Читать онлайн Игрушка судьбы, автора - Дехейм Мэри, Раздел - Глава 3 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Игрушка судьбы - Дехейм Мэри бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 8.57 (Голосов: 7)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Игрушка судьбы - Дехейм Мэри - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Игрушка судьбы - Дехейм Мэри - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Дехейм Мэри

Игрушка судьбы

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

Глава 3

Несмотря на свой преклонный возраст, герцог Норфолк оставался одним из лучших рыцарей Англии. Облаченного в доспехи Норфолка усадили на вороного жеребца и вручили ему копье. Взвесив в руке оружие, Норфолк объявил, что готов сразиться со своим противником, герцогом Суффолком.
Норфолк гордился тем, что в его жилах течет кровь Плантагенетов. Анна Болейн была его племянницей, но они недолюбливали друг друга; несмотря на разрыв Генриха с римской церковью, Норфолки оставались католиками.
Суффолк же оставался сам собой – амбициозный очаровательный приспособленец. Нетитулованный сын Чарлза Брендона, он женился на Мэри, младшей сестре Генриха, овдовевшей после смерти ее первого мужа, французского короля Людовика XII. Мэри умерла, но Суффолк сохранил добрые отношения с королем.
Морган сидела в уголке королевской ложи новой турнирной арены Уайтхолла и тихонько молилась, чтобы герцоги побыстрее закончили свой поединок. Ей ужасно понравились утренние бои, роскошные повозки, влекомые «единорогами», красочные плюмажи лошадей, звон копий, обмен любезностями между рыцарями и их дамами. Но становилось все жарче и жарче, весьма необычно для мая, и Морган чувствовала, что платье уже прилипло к спине.
Она глянула вперед, туда, где сидели король с королевой. Генрих должен был участвовать в турнире, но старые раны вынудили его остаться в стороне. Он обратился с приветствием к появившимся на поле Норфолку и Суффолку.
Морган с воодушевлением захлопала в ладоши и поправила висящий на шее флакончик с ароматическим маслом. Было очень душно, и даже королевская ложа постепенно наполнялась запахом человеческого и лошадиного пота. Мэдж Шелтон толкнула Морган под ребра и захихикала.
– У тебя такой скучающий вид, Морган, – сказала Мэдж, убирая с лица выбившиеся из прически непослушные рыжие колечки густых волос. – Так не годится. Два самых знаменитых герцога Англии – и последний поединок. Потерпи еще немного.
– Хвала святому Георгию, – сухо ответила Морган. Она уже запомнила имена и лица самых важных придворных. Том Сеймур разгромил в поединке Уилла Бриртона, а брат Тома, Нед, одержал победу над сыном Норфолка, графом Сурреем. Ричард Гриффин проиграл в упорном поединке Джорджу, брату Анны Болейн. Анна и ее сестра Мэри радостно приветствовали брата. Морган подавила зевок, когда Суффолк и Норфолк ринулись друг на друга.
– Как бы их не хватил удар, – сказала она Мэдж. – Эти доспехи весят не меньше двадцати стоунов.
– Вряд ли, – ответила Мэдж, махнув рукой Томасу Уайатту, появившемуся в королевской ложе. Уайатт был поэтом, а не воином, и оказался в опале из-за стихов, посвященных Анне Болейн. Он сел рядом со своей сестрой Маргарет, по слухам, ближайшей наперсницей королевы. Еще говорили, что она влюблена в Джорджа Болейна и тот отвечает ей взаимностью, но женат на ужасно сварливой и ревнивой даме. Морган разглядывала собравшихся в королевской ложе и размышляла о перипетиях придворных романов, политических альянсов и семейных отношений, когда кто-то робко потянул ее за рукав. Посмотрев вниз, она заметила маленького пажа, лет одиннадцати, не старше.
– Леди Тодд? – с поклоном спросил он тоненьким голоском.
Морган кивнула и вынуждена была наклониться, чтобы расслышать его слова, поскольку герцоги с грохотом скрестили копья всего в нескольких ярдах от них.
– Ваш дядя, господин секретарь Кромвель, желает вас видеть.
– Боже, – прошептала Морган и немедленно встала. Растолкав Мэдж, Томаса и Маргарет Уайатт, а также еще сидевших поблизости, она пробралась к центральному проходу, который вел к выходу из королевской ложи. Она вовсе не была расстроена необходимостью покинуть турнир, но ее встревожило внезапное желание дяди увидеться с ней. Идя за пажом ко двору, Морган поправила прическу, привела в порядок платье и подумала, действительно ли Томас Кромвель такое чудовище, каким его часто изображают. Наконец паж остановился перед резной дубовой дверью, снова неуклюже поклонился и, пробормотав что-то, убежал прочь.
Проводив его взглядом, Морган глубоко вздохнула и громко постучала. Когда дверь распахнулась, за ней стоял вовсе не Томас Кромвель, а Том Сеймур. Морган удивленно уставилась на него:
– Том! Не ожидала увидеть тебя здесь!
– Входи, малышка, – быстро проговорил Том, чуть ли не втаскивая ее внутрь.
Когда дверь захлопнулась у нее за спиной, Морган заметила, что в комнате есть еще кто-то, но это оказался вовсе не ее дядя – в кресле сидел, потягивая вино, молодой граф Суррей.
– Вы знакомы с Сурреем, – произнес Том, в то время как Морган присела в реверан се. Молодой граф вяло улыбнулся и потянулся за графином. – Это апартаменты Суррея. У меня мало времени, но у нас с Гарри есть для тебя сюрприз. Эй, дружище, остановись, ты выпил уже достаточно, чтобы утопить половину королевского флота.
Суррей пожал плечами и поставил графин на место. Ровесник Морган, он уже два года был женат на дочери графа Оксфорда.
– Я не пьян, дорогой Томас, просто после турнира меня мучит жажда.
Морган с растущим недоумением переводила взгляд с одного на другого:
– Что за сюрприз? Том, ты говоришь загадками!
Подойдя ближе, он коснулся ее щеки большой загорелой ладонью:
– Мы не можем его испортить. Но должны поспешить. Лучше, чтобы наше отсутствие осталось незамеченным.
Суррей застегнул камзол и допил остатки вина в бокале. Морган последовала за Томом сначала во двор, а затем через восточные ворота к выходу из дворца. Она мельком отметила, что они прошли мимо апартаментов Ганса Гольбейна, где раньше жил в учениках Шон.
Обещанный сюрприз явно находился за пределами дворца. Суррей что-то напевал себе под нос. Морган едва поспевала за мужчинами. Они быстро шли к северу от дворца по направлению к Странду.
