова твоя хорошая новость?
– Сегодня я получила письмо от Фионы Шербурн. Она пригласила нас остановится в их поместье, когда мы поедем в Англию в этом июне. – Лес посмотрела на Роба. – Она считает, что это самое удачное решение, поскольку ты собираешься играть в турнире Виндзор-парка за «Севен-Оукс», команду Генри. Она пишет также: Генри хвастался, что пристроит тебя своим «звонарем».
– Звонарем? – удивилась Триша.
– Вообще-то это спортсмен, незаконно участвующий в соревнованиях. Но у них так называют игрока с невысоким рейтингом, который играет выше своего гандикапа, – пояснила Лес.
– Надеюсь, что сумею оказаться достойным. – Брови Роба высоко приподнялись от радостной неожиданности. – Но это будет не так-то легко, потому что выступать придется на незнакомых лошадях и играть по совершенно иным правилам.
– Между правилами «Херлингема»
type="note" l:href="#n_12">[12]
и Ассоциации поло США не так-то уж много различий. У нас в библиотеке есть книга лорда Маунтбаттена о поло, в которой приведены оба свода правил. Тебе стоит хорошенько изучить ее перед поездкой, – посоветовала Лес.
– Обязательно изучу. – Роб решительно кивнул с чрезвычайно серьезным и сосредоточенным видом.
Лес редко удавалось увидеть с глазах сына воодушевление. Это случалось только тогда, когда Роб играл в поло. Его любовь к этому спорту могла соперничать разве что с решимостью Роба совершенствоваться в игре. Лес была рада, что может дать ему возможность получить хоть какой-то опыт международных соревнований.
– А что касается лошадей, то Фиона пишет, что Генри недавно приобрел восемь аргентинских пони. Она не думает, что у тебя могут возникнуть какие-либо неприятности, когда придется ездить на незнакомых лошадях. Видимо, считает тебя хорошим наездником.
– Лучше бы тебе узнать, как надо говорить «тпру!» по-испански. – Триша ткнула брата кулаком в ногу, как раз в то место, где красовался синяк от удара мячом.
– Кончай, Триш. – Роб потер ушибленное место. Он терпеть не мог неуважительного юмора сестры.
– Должна предупредить тебя только об одном, Роб, – вмешалась Лес, надеясь пресечь назревавшую между детьми перебранку. – Генри очень внимательно следит за тем, чтобы все игроки были в соответствующей одежде. Джейк играл с ним несколько раз, и я помню, как Генри расстроился, когда ваш дед не надел рубашку установленного образца. Постарайся взять с собой побольше сменной спортивной формы. Генри будет требовать, чтобы ты был правильно одет даже на тренировках, – Лес окинула взглядом выцветшие джинсы и майку с рукавами, свободно висевшие на тощей фигуре сына.
– А как, по-твоему, Генри отнесется к длинным рыжим локонам Роба? – Триша продолжала насмехаться только затем, чтобы вывести брата из себя. – Если Генри действительно такой придира, то он, может быть, не разрешит Робу играть, пока тот не обрежет свои чудные волосы. Ты ведь знаешь, что пони, играющим в поло, подстригают гривы. А чем Роб хуже лошадей? Надо и его подстричь.
– Почему бы тебе для разнообразия не найти для шуток кого-нибудь другого? – пробурчал Роб.
– А зачем тогда существуют на свете старшие братья? – съязвила она.
– Лес, успокой ее, пожалуйста, – взмолился Роб, как делал всегда, когда приставания сестры становились для него невыносимыми.
Триша тут же встала на дыбы.
– Да хватит наконец бурчать. Я ведь просто подшучиваю над тобой.
– Довольно. Перестаньте вы оба, – вмешалась Лес ради своего собственного спокойствия и строго посмотрела на Тришу. – В этой поездке в Англию удовольствия достанутся не одному только Робу. В начале лета в Британии – самый разгар светских приемов. И хотя я знаю, Триша, как ты относишься ко всяким выездам в свет, там, я думаю, они тебе понравятся. По крайней мере ты сможешь увидеть чуть ли не всех наиболее интересных людей Европы. Фиона собирается устроить грандиозный прием, когда мы будем у нее, и я уверена, что мы получим приглашения и от всех ее друзей.
– Что ж, возможно, это окажется забавным, – проговорила Триша.
Однако девушка знала, что есть только один человек, которого она действительно хочет увидеть, – это Рауль Буканан. Такова уж человеческая природа – желать того, чего невозможно получить. Может быть, если она когда-нибудь узнает Рауля поближе, он ей совсем не понравится. Однако очень немногие мужчины произвели на нее такое впечатление, как Рауль.
– А отец едет с нами?
– Вряд ли он сможет оставить свою контору на такой долгий срок. Скорее всего он присоединится к нам уже в Париже. – Лес перекинула ноги через край шезлонга и встала. – Ну а сейчас, мне кажется, пора нам всем подумать о том, чтобы привести себя в порядок перед обедом.
– Мы придем через пару минут, – пообещала Триша и осталась у бассейна, наблюдая, как мать прошла через патио к застекленным дверям и вошла в дом. Роб тронулся было вслед за нею, но сестра остановила его.
– Скажи, она не показалась тебе странной? – спросила она.
Роб немного помолчал.
– Что ты имеешь в виду?
– Не знаю. Просто иногда она ведет себя так, словно чем-то слегка угнетена.
– Она же сказала, что у нее болит голова, – напомнил Роб.
– Так-то оно так… – Однако Триша не была уверена, что дело только в этом. На поверхности все выглядело нормальным и обычным, но иногда она чувствовала какие-то дурные вибрации, источника которых не могла определить.
– Сегодня в поло-клубе я слышал, как ты расспрашивала всех налево и направо об этом аргентинском игроке Рауле Буканане. С чего это тебе вздумалось?
Триша пожала плечами, изображая безразличие.
– Меня просто интересовало, где он сейчас играет.
– И что ты выяснила?
– На «Ретаме» в Сан-Антонио. В это время года где-нибудь в тех местах обычно устраивают большую фиесту. Я бы не отказалась на нее поехать. Говорят, там намного интереснее, чем на других таких праздниках.
– Мечты, мечты… – улыбнулся Роб. – Хорошо бы туда съездить. Но Лес никогда не простит, если ты пропустишь большой пасхальный семейный сбор. Держу пари, она лишит тебя поездки в Париж.
– Пасха. Клёво, не правда ли? Расписные яйца и все такое, – ухмыльнулась Триша. – А сколько набежит народу… Кинкейды-прародители размножались как кролики. И все же забавно будет увидеть всех опять вместе.


