Читать онлайн Игрушка судьбы, автора - Дехейм Мэри, Раздел - Глава 4 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Игрушка судьбы - Дехейм Мэри бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 8.57 (Голосов: 7)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Игрушка судьбы - Дехейм Мэри - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Игрушка судьбы - Дехейм Мэри - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Дехейм Мэри

Игрушка судьбы

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

Глава 4

Письмо к Шону Морган, конечно же, уничтожила, сожгла поздно ночью, а Том Сеймур вытряхнул пепел в камин.
– Кто угодно мог подобрать письмо Шона, – уже в шестой раз повторял Том. – и слишком многие при дворе увидели бы в нем оружие против любимицы Кромвеля.
– Но и я, и Шон слишком незначительные фигуры, – возражала Морган, также в шестой раз.
Том резко махнул рукой:
– Не важно. Любой, кто выступает против короля в этом вопросе, пусть даже последний селянин, должен быть наказан. И любой, кто стремится завоевать положение при дворе, знает, как будет выглядеть такой документ в глазах короля.
Морган впилась ногтями в ручки кресла и уставилась в темноту.
Пламя единственной свечи освещало комнату, серп луны серебрился в летнем небе.
– Что, если Шон никогда не вернется? Что, и я уеду в Ирландию?
Том вздохнул:
– Не знаю, к чему может привести такой поступок. Если король казнит сэра Томаса по обвинению в государственной измене, любой, кто посмеет противоречить Генриху, обречен.
Том подошел к Морган, присел у ее ног, дружески дернул ее за нос и мягко улыбнулся:
– Послушай, малышка, ты слишком молода, как и Шон. Брак с Синклером может и не состояться. Такие затеи частенько срываются. Мой совет – поиграй чуть-чуть, притворись на некоторое время, будто согласна выполнить волю своего дяди. В конце концов, свадьба еще не скоро.
– Я думаю, что лучше бы мне сбежать с Ричардом Гриффином, чем выходить замуж за неизвестно кого из Нортумберленда, – печально проговорила Морган. – Кстати, где Ричард?
Том встал и потянулся.
– Он не приехал в Виндзор. Видимо, вернулся в Лондон.
Морган удивленно посмотрела на Тома:
– Не из-за того… того, что случилось, когда Нед нас застал?
– Нет, – рассмеялся Том. – Никто не придает значения этому хобби Ричарда. Кроме тех случаев, когда это касается тебя. Твой дядя не захочет, чтобы ты флиртовала с Ричардом или с кем-либо еще, в то время как готовится твоя свадьба. Будущий граф Белфорд, без сомнения, женится только на девственнице.
Морган почувствовала, как ужин зашевелился у нее в желудке. Эта проблема до сих пор не приходила ей в голову в суете минувшего дня. Даже в плохом освещении Том заметил, как она побледнела, и его брови сошлись к переносице.
– Надеюсь, ты не отдалась Ричарду? – довольно грубо спросил он.
– О! Нет, конечно, нет! Я просто… просто подумала, каким может быть этот самый Джеймс.
– В постели? – улыбнулся Том.
– Нет. – Морган поднялась и прильнула к Тому. – Уверена, найдется какой-нибудь выход. Я знаю, что смогу выпутаться из этой истории и все-таки выйду замуж за Шона.
– Возможно. – Том пожал ей руку. – Но ты не будешь писать ему?
– Не сейчас. Я слышала, что в следующем месяце король собирается в небольшое путешествие. Он посетит новое поместье Неда в Гемпшире. Полагаю, я могла бы заехать в Фокс-Чолл ненадолго. Оттуда и напишу.
Том поразмыслил и кивнул:
– Это должно быть сравнительно безопасно, – Он отпустил ее руку и шагнул к двери. – Мне лучше уйти, пока Мэдж не вернулась и не возомнила, что мы занимаемся чем-либо непристойным. – И он подмигнул Морган, выходя в коридор.
Все окна в апартаментах Анны Болейн были распахнуты настежь, и комнату наполнял свежий вечерний ветерок с Темзы. Лакеи сновали между придворными, разнося блюда с холодным мясом, свежей зеленью и фруктами. Гости собрались у королевы после целого дня охоты. Ожидали короля, но он все еще беседовал с португальским послом.
Анна была необычайно оживлена, уговаривала Марка Смитона импровизировать на лютне, требовала новых стихов от Уайатта и Суррея, настаивала на том, чтобы Френсис Уэстон и Уилл Бриртон составили ей пару в танцах.
Но музыка и смех стихли, когда дверь резко распахнулась. Присутствующие подумали, что это король, но в комнату стремительно вошел Ричард Гриффин и опустился на одно колено перед королевой.
Анна приветствовала его игривой улыбкой:
– Добро пожаловать, мой славный Ричард, вас не было почти две недели. Она мягкая податливая блондинка или страстная брюнетка?
