Читать онлайн Игра до победы, автора - Дайли Джанет, Раздел - 23 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Игра до победы - Дайли Джанет бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 9.55 (Голосов: 40)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Игра до победы - Дайли Джанет - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Игра до победы - Дайли Джанет - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Дайли Джанет

Игра до победы

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

23

Когда в середине недели подошло время и Триша собралась уезжать, Ханиф добровольно вызвался подбросить ее на личном реактивном самолете до Буэнос-Айреса, чтобы девушка без помех успела на свой рейс в Штаты. Лес отвезла дочь на взлетную полосу, дождалась, пока взлетит самолет, и вернулась на estancia. Оставила машину перед входом и вошла в дом, чувствуя себя виноватой, – она радовалась тому, что Триша наконец уехала. До сих пор им с Раулем не удавалось побыть наедине ни единой минуты, так что досада и нетерпение стали почти невыносимыми.
Ее шаги гулко звучали в огромной, с высоким потолком гостиной. Лес мельком глянула на закрытые двойные двери кабинета Рауля, а затем, не утерпев, направилась к комнате, где он проводил так много времени. Ее подталкивали любопытство и потребность находиться рядом с ним. Она широко распахнула двери и заглянула в кабинет.
Комната была обставлена просто. Письменный стол и стул, два потертых неуклюжих кресла да тканый ковер перед камином. Стены были пустыми и голыми. Лишь на одной из них выстроились книжные полки, но и те главным образом пустовали. Ничего похожего на уютную библиотеку-кабинет в поместье Хоупуорт, где было столько удобных и красивых вещей.
Ни один из предметов в комнате не носил отпечатка самого Рауля. Так невольно подумалось Лес, когда она вошла в кабинет. Или, может быть, напротив: все здесь отражает личность своего хозяина. Может быть, Рауль так же пуст, как эта пустынное помещение, где нет ни тепла, ни уюта, потому что сам он не знает ничего подобного. Мысли Лес сами собой перенеслись к тому, что рассказывал ей в глинобитной лачуге Рауль о первых своих попытках играть в поло, – о презрении и насмешках, о коричневых сапогах, которые он был не в состоянии купить. Поло – дорогой вид спорта, она это знала и сейчас подумала, что Раулю пришлось вести гораздо более отчаянную борьбу за возможность стать профессиональным игроком, чем ей это раньше представлялось.
Она подошла к столу и стала с интересом рассматривать аккуратные стопки бумаг. Большая их часть была, по всей видимости, корреспонденцией. Письма, счета. Рекламные буклеты, проспекты, листки. Ее внимание привлекли карандашные заметки в блокноте из желтой бумаги. Она узнала мелкий и тесный почерк Рауля – тщательно выписанные буквы, словно писал не взрослый мужчина, а маленький ребенок.
Взгляд ее перебежал на полки, прибитые к стене над столом. Лес подошла поближе и просмотрела названия книг. Большинство из них были на испанском, но прочитать на корешках слово «поло» не составило ей никакого труда – оно пишется по-испански так же, как и по-английски. Все книги явно имели отношение либо к спорту, либо к лошадям, и все они, судя по их виду, читались очень часто. Обложки некоторых были порядком истрепаны и совсем обветшали.
Особенно зачитанной выглядела одна книжка. Лес нагнулась, чтобы прочитать почти неразличимое название. Удивленная улыбка пробежала по ее губам, когда она сообразила, что это сочинение о поло, написанное лордом Маунтбаттеном. Лес сняла книгу с полки. Переплет на уголках обложки порван, и из-под него обнажился твердый картон. Открыв книгу, Лес увидела, что страницы не просто замусолены пальцами, но и сильно излохмачены по краям – так много раз их переворачивали. А некоторые вообще отделились от переплета и были вложены среди прочих. Книга напоминала Библию, которую читают и перечитывают вдоль и поперек. Рауль говорил, что учился поло самым трудным способом – путем проб и ошибок, будучи сам себе наставником. Только сейчас, задумчиво глядя на книгу, Лес поняла, что означали эти слова.
– О, сеньора Лес, – послышался голос Эктора.
Лес слегка вздрогнула и обернулась к двойным дверям. Она и не услышала его приближения. Перестук костылей и шарканье парализованных ног сделались для нее настолько привычными, что стали полностью сливаться с прочими негромкими домашними звуками, к которым никто не прислушивается. Видимо, Эктор проходил мимо дверей кабинета и решил заглянуть.
– Я услышал, как подъехала машина, но, не застав вас в гостиной, подумал, что вы скорее всего пошли на поле для поло.
– Нет. Мне сказали, что я отвлекаю игроков, – небрежно ответила Лес.
– Думаю, что знаю, кто это сказал. – Понимающий огонек в глазах Эктора словно поддразнивал ее.
Лес сомневалась, чтобы что-нибудь могло ускользнуть от его внимания, но ничего не ответила на это замечание.
– Я просматривала книги на полках и натолкнулась на эту, – показала она. – Боюсь, что книжка почти разваливается на части.
– Много, много раз я видел Рауля с этой книгой в руках. Он всегда ее читал и… и спрашивал то об одном слове, то о другом…
– Это было много лет назад… когда он только учился играть в поло, не так ли?
– Si. Для него это было очень трудно. Ему пришлось много потрудиться, чтобы стать тем, кто он есть.
– Да, теперь понимаю, как много. – Лес закрыла книгу и задумчиво прижала ее к груди, поглаживая рукой истрепанную обложку.
– Вы чего-нибудь желаете? Может быть, чая?
– Нет. Gracias, Эктор.
Он повернулся, стуча костылями по полу.
– Мне надо пойти присмотреть за ленчем.
После того как Эктор ушел, Лес присела на угол стола и стала рассматривать истрепанную обложку книги, которую держала в руках. Она подозревала, что поло было религией Рауля… его богом и его любовницей. И меж ними никогда не вставали ни женщина, ни какое-нибудь иное увлечение. В жизни Рауля не было ничего другого, кроме поло. И Лес спрашивала себя, а разрешит ли он ей войти в нее?
Но даже если он разрешит ей занять место в его жизни, хочет ли этого она сама? Еще совсем недавно она и помыслить не могла о любовной связи с каким-нибудь мужчиной, а теперь взгляните-ка на нее – размечталась над его старой книгой. После развода прошло слишком мало времени, чтобы она успела обрести почву под ногами. И если она сейчас испытывает разочарование и депрессию, то можно ли найти лучшее место для успокоения, чем объятия Рауля? Он заставляет ее вновь почувствовать себя женщиной, возвращает былую уверенность в себе. А это очень много.
