Читать онлайн Танцуя на своем сердце, автора - Делл Белинда, Раздел - Глава 2 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Танцуя на своем сердце - Делл Белинда бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 6 (Голосов: 3)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Танцуя на своем сердце - Делл Белинда - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Танцуя на своем сердце - Делл Белинда - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Делл Белинда

Танцуя на своем сердце

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

Глава 2

Испугавшись этих слов, девушка на мгновение застыла в его руках и сбилась с ритма. И если бы Дитер немедленно не взял инициативу на себя, они обязательно бы столкнулись с другой парой.
– Что вы имеете в виду – ради меня? – спросила она заикаясь, когда к ней вернулась способность дышать.
– Я уже давно ищу возможность встретиться с вами. Но вы всегда так заняты. И вас так хорошо охраняют.
– Хорошо охраняют? – Она гордо вздернула подбородок. – О чем вы говорите?
– Сначала я увидел вас в Бад-Швартау и пытался поговорить с вами. Но мне не удалось – вы просто пробежали мимо меня. А помните, в Киле вы потеряли на веранде программу. Я поднял ее, но вы тут же исчезли из виду.
– Я не понимаю, о чем вы. Куда я исчезла? Меня так…
– Так хорошо охраняют. Да, да, именно об этом я и говорил только что.
– Все равно не понимаю, о чем вы. Простите, если я вела себя невежливо, но я всегда так тороплюсь.
– Невежливо! Как вы могли подумать, что я это имел в виду! Вы слишком мягкая и робкая. Вы просто не можете быть невежливой. Я только хотел сказать, что ваш партнер так высоко вас ценит, что не позволяет другим мужчинам даже приблизиться к вам.
– Мистер Мувендал, – нахмурилась Альма, – этот разговор из ряда вон выходящий! И если вы переезжали из города в город лишь затем, чтобы сказать мне такое, не стоило утруждаться.
В его глазах мелькнуло сожаление.
– Простите. Это так глупо с моей стороны. Но если бы вы только знали, как мне хотелось поговорить с вами! Какое разочарование я испытывал каждый раз, когда…
– Но я не понимаю почему, – пробормотала девушка. – Еще никто и никогда не переживал так из-за меня. Почему вы?..
– Потому что вы очаровательная и грациозная.
Впервые в жизни мужчина так открыто выражал ей свое восхищение. Альма покраснела, опустила глаза и замолчала.
– Я обидел вас? – обеспокоенно спросил Дитер. – Если да, то прошу прощения. Я не хотел.
– О нет. Разумеется, нет. Все дело в том… В Англии люди не говорят такие вещи.
Он кивнул:
– Боюсь, вы правы. Когда я учился в Англии, обратил внимание, как редко англичане выражают свое одобрение, как скупы они на похвалу. Мне следовало помнить об этом, и надо было несколько смягчить свой комплимент. Если бы я сказал, что вы «очень хорошая», то попал бы в точку. Так?
Его голубые глаза весело искрились, пока он это говорил, и Альма невольно заулыбалась в ответ.
– Мне следует сказать «спасибо» за ваш комплимент. Не так ли? Менеджер отеля сказал, что вы очень хорошо танцуете. Так и есть.
– Теперь моя очередь поблагодарить вас. Мне очень хотелось посмотреть, как это у нас вместе получится.
– Я удивлена, как хорошо вы танцуете, – признала Альма. – У вас был очень хороший учитель.
– Разумеется. У нас, в Германии, бальные танцы входят в программу обучения. Те, кто учился танцевать, имеют хорошую осанку и отличаются изящными манерами. Мы, немцы, всегда уделяли большое внимание этикету. Поэтому учим наших детей, как вести себя в танцевальном зале, как приветствовать друг друга и не выглядеть при этом неуклюжими. В Англии это называют умением «держать себя».
– Полагаю, что так, – засмеялась Альма, – если мы когда-либо говорим на эту тему.
– Здесь, в моей стране, мы очень серьезно относимся к этой проблеме. Дети из хороших семей обучаются бальным танцам столь же основательно, как игре на фортепиано и верховой езде. – Дитер кивнул в сторону зала. – Видите, как хорошо они танцуют?
– Именно поэтому вы хотели потанцевать со мной?
Он помолчал, внимательно изучая ее лицо.
– Я не могу точно сказать, почему это так важно для меня. Мне просто хотелось подержать вас в своих объятиях и почувствовать, насколько мы поймем друг друга. – Дитер неожиданно улыбнулся, и лицо его просияло. – Теперь я вижу, мы очень хорошо подходим друг другу!
– Достаточно необычно, – задумчиво согласилась Альма. – Я чувствую себя комфортно в танце всего лишь с несколькими мужчинами, кроме Майкла, разумеется.
– Ах, Майкл… – Дитер вздохнул. – Он великолепно танцует, – неохотно признал молодой человек. Или по крайней мере, девушке так показалось.
– Да, конечно! Однажды он станет чемпионом.
– Вот как. Это его цель?
