Читать онлайн Свобода желаний, автора - Деверо Зара, Раздел - Глава 4 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Свобода желаний - Деверо Зара бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

загрузка...
Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 6.69 (Голосов: 55)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Свобода желаний - Деверо Зара - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Свобода желаний - Деверо Зара - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Деверо Зара

Свобода желаний

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

Глава 4

Это было самое необыкновенное сборище, на котором когда-либо доводилось присутствовать Хизер. Просторный зал был залит светом люстр, грани алмазных подвесок которых излучали все цвета радуги. Люстры с небольшими интервалами свисали с изысканно разрисованного потолка, на котором обнаженная Венера резвилась с двумя влюбленными купидонами с членами в возбужденном состоянии, а стая белоснежных голубков начищала перышки и спаривалась вокруг нее.
Сцена повторялась снова и снова в огромных, вставленных в позолоченные рамы зеркалах итальянского дизайна и в стеклах массивных французских окон, задрапированных кроваво-красной узорчатой тканью. Ламбрекены на них являли собой тонкий образчик «обманок», то есть точных гипсовых имитаций складок и расцветки занавесей. Даже толстые крученые шнуры и бахрома были полной иллюзией.
Ощущая некоторую неловкость, с коктейлем «Маргарита» в руке, Хизер задавалась вопросом: а были ли реальны и все эти мельтешащие вокруг или разбившиеся на группки люди, восхищавшиеся причудливыми костюмами друг друга? Человеческие лица, замененные лишенными всякого выражения, зловещими, слепыми взглядами масок. Все были закутаны в черные плащи, наподобие ее собственного, но под складками она могла разглядеть, что одеты они были принцами или кардиналами эпохи Возрождения, шлюхами или королевами, гориллами или фавнами, были тут и египетские божества, и средневековые трубадуры.
Один натянул на голову парик горгоны Медузы, другой щеголял в плюмаже из перьев. Некоторые были полностью одеты, другие полуобнажены, однако, как она про себя отметила, их костюмы были довольно скромными. Но тогда, размышляла она, то же самое люди могли думать и о ней, не догадываясь, что под парчой вечернего туалета она была абсолютно голой. Стоило слегка задрать юбку, и на всеобщее обозрение явились бы оба полушария ее зада. А зрителям спереди открылась бы густая курчавая поросль, скрывающая глубокую щель промеж розовых пухлых губок, набухших в нетерпеливом ожидании. И ей хотелось сделать это – выставить себя напоказ; ее пугало и отталкивало собственное непреодолимое желание.
– Ты разочарована? Ты думала, что будешь участвовать в оргии? – прошептал ей кто-то на ухо.
Она обернулась, но не могла разглядеть черты лица мужчины за маской пурпурного бархата под треуголкой. Но не важно. Голос все равно оставался знакомым.
– Я ничего не ожидала, Андре, – сказала она. – Это напоминает мне сцену из «Амадея», когда юный Моцарт думает, что видит умершего отца. Почему эти маски вызывают какую-то тревогу?
Он хмыкнул и забросил полу своего плаща через плечо. Под ним на нем был пестрый костюм Арлекина, очень тесное трико подчеркивало внушительный бугор в том месте, где сходились его бедра. Под зачарованным взглядом Хизер, казалось, он становился еще больше.
«Может, он надевает специальные плавки, как у танцовщиков балета? – подумала она. – Тогда у него там должно быть очень тесно».
Его рука оказалась на ее обнаженной руке, от этого легкого прикосновения у нее все оборвалось внутри.
– Маскарад! Венецианская знать развлекалась на таких сборищах, используя их для запретных связей. Раз ты в маске – значит инкогнито. И с согласия партнера ты можешь позволить себе все, что угодно. Обратного хода нет.
– И сегодня вечером тоже так будет?
Он ухмыльнулся:
– Это только прелюдия, чтобы убедиться, что все гости неузнаваемы. Сейчас они плотно закусят, хорошо выпьют, но не слишком, а затем займутся поисками наслаждений, ведь именно поэтому они здесь. Никто не обменивается фамилиями или адресами. Ты можешь назвать свое настоящее имя, если хочешь, или назваться иначе, как тебе вздумается. Никто не интересуется делами другого. Пары не подбираются, по крайней мере пока что. А к концу пребывания? Кто знает? Хотя создание постоянных союзов не приветствуется.
– Это все гости? – У Хизер с трудом укладывалось в голове, что может быть столько богатых и все же одиноких душ, жаждавших исполнения своих сокровенных желаний.
– Да нет, гостей всего человек двадцать, включая тебя и Джулию. Все остальные – это помощники, которые делают так, чтобы люди чувствовали себя счастливыми.
– Они это делают из любви?
– И из любви, и за деньги, но могу заверить тебя, что им нравится эта работа.
Он предложил ей руку, и она робко оперлась на нее. Они начали пробираться через зал к накрытым столам. Даже лакеи были в масках, хотя на них были шелковые чулки и пышные ливреи. Подобранные по высокому росту, форме ног и размеру гениталий, они были одеты в напудренные парики, небесно-голубые куртки с массивными серебряными аксельбантами и серебряным шитьем на накладных карманах на жилетах. Подвязки с кисточками были закреплены на коленях их облегающих малиновых бриджей, подчеркивающих форму и размеры их выпуклостей между ног. Не только у них были большие выпуклости. Все самцы без исключения отвечали этим требованиям.