– Уже недалеко, – сказал Том, когда они достигли Черинг-Кросс. Несколько торговцев с жаром обсуждали что-то, видимо, заключая сделки. Пожилая, прилично одетая пара проехала мимо в коляске.
– Куда все-таки мы направляемся, Том?
– Ведь мы почти добрались до Флит-Ривер, – заметила Морган, когда они миновали средневековые стены Савойского дворца.
Том махнул рукой в направлении грандиозного четырехэтажного кирпичного здания с изображением герба Говардов над элегантным дверным проемом:
– Резиденция его светлости Норфолка. Гарри, ты имеешь честь проводить нас в дом своего сюзерена.
Суррей кивнул, открыл дверь и оказался лицом к лицу со старым, дряхлым слугой.
– С дороги, дружище, – сказал Суррей, – сегодня нам не нужны твои услуги.
Слуга моментально исчез в боковом коридоре.
– В библиотеке, я полагаю, – сказал Суррей, пройдя через гостиную и музыкальную комнату.
Дверь библиотеки была заперта. Суррей постучал и, не дожидаясь ответа, распахнул дверь. Морган заглянула внутрь. В отличие от остальных комнат эта была сравнительно небольшой, с наглухо задернутыми шторами. В следующее мгновение Морган увидела возле книжных шкафов высокого стройного мужчину в дорожном костюме и застыла на пороге, не веря своим глазам.
– Шон? – наконец выдохнула она, шагнув вперед.
Шон О’Коннор быстро обернулся. Он улыбнулся ей той восхитительной мальчишеской улыбкой, которую она так хорошо помнила.
– Морган! – Он поднес ее руки к губам. У них за спиной тихо смеялись Том и Суррей. Морган и Шон не сводили друг с друга глаз, он не выпускал ее рук, а она не отрывала взгляда от его волнистых темных волос, голубых глаз, резко очерченного подбородка.
– Ты вернулся из Франции, – произнесла Морган – и тут же спохватилась, что сказала лишнее.
– Именно так. – Шон выпустил ее руки и покачал головой. – О, Морган, как я рад тебя видеть!
Морган хотела что-то ответить, но Том обнял их за плечи, сказав:
– Мы с Сурреем удалимся. Но помните, всем нам следует проявить благоразумие. Сегодня утром я побывал в Дептфорде, где обнаружил судно, только что прибывшее из Франции. И кого я увидел – этого молодого ирландца! Он собирался отправиться прямо в Ирландию, но я уговорил его задержаться на несколько часов в Лондоне. Суррей и его отец согласились приютить парня здесь, поскольку оба остались верны папскому престолу так же, как Шон.
– Думаю, ты утомил их, Том. Пойдем, я умираю от жажды. – Суррей подхватил Тома под руку и потащил из библиотеки.
Морган никак не могла отвести глаз от Шона.
– Так ты не останешься в Лондоне? – с сожалением в голосе спросила она. Шон покачал головой:
– Не могу. Не хотелось бы встретиться с твоим дядей, королевским секретарем. Он намерен полностью уничтожить римскую церковь на острове. Поскольку бедняги вроде меня не в силах его остановить, я предпочитаю не видеть этого богохульства и ереси.
– Тогда зачем ты вернулся? – Морган сложила ладони, будто умоляя его произнести слова, которые она так жаждала услышать. Но Шон лишь покачал головой: – Я не выношу Францию. Двор там еще более распутен, чем здесь. Никто не желает признавать, что ирландец может быть художником, а еда просто невыносима. – С тяжелым вздохом он обернулся и посмотрел на изображение Мадонны с младенцем кисти итальянского художника, висящее над камином. – Лучше вернусь на родину, где над творчеством человека и его верой никто не насмехается.
Шон прошелся по комнате, рассеянно погладил тисненный золотом корешок Библии, лежащей на столе. И неожиданно стукнул кулаком по дубовой панели.
– Что мне остается? Служить королю, который презрел власть святого Петра и самого Господа? Или закончить свои дни в Тауэре, как сэр Томас Мор и епископ Фишер? – Голубые глаза Шона блеснули гневом. – Эти люди поистине святые, но король Генрих бросил их в темницу, потому что они отказались признать Закон о престолонаследии!
Морган нервно оправляла юбку. Она слышала разговоры о Море, бывшем канцлере, и Фишере, епископе Рочестерском, но не считала это таким уж важным. Фишер был старым и почитаемым; о Море говорили как о блестящем, мудром и удивительно добром человеке, некогда бывшем близким другом короля.
– Но, может здесь какая-то ошибка? – кротко спросила Морган.
– О… – Мгновение он смотрел на нее, словно вдруг забыл ее имя. – О, Морган, – продолжил он раздраженно, – конечно, нет! Ты здесь совсем недавно и общалась не с теми людьми. Дело в том, что губят не только жизни, но и души. Сэр Томас Мор, помоги ему Господь, не возражал против самого закона. Но во введении к нему говорится об упразднении папской власти. Мор не мог с этим смириться. Как и я.
Морган потрясенно потерла лоб, словно пытаясь избавиться от этих ужасных мыслей.
– Извини, я не слишком хорошо разбираюсь в политике и тому подобных вещах. Я приехала ко двору не ради интриг, а ради… – Она осеклась и посмотрела на Шона. «Ради тебя, – подумала она в исступлении, – а тебе даже нет до этого дела!» – Тогда почему ты задержался в Лондоне? – Она с трудом сдерживала раздражение, вызванное его разглагольствованиями и напыщенными бреднями по поводу религии, введения к законам и бывшего канцлера.
Он поднял узкие плечи в выразительном жесте.
– Чтобы навестить сэра Томаса Мора в Тауэре, конечно. Просить у него совета и благословения. Он великий человек.
– Ага. – Морган несколько раз кивнула, смиряя охвативший ее гнев и пытаясь понять Шона. – Отлично. Хотя и противоречит здравому смыслу. Но конечно, ты знаешь, что делаешь.
– Разумеется. Суррей все устроил, а к тому времени как обнаружат, что я побывал там, я уже буду на пути в Ирландию.
Шон улыбался и выглядел вполне довольным собой.
Морган теребила цепочку на шее.
– Если будешь проезжать через Фокс-Холл, передай привет моим родителям. – И, не дождавшись ответа, продолжила: – Я, конечно, напишу им, но у меня для этого слишком мало времени. Как поживает твой отец?
Голубые глаза Шона затуманились.
– Я ничего о нем не знаю сейчас. Но минувшей зимой он чувствовал себя не совсем хорошо.