– Разумеется. Уверена, что и в Германии есть люди, которые пытаются добиться того же.
– Не сомневаюсь. Но мне всегда казалось, что это не так важно. Некоторые из моих друзей прекрасно танцуют и принимают участие в соревнованиях, но для них это только хобби. По вашим словам, я понял, что Майкл хочет сделать из этого карьеру.
– Да, он надеется. Он собирается выиграть любительский чемпионат и стать профессионалом.
– С вами в качестве партнерши?
– Да.
– По-моему, это очень странно. Он совсем не знает вас, если считает, что вы подходите для такой жизни.
Альма нахмурилась:
– Мистер Мувендал, он знает меня гораздо лучше, чем вы.
– Нет. Вы ошибаетесь. Майкл знает о вас лишь то, что он хочет знать. Но совершенно не знает, какая вы на самом деле.
Альма высвободилась из его объятий и постаралась быть спокойной.
– Мне бы хотелось вернуться назад, за мой столик.
– Альма… Мисс Крейги!
Она повернулась и стала пробираться между танцующими к Майклу, который в это время разговаривал с мэром и его женой. Увидев девушку, молодой человек сразу вскочил со своего места:
– Ну как? Тебе было хорошо?
– Нет.
Понимающе улыбнувшись, он отодвинул для нее стул. Но тут вновь вмешался мэр.
– Не удостоите ли вы меня чести потанцевать с вами? – витиевато произнес он и предложил девушке руку. Краем глаза Альма увидела, как Дитер с трудом пробирается сквозь танцующую толпу, и торопливо приняла предложение мэра. Чувство долга подсказывало Майклу, что ему следует пригласить на танец жену мэра. Так он и поступил.
Весь оставшийся вечер Альма старательно избегала Дитера. И вздохнула с облегчением, когда пришло время подниматься наверх и готовиться к соревнованию.
Альма и Майкл без труда прошли первый отборочный тур и попали в число двенадцати пар, которые должны продолжить борьбу. Девушка знала, что они танцевали очень хорошо. Возможно, не слишком приятный разговор с Дитером немного разозлил Альму и добавил огня в ее исполнение зажигательного латиноамериканского танца.
Следующий тур обещал быть гораздо сложнее. Из двенадцати пар отберут шесть финалистов. Организаторы соревнования выбрали время для выступлений между одиннадцатью часами и полуночью. Альма прекрасно понимала, что победа на первом этапе не гарантирует успех в следующем туре. Они должны показать все, на что способны, чтобы обойти Бриджесей и датские пары. Но Майкл, похоже, не сомневался в успехе.
– Сегодня мы отлично выступили, – заметил он, когда около двух часов ночи они поднимались в свои номера, обняв друг друга за талию. – Я получил большое удовольствие. Вокруг чувствовалась нервозность, но она придала танцу особую живость.
– Я очень рада, что ты доволен.
– Похоже, такие соревнования пробуждают к жизни твой темперамент. До сегодняшнего дня у тебя была всегда одна проблема. Я имею в виду излишнюю мягкость при исполнении латиноамериканского танца.
В это мгновение Альма уже хотела признаться в том, что именно разговор с Дитером Мувендалом послужил причиной ее сильного раздражения и, как результат, это проявилось в танце. Но что-то остановило девушку, и, прежде чем она успела оформить мысль в слова, они уже дошли до двери ее покоев.
– Спокойной ночи, Альма, – мягко произнес Майкл. – Выспись хорошенько.
Они на мгновение замолчали, и Альма подалась вперед, чтобы, как обычно, запечатлеть дружеский поцелуй на его щеке – своеобразный ритуал, который всегда сопровождал подобные слова. Но сегодня все вышло иначе.
Его рука все еще лежала у нее на талии. Майкл повернул девушку к себе и поцеловал. Его губы оказались теплыми и сухими. Он осторожно притянул Альму ближе. Ей было приятно. Она вдруг почувствовала себя в безопасности, словно оказалась в спокойной гавани, куда давно стремилась. Девушке стало тепло и легко в объятиях Майкла, и она ощутила, как ее уставшее тело приятно расслабилось.
Майкл улыбнулся и отпустил ее.
– А теперь – в страну грез, – улыбнулся он. – Увидимся утром.
– Да, Майкл, – покорно ответила девушка, неохотно позволяя ему уйти. Ей так хотелось еще немного побыть с ним рядом, поговорить о сегодняшнем успехе. – Может, позавтракаем вместе в гостиной? Я закажу…
– Нет, нет, прикажи подать завтрак в постель. Побалуй себя немного. У тебя нечасто выпадает такой шанс. Увидимся в танцевальном зале в десять утра и немного потренируемся.
Необыкновенное, волшебное чувство, охватившее ее минуту назад, вдруг куда-то исчезло. Она машинально кивнула и пошла в свою комнату. Альма внезапно ощутила какую-то слабость в теле и уже не в силах была ни о чем разговаривать.
Когда служанка принесла ей поднос с кофе, булочками и вишневым джемом, под салфеткой девушка обнаружила записку. Ее сердце забилось часто-часто. Наверное, Майкл написал ей!
Но подчерк на конверте был совершенно незнакомым. Письмо оказалось от Мувендала.


