Читать онлайн Свобода желаний, автора - Деверо Зара, Раздел - Глава 7 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Свобода желаний - Деверо Зара бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 6.69 (Голосов: 55)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Свобода желаний - Деверо Зара - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Свобода желаний - Деверо Зара - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Деверо Зара

Свобода желаний

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

Глава 7

Полдень был жарким, но не слишком, и Хизер в ослепительно белом платье времен короля Эдуарда, в таком, в котором могла бы красоваться какая-нибудь модница в 1901 году, прибыла на бархатную зеленую лужайку за Тоставин-Гранж для игры в крокет в компании таких же не очень занятых людей.
Она думала о том, что разворачивающаяся картина очень напоминала сцену из какого-нибудь костюмного фильма, а ее юбки очень соблазнительно шуршали.
«Я бы не очень удивилась, – думала она, – если бы кто-то из наших английских актеров, обладателей «Оскара», вышел сейчас в роли дворецкого».
На лужайке лежали тени от испанских дубов и кедров, на небе не было ни облачка. Откуда-то издалека чуть слышно доносилось пение ласточек, которые высоко в небе затеяли свою игру, то взлетая ввысь, то резко пикируя. Между веток чилийской араукарии был подвешен гамак. В нем сидел молодой человек в белых фланелевых брюках и полосатом пиджаке. Свою шляпу-панаму он небрежно держал на груди.
Неподалеку сидел полковник, дядюшка или что-то в этом роде. Он занимал кресло с матерчатым сиденьем. Это был плотный, румяный мужчина с нафабренными седыми усами, которые воинственно закручивались над его верхней губой. Он был аккуратно пострижен, а на его висках виднелась легкая седина. Имелось в виду, что он приглядывает за молодежью. Пользуясь этим своим положением, он подолгу останавливал свой похотливый взгляд на девушках. Когда Хизер проходила мимо него, он протянул руку, погладил ее по спине и разгладил складку на ягодицах.
– Добрый день, моя дорогая. Твоя мама велела мне присматривать за тобой. Хоть ты и помолвлена с Седриком, – он указал на гамак, – это не дает ему монополии на тебя.
«И тебе тоже, старый грязный козел!» – подумала Хизер и хотела отступить, но улыбнулась и сказала:
– Я не понимаю о чем вы, дядюшка.
– Конечно, ты не понимаешь, невинное дитя. – Он похотливо взглянул на нее и, разгладив ус одной рукой, другой полез под разложенную на его коленях газету. Хизер удалилась.
Служанка, живописно одетая в черное платье и белые передник и чепчик с развевающимися лентами, разливала чай из серебряного чайника времен королевы Анны. Чай подавался в тончайших фарфоровых чашках вместе с замысловато украшенными пирожными. Все это было сервировано на девственной белизны скатерти, обшитой по краю тесьмой. Когда она с чайником перегнулась через плетеный столик, полковник потрогал и ее. Хизер слышала ее вскрик и бормотание:
– О, сэр, вы не должны этого делать. Не сейчас, сэр. Я позже приду в аллею.
«Двойные стандарты эпохи короля Эдуарда, – думала Хизер, идя через лужайку. – Как я могу изображать невинную девушку после всего того, что со мной приключилось? Меня научили мастурбировать, доктор засунул в меня свой член, потом я поняла, что мне нравится смотреть на женщин, Андре, этот друг семьи, вошел в меня, хотя и не кончил. Потом был черный парень, викинг, и я помогала Джулии в ее садомазохистских играх. А теперь Ксантия требует, чтобы я сосредоточилась, забыв обо всем, что было раньше, на самых непорочных девичьих мыслях».
Ее противниками были два элегантных молодых человека и девушка, так же красиво наряженная, как и Хизер. Она ударила по деревянному мячу молотком. Послышись крики одобрения болельщиков:
– Крокировка! Браво, леди Хизер!
Похоже, что, хотя это и была ее первая в жизни игра, она справлялась неплохо.
Ей были интересны другие люди на лужайке. Были ли это просто актеры Ксантии? Или другие ее гости? Эта хитрая женщина не появилась сегодня. Ее записка была принесена с утренним чаем, вместе с нарядом, который на Хизер сейчас.
Записка гласила:


«В разнообразии заключается вся прелесть жизни. Тебе предстоит новая история. Посылаю служанку, которая поможет тебе одеться: корсеты дьявольски трудно шнуровать самой. Она проводит тебя к месту назначения. Я знаю, что благодаря своему внушительному актерскому дарованию ты легко войдешь в роль добропорядочной девушки времен короля Эдуарда, которая втайне вся горит от желания узнать побольше о запретной теме, о сексе. Следуй моим инструкциям, прилагаемым к этому письму, и я обещаю тебе еще одно головокружительное приключение. Прилагаю примерный сценарий. Да, еще одна вещь. Держи свои руки подальше от… Ты знаешь, подальше от чего. Я хочу, чтобы ты была в состоянии нарастающего возбуждения, горячей и подпрыгивающей от нетерпения».


«Так много одежды! Как в ней выживали женщины?!» – гадала Хизер.
На дворе разгар лета, а она укутана в нижнюю сорочку, корсет, который сжимал талию, две кружевные нижние юбки, черные шерстяные чулки и доходившие до колен трусы. Трусы, правда, имели вырез на промежности и сзади клапан на пуговицах. На ногах были неудобные ботинки на массивных каблуках. Поверх всего этого на ней было надето платье с длинной юбкой и страшно ограничивающим движения лифом и длинными рукавами, похожими на баранью ногу. И конечно, были обязательные белые перчатки. Как можно удовлетворять свои сексуальные потребности, будучи одетой таким образом?! Может, ответ на этот вопрос крылся в вырезе на трусах?
Хотя Хизер и размышляла таким образом, она чувствовала, что у нее остался открытым участок тела между ног. Сгибаясь в поясе, чтобы прицелиться перед ударом молотком, Хизер ощущала как требовательно пульсирует ее клитор.
Седрик, поднявшись со своего места, подошел и встал позади нее. Он поднял свой монокль, который носил на шелковой ленточке на шее, и посмотрел на Хизер сквозь него.
– Ты прирожденный игрок в крокет, малышка, – вяло заметил он покровительственным тоном.
Он был красив, с рафинированными манерами избалованного человека. Его волосы, которые разделялись на две ровные половинки безупречным пробором, были зачесаны назад, смазаны маслом и выглядели как атласная шапочка. Все в нем выдавало человека консервативных взглядов: и полосатый пиджак, и соломенная шляпа, и узкие белые брюки, и рубашка с крахмальным воротничком, и серебряная цепочка для часов, свисавшая из жилетного кармана. Обращался ли Седрик со своими горничными так же, как дядя? Этого Хизер не могла решить.
Взглянув на его промежность, она заметила слева от ширинки небольшую выпуклость от его пениса. Пока небольшую. А он увеличится, после того как Седрик ее поцелует? Согласно сценарию, должен был поцеловать. Посмотрим.
Хизер отбросила молоток.
– Мне надоела эта глупая игра! – капризно сказала она. – Сегодня слишком жарко. Пойдем погуляем, Седрик? Под деревьями должно быть прохладнее.
– Как ты пожелаешь, дорогая.
Он подставил локоть, и она просунула под него свою затянутую в перчатку руку.
Хизер холодно кивнула остающимся, пробормотав извинения.
– Мы продолжим игру в другой раз. Спасибо за то, что показали мне, как играть.
Они пошли по тенистой аллее, где солнечные лучи были не в состоянии пробить густую листву деревьев. Несколько мгновений спустя пара скрылась из глаз. Седрик, с лихо сдвинутой набекрень панамой, повел Хизер по тропинке, петлявшей между пышными кустами рододендрона, где розовые вкрапления цветов ярко выделялись на фоне блестящих зеленых листьев. Ароматы тимьяна, ромашки, еще чего-то цветущего, земли, загнивающего подлеска заставляли думать о сладком запахе секса. Они пошли вдоль ручья, бурлившего среди плоской темной гальки, образуя естественный водопад. Здесь они остановились в потайном гроте, скрытые от посторонних глаз. Теперь Хизер решилась и, вдохнув так, что провокационно поднялась ее грудь, обратилась к нему.
– Ты хочешь меня поцеловать, Седрик? – спросила она, глядя ему в глаза.
Ее взгляд сквозь длинные ресницы был наиболее чарующим из всех, на какие она была способна.
Он замялся, потом запинаясь сказал:
– Конечно. Я думаю, это будет правильно. В конце концов, ты же моя невеста.