– Какая жалость. – Морган продолжала теребить цепочку, пока не поняла, что вот-вот порвет ее. – Мне пора. Я должна посетить… – Морган снова умолкла. Ей не хотелось произносить имени королевы Анны в присутствии Шона.
Шон стремительно шагнул к ней.
– Я не забыл о том, что произошло весной, – сказал он, и гневный огонь в его глазах угас. – Томас Сеймур сказал, что ты придешь сюда, но лучше бы ты этого не делала. – Видя растерянность на лице Морган, он нежно коснулся ее щеки. – Нет, Морган, это вовсе не значит, что я не хотел тебя видеть, но мне нечего тебе предложить. Я вне закона, изгнанник, человек без будущего.
– О, Шон, это не важно! Мне не нужно богатство, земли и прочие подобные вещи! Я предпочла бы жить в ирландском захолустье с тобой, чем с лордом во дворце!
Она заметила удивление на его лице и беспомощную кривую улыбку и сама удивилась тому, что изъявила готовность принести себя в жертву.
Он тихо рассмеялся. Обнял ее, поцеловал нежно и томно. Она прильнула к нему и услышала, как колотится его сердце.
– Я женился бы на тебе прямо завтра, Морган, если бы мир был устроен иначе. Прошлой весной я направлялся ко двору в надежде прославиться как художник, а потом просить твоей руки. Но сейчас… – Он заглянул ей в лицо. – Посмотрим, как будут развиваться события. Могу я надеяться, что ты меня подождешь?
Она вновь бросилась в его объятия и крепко прижалась к нему.
– Ну конечно, я буду ждать! Ведь я люблю тебя!
– Я тоже люблю тебя, Морган. – Он поцеловал ее волосы. – И всегда любил, только не понимал этого. Ты такая искренняя, такая милая, такая добрая!
Морган ощутила некоторое беспокойство. Что подумает Шон, если узнает, что ее изнасиловали и она больше не девственна? Она подумала, что стоит сказать ему правду сейчас, пока она не пробыла при дворе достаточно долго, чтобы ее можно было заподозрить в связи с одним из распутных кавалеров. Но у нее не хватило сил открыть ему правду.
Стук в дверь заставил вздрогнуть обоих. Шон отодвинулся от Морган и повернулся к камину. Морган поправляла прическу, когда в библиотеку, широко улыбаясь, вошел Том Сеймур.
– Роль назойливой дуэньи не для меня, но Морган должна вернуться в Уайтхолл, пока никто не заметил ее отсутствия, а ты, Шон, с наступлением темноты отправишься в Тауэр в сопровождении Суррея.
Шон не стал возражать. Он еще раз поцеловал руку Морган и пристально посмотрел ей в глаза:
– Я напишу, клянусь.
– Я тоже, – чуть слышно ответила Морган. – Будь осторожен. Прошу тебя.
Он отпустил ее руку.
– И ты. – И, переведя взгляд на Тома, спросил: – Ты позаботишься о ней?
Том приобнял Морган за плечи.
– Я уже пообещал это ее родителям. Господи помилуй, я чувствую себя старой нянюшкой!
Его хохот эхом пронесся по библиотеке, в то время как Морган и Шон улыбнулись друг другу. К ним присоединился Суррей, и после еще одной череды прощаний Морган покинула дом Норфолка, направляясь обратно в Уайт-холл. В молчании они с Томом дошли до входа во дворец. Здесь Морган остановилась и посмотрела на Тома:
– Спасибо. Нет слов, чтобы выразить благодарность за то, что ты для нас сделал сегодня.
Том мягко приподнял ее подбородок:
– Когда-нибудь вы составите прекрасную счастливую пару. Но сейчас Шону лучше бежать в Ирландию. И пожалуйста, не торопи его с возвращением.
– Не буду, клянусь, – торжественно пообещала Морган в тон Тому, втайне надеясь, что глупые недоразумения в религиозных вопросах скоро уладятся и Шон навсегда будет принадлежать ей.
Следующие несколько дней Морган провела в легком тумане счастья. Шон любит ее, она в этом больше не сомневалась. Возможно, уже через год они поженятся. И конечно, весной, поскольку в эту пору года они поняли, что любят друг друга, и теперь встретились снова, пусть ненадолго. Поглощенная мыслями о будущем, она вдруг почувствовала, что кто-то толкнул ее в бок, и Морган вернулась в реальность, за обеденный стол, где рассеянно ковырялась в вазочке с первой в этом году клубникой.
– Королева, – прошипела ей Маргарет Уайатт, – зовет тебя!
Морган обернулась так стремительно, что едва не перевернула бокал с вином. Действительно, Анна Болейн пристально смотрела на нее, слегка прищурившись. Морган поспешила к королеве. Король на этот раз ужинал отдельно, что в последнее время бывало нередко. Морган присела в реверансе и почувствовала, как к щекам прилила кровь.
– Вы будете помогать мне сегодня вечером, – без обиняков заявила Анна. Пажи помогли Анне подняться, и та величественно направилась в королевские покои.
В полном молчании Морган помогла Анне освободиться от платья. Три горничные суетились в спальне, поправляя полог над кроватью, откидывая одеяла, открывая окна, чтобы впустить свежий весенний воздух.
Когда Морган принялась расчесывать длинные темные волосы королевы, горничные удалились. Морган никак не могла унять дрожь в руках.
– Не надо волноваться, Морган, – произнесла наконец Анна, пряча в глазах усмешку, – я наблюдаю за вами с того момента, как вы появились при дворе; вы прекрасно справляетесь го своими обязанностями и ведете себя достойно, что я очень ценю, несмотря на наветы моих врагов.
Потрясенная искренностью слов королевы, Морган лишилась дара речи. Девушка знала, что Анна свободно рассуждает в кругу друзей, но чтобы королева Англии беседовала подобным образом с фрейлиной, которую едва знает?
Анна наблюдала за реакцией девушки.
– Вы должны вести себя по-другому, Морган. Мне было четырнадцать, когда я отправилась во Францию с королевой Клотильдой. Очень боялась, но виду не подавала. Вы выглядите довольно юной для своего возраста – вам ведь восемнадцать, не так ли? – но вам необходимо проявлять чуть больше женственности и напористости в манерах. У женщин свое оружие, как вы знаете.
– Благодарю за совет, – запинаясь, промолвила Морган.
Анна рассмеялась, в ее пронзительном смехе прозвучали истеричные нотки.