«Впечатляет!» – отметила Хизер, увидев этот мини-полк племенных жеребцов.
– Хороши, не правда ли? Ксантия самолично отбирала их, причем самыми разными способами. Она получает огромное удовольствие, когда они кончают ей в сложенные ладони. Я частенько видел, как она этим занимается. Еще ей нравится, когда кончают прямо ей в рот. Она просто обожает вкус спермы. Она говорит, что у нее солоноватый вкус, как у говяжьих бульонных кубиков, хотя в этом я с ней не согласен.
У Хизер все сжалось в животе, ее щеки пылали.
«Хорошо еще, что я в маске, – подумала она. – Неужели Андре дал понять, что он тоже любит, когда мужчины кончают ему в рот? Ведь он вроде бы гетеросексуален?»
Она похолодела, подумав, насколько мало она его знает. Еще было не поздно развернуться и убежать. Она представила себе, как бежит назад, в свою комнату, быстренько переодевается в один из своих привычных и надежных нарядов от Джила Сандера, швыряет свои манатки в чемоданчик и вызывает по телефону такси. Она еще успевала на вечернюю электричку и через час могла быть в Лондоне, а нарождающаяся похоть, вызванная словами Андре, будет казаться просто кошмаром, от которого она сбежала.
Впрочем, еще один коктейль «Маргарита» пришел на выручку, и она смогла справиться с охватившей ее паникой. Андре помог ей разобраться с большим выбором предложенных деликатесов. Она молча воздала должное роскошной панораме длинного стола со скатертью, белой, как покров свежевыпавшего снега. Искрящиеся бокалы, огни свечей, вызывающие слюноотделение запахи, исходящие из-под сияющих куполов крышек подаваемых блюд, возбуждающих не только аппетит, но и любопытство. Каждое блюдо и выглядело соблазнительно, и было рассчитано на то, чтобы удовлетворить вкус самого взыскательного гурмана.
Многоярусные изысканные вазы в центре стола источали ароматы душистых цветов, в основном орхидей. Хизер вдруг поймала себя на том, что рассматривает торчащие тычинки, плотные бутоны, нежно-розовый цвет, проступающий сквозь малиновые лепестки. Куда бы она ни бросала взгляд, все, казалось, вызывало сексуальные ассоциации. Бронзовые статуэтки обнаженных нимф поддерживали горки фруктов, пурпурные грозди винограда наводили на мысль о любовном свидании где-то на итальянском винограднике под горячим послеполуденным солнцем, желтые бананы, длиной и формой сильно походящие на фаллосы, персики с едва пробивающимся влажным пушком, как на лобке у юной девушки, заставляли думать о других удовольствиях, более приятных, чем просто их поглощение.
«Что со мной происходит?» – с тревогой спрашивала себя Хизер. Ей хотелось спросить об этом у спустившейся к ним Джулии, которую она узнала, но Андре холодно поздоровался с ней и тут же запустил руку ей под юбку. По тихим стонам удовольствия, срывавшимся с ее губ было ясно, что он старательно сучил пальцем в ее вагине.
Каким-то образом бокал у Хизер оказывался постоянно наполненным до краев, хотя она была уверена, что регулярно отпивала из него. Голова у нее кружилась.
– Я думаю, тебе достаточно, – сказал Андре голосом, доносившимся откуда-то издалека.
Все было словно в тумане, круговерть цветов, мелькание костюмов, мешанина ароматов. На небольшом подиуме под аркой группа музыкантов играла «Квартет для струнных фа-мажор» Равеля, чувственный и в то же время светлый и легкий, подобный пене океанской волны. Затем шестеро мальчиков, херувимы в белых одеяниях с воротничками с оборками, пели мадригалы.
– Они поют, словно ангелы, – прошептала Хизер, прислонившись к Андре.
– Действительно, голоса у них ангельские, – согласился Андре. – Но они уже в том возрасте, когда гормоны буйствуют, а эрекция стала почти перманентным спутником их жизни. Они сейчас как раз в том гнусном, сверхчувствительном периоде жизни, когда не знаешь, что делать с этой огромной штуковиной, которая все время требует облегчения. Словно ты пришелец, у которого одно на уме.
– Я всегда хотела быть мальчиком и иметь большую симпатичную штуковину вместо моей крошечной пуговички, – пьяно призналась Джулия заплетающимся языком.
Андре весь затрясся от смеха.
– Это очень важная пуговичка, к тому же она заводится с полуоборота.
Джулия была в разобранном состоянии, поскольку Андре раздразнил ее, но не удовлетворил, убрав руку в самый критический момент, когда она почти достигла пароксизма удовольствия. Ей нужно было срочно мчаться в дамский туалет, запереться в кабинке и довести себя до оргазма.
Ей очень хотелось рассказать все, ничего не утаивая, Андре. По большому счету, в ее жизни не было ничего дурного или порочного, ей просто хотелось облегчить душу, сбросить тяжелую ношу переживаний прошлого: отец, который ее никогда не любил, неверные любовники, пустые обещания, краткие мгновения радости, омраченные долгими часами безысходности и страданий. Ведь он обещал помочь ей. Облегчить страдания ее вечно разбитого сердца. Она надеялась, что он укажет ей, как быть дальше.