«Я сожалею о том, что рассердил вас вчера, и прошу меня простить. Я не имел никакого права критиковать вашего партнера. Умоляю, дайте мне возможность сказать вам все это. Я слышал от Брайтбуша, что вы утром собираетесь тренироваться в зале, но если вдруг у вас будет немного свободного времени после обеда, возможно, вы и мистер Джефферсон захотите подышать морским воздухом. Я взял у друга небольшой катер и почту за честь прокатить вас на нем».


Альма скомкала письмо и бросила его в корзину для мусора. В это время Джанет устраивалась спать в своей кровати. Услышав непонятный звук, она сонно спросила:
– Что это?
– Всего лишь записка от одного Ромео.
Альма сразу выбросила из головы мысль о предложении Дитера и все утро провела тренируясь с Майклом. Но когда репетиция закончилась, девушка увидела, как другие постояльцы отеля отправились на прогулку, и внезапно почувствовала острое желание присоединиться к ним.
– Нас пригласили прокатиться вдоль залива, – улыбаясь, сообщила она Майклу.
– Что? На борту «Жаворонка»?
– Нет, на катере, который герр Мувендал взял у друга.
– Кто он?
– Тот человек, которого вчера вечером нам представила жена мэра.
– О! – Лицо Майкла напряглось. – Тот самый викинг? А кого он пригласил? Нас обоих или только тебя?
– Нас обоих, разумеется.
– Но без сомнения, его интересуешь ты. Это любому не составило бы труда понять. Стоило лишь взглянуть, как он танцевал с тобой вчера.
– Я подумала… было бы совсем не плохо немного подышать свежим воздухом. – Альма в глубине души уже поняла, что напрасно затеяла разговор.
– Если хочешь, можешь ехать, – проворчал Майкл. Затем отвернулся и стал просматривать пластинки на полке возле проигрывателя. – А я немного поработаю над хореографией нашего пасодобля.
– Неужели ты собираешься работать весь день, Майк?
– Почему бы и нет? Этот пасодобль еще не продуман до конца, – упрямо возразил Майкл. Но, увидев, как она огорчилась, молодой человек несколько смягчился. – Ты все же иди. Ты еще ничего не успела посмотреть за границей. Иди, иди и немного повеселись.
– Я не пойду без тебя, Майк.
– Не говори глупости. Воспользуйся предложением этого парня и немного позагорай.
– И ты ничего не имеешь против? Майкл нахмурил брови:
– Разумеется, мне не слишком это нравится. Он высокий, красивый и явно богатый. Но будет неправильно, если я лишу тебя заслуженного удовольствия.
– В таком случае я не поеду. Останусь с тобой, и мы вместе поработаем над пасодоблем.
– Что за глупости. Я сначала должен все как следует продумать, прежде чем воплотить все в движениях. Нет, нет, моя любовь, отправляйся на прогулку с этим викингом.
Другие участники соревнования перестали танцевать и подошли к ним. Майкл и Альма уже не могли при посторонних закончить свой разговор. Затем они вместе поели и после этого поднялись к себе в комнаты. Майкл – для того, чтобы продумать некоторые фигуры танца, а девушка – чтобы переодеться для прогулки.
Альма надела купальник и пляжное платье ярко-красного цвета. Затем нашла свои солнечные очки, крем для загара и спустилась в холл отеля. К ней немедленно подошел маленький мальчик-посыльный в зеленой униформе и передал конверт. Внутри оказалась записка.


«Я не имел удовольствия получить ответ на мое приглашение, но, надеюсь, вы собираетесь его принять. «Катарина» стоит на якоре в Хейфенкее».