– Вот это я и имела в виду. Вы понятия не имеете, о чем идет речь. – Анна обернулась так резко, что Морган едва не выронила расческу. – Вы наивная молодая женщина, Морган. Вы совершенно не представляете, как мужчины смотрят на вас, как они на вас реагируют. Не понимаю, как вас до сих пор не соблазнили, раз шесть, по крайней мере – разве что наши пресыщенные кавалеры не решили, какой подход лучше применить. Но рано или поздно они решатся, и вам лучше быть к этому подготовленной.
– Но… – заколебалась Морган, – меня никогда не учили флиртовать, – выговорила она наконец.
Анна картинно всплеснула руками:
– Дитя мое, флирт тут ни при чем. Я говорю о любовниках! Пока ваш дядюшка не нашел вам мужа, нужно срочно обзавестись любовником.
Морган стиснула гребень и продолжала делать Анне прическу.
– Мне не нужен любовник, – тихо, но твердо произнесла она.
Глаза Анны блеснули.
– Чепуха! Помните, он вам просто необходим. Или вы хотите к двадцати пяти годам превратиться в такую овцу, как Джейн Сеймур, с ее маленьким ротиком и старушечьими нарядами?
– Я надеюсь выйти замуж задолго до этого, – промолвила Морган уже более уверенно. Даже королева не смеет диктовать Морган, как ей жить. – Кроме того, мужа я выберу себе сама, без помощи дяди.
– Хм-м. – Королева знаком остановила руку Морган, орудующую расческой, и провела ладонями по своему пеньюару, подчеркивавшему ее стройную фигуру. – Я тоже хотела сама выбрать себе мужа. И выбрала – Гарри Перси Нортумберленда. Мы очень любили друг друга. – Анна помолчала, разглядывая свои руки. – Но тут вмешался кардинал Уолси. И мне пришлось выйти за ирландского графа Ормонда, а Гарри женился на Мэри Толбот, дочери графа Шрусбери. Мое сердце было разбито, сердце Гарри тоже. Но у нас не было выбора.
Анна заходила по комнате, ее длинное платье струилось следом, волнами ложась на персидский ковер. Морган тоже вскочила, но королева жестом велела ей оставаться на маленьком стульчике у туалетного столика:
– Мы одни. Церемонии ни к чему.
Анна остановилась спиной к Морган, нервно теребя полог кровати.
– Тогда я поклялась отомстить Уолси. Когда король влюбился в меня и захотел разрушить мой брак с Ормондом, я, наконец, была вознаграждена. Уолси не удалось добиться развода для его величества. Он оказался в опале и будет казнен, если до этого не умрет своей смертью. А я получила корону. Это заняло долгих семь лет, но я победила.
Казалось, миндалевидные глаза смотрят в самую душу Морган. Впервые Морган увидела в Анне Болейн не амбициозную эгоистичную кокетку, как о ней говорили окружающие, а женщину, чью любовь разрушили наделенные властью мужчины. Однако она не пожелала быть игрушкой в их руках. И не только победила своих врагов, но стала королевой.
Как мудро, ловко, просто блестяще играла свою роль Анна! И какой наивной и глупой почувствовала себя Морган. В этот момент Морган мысленно поклялась в верности Анне и обратилась с мольбой к Господу, чтобы он помог ей быть такой же сильной и мудрой, как се королева.
На лето двор никогда не оставался в Лондоне. Как только становилось теплее, воздух наполнялся зловонием, вода текла мутная, грязная, солнце висело над городом, как пылающий предвестник грядущих несчастий в виде дизентерии, холеры и чумы.
В течение третьей недели июня караван из повозок, карет, экипажей потянулся на запад, в Хэмптон-Корт, бывшее владение Уолси. Кардинал подарил королю этот дворец некоторое время назад. Каким бы щедрым и грандиозным не был этот жест и сам дворец, это не спасло Уолси. Не удовлетворила Генриха и роскошь постройки: король распорядился пристроить еще один зал, на это ушло целых пять лет. Кроме того, была реконструирована часовня с возведенным над ней веерным сводом. Вокруг дворца появились теннисный корт, площадка для петушиных боев и еще одна поварня.
Когда королевская баржа причаливала к пристани, на небе появились легкие облачка. Как считала Морган, ей очень повезло, что она добиралась сюда по воде, но ее радость несколько померкла, когда она узнала, что будет жить вместе с другой дамой.
– Я еду домой в Вулф-Холл на несколько месяцев, – сообщила ей Джейн Сеймур накануне отъезда, – эта жизнь мне немного наскучила.
Морган была удивлена неожиданным известием, но Джейн не стала ничего объяснять. И хотя они с Джейн были не особенно близки, Морган скучала по ней. Новая приятельница, заменившая Джейн, вызывала раздражение – Мэдж Шелтон, кузина королевы, рыжеволосая милашка – распутная и к тому же глупая.
К тому моменту, когда Морган и Мэдж занялись разбором вещей, стало невыносимо душно, как бывает перед грозой.
– Обожаю Хэмптон-Корт, – щебетала Мэдж, вытряхивая из узла огромную кипу кружевного белья. – Видела лабиринт?
Мэдж хихикнула, когда Морган выглянула из окна, чтобы получше разглядеть грандиозное сооружение из аккуратно подстриженного кустарника.
– Если когда-нибудь ты там заблудишься – не одна, разумеется, – это будет великолепно. Там можно блуждать часами, пока…
Болтовня Мэдж была прервана резким стуком в дверь. Поспешно распахнув ее, Морган обнаружила на пороге Тома Сеймура. Он церемонно поклонился и подмигнул в сторону Мэдж.
– Малышка, дядюшка желает тебя видеть. Будешь переодеваться?
Морган с сомнением посмотрела на Тома:
– Мой дядя?
– Да. Он прибыл вчера, чтобы подготовить все к приезду короля.
Морган вспомнила, как Том привел ее к Шону, и восприняла его слова скептически. Но, судя по всему, Том сказал правду, и Морган быстро оглядела свое лиловое дорожное платье и накидку. Слегка помятые, но вполне свежие. Если она начнет переодеваться, то окончательно разволнуется.
– Я готова, – решительно заявила она и кивнула Мэдж, которая откровенно кокетливо разглядывала Тома.
– Сюда, – проговорил Том, пропуская Морган по коридору налево. – Послушай, Морган, я почти уверен, что Кромвель попросит тебя подписать Акт о престолонаследии. Почти все придворные уже сделали это, за исключением тех, кто сразу отказался и очутился в Тауэре. Надеюсь, Шон или еще кто-нибудь не настраивал тебя против этого закона?
Морган замедлила шаг.
– Я действительно не задумывалась об этом, – сказала она, останавливаясь перед массивной дубовой дверью. – Ты пойдешь со мной? – Она умоляюще посмотрела на Тома. Он взял ее за подбородок.