Он снял шляпу, вынул из глаза монокль. Все это время она стояла с закрытыми глазами и вытянутыми губами. Она почувствовала, как он приблизился, но вместо соприкосновения губ, которого ожидала, она ощутила легкое прикосновение к щеке. Ее глаза открылись. Она смотрела на него, вспоминая свои слова:
– Это не настоящий поцелуй.
Притворяться было нетрудно. Уединенное место, интимное бульканье воды, запахи мокрой растительности возбуждали ее. Ее соски горели под сорочкой, льняные трусы терли щелку, когда они двигалась. Хизер была наедине с мужчиной, а он вел себя как последнее самодовольное ничтожество! «Поругайся с ним». Таковы были указания.
– Но, дорогая моя, – засуетился Седрик, – мы не должны. Мы еще не женаты.
– К черту женитьбу, к черту тебя! Не хочешь целовать меня в губы, я найду того, кто хочет!
Придерживая юбки одной рукой, она быстрым шагом пошла к конюшням. Ее звал Седрик, но не пошел за ней.
«У него тоже свои инструкции, – подумала она. – Ксантия давала их не для того, чтобы они нарушались».
Конюшенный двор был выложен булыжником и окружен старинной постройки зданиями с каменными стенами. Две кошки блаженно грелись на солнце на краю серой, крытой шифером крыши. Своими желтыми полузакрытыми глазами они следили за парой голубей, которые чистили перышки на крыше загона. Кошки притворялись спящими. От лежавшего грудами по углам навоза исходил сильный запах. Из одного из стойл конюх выводил жеребца. В это время во двор вбежала Хизер.
– Хотите прокатиться, леди? – спросил простоватый юнец со светлыми взъерошенными волосами, который нахально улыбался, глядя на нее. Лошадь слегка волновалась и копытами выбивала по булыжнику звонкую дробь.
– Хочу! – выпалила она, оглядывая парня с головы до ног.
Он был не вполне в ее стиле, слишком долговязый, но в разрезе рубахи с открытым воротом виднелась загорелая грудь, а на его вельветовых штанах оттопыривался многообещающий бугор. На подошвы его подкованных сапог налип навоз.
– Но если вы позволите, миледи, вы не так для этого одеты, – заметил он.
В нем был определенный деревенский шарм, чувствовалась чувственность невинности, самонадеянность, которая больше говорила о недостатке опыта вкупе с интересом к противоположному полу. Был ли он девственником? Кончал ли он когда-нибудь, кроме как при онанизме? Она представила его лежащим с расстегнутыми штанами на сеновале конюшни и мастурбирующим свой молодой крепкий член, и желание шевельнулось в Хизер. Может быть забавным поучить его. Ее клитор проснулся, половые губы стали наливаться, железы внутри вагины – выделять прозрачную скользкую жидкость.
– Держи свое мнение при себе, Томас! – холодно сказала она. – Помоги мне влезть.
Он сложил руки вместе, и Хизер, постав в них ногу в ботинке, без видимых усилий поднялась и скромно села в дамское седло. Она почувствовала, как половые губы коснулись нижних юбок, образовывавших трехслойный барьер между ее гениталиями и теплой кожей седла. Она привыкла ездить верхом и была опытной наездницей. До настоящего времени она не понимала, отчего появлялись неприятные боли в пояснице, когда ее тело натирали тесные жокейские штаны, а подрыгивающие движения лошади раздражали клитор. Она улыбнулась, подумав: а не в этом ли крылась причина популярности верховой езды среди молодых женщин? Да и не очень молодых. Не этим ли объяснялись порозовевшие щеки и горящие глаза ее подруг, когда они возвращались после прогулки галопом? Они таким образом доводили себя до оргазма? Это было весьма интересное предположение, и Хизер не терпелось проверить, возможно ли это.
Конюх отошел в сторону и, улыбаясь, сказал:
– Хорошей поездки, миледи.
– Спасибо, Томас. – Боже, как холодно, с чувством собственного достоинства она это произнесла, хотя ее клитор молил об удовлетворении.
