Читать онлайн Игра до победы, автора - Дайли Джанет, Раздел - 19 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Игра до победы - Дайли Джанет бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 9.55 (Голосов: 40)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Игра до победы - Дайли Джанет - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Игра до победы - Дайли Джанет - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Дайли Джанет

Игра до победы

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

19

Лес стояла на краю поля и наблюдала за игрой. Солнце пригревало ее лицо, едва затененное широкими полями сдвинутой назад соломенной шляпы. Она сняла свой свитер цвета слоновой кости с золотом и набросила его на спину, завязав рукава на груди. Свитер грузно лежал у нее на плечах, но на душе было пасмурно совсем не из-за этой тяжести.
На поле из группы игроков, мчащихся вдогонку за мячом, вырвался вперед всадник. Это был Роб, который играл за команду в белых рубахах под первым номером – защитником. Сейчас он находился в позиции, когда мог превосходно блокировать любой пас, переданный находящемуся перед ним игроку противника. Однако вместо этого Роб развернулся и пошел на мяч, оставив соперника в красной рубахе неприкрытым, а свои ворота без защиты. Это было очень неосторожно, и Лес наблюдала за действиями сына с тревогой. У Роба был только один шанс ударить по мячу, и если он промажет… Но Роб не промахнулся. Он провел великолепный удар, и мяч полетел к центру поля.
Однако Робу не удалось предотвратить прорыва к своим воротам. Мяч приземлился прямо перед одним из игроков противника. И тот резко послал его обратно, туда, где уже ждал оставшийся без прикрытия нападающий из его команды. Забить гол из такой позиции было нетрудно. Роб находился слишком далеко, чтобы помешать удару.
– Роб, зачем ты это сделал? – пробормотала Лес, глядя, как сын растерянно поник в седле.
– Так оно всегда и бывает, сеньора Лес…
Эктор Геррера стоял в нескольких футах от нее, опершись всей тяжестью тела на костыли. В руках он держал секундомер, а с шеи свисал на ленте свисток. Он считал очки и выполнял роль хронометриста и судьи на боковой линии.
– Когда новые ученики играют здесь первую игру, – сказал Эктор, – они всегда стараются показать, какие они мастера. Рауль говорит, что вместо двух команд на поле выходят восемь одиночных игроков, выступающих каждый сам за себя. Именно поэтому, прежде чем начать обучение, он всегда вначале дает им сыграть, чтобы увидеть все, что они делают неправильно. Когда игрок слишком сильно старается, он часто выглядит глупо.
– Это верно, – слабо улыбнулась Лес на это утешительное замечание.
Вчера, в субботу, прибыли все остальные ученики, которые будут проходить курс в школе Рауля. Впрочем, «учениками» назвать их было трудновато – большинству было далеко за двадцать, а двум – за тридцать. Класс подобрался интернациональный. Четыре аргентинца, мексиканец, немец, три американца и сын арабского шейха. Вчера вечером за обедом звучала речь сразу на нескольких языках, что приводило в замешательство почти всех. К счастью, в конечном итоге все перешли на английский и теперь могли понимать друг друга.
Краем глаза Лес уловила около линии, где стояли запасные лошади, движение какого-то белого пятна и повернула голову, чтобы посмотреть, что это такое. Некоторое время назад в этом направлении ушла Триша, но теперь ее не было видно. Белым пятном оказались двое арабов, одетых в национальные бурнусы и накидки. Спутники Ханифа, сына шейха. Лес так и не поняла, служат ли они его телохранителями, слугами или кем-то еще, но один из них всегда оказывался рядом, где бы ни находился Ханиф, элегантный молодой человек, получивший образование в Оксфорде.
Пробежав глазами вдоль линии, Лес наконец заметила Тришу. Девушка сидела на траве, беседуя с техасцем в красной рубахе – Дюком Совайном.
В поле зрения Лес появился какой-то всадник, приближающийся галопом к боковой линии. Она узнала Рауля и почувствовала, как ее охватывает тревожная напряженность. Но он не смотрел на Лес, а, натянув поводья, придержал коня рядом с Эктором и сказал ему что-то по-испански.
Эктор взглянул на секундомер и ответил Раулю. Тот, не останавливая коня, развернулся почти на месте и поскакал к центру поля, где уже собирались игроки. В этой игре Рауль был только судьей.
– Осталось три минуты, – сказал Эктор Лес. – Игра сейчас закончится.
Она кивнула, показывая, что слышит, но продолжала наблюдать за Раулем. Блуждающие мысли Лес рисовали ей эти широкие плечи и спину, сходящуюся клином к талии, обнаженными, без рубашки – такими, какими их должна была видеть Триша.
– Он с лошадью как одно целое, правда? – спросил Эктор.
Лес вздрогнула от неожиданности и посмотрела на него. Оказывается, Эктор заметил, что она наблюдает за Раулем. Лес быстро перевела взгляд на поле, борясь со внезапно охватившим ее смущением.
– Да, это верно.
– Вы знаете предания о наших гаучо? Говорят, что они были наполовину людьми, наполовину лошадьми. Ваши ковбои ловили коров при помощи la reata, лассо. Гаучо гнались за дикими коровами и острием своей пики на всем скаку подсекали им коленное сухожилие. Быстрота руки, глаза и лошади – все заодно, как при игре в поло… не так ли?
– Да. El senor de nada. Владетель ничего, – вспомнила Лес.