– В Хейфенкее?.. – пробормотала Альма.
– Это бухта для лодок, – услужливо объяснил посыльный и показал рукой в сторону центрального входа в отель. – Вам сюда, фрейлейн.
– Спасибо, – ответила Альма и направилась в противоположную сторону.
Город был просто наводнен отдыхающими. Девушка шла по улице, глядя на витрины бутиков, любуясь выставленными там нарядами и спортивным оборудованием. Ласковое солнце припекало плечи и руки. На блестящей поверхности моря, то там, то тут мелькавшего между дюнами, от легкого бриза образовалась еле заметная рябь.
Постепенно мощеные улицы остались позади, и Альма очутилась на довольно широкой колее, оставленной в песке колесами не одной сотни машин. В конце этой дороги на берегу моря девушка обнаружила множество припаркованных аккуратными рядами автомобилей и рядом с ними – семейные пары с детьми, резвящимися на солнце. Альма зашагала вдоль кромки воды, собираясь найти более спокойное место. Чем дальше она уходила от стоянки, тем меньше вокруг становилось отдыхающих, зонтиков и шезлонгов. Лишь изредка среди дюн и грубой травы попадались люди, вероятно так же, как и она, искавшие уединения.
Сразу за песчаной косой пляж оказался почти пустынным. Именно такое место искала Альма. Она расстегнула «молнию» на платье, сняла его и прилегла в своем миниатюрном бикини на полотенце. В море на некотором расстоянии друг от друга виднелись таблички с надписями по-немецки, предупреждавшие купающихся об опасности. Но так как девушка не собиралась заходить в воду, боясь испортить прическу перед вечерним выступлением, то не обратила ни малейшего внимания на эти предостережения. Другие люди находились от нее на довольно большом расстоянии. Таким образом, подумала Альма, она в хорошей компании.
Девушка намазалась кремом для загара, надела солнечные очки и расслабилась под теплыми лучами ласкового солнца. Понемногу шелест волн и жужжание насекомых затихли, и она погрузилась в легкий сон.
Когда Альма проснулась, то обнаружила, что стало как-то прохладнее и шум прибоя усилился. Солнечные лучи, все еще довольно жаркие, ощущались лишь с одной стороны ее тела. Вероятно, время приближалось к вечеру. Девушка неохотно села и, подняв руки над головой, потянулась.
Начался прилив, и море накрыло значительную часть берега. Песчаная полоска, вдоль которой шла Альма, полностью исчезла под водой. Море подобралось к самым дюнам.
Она потерла плечи, покрывшиеся от прохладного бриза мурашками, и нахмурилась. Обратно придется идти по песку, что весьма затруднительно. Но пока нет причин для беспокойства. Взглянув на часы, девушка с облегчением вздохнула – еще не так поздно. Всего лишь пять часов. Даже если она потратит целый час на обратную дорогу, все равно успеет принять душ и переодеться для вечернего выступления.
Собрав вещи, Альма надела платье и отправилась в путь. Сказать, что дорога оказалась трудной, – значит не сказать ничего. Тело девушки покрылось потом, платье прилипло к спине. Альма сняла платье и босоножки, завернула все в полотенце. Теперь ей стало легче идти, но все же достаточно не просто было прокладывать дорогу по волнообразной песчаной поверхности дюн. Жесткая трава исцарапала и исколола ноги. Альма уже начала беспокоиться о том, как она появится на соревнованиях сегодня вечером. Придется гримировать царапины.
Но вскоре легкое беспокойство сменилось настоящей паникой. Девушка обнаружила, суша под ногами закончилась. Прямо перед ней поблескивала ровная гладь воды. Прилив заполнил довольно обширное углубление между двумя возвышенностями. И вода продолжала прибывать.
Теперь, к сожалению слишком поздно, Альма поняла, что было написано на тех табличках. Они предупреждали о том, что пляж, на котором загорала Альма, во время прилива становится местом, отрезанным от всего мира.
Девушка не знала, что же теперь делать. Если она заберется на самый высокий холм образовавшегося острова и попробует привлечь к себе внимание, размахивая, например, полотенцем, то, возможно, ее кто-нибудь заметит. На берегу, в полумиле от нее, все еще были люди. Они медленно поднимались по дороге к городу. И на песке стояли лодки. Если бы кто-нибудь из них пришел ей на помощь…
Да, но сколько для этого потребуется времени? Она уже и так потратила полчаса, чтобы пройти это небольшое расстояние.
Альма внимательно осмотрелась и решила, что протока не слишком глубокая. Будет гораздо быстрее, если пройти этот отрезок пути вброд.
Девушка взяла полотенце с завернутыми в него вещами под мышку и вошла в воду. Вода оказалась довольно теплой и бежала по песку, словно пена из кружки пива. Когда Альма сделала еще несколько шагов, то почувствовала, что стало гораздо холоднее. Но все же не настолько, чтобы начать беспокоиться. Она продолжала идти дальше. И вот уже вода добралась ей до пояса…
Девушка решительно шла вперед. Но вдруг она испугалась. Похоже, впереди еще глубже. Возможно, ей лучше вернуться и позвать на помощь.
Она резко повернулась, и вдруг почва внезапно ушла у нее из под ног, и девушка скрылась под водой.
Когда Альма вынырнула, то, задыхаясь, в ужасе подумала, что теперь ее прическа безнадежно испорчена. Она не взяла с собой купальной шапочки, так как вовсе не собиралась плавать, и теперь ее волосы свисали с головы мокрыми сосульками.
Нащупав твердую почву под ногами, девушка стояла и смотрела, как ее узел с одеждой и очками быстро исчезает в водовороте. Затем она внезапно вспомнила о часах. В них попала вода.