В семье Кинкейдов было заведено железное правило – в пасхальную субботу все до единого члены семейства собирались в родовом гнезде. Исключения не допускались ни для кого, кроме тех, кто служил в армии, – влияние Кинкейдов было недостаточно сильным, чтобы добиться для своих парней увольнения на праздники. Конечно, Одре хотелось бы проводить со своими сыновьями, дочерьми и внуками и все прочие праздники, но обычно она разрешала им самим принимать решение – посещать мать или нет. Иное дело – Пасха. Сбор в приказном порядке.
И вот они все собрались – дети, внуки, а теперь еще и правнуки. Весь день был расписан до минуты, начиная от утренней, на восходе солнца, службы, традиционных поисков всей семьей спрятанных пасхальных яиц, обильного завтрака, игры в волейбол на пляже, в которой принимали участие все, невзирая на возраст, и в каждой команде непременно имелось несколько подростков, плавание, а затем – во второй половине дня, ближе к вечеру, – приготовление барбекю на свежем воздухе. К этому времени все настолько уже уставали, что ни у кого не оставалось сил на что-либо другое, кроме разговоров.
Лес часто думала, что мать не случайно выбрала именно Пасху для общего сбора. Это своего рода символ, представляющий возрождение семьи как некоего союза – смеющегося, играющего, едящего… Все заодно. Это было буйное, шумливое, громогласное общество – иногда даже слишком громогласное. Лес слегка устала от общего шума и потихоньку ускользнула на широкую открытую веранду с видом на океан и пляж, где одни увлеченно играли в волейбол, другие храбро барахтались в набегающих на берег волнах, третьи сидели в тени под большими зонтами. Сюда на веранду крики, визг, хихиканье и разговоры доносились лишь отдаленным, приглушенным шумом, давая Лес передышку от всей этой суеты и непривычного скопления людей, пусть даже ей и близких.
– Ага, вот я тебя и поймала. Как это ты от всех ускользнула? – шутливо упрекнул ее чей-то голос.
Лес быстро обернулась, но сразу же успокоилась, увидев Мэри.
– Стыдно прятаться от семьи, – продолжала сестра. – Всякий может подумать, что тебе не нравится наша компания.
– Я просто немного устала. Слишком много шума и суеты, – слегка улыбнулась Лес. – Ну а ты почему сбежала? Или ты собираешься уверять, что искала меня?
– Именно это я всем и сказала, – парировала Мэри, облокотившись на перила веранды. – Но я была готова соврать что угодно, лишь бы на минутку оказаться где-нибудь в тишине и спокойствии. Ну разве это не чудесно – побыть вдали от всего этого? – Она кивнула на бурно веселящееся на пляже семейство.
– Верно, – согласилась Лес.
– Смотри-ка, маленькое чудовище Джулии направляется к воде…
На пляже малыш, только начавший ходить, ковылял к набегающим волнам так быстро, как только мог, но не успел он даже намочить ноги, как один из подростков, которым поручили следить за маленькими, подбежал и подхватил беглеца на руки.
– Ты помнишь, Лес, каково приходилось, когда дети были маленькими? – продолжала Мэри. – Клянусь, нужно было иметь десять пар глаз, чтобы уберечь мой выводок от всяких несчастий.
– Помню. Хорошо, что мы тогда были молодыми, а не то несколько раз на день каждую из нас мог бы хватить сердечный удар.