Возможно, даже слишком хорошо вспомнила. После того, как она своими глазами увидела пампу, ей стало казаться, что Рауль – это некий лорд, сидящий верхом на лошади и правящий ничем. Господин без владений, и оттого обладающий только высокомерием лорда.
– Вы, должно быть, слышали эти истории, – улыбнулся Эктор, немного удивленный тем, что Лес ввернула испанскую фразу.
– На самом деле нет. Просто довелось уловить кое-что краем уха.
Тем временем на поле Рауль вновь вбросил мяч в игру. Роб, насколько могла судить Лес, больше не делал вопиющих ошибок, но не мог утешиться и тем, что в завершающие мгновения матча ошибся еще кто-то другой, кроме него, – так что промах Роба остался в этой игре самым, если так можно выразиться, свежим. Когда прозвучал финальный свисток, Роб отделился от остальных игроков и поехал с поля в одиночку.
Лес пошла было вслед за Робом, чтобы догнать его, но ее остановил Эктор.
– No se olvide – не забудьте, – сказал он, – через час начинается большое угощение. И тогда вы сможете попробовать асадо.
– Жду с нетерпением, – ответила Лес.
Она знала, что вся домашняя прислуга с самого утра трудилась над приготовлениями к этому праздничному барбекю в аргентинском стиле. В воздухе стоял запах дыма от разведенного на заднем газоне открытого огня – над верхушками деревьев поднималось серое дымное облако. Но сейчас Лес было не до экзотических яств и не до наблюдений над тем, как они готовятся. Слишком многое занимало ее ум и тревожило душу.
Оставив Эктора на краю поля, Лес пересекла грязную дорогу, отделявшую поле от конюшен, и пошла наперерез Робу, не давая ему времени предаться самобичеванию. Когда она встретила Роба у конюшни, сын уже спешился и отдавал поводья своего коня ожидавшему его конюху. Он повернулся к матери, но не смотрел на нее, опустив глаза и с силой постукивая головкой клюшки по земле. Недовольное выражение его лица показывало столь же явно, как и его поведение, как сильно он сердится сам на себя.
– Я думал, что мне удастся это сделать, – пробормотал Роб, не повышая голоса, чтобы его не могли услышать другие игроки, возвращающиеся с поля. – Я знаю, что смог бы провести этот удар. Если бы Хуан находился в позиции, где мог бы принять его, мы бы без труда заработали очко.
– Тебя поставили защитником. И ты должен был помнить свои обязанности. Для тебя самое главное – защищать свою половину поля, не давать противникам бить по воротам, а не стараться самому забить гол. Ты оставил своего подопечного неприкрытым, и между ним и вашими воротами не было ни одного игрока из твоей команды. Ты сильно рисковал, а защитники выходят на поле вовсе не затем, чтобы пускаться в авантюры.
– Да… – Взгляд Роба скользнул куда-то вправо и вверх от Лес. – Я наделал чертовски много ошибок, так ведь?
Лес сообразила, что он обращается не к ней, а к кому-то другому, и обернулась. Они стояли в самой гуще оживленной толчеи: всадники спешивались, конюхи уводили лошадей, мимо проходили игроки, и Лес до этого не обращала никакого внимание на пони, остановившегося неподалеку, и на сидящего на нем всадника. И только встретившись глазами с твердым взглядом Рауля, Лес поняла, что он прослушал всю лекцию об обязанностях защитника, которую она прочитала Робу.
Рауль возвышался над ней, высокий и внушительный.
– У меня нет никаких возражений ни против одного из утверждений вашей матушки. Вы, несомненно, оставили ворота без защиты. Однако вы совершили еще большую ошибку, когда били по мячу, – заявил Рауль. – Куда вы его направляли?
Роб заколебался, не зная точно, как правильно ответить.
– Вперед.
– И никому из игроков, в частности?
– Никому, – признался Роб.
– Вот это и есть ваша ошибка. Игрок никогда не должен беспорядочно бить по мячу. Он обязан либо передать пас товарищу по команде, либо попытаться провести гол. Когда вы бьете по мячу, вы всегда должны направлять его точно в цель. Знать, где находятся все игроки из вашей команды, и посылать мяч кому-то из них. Всегда старайтесь передать мяч товарищу. Владение мячом и умение управлять им – вот лучший способ защищать ворота.
– Вы правы, – пробурчал Роб, очень недовольный собой: как это он раньше не замечал вещей, которые теперь кажутся такими явными и очевидными.
Да и Лес поняла, что ее вежливо поставили на место. Все, что она сказала, было верно – до известного предела. И Рауль тонко, но ясно дал ей понять, что ее знания о поло ограниченны.
– Не огорчайтесь, Роб. Вы приехали сюда, чтобы учиться, – напомнил юноше Рауль и тронул бок коня затупленной шпорой, посылая его вперед.
Лес следила глазами за тем, как он едет по двору конюшни. Ее немного уязвило это столкновение, хотя она и точно знала, что оно ни на йоту не умалило ее влиятие на сына. И все же Рауль сумел представить ее советы если не ложными, то, во всяком случае, неполными.
И тут Лес увидела, как Триша схватила коня Рауля под уздцы, остановила его и, смеясь, сказала всаднику что-то, чего Лес не могла слышать. Рауль спрыгнул на землю и ослабил подпругу своего седла. Эти двое опять вместе! Для Лес не имело значения, насколько отчужденно и холодно держится с Тришей на людях Рауль. Это было зрелище, которое она не могла вынести. Лес отвернулась.
– Пойду в дом, – сказала она Робу.
– Я зайду к тебе попозже…
Роб зашагал по двору, старательно держась подальше от других учеников. После разговора с Раулем он был не в силах встретиться с кем-либо из них лицом к лицу. И Лес почувствовала смутную досаду на то, что Рауль приобрел такое значение для ее сына.