Хлопнула входная дверь, послышались тяжелый топот сапог и усталые мужские голоса. Лес встала со стола, на краю которого сидела, и повернулась к двери, обе створки которой распахнулись, и на пороге появился Рауль. Увидев Лес, он замер на полушаге, затем вошел в кабинет и закрыл за собой дверь.
– Как прошло сегодняшнее утро? – начала было Лес, но угрюмое и тяжелое выражение его лица заставило ее умолкнуть. – Надеюсь, ты не возражаешь против того, что я здесь. После того, как я проводила Тришу…
Рауль грубо забрал книгу у нее из рук и втиснул ее на прежнее место на полке. Затем подошел к столу и начал перелистывать лежащие на нем бумаги.
– Эта книга у тебя особая, не так ли? – Лес тут только сообразила, что, взяв без спросу этот потрепанный томик, она не приняла во внимание, насколько тот дорог Раулю. – Эктор сказал мне, что ты прежде читал ее…
– Эктор слишком много болтает, – проворчал Рауль.
– Ты несправедлив, – запротестовала Лес, встав на защиту Эктора.
– Pues bien
type="note" l:href="#n_43">[43]
, так, значит, он сказал вам, что именно по этой книге я учился читать. – Он оперся руками о стол, отвернув голову от Лес в сторону. – У меня не было возможности получить регулярного образования. Я должен был работать, чтобы есть, но уверен, что вам этого не понять.
Рауль выпрямился и, взяв со стола стопку бумаг, принялся их перебирать. Но по яростному выражению его лица Лес поняла, что ее возлюбленного обуревает гордость, а не гнев.
– Поверь мне, Рауль, – спокойно сказала она, – я думала, что эта книжка была для тебя учебником поло. Я не знала, что ты учился по ней читать. Эктор ничего мне об этом не сказал.
Рауль тихо чертыхнулся по-испански себе под нос и бросил бумаги на стол.
– Я понимаю, что ты можешь мне не поверить, – продолжала Лес, – но считаю, что не имеет никакого значения, как ты учился читать. Джейк всегда говорил Эндрю, что ему совершенно наплевать, в каком колледже учился человек. Его интересовало только одно – знает ли тот свое дело.
– И тебе не кажется забавным то, как я учился читать? – с вызовом спросил Рауль, давая понять, что все другие над этим потешались.
– Нет, хотя меня и удивляет, что ты не ходил в школу. Насколько я могла понять, Аргентина – очень образованная страна.
– Я ходил в школу всего три года, когда мы жили в пампах. Именно там меня научили разбирать буквы и цифры.
– А как ты изучил английский?
– Мой хозяин сеньор Бооне был потомком английских поселенцев, которые приехали сюда, чтобы строить железную дорогу. Образование он получил на английском и очень плохо говорил по-испански. Его друзья, которые собирались у него, чтобы играть в поло, тоже в основном были англичане. И я считал, что английский язык и английские манеры – как бы одна из составных частей игры. Я взял этих людей себе в образец. Я подражал тому, как они говорят и как одеваются, а когда я стал играть достаточно хорошо и англичане начали приглашать меня к себе домой, я перенимал то, как они пьют и едят.
И все же Лес понимала, что сам он не придавал всему этому никакого значения – ни одежде, ни хорошей еде и изысканным винам, шикарным домам и кичливым манерам. Просто это был мир, в котором играли в поло, и хотя Рауль освоился в этом мире, он так и не соблазнился им.
– Ты прошел через все это только затем, чтобы играть в поло, – утвердительно сказала она.
– Только затем, чтобы играть в поло, – повторил Рауль. – Поло дало мне свободу. Никто не говорит мне, что я должен делать. Ты не приказываешь мне учить твоего сына. Это мой выбор. Я учу его, потому что хочу этого сам. Я не отвечаю ни перед одним человеком на свете.
– И ни перед одной женщиной.
– Да, и ни перед одной женщиной. – Рауль повернулся, сел на край стола и притянул Лес к себе, поставив ее между своих колен. Его руки обвились вокруг ее бедер, а ладони Лес легли ему на плечи. По ее коже пробежала чувственная дрожь, когда он уткнулся лицом ей в шею.
Она зарылась пальцами в его темные волосы, прижимая его голову к себе, и Раулю пришлось сделать усилие, чтобы поднять голову и найти ее губы. Они так долго ждали этого момента и так изголодались друг по другу, что почти задохнулись от поцелуя. Лес жадно впитывала вкус Рауля, никотиновый аромат его языка и солоноватый привкус его губ. Она прислонилась к нему, позволяя Раулю принять на себя ее вес и все крепче прижимаясь к нему в желании окончательно слиться с его телом.
Щелкнула, поворачиваясь, дверная ручка, но они услышали этот предупредительный звук слишком поздно, чтобы отпрянуть друг от друга.
– Рауль, ленч готов.
Эктор запнулся на полуслове, но на губах его играла широкая ухмылка, скрывающаяся под густыми усами. Рауль повернулся к нему, обхватив бедра Лес рукой и не давай ей отстраниться от него.
– Было бы неплохо, Эктор, чтобы ты с этого дня помнил, что надо постучать, прежде, чем войдешь, – резко бросил он.
– Si, и может быть, нам к тому же следует установить замки. – Эктор потянул дверь, закрывая ее за собой. Стук его костылей в коридоре раздавался особенно громко, словно старик желал, чтобы они слышали, как он уходит.
Глядя, как блестят темные волосы Рауля, она запустила в них пальцы, как гребень, чтобы пригладить взлохмаченные вихры, которые сама только что растрепала. Когда Рауль наклонил голову, чтобы посмотреть на нее, Лес внезапно захлестнуло теплое чувство нежности. Рауль сжал ее в объятиях еще теснее, и его рука скользнула на крепкие округлости ее ягодиц, притягивая Лес поближе.
– Я уже забыл, какое нежное у тебя тело, – пробормотал Рауль ей на ухо. Его испанский акцент сделался особенно заметным. – Кажется, это было так давно…
– Да, очень давно.
– Сегодня ночью… – Рауль немного отклонился назад, носы их соприкоснулись и дыхание смешалось. – Скажи, мне прийти в твою комнату или ты придешь в мою?
– Я не знаю, где ты спишь.
– В дальнем конце верхнего коридора. Но будет лучше, если я приду к тебе. Если кто-нибудь увидит меня в коридоре, то ничего не заподозрит.
Он вновь поцеловал ее, долго и крепко.
– Ленч готов, – нехотя напомнила ему Лес.
– Иди. Я побуду здесь еще немного.
Ему не надо было объяснять Лес, почему он не желает идти вместе с ней. Она и без того чувствовала, как на его бриджах вздулась плотная выпуклость. Он выпустил Лес из своих объятий и, когда она отошла от стола, повторил еще раз:
– Сегодня ночью.
– Да.