Свежий океанский ветер растрепал волосы Лес и залепил ей рот одной из прядок. Она повернула голову навстречу соленому дуновению, чтобы волосы смахнуло в сторону.
– А где Эндрю? Я не вижу его, – спросила Мэри.
– Вон он плавает.
Даже на этом расстоянии Лес без труда отыскала голову мужа среди множества других голов, прыгающих как поплавки в волнах прибоя.
– Ты выглядишь необычно притихшей, Лес.
Иногда сестры бывают слишком наблюдательными.
– Почему ты решила, что я здесь? – спросила Лес, чтобы переменить тему.
Но Мэри не отступалась.
– Я не то имела в виду. Весь день, даже в самой гуще веселья, ты казалась немного замкнутой. Какие-нибудь неприятности? – Она искоса посмотрела на Лес, затем ее осенило: – Тебя все еще тревожит то замечание, которое сделала Триша?
– Замечание? Ах да… Я совершенно о нем забыла. Ну разве это не странно? – вслух подивилась Лес.
– Тогда в чем же дело?
Лес всегда делилась с сестрой своими секретами. И хотя она не стала бы специально отыскивать Мэри, чтобы рассказать о том, что произошло, но раз уж та заговорила сама, Лес не стала уклоняться в сторону.
– У Эндрю была любовная связь с этой женщиной, Клодией Бейнз. Это произошло, когда они были в Нью-Йорке. Я узнала совершенно случайно. Теперь это уже не имеет значения. Эндрю заверил меня, что все кончено.
– И ты ему поверила?
– Не знаю. – Лес грустно вздохнула. – Все это просто отвратительно.
– Я никогда не могла понять, почему женщина становится любовницей женатого мужчины. С одной стороны, на ней, конечно, не лежат ни ответственность, ни обязанности, ей не приходится выполнять нудную работу и ежедневно жить с ним бок о бок. Но, с другой стороны, в такой любовной связи слишком много отрицательных сторон. Женщина редко видит своего любовника по выходным и никогда по праздникам. Пусть он ложится с ней в постель, но спать-то он неизменно отправляется домой. Жена, дети и работа – все это ставится превыше ее. Она стоит в самом низу списка, и видится с ним только тогда, когда он сам этого захочет. У женщины, которая готова со всем этим смириться, есть, должно быть, в душе какая-то мазохическая струнка.
– Эндрю говорит, что потерял из-за нее голову.
– Думаю, что ты можешь считать это утешительным, – сказала Мэри. – Люди не теряют голову навечно. Всякая бурная страсть когда-нибудь кончается.
– Но подумай о том, как многое будет сломано к тому времени, когда она пройдет. – Лес больно было думать о том, как далеко они разошлись с Эндрю уже сейчас. Она повернулась к Мэри, сама не понимая, почему решилась ей обо всем рассказать. – Об этом не известно ни одной живой душе. Я не вынесу, если Роб и Триша узнают, что между нами происходит.
– Я не скажу никому, даже Россу. Не хочу сама подавать ему подобную идею, – беспечно пошутила Мэри.
– Спасибо, – слабо улыбнулась Лес.
Она вновь посмотрела на пляж. На то место, где только что видела Эндрю. Он уже выходил на берег. Лес наблюдала, как муж развернул махровое пляжное полотенце, вытерся досуха, затем перекинул полотенце через шею и зашагал к расположенному поблизости от дома строению – домику для отдыха, где имелись душевые.
Заметив Лес, стоящую на веранде, он помахал ей рукой, а затем, сложив ладони рупором у рта, прокричал:
– Я хочу принять душ и переодеться! Давай потом выпьем по рюмочке!
Лес помахала ему в ответ, и Эндрю исчез в душевой.