Музыка стихла, и на помост поднялась женщина, которая подняла руку, призывая к тишине. Ее лицо было закрыто зеленой маской, на ней была шляпка с плюмажем, зеленый наряд с открытой, гордо торчащей грудью с позолоченными сосками и огромный павлиний хвост, торчавший веером позади нее.
– Добрый вечер, друзья мои! – Голос Ксантии зазвенел над собравшимися. – Добро пожаловать в Тоставин-Гранж! Вечер только начинается, но уже через час мы разделимся, и каждый выберет то, что ему по вкусу. Это еще ждет нас, а пока отведайте предложенных здесь яств.
Раздались приветственные возгласы и гром аплодисментов. Она сошла с помоста и исчезла за пурпурными шелковыми гардинами.
– Пора сматываться, – сказал Андре и, предоставив Джулию самой себе, повел Хизер через холл к главной лестнице. – Ксантия сказала тебе, что делать дальше?
– Да, – произнесла она почти шепотом.
Вернувшись в свою комнату, Хизер прижала ладони к вискам, все вокруг нее качалось и расплывалось.
«Я, наверное, слишком много выпила, – подумала она. – Единственное, чего мне сейчас хочется, – это отправиться в постель, одной». Но она знала, что ей придется выполнять указания Ксантии.
Оказалось, было совсем нетрудно сбросить плащ, развязать маску и выскочить из единственного имевшегося на ней предмета одежды. Носить минимум одежды на себе действовало возбуждающе, ее кожа реагировала на полноту свободы. Андре как-то заявил ей, что секрет эротики таился в неожиданности. Она долго, нахмурив брови, размышляла над этой совершенно новой для нее мыслью.
Он сказал ей, что шок от внезапного открытия, что вице-королева, с усыпанной драгоценными камнями диадемой на голове, во время королевского приема была без нижнего белья, а сам вице-король под своим царственным нарядом носил атласный пояс с подвязками и черные чулки, оказался в высшей степени эротичным.
– Так, когда тебя застают мастурбирующим или кто-то смотрит, как ты совокупляешься с представителем любого пола, это обычно оказывает на тебя возбуждающий эффект. То же самое происходит, когда ты застаешь других за этим занятием. Сюрприз! Шок! Неожиданность! Все это действует чрезвычайно возбуждающе, – утверждал он.
– Но только не на меня, – парировала она. – Я верю в любовь, в союз двоих, которым не нужен никто другой, не нужны случайные связи, они соединяются навсегда, на всю жизнь.
– Подожди, не торопись с категоричными заявлениями. Поразительно, как много странного, необычного ты обнаружишь в себе, как только откроется волшебная дверь. Часто личность, таящаяся под каждодневным обликом, по-настоящему проявляет себя только в мечтах и фантазиях.
«А ведь именно это и происходит со мной», – подумала Хизер, подойдя совершенно обнаженной к зеркалу, посмотрев на свое тело, погладив себя по худым бокам, плоскому животу. Затем ее пальцы проследовали по краю темных волос, скользнув по холмику вниз. Ее сотрясла дрожь от своего собственного прикосновения, внутри что-то заныло, стало тепло и возникло неосознанное желание. Ее внутреннее «я» начало созревать и расти.
– Я хочу, я хочу! – закричала Хизер почти в голос. – Я сама не знаю, чего я хочу!
«Делай, как я тебе сказала, – она почти слышала нашептывающий ей мелодичный голос Ксантии, – и тогда ты получишь то, что тебе нужно. Я же тебе обещала, ведь так? Верь мне».
На постели лежали шелковая блузка и юбка, жакет, бежевые чулки, туфли, белоснежный пояс, трусики и бюстгальтер. Хизер надела их. Ее пальцы стали неуклюжими и непослушными от нетерпения и выпитого алкоголя. Ансамбль был подобран со вкусом и производил впечатление светского. Но имелось одно весьма важное отличие. Промежность у атласных кружевных трусиков была открыта, и когда она встала перед зеркалом и подняла юбку, то ей была хорошо видна курчавая поросль волос на лобке. Не в силах удержаться, она подтянула трусики повыше, и из прорези показались ее половые губы в окаймлении волосяного жабо. Она чувствовала, как влага наполнила ее вульву. Ей очень хотелось развести половые губы шире и проникнуть пальцем в эту горячую, мокрую глубину. Она очнулась, когда теплый запах собственного пота и сексуальный аромат, исходивший от ее гениталий, достигли ее ноздрей.
Стук в дверь спальни испугал ее. Она быстро опустила юбку и пошла открывать. За дверью стоял молодой человек, причем весьма привлекательный молодой человек с длинными волосами, ниспадавшими на плечи, и со спокойным лицом. Он улыбнулся ей, посмотрев на нее своими огромными глазами, и спросил:
– Вы гостья Андре?