Давно уже закрылись двери всех комнат в их коридоре, а Лес все еще ждала, напряженно прислушиваясь и ловя каждый звук, доносящий снаружи ее спальни. Но единственное, что ей удавалось услышать, – обычные звуки, раздающиеся ночью в каждом доме: потрескивание рассыхающегося дерева, приглушенный стук окна, захлопнутого ветром… Уже в третий раз она подошла к окну и застыла, глядя на свое отражение в темном стекле. Затем посмотрела на ночную сорочку, брошенную на стуле в углу. Уж не сдаться ли наконец, перестать ждать и лечь спать? Легкий макияж, духи, которыми Лес надушила укромные местечки своего тела, и соблазнительный шелковый пеньюар – все это, кажется, обречено обольщать только ее подушку.
В дверь два раза тихонько постучали, и Лес почти побежала через комнату, заставив себя приостановиться только на последних шагах. Она открыла дверь, и в спальню быстро проскользнул Рауль, одетый только в махровый халат. Заперев дверь, они вместо того, чтобы обняться, застыли на месте, глядя друг на друга, словно олень и его подруга перед тем, как начать свадебный ритуал.
Лес не знала, кто из них двинулся первым, но это и не имело значения. Она оказалась в его объятиях, ощущая жар его поцелуя. Ее руки скользнули под халат Рауля, и она вновь ощутила, как сильно и мускулисто его тело. Покрывало на постели было приглашающе откинуто в сторону, и они устремились к кровати, задержавшись лишь на миг, чтобы сбросить с себя халаты, а затем скользнули на застланный простыней матрас. Пружины застонали под их общей тяжестью.
– Мне надо было предупредить тебя о скрипучих пружинах, – прошептала Лес, прижимаясь к Раулю и чувствуя, как соски ее касаются его выпуклой мускулистой груди.
– Можно лишь радоваться, что в этом доме толстые стены, – прошептал он в ответ, жадно приникая к ее губам.
Ее руки ласкали его, блуждая по его мощному красивому телу. Она оторвала свои губы от его рта, чтобы потереться щекой о его чисто выбритый подбородок и пройтись поцелуями по загорелой шее. Она не раздумывала, пытаясь понять, что требуется от нее. Все получалось само собой. И все, что она ни делала, доставляло ему неизъяснимую радость.
Ее руки двигались все более и более нетерпеливо. Стараясь возбудить его, она возбуждалась и сама. Проведя пальцем по легкой впадинке, которая отмечала линию его талии, она опустила руку ниже. И почувствовала, как Рауль невольно вздрогнул, когда рука легла на его возбужденную мужскую плоть. А потом с его губ сорвался низкий протяжный стон – когда Лес погладила твердый, упругий стебель, – что лишний раз доказывало, какой властью над мужчинами обладают женщины.
Обняв ее, Рауль легко перевернулся, поменявшись с ней местами. Теперь он был сверху. И она увидела, что в его глазах вспыхнул неутолимый огонь желания. И это тоже вызвало ответное возбуждение.
Теперь он начал ласкать ее, чтобы еще больше возбудить. Его пальцы и язык исполняли какой-то странный языческий танец, заставляя ее переживать нечто невероятное. Казалось, ни одна точка ее тела не ускользнула от Рауля, – отчего все чувства ее обострились. И когда его ладонь скользнула меж ее ног и большой палец прикоснулся к наиболее чувствительной точке, Лес непроизвольно вздрогнула, и с ее губ сорвался тихий, почти жалобный крик.
Отвечая ее требованию, Рауль вошел в нее. И тяжесть его тела казалась совершенно незаметной. Страсть задавала ритм движений, заставляя забыть обо всем на свете. И ни тот ни другой не слышали, как скрипят пружины на кровати, отзываясь на бешеные движения их тел.
А потом, когда все кончилось, они лежали, обнявшись, продолжая гладить друг друга и бормоча ласковые пустяки, которые были совершенно неважны сами по себе, – важен был только голос.
Наконец Рауль поднялся с кровати и надел свой халат. Лес села, подоткнула под спину пару подушек и откинулась на них, натянув на себя простыню. Рауль остановился около кровати.
– Я должен уходить. Ты ведь хорошо уснешь, не так ли?
Вид у него был разнеженный, словно он освободился от всех бушевавших в нем страстей, запертых прежде внутри. И Лес знала, именно она помогла ему избавиться от них.
– Буду спать как убитая, – улыбнулась Лес, все еще чувствуя, как все ее существо словно купается в густых, жирных и сладких сливках.
Рауль затянул потуже пояс своего халата.
– Завтра, – сказал он.
– Si. – Уголки ее губ еще сильнее изогнулись в довольной улыбке. – Manana.
Она увидела, как в глазах Рауля сверкнула изумленная искорка, когда она заговорила по-испански.
Рауль пошел к двери, а Лес смотрела ему вслед – он исчез так же молчаливо, как и пришел. Она еще немного полежала, облокотившись на подушки, затем потянулась, выключила лампу на ночном столике и юркнула под одеяло. Простыни были пропитаны запахом Рауля. Лес закрыла глаза, вдыхая этот ставший ей таким близким запах. И сон быстро одолел ее разнеженное тело.


