Читать онлайн Дорога страсти, автора - Деверо Джуд, Раздел - Глава 13 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Дорога страсти - Деверо Джуд бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 8 (Голосов: 88)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Дорога страсти - Деверо Джуд - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Дорога страсти - Деверо Джуд - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Деверо Джуд

Дорога страсти

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

Глава 13

Хэнк привез Аманду на укромную поляну у пруда, окруженного деревьями — туда, где однажды они устроили пикник. Ему пришлось почти вытолкнуть Аманду из машины, и теперь она стояла, бессильно опустив руки.
— Аманда, — позвал он, но она не ответила, и он взял ее руки в свои. — Скажи что-нибудь.. Ты еще никогда не сталкивалась с бедностью так близко, верно? Тебя заперли в хорошеньком уютном домике, и ты не знала, что такие люди вообще существуют. Но именно эти люди — собирали урожай, чтобы еда появилась на твоем столе. Потом этих людей покупался шелк на твои платья и бриллианты на твои пальцы.
Она попыталась отстраниться от него, но он крепко держал ее за руки.
— Я хочу домой! Я сожгу свое платье, но я хочу опять жить по расписанию! — В ее глазах появились слезы. — Отпусти мня, я сказала! Я хочу домой!
Он обнял ее.
— Поплачь, Аманда. Плачь, сколько хочешь. Ты это заслужила.
Она попыталась вырваться. Она не хотела плакать, и она не хотела когда-либо снова видеть его.
— Отпусти меня. Я хочу домой!
— Может быть, это и есть твой дом, — ответил он — прижимая ее к себе. У нее уже не было сил сопротивляться, и вскоре она сама прижималась к нему. Он казался таким сильным. За сегодняшний день она увидела столько слабых, больных людей, которые не могли даже обратиться к врачу! Она расплакалась в его объятиях. Он медленно опустился на землю и, прислонясь спиной к дереву, сжимал ее в своих руках.
— У этих людей не было еды, а я беспокоилась о том, на сколько баллов напишу очередную работу.
Он вытянул шпильки из ее прически, и волосы полностью закрыли ее спину.
— Не вини себя в этом.
— Но мой отец…
Он нежно прижался губами к ее губам, желая только успокоить ее, но, к удивлению обоих, это произвело эффект взорвавшейся бомбы. Аманда приоткрыла губы и прижалась к нему всем телом. Руки Хэнка нашли ее грудь, и как только Аманда почувствовала это, ее тело расслабилось и раскрылось навстречу ему.
— Аманда, — прошептал он. — Мы должны остановиться, или я не выдержу.
— Пожалуйста, не останавливайся, — молила она. — Я не перенесу, если еще один мужчина оттолкнет меня. Люби меня! Дай мне почувствовать, что я чего-то стою.
Хэнк честно попытался остановиться. Она сейчас слишком расстроена и вымотана, но если что-то между ними произойдет, она может пожалеть об этом на следующее же утро.
— Пожалуйста, Хэнк, — шептала она. — Ну пожалуйста…
Когда-то давно он подумал, что «пожалуйста», произнесенное Амандой, может заставить его сделать все, что она захочет. И он был прав. Он не мог ей ни в чем отказать, и даже разум отступал перед этим «пожалуйста».
Он поднялся, подхватил ее на руки, и зашагал к пруду.
— Как насчет купания, малышка? И он шагнул в воду — прямо в одежде, обуви и что там еще на них было. Холодная вода отрезвила Аманду.
— Профессор Монтгомери, — произнесла она нервно. — То, что я сказала минуту назад… Он поцеловал ее.
— Ты можешь драться со мной или помогать мне, но результат будет одинаков. Ты уйдешь отсюда совсем другой.
Она стояла на цыпочках, вода доходила ей до пояса. Взглянув в глаза Хэнку, она поняла, что он прав. Она подумала, что желала его с первого мгновения их встречи. Сегодня вечером она будет делать то, что хочется именно ей. Сегодня вечером она не сможет спрятаться за расписание или кого-то, кто бы указывал ей, что делать.
— Да, — прошептала она и начала расстегивать платье.
Хэнк отвел ее руки, высвободил пуговицы из петель, и спустил платье с плеч. Ее взгляд, исполненный страсти, пронзил его, как нож.
— Я хочу тебя так, как никогда, никого и ничего не хотел в своей жизни, — произнес он и притянул ее к себе. Ее ноги оторвались от дна. Ни один из них не заметил, что платье Аманды упало в воду.
Он жадно целовал ее, в то время как руки освобождали тело Аманды от нижней сорочки, стягивая ее вниз. Когда бретельки сорочки не поддались, он разорвал их.
Аманда была слишком возбуждена, чтобы думать. До этого ее жизнь была лишена страсти, и теперь она отвечала ему со всем нерастраченным пылом. В нем был каждый танец, который она не станцевала, каждый глоток шампанского, который ей не пришлось выпить, каждый роман о любви, который ей не довелось прочитать, каждое свидание, на котором она не побывала, каждое пожатие руки, которое ей не удалось ощутить.
Ее груди высвободились, и Хэнк припал к розовым соскам, погружая их в горячий плен своих губ.
У Аманды ослабли ноги, и Хэнк поддержал ее одной рукой, поглаживая другой полную округлую грудь. Он подхватил Аманду, и тяжелое намокшее белье соскользнуло в воду. Теперь на ней оставались только черные чулки и черные подвязки.
Хэнк по-прежнему сжимал грудь и, припав к ней ртом, ласкал языком нежные соски. Ноги Аманды обвились вокруг его туловища. Он опустил ее на траву. Он скользил языком все ниже по коже живота, осторожно покусывая зубами нежную плоть.
— Посмотрим, какая ты на вкус здесь, — прошептал он, погружая язык в самую потаенную ее часть.