Однако Ричарду было не до шуток. Поклонившись еще ниже, он сказал:
– Ни то, ни другое, ваше величество. Я только что из Лондона. Граф Нортумберленд предъявил лорду Дейкру обвинение в государственной измене. Суд назначен на следующую неделю.
Наступила тишина. Лорд Дейкр был одним из самых непоколебимых католиков королевства. Некоторое время назад он и Нортумберленд столкнулись по какому-то личному поводу. Граф ждал подходящего момента для нанесения ответного удара; и время настало, когда па троне оказалась его старая любовь, Анна Болейн.
Томас Уайатт аккуратно промокнул губы салфеткой.
– Если лорда Дейкра признают виновным, это будет вашей победой, – обратился он к Анне.
Она улыбнулась Уайатту:
– Религиозные течения действуют в мою пользу. Его обязательно признают виновным.
Морган невольно выпрямилась в кресле. Положение заставляло ее симпатизировать лорду Дейкру, хотя она не имела ни малейшего понятия, кто это такой. Но она служила королеве. Противоречивые чувства Морган были своего рода отражением нынешнего тревожного времени. Но, прогнав прочь все мысли, она посмотрели на Ричарда Гриффина. Он по-прежнему выглядел франтом.
Ричард вновь обратился к королеве:
– Здесь еще один человек, ваше величество, который хотел бы поговорить с вами. Посланец лорда Нортумберленда.
Анна кивнула:
– Хорошо, пригласите его.
Ричард дал знак пажу у дверей, и тот впустил нового гостя. В комнату вошел стройный молодой блондин. В нем было нечто неуловимо строгое – тонкий, четко очерченный рот, холодные серо-голубые глаза, нос с легкой горбинкой. Костюм, вполне модный, все же был несколько консервативен. Он решительно подошел к королеве и опустился на одно колено.
Ричард Гриффин остановился рядом и объявил:
– Ваше величество, позвольте вам представить Джеймса Синклера.
Джеймс Синклер! Морган едва не рухнула па руки Уилла Бриртона, но он успел ее подхватить. Джеймс Синклер о чем-то беседовал с королевой, однако Морган слышала только звук его голоса, не разбирая слов. Постепенно она пришла в себя. Уилл Бриртон наклонился, спрашивая, все ли с ней в порядке. Она кивнула, силясь улыбнуться и обратить все в шутку. Последние слова Джеймса Синклера донеслись до нее: «…мой брат, Френсис, и почту за честь служить вам».
Анна Болейн одарила Джеймса Синклера ослепительной улыбкой:
– Отлично сказано, мой дорогой. Ваша преданность радует меня. – Она сделала знак Марку Смитону: – Марк, сыграйте нам. Джеймс, вы поведете танец. Вам знакома какая-нибудь дама из присутствующих здесь? – Получив отрицательный ответ, королева сказала: – Тогда я сделаю выбор за вас.
Судьба водила пальцем Анны Болейн, когда он указал на Морган.
Морган медленно двинулась через комнату. Она могла думать только о том, что он, к счастью, не оказался карликом в бородавках. Впрочем, это было слабым утешением.
– Дорогая! – Королева взяла Морган за руку. – Это Джеймс Синклер. Уверена, вы о нем слышали.
Анна, должно быть, знает о предстоящей помолвке, подумала Морган. Может, все уже знают? Она быстро окинула взглядом комнату, заметив, что некоторые придворные перешептываются, а кое-кто понимающе улыбается.
Анна повернулась к Джеймсу:
– Одно из последних и самых восхитительных явлений при дворе – леди Морган Тодд.
Лицо Джеймса слегка напряглось, но восторга в его глазах она не заметила. Сама Морган тоже при виде его не пришла в восторг. Даже смогла протянуть ему руку, но он и не подумал ее поцеловать. Просто поклонился и пробормотал, что счастлив познакомиться.
Анна взяла за руки обоих:
– Веселитесь, друзья. Музыка! Смитон коснулся пальцами струн.
Морган и Джеймс ступили в круг. Их тела и ноги двигались в ритме музыки, но порознь друг от друга. Морган не смела поднять глаз.
В течение всего танца они не обменялись ни словом.
Первый тур окончился. Морган нерешительно остановилась перед Джеймсом, внезапно пожелав, чтобы тот хоть что-нибудь сказал. Но Френсис Уэстон объявил следующий тур, и Джеймс Синклер закружил Морган в танце. Как и положено, они обменялись партнерами. Она оказалась в паре с Недом Сеймуром, затем Уиллом Бриртоном, Френсисом Уэстоном и в самом конце, с Ричардом Гриффином. Танцующие остановились, переводя дыхание.
– Вы, как я погляжу, не жалуете северные графства, – заметил Ричард, кивнув в сторону Джеймса, который в этот момент провожал к креслам Маргарет Уайатт.
– Вас это не касается, – парировала Морган. – Мы просто с ним незнакомы, как вам известно.