С этой ночи так и повелось. Дни проходили так же, как и раньше: Рауль занимался с учениками на тренировочном поле, проводил разборки занятий в комнате для игр, а вечерами работал в своем кабинете. Лес виделась с ним мало, разве что только за обедом в обществе всех остальных. Тем не менее Эктор счел необходимым изменить порядок, в котором они сидели за обеденным столом, и настоял на том, чтобы Лес расположилась напротив Рауля и выполняла роль хозяйки. После отъезда Триши эти изменения казались вполне естественными – долг вежливости по отношению к единственной оставшейся среди них даме.
В сентябре наступили ясные солнечные деньки, стало намного теплее, и в школе сменилось расписание на неделю. Сезон поло в Аргентине был в полном разгаре. По выходным соревновались между собой различные поло-клубы из пригородов Буэнос-Айреса, и теперь игроки в estancia всю неделю тренировались и оттачивали мастерство, а по воскресеньям Рауль и его профессионалы выезжали на матчи. Уровень соревнований диктовал состав различных команд.
Когда предстоял матч высокого уровня, Луис, Карлос и Рауль брали на игру мексиканского игрока с рейтингом в десять голов – Хуана Ечеварриа. Как объяснил Лес Рауль, они вчетвером будут участвовать в открытом чемпионате Аргентины в ноябре, и эти предварительные соревнования дают им возможность привыкнуть играть вместе и стать сплоченной командой.
В одно из воскресений Лес стояла у линии поля в Херлингем-клубе и вместе с Робом наблюдала за игрой четверки профессионалов. Матч был очень жестким, агрессивным, и судьи то и дело прерывали игру, назначая штрафные удары за грубые нарушения, которые так и сыпались с обеих сторон, так что ни одна из команд так и не смогла набрать наступательного темпа. И хотя в конце концов команда Рауля «Лос памперос», так по-испански называются бурные ветры в пампе – покинула поле с победой, далась она ей нелегко.
Лес двинулась вперед, чтобы встретить четырех всадников, аплодируя их мастерству.
– Поздравляю! Magnifico
type="note" l:href="#n_44">[44]
!
Рауль натянул поводья, остановил коня рядом с Лес и спрыгнул на землю, взволнованный, но донельзя уставший.
– Отличная была игра.
Кругом толпилось немало народу, и Лес постаралась скрыть свои чувства под маской небрежного дружелюбия. Они просто хорошие знакомые, и никто больше. Когда Рауль положил руку ей на плечо, она по-дружески обвила рукой его талию и взглянула на Карлоса Рафферти.
– Прекрасный гол вы забили, Карлос, – сказала она, когда усталый игрок пронес ногу над седлом и соскочил наземь. – Непонятно, как вам это удалось. Противник настолько плотно заслонял ворота, что не было почти ни единого просвета.
Рауль теснее сжал ее плечи, бессознательно прижимая Лес к себе. Она почувствовала, как тяжело он дышит. Игра требовала громадного физического напряжения.
– Si, получилось и вправду неплохо, – ухмыльнулся Карлос. – Я сам не думал, что сумею.
Когда победители разом повернулись, чтобы отвести своих лошадей к линии пикета, Лес заметила, что Роб как-то странно смотрит на нее. И ей стало неловко за то, что она обнимает Рауля за талию. Лес опустила руку и немного отстранилась от Рауля, так что его рука, лежавшая на ее плечах, сама собой естественно соскользнула.
– Давайте выпьем в клубе перед тем, как поедем назад. – Лес отошла от Рауля к Робу.
– Давайте. – Рауль бросил на нее короткий вопросительный взгляд, не сразу поняв, в чем дело, затем перевел глаза на Роба.
– Мы с Робом подождем вас там. – Взяв сына под руку, Лес повернула его в направлении клубного здания. – Нелегко далась им победа, пришлось биться из последних сил, не так ли?
– Еще бы… – Роб пожал плечами, не желая отвечать на попытку завязать разговор, и высвободил руку.
Лес нахмурилась и изучающе посмотрела на хмурое, усталое лицо сына.
– Плечо болит? Это от того, что ты так неудачно упал с лошади в четвертом чуккере.
До этого Роб играл на другом клубном поле, и его команда плачевно проиграла.
– Нет. С плечом все в порядке, – пробормотал Роб.
– В чем же тогда дело?
– Ни в чем. Почему непременно что-нибудь должно быть плохо? Разве не может человек быть просто не в настроении разговаривать? – резко и сердито проговорил Роб.
Значит, Лес не показалось. Он действительно в дурном настроении. И она пошла молча, не говоря ни слова и зная, что припадок раздражительности у сына пройдет так же быстро, как и вспыхнул.
– Ты собираешься лететь домой в пятницу или в субботу? – спросил внезапно Роб.
– Ни в тот ни в другой день. Думаю, я останусь здесь еще на некоторое время, – с притворной небрежностью улыбнулась Лес. – В конце концов, нет никакой действительной необходимости возвращаться домой.
– А как быть с лошадьми? Я не собираюсь покупать больше тех девяти, что мы уже приобрели. Разве ты не собираешься отправлять их в Штаты? – с вызовом спросил Роб.
– Собираюсь, но я решила переправить их с помощью Хоупуортского завода. Стэну Маршаллу уже доводилось прежде импортировать лошадей, и он хорошо знает, как все это оформляется и какие нужны гарантийные меры. Он будет на месте, чтобы принять лошадей, так что мне нет нужды туда ехать…
В это время года в Виргинии уже появляются первые признаки осени – начинают желтеть деревья, а здесь, в Аргентине, – напротив, бурно зеленеет весенняя растительность. Здесь начинается новая жизнь, и Лес ощущала, что то же самое происходит и с ней самой.
– Кроме того, – продолжала она, – что я буду делать одна в Палм-Бич? Меня там не ждет ничего, кроме все той же старой суеты: ленчей, благотворительности, совещаний в различных комитетах. Уж лучше я останусь здесь с тобой и прослежу, чтобы ты чему-нибудь научился.
Она старалась убедить сына, что не придает никакого особого значения своему решению остаться, но небрежный тон получился у нее несколько вымученным.
– Угу. Знаю, как ты интересуешься тем, что я делаю.
Ей не понравился его тон.
– Что ты хочешь этим сказать?
– С тех пор как Триша уехала, ты ни разу не бывала на боковой линии и не смотрела, как я занимаюсь. А прошло уже три недели, – с упреком произнес Роб. – Вот уж ничего не скажешь: ты действительно интересуешься, как у меня идут дела.
– Я интересуюсь, Роб. Но просто все это время я была занята счетами и оформлением всех бумаг на лошадей, которых ты купил…
Семерых они приобрели у Рауля, а остальных двух – у его соседей.
– Ну а самое главное… – Лес поняла, что должна рассказать сыну правду о том, почему она не ходит смотреть на его тренировки. – Рауль считает, что я отвлекаю тебя.
– Готов поспорить, что это больше относится к нему, а не ко мне, – с горькой усмешкой бросил Роб и вдруг встал как вкопанный, заставив остановиться и Лес. – Это правда то, что парни говорят о вас двоих?
Его вызывающий взгляд застал Лес врасплох. Она-то думала, что сын огорчен ее отсутствием на тренировочном поле. А вот в чем, оказывается, дело… Она не промолвила ни слова. Просто стояла, глядя на Роба. Каково это матери признаваться взрослому сыну в том, что она завела роман? – Значит, правда, не так ли? – с омерзением сказал Роб. – Он трахает тебя, так ведь?
– Роб, прекрати!
Лес обхватила себя руками, с трудом удерживаясь, чтобы не дать ему пощечину.
– Ты ведь на самом деле была потрясена вашим разводом с отцом, так? Ты с ума сходила от отчаяния, так ведь? – насмешливо продолжал Роб. – И что же? Пять месяцев! Прошло всего пять месяцев, и ты уже скакнула в постель к другому мужчине. Вот как ты в действительности переживаешь… Ты, наверное, забыла, как говорила, что я тебе нужен?
– Я говорила это от всей души. Роб, ты – мой сын, – гневно воскликнула Лес. – Что бы ни происходило между мной и Раулем, к тебе это не имеет никакого отношения. Тебе это ничем не повредит…
– Ах так? Не повредит? Ты что же думаешь, что он захочет, чтобы я маячил у вас на глазах? Ты сама видела: он уже настаивает на том, чтобы ты не приходила на тренировочные занятия. А если ты не замечаешь, чего он добивается, то ты просто слепа!
– Это неправда. Он потребовал этого еще до того, как я… как мы… еще до того, как мы с ним сошлись. Рауль не представляет для тебя никакой угрозы… Ты ведешь себя просто по-детски.
Но еще не закончив фразы, Лес поняла, что говорить этого не следовало, пусть даже именно так все и было. Никто, кроме нее, не виноват в том, что Роб так закрыт для посторонних и так зависит от нее. И теперь, когда он предъявляет свои права на нее, думая только о себе самом, она не может его в этом винить.
– Я поговорю с Раулем, чтобы он опять разрешил мне бывать на тренировках. Уверена, он переменит свое решение.
– Постарайся только попросить его в тот момент, когда у него будет стоять. В такие минуты мужчины особенного сговорчивы.
Лес ударила его по лицу.
– Никогда больше не смей так говорить со мной!
Роб побледнел. Лицо его исказилось от ярости. Несколько долгих мгновений он пристально смотрел на мать, затем повернулся на каблуках и зашагал прочь.


