Читать онлайн Страсти Челси Кейн, автора - Делински Барбара, Раздел - ГЛАВА XV в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Страсти Челси Кейн - Делински Барбара бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 9.62 (Голосов: 85)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Страсти Челси Кейн - Делински Барбара - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Страсти Челси Кейн - Делински Барбара - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Делински Барбара

Страсти Челси Кейн

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

ГЛАВА XV

Челси сразу узнала его шаги. Она слишком часто слышала их в коридоре, на лестнице и в спальное своего дома, чтобы на сей раз ошибиться. Да, Джадд неторопливо поднимался к ней в мансарду! Держи себя в руках, приказала она себе. Но справиться с нарастающим волнением оказалось выше ее сил.
– Угу, – сказала она в телефонную трубку. – Совершенно верно! Это белый гранит высшего качества, и мы гарантируем вам своевременную поставку любого заказанного объема продукции.
Над перилами лестницы появилась сначала темноволосая голова Джадда, затем его широкие плечи, торс, ноги, и наконец он ступил на пол мансарды.
– Почему бы вам не приехать, чтобы ознакомиться с нашим производством? В субботу пятнадцатого сентября мы устраиваем прием для потенциальных покупателей, но работы в шахтах ведутся шесть дней в неделю, и вы можете посетить любую из них в любой день, когда вам будет удобно. – Она подняла указательный палец, приветствуя Джадда, и взглядом проследила за тем, как он, повернувшись, отошел к дальнему окну. – Если вы хотите подробнее ознакомиться со спецификацией гранита, с вами свяжется один из наших инженеров. Будьте любезны, продиктуйте мне ваш номер телефона. – Она взяла ручку и занесла на листок бумаги цифры, продиктованные ее собеседником. Написав сверху слово «Джадд», она дважды подчеркнула его. – Алекс Лаппин – великолепный подрядчик. Я рада, что он рекомендовал вам нашу компанию. – Джадд засунул руки в задние карманы своих джинсов, и Челси не могла догадаться, что означал этот его жест – нетерпение, досаду, равнодушие? – Спасибо, что позвонили. – Ее ладони вспотели от волнения. – Надеюсь! До свидания!
Повесив трубку, Челси выпрямилась на стуле и положила руки на колени. Джадд продолжал смотреть в окно.
– Мне звонил сейчас Филип Бэнди, – произнесла она, стараясь, чтобы голос ее звучал как можно более деловито. – Он архитектор, работает в Хартфорде. Он возглавляет проект строительства первого из целой серии зданий мегабанка. Несколько прогоревших банков решили объединиться. Он хотел бы заказать у нас белый гранит из карьера Хаскинс Пик. Он будет звонить тебе.
Джадд опустил голову. Челси не представляла себе, что это могло означать.
Она считала, что обязана дать ему понять, что вовсе не сердится на него и его нежелание продолжать их связь ни в коем случае не должно отразиться на их деловых отношениях.
Вздохнув, она беззаботно добавила:
– Компания Роскинса также недавно обратилась ко мне. Они запрашивали цены на некоторые сорта гранита. Собираются обновить гостиничный комплекс курорта на мысе Элизабет.
– Кому нужен этот курорт на мысе Элизабет? Кто туда поедет? – спросил Джадд равнодушным и совершенно чужим голосом, словно давая Челси понять раз и навсегда, что о близости между ними больше не может быть и речи.
Челси знала, что заслужила это, и несколько дней кряду готовила себя к подобной развязке, но теперь, когда воочию убедилась в необратимости происшедшего, сердце ее болезненно сжалось, руки опустились и к горлу подкатил комок.
Ей стоило немалого труда сохранить невозмутимый, жизнерадостный тон.
– Люди хотят путешествовать, но теперь многие предпочитают не уезжать далеко от дома. Там очень тихое, уютное местечко, отличные условия, скромные цены. Я уверена, что Роскинс не прогадает.
– А кто этот Алекс Лаппин?
– Мой знакомый. Я работала у него после окончания колледжа. Потом он рекомендовал меня управляющему архитектурной фирмы. Я сперва работала там чертежницей, а затем поступила в школу дизайна.
Ей очень хотелось услышать от него хотя бы несколько слов, по которым она смогла бы судить о его настроении, о его мыслях и планах.
– Как ты думаешь, – спросила она, не в силах вынести затянувшегося молчания, – удачна ли моя идея насчет большого приема?
Помолчав, он пожал плечами.
– Не знаю. Ничего подобного у нас никогда прежде не бывало.
– Но все же, как ты считаешь, принесет ли это хоть какую-нибудь пользу компании?
Джадд ответил не сразу.
– Это будет зависеть от того, кто откликнется на приглашение.
Челси снова вздохнула. Не в силах долее сдерживаться, она воскликнула:
– О Господи! Мы разговариваем в типичной для Норвич Нотча манере! Знаешь, я начинаю понимать, почему здесь все так привержены традициям. Ведь чтобы высказать мало-мальски новую мысль, местным жителям придется затратить на поиск нужных слов столько умственных усилий, что сама мысль тем временем ускользнет и позабудется! – Она тряхнула головой и добавила гораздо мягче: – Поговори со мной, Джадд!
Он издал какой-то неопределенный звук, и Челси было приняла его за возглас негодования, но вслед за этим Джадд растерянно пробормотал:
– Как я мог этого не заметить? У тебя такая большая грудь! И талия, если внимательно приглядеться, заметно располнела!
– У очень многих женщин полная грудь и широкая талия! – возразила Челси. – И ты ведь не знал, как я выглядела прежде. Тебе не с чем было сравнивать.
– Нет! – ответил на это Джадд. – Я Должен был заметить!
– Никто пока что ничего не подозревает…
– Но я был ближе к тебе, чем кто бы то ни было другой!
– Тебе просто в голову не могло прийти, что я беременна!
– Я должен был обратить внимание на то, что у тебя нет месячных!
– Но ведь мы с тобой проводили вместе не все ночи подряд. К тому же не так давно я на целых три дня уезжала в Балтимор.
Джадд наконец повернулся к ней лицом. Его стройная, мужественная фигура отчетливо вырисовывалась на светлом фоне окна. Он пристально взглянул в глаза Челси и спросил:
– Ты действительно собиралась сказать мне, что ждешь ребенка от Карла?
– Ну разумеется! У меня язык не поворачивался сказать тебе о своей беременности, я все откладывала этот разговор… Но скрывать, что я зачала от Карла, мне и в голову не приходило. Я не стыжусь того, что у нас с ним было. Мы и вправду подумывали о совместной жизни. Его и мои родители столько лет мечтали о том, что мы поженимся! Нам показалось вполне естественным и нормальным наконец познать друг друга. Но из этого, к сожалению, ничего не вышло. И теперь он, по-моему, вполне счастливо живет со своей Хейли…
Джадд нахмурился и мрачно проговорил:
– Ты ведь могла попытаться убедить меня, что это мой ребенок.
– Нет, что ты! При всем желании мне это не удалось бы. Мой живот вырос бы слишком быстро. Я должна родить в начале февраля. Сопоставив все даты, ты разоблачил бы мой обман.
– Но младенцы зачастую появляются на свет раньше срока.
Челси в ответ на это сморщилась, словно от боли, и тряхнула головой. Помолчав, она сказала.
– Я никогда и ни за что не опустилась бы до подобного обмана! У меня нет ни малейшей необходимости искать отца для моего будущего ребенка. Мне не нужен муж! У меня хватит времени, сил и средств, чтобы самой воспитать свое дитя! – Взгляд ее стал задумчивым, губы тронула легкая улыбка. Склонив голову набок, она мягко произнесла: – Для меня это было таким замечательным подарком! Все эти годы я ни разу всерьез не задумывалась о семье, о детях… Но когда доктор сказал, что я беременна, идея обрести близкое, родное существо, которое будет принадлежать только мне, захватила меня целиком. Я нисколько не боюсь тех проблем, сложностей и даже страданий, которые неизбежны, если решаешься быть матерью. И я так счастлива! Я с таким нетерпением жду того дня, когда мой ребенок появится на свет!
– И ты считаешь, что имеешь полное право вести себя подобным образом? – побледнев от гнева, воскликнул Джадд, подходя к ней вплотную. – Ты приехала сюда и всех обманула! Ты решила пустить нам пыль в глаза! Почему ты думаешь, что тебе необходимо скрывать, кто ты есть на самом деле? И то, в каком положении ты находишься? Ты считаешь себя умнее всех нас? Или думаешь, что ты на голову выше всех остальных? И надеешься, что все сойдет тебе с рук?!
Она выдержала его исполненный негодования взгляд.
– Нет. Я вовсе не считаю себя виноватой в том, что хочу узнать правду о своем рождении. Но мне просто не за что зацепиться. И я не нахожу нужным оповещать всех и каждого о своих личных проблемах.
– Почему бы тебе не начать расспросы?
– Кого и о чем мне спрашивать? Все это время я пребываю в полной растерянности. Поверь, мне очень, очень нелегко. И я не заслужила твоих упреков!
– Надо проанализировать то, что известно тебе самой, и решить, как действовать дальше.