Кажется, сейчас ей стоит попытаться сделать шаг к примирению.
– Я приготовлю что-нибудь выпить и отнесу ему вниз, – сказала Лес.
– А я просто постою здесь и еще немного понаслаждаюсь спокойствием, – ответила Мэри.
Смешав пару коктейлей в баре, помещавшемся в игротеке, Лес начала спускаться по крытой внешней лестнице, соединявшей домик на берегу с главным домом. На ногах у нее были пляжные сандалии на резиновой подошве, и она почти бесшумно ступала по широким ступеням, стараясь идти как можно медленнее и осторожнее, чтобы не расплескать стаканы, которые держала в руках.
Она добиралась до домика для отдыха почти целую минуту. Открыв заднюю дверь и войдя, Лес приостановилась, чтобы закрыть за собой дверь, и тут услышала, что Эндрю с кем-то разговаривает. Но, как ни странно, когда он замолкал, никто ему не отвечал. Говорил он один. Озадаченная Лес оставила дверь приоткрытой и спустилась дальше по ступеням, покрытым толстым ковром и ведущим в комнату для отдыха.
Эндрю стоял к ней спиной. Он был одет в махровый халат, с плеча свисало полотенце. Лес бросилась в глаза телефонная трубка в его руке, и она тут же поняла, почему слышала только его голос. Невольно она стала прислушиваться к тому, что он говорит.
– Конечно, – проговорил Эндрю, помолчал немного, затем добавил: – Непременно буду. Пока.
Теплота его голоса, интимность тона сказали Лес гораздо больше, чем ничего не значащие слова, которые он произносил. Когда он повесил трубку, Лес пылала от ярости.
– С кем это ты только что говорил?
Ее требовательный голос резко прозвучал в тишине, и Эндрю, вздрогнув от неожиданности, обернулся с виноватым видом. Однако он быстро нашелся.
– Кто-то ошибся номером. Звонили и спрашивали каких-то Карлайлов.
– Лживый негодяй! – вне себя от гнева выкрикнула Лес и бросила стакан ему в голову. Брызги спиртного и кубики льда разлетелись в разные стороны. Эндрю увернулся, и пустой стакан с грохотом разбился о стенку, осыпавшись на пол стеклянными осколками.
– Лес, Бога ради…
Но она не хотела слушать ничего из того, что он собирался сказать.
– Ты звонил ей, так ведь? Это была Клодия, верно? – Лес вся дрожала от переполнявшего ее возмущения.
– Лес, я говорил тебе…
– Я знаю, что ты мне говорил.
Через стеклянную переднюю стену комнаты отдыха до нее, как сквозь вату, доносились отдаленные детские крики и смех. Эти звуки вернули Лес к действительности. Она вспомнила, где они находятся, и сообразила, что в любую минуту к ним сюда может войти один из родственников, решивший выпить или принять душ. Усилием воли Лес взяла себя в руки.
– Ладно! В любом случае сейчас не время и не место обсуждать наши отношения. Подождем, пока уедут Роб и Триша. Тогда мы и поговорим.
– Думаю, это разумно, – осторожно согласился Эндрю.
– Но только помни одно, Эндрю. Если ты не можешь избавиться от нее, то я смогу.
Она поставила второй стакан на стол, не расплескав его содержимое, и, держась напряженно и прямо, подошла к раздвижным дверям, ведущим на пляж. Наполовину раздвинув их, Лес остановилась и обернулась через плечо.
– Позвони одной из служанок, чтобы прибрала разбитое стекло.
Она вышла из душевой и зашагала вниз к воде. Соленые морские брызги, доносившиеся с океана с ветром, жгли ей глаза.