Вот уже четыре недели Роб играл, сидел за обеденным столом и отдыхал после тренировок с другими игроками школы и успел хорошо познакомиться с особенностями, привычками и слабостями каждого. И сейчас он очень хорошо знал, кого именно ему нужно найти. Он направился прямо к молодому аргентинцу Тони Ламберти. Не единожды он видел, как тот выскальзывает по вечерам из дома, чтобы выкурить сигаретку с марихуаной, и пару раз даже сам присоединялся к нему.
– Тони, иди-ка сюда. Мне нужно с тобой поговорить. – Роб потянул за руку аргентинца, стоявшего в кружке из трех хихикающих девушек.
– Che!
type="note" l:href="#n_45">[45]
Я поделюсь с тобой одной из них. – Этот красивый темноволосый и темноглазый двадцатидвухлетний парень считал себя виртуозным соблазнителем. Роб видел, как он обращал свои чары даже на Анну, пожилую служанку на estancia.
– Можешь оставить себе всех трех, – безразлично пробормотал Роб. – Скажи только, где мне раздобыть немного «дури». – И, увидев, как недоуменно нахмурился Тони, быстро добавил: – Ну ты знаешь, кокаина…
– Che! El loco pibe!
type="note" l:href="#n_46">[46]
– Говори по-английски, черт побери. И я не сумасшедший. – Роб старался превозмочь охватившую его кипучую ярость.
В последнее время его раздражало буквально все. Конечно, он научился здесь многому, но кто-то постоянно указывает ему, что делать, критикует его, выискивает ошибки – обычно это делает Рауль. А теперь против него выступила еще и мать. Ему нужно встряхнуться. Испытать подъем, который дает кокаин. Все стараются принизить его, но он покажет им, кто он таков… Черт, он вовсе не сидит на крючке у наркотика. Вот уже четыре недели он не притрагивался к кокаину и его даже не тянуло к зелью. Это доказывает, что он не пристрастился к нему. Но сейчас он нуждался в поддержке. Лес может убираться куда угодно. Она ему не нужна.
– Послушай, Тони, – Роб понизил голос, – мне нужна пара пакетиков кокаина. Не беспокойся – у меня есть деньги, чтобы заплатить. А ты знаешь, где можно достать. Ну что скажешь, compadre? У тебя ведь здесь есть с собой машина.
Тони все еще колебался, недоверчиво меряя Роба глазами.
Нетерпение Роба возрастало с каждой секундой.
– Только не говори, что не можешь достать. Ведь эта проклятая хреновина растет здесь.
– Ci. Кока растет здесь как сельхозкультура. Прежде ее продавали вашей компании «Кока-кола». Но ваше правительство заставило компанию удалять из колы кокаин. Здесь, в Андах, люди, которые живут в горах, поступают гораздо умнее. Они жуют листья коки и не чувствуют ни усталости, ни голода, ни холода. Здешний народ потребляет коку уже не одну сотню лет. Инки считали это дерево божественным. Ты знал это?
– Меня, черт возьми, не интересуют диссертации по истории кокаина. Скажи лучше, ты собираешься познакомить меня с твоим продавцом или нет? Все, что я хочу получить от тебя, – это четкий ответ: да или нет? – прервал аргентинца Роб.
Прошла целая минут, долгая и томительная. Тони молча раздумывал, как ему быть. Наконец от сказал:
– Он тебе не продаст. Придется мне купить тебе то, что нужно.
По лицу Роба разлилась широкая улыбка, и он вздохнул с облегчением.
– Я знал, Тони, что на тебя можно рассчитывать.
– Мне надо сначала позвонить ему. А там посмотрим.
– Ну да, Тони, конечно.