– Но это ненадолго, как я слышал, – тихо произнес он.
Морган метнула в него взгляд:
– Это он вам сказал?
Ричард уклонился от прямого ответа:
– Я всегда держу ушки на макушке. Дли жизни при дворе это просто необходимо.
Музыка заиграла вновь, но ни Морган, ни Ричард не двинулись с места.
– Интересно, он такой противный из-за своих религиозных взглядов? – поинтересовался Ричард, приглаживая волосы.
– Едва ли. Впрочем, то, что произошло между Нортумберлендом и лордом Дейкром, не имеет ко мне ни малейшего отношения, – ответила Морган, избегая смотреть в глаза Ричарду.
– Пока не имеет. Создан прецедент для обвинения в государственной измене.
Терпение Морган было на пределе. Они беседовали вполголоса, в то время как вокруг них смеялись, шутили, танцевали. Морган окинула взглядом комнату. Она была по горло сыта раздраженными замечаниями Гриффина, раздосадована предельно сдержанным поведением Джеймса Синклера, испытывала отвращение к бестактным проискам Томаса Кромвеля, вмешивающегося в личную жизнь людей, перестала испытывать благодарность к Тому Сеймуру за его многозначительные советы и злилась на Шона О’Коннора с его ортодоксальными религиозными взглядами. В жизни Морган оказалось слишком много мужчин, но ни один из них не интересовался ее собственными чувствами, не думал о ее счастье. Королевские покои были полны людей, однако Морган чувствовала себя совершенно одинокой.
Суд над лордом Дейкром должен был проходить в Сент-Джордж-Холле в Виндзоре. Вообще-то подобные процессы проводились в лондонском Тауэре, но никто из представителей знати не пожелал мучиться в душном городе в конце августа.
В своих апартаментах Анна Болейн излучала самоуверенность.
– Это будет быстрая и чистая победа, – заявила она своему брату Джорджу перед утренним заседанием суда. – Возражения лорда Дейкра против моего брака с его величеством не что иное, как государственная измена. Решение суда будет предупреждением фанатичным приверженцам Екатерины Арагонской и ее настырной доченьки.
Морган, рассеянно перебиравшая струны лютни, подумала, как отреагировала бы Анна, узнай она, что одна из фрейлин не разделяет ее надежд на обвинение лорда Дейкра. Кроме того, она полагала, что ее безмолвная поддержка лорда Дейкра не была бы столь энергичной, если бы Джеймс Синклер не принял сторону Перси Нортумберленда. Джеймс находился при дворе уже больше недели, но Морган не виделась с ним с того самого вечера, когда он прибыл. Она полагала, что он будет искать встречи с ней, чтобы поближе познакомиться. Это было бы вполне естественно.
– Пора уже лордам собраться, – заметил Джордж Болейн. – Я буду присутствовать там, так что можешь надеяться на свидетельства очевидца, сестрица.
– Ты – мой талисман, – сказала Анна, протянув брату руку на прощание. – Ступай и передай мои наилучшие пожелания Гарри Перси.
Джордж направился к двери, но в этот момент она отворилась, впуская нового гостя. Им оказался граф Суррей в сопровождении высокого светловолосого джентльмена.
Морган готова была поклясться, что вскрикнула, но, видимо, этого не произошло, поскольку никто не обернулся в ее сторону. Она едва не потеряла сознание, ведь этот блондин был тем самым незнакомцем из сада, который ее изнасиловал, и Суррей представил его королеве как Френсиса Синклера, младшего брата сэра Джеймса.
Френсис поклонился, окинув собравшихся таким взглядом, словно все они, за исключением королевы и, может быть, Томаса Уайатта, ровным счетом ничего собой не представляли.
– Дела задержали Френсиса в Вудстоке, – пояснил Суррей, – в противном случае он прибыл бы вместе со своим братом.
Морган пряталась за Уайаттом. Анна Болейн и Суррей уже представили всех, кроме нее. Морган истово молилась, чтобы королева не заметила этого упущения, но, как только королева и придворные возобновили прерванную беседу, Френсис направился прямиком к Уайатту.
– Сэр, вы превосходный поэт, – сказал ему Френсис, протянув холеную руку с длинными пальцами, которые Морган хорошо помнила. – Я сам немного пытаюсь писать и понимаю, как это сложно.
Уайатт сразу понял, что Френсис не льстец.
– О, это так любезно с вашей стороны. Всегда приятно, когда твои усилия по достоинству оценены истинным знатоком.
– Естественно. Суррей, конечно, тоже неплох, но я предпочитаю ваши стихи.
И тут Френсис заглянул Уайатту через плечо.
– Кого это вы там прячете?
– Что? – Уайатт обернулся и рассмеялся. – О, это леди Морган Тодд. Полагаю, вы незнакомы.