Хизер отшпилила свою шляпку с широкими полями, сняла ее и, бросив ее конюху, выехала со двора. Стоял роскошный день, на голубом небе виднелось всего несколько небольших пушистых облачков, многоцветье клумб очень украшало окружающий пейзаж. Подъехав к забору, выкрашенному белой краской, она обнаружила, что ворота были уже открыты. Она проехала через луг с отдельно стоявшими деревьями и выехала из поместья. Хизер отпустила поводья, и ее волосы развевались по плечам в быстрой скачке. Впереди она увидела рощу с золотой луговиной за ней. Это было выбранное место совершения следующего действия игры. Они объехали вокруг зарослей деревьев. Хизер низко припала к гриве лошади, ветер шумел в ушах, бешеный темп скачки усиливал ее возбуждение. Она наслаждалась мужественностью коня, запахом кожи, покрытого пенными хлопьями крупа. Они миновали рощу и въехали в луговину. Здесь она слегка ударила коня ногами, приказывая ему остановиться. Отлично! Какое замечательное место. Она спешилась и огляделась, стараясь убедиться, что за ней не следят, хотя особенно об этом не беспокоилась. Просто предположение, что невидимые глаза могут наблюдать, вносило в ситуацию дополнительное возбуждение. Может, Андре? Или Ксантия? Может, они при этом еще стимулируют друг друга для получения еще более полного оргазма.
Хизер больше не нуждалась в сценарии, чтобы определиться, что ей делать дальше. Она выгнулась назад и расстегнула платье. Это была нелегкая задача и заставила ее попотеть. Платье скомканной кучей легло на траву, усеянную лютиками и клевером. Затем Хизер развязала нижние юбки и позволила им упасть и присоединиться к платью. Этот проклятый корсет! Дрожащими от нетерпения пальцами (ее груди жаждали свободы) она боролась со шнурками, пока наконец не справилась с ними. Ограничивавшая движения одежда была отброшена в сторону. Она помассировала свои освобожденные ребра и обеими руками подняла свои груди. Хизер ласкала их, уделяя особое внимание соскам, которые немедленно поднялись и образовали твердые конусы. Упала и сорочка. Она осталась по пояс голая, потягиваясь и радуясь солнечным лучам. Какой свободной она себя ощущала! Хлопчатобумажные трусы оказались спущенными, и она с удовольствием переступила через них. Оставались только пережимавшие ее ноги чулки. Они тоже были сняты, и она оказалась полностью обнаженной.
– Теперь твоя очередь, старик, – сказала она коню.
Она вытащила удила из его рта, отпустила подпругу, чтобы можно было снять седло. Он мотал своей большой головой и радостно ржал. Хизер схватилась за гриву и села на его спину, широко расставив ноги, которыми обнимала коня за широкие бока. Огонь зажегся в сосках, как только ее голые ноги и половые губы коснулись его бугристой спины. Она прижималась к ней клитором, который почти взорвался от неожиданного удовольствия. Хизер испустила клич и, сдавив бока животного коленями, пустила его в галоп. Она полностью отдалась тем ощущениям, которые охватили ее поясницу, живот и грудь. При каждом его прыжке она двигалась взад и вперед и таким образом терлась о его грубую кожу и раздражала затвердевший клитор. То сдавленный, то свободный от нажима, он дрожал и пульсировал. Они сделали несколько кругов по луговине. Ощущения резко усилились. Хизер сжала бедрами его широкую спину и уселась, чтобы не терять бесценного контакта между конем и клитором.
– Вот! – громко закричала она. – Вот, вот! Он наступает! Да, да! О мой Бог! Пусть он придет! Я должна получить его, должна!
Она была на волне этой сладкой, удушающей муки, слепая и глухая ко всему, что не имело отношения к оргазму. Спина лошади была скользкой от пота. Он смешивался со смазкой из ее вульвы. Эта мокрая дорожка все более и более раздражала ее сверхчувствительный бугорок. Она кончила, увидев и ощутив неожиданный взрыв света и тепла. Хизер без сил припала к холке лошади, которая перешла на шаг. Это было приятное движение, которое продолжало массаж самой замечательной части ее тела – клитора, который вновь стал просыпаться и посылать срочные сообщения нервам.
– Мы опять скоро кончим, – пообещала она ему. – Мы сможем делать это ровно столько раз, сколько захотим. Интересно, сколько оргазмов можно получить подряд? Упоминается об этом в Книге рекордов Гиннесса?