Костры, разведенные на лужайке позади дома, продолжали пылать, хотя мясо давно уже было зажарено. Яркое пламя разгоняло прохладу раннего вечера и освещало сгущавшиеся сумерки. Лес сидела за длинным столом, выставленным на газоне неподалеку от костров, и смотрела на стоящую перед ней тарелку, где все еще горой высилась еда. Судя по остававшемуся количеству снеди, можно было решить, что она не съела ни кусочка, но тяжесть в желудке говорила об обратном. Лес сокрушенно покачала головой. Кончики волос, свободно падавшие ей на плечи, разметались по воротнику французского льняного жакета в тонкую полоску – серовато-коричневую и розовую.
– Я совершенно честно не могу уже больше есть, – заявила она, вытирая руки полотняной салфеткой. – Еды на моей тарелке хватило бы и на четверых.
– Мы стараемся, чтобы вы у нас пополнели, – сказал сидящий напротив Эктор, его белые зубы сверкали под усами. – Понравилось вам асадо?
– Muy bueno. Очень вкусно. Я правильно сказала?
– Si, – махнул он рукой, давая понять, что если она и произнесла испанские слова не совсем точно, то это не имеет значения.
Молоденький мальчик из кухонной прислуги унес тарелку, и Лес положила салфетку на стол.
– Чертовски вкусная штуковина, – проговорил Дюк Совайн, сидевший справа от Лес. Он отрезал очередной ломтик от громадного куса мяса и посмотрел на своего соседа, мексиканца. – Мигель, я всегда считал ваше мексиканское блюдо кабрито самой лучшей едой из всех, какие я когда-либо пробовал. Но это асадо побивает его по всем статьям. – Он сунул ломтик в рот и принялся жевать, покачивая головой из стороны в сторону, показывая, какое замечательное это отдающее ароматом чабера бразильское яство. – Я собираюсь разузнать, как они его готовят, чтобы рассказать потом Анджи. Анджи – это моя жена, – пояснил он Лес.
Этот словоохотливый техасец с медлительной, протяжной речью был в группе самым старшим по возрасту. Ему уже исполнилось тридцать два, и он был сыном одного из самых крупных независимых коннозаводчиков в штате. Дюк носил на пальце большой золотой перстень, повторяющий очертания Техаса, с двухкаратным бриллиантом в центре – как бы символом «штата одинокой звезды». Поло для него было хобби, хотя, как и большинство любителей, он уже не мог отказаться от этой игры, как наркоман от наркотика.
– Эта женщина, моя жена, готовит самые огромные и самые лучшие барбекю, которые когда-либо доводилось видеть Хьюстону. Она любит устраивать приемы, – говорил Дюк, не переставая жевать. – Она хотела поехать вместе со мной, но ее расписание гораздо жестче моего. Анджи настолько занята благотворительными фондами, искусством и загородными клубами, не говоря уже о трех наших детишках, что не могла вырваться бы ни на минутку. – Он умолк, положил вилку и нож и сунул руку в задний карман брюк. – Взгляните-ка на фотографию моих малышей.
Лес посмотрела на снимок, который Дюк достал из бумажника, думая о том, догадывается ли техасец, что описание занятий его жены, только что изложенное им с простодушной гордостью, точь-в-точь похоже на тот образ жизни, который она сама вела до развода. На фотографии были изображены два мальчика и девочка, возрастом от трех до семи, все светловолосые.
– Они очаровательны.
– Уж это верно. Я и сам ими горжусь. – Дюк Совайн вернул снимок в бумажник и засунул его назад в карман. – У Ланса, старшего, есть задатки игрока в поло. Прошлой весной он участвовал в первой своей игре на приз «Короткие штанишки». И не слишком плохо сыграл.
– Роб тоже начал играть в поло примерно в этом возрасте, – вспомнила Лес.
– Это я уже знаю, Лес. Мне трудно было поверить, что вы их мать. Я вначале предположил, что старшая сестра. Клянусь, это не просто слова. Вы очень красивая женщина, – сказал Дюк, и его широкое лицо с квадратной челюстью осветилось улыбкой, открытой и теплой, как штат, откуда он был родом.
– Благодарю вас. – Было очень приятно вновь услышать этот комплимент, хотя для Лес он звучал совсем не так убедительно, как прежде – до того, как она потеряла веру в себя.
– Вы ведь дочь Джейка Кинкейда?
– Да.
– Я слышал, что он в свое время был большим воротилой…
Дюк удовлетворенно отодвинулся от стола, его тарелка была совершенно пуста. Он погладил рукой живот и глянул на прочих гостей, сидящих за длинным столом, в центре которого вдоль всей длины были расставлены свечи под стеклянными колпаками, защищающими пламя от ветра. Огоньки освещали веселые, оживленные лица присутствующих.
– Отличная у нас тут подобралась группа, – сказал Дюк.
– Очень разнобойная. – Лес избегала смотреть в тот конец, где во главе стола сидел Рауль, зная, что Триша непременно уселась где-нибудь поблизости, если не рядом с ним.