– Я знаю совсем немного. Я родилась здесь тридцать семь лет тому назад, и меня удочерили сразу же после рождения. Я знаю, как тяжело для матери лишиться своего ребенка! – она невольно прижала руку к нижней части живота. – Плод, который зреет во мне, еще даже не начал шевелиться, но я так дорожу им! И если бы я знала, что, выносив и родив свое дитя, должна буду отдать его чужим людям, это убило бы меня! – Глаза ее наполнились слезами. – Люди не отказываются от своих детей по доброй воле. Их вынуждают к этому обстоятельства, и это всегда сопряжено со страданиями!
– Откуда тебе это известно? – резко спросил он.
– Я прочитала массу литературы по этому вопросу, – ответила Челси, чувствуя, что вместе с этими словами к ней возвращается былая уверенность в себе. Никто не смог бы, подобно старому Оливеру, упрекнуть ее в том, что она не выполнила своего домашнего задания. Или выполнила его недобросовестно, спустя рукава. – Но мне неизвестно, какая причина побудила мою родную мать отказаться от меня и что она в связи с этим пережила. И я не знаю, была ли она молодой или уже в годах, замужней или одинокой, богатой или бедной. Не знаю, скрывала ли она свою беременность в одной из убогих хижин Картер Корнера, чтобы, родив меня, тайком подбросить к чьей-нибудь двери, или о ее позоре судачил весь город, сделавший ее парией, как мать Хантера… А может быть, она принадлежала к семейству Фарров, Джемисонов или Пламов, и родные, узнав о ее грехопадении, отправили ее на весь период беременности в какое-нибудь загородное владение, чтобы спасти себя от позора, а меня позаботились пристроить в хорошую, состоятельную семью…
Едва переведя дыхание, она смело взглянула ему в глаза и окрепшим голосом добавила:
– И я считаю, что с твоей стороны несправедливо упрекать меня в скрытности и неискренности. Люди делятся своими личными, интимными проблемами только с тем, кому они доверяют. А жители Норвич Нотча не очень-то располагают к доверию. Я так надеялась встретить в этом замкнутом, патриархальном мирке тепло и понимание, столь свойственные давно прошедшим временам, в которых, судя по внешним признакам, навеки застыл этот городок. Но надежды обманули меня. Все документы, которые могли бы пролить свет на тайну моего рождения, уничтожены. Об этом позаботился мой отец. Тот, кого я привыкла считать отцом, – Кевин Кейн. Местный адвокат, который официально оформлял мое удочерение, давно умер, а повитухе, принимавшей роды у моей матери, хорошо заплатили за молчание. Вот и выходит, что я знаю лишь, что родилась в Норвич Нотче. Единственный предмет, который, если можно так выразиться, достался мне в наследство от моих настоящих родителей, – это серебряный ключик, который кто-то прислал Эбби через несколько лет после моего появления на свет. Никакого письма к нему не приложили. И никаких дальнейших попыток вступить в контакт с Кейнами сделано не было. Что ты можешь на это сказать? Что ты посоветуешь мне сделать? Повесить ключ на шею и ждать, что кто-нибудь заговорит со мной о нем, расскажет, откуда он взялся?
– При том, как ты себя ведешь, – ледяным голосом ответил Джадд, – увешайся ты хоть с ног до головы драгоценностями из британской королевской сокровищницы – все сделают вид, что ничего не замечают. Но вот что они уж точно не смогут не заметить, так это твой живот. Не за горами то время, когда ты уже не сможешь скрывать свою беременность. А ты представляешь себе, что значит быть незамужней матерью в Норвич Нотче? Одно дело – жительницы Корнера. Все уже привыкли к тому, что тамошние девчонки ведут себя вольно, ну и, разумеется, время от времени производят на свет внебрачных детей. Но чтобы подобное произошло с женщиной из общества?! Нет, это просто невозможно!
Челси медленно встала со стула и выпрямилась во весь рост. Если Джадд не желает понять ее, значит он ничем не лучше остальных. Она готова была в одиночку бороться за свое достоинство, за право поступать, как считает нужным, со всеми жителями Норвич Нотча.
– А что они могут со мной сделать? Побьют меня камнями? Привяжут к позорному столбу, который специально для этой цели установят на городской площади? И повесят мне на шею табличку с надписью «Падшая»? Какое счастье, что времена подобных экзекуций миновали! Я ни минуты не сомневаюсь, что жители вашего городка способны были бы осуществить все это. И вот еще что. Когда я родилась здесь, я была просто никем. И меня увезли отсюда прочь. Теперь, вернувшись в Норвич Нотч, я безусловно представляю собой кое-что. И жителям города не так-то просто отмахнуться от меня. Они нуждаются во мне гораздо больше, чем я в них. Судьба Норвич Нотча в огромной степени зависит от "Плам Гранит". А будущее "Плам Гранит" находится не только в руках семьи Пламов, но и в моих тоже. Если меня станут третировать в связи с моей беременностью, я просто уеду отсюда. И пусть гранитная компания решает свои проблемы без моей помощи. И ты прекрасно знаешь, что ей это не удастся!
– Ты и вправду готова лишиться денег, вложенных в модернизацию "Плам Гранит"? – усмехнулся Джадд. – Так я тебе и поверил!
– Выходит, ты совершенно не знаешь меня, – задумчиво произнесла она. Челси была скорее разочарована, чем удивлена своим открытием. Их близость исчерпывалась в основном интимными отношениями, и они почти никогда не поверяли друг другу свои мечты, надежды, взгляды на жизнь. – Деньги никогда не являлись для меня главным в жизни, в работе. Иначе я не просиживала бы часами за чертежным столом, а занималась бы одним лишь бизнесом. Но мне доставляет удовольствие создавать проекты зданий, придумывать что-то новое, свое, использовать чужие находки и по-разному комбинировать то и другое. И даже когда я инвестирую во что-либо свои деньги, мною движет азарт, а не корысть. Меня привлекает в этом возможность что-то предпринимать, влиять на ход событий, противостоять чьим-то интересам, а чьи-то поддерживать. Мой азарт сводится лишь к участию в игре, а результат ее, поверь, я считаю делом второстепенным. Ты можешь считать меня слишком самоуверенной или слишком беззаботной, ты можешь не верить мне. Но если я и вправду брошу "Плам Гранит" на произвол судьбы, большого ущерба мне это не нанесет. Чего, согласись, никак нельзя сказать о жителях вашего городка.
– Но они ведь не просили тебя вкладывать деньги в гранитную компанию!
– Нет, не просили. Но не сделай я этого, компания вместе со всеми, кто на нее работает, тихо и плавно пошла бы ко дну. Она ведь уже начинала тонуть. И тебе это известно лучше, чем кому-либо другому. Это я удержала ее на плаву.
– Ты считаешь себя ангелом-избавителем местного уровня? Так, что ли?
– Нет. У меня просто-напросто есть деньги. И, устраивает это тебя или нет, но они дают мне немалую власть. – Вздохнув, она прошептала: – О, как я ненавижу это слово! – Но через секунду продолжала столь же решительно и резко: – И я могу позволить себе делать то, на что другие никогда не осмелились бы. Оливер, Эмери и Джордж каждое утро встречаются в парикмахерской и остаются там, сколько им заблагорассудится. Никто не смеет появиться там, пока они не соизволят уйти. И никому даже в голову не приходит возмутиться. Хантер Лав совершенно безнаказанно носится на своем ревущем «кавасаки», когда ему заблагорассудится, в том числе глубокой ночью. И ему это сходит с рук. Одна из дочерей Джемисонов ежегодно избирается Мисс Норвич Нотч, и все принимают это как должное, хотя ни для кого не секрет, что в городе есть гораздо белее красивые и изящные девушки. Итак, Челси Кейн беременна. Это ее частное дело. И пусть тот, кто захочет попрекнуть ее этим, заранее взвесит все возможные последствия!
– И ты готова объявить об этом во всеуслышание? – мрачно спросил Джадд.
Она гордо подняла голову и невозмутимо ответила:
– Да, если возникнет такая необходимость.
– Все будут просто в восторге от этого известия!
– Я здесь вовсе не затем, чтобы вызвать восторг в сердцах местных жителей. Я хочу помочь гранитной компании увеличить сбыт продукции и расширить клиентуру, я надеюсь узнать, кто дал мне жизнь, и родить своего ребенка. Вот и все, что удерживает меня в Норвич Нотче.
– Ты не можешь купить любовь и внимание к себе.
– А разве я хоть что-нибудь сказала о любви?
– Нет, но именно ее тебе здесь недостает. Ты сама жаловалась на это. Ты хочешь занять видное место в этом городе, завоевать симпатии его жителей, а потом объявить, что никто из них и мизинца твоего не стоит. И все потому лишь, что какая-то безвестная женщина осмелилась когда-то отказаться от своих прав на тебя.
– Ты ошибаешься, Джадд! – воскликнула она.
Но он, невесело усмехнувшись, повернулся и исчез в лестничном проеме, оставив Челси в негодовании и растерянности. Она понимала, что Джадд зол на нее и до сих пор не может простить ей ее скрытность. Иначе он не стал бы так резко говорить с ней. Но в глубине души она вынуждена была признать, что в словах его содержалась немалая доля правды.