– Нет, малышка. Ты умница, и все будет хорошо, он ведь твой родственник.
Морган кивнула:
– Надеюсь, мне удастся произвести на него благоприятное впечатление. – Она благодарно улыбнулась Тому.
Морган встретил юноша, пожалуй, даже моложе ее самой. Одет он был довольно мрачно и выглядел слишком суровым для своего возраста. Когда Морган назвала себя, он кивнул и молча проводил ее в следующую дверь.
Сэр Томас Кромвель, солдат, торговец, юрист, банкир, бывший ближайший помощник кардинала Уолси и нынешний королевский секретарь, сидел за дубовым столом. Столешница была отполирована до блеска тем огромным количеством бумаг, которые ежедневно проходили через руки секретаря.
Сэр Томас поднялся, приветствуя племянницу. Одет он был в черное. Его лицо с длинным носом, узкими губами и абсолютно бесцветными глазами было землистого цвета, что свидетельствовало о долгих часах, проведенных в закрытом помещении без свежего воздуха. Он был невысок, но широкоплеч и крепок. Морган не нашлась с чего начать разговор, и он улыбнулся.
– Когда я видел тебя в последний раз, тебе было лет семь, – дружелюбно начал Кромвель. – Присаживайся, Морган, и позволь своему старому дядюшке отдохнуть от дел.
– Я слышала, вы очень много работаете, – тихо произнесла Морган. – Говорят, на ваших плечах огромная ответственность.
Кромвель подождал, пока Морган сядет, и снова занял свое место за столом.
– Эта должность отнимает много времени, но действительно очень важна, если работать старательно. Служить королю, служить Англии – весьма почетно. – Он помолчал, внимательно разглядывая Морган. – Но ты так молода. Тебе ни к чему мои нудные рассуждения.
К удивлению Морган, Кромвель улыбался. Морщинки вокруг глаз говорили о том, что улыбался он довольно часто.
– Это не скучно, а скорее удивительно, – сказала она наконец, постепенно беря себя в руки. – Как поживает моя тетушка Элизабет?
– Прекрасно, как всегда, – ответил Кромвель. – Они с твоей матушкой похожи. Надеюсь, ты как-нибудь пообедаешь с нами.
Морган и Кромвель заговорили о семейных делах, о его собственных родственниках, о родителях Морган и бабушке Изабо, о тетушке Маргарет и Нэн, о жизни в Фокс-Холле. Морган хоть и расслабилась, но тщательно выбирала слова. Она насторожилась, когда Кромвель спросил, нравится ли ей служить королеве Анне.
– Королева добра к фрейлинам, – сказала Морган, – и придала мне уверенности в себе.
Кромвель покровительственно кивнул:
– Да, жизнь при дворе не напоминает безмятежный Фокс-Холл. Но хорошо, что ты ладишь со своей госпожой. Всегда важно быть в добрых отношениях с тем, кому служишь. – Он помолчал, постукивая пальцами по столу. – Кстати, это напомнило мне… Уж если ты здесь и мы обсудили твою службу у ее величества, предоставляется великолепная возможность прямо сейчас подписать твое признание Акта о престолонаследии. Полагаю, ты этого еще не сделала?
Морган с трудом проглотила комок в горле.
– Нет. Мне пока не предлагали.
– О, такие вещи следует обсуждать только с родственниками, – хохотнул Кромвель, – вокруг этого закона столько шума. – Он положил перед Морган лист и вручил перо. – Вот здесь, внизу – просто напиши свое имя, дитя мое.
Текст документа расплывался перед глазами Морган. «Подписывай», – советовал Том Сеймур. Тут она вспомнила о Шоне, который, гневно сверкая глазами, говорил об этом законе и его чудовищных последствиях. Но что, если Шон ошибался? У нее закружилась голова; она не смогла бы прочесть ни слова, даже если бы захотела. Комната внезапно показалась тесной, а Морган в этот момент не видела ничего, кроме портрета короля на стене.
Девушка старательно вывела свое имя. Она позволила Кромвелю посыпать песком ее подпись и сидела неподвижно, пока тот складывал документ, запечатывал его и убирал в ящик стола.
– Отлично, – проговорил Кромвель, вновь усаживаясь на место. – Ну а теперь расскажи мне, как тебе понравилось путешествие по реке на королевской барже?
Они поболтали еще с четверть часа. Морган несколько удивило, что ее вечно занятой дядя уделил столько времени племяннице, которую не видел больше десяти лет. Покинув наконец апартаменты Кромвеля, Морган испытала огромное облегчение. Важная персона – королевский секретарь оказался дружелюбным, приятным человеком, живо интересующимся ее делами. И Морган пришла к выводу, что Томас Кромвель вовсе не такое чудовище, каким его изображают многие, в том числе и ее родственники.
В помещении крытого теннисного корта было душно. Морган поправила выбившуюся из прически прядь волос и подошла ближе к окну. Хотя сегодня она не должна была присутствовать у королевы, Морган не могла позволить себе пропустить состязания, в которых должен был принимать участие сам король. Уилл Бриртон и герцог Суффолк играли в паре против Генриха и Неда Сеймура. Нед был года на два старше Тома, чуть ниже ростом, плотнее и, уж конечно, не так красив. Он превосходно играл в теннис, хотя, безусловно, уступал королю. Разумеется, Морган было любопытно, насколько подвижен и ловок Генрих, учитывая его внушительные габариты и уже немолодой возраст. Под тонкой батистовой рубашкой перекатывались тугие мышцы, а крепкие ноги короля напоминали стройные молодые дубки.
– Пары равны по силе, – прокомментировал Ричард Гриффин, наблюдая, как король парировал удар Уилла Бриртона. – Суффолк и король оба немолоды, но его величество гораздо лучший игрок. Бриртон крепче Неда, но Нед быстрее и хитрее. Не хотите заключить пари, Морган?
– Разве это не измена – держать пари против короля? – с улыбкой спросила девушка.
Ричард помахал рукой Маргарет Уайатт и юному музыканту Марку Смитону, которые только что появились на другом конце корта в сопровождении графа Суррея.
– Нет – рассмеялся Ричард, – король любит пари: ему нравится, когда придворные проигрывают деньги по его милости, независимо от того, каким образом.
– Вы собираетесь играть? – спросила Морган, зная, что Ричард прекрасный теннисист.
Ричард помедлил с ответом. Взгляд его был устремлен на Мэри, герцогиню Ричмонд и жену единственного выжившего, но незаконного – сына Генриха.