– Разнобойная? Ну, не знаю, – проговорил Дюк, отчасти с ней не соглашаясь. – У нас тут есть мексиканская нефть, аргентинская нефть, арабская нефть и техасская нефть, не говоря уже о ранчо и конных заводах. – Он положил руки на край стола, готовясь отодвинуть стул и встать. – Извините меня, пожалуйста, Лес. Думаю, мне стоит переброситься парой слов с Ханифом и посмотреть, не сможет ли он подсказать мне что-нибудь по поводу планов ОПЕК насчет стоимости нефти этой зимой.
– Не теряйте времени, – улыбнулась Лес.
Дюк прихватил свой стакан с пивом и неторопливо двинулся к стулу, на котором сидел араб. За спиной Ханифа застыли, наблюдая за всем происходящим, две неподвижные, как статуи, фигуры в длинных до пят накидках.
Позади Лес послышался звон гитарных струн, и она обернулась, глядя через плечо. Около костра стояли трое мужчин в аргентинских национальных костюмах. На груди у каждого на перевязи, перекинутой через плечо, висела гитара. Они начали тихо наигрывать испанскую народную песню.
– Мы решили сегодня вечером устроить представление, – пояснил Эктор, заметив интерес, с которым Лес рассматривала артистов. – Это местные музыканты, но играют они хорошо. Не правда ли?
– Да, очень мило, – согласилась Лес.
Почти все из сидящих за столом покончили с едой и начали собираться группками, знакомясь ближе и заводя оживленные беседы, несмотря на языковые барьеры. Лес тоже устала сидеть, она встала и пошла к тому месту, где сидел Роб. Он беседовал с Ханифом о своей недавней поездке в Англию и матчах поло в Виндзоре. Лес послушала немного их разговор, затем поговорила с Грегором, немцем, о бегах. Тем временем собравшиеся потянулись от стола к двум кострам, пылавшим на поляне, и встали вокруг небольшими кучками, беседуя и покуривая сигары и сигареты.
– Лес… – Триша коснулась руки матери, отвлекая ее внимание от Эктора и молодого аргентинского спортсмена, с которыми разговаривала Лес. – Ты заметила, какие на этих музыкантах костюмы? – Да, заметила, – сказала Лес, но все же оглянулась еще раз, потому что не помнила ничего, кроме того, что они были облачены в какие-то национальные наряды.
– Это традиционная одежда гаучо, – объяснил Эктор.
– Мне она нравится, – заявила Триша. – Посмотри-ка на эти мешковатые штаны. Выглядят как допотопные женские спортивные шаровары.
– Они называются бомбачас, – начал было Эктор, но умолк и окликнул по-испански одного из музыкантов, помахав рукой, чтобы тот подошел поближе.
Человек подошел к ним, передвинув гитару на перевязи на спину, и остановился с безразличным видом, а Эктор начал указывать своим дамам на различные детали костюма, в который был одет музыкант. Чирипа– нечто вроде полотнищ узорчатой ткани, обвивающих ноги, как обмотки; растра – широкий ремень с пряжкой, сделанной из серебряных монет, скрепленных цепочками. Эктор произнес что-то по-испански, гитарист протянул руку за спину и извлек тусклые серебряные ножны, заткнутые сзади за пояс у талии.
– Факон. – Эктор вытянул из ножен обоюдоострый кинжал. – Единственное оружие и единственный инструмент гаучо. Им он убивает и с его же помощью он ест.
– Но в наше время они уже так не одеваются, не правда ли? – с сомнением спросила Триша.
К ним подошел Рауль, и Лес ощутила резкий и пряный запах дыма его тонкой черной сигары.
– Бомбачас и чирипа удобны и практичны, так что гаучо кое-где их еще носят, – объяснил Эктор. – Но отас де потро уже больше никто не надевает. Это сапоги гаучо, сделанные из шкуры, снятой целиком, как чулок, с задних ног бычков. Гаучо надевали их на ноги, когда шкура была еще влажной. Затем, когда сапоги высыхали, они плотно обтягивали ногу.
– Как противно, – поморщилась Триша.
– И теперь, когда дикий скот больше не убивают и не разделывают прямо на месте, чтобы получить шкуры, у гаучо нет больше нужды носить с собой пики. Валя корову или бычка на землю, они используют болерадос, ремень с привязанными к концам металлическими шарами.
– До того как я уеду домой, я хочу купить одежду наподобие этой, – решительно заявила Триша. – Уверена, что она будет выглядеть просто сенсационно.
– На вас она наверняка будет смотреться лучше, чем на этом парне, – сказал Дюк Совайн, присоединившийся к ним вместе с кучкой гостей, подошедших посмотреть, что происходит.
– Ты собиралась пробыть здесь всего лишь десять дней, – вмешался Роб. – Надо тебе сразу же начать искать этот наряд.
– Не напоминай мне, пожалуйста, – огрызнулась Триша.
– Разве вы не останетесь здесь с вашим братом до конца? – спросил Ханиф с безукоризненным оксфордским произношением.
– К сожалению, нет. Не останусь, – ответила Триша.
– Но наверняка нет необходимости уезжать так скоро. Не можете ли вы отложить свой отъезд и остаться здесь, в estancia, вместе с нами? – сказал Ханиф.
– Вероятно, могу, – ответила Триша и склонила голову в сторону Рауля. – Но меня не приглашают.
Рауль молчал, продолжая невозмутимо попыхивать своей сигарой.
– Я уверен, что мы сумеем это поправить, – уверенно заявил Ханиф.
Эктор одобрительно кивнул и переступил на своих костылях.