– Да. – Хизер покраснела, так как подумала, не он ли будет объяснять премудрости получения удовольствия. Такой благовоспитанный молодой человек, носивший свободную твидовую тройку, судя по нарочито небрежному изумительному крою, от Ральфа Лорана. Кроме того, на нем был свитер с высоким воротом, а его наряд завершали коричневые грубые башмаки. Он напоминал деревенского жителя. Его вид наводил на мысли об ирландских волкодавах, охоте и тоненьких девушках со всклокоченными волосами и в немыслимых беретах, длинных тонких юбках, кургузых вязаных кофтах и огромных башмаках, носимых поверх грубых чулок из толстой шерсти. Он улыбнулся, и его лицо озарилось самой прекрасной из улыбок, которые ей доводилось видеть.
– Они готовы. Я провожу вас.
«Провожу куда? – Незваная мысль мелькнула в ее голове. – Провожу к оргазму? Я бы не возражала, если бы он оказался моим учителем, хотя выглядит он довольно зеленым и неопытным».
Она взяла свою сумочку из телячьей кожи и последовала за ним по тускло освещенному коридору. Темно-красный ковер поглощал звуки их шагов, и они на всем пути не произнесли ни слова, хотя он посылал ей время от времени ободряющие улыбки. Они спустились по нескольким ступенькам, прошли по еще одному небольшому коридору и остановились у двери. Он произнес своим мягким голосом:
– Вот мы и пришли.
Дверь бесшумно распахнулась, и Хизер вошла внутрь. Молодой человек не последовал за ней, и дверь закрылась, будто бы движимая незримой рукой.
Она оказалась в прихожей. Комната бы небольшой, круглой, с куполообразным потолком, окруженным голубыми и золотыми звездами. Деревянные колонны были раскрашены под мрамор. На стенах тут и там висели портреты прекрасных дам. Помещение было выполнено в стиле эпохи короля Эдуарда, когда считалось вполне пристойным во имя высокого искусства изображать обнаженных женщин в вымышленных сценках, древнегреческих, например, или римских. В углублении Хизер заметила закрытый гобеленом проход в другое помещение. Около него стоял другой молодой человек, на этот раз итальянской наружности, в блестящем вечернем костюме. Он улыбнулся ей через комнату и, держа откинутой драпировку, кивнул головой, показывая, что она может пройти. Она остановилась на пороге, почувствовав, что занавесь за ней закрылась. Комната была отделана в барочном стиле, который был популярен в ранние его годы и пришел на смену готике. Темная драпировка, тяжелая мебель, изобилие диванов, канапе и кушеток, море зеркал и многое другое. Все было «слишком» и напомнило Хизер виденные ею литографии, изображавшие богатые бордели того времени. При мерцающем свете газовых горелок она увидела ослепительно прекрасных, затмевающих своей красотой все вокруг шесть женщин. Черные бархатные ленточки подчеркивали белизну кожи, тугие корсеты стягивали осиные талии, обнаженные груди возвышались над лифами. На их длинных ногах были черные чулки, подвязки были украшены бриллиантами, трусы – кружевами, обуты они были в высокие ботинки на пуговицах. Их боа из перьев были разбросаны по огромным стульям. На столе в беспорядке лежали шляпки, шелковые цветы и страусовые перья. Поглощенная созерцанием этой живописной картины, Хизер своим заторможенным умом не сразу осознала, что женщины никак не отреагировали на ее приход. Более того, они не обращали никакого внимания друг на друга. Они были полностью заняты собственными персонами. Одна лежала с прямо вытянутыми ногами на канапе. Ее груди смотрели вверх, будто бы соски устремились куда-то в определенную точку. Другая занимала стул. Ее колени были широко разведены, и она пропущенными под ними руками трогала себя между ног. Третья, выставив попку, с широко расставленными ногами стояла перед трюмо и смотрела на отражение своей промежности, энергично массируя ее. Четвертая, стоя на четвереньках, обеими руками терла свой набухший клитор. Пятая сидела на стуле с раздвинутыми ногами и, смочив свои половые губы смягчающим маслом, ласкала половые органы. Последняя лежала на кровати и с помощью ручного зеркальца, которое она держала между ног, наблюдала, как увеличивается и наливается ее бутон, когда она с ним играется. Они были поглощены собой, восхищением собой, доставлением себе удовольствия.
Хизер не могла оторвать взгляда от этого зрелища. Ее ноги потяжелели, и она почувствовала, будто вся ее кровь прилила к промежности. Она с жадностью смотрела на то, чем они занимались. Эти женщины захватили все ее внимание, особенно та, которая лежала на канапе. Она наслаждалась тем, что неторопливыми движениями поглаживала свои гениталии. Ее ноги были широко раздвинуты, и Хизер могла видеть глубину ее расщелины, ее набухшие половые губы и царящий над всем этим великолепием клитор. Очевидно, ни одна из них еще не достигла оргазма. Хизер мысленно подбадривала их, очень желая посмотреть, что произойдет с каждой, когда они будут кончать. Но из двери в глубине комнаты вошла еще одна женщина. Она была одета в темно-синюю форменную одежду медсестры, включая накрахмаленный фартук и косынку.
– Сюда, мадам, – обратилась она к Хизер. – Доктор примет вас.