От взгляда Донны не укрылось, что с Челси творится что-то неладное. Уже неделю та ходила, точно в воду опущенная. В те дни, когда они не виделись друг с другом на аэробике, Челси забегала в магазин, чтобы поздороваться с Донной и перекинуться с ней парой слов. При этом она обычно покупала какой-нибудь пустяк – бутылку минеральной воды, шоколадку, заколку для волос. Но покупки эти служили лишь предлогом для встреч с Донной, которая всегда оживлялась при виде Челси, все более дорожа дружбой с ней.
Но дружба предполагает неравнодушное отношение друг к другу, поддержку и взаимопомощь. И Донна готова была оказать Челси помощь, в которой та без сомнения нуждалась.
Она догадалась, что в Балтиморе с Челси произошла какая-то неприятность. Она переменилась именно после возвращения оттуда. Донна была уверена, что догадка ее верна. Навряд ли Челси выглядела бы такой печальной и опустошенной от беспокойства по поводу предстоящего приема. К концу недели она набралась духу спросить обо всем саму Челси.
"Тебя что-то тревожит? – набрала она на компьютере, усадив Челси на стул в небольшой служебной комнатке. Мэтью, застав их здесь, непременно устроил бы Донне выговор, но его как правило раздражало все, что бы она ни делала. Так что терять ей было особенно нечего. – В чем дело?"
"Никак не могу решить, подавать ли печеные моллюски или барбекю, – напечатала Челси. – Что бы ты посоветовала?"
Донна досадливо отмахнулась и набрала: "Тебе не удастся обмануть меня. С тобой что-то произошло. Скажи, это связано с твоим отцом, да?" Челси отрицательно помотала головой.
– Он будет на приеме?
– Скорее всего, нет.
Донна внимательно вгляделась в лицо подруги. Она знала, что отношения между нею и Кевином оставляли желать лучшего. Но их взаимное отчуждение началось уже довольно давно, а Челси резко изменилась лишь за последнюю неделю.
– Значит, у тебя размолвка с Джаддом?
Челси подняла на нее глаза. Она не знала, что ответить Донне. Но раз ее связь с Джаддом уже ни для кого не секрет…
– Откуда тебе известно о нас? – тихо спросила она. Улыбнувшись, Донна напечатала:
"Норвич Нотч – маленький городок. Люди знают, у кого какая машина. И если возле твоего дома почти каждую ночь случайно паркуется чужой "блайзер…
– Это все Хантер! Это он распустил язык!
Донна покачала головой.
"Хантер – вовсе не сплетник. Чего я не сказала бы о многих и многих других. Кто-то увидел в твоем дворе его машину, а кто-то случайно услышал, что сиделка теперь часто остается с Лео на всю ночь. – Лицо Челси вытянулось от огорчения. Она была в таком замешательстве, что Донна, лукаво усмехнувшись, потрепала ее по плечу. – Не принимай это так близко к сердцу. Никто вас не осуждает. Ведь он свободен, да и ты не замужем. Вы – такая красивая пара…"
Челси вздрогнула и закусила губу. В глазах ее было столько отчаяния, что Донна спросила вслух, не заботясь о том, насколько резко и громко мог прозвучать ее искаженный глухотой голос:
– Что случилось?!
После минутного колебания Челси принялась быстро набирать на компьютере ответ, трижды заполнивший экран монитора.
Прочитав пространное сообщение подруги, Донна недоверчиво взглянула на ее живот. Он казался ей таким плоским. Она никак не могла себе представить, что там растет и развивается младенец… Но Челси всегда носила одежду свободного покроя. Возможно, поэтому ее беременность пока незаметна.
Но не одно лишь это сообщение потрясло ее до глубины души.
– Неужели ты и вправду родилась в нашем городе?! – Донна никак не могла поверить этому. Челси казалась жительницей другого мира. Слишком уж она была изысканна для захолустного Норвич Нотча.
"Тридцать семь лет назад, – ответила Челси. – Но я не могу обратиться ни к каким документам. Они все уничтожены. И я не знаю, с чего мне начать поиски. Ведь Норвич Нотч – маленький городок. А тогда, полагаю, он был и того меньше. Здесь рождается не так уж много детей. И еще меньше оказываются усыновленными. Но тема эта довольно щекотливая… Скажи, а ты случайно не помнишь разговоров о чем-либо подобном?"
Донна помотала головой и напечатала ответ: Я ведь была еще очень мала, когда все это произошло. Тебе надо поговорить с кем-нибудь из пожилых людей. – Поставив на экране ряд точек, чтобы отделить эту фразу от следующей, она набрала: – Джадд очень зол на тебя?"
Подняв голову, она стала внимательно следить за губами Челси, которая раздельно произнесла:
– Он был вне себя от ярости! Он считает, что я обманула его, а также и всех жителей Норвич Нотча. Он оскорблен до глубины души. Я, по его мнению, решила отомстить всем за свое прошлое. Знаешь, говоря откровенно, я готова признать, что совершила массу ошибок. Мне следовало повести себя иначе. Но последние месяцы выдались для меня уж очень тяжелыми. Сначала на меня обрушились все эти неприятности в Балтиморе. Столько потерь! Потом началась наша связь с Джаддом, причем совершенно неожиданно для меня и, если уж на то пошло, совсем некстати… Мне пришлось работать в двух фирмах одновременно, и там и здесь, и обустраивать офис в Швейной Гильдии, и следить за работами в Болдербруке, и бороться с приступами тошноты по утрам… А еще эти телефонные звонки… – Она махнула рукой и заключила: – Видимо, я слишком много на себя взяла…
Челси на миг погрузилась в свои невеселые думы. Но Донна, дотронувшись до ее плеча, указала на экран монитора, где было набрано:
"Что еще за телефонные звонки?"
– Мне звонят поздними вечерами. Два-три раза подряд. Сняв трубку, я поначалу ничего не слышу, а затем раздается приглушенный гул детских голосов, знаешь, как если бы кто-то записал звуки, доносящиеся из школьной столовой во время перерыва на ленч, и включил магнитофон…
"И часто это бывает?"
"По несколько раз в неделю. Я стараюсь не думать о них, но они все не прекращаются… Кто-то хочет напугать меня, и этот кто-то очень настойчив. Признаться, эта настойчивость начинает действовать мне на нервы!"
Глаза Донны загорелись гневом.
"Нолан знает об этом?"
Челси пренебрежительно наморщила нос.
"Да ведь это всего лишь телефонные звонки! Я не хотела бы предавать огласке чьи-то глупые выходки. По-моему, эти шутники только того и ждут. Обратиться в полицию – значит дать им понять, что я принимаю их всерьез".
"И все же надо непременно сообщить об этом Нолану!"
"Но ведь мне никто и ничем не угрожает. Эти звонки досаждают мне, но и только. При чем здесь полиция?
Но Донна придерживалась иного мнения. Повернувшись к компьютеру, она набрала:
"Нолан – очень славный человек. Он никому ничего не расскажет. Он часто заходит в наш магазин. Можно, я расскажу ему об этих звонках?"
– Но что он сможет сделать?
"Он будет приглядывать за Болдербруком и его окрестностями. А также прислушиваться к разговорам о тебе. Возможно, кто-то ненароком проболтается, и Нолан узнает, кому именно так не терпится избавиться от тебя".
Челси грустно взглянула в глаза подруги и четко произнесла:
– Я знаю это и без Нолана. Полгорода мечтает, чтобы я убралась отсюда восвояси.
Донна обняла ее и с нежной улыбкой сказала:
– Неправда! Они просто завидуют тебе, вот и все. – Она перевела взгляд на живот Челси и добавила: – И я тоже! Ждать ребенка – такое счастье!
Челси смущенно улыбнулась и спросила:
– Ты легко перенесла беременность?
Донна кивнула, и пальцы ее забегали по клавиатуре компьютера:
"Джози всегда был прелестным ребенком. Я жалею, что у него нет братьев и сестер, но так уж вышло…
– Это из-за твоего заболевания?
"Из-за мужа". – Она быстро стерла написанное и спросила:
– Ты собираешься рожать здесь или в Балтиморе?
– Здесь, в моем доме. С помощью повивальной бабки. – Лицо Донны выражало растерянность и недоумение, и Челси, усмехнувшись, набрала на экране: – „Я уже давно приняла это решение и намерена осуществить его".
"И ты не боишься? Ведь мало ли что может случиться…"
– Да, побаиваюсь, конечно. Но, Бог даст, все обойдется хорошо.
Подобные утверждения Челси порой внушали Донне благоговейный страх. До сих пор она считала, что бесстрашие и безоглядность Челси, ее внутренняя свобода и независимость порождены лишь достатком и особенностями воспитания, которое она получила. Теперь, узнав ее ближе, она внезапно поняла, что Челси Кейн ведет себя столь свободно еще и потому, что не знает своего прошлого, не ощущает своих корней.
С Донной все обстояло совершенно иначе. Она принадлежала к почтенному и уважаемому семейству Пламов, а затем породнилась с Фаррами, столь же почтенными и уважаемыми. Она уже порядком устала без конца напоминать себе, как это замечательно и как ей повезло. Ей так хотелось бы обрести хоть малую толику той внутренней свободы, которой в избытке обладала Челси. Ей и в голову не приходило мечтать о том, чтобы навсегда покинуть Нотч, ведь здесь жил Джози, и она ни за что на свете не решилась бы вырвать его из привычной обстановки и уж тем более – расстаться с ним. Но порой ее снедало непреодолимое желание хоть немного развеять скуку и однообразие своей жизни торжественным ужином в дорогом ресторане, поездкой в Бостон или Портленд. Она так хотела бы почаще приглашать к себе на обед друзей и соседей без опасений быть униженной и осмеянной в их присутствии. Или закрасить седые пряди волос, не услышав при этом назидательного: "Ты должна гордиться своим возрастом!" Поэтому Челси стала для нее своего рода эталоном чего-то желанного и недосягаемого.
Ах, если бы в ее характере было хоть немного отваги и решимости! Но нет уж, пусть все остается как есть! Обладай она смелостью и безоглядностью Челси, кто знает, возможно, это толкнуло бы ее на поступок, который шокировал бы население Норвич Нотча гораздо сильнее, чем беременность Челси Кейн…
После ухода Челси Донна не могла думать ни о чем другом, кроме проблем и трудностей своей новой подруги. Она понимала, что не решилась бы эпатировать окружающих какой-либо дерзостной выходкой, как бы порой ей этого ни хотелось. Но поддержать Челси, нуждавшуюся в ее помощи, было, как она полагала, ее прямой обязанностью. Навряд ли это придется по душе кому-либо из ее родных и знакомых. Ну что ж, тем лучше! Пусть знают, что и она, Донна Плам Фарр, способна принимать самостоятельные решения и осуществлять их! Она непременно сообщит в полицию о телефонных звонках, раздающихся по вечерам в Болдербруке. И с завтрашнего дня станет заниматься бегом вместе с Челси, чтобы та не чувствовала себя такой одинокой и беззащитной на дорогах, запруженных машинами.
Время близилось к полудню. Донна, бледная от волнения, не сводила глаз с циферблата своих часов. В двенадцать Мэтью позволял ей отлучаться из магазина, чтобы наскоро перекусить. Призвав на помощь все свое мужество, она вышла на улицу и торопливо зашагала к зданию полицейского участка.