Серые глаза застыли; Морган готова была поклясться, что все вокруг замерло и только они двое сверлят взглядом друг друга. Но нет, шум и суета не утихали, придворные продолжали беседы, королева терзала Марка Смитона, Маргарет Уайатт показывала новые танцевальные па Суррею.
– Счастлив познакомиться, леди Тодд, – наконец вымолвил Френсис и протянул руку. – Кажется, вы скоро станете моей невесткой?
Морган словно со стороны наблюдала за тем, как почтительно он целует ей руку. Казалось, это происходит с кем-то другим.
– Кажется, – ответила она и поразилась, что вообще не потеряла дар речи. – Хотя официального объявления о помолвке пока не было.
Френсис слегка пожал сутулыми плечами:
– Что ж, это произойдет сегодня или завтра.
Он все еще пристально смотрел на нее, но шок и удивление на его лице сменились выражением, которое Морган сочла бы игривым. Казалось, ситуация его забавляет.
– Поскольку я прибыл не столько из-за дела лорда Дейкра, сколько для того, чтобы помочь брату закончить все формальности с помолвкой, полагаю, эта новость не является больше секретом. В качестве будущей родственницы не покажете ли вы мне часовню Святого Георгия? Всю жизнь мечтал ее увидеть.
Морган не нашлась что ответить. Она просто стояла рядом с Френсисом Синклером, страстно желая, чтобы Уайатт, королева или еще кто-нибудь спасли ее от этого чудовища в человечьем обличье.
– Ступайте, Морган, – произнес Томас Уайатт, чтобы нарушить неловкое молчание. – Королева поглощена обсуждением суда над Дейкром и вряд ли заметит ваше отсутствие. – Он нежно улыбнулся и неожиданно поцеловал ее в щеку. – До меня дошли слухи о вашей помолвке. Должен вас поздравить.
Потрясенная, Морган покинула королевские апартаменты, вышла во двор и направилась к часовне. Френсис шел рядом, пытаясь приноровиться к ее шагу.
– Вы не можете отрицать, что жизнь полна иронии, – заметил он, когда они спускались по широкой лестнице.
– Я вообще не в состоянии говорить, – фыркнула Морган, постепенно приходя в себя и обретая уверенность. Она резко остановилась на середине лестницы, так что оба чуть не упали. – Вы! Среди всех живущих на свете, вы! Именно вы должны быть моим зятем! Не могу поверить!
Френсис одарил ее невинной кроткой улыбкой.
– Это просто недоразумение. Я думал, вы дочь кухарки.
– Вы могли бы сперва спросить!
Френсис помолчал, размышляя.
– Наверное, вы правы. Но мне сказали, что пылкая и страстная шлюшка с пышной грудью и длинными стройными ногами встретит меня. Вы вполне подходили под описание.
– Но я вовсе не хотела этого! А вы настоящий бандит…
– Вы слишком громко кричите, – сухо заметил Френсис, подхватывая ее под руку. – Пойдемте, не можем же мы здесь ссориться. Кстати, вы были довольно игривы и кокетливы.
Морган спустилась с ним рука об руку, пересекла холл и вышла наружу.
– Игрива! Я защищала свою честь! А теперь ваш брат обнаружит, что я не девственница, и одному Богу известно, что будет потом.
– Джеймс? Он не заметит разницы, – легкомысленно произнес Френсис, когда они вышли во двор, залитый солнцем.
Морган внезапно поняла, что они идут не туда. Им следовало обогнуть замок и пройти через задние ворота. Она невольно замедлила шаги и только сейчас поняла, что сказал Френсис.
– Полагаете, Джеймс настолько простодушен? Мне он таким не показался.
Морган искоса взглянула на Френсиса – четко очерченный волевой рот, брови вразлет, высокий лоб.
– Не в этом дело, – сказал Френсис и остановился, любуясь башнями Итона на другом берегу реки и убегающими вдаль полями. – Видите ли, у него никогда не было женщины. В нашей семье первым женился я.
– Вы женаты? – В устах Морган это прозвучало обвинением.
– М-м-м. Очаровательное место. Как бы я хотел побывать в Итоне. Что? А, да, я женился, когда мне было двадцать. Вам понравится Люси: она удивительная женщина.
Морган до боли захотелось стукнуть Френсиса чем-нибудь тяжелым по голове. Но она подумала, что он не обратил бы на это никакого внимания. К тому же они с Френсисом обсуждают ее будущее как свершившийся факт, а не как нечто несбыточное.
– Я пока не замужем, – заявила Морган, но Френсис пропустил ее слова мимо ушей, продолжая делать вид, будто восхищается красотами природы. – Я сказала, я пока не…
– Я знаю, что вы пока не замужем. – Френсис решил двигаться дальше, и Морган ничего не оставалось, как сопровождать его. – Но скоро будете. Синклеры обычно не сворачивают с намеченного пути, и по некоторым причинам, которых я, признаться, не понимаю, Джеймс намерен жениться на племяннице Кромвеля. Полагаю, из политических или религиозных соображений, хотя не уверен, что сейчас мы движемся в нужном направлении.