Глаза Аманды широко раскрылись, она схватилась руками за его волосы и попыталась оттолкнуть от себя, но язык Хэнка продолжал двигаться где-то внутри нее. Она откинулась на спину и сжала его голову меж своих шелковистых коленей. Его руки ласкали грудь Аманды, соски напряглись и стали очень чувствительными.
Ей показалось, что еще мгновение, и она умрет, но Хэнк оторвался от нее и начал ласкать внутреннюю поверхность бедер. Она чувствовала, как кожа под его руками становится все горячее и горячее. Она стонала под ним, а его руки скользили по ее ногам, по шелковым чулкам, которые все еще были на ней. Шелк и кожа…
Вдруг его руки остановились, и Хэнк отодвинулся.
Аманда в ужасе открыла глаза. Неужели все?
— Одно мгновение, малышка, — хрипло произнес Хэнк, словно прочитав ее мысли. Он начал раздеваться, и Аманда в смущении отвернулась.
— Не надо, не отворачивайся, — сказал он и лег между ее согнутых ног. Она почувствовала собственный аромат на его лице, и это не показалось ей отталкивающим, скорее, возбудило еще больше. — Смотри на меня, как я смотрю на тебя. Целуй меня, как я тебя целую.
Аманда хотела было сказать «нет», но он уже проник языком меж ее губ. У нее не было сил сопротивляться.
Он разделся очень быстро, и Аманда снова чувствовала его кожу на своей. Это ощущение сводило ее с ума. Он снова целовал ее грудь, постепенно продвигаясь все выше. Аманда с жаром отвечала ему, покрывая поцелуями его лицо, губы, шею. Она опустилась ниже, и вскоре ощутила, как волосы на его груди щекочут ей лицо. Она опустила голову еще ниже, жадно вдыхая его запах, запах мужчины. Он сжимал ее голову своими сильными руками, и Аманда почувствовала себя хрупкой и одновременно очень сильной — услышав, как бьется его сердце, она ощутила свою власть над ним.
Она ласкала мускулистый живот Хэнка и чувствовала, как рядом пульсирует что-то очень мощное и твердое. Еще мгновение, и она ощутила это у своих губ…
— Нет, — слабо прошептала она и попыталась отвернуться.
— Я — за равные права для всех, — хрипло пошутил он. — Попробуй меня, Аманда.
Она несмело взяла этот пульсирующий стержень в руки и коснулась его губами. Он был твердым и горячим, как согретый солнцем мрамор, и она начала жадно ласкать его, погружая все глубже в рот.
Она застонала, когда Хэнк отодвинулся от нее. Они оба дошли до предела.
Аманда была влажной, влажной и готовой ко всему, когда Хэнк легко, как рука в перчатку, вошел в нее. Она изогнулась, и Хэнк, успокаивая ее, немного отодвинулся. Это было нужно и ему самому, так как он чувствовал, что взорвется, если продвинется еще на миллиметр.
Аманда нашла свой ритм и начала осторожно двигаться под ним. Хэнк оперся на руки, закрыл глаза, на его прекрасном лице появилось выражение странной смеси удовольствия и боли. Аманда же напоминала ребенка с новой и удивительной игрушкой — она скользила вниз-вверх, внутрь-наружу, наслаждаясь тем, какая она мягкая и податливая, а он — твердый и сильный. Как шелк и мрамор…
Вдруг ее тело напряглось, пальцы впились в спину Хэнка, и она с силой притянула его к себе. Она хотела всем телом ощущать его горячую, гладкую, ароматную кожу. Ее ноги обвили тело Хэнка, и она заставила его погружаться все глубже и глубже в нее.
Остатки разума покинули его, и он превратился в зверя — дикого, жестокого, ненасытного. Он сжимал ее с такой силой, будто от этого зависела его жизнь. Только она могла утолить огонь, пылавший в нем.
Аманда прижалась к нему, и они слились в одну слепую, слабую плоть. Мысль о том, чтобы разлучиться, заставила Хэнка содрогнуться. Они стали одним целым.
И только спустя несколько очень долгих мгновений Аманда пришла в себя. Она яростно прижимала его к себе руками, ногами, сжимая внутри мускулами, о существовании которых узнала только сегодня. Она зарылась лицом в его грудь, стараясь ощутить его всем телом.
Хэнк сжимал ее так же сильно. Ему никогда не приходилось испытывать ничего подобного. Ни одна женщина не доставляла ему подобного наслаждения. Когда она начала расслабляться под ним, он не смог найти сил, чтобы освободить ее от своего тела. Вместо этого он осторожно перекатился на спину, одновременно удерживая ее и стараясь не выходить из ее горячего, желанного тела. Она оказалась наверху, и Хэнк мысленно поклялся, что не позволит ей и ногой ступить на землю. Он хочет оставаться так вечно, сохранив только для себя каждый изгиб, каждый волосок ее тела.
Ему показалось, что она задремала. Она выглядела расслабленной и пресыщенной. Линии ее тела полностью повторяли его собственные, так что казалось, будто они — части одного целого, разделенные лишь по ошибке. Теперь они снова были вместе.
Он гладил волосы Аманды и, боясь потревожить ее, тихо лежал под ней. Она заслужила отдых, как никто другой. Когда они только встретились, Хэнк пытался заставить ее раскрыть глаза и посмотреть на мир вокруг. Но сегодня, когда ее глаза наконец открылись, ему захотелось укрыть ее, увезти подальше от дома, где находился штаб. Ее так напугала бедность! И он чувствовал, что она винит во всем себя. Ну почему она думала, что виновата за все зло, какое только существует в мире? Почему она думала, что должна подчиниться Тейлору, чего бы он ни потребовал? Или отцу? Приходилось ли Аманде делать то, чего хочется именно ей?
Он еще крепче прижал ее, чувствуя, как она свернулась калачиком, словно ребенок, — его ребенок, прекрасный, нежный, самый любимый ребенок.
Аманда приподнялась и посмотрела на него.
— Кажется, я заснула.