Альма заплакала от раздражения и огорчения. Как можно было так глупо себя вести? Как она могла попасть в такую переделку! Да еще опоздать на обед, намочить волосы в морской воде, испортить часы, которые ей подарили родители в день рождения. Какая же она дура! Идиотка!
А теперь, раз уж она зашла так далеко, придется проделать и весь оставшийся путь. И легче переплыть эту протоку, чем перейти ее вброд. Тем более без вещей. До берега ведь не больше двухсот ярдов.
Альма поплыла, предполагая, что движется вперед. Но лишь когда она подняла голову и посмотрела на берег, то поняла, что течение снесло ее на запад. Девушка оказалась примерно за милю от того места, к которому плыла, и теперь ей придется идти по дюнам не меньше часа.
Альма еще решительнее поплыла на восток. Но прилив был слишком сильным, и у нее не хватало сил бороться. Девушка хорошо могла держаться на воде, но течение относило ее все дальше и дальше. Да, подумала Альма, ей очень повезет, если она доберется до отеля к восьми часам.
Она упрямо продолжала плыть, теперь уже баттерфляем, так как этот стиль был не столь утомительным. Взяв за ориентир самое высокое здание Уэстерхейвена, Альма то и дело сверяла с ним направление своего движения. Внезапно где-то рядом она услышала шум мотора.
Лодка! Девушка встала на ноги и огляделась вокруг. В сотне ярдов от нее проплывал небольшой катер, лениво направлявшийся к Уэстерхейвену. Альма замахала руками и закричала:
– Эй! Эй, там! Помогите!
На мгновение ей показалось, что сейчас лодка проплывет мимо. Но внезапно от кабины отделилась фигура, и раздался голос:
– Wer ist da? Allo?
type="note" l:href="#n_2">[2]
– Помогите! – снова закричала Альма. – Я здесь!
Катер сбавил скорость и стал разворачиваться.
– Ja, ja, ich komme!
type="note" l:href="#n_3">[3]
– долетело до нее. Лодка направилась прямо к девушке и вскоре остановилась рядом с ней. Человек подошел к борту и, наклонившись, протянул руку. Альма схватилась за нее, и мужчина легко поднял девушку в катер.
– Lieber Gott,
type="note" l:href="#n_4">[4]
Альма! – раздался удивительно знакомый голос.
Перед ней стоял Дитер Мувендал.
Альма присела на сиденье. Молодой человек с беспокойством посмотрел на нее, а затем извлек из кабины большое полотенце:
– Вот, завернитесь. Заходите внутрь. Я сейчас налью бренди.
– Нет, нет, – задыхаясь, пробормотала Альма. – Спасибо, со мной все в порядке.
– Но как вы попали сюда?
– Я… я оказалась отрезана приливом. Я не знала, что это может произойти.
– Но ведь здесь кругом таблички с предупреждением.
– Я не знаю немецкого. Я думала, это предупреждение для купающихся.
Дитер озабоченно посмотрел на девушку:
– Бедный ребенок! Вы, должно быть, ужасно испугались…
– Нет, нет, вы не понимаете! Я не испугалась. И мне не грозила опасность. Я могла и сама доплыть до берега. Просто это было бы слишком долго! И посмотрите на мои волосы! – Как Альма ни пыталась взять себя в руки, не выдержала и разрыдалась.
– Мы можем высушить их. Вытереть полотенцем…
– О боже! Неужели вы не понимаете? Я сегодня выступаю на соревнованиях. И посмотрите, во что превратились мои волосы: в крысиные хвосты! А руки и ноги все в царапинах!.. Сколько сейчас времени, Дитер?
– Почти семь.
– О, всего? Что ж, не так плохо. – Альме показалось, что прошла целая вечность с тех пор, как она отправилась в отель. – О, Дитер, будьте ангелом, пожалуйста, прибавьте скорости. Если я попаду в «Примель» в половине восьмого…
– Да, да, понятно. В конце концов, я не спасаю тонущую девушку, а доставляю очень занятую молодую танцовщицу к ее зрителям. Мы будем в Хейфенкее через пятнадцать минут. – Он повернулся к рулю и стал заводить мотор. Через минуту Дитер снова обратился к Альме: – Вы уверены, что с вами все в порядке?
– Да, все хорошо. Спасибо. Могу я попросить у вас расческу?
– В моей куртке. – Он кивнул в сторону, где на лавке напротив девушки лежала габардиновая ветровка.
Альма нашла то, что искала. Небольшая изящная костяная расческа с золотой отделкой лежала в красивом кожаном футляре с инициалами «Д.М.». Наблюдая за тем, как Дитер управляет лодкой, девушка начала приводить волосы в порядок, пытаясь расчесать спутавшиеся пряди. Молодой человек взглянул на Альму, улыбнулся и процитировал:
В косах – гребень золотой,На устах – погибели песнь…
– Что это?
– Очень известная старинная немецкая песня. «Die Lorelei». Слышали ее когда-нибудь? Она о коварном существе, имеющем облик красивой девушки, которое живет на утесе над Рейном. Сначала оно соблазняет моряков своей песней и красивыми волосами, а затем убивает их.
Альма засмеялась, продолжая бороться с запутанными волосами.
– Готова поклясться, что мимо не проплывал моряк на катере и не пытался спасти эту девушку!
– Да уж. Но она точно не ходила в бикини. – Дитер одобрительным взглядом окинул на свою спутницу.
Девушка почувствовала, что краснеет. Ее купальник не был вызывающим, но ей вдруг показалось, что сидеть здесь в таком виде, да еще с чужим полотенцем на плечах, не слишком прилично. Альма плотнее завернулась в махровое подобие приличия и постаралась направить разговор в более безопасное русло.
– Я испортила свои часы, – грустно сказала она, опустив глаза.
– Да, в самом деле. Погружать их в морскую воду не рекомендуется. – Дитер уже поворачивал лодку к берегу. – У меня есть старенький дядюшка, который очень любит возиться с часами. Можно сказать «возиться», если речь идет о часах? Или это слово употребляется только, если говорят о работе в саду?
– Что? – удивленно переспросила Альма. – Ах да, поняла. Это слово можно употребить в обоих случаях. Вы хорошо знаете английский.