Неделей позже Оливер и Эмери, как всегда по утрам, пили кофе в парикмахерской Зи. Оба, держа чашки в руках, стояли у окна и пристально разглядывали двух женщин, которые разговаривали у входа в магазин Фарра. Их кофе давно остыл, но оба, похоже, не обращали на это ни малейшего внимания.
– Не нравится мне, как ведет себя Донна, – вполголоса пробормотал Эмери. – И парню моему это тоже не по душе. Она стала совсем другой рядом с этой выскочкой. Мэтт сказал, что теперь они вместе бегают по утрам. Ты скажи ей, чтоб она это прекратила!
– И не подумаю! – огрызнулся Оливер.
– Ты же ее отец!
– А он – ее муж. Пусть сам учит ее уму-разуму. Мне дела нет до того, куда и с кем она бегает.
– Вот была бы она твоей женой…
– Так ведь и я о том же! Это дело мужа, а не мое.
– А я скажу, – раздался из глубины парикмахерского кресла пронзительный голос, – что совершенно неважно, чья она жена и чья дочь. Факт в том, что она проводит слишком много времени с этой Челси Кейн. И ни к чему хорошему это не приведет. Вот увидите! Эта дамочка возжелала скупить на корню весь наш город!
Оливер бросил недовольный взгляд на Джорджа, которого старательно брил старый Зи.
– Ты, никак, не рад ее инвестициям в нашу промышленность, Джордж? По-твоему, наш город не нуждается в ее деньгах?
– Против ее денег я ничего не имею. А вот она сама лучше бы убралась отсюда в свой Балтимор.
– Но она хочет жить здесь. И она обеспечивает нас великолепными заказами, о каких мы прежде и мечтать не смели! – заспорил Оливер. – Мы все время нанимаем новых рабочих. Верно я говорю, Джадд?
– Да, – ответил Джадд, прислонившийся к стене с чашкой кофе в руках.
– А чем больше народу у нас работает, тем больше денег будет лежать в твоем банке, – бросил Оливер Джорджу, – и в кассе твоего магазина, – он кивнул в сторону Эмери. – Так что уж кому-кому, а вам бы следовало помалкивать насчет этой Челси Кейн.
Эмери возмущенно засопел.
– Мы так и поступали, и к чему привело это попустительство? Сколько достойнейших женщин точно с цепи сорвались? Носят теперь короткие платья, обтягивающие панталоны, какие-то немыслимые майки. Не знаешь, куда и глаза девать при виде такого чудовищного стриптиза. И волосы завивают точь-в-точь как она! Не говоря уже о Дне труда. Вы хоть слыхали, что она затевает?
– Какую-то чертову свалку! – взвизгнул Джордж. Эмери, поправляя очки, пробормотал:
– Большой прием. Кому это нужно, скажите на милость? Ты давал ей на это разрешение, Оливер?
– А почему это я должен давать ей разрешение? – возмутился Оливер. – Она сама оплачивает эту свою нелепую прихоть. А я умываю руки.
– Нет, – настаивал Эмери, – ее определенно следует поставить на место. Городской комитет по благоустройству должен заняться этим вопросом. Она ведь обнаглела настолько, что наняла Били, и та взялась приготовить цыплячье барбекю и шарлотку из яблок для ее дурацкого приема! А это означает, что мы, горожане, будем праздновать День труда без шарлотки! Кто еще, кроме Биби, сможет ее нам сделать?! А разве кто-нибудь из вас помнит хоть один День труда без яблочной шарлотки на десерт?!!
– А по-моему, ее индейский пудинг гораздо вкуснее, – вставил Джадд, чтобы хоть как-то разрядить накалившуюся до предела обстановку. Посоветуйся Челси с ним, он предостерег бы ее от многих ошибок, которые она допустила при подготовке своего приема. Но за помощью и советом она к нему не обращалась. У нее просто не было такой возможности. С того понедельника, когда они поговорили начистоту в ее мансарде, Джадд старательно избегал встреч с ней. Их общение ограничивалось теперь лишь деловыми разговорами, с молчаливого согласия обоих сводимыми до минимума. Джадду и в голову не приходило возобновить их прежние отношения, и злость охватывала его всякий раз, как он вспоминал о чудовищном надувательстве, жертвой которого ему довелось стать по вине Челси.
– Расскажи ему о гостинице! – воскликнул Джордж. Эмери, как ни странно, расслышал его слова, хотя голос Джорджа заглушала салфетка, которой Зи в эту минуту промокал его лицо.
– Она заранее забронировала все номера в гостинице Норвич Нотча, да еще уйму комнат в Стоттервилле. Ума не приложу, как мы будем выкручиваться, если и к нам на этот уик-энд нагрянут гости! Их просто некуда будет поселить. – Эмери возвысил голос: – Говорю тебе, Олли, эта особа перевернет здесь все вверх тормашками!
Джадд шумно вздохнул. Все приняли этот звук за выражение возмущения с его стороны. Но он думал о своем. Ему никак не удавалось вытеснить из памяти образ Челси, и при воспоминании о том, как хорошо им было вдвоем, желание близости с ней охватывало его с неудержимой силой. И как ни пытался он внушить себе, что ему следует навсегда забыть о ней, его сердце и его тело, помнившее ее ласки, отказывались подчиняться велениям разума. И это лишь усиливало владевшую им злость.
– Расскажи ему про расчистку двора! – потребовал Джордж, повернувшись к Эмери.
Тот возбужденно заговорил:
– Ты представляешь, она сказала Хантеру, что хочет навести идеальный порядок в своем дворе накануне этого чертова приема. И вот теперь все рабочие, которые должны были заниматься подготовкой города к празднику, станут трудиться в Болдербруке. А что мы будем делать, ума не приложу. Как нам-то прикажешь выкручиваться? – Он внимательно посмотрел на свои гладко отполированные ногти и продолжал: – Она заплатит им чертову уйму денег. Мы не сможем ни запретить им работать на нее, ни предложить больше. У меня такое чувство, словно эта дамочка ставит фильм, в котором для нас с вами ролей не припасено!
Да нет, думал тем временем Джадд. Нельзя сказать, что поступок Челси являлся таким уж надувательством. Он вынужден был с горечью признать, что она не столько обманула его, сколько отстранила от себя, исключила из круга своих самых насущных забот, тем самым давая ему понять, что он – лишний, аутсайдер. Она и ее ребенок составляли единое целое, и Челси не сочла возможным посвятить его в свою тайну.
– Мне совсем не по душе все это, Олли, – не унимался Эмери. – Ты должен избавиться от нее!
– Я делаю для этого все, что в моих силах. Мы обгоним ее в работе, вот увидишь. К июню она уберется отсюда.
– До июня еще слишком далеко. Сделай так, чтобы она убралась теперь же!