– Что? О нет, полагаю, эта игра будет последней. – Он кивнул Мэри и пробормотал: – Просто ирония судьбы, что наш государь смог произвести сына только от Бесси Блаунт. Однако Ричмонд не в отца – не обладает таким богатырским здоровьем.
– Ричард, – предостерегла его Морган. – Вы не должны говорить ничего подобного. Даже мне.
Ричард обернулся к Морган, и его зеленые глаза лукаво блеснули.
– Есть кое-что, о чем мне хотелось с вами поговорить, Морган. Так я и сделаю, как только закончится эта дурацкая игра.
Морган невольно выпрямилась, и ее бросило и жар. Тем временем на площадке после неловкого удара Уилла Бриртона мяч оказался в сетке, что означало конец игры. Генрих победно взревел, хлопнул Неда по спине и поблагодарил Уилла и Суффолка за игру. Вокруг короля и остальных игроков стали собираться придворные, но Ричард увлек Морган в сторону и дальше, в сад.
– Вы уже были в лабиринте? – спросил он.
– Нет – ответила Морган, полной грудью вдохнув свежий воздух. – Я вся изжарилась. Давайте лучше присядем.
– Отлично. Только чуть дальше.
Взяв Морган за руку, он повел ее через сад наполненный ароматами вербены, роз и лилии. С Темзы тянуло легким ветерком, в отдалении перекликались два рыбака. На противоположном берегу реки мирно паслись коровы. Эта благостная картина заставила Морган почувствовать себя далеко от блеска и суеты двора. Она присела в нескольких ярдах от берега под кленом, чьи ветви стали пристанищем для множества гнезд.
– Я скучаю по дому, – неожиданно призналась Морган. – Уже целых три месяца я здесь.
Ричард растянулся на земле рядом с ней.
– Это естественно. Но скоро вам представится возможность сменить обстановку: мы возвращаемся в Виндзор.
– Да. Говорят, завтра уже начнем упаковывав вещи, – Морган тряхнула головой и пышные волосы рассыпались по плечам. С момента приезда в Хэмптон-Корт с Ричардом почти не виделись. Он был слишком занят, видимо, политическими интригами, о которь, Морган не имела ни малейшего представления.
– Какие волосы, – проговорил Ричард, взяв в руку прядь. – Словно медь, золото и соболий мех слились воедино.
Морган пожала плечами:
– Моя кузина Нэн всегда смеется над моими волосами. Говорит, что я похожа на полосатую кошку. У нее-то волосы черные, как у королевы.
Ричард, словно не слыша, перебирал волосы Морган прядь за прядью, пока наконец не добрался до шеи, и тут повернул Морган лицом к себе:
– Поцелуйте меня, Морган.
Морган попыталась отодвинуться, но он ее крепко держал.
– Перестаньте, рыбаки увидят.
– Рыбаки не видят ничего, кроме рыбы. К тому же я прошу только о поцелуе.
В глазах его все еще плясали чертики, но улыбка была дружеской и обаятельной. Морган опустила глаза, потом вновь подняла. Он привлек ее к себе и запечатлел на ее губах долгий, страстный поцелуй, разбудивший в Морган бурю чувств. Он целовал ее еще и еще, и она не заметила, как оказалась на земле, а Ричард на ней, касаясь руками ее груди.
– Нет! – воскликнула Морган между поцелуями. – Вы сказали – только поцелуй, ничего больше!
– В данных обстоятельствах обещание слишком трудно сдержать, – выдохнул Ричард, в то время как его пальцы жадно ощупывали соски Морган сквозь тонкую шелковую ткань. – Вы просто неотразимы.
– Ричард! – Морган уперлась руками ему в грудь и оттолкнула на безопасное расстояние. – Не смейте со мной шутить!
– Шутить! – Ричард расхохотался. – Я хочу доставить вам удовольствие, сделать счастливой, подарить нам обоим несколько мгновений радости и восторга. Это вовсе не шутки, Морган.
– Для меня шутки, и не важно, какие еще красивые слова вы придумаете.
Морган попыталась сесть, но Ричард удержал ее и снова поцеловал, пробуя развязать ленты ее белья. Морган принялась колотить его кулаками в грудь, про себя отметив, что поцелуи Ричарда ей не противны. От них у нее даже кружилась голова. В конце концов, ленты соскользнули к талии, обнажив полную белоснежную грудь.
– О Господи, вы очаровательны!
Ричард склонился, целуя ее груди и нежно касаясь языком каждого соска, прижимаясь к ней все теснее. И тут в сознании вспыхнуло воспоминание – другой человек, другое место, другое время, – высокий светловолосый незнакомец в саду Фокс-Холла…
– Остановитесь! – закричала она. – Пожалуйста! Вы не можете!
– Могу, – прошептал он, сжимая ее соски, от чего по телу ее пробегали волны наслаждения. – Ты же хочешь меня, я это чувствую.
– Нет, – простонала Морган, тщетно пытаясь высвободиться из его объятий. Ее иозбуждал сам вид его сильных пальцев, ласкающих ее тело, она словно наблюдала за всем этим со стороны. Она не любила этого человека, была в этом совершенно уверена, и все же…
Кто-то громко позвал Ричарда. Замерев, Ричард выругался и поднялся на колени:
– Минуту, Нед, уже иду!
– Нед? – Морган прижала платье к груди и стала торопливо приводить себя в порядок. – Нед Сеймур?
– Ага. Выскочка, – с улыбкой пробормотал Ричард. – Нед чертовски упорен, почти как наш дядя.
Пальцы Морган дрожали, не слушаясь ее, и она то и дело оглядывалась, опасаясь, как бы ее не увидел Нед. Он показался футах в двадцати от нее еще в теннисном костюме и более мрачный, чем обычно.
– Чтоб оспа поразила всех мужчин! – в сердцах произнесла Морган и тут же ужаснулась собственной грубости.
Ричард любезно предложил ей руку, помогая подняться, и подмигнул:
– Я знал, что вам по вкусу такие «шуточки».
– Черт бы вас побрал! – взорвалась Морган, не заботясь о том, слышит ли ее Нед. – Это просто чудовищно. Том Сеймур обещал присмотреть…
Ричард прижал палец к ее губам:
– Ш-ш Морган, не стоит усугублять просто неловкую ситуацию. Я должен идти. Думайте обо мне ночью!
Он поцеловал ее руку, поклонился и обернулся к Неду Сеймуру, который любезно кивнул Морган. Со все возрастающим негодованием Морган смотрела вслед удаляющимся мужчинам, а затем снова выругалась, припомнив одно из морских словечек своего отца, да так громко, что рыбаки в отдалении изумленно обернулись в ее сторону.