Он прижал ее голову к своему плечу.
— Спи, сколько хочешь.
Но Аманда снова превращалась в Аманду, а не слепое орудие страсти. Она даже начала вспоминать кое-что из того, что делала.
— Профессор Монтгомери, я…
— Хэнк, — поправил он ее. Ему не хотелось прерывать эти мгновения или отпускать ее. Он чувствовал, что должен быть именно здесь.
— Мне пора домой, — нежно прошептала Аманда.
— Еще нет, — ответил он, обвил ее тело своими ногами, с сожалением нарушив ту интимную связь, которая их объединяла до последнего мгновения.
Аманда знала, что должна уйти. Ей нужно побыть одной и подумать обо всем, что произошло сегодня вечером. Ее начинало страшить то, что она сделала.
Она встала и отвернулась, пытаясь укрыть грудь от его взгляда.
— Думаю, мне нужно одеться.
Хэнк почувствовал, как все рушится. Аманда снова превратилась в мисс Колден. Если ей хочется делать вид, что ничего не произошло — что ж, он готов.
— Последний раз я видел твою одежду, когда она направлялась прямо на дно пруда.
Аманда все утро чувствовала себя слишком хорошо. Пришло время расплачиваться. Но неужели ей придется войти в дом отца полностью голой? «Профессор Монтгомери и я просто разговаривали, но потом немного увлеклись и…» Она подняла его рубашку и укуталась в нее.
— Что же мне теперь делать? — спросила она, скорее себя, чем Хэнка.
Хэнк сел, безуспешно пытаясь сдержать гнев. Видимо, больше всего ее волновало, как она скроет происшедшее от Дрисколла. Но должен же быть предел заботам о чувствах других! Аманде пора позаботиться о себе, сказать, наконец, «этого хочу я».
— Я отвезу тебя домой, — спокойно произнес он. — Проберемся внутрь, как в тот вечер после танцев.
"Ничего похожего на «останься со мной», — подумала Аманда. — Ни одного слова любви. Ничего похожего на «я хочу провести остаток моих дней с тобой». Совокупление, как у животных, а теперь можно и по домам». Она заслужила это, не так ли? Она бегала за ним, искала встречи. Он уехал с ранчо, а она помчалась за ним, залезла в его машину и умоляла заняться любовью с ней. Как это говорится? «Просите осторожнее — иначе это получите». Она получила то, о чем просила, и теперь пришло время платить — все правильно. Она поднялась.
— Буду благодарна, если вы просто довезете меня до ранчо, — холодно произнесла она. Ей хотелось разрыдаться. Интересно, вернется он к Риве или нанесет визит той хорошенькой итальянке, на которую — она сама это видела — глазел сегодня? Она не осмеливалась посмотреть ему в глаза. При всем своем «приличном» происхождении она оказалась ничем не лучше любой девчонки с окраины. — Я сама смогу попасть в дом.
В полной тишине он довез ее до дома. Оба молчали, погруженные в мысли, обоих переполняли гнев и боль.
Аманда сидела на месте пассажира, одетая в его рубашку и черные чулки чуть выше колен.
— Остановитесь здесь, — сказала она, указывая на длинную подъездную аллею, ведущую к дому. — Дальше я пойду сама.
Он еще больше разозлился, решив, что она стремится избавиться от него как можно быстрее. Бросится ли она, рыдая, в объятия жениха?
— Он не простит тебя, ты же знаешь, — не удержался Хэнк.
— Не простит, — ответила она, не зная, кого именно имеет в виду Хэнк, говоря «он». Да это и не важно, так как она сомневалась, что хоть кто-то теперь простит ее. Она выбралась из машины, и Хэнк даже не помог ей, ничего не сказал, просто уехал, оставив ее в темноте.
Аманда медленно шла по аллее, когда увидела свет в гостиной и сидящую там мать. Аманда прижалась лицом к окну и тихо позвала:
— Мама!
Грейс Колден подняла голову, увидела дочь и подошла к окну.
— Аманда, что случилось? Ты выглядишь так, как будто попала в аварию.
— Все гораздо хуже, — ответила Аманда. — Мама, ты не раздобудешь мне одежду? Свою я, похоже… ну, потеряла.
— Конечно, милая, — ответила Грейс и вышла из комнаты. Через несколько минут она появилась снаружи, с платьем через руку. — Этот дракон, миссис Ганстон, вертится возле твоей комнаты. Я с трудом проскользнула мимо.
— Она действительно похожа на дракона, — сказала Аманда. Она не выходила из тени, пытаясь скрыть от матери, насколько раздета.
— Может, расскажешь мне, почему приходишь домой в одной мужской рубашке? Кстати, это случайно не рубашка профессора Монтгомери?
Но Аманде не хотелось отвечать матери. Она мечтала побыстрее оказаться в безопасности, в своей комнате.
Грейс посмотрела на Аманду и улыбнулась. — Я буду здесь, на случай, если захочешь рассказать, что произошло.
Аманда кивнула. Она боялась, что расплачется, как только заговорит. Они вместе вошли в дом. Тейлор стоял наверху лестницы, ожидая Аманду. Он казался каким-то угрожающе большим, его лицо было темным, как грозовая туча.
— Ты сегодня очень опоздала, Аманда, — сказал он.
— И очень устала, — ответила она.
— Немедленно пройди в библиотеку. Я хочу поговорить с тобой. Сегодня пришел огромный счет за бутерброды. Ты должна это объяснить. А также тебе придется объяснить, почему твои волосы распущены.
У Аманды больше не было сил все это выносить.
— Я слишком устала, чтобы идти в библиотеку, а деньги на оплату счета можно взять из тех, что были сэкономлены на моей еде — меня оставляли без ужина достаточно часто. А сейчас прошу меня извинить — я иду спать.
Аманда слишком обессилела, чтобы понять, насколько бунтарскими были ее слова. Она ушла, оставив за спиной застывшего в изумлении Тейлора и широко улыбающуюся мать. Уже в комнате она стянула платье, чулки и кинулась на кровать, даже не надев ночную сорочку.