– Господа, – объявил он. – У нас для вас еще кое-что приготовлено.
Он махнул рукой переминавшимся в отдалении слугам, и те вышли вперед с подносами, уставленными бутылочками, сделанным из тыквы-горлянки.
– Это мате, – сказал Эктор. – Приготовлено традиционным способом – так, как пили его гаучо. Они заваривали свой чай в тыквах и пили его через серебряные трубочки.
Слуги засновали между присутствующими. Лес взяла с подноса одну из тыквочек, а затем незаметно отошла в сторону. Музыкант в наряде гаучо вернулся к своим товарищам, и мелодия его гитары присоединилась к общему напеву. Триша, вместо того чтобы заигрывать с Раулем, как ожидала Лес, начала делить свое внимание между прочими гостями, смеясь, беседуя и флиртуя с ними. Это явно было попыткой заставить Рауля ревновать.
Лес отвернулась и принялась без особого интереса потягивать чай через короткую серебряную трубочку. Ей не давал покоя вопрос: что произошло между Тришей и Раулем? Может быть, они повздорили? Но она не заметила никакой враждебности в том, как они вели себя друг с другом. Вместе с тем Лес не могла вспомнить ничего, показывающего, что Рауль испытывает к Трише хоть какую– нибудь любовь. Правда, зная, что Лес с неодобрением относится к их связи, он мог скрывать свои чувства к девушке, когда ее мать находится поблизости.
В огонь подбросили новые дрова, и над костром поднялся сноп искр. Пламя затрещало и взметнулось вверх. Лес было не по себе. Ее тяготили взрывы смеха, громкие голоса беседующих и звон гитар. Она пристально всматривалась в спокойствие окружающей праздничную суету ночи, в молчаливое мерцание звезд на черном бархате неба. Лес отдала тыквочку с чаем проходящему мимо слуге и пошла прочь от костров по темной поляне.
Она бесцельно брела по траве, шум веселого праздника постепенно стихал, и Лес окутала ночная тишина. Она не пыталась разобраться в тревожащих ее мыслях и найти какое-нибудь решение. Она просто шла куда-то наугад. Легкий ветерок раскачивал ветви деревьев, создававших заслон вокруг дома и прилегающего к нему пространства. Лес направилась к деревьям. Около костров было тепло, здесь воздух оказался намного холоднее, однако Лес не обращала внимания на резкую ночную свежесть.
Внезапно ей почудилось какое-то движение среди стволов, какой-то неясный шорох. Лес была почти уверена, что сейчас услышит хлопанье крыльев взлетающей птицы, но вместо этого навстречу ей выступила мужская фигура. Она вздрогнула и резко остановилась, в тревоге отступив назад.
– Сеньора, – негромко и серьезно произнес чей-то голос. – Por favor.
Когда человек протянул к ней руки ладонями вверх, Лес подумала, что это нищий, который просит милостыню, но затем уловила в темноте на фоне его пончо металлический отблеск ствола винтовки.
Ее охватил холодный страх. Лес попятилась назад, затем повернулась и бросилась бежать. Но тут же натолкнулась на стоящего за ее спиной второго человека, который, как стена, даже не пошатнулся от толчка. Пара чьих-то рук схватила ее за запястья. Лес отчаянно начала бороться, пытаясь вырваться.
– Не бойтесь. Все хорошо.
Она с облегчением узнала голос Рауля. Руки ее расслабились и упали ему на грудь. Когда Лес полуобернулась через плечо, чтобы взглянуть на напугавшую ее темную фигуру, Рауль сказал что-то по-испански, и человек растаял во тьме.
– Мне очень жаль, если Эдуардо встревожил вас.
Лес обернулась к Раулю и обнаружила, что он пристально смотрит на нее.
– Что здесь делает этот человек? – спросила она. – Почему он ходит с ружьем?
Ее пульс все еще никак не мог успокоиться и вернуться к нормальному ритму.
– У меня важные гости. Я принял меры предосторожности, чтобы обеспечить их безопасность. Вот и все, – спокойно ответил Рауль.
Тут Лес осознала, что он все еще сжимает ее руки, и они стоят очень близко – почти прижавшись друг к другу. Она выдернула свои запястья из его ладоней и отодвинулась подальше.
– Для чего нужны эти предосторожности?
– Случалось, что в прошлые годы похищали важных людей. Мало вероятно, чтобы это могло произойти в сельской местности вроде здешней, но было бы неразумно подвергать своих гостей риску.
Лес смутно припомнила, что ей доводилось слышать о похищениях. Жертвами становились руководящие работники иностранных корпораций и представители иностранных правительств.
– Кто же занимается подобными делами? – спросила она.
В вопросе звучало скорее возмущение, чем простое любопытство.
– Всякого рода экстремисты, жаждущие власти… Здесь это не более распространено, чем в любых других странах мира.
Они неторопливо шагали вдоль деревьев.
– А вы интересуетесь политикой?
– Я играю в поло, и мне нет до неe дела, – сказал Рауль, глянув на Лес. – Большинство аргентинцев безразличны к ней. Они больше не верят, что правительства могут решить все проблемы. Я слышал, как то же самое говорят люди и в вашей стране. У нас есть присловье: «Бог – аргентинец». И еще говорят: «Если бы он не был аргентинцем, мы бы жили еще хуже, чем живем сейчас». Правительства приходят и уходят, но Аргентина продолжает существовать. Она как пампа.