Рука Хизер опустилась вниз, к ее заветному центру. Конь опустил голову и стал щипать ароматную растительность луга. Она соскользнула с его спины и, тяжело дыша, легла среди высокой травы. Она лежала абсолютно неподвижно, только руки шевелись. Одна ласкала грудь, другая клитор. Хизер опять хотела получить оргазм.
Неожиданно кто-то заслонил солнце. Она открыла глаза. Высокая фигура отбрасывала на нее тень. Раздраженная тем, что ее прервали, она села, по-прежнему держа руку между ног.
«Я стала очень бесстыдной», – подумала Хизер.
– Ты следил за мной! – с негодованием закричала она, в то время, как острые ощущения, которые она испытывала, заставили ее сильнее прижать клитор.
Он улыбнулся и присел около нее на корточки.
– Замечательное животное у вас, мисс, – заметил он, явно пытаясь завязать разговор. – Черт меня побери, извините за выражение, если я видел лучше. А я понимаю в этих делах.
– Ты цыган! – Это было очевидным. Его хулиганская красота оглушила ее и заставила матку сократиться.
– Угу, правильно, мисс. Я – цыган. Меня зовут Джейк.
Его черные кучерявые волосы обрамляли надменное, покрытое щетиной лицо. В ушах поблескивали золотые серьги. У него были темно-карие глаза, яркие брови, густые ресницы, твердый нос и чувственные алые губы. Хизер хотелось почувствовать их на своем клиторе, она думала о том, как целовала бы этот рот, как эти загорелые руки ласкали бы ее груди.
– Джейк, а могу я спросить: что ты делаешь на земле моего отца? У тебя есть его разрешение? – Она говорила надменным тоном хозяйки имения, что, однако, не просто ей далось, так как в ней пылал огонь желания.
– Сквайр? О, он никогда не отказывает нам в праве разбить свой лагерь в Топ-Спинней. Мы делаем это в течение уже многих лет. – Когда он говорил, он дерзко улыбался, глядя на нее, как будто читал ее мысли. – Итак, вы дочь Сквайра?
– Да, я – леди Хизер. – Она как загипнотизированная смотрела на его широкие плечи, угадывавшиеся под белой рубашкой без воротника. Она была расстегнута до пояса, и вид его волосатой груди заставлял ее представлять себе, как она бы зарылась пальцами в эти кучерявые волосы, нащупала соски и ласкала бы их.
– А что вы делаете здесь и без одежды? – спросил он, разглядывая ее грудь, живот, влажный и пушистый лобок. – Похоже, что вы кончали на спине этого коня. Я мог бы с радостью заменить его. Я бы хотел трахнуть вас, целовать вас, вылизывать ваши соки, тереть ваши половые губы головкой своего члена.
– Я просто каталась верхом, – запинаясь ответила она, вспоминая, как могучий спазм удовольствия охватил всю ее и вновь начал созревать в ней от его прямых и возбуждающих слов.
– Хотел бы, что вы так прокатились на мне, – проговорил он таким тоном, что у нее мурашки побежали по всей коже. – У меня стоял бы, как шомпол, если бы я почувствовал, как ваши роскошные сиськи ударяются по моей спине, а возбужденные половые губки трутся о мою задницу.
Хизер не смогла удержаться и подвинулась к нему. Он лежал подле нее с широко раздвинутыми ногами, одна была согнута в колене, другая прямо вытянута. На нем были темно-серые молескиновые брюки, но даже они не могли скрыть большого бугра, который выдавал эрекцию. Нагнувшись, она расстегнула ширинку. Он даже не сделал попытки остановить ее. Из расстегнутых штанов, сразу оказавшись в ее руках, появился его большой пенис. Она двигала вверх-вниз кожицу крайней плоти. Головка то появлялась, то исчезала, пока она не ощутила на своих руках липкую смазку.
– Не так быстро, миледи, – предупредил он, постанывая. – Я кончу, не начав.
Он за шею притянул ее голову к себе и припал своими губами к ее губам. Его язык, толстый, мокрый и гладкий, проник за ее зубы, лаская рот, а рука гладила по очереди обе груди.
Она была готова, хотела, чтобы он вошел в нее прямо сейчас, но он помедлил, улыбнулся, заглянув в ее обезумевшие от желания глаза, и сказал:
– Я знаю место, миледи. Пойдемте.
– А это на свежем воздухе?
Она хотела, чтобы ее взяли под голубым небом, хотела чувствовать себя свободной, как воздух, свободной, как бродяга вроде Джейка.