Том Сеймур ходил взад-вперед по спальне Морган и хмурился еще больше, чем его старший брат.
– Ты укрепила свое положение, подписав Акт о престолонаследии, а потом запятнала свою репутацию с этим уэльсцем! Ради Бога, Морган, ведь мы с Джейн предупреждали тебя насчет него!
– Перестань, Том! – сердито крикнула в ответ Морган. Оба были в дорожной одежде – до отъезда в Виндзор оставалось меньше часа. – Нед, безусловно, преувеличивает. Ты же сам говорил, что он жуткий зануда…
Том резко обернулся и схватил ее за плечи:
– У Неда множество недостатков, но преувеличивать он не склонен. Он видел тебя полуобнаженную, лежащую в объятиях Ричарда.
Том с такой силой сжал ей плечи, что она вздрогнула.
– Это мог видеть любой, кто проходил мимо. Не только Нед.
Голубые глаза Тома горели, рот был перекошен от ярости.
– Перестань меня поучать! – Морган вырвалась одним сильным движением и взглянула Тому прямо в глаза. – Людям свойственно придавать значение пустякам! Посмотри, как ведут себя остальные придворные! А ты коришь меня за то, что позволила Ричарду Гриффину приставать ко мне, хотя прекрасно знаешь, что у него все равно ничего бы не вышло!
– Многое уже вышло, – заявил Том. – Tы, видимо, оказалась прекрасной помощницей. Ему просто не хватило времени.
– Ох! – Морган набросилась на Тома с кулаками, но он перехватил ее руки. – Негодяй! Как ты смеешь меня оскорблять?!
– Смею, потому что ты… – Том вдруг умолк, и лицо его приняло обычное выражение. Ярость исчезла. – Потому что обязан присматривать за тобой, как ты знаешь. И Нед мне напомнил об этом.
– Нед, Нед, Нед! – Гнев Морган тоже стал угасать. В конце концов, она рассмеялась. – О Том, я никогда не позволила бы Ричарду ничего большего! Закричала бы, позвала на помощь!
Том привлек Морган к себе, прижался подбородком к ее макушке.
– Возможно, малышка. Но мне не нравится, что ты затеваешь такие игры с Ричардом Гриффином. Это не… это на тебя совсем…
Но Морган покачала головой, высвобождаясь из его рук.
– Так и есть. Но я уже взрослая женщина, Том, и подобные случаи иногда происходят.
Он улыбнулся и потрепал ее по щеке.
– Я знаю, что ты взрослая женщина – по крайней мере думаю так. Но никак не могу к этому привыкнуть. Я все еще вижу в тебе. – В этот момент в дверь постучали. – О Боже, неужели пора отправляться?
Оказалось, что появившийся в дверях человек принес письмо для госпожи Тодд.
– Должно быть, от родителей, – сказала Морган, беря письмо из рук Тома. – Как удачно, что мы еще не уехали! С тех пор как я при дворе, всего дважды получала вести из дома.
Морган разломала печать и распечатала конверт. Том с удивлением наблюдал за тем, как ее глаза округлились, а рот приоткрылся от неожиданности.
– Это не из дома, это от Шона!
Морган подскочила к окну, где было светлее.
«Моей госпоже леди Тодд! – довольно официально начиналось письмо. – Менее месяца я пробыл в Арме и понял, что не должен был оставлять Вас в Лондоне».
Морган начала читать вслух и умолкла, заметив усмешку Тома.
– Послание лично тебе, малышка, зачем же читать вслух?
Морган покраснела от смущения и восторга и продолжала читать, но уже про себя.
«Моему отцу лучше, но он все еще слаб, – писал Шон своим изящным почерком. – Придется задержаться еще на некоторое время, чтобы присмотреть за уборкой урожая и лошадьми. Мне невыносима сама мысль о том, что Вы так далеко, при дворе. Моя любовь становится все сильнее, как и моя убежденность в том, что Вы должны покинуть это дьявольское место. Чем скорее, тем лучше. Каждый день я молю Богородицу защитить Вас от тех, кто вовлекает Вас в пучину ереси и, возможно, даже пытается заставить вас подписать этот богопротивный Акт о престолонаследии. – Морган нахмурилась. Молитвы Шона оказались напрасны. Что он скажет, когда узнает, что она уже подписала этот документ? Но что сделано, то сделано, и она продолжила чтение. – Мой долг жениться на Вас как можно скорее и увезти прочь, чтобы спасти вашу бессмертную душу от вечных мук. Если Вы примете мое предложение, я тут же напишу Вашим родителям и попрошу Вашей руки. Ваш Шон О’Коннор».
Морган задумчиво потерла лоб. Сердце ее учащенно билось: она была довольно взволнована содержанием письма и возможной реакцией Шона на то, что она сделала по настоянию Тома и своего дяди.
– Ну? – Том стоял неподалеку, скрестив руки на груди. – Все в порядке с настоящей любовью?
– С настоящей любовью всегда все в порядке, – парировала Морган, печально глядя перед собой. – Мне не следовало вести себя столь легкомысленно. Просто я начиталась любовных романов.
Она протянула Тому письмо:
– Это не предложение руки и сердца, а скорее проповедь.
Склонив голову набок, Том спросил:
– Твои родители не одобрят этого?
Морган сложила письмо и искала, куда бы его положить. Все вещи упакованы. И она решила хранить письмо в кармане дорожной юбки.
– Они очень любят Шона. Он дальний родственник, и, хотя не крупный землевладелец, семья его живет в достатке.
– Ты в самом деле хочешь заниматься разведением лошадей и выращиванием ячменя? – спросил Том.
Морган отвернулась, стараясь справиться с нахлынувшими на нее чувствами.
– Полагаю, мы вместе будем растить наших детей. – Обернувшись, она улыбнулась Тому. – Важнее всего – любовь. Разве не так?
Том пожал плечами:
– Не знаю. Ни разу не был влюблен. Во всяком случае, обзаводиться семьей желания не возникало.
Его ответ разочаровал Морган. Она рассчитывала на поддержку и ободрение, ей это было необходимо. Вернулась Мэдж и сообщила, что слуги готовы погрузить багаж. Морган вышла вместе с Томом и Мэдж, не обращая внимания на их заигрывания друг с другом. Она была слишком смущена и озадачена, чтобы думать о чем-либо, кроме письма Шона и своих чувств. И не могла понять, почему не испытывает безумного восторга, получив наконец то, к чему так страстно стремилась.