На следующее утро миссис Ганстон как обычно постучала в дверь спальни Аманды и сразу же вошла. В комнате царил хаос: на полу валялось платье, в дальнем углу — туфли, со стула свисали чулки. Покрывало наполовину съехало на пол, а поперек кровати лежала голая Аманда, свесив вниз ногу.
Первое мгновение миссис Ганстон была слишком поражена, чтобы говорить.
— Немедленно встать! — наконец закричала она. — Как вы посмели разбросать одежду? Как вы посмели…
— Убирайтесь! — сердито ответила Аманда, прикрыв простыней грудь. — Выйдите отсюда и попросите Марту принести мне немного кофе. Крепкого кофе.
Миссис Ганстон подчинилась.
Аманда села на кровати и сжала голову руками. Голова болела, и визжащий голос миссис Ганстон только усилил боль. Она подняла глаза и увидела Тейлора, стоящего в дверях. «Ну вот он и пришел в мою спальню», — подумала она. Не тогда, когда она умоляла обратить на нее внимание, а сейчас, после того как другой мужчина… касался ее.
— Мне это не нравится, — сказал Тейлор. — Леди не кричат.
Аманда заметила проблеск интереса в его глазах, когда он понял, что она сидит прикрытая одной простыней. От этого ей тут же стало неуютно.
— Мне нужно одеться, чтобы идти на работу. Закрой, пожалуйста, дверь. Тейлор шагнул в комнату.
— Аманда, я не могу позволить тебе идти туда одной. Шофер сказал, что там полно грязных типов.
— Шофера зовут Джеймс, и если эти люди грязные, то только потому, что у них нет денег — или еды, или им негде спать.
— Аманда, — строго произнес Тейлор. — Я запрещаю тебе идти туда. Вчера вечером ты выглядела всклокоченной, как какая-нибудь сборщица с полей, а сегодня утром… — Он замолчал и уставился на нее.
— И что сегодня утром? Я не выгляжу твоей ученицей? Тейлор, пожалуйста, уйди, пока мы не поругались. Мне нужно одеваться, и не говори, что запрещаешь мне идти — иначе мне придется тебя ослушаться. Подожди, пока уберут хмель. Рабочие уедут, и тогда мы все обсудим. А сейчас не заставляй меня говорить то, о чем я позже пожалею.
Тейлор, похоже, не нашел, что сказать. Он вышел из комнаты и закрыл дверь. Аманда откинулась на спинку кровати. В нее как будто вселился другой человек. Она накричала на миссис Ганстон, которая всегда заставляла ее трепетать, и заявила Тейлору, что не подчинится ему.
Она потянулась к столику, где лежало очередное расписание, составленное Тейлором. Ей полагалось быть внизу, надев бело-розовое шелковое платье, в котором она выглядела как восьмилетняя девочка, и завтракать — один тост и два вареных яйца.
Аманда швырнула расписание на стол. Было бы безответственно оставаться здесь ради занятий, когда столько людей нуждалось в помощи. «Безответственный» — так она раньше отзывалась о Хэнке.
— Хэнк, — произнесла она вслух, словно оценивая его имя. Не подходит. Слишком современное, ему не достает романтики. А какое имя проставлено на его книгах? Она взяла с полки над кроватью книгу и открыла титульную страницу. Профессор Генри Райан Монтгомери.
— Райан, — прошептала она. Старинное имя — имя мужчины-воина, рыцаря, сражающегося за простых людей. «Райан, — подумала она. — Сэр Райан. А еще лучше — лорд Райан».
Она поднялась с кровати и принялась, напевая, натягивать голубой костюм. Он был слишком темным, слишком строгим на ее вкус, и она подумала, что нужно поменять портного и заказать что-нибудь, что понравилось бы Райану, то есть Хэнку.
Она прошла в ванную — окончательно выбившись из расписания, — и, поддавшись импульсу, постучала в дверь матери и пригласила ее позавтракать.
— Папа ест в это же время. Позавтракаем втроем, как в старые времена.
— Как раньше, до того… — Грейс не закончила, но Аманда поняла; до того, как появился Тейлор.
Завтрак прошел очень приятно. Аманда молчала — родителям не хватило бы вечности, чтобы наговориться, поэтому она отдалась мыслям о вчерашнем вечере. Может, она поторопилась в суждениях, может быть, Райан — то есть Хэнк — действительно нуждался в ней, и она не была для него просто еще одной женщиной.
Погруженная в мысли, она попрощалась с родителями, даже не подозревая, как изменилось ее поведение. Тейлор ждал ее у машины, и она мысленно подготовилась к новому сражению.
— Я прошу тебя не ходить, — мягко произнес он.
— Я нужна там, — ответила она.
— Здесь ты тоже нужна.
— Здесь никто не помнит, что я вообще существую. Я целыми днями сижу в комнате с книгами и бумагами. Я годами не вижусь с родителями. Тейлор» мне и так тяжело — не делай все еще тяжелее. Я хочу чувствовать, что кому-то нужна.
Тейлор схватил ее за локоть.
— Ты нужна мне, — произнес он, и в его голосе послышалась безнадежность.
Аманда чуть было не сказала, что останется с ним, но в памяти всплыли лица голодных детей. Она должна им помочь — любой ценой.
— Все закончится, как только уберут хмель, — сказала она. — Я хочу помочь мирной организации профсоюза.
— Профсоюз! — закричал он, и умоляющее выражение исчезло из его глаз. — Ты не понимаешь, о чем говоришь. Эти люди отнимут у нас все — до последней крошки еды!
Они хотят…
— Поэтому их надо опередить, не так ли? Ты отберешь у них еду, пока они не сделали это с нами? Тейлор, пойдем со мной. Ты должен увидеть этих людей. Они не воры. Просто они…
Он шагнул в сторону.
— Ты забыла, что я уже восемь лет тружусь с твоим отцом. Я видел этих людей. Это безответственные…
— До свидания, Тейлор, — сказала она и пошла прочь.
По дороге в город она погрузилась в вихрь противоречивых мыслей. Сколько всего случилось за последние несколько недель! До приезда Монтгомери она была счастлива и спокойна, но теперь все смешалось. Она уже не понимала, кто такой Тейлор — ее учитель, мужчина, которого она любила или враг. А Монтгомери? Любовник? Друг? Учитель? Враг?
В штабе царил хаос. Джо заявил, что беспорядок — ее вина, так как прошел слух, что здесь бесплатно кормят. Он не доверял Аманде, потому что она была из Колденов, и всячески показывал ей это.