Голос Оливера перешел в визг.
– Как, по-твоему, я могу это сделать, черт возьми?!
Джордж поднялся на ноги. Старое обитое кожей кресло тихо скрипнуло. Зи почтительно отошел в сторону.
– Как?! – переспросил Джордж, подходя к Оливеру почти вплотную. – Открой свой рот и все ей скажи!
– Что именно?
Джордж, насупившись, уставился в окно.
– Скажи ей, чтобы она проваливала отсюда!
– Я не могу этого сделать. Ведь мы с ней партнеры. Джордж сощурил глаза, отчего лоб его стал казаться еще выше, а ежик седых волос воинственно встопорщился.
– Она тебе нравится, вот что я скажу!
– Ты что, с ума спятил? – рявкнул Оливер. – Но она пока что выполняет все свои обязательства. Она находит клиентов и организует сбыт.
– Этим она может заниматься и в Балтиморе. А здесь ей делать нечего. Ты только взгляни на нее! – И он стал пристально и, как показалось Джадду, не без вожделения смотреть в окно на Челси. – Носит платья, которые даже колен не прикрывают! А знаешь, что о ней говорят в баре гостиницы? Что она попросту охотится здесь за мужиками. Одного ей, видать, мало. И я считаю, что они правы! Иначе бы она так не выставляла напоказ все свои прелести!
– Но на ней ведь платье свободного покроя, – вмешался Джадд, не в силах дольше выносить циничные замечания сластолюбивого старика, – и оно скорее скрывает, чем подчеркивает формы ее тела. Навряд ли ее наряд можно назвать вызывающим!
– А я говорю о ее ногах! – не уступал Джордж. – Они совершенно голые!
Оливер хмыкнул.
– Как и у половины жителей города в это время года!
– Но старина Бак, однако же, не прижимается так настойчиво ни к чьим другим ногам! – продолжал гнуть свое Джордж. – У этого кобеля бездна вкуса, доложу я вам! – Он слегка отклонился в сторону, не отрывая взгляда от Челси. – Ну отойди же ты чуть подальше, хитрая псина, мне ведь почти ничего не видно!
– Господь с тобой, Джордж, – урезонил друга Эмери. – Тебя послушаешь, так можно вообразить, что ты с полгода сидел на необитаемом острове, не видя ни одной женщины. Опомнись! Я ведь в курсе, что новая секретарша, которую ты нанял…
– Я – вдовец, – с достоинством ответил Джордж. – И имею полное право развлекаться с кем и как хочу!
– Ну разумеется, старина, – примирительно пробормотал Эмери, сняв очки и протирая стекла кусочком замши. Он хитро улыбнулся и стал необыкновенно похож на Санта Клауса с рождественской открытки. – Но я не уверен, что эта красотка согласилась бы принять участие в твоих развлечениях. На что ей может сдаться старый гусак вроде тебя? – Он мотнул головой в сторону Челси и, подмигнув, весело осведомился: – Не потому ли ты так злишься на нее?
Не успел Джадд осмыслить слова Эмери, как Джордж, вместо того чтобы ответить приятелю, повернулся к нему и отрывисто спросил:
– А ты знаешь, о чем поговаривают в баре Крокера? Сказать тебе?!
Джадд одним глотком допил свой кофе, смял бумажный стаканчик и швырнул его в корзину для мусора. Обхватив себя руками за плечи, он с напускным равнодушием спросил:
– И что же говорят в "Крокере"?
Как будто он этого не знал! Он бывал там ежедневно, иногда даже по несколько раз в день. Разумеется, лично ему никто пока ничего не говорил, но Джадд знал, что стал предметом сплетен и оживленных пересудов.
– Что ты вовсю путаешься с ней, вот что! Это правда?
– Нет.
– Как же, как же! – хихикнул Эмери.
Оливер выпятил вперед нижнюю губу, по-прежнему не отводя взора от входа в магазин Фарра. Казалось, он вовсе не слышал слов Эмери, по-видимому, задавшегося целью во что бы то ни стало уличить Джадда.
– Не обольщайся! Весь город знает, где ты проводишь те ночи, когда Милли остается с твоим отцом, – веско произнес он и, усмехнувшись, добавил: – Но вот зато в том, что ты путаешься с самой Милли, никто тебя не заподозрил. Ни одна живая душа!
Джордж, заложив большие пальцы рук за подтяжки, изучающе посмотрел на Джадда. Слегка наклонив голову, он обратился к Эмери:
– А что, он парень хоть куда. И я прекрасно понимаю эту бабенку. И ростом вышел, и сложением, да и лицо пригожее. Я ведь об этом говорил еще тогда, когда мы его просили приглядывать за ней, помнишь? – Он повернулся к Джадду и сказал отеческим тоном: – Поосторожнее, Джадд! Учти, ты играешь с огнем! Мало тебе было одной вертихвостки из большого города, так ты теперь за другую уцепился? Как бы она не спалила тебя дотла!
– Я вовсе не так глуп, чтобы повторять прежние ошибки, – ответил Джадд.
– Лео вот тоже считал себя умником, – все тем же назидательным тоном продолжал старик, – а посмотри, чем он кончил? Эта городская бабенка доконала его! Он ведь так и не смог прийти в себя после ее ухода. И я готов поклясться, что начало его нынешней ужасной хвори было положено именно тогда!
Джадд отделился от стены и расправил плечи.
– Мы с Лео жили вовсе не так уж плохо!
– И слава Богу! – подхватил Джордж. – Но если ты и на деле так умен, как мнишь о себе, то ты перестанешь забавляться с Челси Кейн и постараешься поставить ее на место. Она хочет заниматься сбытом гранита – прекрасно. Но кроме этого она намерена перевернуть весь наш город вверх тормашками. Этого уже никак нельзя допустить! И если ты сам не скажешь ей об этом, что ж, найдется много других желающих немного вправить ей мозги. Имей это в виду, Джадд!
Джадд взглянул на часы и сказал, поворачиваясь к Оливеру:
– Половина одиннадцатого. Я должен ехать на разработки. Если хотите, могу и вас подбросить.
– Ты слышал, что я сказал, Джадд? – строго спросил Джордж.
О да, Джадд внимательнейшим образом выслушал его. И вспомнил, как рано утром два дня тому назад, когда он завтракал в баре "У Крокера", в его кабинку бесшумно проскользнул Нолан Маккой, сообщивший ему о странных телефонных звонках, раздающихся вечерами в доме Челси. С досадой отметив про себя, что она скрыла от него и это тоже, Джадд подумал, что Джорджу, судя по его нетерпеливому желанию удалить Челси из города, возможно, известно о них гораздо больше, чем кому-либо еще.
Джадд не намерен был возобновлять связь с Челси, но считал своим долгом защитить ее в случае, если кто-либо попытается причинить ей вред. Он не знал, как далеко могут зайти злоба и зависть жителей Норвич Нотча, но разговор с Джорджем убедил его в том, что ему следует быть начеку.