После матча вернулись в estancia поздно, а потому и поздно сели обедать. Переодевшись, Лес спустилась вниз, в столовую. Ей было не еды, но она не хотела подавать виду и нарушать обычный распорядок. Совсем ни к чему привлекать к себе лишнее внимание и выслушивать вопросы, на которые она не желает отвечать. Все, что происходит, касается только ее и Роба, и никого больше.
Слегка расклешенная юбка из льняного полотна полоскалась вокруг стройных икр, когда Лес входила в большую гостиную, где уже собралось большинство обитателей старинного дома. Она остановилась на пороге, окидывая взглядом присутствующих, затем решительно двинулась вперед.
– А где Роб? Он еще не спускался?
– Кажется, он вообще не вернулся, – ответил Дюк Совайн. – Они с Тони вместе куда-то уехали из клуба и до сих пор здесь не показывались.
– Ах вот оно как, – пробормотала Лес, беспокойно вертя пальцами пуговицу своего кремового жилета.
– Наверное, они задержались где-то и забежали к девушкам. Вы ведь знаете, каков этот Тони, – напомнил ей техасец.
– Да, конечно.
Это было логичное и, скорее всего, правильное объяснение. Она знала Роба – он наверняка задержался где-то вне дома с одной только целью: ему хочется, чтобы мать немного поволновалась. Решил наказать ее за недавний неприятный разговор. И Лес со смутным раздражением понимала, что ему удалось добиться своего. Она беспокоилась. Заставив себя улыбнуться, Лес обратилась к Эктору. На Рауля – источник ее разногласий с сыном – она старалась не смотреть.
– Надеюсь, Эктор, – сказала она, – вы не собираетесь задерживать из-за них обед. Неизвестно, когда они могут вернуться…
– Si, мы сейчас садимся за стол, но я прослежу за тем, чтобы к возвращению еда ждала их на кухне, – пообещал Эктор.
Роб и Тони вернулись в estancia очень поздно. Лес сидела как на иголках в углу гостиной у маленького телевизора, не обращая внимания на экран, где шла передача на испанском языке. Услышав, как открылась входная дверь и в прихожей раздались шумные голоса и смех, она заставила себя остаться на месте. И встала только тогда, когда возбужденные Роб и Тони ввалились в гостиную.
Роб увидел мать. Сияющая улыбка на его лице стала еще шире, но в темных глазах заиграли вызывающие искорки – он насмехался над тем, что Лес ждала его.
– А где все? – Тони Ламберти оглядывал тех немногих из обитателей дома, что еще оставались в гостиной.
– Разошлись по своим комнатам спать, – ответила Лес.
Среди тех, кто в последние полчаса поднялся наверх, был и Рауль.
– Уже поздно, – продолжала Лес. – Уверена, что на кухне для вас осталась еда. Пойду и скажу Эктору, что вы вернулись.
Она направилась к широкой двери, ведущей в холл.
– Не утруждай себя, – сказал Роб. – Я не голоден.
– Я тоже не хочу есть, сеньора, – эхом откликнулся Тони. – Мы уже кое-что перехватили. Не так ли, Роб?
Роб ухмыльнулся товарищу.
– Это уж точно, перехватили.
– В таком случае… – Лес помолчала, глядя на них. – Я хотела бы поговорить с тобой наедине, Роб.
Тони насмешливо прищелкнул языком.
– Твоя madre
type="note" l:href="#n_47">[47]
недовольна тобой. Ты плохой мальчик, потому что задержался так поздно, а? – Он пихнул Роба в бок, подтолкнув его к Лес. – Ты должен сказать ей, что просишь у нее прощения. Ты ведь не хочешь, чтобы она сердилась на тебя.
Он, смеясь, отошел прочь. Вот каким, дескать, маменькиным сынком оказался этот американец.
Роб с демонстративной неохотой подошел к матери. У Лес создалось совершенно отчетливое впечатление, что он пьян, но в его дыхании не чувствовалось никакого спиртного запаха.
– И где же ты собираешься поговорить со мной наедине?
– Идем сюда.
Лес напряженно прошагала в игровую комнату, подождала, пока сын войдет вслед за ней, и закрыла дверь. Роб небрежной походкой подошел к бильярдному столу и принялся катать шары по крытой зеленым фетром поверхности.
– Ну и что тебе надо? Словно я не знаю…
– Нам надо объясниться наконец насчет Рауля. – Лес перехватила шар, который катал Роб, чтобы отвлечь его от этого занятия и заставить слушать себя. – Мне кажется, что ты о нем очень высокого мнения.
– Да, как об игроке в поло. – Роб выпрямился и посмотрел на мать. – Но если тебе невтерпеж и непременно нужно завести мужчину, то я не понимаю, почему ты выбрала именно его.
– Он нравится мне, Роб.
Сейчас речь шла именно об этом и ни о чем другом. Их связывала скорее телесная близость, нежели чувство. Они наслаждались любовными ласками, но еще не провели вместе достаточно времени, чтобы их отношения переросли во что-то большее. Лес испытывала к Раулю интерес, но сама не знала, насколько он велик. Да и пока это было не важно.
– Он нравится мне. Но ты мой сын. И я люблю тебя. Ничто и никто – ни один мужчина – этого не изменит.
– Угу. – Роб взял другой шар и стал катать его между ладонями.
– Это правда, Роб.
– Иными словами, ты собираешься и дальше спать с ним, так, что ли? – Он яростным взмахом руки пустил шар по столу. – Ну что же, давай. А я тем временем перейму у него все, что он знает. Я буду таким хорошим игроком, каким ему стать даже и во сне не снилось. Ты знаешь, что я могу этого добиться. – Роб с самонадеянным видом склонил голову набок. – Вот увидишь. Я стану лучшим из лучших.
– А я всегда буду рядом с тобой. – Лес хотела убедить Роба, насколько она нужна ему.
– Угу. – Он засунул руки в карманы куртки. – Если это все, о чем ты хотела поговорить со мной, то я пойду, пожалуй, в свою комнату.
– Думаю, что это все.
Сдержав вздох, Лес решила, что это ворчливое принятие ситуации – самое большее, чего она может в настоящее время добиться от Роба. Может быть, когда-нибудь позже он поймет ее, и эта возникшая в их отношениях трещина исчезнет.
Роб, не оглянувшись, вышел из комнаты для игр, а Лес долго еще задумчиво стояла на месте, спрашивая себя, что же она должна была сказать сыну, чтобы он по-настоящему понял ее. Наконец она тряхнула головой и поднялась в свою комнату. Все еще продолжая размышлять о недавней беседе, Лес встала у окна, прислонилась плечом к тяжелой деревянной раме и засмотрелась в ночную темноту. Они с Робом всегда были так близки. А теперь меж ними словно пролегла какая-то пропасть.
Лес понимала, что отчасти в подобном отношении к ней сына виноват развод. Роб не может избавиться от чувства, что Эндрю бросил не только жену, но и его самого. Лес знала это и раньше. Но только сейчас ей впервые пришло в голову, что сын рассматривает ее связь с другим мужчиной как своего рода новую измену. Ему кажется, что теперь его бросает и мать… Отец оставил его ради Клодии, а Лес – ради Рауля. Она не думала, что Роб воспримет ее новую любовь таким образом. Ей почему-то казалось, что родительский развод травмирует только маленьких детей. Ведь Роб достаточно уже взрослый, чтобы понимать, что она не отказывается от него. Но, похоже, некоторые чувства совсем не зависят от возраста.