– Да, наверное, это так. – Лес понимала, о чем он говорит. Рауль верил в свою страну, и для этого вовсе не обязательно верить властям, которые ею управляют.
– Прошу вас никуда не уходить одной. Неважно, далеко или близко вы собрались прогуляться. Не думаю, что вы можете попасть в какую-нибудь беду, но лучше не проверять это на опыте.
Его просьба вызвала в памяти Лес призрак темной фигуры, которая неясно вырисовывалась перед ней несколько минут назад. Лес вздрогнула – это была запоздалая реакция на несколько кратких мгновений пережитого страха.
– Вам холодно… – Рауль остановился.
Она не сразу поняла, что он делает, затем увидела, как Рауль неторопливо снимает пиджак.
– Нет, не надо… – начала Лес, но он уже набросил пиджак ей на плечи.
Ткань еще хранила жар его тела. Лес почувствовала, как ее обволакивает приятное тепло, и невольно поплотнее запахнула ворот. Шерстяной материал был пропитан запахом сигар Рауля и ароматом крепкого мужского одеколона.
– За меня не беспокойтесь. Я привык к прохладе, – сказал он, отметая ее возражения.
Она подняла на него глаза, но не смогла вымолвить ни слова. В этот миг между ними возникло что-то очень хрупкое и важное, чего Лес не хотелось нарушать. Казалось, это заставило застыть без движения и Рауля. Лес различала в полутьме его глаза, внимательно глядящие на нее. Затем рука его поднялась, и Лес почувствовала, как пальцы Рауля прикоснулись к ее шее, зарылись в волосы и приподняли их, освобождая прядки, попавшие под воротник пиджака. И Лес ощутила, что где-то в глубине ее существа вспыхнула дрожь жадного, нетерпеливого желания. Но, прежде чем этот предательский трепет достиг поверхности, Лес быстро отпрянула от Рауля.
– Мне не нужен ваш пиджак.
Она распахнула ворот и сбросила пиджак с плеч, не обращая внимания на то, как вздрогнул и недоуменно нахмурился Рауль.
Лес протянула ему пиджак, но он шагнул назад.
– Я…
– Я сказала, он мне не нужен, – резко повторила Лес и сунула пиджак в руки Раулю, вынуждая взять его, когда она разжала пальцы.
Она шла за ним к костру. Рауль держался в нескольких шагах впереди нее, пиджак уже был на нем. По широкому, напряженному шагу Лес чувствовала, насколько он разгневан, но ей не было дела до его ярости. Она не могла бы точно сказать, что произошло между ними несколько минут назад или что могло произойти, но знала: если ее отвергнут еще раз – она этого не вынесет. Если в ее жизни вновь появится какой-нибудь мужчина, пусть даже ненадолго, она должна быть уверена, что ему нужна именно она, а не другая женщина.
Когда они вошли в кольцо света, окружающее костры, Лес увидела, что Триша наблюдает за их возвращением, и к ней мгновенно вернулись все терзавшие ее последнее время вопросы и сомнения. Необходимо наконец выяснить, что происходит между Тришей и Раулем. До сих пор она намеренно уклонялась от того, чтобы выяснять подробности. Теперь она желала их знать.
Послышался стук костылей о сухую землю. К ним подходил Эктор.
– Рауль вас нашел. Я видел, как вы…
Он перевел взгляд на Рауля, и тот, очевидно, подал ему какой-то знак, потому что фраза осталась незаконченной. Вместо этого Эктор спросил:
– Не желаете ли чего-нибудь выпить, сеньора Лес?
– Нет, спасибо.
– Эй, куда это вы исчезали, Лес? – Это подошел Дюк Совайн с новым стаканом пива в руке.
– Я просто ходила немного прогуляться.
– Здесь слишком шумно, а? – Он ухмыльнулся, затем указал жестом на сопровождавшего его худощавого человека с волосами цвета красного дерева. – Вы ведь знакомы с Расти Хансоном?
– Да. – Лес улыбнулась Хансону, третьему американцу в группе, приехавшему из Иллинойса.
– Будет очень обидно так скоро лишиться общества двух таких очаровательных леди, как вы с дочерью, – сказал тот.
– Но я не уезжаю вместе с нею, – объяснила Лес. – Дочери надо возвращаться, чтобы осенью начать занятия в университете. А сын собирается купить несколько пони, и я задержусь до конца его обучения, чтобы организовать их доставку домой.
– Вот это хорошая новость. Хотя должен сказать, что меня удивляет, как это ваш муж позволяет вам уезжать из дома так надолго.
– Я разведена.
Расти смутился.
– Выходит, я нечаянно залез в грязных сапогах куда не надо, а?
– Пустяки. Ничего особенного, – сказала Лес, и, как ни странно, так оно и было на самом деле. Сейчас она при упоминании о своем разводе не ощутила ни боли, ни горечи.
Час спустя Лес извинилась и ушла к себе. Она уже разделась и накинула на себя ночную рубаху и халат, когда услышала шаги поднимающихся по лестнице людей и громкие мужские голоса, эхом отдающиеся в коридорах.
Поколебавшись в нерешительности несколько секунд, Лес открыла дверь ванной, соединяющей ее комнату с Тришиной, и прошла в спальню дочери. Включила лампу, стоящую на столике около кровати, и села ждать Тришу.