– Тогда позвольте мне кое-что сказать вам, Френсис Синклер, – гневно произнесла Морган. – Лучше бы вам никому не говорить здесь подобных вещей.
– Это верно, – согласился Френсис, останавливаясь, чтобы рассмотреть Комендантскую башню и примыкавшие к ней монастырские стены. – У нас с вами есть тайна, и, думаю, мы сумеем ее сохранить.
Морган промолчала. По крайней мере, в этом Френсис прав. И странно, но ей приятно, что он с неодобрением относится к политическим тенденциям, господствующим при дворе. Джеймс, видимо, разделял официальные взгляды, иначе не прибыл бы сюда для поддержки Нортумберленда. Не исключено, что в семействе существовали некоторые разногласия, хотя едва ли серьезные.
– Ага, вот и ворота, – заметил Френсис, когда они вошли во двор замка. – Генрих здесь все изменил. Получилось отлично.
– Рада, что вам понравилось, – саркастически прокомментировала Морган.
Френсис вновь остановился, на этот раз, чтобы рассмотреть часовню. Она напоминала собор в миниатюре, витражные окна сверкали на солнце, резные королевские гербы украшали крышу, и все вместе представляло собой великолепный образец готического искусства.
– Восхитительно, – выдохнул Френсис и медленно направился к входу.
Внутри было довольно прохладно и абсолютно пусто. Украшенный искусной резьбой алтарь напоминал шкатулку с драгоценностями. От входных дверей видны были знамена рыцарей ордена Подвязки и королевская ложа, откуда королева и ее гости могли наблюдать за службой.
Френсис преклонил колени у входа, Морган последовала его примеру. В данных обстоятельствах это выглядело несколько нелепо, но Морган вынуждена была признать, что Френсис ведет себя скорее как страстный ценитель и знаток церковной архитектуры, чем беспардонный насильник.
Френсис тем временем опустился на колени перед алтарем и, сложив ладони, преклонил голову. Морган стояла поодаль, смущенная и растерянная. Потрясение от встречи с этим человеком вновь было слишком велико; осознание того факта, что он вскоре станет ее родственником, оказалось почти невыносимым. Но сейчас мысли ее приняли более разумное и сдержанное направление. Разумеется, она не намерена выходить замуж за надменного, молчаливого Джеймса Синклера. Вдобавок ее приводил в недоумение Френсис, такой непредсказуемый, необычный и потому раздражающий тип мужчины.
Френсис поднялся с колен и принялся изучать резьбу на хорах, сводчатый потолок с его невероятными переплетающимися конструкциями и боковые приделы.
– Весьма впечатляюще, – произнес, наконец, Френсис, когда они направились к выходу. – Когда-нибудь я покажу вам Йорк-Минстер. Это величайшее архитектурное сооружение Англии. – Он прищурился на ярком солнце. – Полагаю, суд над Дейкром все еще продолжается. Может быть, стоит пройтись немного по городу.
Морган недоумевающе разглядывала его высокую, слегка расслабленную фигуру. Он был одет почти так же, как в тот день в саду – белая сорочка, темно-коричневые лосины, кожаные башмаки, дорожный плащ переброшен через плечо. Она поняла, что все это время ждала извинений, объяснений, чего угодно, что дало бы понять, как он раскаивается в чудовищной ошибке, совершенной в Фокс-Холле, как сожалеет о причиненной ей боли.
Но Френсис уже удалялся.
– Увидимся позже, надеюсь, – бросил он через плечо, и звук его голоса растаял в отдалении.
– Не могу поверить, не могу поверить, – вслух прошептала Морган. – Не верю ему!
– Только не говорите, что братья Синклеры довели вас до того, что вы стали сами с собой разговаривать, – раздался веселый голос позади Морган.
Обернувшись, она увидела Ричарда Гриффина, стоящего на траве неподалеку и откровенно забавляющегося ситуацией.
– Почему бы и нет? – гордо заявила она и, чтобы скрыть замешательство, наклонилась погладить маленького котенка, так вовремя выскочившего откуда-то из-за угла.
– Думал, вы будете радоваться, – сказал Ричард, вынимая платок и вытирая вспотевший лоб. – Я слышал, вы скоро станете графиней Белфорд.
– Вздор. – Морган неловко почесала котенка за ушами, и тот недовольно мяукнул в ответ. Она выпустила зверька и взглянула на Ричарда. – Вы, разумеется, знакомы с Джеймсом. А известен ли вам его омерзительный братец?
– Нет, он уехал в Вудсток. Насколько мне известно, у него там какие-то владения. Но почти уверен, сейчас с вами был именно он. Между братьями есть некоторое сходство. – Ричард бережно положил руку на плечо Морган. – Насколько я знаю Джеймса, это не тот человек, который вам нужен. Вы достойны гораздо лучшего.