Она так глубоко задумалась, что не расслышала тихого стука в дверь. И только когда дверная ручка щелкнула и повернулась, Лес пришла в себя. Вздрогнув, оглянулась на дверь, и ее испуг сразу же прошел: в комнату входил Рауль. Он остановился на пороге, увидев, что она все еще одета в дневную одежду, и удивленно нахмурился.
– Что, уже так поздно? – Лес выпрямилась, повернулась навстречу Раулю и попыталась приветливо улыбнуться.
– Это неважно. – Он подошел к Лес, легко обнял за плечи и наклонился, чтобы поцеловать.
Она ответила на прикосновение его губ, но не так радостно и открыто, как прежде. Лес сама это понимала. Понял и Рауль. Он поднял голову, внимательно всматриваясь в лицо Лес.
– В чем дело?
– Роб знает о нас.
Лес считала, что должна об этом рассказать. Но сложности между ней и сыном касаются только ее одной. Она не собирается вмешивать сюда еще и Рауля.
– Тебя расстраивает, что он знает?
– Да… Нет. – Это было трудно объяснить. – Я не стыжусь того, что я с тобой. Но Робу это кажется чем-то вроде предательства. Он уязвлен и рассержен. И меня расстраивает, что он так к этому относится. До сих пор у меня были трения с Тришей, но не с Робом. Я никогда не предполагала, что он будет ревновать.
– Ничего, это пройдет.
– Думаю, пройдет со временем…
Она не поднимала головы. Невидящий взгляд словно застыл на грубой ткани его махрового халата. Затем руки Лес обвились вокруг шеи Рауля, и она положила голову ему на плечо. Ладонь Рауля легла ей на спину, и он скрестил руки, поддерживая Лес. Наступило молчание. Рауль наклонил голову и потерся щекой и подбородком о ее волосы. Лес рассеянно вслушивалась в ровный и мощный стук его сердца. Она закрыла глаза, чувствуя себя уютно и покойно в кольце сильных рук. Затем негромко проговорила:
– Боюсь, Роб убежден, что ты уведешь меня от него. Он думает, что ты намеренно стараешься вбить между нами клин, и доказательством, по его мнению, служит то, что ты не разрешаешь мне приходить на тренировочное поле.
Она откинула назад голову, чтобы посмотреть Раулю в лицо.
– Рауль, мне необходимо вновь наблюдать за занятиями.
– Даже несмотря на то, что это не поможет Робу?
– Думаю, мое отсутствие отвлекает его еще больше. Оно заставляет Роба задаваться вопросом: почему? И он дает на него неверный ответ. А в нынешних условиях я никогда не сумею убедить Роба в обратном. Мне нужно находиться на боковой линии, чтобы доказать ему, что он ошибается.
– А если я скажу «нет»?
– Не отказывай мне, Рауль. Не заставляй меня выбирать, – сказала Лес. – Потому что мне придется выбрать сына.
– Ну что же, это твое решение. Видно, мое мнение не имеет никакого веса, несмотря на то что я – тренер, – с вызовом проговорил Рауль.
– Конечно, твое мнение очень важно. Но разве ты не видишь, что Роб уже обижается на тебя. Как ты думаешь, сколько времени пройдет, прежде чем эта обида начнет проявляться во время тренировок? Пойми, я думаю и о тебе, а не только о нем. Хотя Роб и ревнует, но он по-прежнему уважает тебя. Я не хочу, чтобы его отношение изменилось. – Она рассеянно изучала узкую линию его рта, такую твердую и неумолимую. По ее собственным губам скользнула огорченная улыбка. – Наверное, я эгоистична. Мне нужны вы оба.
– И ты всегда получаешь то, чего хочешь, верно?
– Да, – весело кивнула Лес, не сразу сообразив, что он не шутит. Она почувствовала, как разжимаются обнимающие ее руки. – Рауль, разве это неправильно – стараться удержать тех, кто мне дорог? Разве нельзя нам всем прийти к какому-то соглашению? Я уже сказала Робу, что он не должен указывать мне, с кем встречаться. И он согласился, хотя такая сговорчивость очень на него не похожа. Почему бы и тебе не позволить мне приходить на тренировки?
– Это и есть соглашение, к которому ты стремишься? Ну что ж, очень хорошо. Можешь наблюдать за занятиями от случая к случаю, но не каждый день. Это тебя устроит?
– О да!
Приподнявшись на цыпочки, она прижалась губами к губам Рауля, чтобы скрепить сделку поцелуем. Но Лес не ожидала, что он ответит ей с такой гневной страстью, больно закусив зубами ее губы.
Когда она попыталась высвободиться, его ладонь легла ей на затылок, и Лес оказалась стиснута, как в тисках, между рукой и ртом Рауля. Яростный поцелуй длился, казалось, вечность, но постепенно грубое давление ослабло и прикосновение губ сделалось мягким и нежным, почти извиняющимся. Наконец Рауль отстранился и ласково прижал голову Лес к своему плечу.
– Кажется, сегодня вечером ни у кого из нас нет подходящего настроения, – проговорил он хриплым, рокочущим голосом. – Лучше мне уйти, Лес.
– Хорошо, – согласилась она, испытывая облегчение от того, что Рауль понял: сейчас ей не до любовных ласк.
Правда, Лес была уверена, что если бы он попытался, то смог бы изменить ее настроение. Но она сознавала также, что Рауль не понимает ее сложностей и не старается сделать вид, что желает понять.
– Боюсь, что и я сейчас думаю совсем о другом, – добавила она.
– Я это заметил. – Рауль выпустил ее из объятий, и Лес проводила его до двери. Он остановился, изучающе глядя на нее. – Роб видит будущее лучше, чем ты, Лес. Настанет день, когда ты вынуждена будешь покинуть его, или он покинет тебя. Ничего не поделаешь. Так бывает всегда.
– Я в это не верю, – отрицательно покачала головой Лес.
– Как тебе угодно, – пожал плечами Рауль, не желая спорить.
Однако убежденное выражение его лица наполнило Лес смутной тревогой. Неужели он прав? Вздохнув, она открыла дверь, и Рауль вышел в коридор.
– Спокойной ночи… – Лес порывисто шагнула вслед за ним, чтобы поцеловать на прощание. Она бессознательно искала в его ласке утешения, словно поцелуй мог убедить ее, что на самом деле ничего не изменится.
Но прежде чем она успела прильнуть к его губам, кто-то рядом с ними негромко кашлянул, вежливо предупреждая о своем присутствии. Лес быстро оглянулась на звук и увидела Дюка Совайна, неторопливо шествующего вразвалку по коридору.
– Я оставил сигареты внизу. – Дюк вынул пачку, чтобы показать им, а затем остановился неподалеку, около двери в свою комнату, и вставил ключ в замочную скважину. Взгляд его скользнул по Раулю. – А знаете, вы уже начали протирать дорожку на этом ковре, – неспешно протянул он, открыл дверь и шагнул вовнутрь.
Лес поняла, что Роб был прав. Все обитатели estancia знали, что Рауль поздно ночью приходит к ней в комнату.
– А ты думала, что нам удалось их провести? – спросил Рауль, и Лес сообразила, что эта общая осведомленность не была для него неожиданностью.
– Да в общем-то нет, – признала она. – Думаю, вначале я хотела держать наши отношения в тайне, чтобы никто не знал. Но теперь… может быть, к лучшему, что все открылось.