– Я провел два года в Англии в надежде его усовершенствовать, но, по-моему, весьма сложно достигнуть совершенства при изучении иностранного языка. Мой отец хотел этого. Моего отца зовут Гарольд Мувендал. Он юрист. Вы когда-нибудь слышали это имя?
Альма отрицательно покачала головой. Она чувствовала себя совершенно невежественной.
– Никогда не слышала о Lorelei, никогда не слышала о Гарольде Мувендале, не говорю по-немецки… Чувствую себя просто дурой, – в отчаянии пробормотала девушка. – Значит, ваш отец знаменитый человек?
– О нет, не думаю. И уж точно его вряд ли знают за пределами Германии. Просто он известен в Гамбурге. Отец успешно занимается делами, связанными с торговым флотом, и именно по этой причине его имя имеет вес за границей.
– Вы живете в Гамбурге? Хорошо там?
Дитер засмеялся:
– Думаю, хорошо. Но с другой стороны, этот город – олицетворение всевозможных пороков. Он имеет репутацию самого веселого ночного города в Европе.
– Более веселого, чем Париж?
– О, гораздо. Но возможно, вы не согласитесь со мной. Я возьму вас с собой туда, и вы сможете мне сказать, веселее там, чем в ночных клубах Парижа, или нет.
Он думает, что я знаю ночную жизнь Парижа, подумала Альма. Он считает, я такая же, как и он, – умная, много путешествовала и все такое. И она решила расставить все по своим местам:
– Я не была в Париже, Дитер. Я вообще мало где была. Мы не могли себе этого позволить. Мой отец – не известный юрист, а всего лишь клерк. А я работала стенографисткой-машинисткой.
Зачем она откровенничает, Альма не могла сказать. И когда Дитер вместо ответа промолчал, девушку охватило смутное беспокойство. Возможно, Дитер разочаровался, узнав, что она такая обыкновенная.
Но кажется, он просто сосредоточился на том, чтобы пришвартовать «Катарину» к причалу. Молодой человек заглушил мотор и прикрутил канат к крюку в стене, а затем спрыгнул на берег. Альма с интересом разглядывала его, пока он закреплял катер. Дитер был хорошо сложен, можно сказать, имел фигуру атлета. Казалось, он удобнее себя чувствовал в этой светло-голубой майке и джинсах, чем в смокинге.
Молодой человек протянул руку девушке и помог ей выбраться из катера.
– Оставьте на себе полотенце, – посоветовал он. – Вполне естественно возвратиться в «Примель» в бикини днем. Но сейчас вечер, и все женщины переоделись. Полотенце послужит пляжным халатом. Да?
Дитер взял ее за руку, и они вместе пошли к дороге, ведущей в город.
– Дайте мне ваши часы. Я попрошу дядю Маркоса починить их.
– О нет… Я совсем не…
– Давайте. Ему будет приятно. Обычно люди приносят ему большие настенные часы. Как вы называете их? Дедушкины часы? Дядя с удовольствием возьмется за маленькие женские часики.
Говоря все это, Дитер наклонился и снял часы с руки Альмы. Она позволила ему это сделать без возражений. Они шли по главной улице, и девушка с беспокойством думала, что у нее остается все меньше времени, чтобы привести себя в порядок после столь ужасного приключения. В отелях, мимо которых они проходили, элегантно одетые гости потягивали аперитив. Изысканные платья и элегантные прически женщин заставили Альму почувствовать себя просто убожеством. Даже люди на улице выглядели более презентабельно, чем она, завернутая в чужое полотенце.
Вдруг кто-то из шедших им навстречу прохожих внезапно остановился, вскрикнул и направился прямо к ним. Лучи заходящего солнца освещали его сзади, и был виден лишь силуэт мужчины. Но Альма без труда узнала его.
У нее на душе сразу стало тяжело, когда Майкл заговорил:
– Где, черт побери, тебя носило? Я уже давно разыскиваю тебя. Когда я сказал, что ты можешь идти с Мувендалом, то совсем не имел в виду, что ты останешься с ним до Рождества.
– Прости, Майкл. Со мной случилась неприятность…
– О боже, что ты с собой сделала? На кого ты похожа? Твои волосы! – Он так разозлился, что не в силах был контролировать свои эмоции. Схватив девушку за руку, Майкл грубо потащил ее к отелю. – Ты знаешь, что уже половина восьмого? А мы выступаем в десять.
– Да, я знаю, но понимаешь…
– Пошли скорее. Не надо тратить время на объяснения. – Он повернулся к Дитеру и холодно поблагодарил: – Спасибо, mein Herr, что вытащили Альму из этой переделки, но, надеюсь, вы не станете возражать, если мы поторопимся.
Дитер отступил назад.
– Я очень сожалею, что мы так задержались. Он помолчал. Затем, взглянув на Альму, добавил: – Благодарю вас, что разрешили Альме встретиться со мной. Это так любезно.
Мувендал поклонился и больше ничего не сказал.
Оказавшись в комнате, Альма торопливо объяснила своему партнеру, что произошло, а он строго приказал ей немедленно привести себя в порядок. И девушке вдруг стало очень грустно, ведь она даже не сказала Дитеру «спасибо».
Когда Джанет увидела свою соседку по комнате, то невольно охнула от изумления:
– Альма, что ты с собой сделала? Боже, ты выглядишь, словно тебе пришлось переплыть Ла-Манш!
– Знаю, знаю, – устало ответила девушка. – Именно это я и сделала.
Она села на стул перед зеркалом и посмотрела на свое отражение:
– Что же мне делать, Джанет?
Слезы отчаяния брызнули из глаз Альмы.
– Успокойся, успокойся, не надо плакать! – Джанет подбежала к девушке, обняла ее за плечи и ласково погладила по плечу. – Еще есть время, чтобы привести себя в порядок. Но не думаю, что будет возможность разогреться перед соревнованиями.
Сама Джанет уже полностью приготовилась к выступлениям. Ей оставалось надеть платье. Волосы Джанет были безупречно причесаны, макияж идеален, и вся она сияла от счастья. Рядом с ней Альма почувствовала себя измученной и растрепанной.