– О! – Морган резко отпрянула от Ричарда и едва удержалась от крика. – Он женат, и Господь свидетель, насколько мне жаль его супругу! Джеймс, может быть, и чопорный сухарь, но, по крайней мере, он не… – Она захлопнула рот, внезапно поняв, что и так сказала слишком много.
Ричард удивленно приподнял брови:
– Но, я полагал, что вы познакомились с Френсисом только что. Похоже, он произвел на вас неблагоприятное впечатление.
– Ах, Ричард, я просто ужасно расстроена! Никак не рассчитывала, что кто-то будет устраивать мой брак, и так скоро – я ведь всего четыре месяца при дворе.
Ричард вздохнул и посерьезнел:
– Понимаю, как вы взволнованы. Мы поговорим об этом позже. Я должен вернуться и зал заседаний. Удалось выбраться оттуда лишь на минутку, уж слишком там жарко – во всех смыслах. – Он снова вытер лоб и убрал платок. – Пока вас не увезли, кричащую и брыкающуюся, в Нортумберленд, мы с вами могли бы завершить еще кое-какие дела.
Зеленые глаза блеснули, и его рука игриво скользнула по лифу ее платья. Но Морган не была расположена к романтическим воспоминаниям.
– Я намерена сама устроить собственное будущее, – резко заявила она. – Отныне я беру судьбу в свои собственные руки.
Ричард расхохотался было, но внезапно умолк. В топазовых глазах Морган была решимость, губы упрямо сжались, даже в самой позе чувствовалась непреклонность. И хотя он не собирался так просто сдаваться, однако понял, что для флирта сейчас крайне неподходящее время. Низко поклонившись, он попрощался и вернулся в замок, но Морган словно не заметила этого.
* * *
– Не может быть! Этого просто не может быть! – Анна Болейн почти кричала, миндалевидные глаза пылали яростью. – Лорд Дейкр оправдан! Король придет в бешенство!
Джордж Болейн пытался успокоить сестру.
– Многие из них окажутся в Тауэре, – сказал он, усаживая Анну. – Все были так уверены – да и я сам тоже. Но они изменили свое мнение.
– Самое время для сочувствия и слезливых дружеских излияний, – скрипнула зубами Анна. – Боже, неужели мои мучения никогда не кончатся? – Она рухнула в кресло и уткнулась лицом в ладони. – Перси предъявил ему обвинение в государственной измене не столько из-за их ссоры, сколько для того, чтобы помочь моему делу. И вот теперь Дейкр освобожден!
Морган искренне сочувствовала горю королевы, но втайне радовалась, что лорд Дейкр оправдан. Она стояла рядом с Маргарет Уайатт в дальнем конце комнаты и вдруг обнаружила, что ни Тома, ни Неда здесь нет. Она не видела Тома уже несколько дней и поняла, что тот с дипломатической миссией отправился в Нидерланды. Она скучала и нуждалась в его совете. Огорчения королевы Анны казались не более серьезными, чем ее собственные. Даже простолюдинка, с горечью подумала Морган, может страдать так же, как сама королева.
* * *
Позже в этот же день Морган навестила своего дядюшку в его апартаментах. На этот раз ее не мучили никакие опасения и дурные предчувствия. Она даже не позаботилась о том, чтобы сменить свое красно-белое платье на что-либо менее легкомысленное.
На столе Томаса Кромвеля царил такой же порядок, как и в день первого визита Морган. Сам он, однако, не был спокоен. Одетый все в то же безжизненно черное, Кромвель сидел за столом, сложив руки.
– Садись, дорогая моя, – произнес он с легкой улыбкой. – Я не задержу тебя надолго. Сегодня был слишком тяжелый день. Ее величество крайне огорчена, почти потрясена оправданием лорда Дейкра, как и все мы.
Морган шевельнулась на стуле, надеясь не выдать своей реакции неосторожным жестом или словом. Кромвель, впрочем, ничего не заметил. Он прочистил горло и продолжал:
– Джеймс Синклер с братом завтра уезжают в Белфорд. Я подготовил контракт, который ты должна подписать – он уже одобрен твоими родителями. Но думаю, двум молодым людям следует провести наедине некоторое время, до того как Джеймс вернется на север.
Морган посмотрела на Кромвеля из-под густых ресниц – всего несколько мгновений топазовые глаза полыхали огнем. Но она сохранила самообладание и сдержанно кивнула.
Кромвель потянул за шнур звонка у себя за спиной.
– Я бы хотел побыть подольше с вами обоими, но за последние дни скопилось столько дел…
Речь его была прервана прибытием пажа, который впустил Джеймса Синклера. Тот сердечно приветствовал королевского секретаря и вежливо поклонился Морган.
Кромвель выдвинул ящик стола и достал оттуда лист бумаги.