Доктор? Хизер не могла припомнить какого-либо упоминания о докторе. Она строго сказала себе, что это только игра. Сексуальная игра для взрослых. Возможно, она основана на каких-то детских воспоминаниях. Врачи и сестры. Разве дети не играют в них для того, чтобы удовлетворить свое любопытство относительно устройства половых органов друг друга? Сама Хизер никогда не играла, и сейчас она истерично хихикала по пустякам, как невинный ребенок. Невинный? А не будет ли для нее лучше стать развратной? На негнущихся ногах, с нервами, натянутыми, как струна, она последовала за сестрой.
Она оказалась в стерильном кабинете с белыми стенами. Главным предметом в нем была узкая и жесткая смотровая кушетка. Человек в белом халате и хирургической маске на лице поднялся, как только она вошла. Кроме него, в комнате было еще четыре человека.
– Это мои студенты, – объяснил он низким и вежливым голосом.
Он был красив, этот великолепно сложенный человек с серебристыми волосами и наманикюренными руками. Его добрые голубые глаза изучающе взглянули поверх маски на Хизер. Он сверился со своими записями.
– Я вижу, что у вас никогда не было оргазма. Ну, с этим мы что-нибудь придумаем, дорогая. Не так ли?
Хизер застенчиво кивнула, хотя ее возбуждение все нарастало. Каждый нерв в ней вибрировал. Она услышала крики, доносившиеся из соседней комнаты. Это были крики радости, крики удовольствия. Женщины достигали своей цели: они кончали. Она тоже всеми фибрами своей души жаждала оргазма. Все ее чувства обострились в результате всего того, что произошло с момента ее приезда в Тоставин-Гранж.
– Снимите свой жакет, – сказал доктор, и один из помощников повесил его на стул. – Теперь скиньте туфли и ложитесь на кушетку.
Она так и сделала. Кушетка была высока, и он помог ей.
– Расслабьтесь, – сказал он приятным голосом, – вы еще будете меня благодарить.
Комната была мягко освещена, и она была благодарна за это.
– Во время работы я буду говорить, – сказал он, – объясняя вам и моим студентам, что происходит и что должно произойти.
Хизер легла на спину и закрыла глаза. Она ощутила тепло и тяжесть рук доктора на своей груди. Дыхание у нее перехватило, а сердце забилось чаще. Всем своим телом она ощутила, как острое желание пронизывает ее клетки и собирается в том самом месте между ног. Своей правой рукой он накрыл ее левую грудь и слегка сжал, несильно поглаживая ногтем сосок.
– Грудь очень чувствительна к прикосновению – как бы между прочим произнес он лекторским тоном. – Следует помнить, что это эрогенная зона у нормально развившейся женщины. Мужские соски тоже достаточно чувствительны, но сегодня мы рассматриваем вопросы получения удовольствия женщиной. Не так ли, моя дорогая?
– Да, о да… – Хизер говорила с трудом.
– Как вы себя чувствуете? Моим студентам было бы очень полезно, если бы вы описывали свои ощущения на всех этапах.
Ее груди просяще тянулись к его рукам, соски стали твердыми под его пальцами.
– Это прекрасно. Горячо и больно. И эта сладкая боль собирается наверху моей щелки. Расстегните меня, пожалуйста.
– Вы хотите, чтобы я прикоснулся к вашему обнаженному телу?
– Да, я хочу этого больше всего на свете. Пожалуйста, быстрее.
Он кивнул одной из сестер, и та начала медленно и аккуратно расстегивать ее шелковую блузку. Медленно, медленно, пуговица за пуговицей. Веки Хизер поднялись. Она хотела видеть глаза доктора, когда спадет блузка и откроет его взору ее изголодавшиеся груди и созревшие красно-коричневые соски. Эти глаза улыбались ей сверху, остальное лицо скрывалось под маской.
– Хорошая девочка. А теперь я поглажу и пососу их. Вот так.
Он сдвинул маску и взял в рот каждую грудь по очереди, сося их, покусывая, используя язык. Она вся тряслась и извивалась, ее ноги непроизвольно поднимались. Он прекратил целовать ее грудь, с тем чтобы опять начать говорить.
– Она уже возбуждена. Необходимо идти дальше, иначе она станет нетерпеливой, будет недовольна, потеряет стремление к достижению оргазма. Но мы продолжим удовлетворение путем раздражения грудей. Я хотел бы, чтобы двое из вас встали позади ее головы и продолжили ласку сосков, пока мы перейдем к осмотру ее гениталий.
Хизер задрала ноги, и кто-то, она не видела кто, стянул с нее трусы. Ее юбка была высоко задрана. Доктор направил свет лампы таким образом, что она освещала ее лобковую область.
– Наиболее важной частью женских половых органов является клитор. – Его спокойный голос усилился. – Это единственный человеческий орган, предназначенный исключительно для получения удовольствия. Почему же его так недооценивают? Достойно сожаления то, что очень многие мужчины пренебрегают этим замечательным, способным к эрекции уплотнением. Многие даже не подозревают о его существовании. Спросите среднего человека, где находится клитор. Он либо не сможет вам ответить, либо, того хуже, скажет, что никогда о таком не слыхал. И это тогда, как этот сгусток нервных окончаний является более чувствительным, чем его мужской аналог – пенис.
– Это его аналог? Он как пенис? – спросил один из студентов.
– В известной мере. У него есть маленькая крайняя плоть, крохотный капюшон, но он не извергает жидкости. Я покажу вам.