Но горячая ванна, успокаивающий гель для душа и косметика вернули девушке былое великолепие. Пока Альма накладывала грим, Джанет трудилась над ее прической. От морской воды волосы с трудом поддавались укладке, но с помощью горячих щипцов и лака все же удалось придать им приличный вид.
В девять часов они застегнули «молнии» друг у друга на платьях.
– А теперь, – приказала Джанет, – спускайся вниз и пообедай. Что-нибудь легкое. Но ты обязательно должна поесть. У тебя даже останется время, чтобы немного потренироваться с Майклом. Иди, иди.
– О, Джанет… спасибо!
– Ерунда. Ты сделала бы то же самое и для меня. Иди же. – Джанет тоже вышла из комнаты и отправилась на поиски брата. Она собиралась немного разогреться перед соревнованиями.
Майкл ждал Альму в гостиной. Увидев ее, он вздохнул с облегчением.
– Совсем неплохо, – довольным тоном произнес партнер и взял девушку сначала за одну руку, а затем за другую. – Тебе хорошо удалось замаскировать все царапины на руках. Надеюсь, это вещество не испачкает мой костюм?
– Думаю, что нет. Джанет сделала мне прическу. Тебе нравится?
– Ты выглядишь лучше со своей обычной укладкой, но ничего, сейчас и эта сойдет. А Джанет ловкая, – одобрительно кивнул Майкл. – Что ж, пойдем, немного поработаем.
– Поработаем? Но, Майк, мне нужно перекусить. Последний раз я ела в час дня.
Молодой человек нахмурился:
– Боже, неужели у тебя не хватило ума заказать что-нибудь в комнату.
– Но у меня не было на это времени, Майк…
– Как это не было! Ты провела там полтора часа!
– Но мне так много всего нужно было сделать!
– И кто виноват? – резко оборвал он ее. – Альма, ты весь вечер ведешь себя совершенно безответственно.
– Тш! – прошептала Альма, оглянувшись. Люди, находившиеся вокруг, стали обращать на них внимание. Девушка вдруг заметила Дитера, который направлялся к ним. Она быстро схватила Майкла за руку, надеясь увести его в столовую.
– Извините меня, мистер Джефферсон, я просто хотел сказать, что очень рад видеть Альму снова в отличной форме.
– Зато мне не за что вас благодарить, – бросил Майкл.
– Майкл! Но ведь только благодаря Дитеру…
– О! Дитер! Вы уже называете друг друга по имени?
– Да, конечно, мистер Джефферсон. И не стоит беспокоиться из-за этого. Думаю, я не первый поклонник мисс Крейги.
– Но, клянусь богом, вы станете последним, если это будет мешать нормальному распорядку нашей жизни. Вам следовало бы догадаться, что Альме нужно много времени чтобы собраться, и надо было побыстрее доставить ее в отель.
– Майкл, если бы не Дитер, я бы вообще не успела к выступлению! Я же объясняла!
– Объясняла! Разве можно было что-то понять из твоего бормотания! Единственное, что мне стало ясно, что ты совершенно безответственно подошла к делу. А твой новый друг только поощряет тебя ко всяким необдуманным действиям. У нас всего лишь час…
– Герр Джефферсон, именно об этом я и хотел поговорить с вами. До соревнований остался час. Я попросил герра Брайтбуша накрыть стол для вас в отдельной комнате, и если вы и фрейлейн Крейги…
– У нас нет времени на эту ерунду.
– Но это же нелепо. Альма должна что-нибудь поесть…
– Позвольте мне самому уладить этот вопрос. Что ей сейчас требуется, я знаю гораздо лучше, чем скандинавский плейбой.
– Пожалуйста, Майкл, – стала умолять его Альма. – Пожалуйста, не устраивай сцен. Пойдем в зал и потренируемся. У нас совсем мало времени. Пойдем, Майк.
Она с силой потянула своего партнера в сторону танцевального зала. Бросив еще один гневный взгляд на Дитера, Майкл позволил увлечь себя в этом направлении.
В комнате собралось довольно много зрителей. Они расселись небольшими группами за маленькие столики, стоящие вокруг танцевальной площадки. Около двух десятков пар танцевали под быструю музыку; четыре из них были одеты в бальные наряды – они готовились к выступлению. Альма и Майкл присоединились к ним.
– Не разговаривай больше с этим парнем, – приказал Майкл. – Он везде сует свой нос и создает только одни проблемы.
– Но он хотел как лучше, Майк.
– Дорога в ад вымощена благими намерениями. Держись от него подальше. Он – один из тех, кто думает, будто знает все лучше других. Но что касается танцев, он не имеет об этом ни малейшего понятия.
– Как бы то ни было, Майк, мне очень хочется есть. Я просто умираю от голода.
– Всему свое время. Мы потренируемся пятнадцать минут, а затем попьем кофе и съедим по паре бутербродов. После этого у нас еще останется время обговорить все детали. Хорошо?
Она кивнула. Похоже, ей больше ничего не оставалось. Они танцевали пятнадцать минут, не обмолвившись ни единым словом, и Альма почувствовала, что недовольство друг другом привело к нарушению внутренней гармонии между ними. Майкл либо не ощущал этого, либо просто игнорировал. В конце концов он подвел ее к краю площадки:
– Время подкрепиться.
Гостиная почти опустела. Большинство гостей отправились пообедать или занять места в танцевальном зале, чтобы посмотреть на выступления. Официант быстро принес две большие тарелки с бутербродами с гусиным паштетом и копченым лососем и горшочек горячего кофе.
Но Альма вдруг почувствовала, что не может есть. Осознание собственной вины действовало на нее угнетающе. Съев один бутерброд, она просто не смогла проглотить больше ни крошки. Но заставила себя выпить две чашки кофе, так как вдруг ощутила, что на нее наваливается усталость.
– Давай вернемся в зал, – попросила Альма. – Я больше не могу есть.
– Но ты почти не притронулась к еде.
– Мне достаточно. – Альма чувствовала, что если она сейчас не встанет и не начнет двигаться, то заснет прямо на месте.