Празднование Дня труда в Норвич Нотче очень походило на торжества в честь Четвертого июля. Разве что лица горожан были покрыты летним загаром, да торжественное шествие, как показалось Челси, заняло меньше времени.
Велосипедные гонки устраивались на сей раз с целью сбора средств на борьбу с мышечной дистрофией, многолюдная ярмарка завершилась конкурсом на самый большой кабачок цуккини, лягушачьими бегами, каруселью на зеленой лужайке и играми Летней лиги. Вечером все желающие лакомились бесплатным десертом – сладкими пирожками, кексами и печеньем.
Челси осталась довольна собой. Ей удалось не впасть в меланхолию, не начать себя жалеть и не притворяться веселой и оживленной. Она с интересом наблюдала за происходящим и любезно отвечала на кивки знакомых, чувствуя себя при этом одинокой и потерянной. Вид счастливых семейств, которые наслаждались праздником, держась за руки и оживленно переговариваясь, по-прежнему вызывал у нее зависть. Но она постаралась утешить себя мыслью, что не пройдет и полугода, как одиночеству ее настанет конец. Тяжелее всего было, присутствуя на баскетбольном матче, не иметь возможности обнять Джадда и поздравить его с победой. Но она с истинно спартанской невозмутимостью пережила и это. Не в ее привычках было вешаться мужчинам на шею. Связь с Джаддом оказалась короткой, хотя и чрезвычайно насыщенной… Что ж, спасибо и на этом.
Зато успех приема, на подготовку которого она потратила столько сил и средств, превзошел все ее ожидания. Не менее двух сотен ее друзей, коллег и потенциальных клиентов "Плам Гранит" откликнулись на ее приглашение. Некоторые приехали всего на один день, другие же воспользовались возможностью остаться, чтобы насладиться зрелищем лесистых холмов Новой Англии, одетых в великолепный осенний убор. Хотя до настоящей багряно-золотой осени оставался еще целый месяц, красноватые верхушки кленов и начинавшие желтеть березы придавали окружающему ландшафту необыкновенно теплый, мягкий колорит.
Но и те, кто был вполне равнодушен к красотам природы, прекрасно провели время, если судить по количеству денег, израсходованных ими в магазине Фарра и в гостиничном баре, а также по тому, сколько изящных плетеных корзиночек с барбекю и яблочной шарлоткой опорожнили веселые гости в Болдербруке. В конце уик-энда компания получила дюжину новых крупных заказов на обработанный гранит.
Оливер, сияя от счастья, просматривал копии контрактов.
Джадд нанял еще пятерых новых рабочих.