– Я дам вам прочесть текст контракта. Эта дверь ведет в приемную, где вы можете уединиться. – И добавил, протягивая Джеймсу контракт: – Используйте свое время, мои юные друзья.
Синклер был так же смущен, как и Морган.
Помедлив, он сдержанно кивнул:
– Если вам угодно, господин секретарь.
Распахнув дверь перед девушкой, он прошел вслед за ней в смежную комнату. Впервые они остались наедине.
Оба избегали смотреть друг другу в глаза. Джеймс уставился на печать на брачном контракте; Морган сосредоточенно разглядывала дощатый пол. Уголком глаза она заметила, что его башмаки начищены до блеска и, судя по виду, изготовлены из превосходной кожи. Мысли ее разбегались. Он следит за собой, мелькнуло в голове. Они с Шоном почти одного роста, но Шон темноволосый. Шон… о, что он подумает? Она не могла дождаться, когда, наконец, доберется до Фокс-Холла и сможет ему написать.
Она вскинула голову и посмотрела Джеймсу в глаза:
– Вы хотите этого брака?
Ошеломленный, он уставился на нее.
– Это не тема для обсуждения, – наконец произнес он спокойно. – Достаточно того, что этого хочет король, хочет господин Кромвель, а также наши семьи.
– Почему?
Джеймс нахмурился и несколько раз пробежал пальцами по контракту. Чувствовалось, что его самообладание стоит ему немалых трудов.
– Потому что северная часть Англии, удаленная от двора и политических центров, является очагом бунтов и беспорядков. Пример тому лорд Дейкр. Если королю удастся связать родственными узами семью своего секретаря с моей, подобный союз поможет контролировать оппозиционные элементы.
Морган вцепилась в контракт с такой силой, что едва не порвала его.
– Вы имеете в виду, что мы оба лишь связующие звенья в политической цепи? – Она гневно уставилась на Джеймса, которому явно стало не по себе. – И вы хотите, чтобы вас так использовали? Неужели у вас нет собственных чувств, собственных устремлений и желаний относительно своего будущего?
Джеймс Синклер не привык иметь дело с женщинами, которые говорят с такой прямотой и горячностью. Джеймс, строго говоря, вообще не привык иметь дело с женщинами, за исключением своей матушки, графини, и своей очаровательной невестки Люси. Графиня была главой семейства; Джеймс понятия не имел, как вести себя с будущей невестой, и Морган почувствовала его неуверенность.
– Вы, будущий граф, удовольствуетесь ролью заложника, жертвы? Послушайте, Джеймс Синклер, за меня не дают большого приданого, только участок земли в Бекингемшире. У нас скромный дом, несколько коров, свиньи, куры, лошади, овцы. У нас большой сад, но… – Морган осеклась. Сад теперь ассоциировался с самым страшным событием в ее жизни, а присутствие Джеймса лишь усиливало ее замешательство.
– Ваше приданое мне известно, – заметил Джеймс. – Двадцать акров земли, сорок коров, двенадцать лошадей и так далее. Плюс шестая часть владений пятнадцати арендаторов и право выбирать ткань на два пенса с каждого ярда от местных торговцев шерстью. Право, которое, полагаю, ваша бабушка выторговала много лет назад и которое держится уже на протяжении четырех поколений.
Ясно было, что Джеймс мог продолжать в таком духе еще долго, но Морган изумленно смотрела на него, широко распахнув глаза. Абсолютно ясно было и то, что Джеймс обеими ногами прочно стоит на земле и позиции его непоколебимы.
– Вы действительно знаете обо мне больше, чем я о вас.
Морган все отчетливее понимала, что ее беспечное, полное заботы и баловства воспитание совершенно не подготовило ее к столкновению с реальным миром. Но она научится: она уже многому научилась с того дня, как покинула Фокс-Холл.
– Итак, вы хотите союза с королевским секретарем. Почему же остановили выбор на мне, а не на дочерях Кромвеля? – Вопрос был вполне логичным и закономерным. Морган сложила ладони на коленях.
– Мне не предлагали дочерей Кромвеля. Мне предложили вас.
– Понятно. – Морган помолчала, обдумывая вероятность отказа от брака. Но у Кромвеля письмо Шона. И она обещала себе какое-то время вести игру. – Замечательно, тогда давайте подпишем документ и покончим с этим делом.
– Хотите, чтобы я прочел его вам?
– Я умею читать, – отрезала Морган. – Я даже умею писать – и считать до десяти.
Джеймс виновато взглянул на нее:
– Мне сказали, что вы прекрасно образованы. Я просто хотел сэкономить время.
– Верно. – Она подвинула свой стул поближе и заметила, что он слегка напрягся. – Вот так, – примирительно проговорила она, – мы сможем вместе читать.