– Что ж, хорошо. А теперь необходимо сосредоточиться на полчаса.
Но Альма была не в состоянии сосредоточиться. Она вдруг ощутила какую-то странную вялость. Ноги внезапно перестали ее слушаться, девушка с трудом переставляла их, словно к ним привязали свинцовые гири. Майкл понимал, что с ней что-то происходит, и пытался двигаться энергичнее, стараясь как-то оживить танец. Такая манера поведения была ему несвойственна – обычно его движения отличались спокойствием и элегантностью.
Наконец стрелки часов завершили свой круг. Появился церемониймейстер и приказал освободить площадку для танцев. Под барабанную дробь гости заняли места за столиками, а участники соревнований приготовились к выступлениям. Распорядитель сделал объявление сначала на немецком, затем на английском и датском языках.
Пока он говорил, Альма вытерла бумажной салфеткой лоб и нос, внезапно покрывшиеся испариной. Затем посмотрела на Джанет. Та стояла в самом дальнем углу комнаты и поправляла Кеннету бабочку. Потом взгляд Альмы устремился в зал. Она увидела Дитера, сидевшего за столом сразу у края площадки.
Он улыбнулся и, стараясь ее приободрить, кивнул, а затем изобразил рукопожатие. Таким образом молодой человек пытался поздравить девушку с началом соревнований. Она улыбнулась ему в ответ и почувствовала, что ей вдруг стало немного легче.
Оркестр заиграл вступительную мелодию, и двенадцать пар вышли на площадку. Альма знала, что все это будет продолжаться достаточно долго – каждая пара исполнит девять танцев. Предполагалось, что выступления закончатся в полночь. В финале должно остаться шесть пар, которые затем выступят на следующий день.
Вальс не доставил им особых проблем. Они хорошо станцевали его, хотя, конечно, несколько хуже обычного. Но потом, когда началась румба, Майкл и Альма сбились с ритма. Этот танец никогда не был лучшим в их репертуаре, но сегодня им не удалось достичь даже той спокойной волнообразности движений, которые составляли суть румбы. Девушка посмотрела в бесстрастное лицо партнера и на одно мгновение вдруг вспомнила, с каким удовольствием танцевала под эту мелодию вчера с Дитером.
Она знала, что судья, преподаватель танцев высшей квалификации из Германии, выставил им низкие оценки. Но фокстрот должен поправить их пошатнувшееся положение.
Но этого не произошло. Им не удалось восстановить ту гармонию, которая всегда существовала между ними. Их исполнение можно было назвать сносным, но не более того. То же повторилось и с самбой, и с венским вальсом, и с пасодоблем. Альма надеялась, что пасодобль получится лучше, ведь Майкл полдня провел, внося изменения и совершенствуя его. Он стремился придать танцу достоинство и живость одновременно.
И все же их исполнение оказалось всего лишь приличным, соответствующим уровню соревнований. Во время перерыва, второго в программе, Майкл отвел девушку в сторону и, пока она пыталась пригладить растрепавшиеся волосы, заговорил:
– Все идет из рук вон плохо. У нас остались всего лишь три танца, чтобы хоть как-то исправить положение. Ради бога, взбодрись хоть немного. Ты висишь на моих руках, словно дорожная сумка.
– Прости, Майк. Все дело… Видишь ли… я просто устала.
– Можешь даже уснуть на ногах, но ты должна танцевать.
У нее к горлу подступил комок, и, согласно кивнув, Альма решительно поднялась с места, когда церемониймейстер объявил танго. Она будет танцевать легко и быстро, несмотря на боль в ногах.
Они хорошо исполнили танго, принимая во внимание тот факт, что латиноамериканские ритмы никогда не являлись их сильной стороной. Затем последовало вполне приличное ча-ча-ча. Но квикстеп, который всегда у них отлично получался, сегодня не удался. Вышло много хуже, чем обычно. Альма понимала, что у нее несколько замедленная реакция, и пыталась как-то взбодриться. Но беспокойство сковывало ее движения, и, когда музыка подходила к концу, они так и не достигли того внутреннего единения, которое всегда производило особенно сильное впечатление на зрителей.
Судья уже выставил оценки и ждал, когда портье, выступавший на соревнованиях в роли ассистента, подсчитает баллы и напишет фамилии тех, кто прошел в полуфинал. Затем список передали церемониймейстеру, и тот подошел к микрофону. Ему предстояло назвать шесть пар. Он начал с тех, кто занял шестое место, затем пятое, четвертое и так далее.
Он назвал пару из Дании, затем два немецких дуэта, потом опять пару из Дании, и снова из Германии. Каждую пару танцоров приветствовали аплодисментами.
– Und nun, – он поднял руку, требуя, чтобы в зале воцарилась тишина, – unsere gute Freunden von England…
type="note" l:href="#n_5">[5]
– Мы сделали это, – выдохнул Майкл, схватив Альму за руку.
– Кеннет und Джанет Бриджес!
Раздались дружные и продолжительные аплодисменты. Бриджесы вышли вперед на поклон.
Оркестр заиграл фокстрот, и счастливчики, вышедшие в финал, стали танцевать.
Альма повернулась и взглянула на Майкла. Даже не среди шести! Уничтожены, не успев попасть в финал!
Она попыталась что-то сказать, но слезы душили ее, и девушка бросилась к дверям танцевального зала, чтобы поскорее укрыться в своей комнате.



загрузка...

Предыдущая страницаСледующая страница

Читать онлайн любовный роман - Танцуя на своем сердце - Делл Белинда

Разделы:
Глава 1Глава 2Глава 3Глава 4Глава 5Глава 6

Ваши комментарии
к роману Танцуя на своем сердце - Делл Белинда


Комментарии к роману "Танцуя на своем сердце - Делл Белинда" отсутствуют




Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100