Аманда поднялась по лестнице в комнату, где они вчера работали вместе с Монтгомери. Хотя она твердила себе, что вчерашний вечер для нее ничего не значит, ее сердце забилось, когда она подошла к двери.
Мужчина, который вчера занимался с ней любовью, обнимал и целовал Риву Эйлер.
Аманде показалось, что земля уходит из-под ног. Значит, она была права в своих сомнениях. Она для него была лишь подопытным кроликом. Он просто хотел узнать, сможет ли «агитировать» и ее, заставить бороться за свои права — как он призывал рабочих бороться за свои. Может, сегодня им понадобится переводчик — как если бы она была очередной сборщицей хмеля. Она с сожалением подумала о Тейлоре. Как только уберут хмель, она с радостью вернется к расписанию и размеренной жизни.
— Доброе утро, — жизнерадостно произнесла Аманда и села за стол. Она услышала, как Рива и Монтгомери отпрянули друг от друга, но не посмотрела на них.
— Доброе утро, Аманда, — мягко ответил Хэнк.
Она по-прежнему не смотрела на него.
— Профессор Монтгомери, — отрывисто спросила она, — впустить посетителей? Или вы предпочитаете использовать эту комнату для личных встреч? Я могу перебраться в коридор. Да, думаю, я так и сделаю.
Она начала собирать бумаги.
— Аманда, позволь все объяснить. Она взглянула на него, и когда их глаза встретились, она вспомнила все те слова, что он говорил ей вчера, всю заботу, которую ей дарил. Кровь прилила к лицу, и она отвела взгляд.
— Что объяснить, профессор Монтгомери? — Ей показалось, что он скрипнул зубами. Конечно же, он расстроен — из-за того, что одна любовница застала его с другой. — Новые переводы? Или как мне объяснить людям, что здесь не бесплатная столовая, а профсоюз?
— Объяснить по поводу Ривы. Она…
— Набросилась на вас? — глаза Аманды сверкнули. — Похоже, вам не везет — подобное с вами случается очень часто.
— Аманда, пожалуйста, я… Она схватила со стола нож для вскрывания конвертов.
— Еще шаг, и я воспользуюсь этим. Теперь и его глаза сверкали от гнева. Он медленно сжал ее кулак и заставил опустить нож на стол.
— Будь по-твоему, — сказал он. — Займемся делами — люди ждут.
Аманда была рада снова погрузиться в шум и сутолоку, которую создавали посетители. Они не давали ей думать о прошлой ночи. Рива язвительно улыбалась ей, и Аманда несколько раз чувствовала взгляд Монтгомери, но сама отводила глаза.
В час дня Хэнк подошел к столу Аманды и сказал:
— Сейчас мы пойдем на обед.
— Спасибо, я не голодна, — ответила она.
— В тот день, когда ты не будешь голодна, настанет конец света. Пошли со мной, или я устрою такую сцену, что ты больше никогда, проходя по улицам этого города, не сможешь поднять голову.
— Не думаю, что меня это волнует, особенно если ради спасения моей репутации я должна остаться с вами наедине. Или мы пригласим на обед нескольких ваших знакомых? Точнее сказать, ваш гарем.
— Я вынесу тебя на руках, — предупредил Хэнк.
Аманда поднялась и вышла вместе с ним, не позволяя прикоснуться к себе. Но перед машиной Хэнка она остановилась.
— Я не сяду в одну машину с вами, — заявила она. — Чем бы вы ни угрожали. Он почти улыбался.
— Хорошо, тогда пошли просто пообедаем.
Все время, пока они усаживались за столик, он молчал, только заказал для обоих фирменное блюдо ресторана.
— Большое спасибо, — язвительно сказала она. — Вообще-то я привыкла сама заказывать для себя.
— Что грызет тебя? Вчерашний вечер? Или сегодняшнее утро? Если дело в том, что было вчера…
— Если вы позволите, я предпочла бы забыть об этом.
— А я буду помнить столько, сколько живу, — нежно произнес Хэнк и потянулся было к руке Аманды, но в это время появилась официантка с заказом.
И вдруг Аманда заплакала — к крайнему удивлению обоих. Официантка, увидев это, неодобрительно посмотрела на Хэнка, осуждая его за то, что он заставил девушку разрыдаться на публике. Пораженный Хэнк вырвал поднос из ее рук, переложил всю еду со стола обратно на поднос, затем схватил Аманду за руку и начал выталкивать ее в заднюю часть ресторана. Повара с удивлением наблюдали за ними, и Аманда постаралась сдержать слезы, но безуспешно. Хэнк потащил ее дальше и не останавливался, пока они не оказались позади ресторана, в тени развесистого дуба.
Там он заставил ее присесть.
— Ну ладно, говори, — сказал он, опустив поднос и усевшись рядом с ней.
— Профессор Монтгомери, я…
— Хватит называть меня профессором, Аманда. После того что произошло вчера, ты могла бы обращаться ко мне просто по имени. Я хочу, чтобы ты объяснила, зачем так добивалась возможности работать со мной, зачем отдалась мне и почему сейчас плачешь. — Закончив фразу, он понял, что больше всего ему хочется, чтобы она сказала, что пришла к нему, потому что любит. Он не был уверен, как будет реагировать, если она действительно скажет это, но после вчерашней ночи он был близко к тому, чтобы просить ее руки. Одна только возможность проводить каждую ночь в такой страсти…
— Я была груба с Тейлором сегодня утром, — сказала она, и плечи Хэнка вздрогнули. — И с миссис Ганстон тоже.
— Как ужасно, — саркастически произнес он. А он-то надеялся, что Аманда приревновала его. Утром Рива буквально повисла на нем, и он решил проверить, заставят ли губы другой женщины позабыть его все на свете, как это было, когда он целовался с Амандой. Не заставили.
— Значит, — продолжал Хэнк, — ты злишься на меня все утро и рыдаешь из-за Тейлора? «А как же мы? Что делать со вчерашним вечером?» — одновременно думал он.
Аманда пыталась взять себя в руки. Хэнк протянул ей тарелку с едой, и она начала есть. Похоже, в ее сознании присутствие этого мужчины всегда будет связываться с едой.
— Я пришла на работу, потому что поняла, что вы были кое в чем правы. Хэнк с надеждой посмотрел на нее.
— Я действительно плохо разбираюсь в жизни.