Челси и Донна бежали вдоль шоссе на рассвете дня, обещавшего быть ясным и прохладным. Их дыхание в морозном воздухе раннего утра превращалось в облачка пара. Густой лес по обеим сторонам дороги был расцвечен всеми красками осени. Для занятий бегом обе они теперь надевали поверх маек плотные хлопковые рубашки, которые помогали им разогреться в начале дистанции. К концу пробежки они, как правило, снимали эти рубахи и обвязывали вокруг пояса. Обтягивающие ноги эластичные лосины с большим добавлением лайкры не мешали свободе их движений. Донна и Челси бежали сегодня чуть быстрее, чем обычно, чтобы поскорее согреться. В этот ранний час обе они порядком озябли.
Настроение у Челси было великолепное. Она чувствовала, что занимающийся день будет удачным. Сегодня она была преисполнена оптимизма, и ей стало казаться, что наконец-то жизнь ее в Норвич Нотче окончательно упорядочилась и вошла в нормальное русло. Все, что она задумала, по большей части сбылось. Остальное же зависит только от нее самой.
Болддербрук был отремонтирован и обставлен мебелью. Он превратился в милое, уютное жилище, комнаты которого украшали плетеные ковры, лоскутные одеяла, подушки с чехлами макраме, картины, которые она никогда не осмелилась бы выставить напоказ в Балтиморе и которые здесь необыкновенно гармонично вписывались в интерьер. Звонки и письма, отнявшие у нее столько времени и сил в июне и июле, приносили теперь свои плоды: новое оборудование работало на полную мощность, и поток заказов не прекращался, а лишь нарастал. Да, с Кевином все вышло далеко не так гладко, и он по-прежнему отказывался навестить ее, но Челси не собиралась сдаваться. Рано или поздно он поймет, что она любит его ничуть не меньше, чем прежде.
Она была на четвертом месяце беременности и чувствовала себя здоровой и сильной как никогда. В организме ее, разумеется, произошли заметные изменения. Грудь стала полнее, живот теперь слегка выступал вперед, и она прибавила в весе на целых восемь фунтов. Свободная одежда, к счастью, пока позволяла ей скрывать все это. Она стала бегать медленнее, и поэтому ее особенно устраивала компания Донны. Сидра, принявшая приглашение на прием, немилосердно насмехалась над ней, когда в воскресенье утром Челси отстала от нее на несколько десятков метров. Донну же вполне устраивал слегка замедленный ритм бега, и вовсе не потому, что она страдала ожирением или не занималась спортом – сложения они с Челси были почти одинакового, и Донна находилась в прекрасной спортивной форме, просто в беге она была еще совсем новичком.
Этим утром они бежали рядом, и редкие машины, спешившие вдоль шоссе, обгоняли их, замедляя ход, а некоторые при этом оглашали окрестности приветственными гудками. Поскольку из них двоих одна лишь Челси могла слышать, что происходит вокруг, она бежала слева от Донны, которая держалась у самого края дороги, там, где асфальтовое покрытие переходило в полоску гравия.
Сзади послышался рев мотора. Челси, не оглядываясь, безошибочно определила, что их нагоняет грузовик. Легковые машины почти не появлялись на шоссе в столь ранний час. Гул позади них все нарастал.
Машина явно не собиралась сбрасывать скорость, и Челси встревоженно оглянулась. Обнаружив, что грузовик едет по краю шоссе, который занимали они с Донной, она нетерпеливо махнула водителю рукой, чтобы он чуть свернул в сторону. Ведь в его распоряжении находилась вся ширина дороги.
Но машина, взревев, увеличила скорость и, дернувшись вправо, понеслась по самой кромке шоссе.
Не раздумывая ни секунды, Челси изо всех сил толкнула Донну в придорожные кусты и свалилась туда сама вслед за подругой. Дрожа и задыхаясь, они встали на четвереньки и с ужасом и недоверием посмотрели вслед грузовику. Через мгновение их взгляды встретились. Они поняли друг друга без слов, ведь обе успели заметить на заднем борту грузовика такую знакомую надпись, выведенную белой краской…