Он развел ее ноги, слегка похлопал по бугорку и погладил волосики на лобке. Затем он провел пальцами по ее половым губам. Хизер глубоко вдохнула, и ее ноги окончательно раздвинулись. Легким прикосновением, заставившим ее застонать, он погладил кожу между промежностью и верхушками чулок. Затем она почувствовала, как он, придерживая ее большие половые губы и открывая их двумя пальцами, третьим проник в нежную расселину к точке наслаждения.
– О, доктор, что вы делаете? У меня все болит внутри.
– Остановиться?
– Я умру, если вы остановитесь.
– Хорошо. Это хорошо, – пробормотал он. – У нее там восхитительно – мягко, тепло, приятно. Обратите внимание на то, как раздвигаются губы: сначала большие, затем малые. Посмотрите на шелковистый мокрый проход, на то, как утолщается и меняет цвет слизистая оболочка. Внимательно осмотрите клитор, небольшой бугорок, который находится в верхней части половых губ. Он увеличивается и наполняется кровью. Замечательный орган. Он значительно выступает вперед по сравнению с остальными частями тела, крепящимися к лобковой кости. А у нее к тому же он большой. Мне не доводилось видеть клитор, прекраснее чем этот. Это был хороший, подробный осмотр. Перейдем к стимуляции.
Его слова воспламенили Хизер. Она была горда своим клитором. Доктор сказал, что он большой! Сейчас он прикоснется к нему! Она была в напряжении. Никогда в жизни она так еще не хотела чего-нибудь. Улыбаясь, доктор положил на него свой палец. Немедленно все клеточки ее тела наполнились сказочными ощущениями, отозвался каждый нерв, так, будто он повернул невидимый выключатель. Ее ноги судорожно дернулись, прижимая этот знающий палец. Он начал потирать нежно, мягко, равномерными движениями, до тех пор пока ее клитор значительно не увеличился.
– Он уже затвердел, – продолжил доктор читать лекцию своим ровным и приятным голосом. – Подойдите ближе. Видите?
От осознания того, что они рассматривают ее самые интимные места, ее и без того бешеное возбуждение еще более возросло. Она потянулась лобком к этому волшебному пальцу, ибо поглаживание маленького жадного органа стало легким, как перышко. Она начала стонать, от возбуждения у нее дрожали бедра. Эта дрожь отдавалась в живот и отзывалась в спине. Сестры, опустившись на колени, мяли ее груди, пощипывали, гладили и крутили соски, соизмеряя свои движения с движениями доктора, пока ей не стало казаться, что у нее уже три клитора и каждый из них, отзываясь на раздражение других, зовет к развязке.
Доктор засунул палец в вагину, чтобы смочить его и большие половые губы ее соками. Хизер застонала громче. Он, опять аккуратно определив местонахождение этой жемчужины, продолжил свой неторопливый волшебный массаж – взад и вперед. Это не были скучные, однообразные движения. Он нажимал то сильно, то совсем легко. Он моментально менял тактику, если ему казалось, что он не так ласкает это чувствительное место. Но доктор всегда возвращался на ту точку, где она наиболее сильно реагировала на фрикции, на увеличившийся клитор.
– Скажите мне, пожалуйста, что вы чувствуете, моя дорогая, – спросил он так заботливо и участливо, что она готова была влюбиться в него.
– Я не могу объяснить этого. – Она тяжело дышала, ее сердце громко стучало.
– О, я не хочу много разговаривать. Просто скажите мне о своих ощущениях.
– Мне так хорошо! Это так приятно! Потрогайте меня там… еще… не так сильно… гладьте его… ласкайте…
– Она не нуждается в искусственной смазке, – удовлетворенно сказал доктор своим ученикам. – Видите, как жидкость выделяется вульвой? Это лучшая смазка, которая есть в природе, но, к сожалению, часто мужчины не возбуждают женщин в мере, достаточной для выделения ее значительного количества. Неумелый любовник может травмировать свою партнершу, если войдет в нее, пока она еще суха.
Теперь Хизер начала понимать, что ощущают мужчины, когда извергают семя в конвульсиях оргазма. Волны прекрасного, болезненного, драгоценного возбуждения, которые несут ее куда-то, становятся все сильнее и сильнее. Она издавала короткие, резкие вскрики, знаменовавшие собой начало ее вступления на восхитительную территорию. Затем она затихла, охваченная немотой перед оргазмом.
– Она уже очень близка, – услышала она слова доктора. – Нам выпала высокая честь присутствовать при ее первом в жизни оргазме. Обратите внимание, как она затихла. Глаза закрыты, дыхание прерывистое. Я думаю, наступает момент.
Она мечтала только об одном, чтобы ничто не прервало этих сладостных ощущений, которые она испытывала, когда доктор и его помощники подводили ее к заветной цели. Чувство боли и наслаждения все нарастало, пока она не почувствовала себя на небесах от самой большой радости, которую она знала в жизни. Ее голова запрокинулась, тело выгнулось. В самый момент оргазма, ни на секунду не переставая массировать клитор, доктор ввел два пальца ей в дрожащее влагалище, и его мышцы в серии сильных спазмов сдавили их. Великий момент, она кончила! Она понимала тех мужчин и женщин, которые ради таких моментов рисковали своими жизнями и честью. Они платили за них, устраивали заговоры, убивали и умирали. Наконец-то она поняла, за что. Она без сил лежала на кушетке. Глаза были закрыты, голова повернута набок, тело все еще продолжало дрожать, а возбуждение спадало, уступая место восхитительному ощущению покоя и чувству освобождения.