Морган пробежала глазами замысловатый текст гораздо быстрее Джеймса. Чуть отодвинулась и подождала, пока он закончит. Он читал очень внимательно и сосредоточенно, время от времени возвращаясь к особо сложным местам. Наконец отложил документ и кивнул:
– Как будто все в порядке.
– Естественно, это ведь составлял мой дядя.
Однако Джеймс не заметил иронии в ее голосе.
– Господин Кромвель и мой брат засвидетельствуют наши подписи, – сказал он, когда оба встали. Он теребил в руках лист контракта, который связал их против собственной воли. Впервые он внимательно посмотрел на нее, заглянул в топазовые глаза, заметил чувственные губы, пышную копну волос, стройное женственное тело. Он резко отвернулся, но пальцы слегка подрагивали на спинке стула.
– Вам понравится Белфорд, уверен. И конечно, мы время от времени будем приезжать в Лондон. – Он говорил, не сводя глаз с часов на стене.
– Я никогда не была на севере, – промолвила Морган.
Наступило молчание, такое тягостное, что Морган захотелось кричать. Она предложила вернуться к дяде Томасу. Джеймс с готовностью согласился.
Томас Кромвель по-прежнему сидел за столом, перо, слегка поскрипывая, бежало по бумаге. Подняв голову, он взглянул на входивших в комнату Морган и Джеймса.
– А, все в порядке? – с улыбкой спросил он.
– Да, сэр, – с явным облегчением ответил Джеймс. – Мы оба готовы поставить свои подписи и не отвлекать вас более от дел.
– О, – махнул рукой Кромвель, – для семейных дел я всегда нахожу время, как бы ни был занят. – Он потянулся позвонить. – Думаю, Френсис ждет, чтобы засвидетельствовать наши подписи.
Пальцы Морган нервно теребили застежку красно-белого платья. Она так надеялась, что ей не придется больше встречаться с Френсисом Синклером. Но дверь отворилась, и он появился, на голову возвышаясь над всеми. Кивнул собравшимся и подтянул к себе кресло, прежде чем королевский секретарь успел вымолвить хоть слово. Морган искоса взглянула на дядю и, к своему удивлению, поняла, что его скорее забавляет, чем сердит бесцеремонность Френсиса. Одет Френсис был прилично, согласно придворному этикету, только темно-синий камзол выглядел слегка помятым, а на плаще виднелись пятнышки грязи. Провинциальный болван, подумала она в ярости и вздрогнула, когда он протянул ей свою ручищу.
– Поздравляю, – сказал Френсис, и в его серых глазах мелькнула усмешка, которую заметила только Морган.
– Благодарю, – сдержанно ответила она, испугавшись, как бы он не сломал ей своими лапами пальцы.
Джеймс положил контракт на стол, разгладил. Кромвель протянул перо Морган. Дрожащей рукой она поспешно вывела свое имя внизу страницы. Джеймс взял перо следующим и аккуратно поставил подпись. Затем расписались Кромвель и Френсис, и дело было сделано: Морган и Джеймс дали обещание принадлежать друг другу перед лицом Господа и людей. Однако только Морган знала, что никогда не будет чтить подписанный ею документ.
Джеймс поблагодарил Кромвеля за его участие, затем повернулся к Морган и взял ее за руку:
– До свидания, Морган. До весны.
Его губы слегка коснулись ее руки.
– Приятного путешествия, – равнодушно сказала она.
Френсис был уже в дверях, махнул рукой и попрощался со всеми. Наконец братья Синклеры ушли, и Морган осталась наедине с дядюшкой.
– Итак, с этим покончено, – заявил Кромвель, сворачивая контракт. – Как видишь, Джеймс на редкость славный парень, к тому же с приличными доходами. Твое будущее обеспечено, дорогая.
Напрасно Кромвель ждал потока благодарностей. Морган лишь кивнула в ответ. Она знала, что дядя втайне празднует победу, а значит, сейчас самое время заговорить о визите в Фокс-Холл.
– Я хотела бы повидаться с родителями, – сказала она, удивившись, до чего безразлично прозвучал ее голос.
Кромвель спрятал контракт в ящик стола. Интересно, там же лежит подписанный ею Акт о престолонаследии? А может, и письмо Шона; казалось, вся ее жизнь спрятана в ящике стола Кромвеля.
– Законная просьба, – дружелюбно произнес он. – Если королева даст разрешение, я не стану препятствовать.
– Благодарю вас. – Морган выдавила улыбку.
Кромвель шагнул ей навстречу, помогая подняться. Дядя и племянница обменялись вежливыми фразами. Оба думали о будущем Морган Тодд, представляя его себе совершенно по-разному.




Предыдущая страницаСледующая страница

Ваши комментарии
к роману Игрушка судьбы - Дехейм Мэри



Может быть может быть. Но как утомил этот ррроманнн! Как только сил хватило дочитать все это . Уф
Игрушка судьбы - Дехейм МэриА
16.09.2013, 13.02








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100