— Угу, — разочарованно отозвался он.
— Я имею в виду, что, конечно, у меня хорошие знания в языках, науках, но не в человеческих отношениях. Профессор Монтгомери, я почти ничего не знаю о любви.
— Вчера вечером ты справилась неплохо, — нежно сказал он, и в его глазах загорелось пламя.
Она смотрела в сторону.
— С вашей стороны было очень мило научить меня тому, что вы знаете сами в этой области. Сначала я была возмущена, но только потому, что вы мне не нравились в качестве учителя. Впрочем, когда Тейлор впервые составил расписание, я тоже была возмущена, — сказала она и мило улыбнулась.
— Не представляю, как ты могла, — съязвил он.
— Не грубите мне, профессор Монтгомери. Вы сами решили научить меня, как следует жить — я не напрашивалась.
— Так вот в чем дело? — разъяренно спросил он. — Ты решила изучить, как живет все остальное человечество? И теперь ты готова вернуться к своему учителю-жениху, чтобы во всеоружии затеять легкий флирт?
Слезы снова показались на глазах Аманды, и она отложила тарелку.
— О, черт, — выругался Хэнк и протянул ей свой платок. — Ладно, больше не буду. Скажи мне, что на самом деле тебя тревожит?
— Все! — ответила Аманда, и ответ прозвучал от всего сердца. — Мне так неуютно, беспокойно. До того, как вы появились, я была счастлива. Я училась целыми днями, а по вечерам мы с Тейлором музицировали или читали стихи. — Она всхлипнула. — А теперь во мне звучит какая-то тревожная музыка, и я хочу использовать все свои знания. И я сомневаюсь в том, что говорит Тейлор или отец! И еще эти люди, сборщики хмеля — как они несчастны! Я чувствую себя как принцесса, которая проспала в башне замка тысячу лет.
Хэнк не собирался читать ей лекцию и даже не собирался говорить, что она действительно спала все это время.
— Значит, ты пришла ко мне, чтобы узнать больше о мире. Значит, и прошлая ночь была лишь способом утолить твою жажду знаний?
— Я не знаю, чем была прошлая ночь, — честно ответила она. — В любом случае, она только все ухудшила. Я уже не понимаю, кто я и чего хочу. И Тейлор очень изменился. То он ведет себя так, будто я маленькая девочка — к тому же признается, что думает обо мне как о ребенке, — то вдруг обещает поцеловать меня, если буду хорошо заниматься.
— Что он?.. — удивленно спросил Хэнк. Но Аманда ушла от ответа.
— Думаю, он так же смущен, как и я. Не может понять, женщина я или его ученица. Он так давно живет рядом со мной, что, наверное, забыл, как надо обращаться с женщиной.
Хэнк не стал говорить, что такие вещи не забываются. Он попытался взглянуть на проблемы Аманды непредвзято — как если бы она была его студенткой, а не женщиной, чьи губы… «Думай о ней как о студентке!» — мысленно приказал он себе.
— А кем бы ты хотела быть, Аманда? — спросил он своим лучшим «профессорским» тоном. — Женщиной или ученицей?
Она снова принялась за еду.
— Вы меня привлекаете, профессор Монтгомери, я даже не буду отрицать это.
Хэнк скрипнул зубами, с трудом промолчав.
— Но я не думаю, что испытывала бы к вам эти чувства, если бы знала, что Тейлор думает обо мне как о женщине. — Она нерешительно взглянула на него и, убедившись, что он смотрит на нее без злости, облегченно продолжила:
— В том, что вы говорили, много правды. Я находилась дома на положении пленницы, но это только потому, что не пыталась изменить устоявшийся порядок. Как только мне захотелось прекратить занятия и начать ходить на работу, я смогла это сделать. А сегодня утром Тейлор…
— И что же Тейлор? — спросил Хэнк, стараясь, чтобы его голос звучал ровно.
— Сегодня утром я… я спала без ночной рубашки, и когда дверь открылась и в комнату вошел Тейлор… Он смотрел на меня с большим интересом… Он смотрел на меня как на женщину, а не как на ребенка.
Хэнк отложил тарелку. Он больше не мог есть.
— В самом деле? — спросил он. «И чем же, интересно, был важен для нее вчерашний вечер? Тем, что этот сухарь Тейлор понял наконец, что Аманда — женщина?"
— Значит, он посмотрел на полуголую женщину и проявил некоторый интерес, не так ли?
— Вы всегда изображаете Тейлора каким-то недочеловеком. Неужели вы не понимаете, что он был моим учителем с самого раннего моего детства? Не удивительно, что он относится ко мне как к ученице. Только поэтому, когда я поцеловала его, он…
— И что он?
— Он был недоволен мной, — тихо призналась она, вспоминая прошлую ночь. — Он, правда, целовал меня после этого, но совсем не так…
— А как надо было?
— Вы же знаете, — ответила она и покраснела.
— Наверное, стоит объяснить.
— То, что мы делали вчера вечером… Я просто не могла сдержаться. Вы гораздо опытнее Тейлора. Ну, вы понимаете, вокруг вас столько женщин… Рива целовала вас. Лили Уэбстер смотрела так, как будто она не против заняться с вами тем, что мы делали вчера. И наверняка у вас много женщин в колледже…
— Сотни, — ответил он. — Тысячи. Куда бы я ни пришел, женщины падают мне под ноги и умоляют заняться с ними любовью.
Он не мог скрыть сарказм в голосе. Она заставляла его чувствовать себя этаким распутником, тогда как Тейлор представал респектабельным гражданином с высокими моральными принципами — которых не было у него.
— К чему ты ведешь, Аманда?
— Я подумала, не смогли бы вы поучить меня? Вы, конечно, уже пытались, но я была нерадивой ученицей. Теперь же я буду стараться.
— Чему поучить? Как заниматься любовью? — Брови Хэнка взлетели. Видимо, так чувствует себя золотоискатель, наткнувшись на золотоносную жилу.
— Нет, конечно. Благодарю за вчерашнюю ночь — я многое узнала. Теперь я не испугаюсь в свою первую брачную ночь и буду знать, как следует действовать.
— Всегда рад помочь, — ответил Хэнк, с огромным трудом удержавшись от замечания, что сомневается в том, что Тейлор вообще знает о некоторых вещах, которые они делали прошлой ночью.