Предыдущая страницаСледующая страница

Ваши комментарии
к роману Страсти Челси Кейн - Делински Барбара



Не знаю почему отсутствуют комментарии, очень хорошая книга, советую прочитать. тут и детектив и любовь, вообще очень закрученная интрига.
Страсти Челси Кейн - Делински БарбараМайя
18.11.2012, 12.22





Мне понравился роман. Страниц много но их даже не ощущаешь- хочется быстрее дочитать до конца и узнать всю правду.
Страсти Челси Кейн - Делински БарбараМаруся
18.12.2012, 4.37





Прекрасный роман! Очень хорошо написан! Здесь всё есть и любовь, и страсть, и интрига! Читайте!
Страсти Челси Кейн - Делински БарбараСВ
19.12.2012, 22.13





Mne ochen ponravilsya roman
Страсти Челси Кейн - Делински БарбараMonique
24.01.2013, 18.10





Очень хорошо написан! Прекрасный роман!Здорово захватывает!
Страсти Челси Кейн - Делински БарбараНана
8.02.2013, 18.11





Я поставила 10.Интересно,захватывающе и как по мне очень нежно
Страсти Челси Кейн - Делински Барбараinna
4.03.2013, 20.03





Очень интересная книга,советую четать.
Страсти Челси Кейн - Делински Барбаракатерина
10.03.2013, 12.08





роман понравился. однозначно. что неоднозначно, это героиня романа. Линия повествования описывает довольно прагматичную деловую особу, четко расставляющую приоритеты в жизни. все или почти все продумано и рассчитано. это касается финансов и карьеры. судя по названию героиня является человеком способным испытывать страсти, у меня же возникло впечатление что ее метания в поисках родителей и своих корней и неуверенность в создании собственной несовместимы с ее психологическим портретом. так сказать мягкость и твердость в одной личности. тут уж или одно или другое. чего стоит одна беременность героини. все идет по плану, но предохраниться она забыла??? о страсти речь не шла, о великой любви тоже и уж понятно в 37 лет не девочка. в общем подобные нелогические моменты несколько смущали. 9
Страсти Челси Кейн - Делински Барбаранемочка
16.03.2013, 13.48





Интересно
Страсти Челси Кейн - Делински Барбараанна
14.08.2013, 14.23





пОЧИТАТЬ ИНТЕРЕСНО, СОВЕТУЮ.
Страсти Челси Кейн - Делински Барбараиришка
10.02.2014, 17.00





Очень интересный роман.10 балов.
Страсти Челси Кейн - Делински Барбаралюдмила
13.03.2014, 11.14





Понравился.Читайте обязательно.
Страсти Челси Кейн - Делински БарбараНаталья 66
23.04.2014, 19.26





Классный роман) 10
Страсти Челси Кейн - Делински БарбараАлла
27.04.2014, 16.34





Много читаю женских романов. Недавно открыла для себя этого автора Романы замечательные не похожие на другие. Конечно не Джудит Макнот, но тоже очень достойные. Советую почитать
Страсти Челси Кейн - Делински БарбараТатьяна
14.10.2014, 9.58





Прекрасный роман !!! Очень понравился ! Советую !!!
Страсти Челси Кейн - Делински БарбараMarina
15.10.2014, 10.15





Очень неплохой роман.Героиня приезжает в маленький городок узнать тайну своего рождения.Понравился стиль автора,прям окунулась в атмосферу жизни американской глубинки,хорошо прописаны все персонажи,не хочется пропускать куски романа как обычно делаю,ничего лишнего.Не хватило эпилога про встречу с отцом и отцом ребенка,реакции жителей,ну и конечно свадьбы на весь мир.9/10.
Страсти Челси Кейн - Делински БарбараОсоба
3.02.2015, 23.53





Прекрасный роман, читается легко, и хотя он достаточно длинный, не кажется затянутым. Очень понравились взаимоотношения между ГГ-ми и то, как развивалась история любви. На фоне того, что прочла до этого - достойно!!!
Страсти Челси Кейн - Делински БарбараТ
28.08.2015, 10.02





Замечательно! Прекрасно! Интересно и захватывающе! с самого пролога поняла, что у женщины была двойня, кто был братом ГГ- ни. Но роман держал в напряжении до конца с удовольствием прочту и другие работы этого автора. 10!
Страсти Челси Кейн - Делински БарбараЛенванна
16.03.2016, 23.27





Прекрасный роман. Хорошая сюжетная линия, интересные герои, не пошло описаны отношения.
Страсти Челси Кейн - Делински БарбараЕлена
30.03.2016, 16.50








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100