– Да. – Он, встав на ноги, потянул ее за собой. – Я бы мог отвести вас в свой шалаш, но это слишком близко от лагеря. Табор будет возражать против вас, а мне всегда хотелось поиметь белую девушку.
– Они будут возражать против меня? – Хизер была удивлена, хотя было трудно о чем-то думать, чувствуя его руку у себя на груди.
Он хохотнул:
– Ничего личного, леди Хизер. Мой отец – князь Маленького Египта, а я – принц. Цыгане не должны сочетаться браком с белыми: это плохо для крови. Меня уже обручили с чисто цыганской девушкой. Она мечтает стать моей женой и принести мне много здоровых и крепких детей.
«Этот кусок фильма мне не нравится, – подумала Хизер, обнимая его шею и играя его кудрявыми волосами. – Я хочу, чтобы все было по-настоящему, вот в чем беда. Я хочу, чтобы он увез меня в своей кибитке. Я хочу, чтобы он забыл свой табор и эту девушку. В этот эпизод вмешались уже мои чувства, не только моя плоть, но и мое сердце. До сих пор я и не предполагала, что я такая аферистка».
Она заставила себя вспомнить, что это была всего лишь иллюзия, послеполуденное развлечение. Джейк никакой не цыган, а, вероятно, обычный актер, нанятый Ксантией, который через неделю вернется в свою квартиру в Лондоне и будет ждать звонка от агента с новым предложением. «Следующий раз, когда я его увижу, он будет рекламировать по телевизору лосьон после бритья или автомобили», – думала она, но мечта уже захватила ее, и она не хотела с ней расставаться, хотя бы на время.
Она собрала свою одежду, и они, обнявшись, вышли из луговины. Конь, которого Джейк держал под уздцы, терпеливо плелся сзади.
– Это недалеко, – прошептал он ей на ухо.
Ощущение его теплого дыхания еще более возбудило ее, теплые струйки засочились из вагины по внутренним сторонам бедер. Он повел ее по тропинке, лежавшей под нависавшими ветвями деревьев. Они пришли на скрытую от посторонних глаз полянку. Маленькая и интимная, она вся лежала в тени, однако в разных местах ее иссекали золотые солнечные лучи. Закрытая со всех сторон спутанными зарослями ивы и кустов дикой розы, она представляла собой как бы естественный шатер.
– Ты уже приводил сюда женщин? – спросила она в неожиданном приступе ревности, который добавил ей еще возбуждения.
Он ответил не сразу. Она вспомнила его член, и это воспоминание усилило боль от возбуждения, которая начиналась в ее клиторе и волнами расходилась по всему телу.
– Не белую женщину, – наконец произнес он, разглядывая ее обнаженное тело. – Я говорил, ты у меня первая. Здесь мой кари был в жене другого цыгана. Он плохо с ней обращается, бьет ее, когда пьян. Нам надо было быть осторожными, иначе его нож был бы у меня в ребрах, а ее лицо разбито.
– Я думала, цыгане – свободные люди, – сказала Хизер, купаясь в его взглядах. Он сел рядом с ней. Она не могла пересилить искушения опять выпустить на свободу его пенис, вновь заключенный в свою темницу – штаны.
Он засмеялся:
– О нет, миледи. Не более свободны, чем вы или ваши соплеменники. У нас тоже есть свои запреты и традиции.
Хизер прильнула к нему. Она хотела действия, а не разговоров. Она была голой, а он нет. А она тем временем желала видеть все его тело, сравнить размеры и форму его фаллоса с теми, которые недавно узнала.
– Я хочу, чтобы ты разделся, – промурлыкала она своим наиболее соблазнительным голосом.
Он улыбнулся и встал.
– Рубашку я сниму, а штаны нет. Вы никогда не заставите цыгана сделать это. А вам можно. Я хочу, если вам не очень стыдно, посмотреть на вашу мингу.
– Ты используешь такие необычные слова, – засмеялась она, поправляя свои длинные волосы, – кари, минга.
– Это цыганские слова, но означают они те же вещи: пенис, вагина.
Он посмотрел на нее, на ее полные губы, на полуопущенные веки, которые заставляли думать, что она спит. Его пальцы прикоснулись к пуговицам, но она встала, сама расстегнула его рубашку и стащила ее с широких мускулистых плеч. Его тело дрожало, когда ее пальцы, погладив густую растительность у него на груди, несколько раз обошли вокруг амулета, который висел на его шее, нащупали маленькие темно-коричневые соски и слегка ущипнули их. Хизер прижалась к его телу. Сквозь брюки она могла ощущать жар и твердость его возбужденного члена. Она слегка нагнулась, и ее губы припали к его правому соску.