Предыдущая страницаСледующая страница

Читать онлайн любовный роман - Игра до победы - Дайли Джанет

Разделы:
123456789

ЧАСТЬ II

10111213141516

ЧАСТЬ III

171819202122232425

ЧАСТЬ IV

26– прими горячий душ. а потом мы посмотрим, что можно придумать насчет растирания. 272829Эпилог

Ваши комментарии
к роману Игра до победы - Дайли Джанет



роман захватывает с самого начала. актуально для тех, кому за сорок. муж ушел к молоденькой. как собрать себя из осколков. взаимоотношения с детьми и новой любовью.
Игра до победы - Дайли ДжанетЕлена
30.06.2011, 21.33





Вот это роман! Будто все произошло со мной. Испытала такие сильные эмоции, сопереживая героине. Когда в 40 лет бросает муж, уходя к молодой, кажется, что земля ушла из-под ног, хочется, чтобы со временем он пожалел об уходе, но нет, все складывается иначе, муж обожает молодую красавицу жену, ждет пополнения в своей новой семье, он счастлив, а еще дочь встает на сторону отца. А что остается главной героине? Только думать о том, что половина жизни прожита, молодость позади, дети выросли и в тебе не нуждаются и ты никому не нужна.
Игра до победы - Дайли ДжанетАлла
25.11.2013, 6.56





Очень понравилось. Думаю, в жизни бывает еще круче. Тема довольно интересная. Материнская любовь и любовь к мужчине - как тут выбирать? Хорошо если дети не против, а если в штыки, что делать? Сочувствую героине и переживаю - как у нее все сложится. Советую - читать однозначно. Это первая книга Дайли Джанет, которую я прочитала и думаю не последняя. 10.
Игра до победы - Дайли ДжанетВасилиса
9.07.2015, 18.02





Роман понравился.
Игра до победы - Дайли ДжанетЕлена
12.07.2015, 9.07





А мне роман не понравился,прочитав коментарии,думала что роман сразу захватить,но захватывать там не чему.Очень растянуто и нудно,а в конце вообще не понятно к чему автор включил смерть рода.Вообщем роман не понравился.
Игра до победы - Дайли ДжанетОльга
12.07.2015, 19.47








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100