Дорожный будильник, примостившийся рядом с лампой, тикая, отсчитывал время. Пять минут. Десять. Ко входной двери приближались чьи-то легкие шаги. Повернулась дверная ручка, и в комнату вошла Триша. Она на миг застыла на пороге, когда увидела Лес, затем закрыла за собой дверь.
– Я должна была бы удивиться, но почему-то не удивлена, – сказала она.
– Нам надо поговорить, Триша.
– Думаю, ты уже спрашивала Рауля обо мне. – Девушка, не глядя на мать, обогнула кровать и подошла к окну, выходящему на подъездной путь перед домом. – Что он тебе сказал?
– Я хочу знать, что происходит, – требовательно произнесла Лес.
– Думаю, что это не твое дело.
– Вчера ты намекала на то, что вы с Раулем были или остаетесь любовниками. Это правда? – Лес с большим усилием удалось говорить спокойно, хотя внутри у нее все напряглось, как пружина тикавшего на столике будильника.
– Роб, может быть, не возражает, чтобы ты руководила его жизнью, но я прошу тебя оставить всю эту суету, которую ты подняла вокруг меня. – Триша отвернулась от окна, подошла к шкафу и стащила к крючка на дверце свою ночную одежду. – Перестань пытаться объяснить мне, как я должна себя вести.
– Я хочу знать, как далеко это зашло, – сказала Лес.
– Ну и какая тебе разница? Что это изменит, если ты все узнаешь? – спросила Триша, швыряя одежду на стул в углу.
– Вопросы здесь задаю я, а не ты, Триша. Прекрати финтить и изворачиваться, как это всегда делал твой отец, – сердито ответила Лес. – Ты спала с Раулем?
– Нет! – взорвавшись, крикнула Триша, затем помолчала немного, стоя в центре комнаты и туго охватив свои плечи руками. – Но это не потому, что я не хотела. Я сделала большую глупость, – призналась она более спокойно. – Не стану огорчать тебя подробностями, но… Рауль не принял моего предложения.
– Слава Богу, – пробормотала Лес, испытывая большее облегчение, чем сама ожидала.
– После того как я пережила такие боль и обиду, я просто стала желать его еще больше. Он проявил заботу обо мне, иначе он… пошел бы до конца. Думаю, вся беда в том, что я богата, а он нет. Понимаешь, что я хочу сказать? Взгляни-ка на этот чудовищный дом. В большинстве комнат можно стрелять из пушки и не попасть ни во что, кроме стен. – Триша с критическим отвращением обвела взглядом комнату. – Это и есть прославленный латиноамериканский мачизм. Он считает, что женщину должно быть видно, но не слышно, что жены обязаны оставаться дома с детьми. Очень трудно пробиться через эту его проклятую мужскую гордость.
– Вслушайся сама в свои слова, Триша. Быть женой – это совсем не то, чего тебе хочется, – убеждающе произнесла Лес. – Ты говорила мне, что хочешь быть юристом – женщиной, делающей карьеру. Ты хотела, чтобы твоя жизнь имела смысл и значительность. Ты хотела быть кем-то большим, чем жена при муже, воспитывающая его детей и заботящаяся о его доме. Даже если ты сможешь добиться Рауля, между вами все равно никогда не будет согласия. Ему слишком много лет, чтобы он мог изменить отношение к жизни. Он слишком стар для тебя.
– Лес, ты даже не пытаешься понять меня, – гневно заявила Триша. – Я люблю его. Когда кого-нибудь любишь, то сможешь добиться чего угодно.
– Нет, Триша, ты не сможешь. Твой отец и я любили друг друга, но так и не смогли сделать свой брак удачным. Мы были слишком разными. Единственное, что нас объединяло, – это ты и Роб.
– У нас все по-другому.
– По-другому ли? Я даже не уверена, что ты любишь его. Рауль для тебя – всего лишь вызов, человек, взаимности которого ты не можешь добиться, а потому так и желаешь его сейчас.
– О, нет, – заявила Триша, решительно тряхнув головой. – Предположим, что мое воображение действительно играет со мной в глупые игры, но когда Рауль поцеловал меня, чувство было настоящим.
На мгновение Лес подумала, что отношения, о которых говорит Триша, – односторонние и у дочери нет ничего, на чем могли бы основываться ее надежды. Но, очевидно, это не так. Впрочем, как бы то ни было, еще есть время остановить этот злополучный роман, пока он не зашел слишком далеко.
– Я не собираюсь позволять тебе сделать ту же ошибку, что и я, – сказала она.
– Не вмешивайся в мои дела, Лес. Я говорю совершенно серьезно, – предупредила Триша. – Это моя жизнь, а не твоя. Если тебе хочется поступать как настоящая мать, то радуйся, что я нашла человека, которого полюбила. А если мое сердце будет разбито, то постарайся быть рядом, чтобы помочь мне снова обрести веру в себя. Но только не мешай мне.
Это умный и логичный совет, подумала Лес, медленно вставая и направляясь к двери, ведущей в ее комнату. На пороге она остановилась и оглянулась на Тришу.
– Ты просишь меня просто наблюдать за тем, как ты идешь навстречу мчащемуся автомобилю, и ждать, чтобы посмотреть, сшибет он тебя или нет. Скажи, много ли матерей смогут это сделать?
Она прошла в дверь и закрыла ее за собой.