Виндзорский замок возник на месте крепости времен Вильгельма Завоевателя. Вид грандиозной постройки, аллея, ведущая через огромный парк, быстро привели Морган в чувство. Еще не распаковав багаж и не переодевшись, она села у окна своей спальни и принялась писать ответ Шону.
«Любовь моя, – писала она, отбросив формальности, – всем сердцем принимаю твое предложение. Молю, напиши сейчас же моим родителям. Передавай привет своему отцу с пожеланиями скорейшего выздоровления».
Она остановилась, задумчиво проведя пером по щеке. Следует ли написать о приданом? Где они будут венчаться? В их церкви в Фокс-Холле? Морган задумалась, решила перечитать письмо Шона и встала, чтобы достать его из дорожной юбки, которую уже повесила в шкаф. Сообщить ли, что она подписала Акт о престолонаследии, или повременить с этим. Непременно надо перечитать письмо, возможно, ей удастся придумать деликатное объяснение.
Но письма на месте не оказалось, она встряхнула юбку, вывернула карманы, заглянула на всякий случай под шкаф. В панике переворошила остальную одежду, обыскала всю комнату, даже выглянула в коридор посмотреть, не выронила ли письмо по дороге!
– Господи Иисусе, – прошептала она, понимая, что письмо необходимо найти. Оно слишком опасно для Шона, да и для нее самой тоже. Морган вышла из замка, миновала часовню Святого Георгия и массивные ворота.
Она уже дошла до длинной аллеи, когда заметила знакомую фигуру, направляющуюся к ней Томас Кромвель. Он окликнул ее. Морган застыла на месте, но умудрилась выдавить некое подобие улыбки при его приближении.
– Уже изучаешь Виндзор, племянница? – обратился к ней Кромвель, приветственно приподняв черную шляпу.
– О да. Замок просто великолепный, словно из сказки. Я хотела немного прогуляться. В дороге меня слегка укачало.
– Хм-м. Пожалуй. Я прибыл еще вчера. – Он усмехнулся. – Чтобы все подготовить, как ты понимаешь.
Морган заставила себя улыбнуться:
– Весьма предусмотрительно, дядюшка. А вы тоже решили прогуляться?
Он кивнул:
– У меня тоже разболелась голова от сидения взаперти. Я смолоду привык много двигаться, но сейчас… – Он воздел руки к небу. – Сейчас пытаюсь хоть немного подышать воздухом перед ужином. А ты собираешься пройтись по главной аллее?
– Чуть-чуть, – призналась Морган.
– Тогда я присоединюсь к тебе, – сказал Кромвель.
Деревья отбрасывали длинные тени прямо на дорожку. Ветра не было, но в Виндзоре оказалось прохладнее, чем в Хэмптон-Корте. Морган внимательно смотрела по сторонам и думала, что будет делать, если вдруг найдет письмо.
– Какая неожиданная удача! – воскликнул Кромвель. – Я собирался поговорить с тобой еще до отъезда из Хэмптон-Корта, но не успел, был очень занят. – И, вздохнув, продолжил: – Как жаль, что семейные дела приходится откладывать из-за множества других обязанностей.
Морган бросила взгляд в его сторону, но не замедлила шаг.
– Что-нибудь не так?
– О, нет! – Кромвель вновь улыбнулся. – Напротив, все очень хорошо – для тебя.
Тут он остановился, и Морган вынуждена была остановиться вместе с ним.
– С разрешения твоих родителей я собираюсь устроить твою помолвку с достойнейшим молодым человеком – Джеймсом Синклером, наследником графа Белфорда.
Казалось, мрак сгустился вокруг Морган, словно мгновенно наступила ночь. Видимо, она просто ослышалась. Родители не заставили бы ее выйти замуж за человека, которого она даже не знает.
– Что? – чуть слышно переспросила Морган, невольно прижав руки к груди.
– Конечно, ты удивлена! – Кромвель положил руку ей на плечо. – Это прекрасная партия, о лучшей и мечтать не приходится. Правда, мне пришлось употребить все свое влияние. Говорят, Джеймс весьма симпатичный молодой человек, а у его отца огромные владения в Нортумберленде.
Нортумберленд далеко на севере… симпатичного молодого человека она в глаза не видела… О каком замужестве может идти речь?
Ее родители должны это понять. Как только они узнают, что Шон просил ее руки, они немедленно откажутся от плана Томаса Кромвеля.
– Разумеется, тебе понадобится время, чтобы привыкнуть к этой мысли, – продолжал Кромвель. – Джеймс скоро прибудет ко двору. Мы устроим помолвку, а свадьбу отпразднуем следующей весной в Белфорде. Ты успеешь закончить все свои дела, подготовить приданое, даже навестить семью в Фокс-Холле, если захочешь.
Морган уже хотела заявить, что не собирается иметь никаких дел ни с Джеймсом Синклером, ни с его будущим графством, ни с его замком в Белфорде. Это было бы настоящим бунтом, и она решила, что пока ей лучше прикинуться покорной овечкой. Но, поймав взгляд Морган, Кромвель глянул чуть более жестко, глаза его потемнели.
– Ты понимаешь, насколько это важно для твоего будущего?
– Да, конечно, но мне нужно время, чтобы все обдумать, – спокойно ответила Морган. – Не ожидала, что это произойдет так скоро.
– Хм-м. Ну конечно. – Кромвель похлопал ее по плечу. – Уже почти стемнело. Пожалуй, пора возвращаться.
И они направились обратно к темнеющей в отдалении громаде замка. Но у самых ворот Кромвель повернул к боковому входу.
– Здесь я должен покинуть тебя, племянница, – произнес он, приподняв шляпу. – Ты теперь будешь очень занята приготовлениями к свадьбе. – И после паузы добавил, пристально глядя ей в глаза: – За всеми этими заботами у тебя не останется времени на посторонние дела, такие как писание писем.
И, очаровательно улыбнувшись, он пошел к замку.
Морган застыла на месте. Он знает. Письмо Шона у него. Если она откажется выйти замуж за этого неизвестного из Белфорда, дядя использует это письмо против Шона… И хотя Шон сейчас в безопасности в Ирландии, Морган понимала, что угроза вполне реальна. Пока Шон озабочен спасением ее души, ей придется сражаться за спасение его жизни.




Предыдущая страницаСледующая страница

Ваши комментарии
к роману Игрушка судьбы - Дехейм Мэри



Может быть может быть. Но как утомил этот ррроманнн! Как только сил хватило дочитать все это . Уф
Игрушка судьбы - Дехейм МэриА
16.09.2013, 13.02








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100