Предыдущая страницаСледующая страница

Читать онлайн любовный роман - Игра до победы - Дайли Джанет

Разделы:
123456789

ЧАСТЬ II

10111213141516

ЧАСТЬ III

171819202122232425

ЧАСТЬ IV

26– прими горячий душ. а потом мы посмотрим, что можно придумать насчет растирания. 272829Эпилог

Ваши комментарии
к роману Игра до победы - Дайли Джанет



роман захватывает с самого начала. актуально для тех, кому за сорок. муж ушел к молоденькой. как собрать себя из осколков. взаимоотношения с детьми и новой любовью.
Игра до победы - Дайли ДжанетЕлена
30.06.2011, 21.33





Вот это роман! Будто все произошло со мной. Испытала такие сильные эмоции, сопереживая героине. Когда в 40 лет бросает муж, уходя к молодой, кажется, что земля ушла из-под ног, хочется, чтобы со временем он пожалел об уходе, но нет, все складывается иначе, муж обожает молодую красавицу жену, ждет пополнения в своей новой семье, он счастлив, а еще дочь встает на сторону отца. А что остается главной героине? Только думать о том, что половина жизни прожита, молодость позади, дети выросли и в тебе не нуждаются и ты никому не нужна.
Игра до победы - Дайли ДжанетАлла
25.11.2013, 6.56





Очень понравилось. Думаю, в жизни бывает еще круче. Тема довольно интересная. Материнская любовь и любовь к мужчине - как тут выбирать? Хорошо если дети не против, а если в штыки, что делать? Сочувствую героине и переживаю - как у нее все сложится. Советую - читать однозначно. Это первая книга Дайли Джанет, которую я прочитала и думаю не последняя. 10.
Игра до победы - Дайли ДжанетВасилиса
9.07.2015, 18.02





Роман понравился.
Игра до победы - Дайли ДжанетЕлена
12.07.2015, 9.07





А мне роман не понравился,прочитав коментарии,думала что роман сразу захватить,но захватывать там не чему.Очень растянуто и нудно,а в конце вообще не понятно к чему автор включил смерть рода.Вообщем роман не понравился.
Игра до победы - Дайли ДжанетОльга
12.07.2015, 19.47








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100