Доктор переложил свои руки на ее грудь, не возбуждая, а слегка поглаживая.
– Вам понравилось? – спросил он.
– О да! Я никогда не думала, я даже не мечтала… – Она смешалась и улыбнулась доктору и четырем его помощникам, которые стояли вокруг и поздравляли ее, словно она победила в какой-то гонке и получила золотую медаль. Ее ощущения были абсолютно теми же.
– Когда я смогу испытать это снова?
– Так не терпится? – засмеялся он. – Вы будете готовы прямо сейчас, но, я думаю, мы придумаем что-то другое, не так ли?
– Я хочу то же самое, – попросила она, – потрите мой клитор, потрогайте соски. Делайте все, как в прошлый раз.
Опять ее соскам было уделено должное внимание, опять ее клитор ласкали, пока он не увеличился, опять повторилась ее гонка к оргазму. Но на этот раз женщины, которые исполняли роли сестер, задрали подолы своих юбок и мастурбировали, а мужчины расстегнули ширинки, достали члены и тоже энергично онанировали.
После того как Хизер вновь кончила, доктор встал у нее за спиной на колени и, широко расставив ноги, приставил свой инструмент к ее вагине. Он был красный, такой огромный и толстый, что она побоялась, что не сможет его всего принять. Но она была уже такой мокрой и готовой, что смогла. Она почувствовала его глубоко в себе. Он издал громкий крик и наполнил ее влагалище морем горячей спермы.
За этим последовал краткий период забытья, когда Хизер спала или ей казалось, что спала, но откуда-то из небытия она услышала голос Ксантии:
– Теперь ты женщина, дорогая. Просыпайся. Скажи мне, как тебе это понравилось, хотя я наблюдала твое замечательное представление.
Хизер очнулась, потянулась и обнаружила, что она уже не на кушетке, а своей комнате. Как она попала сюда? Это было непонятно, так как она не помнила ничего с того момента, как доктор разрядился в нее. Все еще слабая, она откинулась на подушки и прошептала:
– Ты наблюдала за мной?
Она ощущала легкое жжение в промежности и липкую мокроту, вытекавшей из ее щели спермы.
Ксантия в наброшенном на плечи свободном шелковом халате присела на краешек кровати лицом к ней.
– О да. Мы с Андре ни за что не хотели пропустить момент твоей потери девственности. Там, высоко в углу комнаты, есть камера службы безопасности. Так что ты доставила удовольствие сразу нескольким людям: себе, доктору, его помощникам и подглядывающим. Вот что такое жизнь в Тоставин-Гранж.
Сказав это, Ксантия подумала о том, что было совсем недавно. Она лежала в соседней с «кабинетом» комнате и следила за всем происходящим на экране, а в это время Андре обрабатывал ее любовный бутон, чьи-то неизвестные руки ласкали ее груди, а Джейсон вставил свой член в ее анус. Это было замечательно.
– Ну как, ты еще не устала кончать? – спокойно спросила она.
Ксантия горящими глазами любовалась красотой Хизер. Она больше не была Ледяной Принцессой. Волосы ниспадали с ее обнаженных плеч. Она больше не стыдилась того, что простыня соскользнула, открыв ее обнаженное тело. Было ли это воображение Ксантии, но казалось, что кожа ее светилась, соски потемнели, груди стали полнее, а половые губы стали более выраженными. И все это после одного «сеанса лечения»!
– Я спала, когда ты пришла. Ты меня разбудила. Я не успела помастурбировать, – ровным голосом ответила Хизер, ровным, хотя она ощутила жгучее желание внизу живота, когда произносила запретные слова. Ей надо было опять кончить. И срочно!
– Можно я посмотрю? – попросила Ксантия, – Я покажу тебе, как это делается. Нет ничего лучше неспешного онанизма. Иногда я даже не хочу ни с кем этим делиться.
– Есть несколько вещей, которые я не понимаю, – начала Хизер. – Заполненность. Что это такое? Всю жизнь мне говорили, что женщина может кончить только тогда, когда мужчина входит в нее.
Хизер чувствовала себя свободной. Оргазм, в достижении которого ей так долго было отказано, освободил ее. Теперь она может об этом говорить, она хочет об этом говорить, она хочет только об этом говорить. Это было самым важным!
– Заблуждение, исходящее от мужчин. – Ксантия говорила очень убежденно. – Мой член, мол, такой большой и важный, что ты не сможешь без него внутри себя получить удовольствие.
– А что такое точка G? – Хизер сложила руки на своих поднятых коленях и задавала вопросы, которые мучили ее вот уже много лет.
– Теория, предложенная еще одним мужчиной, Эрнстом Графенбергом. Она даже была названа в его честь. – В голосе Ксантии звучала сталь. – Он утверждал, что на задней стенке вагины имеется участок, который при раздражении дает ощущение оргазма. Откуда это ему известно? У него что, была вагина? Или он хотел опорочить клитор, который прекрасно действует без всякого участия мужчин?