Предыдущая страницаСледующая страница

Читать онлайн любовный роман - Игра до победы - Дайли Джанет

Разделы:
123456789

ЧАСТЬ II

10111213141516

ЧАСТЬ III

171819202122232425

ЧАСТЬ IV

26– прими горячий душ. а потом мы посмотрим, что можно придумать насчет растирания. 272829Эпилог

Ваши комментарии
к роману Игра до победы - Дайли Джанет



роман захватывает с самого начала. актуально для тех, кому за сорок. муж ушел к молоденькой. как собрать себя из осколков. взаимоотношения с детьми и новой любовью.
Игра до победы - Дайли ДжанетЕлена
30.06.2011, 21.33





Вот это роман! Будто все произошло со мной. Испытала такие сильные эмоции, сопереживая героине. Когда в 40 лет бросает муж, уходя к молодой, кажется, что земля ушла из-под ног, хочется, чтобы со временем он пожалел об уходе, но нет, все складывается иначе, муж обожает молодую красавицу жену, ждет пополнения в своей новой семье, он счастлив, а еще дочь встает на сторону отца. А что остается главной героине? Только думать о том, что половина жизни прожита, молодость позади, дети выросли и в тебе не нуждаются и ты никому не нужна.
Игра до победы - Дайли ДжанетАлла
25.11.2013, 6.56





Очень понравилось. Думаю, в жизни бывает еще круче. Тема довольно интересная. Материнская любовь и любовь к мужчине - как тут выбирать? Хорошо если дети не против, а если в штыки, что делать? Сочувствую героине и переживаю - как у нее все сложится. Советую - читать однозначно. Это первая книга Дайли Джанет, которую я прочитала и думаю не последняя. 10.
Игра до победы - Дайли ДжанетВасилиса
9.07.2015, 18.02





Роман понравился.
Игра до победы - Дайли ДжанетЕлена
12.07.2015, 9.07





А мне роман не понравился,прочитав коментарии,думала что роман сразу захватить,но захватывать там не чему.Очень растянуто и нудно,а в конце вообще не понятно к чему автор включил смерть рода.Вообщем роман не понравился.
Игра до победы - Дайли ДжанетОльга
12.07.2015, 19.47








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100