— Я хочу научиться тому, чего нет в книгах. Как ходить на свидания и танцы, чем еще занимаются мужчины и женщины… Если я перестану вести себя как школьница, Тейлор перестанет обращаться со мной как со школьницей.
"Ох уж этот Тейлор», — подумал Хэнк. Он начинал ненавидеть этого человека. Значит, Аманда смотрела на прошлую ночь как на репетицию свадебной ночи с Тейлором. А чего еще мог ждать Хэнк? Что она заявит, что не может жить без него после прошлой ночи?
Чтобы она стала второй Блайт Вудли? Он хотел спать с Блайт, но чтобы при этом она подыскала для замужества кого-то другого. Аманда предлагала именно это, но по какой-то причине предложение Аманды приводило его в ярость.
— Значит, синематограф. Еще что-нибудь? — наконец спросил он. — Ты уверена, что больше не нуждаешься в уроках секса?
Она залилась румянцем и отвела глаза.
— Уверена, что вчера вечером мы прошли все.
— Это была всего лишь макушка айсберга, — сказал он таким безразличным тоном, как будто они обсуждали погоду. — Есть еще множество позиций: ты — сверху, например, или стоя. А еще сидя…
— Стоя? — с явным любопытством спросила она. — То есть как? Мне интересно, как это возможно?.. Чисто физически…
— Я стою, ты охватываешь ногами мою талию, я поддерживаю твою… — он изобразил руками, как поддерживает ее сзади. — А ты садишься на моего старичка.
— На что?.. — Аманда рассмеялась, но тут же замолчала. — Все же я думаю, что вчерашней ночи достаточно. Подожду, пока не выйду замуж за Тейлора.
Впрочем, она так и не смогла представить, как Тейлор усаживает ее на своего…
— Профессор Монтгомери, — тихо спросила она, — как вы считаете, после вчерашней ночи у меня может появиться ребенок?
Хэнк отхлебнул охлажденного чаю.
— Надеюсь, нет, — честно ответил он.
— Но я думала, то, чем мы занимались, было предназначено для воспроизведения. Я даже уверена в этом.
— Аманда, — начал он, пытаясь сдержаться. Она разговаривала с ним так откровенно, как будто он был женщиной. — Я не очень разбираюсь в этой области. Но я спал со многими женщинами — то есть с некоторыми, то там, то здесь — и, по-моему, ни одна не забеременела. Случись это, я уверен, одна-то уж точно сказала бы мне об этом. Люди ложатся вместе не только для воспроизведения, но и для удовольствия. Разве тебе не понравилось вчера?
Аманда не могла смотреть на него. Понравилось? Да она чуть не умерла от удовольствия! И сегодня утром, увидев, как они с Ривой касаются друг друга, она была готова схватить ружье и застрелить обоих.
— Очень понравилось, — прошептала она. — Но я всегда думала, что после каждого раза рождается ребенок. Женатые пары…
Она задумалась, сообразив, что не знает, как живут женатые пары.
— Женатые пары… — тихо сказал Хэнк. — Да если бы мы были женаты, я бы занимался с тобой любовью каждую ночь, и каждое утро, прежде чем идти на лекции. Да еще бы прибегал на обед… Ты просто чисто физиологически не смогла бы иметь детей после каждого раза.
— Понимаю, — ответила Аманда. Она старалась вести разговор, касаясь только теории, но чувствовала, что кожа ее запылала. На обед? При дневном свете? Ей захотелось узнать, как он выглядит без одежды. Она знала, какой он на ощупь, но не на вид. Были ли его плечи такими же широкими, как ей казалось в темноте? Были ли его бедра?.. Она прокашлялась и добавила:
— Я не имела ни малейшего представления. Большое спасибо, что объяснили.
— Готов в любое время рассказать или показать все, что ты захочешь, — любезно ответил он.
— Очень… гм… мило с вашей стороны. — Она слабо улыбнулась и посмотрела на грязные тарелки на земле. Она всего-навсего сказала, что предпочла бы сама сделать заказ, а он приволок ее сюда и…
— Готова вернуться? — спросил Хэнк.
— Да, — ответила она и поднялась. Хэнк взял ее за руку.
— Не хочешь рассказать, что произошло в тот день, когда ты проиграла наш спор? За что Тейлор наказал тебя экзаменом по математике?
— Мне бы не хотелось говорить об этом, — ответила она.
— Может, мне удастся сделать так, чтобы это не повторилось? Я смог бы дать совет, но это трудно сделать, если не знаешь, что именно произошло.
Ей не хотелось вспоминать этот день.
— Я поцеловала его. Он стоял передо мной, а я поднялась на цыпочки и поцеловала его.
— Вот, значит, что.
Она не поняла, что он имел в виду.
— А что еще можно было сделать? Мы заключили это ужасное пари, и я думала, что делаю это ради ранчо, потому что вы сказали, что уедете, если я заставлю Тейлора проявить свои чувства. Вот я и поцеловала его. Как мне еще было заставить его? Если я поцелую вас… — Она остановилась. — Ну, вы понимаете, что я имею в виду.
— Прекрасно понимаю. Ты повела себя как школьница, вот он и наказал тебя, как школьницу.
— Школьницы не целуют своих учителей. Хотя, возможно, ваши студентки так и поступают.
— Нет, но если бы какая-нибудь попробовала, я бы повел себя как Тейлор.
— Да? — прошептала она, почувствовав вдруг, что сама виновата в тех неприятностях, что произошли за последние несколько дней. — Не уверена, что понимаю вас.
— Давай вернемся. У нас есть еще несколько свободных минут, и я успею тебе показать, как надо соблазнять мужчину. Как правильно это делать.
Она колебалась.
— Я думал, ты хочешь, чтобы я научил тебя, как быть современной женщиной.
— Я имела в виду синематограф или что вы научите меня танцевать танго.
— Вот Рива разбирается в мужчинах. Уверен, если бы Рива поцеловала Тейлора, он бы и не вспомнил о математике.
Аманда пощупала свой безымянный палец в надежде обнаружить кольцо, но поняла, что снова оставила его дома. Рива помогала Тейлору выбирать ее кольцо…
— Пойдемте, профессор Монтгомери, — сказала она. — Может, я чего-то не знаю, но я хорошая ученица.
Он смотрел, как она ставит тарелки на поднос и идет в ресторан. Пока он не замечал, чтобы она была плоха хоть в чем-то. Усмехнувшись, он пошел за ней. Пора приниматься за урок.