Ксантия распахнула халат, погладила свое обнаженное тело и положила руки на груди. Она покачала их, любовно погладила соски круговыми движениями больших пальцев, застонала от удовольствия и сказала:
– Я возбуждаюсь даже от разговоров о клиторе. Он требует, чтобы им немедленно занялись. Я чувствую, как он ноет. Я должна немедленно его потрогать.
Хизер, наблюдая, вдруг обнаружила, что ее собственная рука легла на грудь и принялась поглаживать затвердевший сосок. Другая спустилась к промежности, отыскивая клитор пальцем. Она нащупала его, гордо вспоминая слова доктора о его размере. Аккуратно продвигаясь глубже, Хизер продолжила изучение, которое принесло ей волны удовольствия, и поняла, как глубоко он идет, крепясь к самой лобковой кости.
– Правильно, – одобрила ее действия Ксантия. Она облизнула свои губы. – Попробуй так, если хочешь. Сильно потри его с обеих сторон. Заставь его встать и молить о продолжении.
Пока она говорила, ее пальца слегка дразнили собственный любовный бутон. Они поглаживали его, легонько похлопывали и сжимали. Таким путем она продлевала состояние ожидания оргазма, приучая себя терпеть. Она иногда останавливалась, ласкала только самый кончик клитора, заставляя спазмы отступать.
– Правильно? – прошептала Хизер, дрожа от прекрасных ощущений, которые она получала от онанизма.
– Пусть это продлится подольше. Ты научишься достигать этого. Я контролирую себя. Иногда я заставляю себя терпеть по часу, зато, когда я наконец кончаю, это бывает волшебно.
Ксантия не могла контролировать себя в этот раз, хотя говорила Хизер делать так. Слишком возбуждало ее зрелище девушки, мастурбирующей первый раз в жизни. Она, широко разведя ноги в сандалиях на высоких каблуках, встала лицом к Хизер. Напрасно она пыталась изящно полностью реализовать свой богатый опыт. Для нее было просто невозможно видеть Хизер с вытаращенными глазами, открытым ртом и пальцем, ритмично, в завораживающем темпе натирающим вагину. Ксантия была вынуждена сдаться.
– Я больше не могу сдерживаться, – простонала она, зная, что замечательное чувство ожидания приближающегося оргазма уже охватило ее. Ее ноги задергались, пальцы, сильно натиравшие клитор, задрожали, она резко вскрикнула и, будучи не в силах более выносить эту сладкую муку, разрядилась одним коротким, но сильнейшим взрывом.
Хизер еще не умела продлевать удовольствие, задерживая наступление оргазма. Возбужденная сверх всякой меры видом бьющейся в экстазе Ксантии, она не смогла устоять, и прекрасные ощущения разлились по всему ее телу. Оргазм был мощным. Это было одно из сильнейших и наиболее ярких впечатлений в ее жизни. Как полет в космос и благополучное приземление в своих собственных руках. Она закричала. Слезы благодарности ручьями бежали по ее лицу, когда она сама себе шептала:
– Спасибо, спасибо, спасибо…
Было ли это эгоистично? Если да, то эгоизм творил добро. Она нашла смысл своей жизни в том, какое ощущение счастья было у нее в момент оргазма. Ее душа стала шире. Она любила весь мир и все, что в нем есть. Она хотела совокупляться со всеми!
Хизер очнулась в объятиях Ксантии. Ее голова покоилась у нее на золотисто-коричневых грудях, а рукой Ксантия прикрывала вагину девушки, как бы стараясь уберечь ее от нее самой.
– Я сделаю это для тебя, а ты можешь поласкать меня, – промурлыкала она своим низким голосом. – Но это будет потом, а сейчас давай поспим. Завтра будет новый день, и в нем тебя ждет множество замечательных вещей. Я покажу тебе, как пользоваться вибраторами и искусственными членами. Другое их название – Godemiche. Это означает «Я доставляю себе радость». Как и клитор, они существуют только для удовольствия женщин.




Предыдущая страницаСледующая страница

Читать онлайн любовный роман - Свобода желаний - Деверо Зара

Разделы:
Глава 1Глава 2Глава 3Глава 4Глава 5Глава 6Глава 7Глава 8Глава 9Глава 10Глава 11

Ваши комментарии
к роману Свобода желаний - Деверо Зара



Для этого жанра очень даже неплохо.Но скромницам читать не рекомендую.
Свобода желаний - Деверо Зараангелок
25.06.2012, 17.13





Честно под конец стало противно читать!
Свобода желаний - Деверо Заракэт
9.02.2013, 1.31





Ха ха, это порнушка...
Свобода желаний - Деверо ЗараStefa
13.02.2014, 2.03





Очень возбуждающее произведение! Такие вещи должны быть среди романтических историй. Они хорошо напоминают, что не всегда нужно зацикливаться на любви, особенно, если нет достойного внимания человека для воплощения этого сильного чувства. Пусть будет сэкс! Иначе можно всю жизнь прождать и зачахнуть не получая от жизни никакого удовольствия!
Свобода желаний - Деверо ЗараРеалистка
19.10.2014, 20.33








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100