Он начал потихоньку стонать. Этот выходивший глубоко из глотки звук означал крайнюю степень возбуждения, требовавшего немедленного удовлетворения. Хизер знала, что должно было случиться далее. Просто половой акт с человеком без изысков. Ей не следовало ожидать длительных, умелых предварительных игр. Интересно, он будет груб? Посмотрела на его сильные, загорелые и грязные руки. Он не сделает ей больно? Или окажется, что он обладает природной чувственностью?
Ее дыхание стало неровным, когда он поднял ее. Сначала его поцелуи были легкими, как весенний дождь, но потом стали более настойчивыми и требовательными. Он облокотился на ствол дерева и прянул ее к себе. Его язык входил в ее рот и обратно. Руки ласкали упругие полушария ее грудей. Она выгнула спину, подставляя соски большим пальцам. Хизер почувствовала, что сосновые иголки больно колют ее голые ступни. Это ощущение боли доставляло ей дополнительное наслаждение, оно отдавалось внизу живота и в клиторе. Ей хотелось усилить это чувство, и она тайком слегка подвинула ноги. Она впивалась в его рот, ее язык отвечал на все проникновения его. Он оторвался от ее губ, опустил свою курчавую голову и, взяв в рот один из сосков, сосал его, покусывал, ласкал языком обрамлявшую его окружность. Он вернулся к ее рту и, по-прежнему обнимая, прислонил к покрытому редким желто-серым лишайником стволу. Хизер полностью доверилась ему, этому дикому сыну лесов, который мог делать с ней все, что пожелает. Она обвивала его, как жаждущая ласки девственница-невеста.
В лощине было жарко, солнце виднелось между высокими деревьями, как чаша с расплавленным золотом. В этом сиянии, в мистической зелени растительности чувства Хизер стали расплывчатыми. Джейку, такому прекрасному, такому примитивному в своих потребностях, нужна была подруга, в которую он мог бы войти и тем самым продлить жизнь своего племени. И она хотела, очень хотела стать такой подругой. Оставить амбиции, забыть цивилизацию и ее пустые ценности, отбросить это все и стать бродягой. Джейк и она, бог и богиня лесов, совокупляющиеся прямо на земле, с тем чтобы произвести на свет здоровых детей с оливковой кожей.
Она вместе с ним упала на землю, отравленная запахами смятой травы и полевых цветов. Лобком она потянулась к нему. Его палец проник в ее вагину, в то время как губы опять целовали грудь. Он сосал ее жадно, как истосковавшийся по материнскому молоку младенец. Хизер изменила позицию. Она хотела, чтобы его палец переместился с половых губ на то место, где ей до боли требовалось прикосновение, на неудовлетворенно пульсирующий клитор.
– Вы хотите, чтобы потерли ваш любовный бугорок? Так, миледи? – спросил он низким, охрипшим голосом. – Вы получите это, дорогая.
Несколько мгновений он рассматривал ее плоский, красивый живот, с двумя острыми выступами бедерных костей. Он остановил свое внимание на видимых проявлениях ее сексуальной возбужденности. Как это было прекрасно рассматривать ее темный блестящий треугольник, толстый, мягкий слой волос и толстенький бугорок, который рос высоко перед входом в тайну, скрытую ниже.
Хизер согнула колени и широко развела ноги, открыв свою мокрую вагину. Она одной рукой оттянула вниз и в стороны свои половые губы, и ее клитор показался из своего капюшончика. Джейк тяжело задышал и нагнулся к ее пупку. Он ласкал его круговыми движениями языка. Хизер вскрикивала и постанывала от удовольствия. Затем он обратился к темному треугольнику волос, а его рука стала гладить внутреннюю поверхность бедер, подбираясь все ближе к самому ее чувствительному месту. Хизер уже была как в бреду.
– Погладь меня там. – Она взяла его руку и положила ее на свою точку удовольствия, находившуюся между полными половыми губами.