Предыдущая страницаСледующая страница

Ваши комментарии
к роману Дорога страсти - Деверо Джуд



Непоняла? Этот роман называется "Пробуждение чувств", а не "дорога страсти".. че это такое? Это одна из самых моих любимых книг.
Дорога страсти - Деверо ДжудНелли
5.06.2012, 22.44





Превосходный роман, легкий и с юмором. Читала с удовольствием.
Дорога страсти - Деверо ДжудНина
8.01.2013, 3.37





Роман неплохой,но он все-таки из ряда любовных!Не надо было бы автору в финале писать об восстании,мое мнение,что это было не к месту в этом жанре.Подозреваю,что ГГ-это родители героя из другого романа,который влюбится в принцессу одной маленькой европейской страны во время 2 миров.войны.Тоже роман неплохой.9 баллов.
Дорога страсти - Деверо ДжудОсоба
25.01.2013, 16.10





Неплохой роман. Приятное послевкусие. Только перевод не самый лучший. А так все норм.
Дорога страсти - Деверо ДжудЕвгения
21.05.2013, 20.03





прекрасно я бы сказала!
Дорога страсти - Деверо Джудкатя
9.01.2014, 1.02





Подскажите, пожалуйста, из какого фильма взят кадр для обложки раздела книг "О любви учителя и ученицы"?
Дорога страсти - Деверо ДжудАлена
12.01.2014, 14.17





Последний легион
Дорога страсти - Деверо ДжудЭНДО
12.01.2014, 14.23





И не стоит благодарностей...
Дорога страсти - Деверо ДжудЭНДО
12.01.2014, 14.48





ЭНДО, огромное Вам спасибо!
Дорога страсти - Деверо ДжудАлена
13.01.2014, 16.01





:-)
Дорога страсти - Деверо ДжудЭНДО
13.01.2014, 16.43





Что то утомил меня роман.смесь жанров,любовь и борьба профсоюза.не моя тема.не понравился.
Дорога страсти - Деверо ДжудТаТяна
22.10.2014, 5.19





Начало многообещающее, но потом , это трудно назвать романом.мало эмоций зря только время потратила
Дорога страсти - Деверо Джуданна
26.03.2016, 17.30








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100