Шок, который она ощутила при контакте чувствительного бугорка с его грубым, сухим пальцем, привел ее на грань впадения в экстаз. Ощущения были сильными и острыми. Извиваясь всем телом, чувствуя себя на краю достижения оргазма, тем не менее она знала, что так она кончить не сможет. Беззащитный и ранимый без своего капюшона, клитор нуждался в очень осторожном обращении. Знает ли простой цыган, как ласкать его прикосновениями легкими, как крылья бабочки, чтобы унести ее на самые вершины удовольствия, заставить взлететь высоко-высоко? Он поцеловал ее в губы, спустился и лег между ее бедер, припав губами к вагине. Его губы впились в ее половые губы. Было много, пожалуй, слишком много, жидкости – его слюна, ее соки. Своим умным, волшебным языком он провел вдоль ее щелки, стараясь найти небольшой бугорок, пробуя его на вкус, дразня его, а потом перешел к мягкому, нежному сосанию его. Такой альтруизм потряс Хизер. В состоянии крайнего возбуждения она запустила свои пальцы в его жесткие волосы, а затем стала мять его широкие загорелые обнаженные плечи. Он, продолжая сладкое мучение клитора, застонал, затем остановился и убрал язык. Прохладный ветерок коснулся ее возбужденного бугорка.
– Я хочу, чтобы ваше удовольствие длилось дольше, – прошептал он.
– Не останавливайся! – закричала она, вцепившись в его голову, запутавшись в его кучерявых волосах и ненавидя себя за то, что просит, но не будучи в силах этого не делать. – Лижи меня, ты должен лизать меня!
Джейк засмеялся и повиновался. Он слизывал обильные соки, вытекавшие из нее, сосал ее потвердевший бугорок, подпрыгнувший от радости от того, что этот волшебный язык вернулся. Ее глаза были закрыты, рот широко открыт, алые губы блестели. Тело Хизер ощущало, как волны, одна сильнее предыдущей, накатывали на нее, приближая к бесценной вершине. Она поднималась все выше и выше по пути к ней.
Покалывание началось в самых кончиках ее пальцев на ногах, волнами поднималось по ногам, спине, груди, пояснице, по самой ее сущности, перерастая в оргазм, такой мощный, что ей казалось, что она вся распадается, растворяясь между звездами.
Пока она еще билась в эйфорических конвульсиях, Джейк встал между ее ног на колени и ввел свой огромный член. Она громко закричала, когда почувствовала, как он раздвигает внутренние стенки влагалища, как его головка упирается в шейку матки. Хизер чувствовала, что он почти разрывает ее своей мощью. Но он уже не принадлежал себе. Он держался на вытянутых руках, голова его была высоко поднятой, а на лице было выражение как у мученика, идущего на пытку и счастливого умереть за свою веру.
Он глубоко вводил и почти полностью вынимал свой пенис до тех пор, пока она не ощутила горячий поток его семени, наполнявший ее. Шейка матки с радостью купалась в этом молочном бассейне, впитывая в себя драгоценную жидкость. Он сдавил Хизер в своих объятиях, пытаясь продлить состояние экстаза. Когда безумие погасло в его взоре и голова опустилась ей на грудь, дыхание немного успокоилось. Растоптанные цветы, помятая трава, ее и его пот и этот сильный сексуальный запах их смешавшихся соков – Хизер мечтала о том, чтобы сберечь все это для тех времен, когда она будет одна и не будет обнимать мужчину!




Предыдущая страницаСледующая страница

Читать онлайн любовный роман - Свобода желаний - Деверо Зара

Разделы:
Глава 1Глава 2Глава 3Глава 4Глава 5Глава 6Глава 7Глава 8Глава 9Глава 10Глава 11

Ваши комментарии
к роману Свобода желаний - Деверо Зара



Для этого жанра очень даже неплохо.Но скромницам читать не рекомендую.
Свобода желаний - Деверо Зараангелок
25.06.2012, 17.13





Честно под конец стало противно читать!
Свобода желаний - Деверо Заракэт
9.02.2013, 1.31





Ха ха, это порнушка...
Свобода желаний - Деверо ЗараStefa
13.02.2014, 2.03





Очень возбуждающее произведение! Такие вещи должны быть среди романтических историй. Они хорошо напоминают, что не всегда нужно зацикливаться на любви, особенно, если нет достойного внимания человека для воплощения этого сильного чувства. Пусть будет сэкс! Иначе можно всю жизнь прождать и зачахнуть не получая от жизни никакого удовольствия!
Свобода желаний - Деверо ЗараРеалистка
19.10.2014, 20.33








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100