Читать онлайн Игрушка судьбы, автора - Дехейм Мэри, Раздел - Глава 19 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Игрушка судьбы - Дехейм Мэри бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 8.57 (Голосов: 7)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Игрушка судьбы - Дехейм Мэри - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Игрушка судьбы - Дехейм Мэри - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Дехейм Мэри

Игрушка судьбы

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

Глава 19

Неделей позже во дворе замка Белфорд появился Френсис Синклер. Он уже и не надеялся еще раз увидеть эти могучие стены, ворота, изящный балкон, выходящий во двор, витражные окна часовни. Он помедлил, не выпуская поводья коня. Все по-прежнему, подумал он, но многие из живущих здесь изменились.
– Мастер Френсис! – Из дверей вылетела Полли, подбежала к Френсису, рухнула перед ним на колени, схватила за руку. – О, мастер Френсис, какое счастье видеть вас снова!
Он поднял ее, не обращая внимания на восторженный прием.
– Ты такая же толстая и круглая, как всегда, Полли. Где твоя госпожа?
– В винном погребе, проверяет припасы. Она успевает следить за всем, вникает до самых тонкостей. Вот вчера, к примеру, нашла в счетах несколько ошибок, которые его милость допустили из-за своей… болезни. Она распорядилась все стены в замке отскоблить внутри и снаружи, все окна вымыть и…
Френсис вполуха слушал болтовню Полли, спускаясь в подвал. В дверях Полли радостно крикнула:
– Мастер Френсис вернулся!
Морган распахнула дверь, появляясь на пороге с полосой грязи на щеке и в запыленной одежде. Прическа растрепалась, в волосах застряло несколько соломинок.
Морган шагнула вперед, словно намереваясь обнять Френсиса, но вместо этого протянула ему руку.
– Не думала, что ты приедешь! – улыбнулась Морган. Какой он высокий, подумала она, а волосы у него, кажется, потемнели. – Ой, я такая чумазая! Пойдем наверх, я переоденусь, пока Полли приготовит что-нибудь перекусить.
Френсис направился прямо в библиотеку, Морган скоро присоединилась к нему.
– Ну как он, Морган? – начал Френсис без долгих предисловий.
– Так же, как сообщала в письме. Он не двигается и не говорит. Доктор Уимбл сказал, что положение безнадежно.
– В противном случае я бы не приехал. Он понимает что-нибудь?
Морган покачала головой:
– Он ест, спит, а все остальное время смотрит в одну точку. Я не люблю его, не испытываю ненависти, но все это так печально, Френсис.
– Если бы он узнал, что я здесь…
Вошла Полли с подносом еды и бутылкой бренди. Бросив еще один восхищенный взгляд на Френсиса, она вышла.
– Я много слышал о том, что с тобой случилось, – проговорил Френсис с набитым ртом. – Тебе здорово досталось.
Морган пожала плечами:
– Всем приходится страдать, так или иначе.
Она рассказала ему о том, чего он пока не знал, особенно о подробностях того дня, когда она вернулась в Белфорд. Френсис слушал, не перебивая.
– И все-таки ты остаешься при нем, – подвел он итог.
– Я уже сказала, мне жаль его. Кроме того… – поколебавшись, она все же продолжила: – Я была неверной женой.
Френсис взглянул на нее:
– Ну и что? А я был плохим братом. Возмездие постигло тебя, а меня нет. Но я вовсе не чувствую потребности каяться перед ним; я раскаиваюсь и прошу милости лишь у Господа.
– Это верно, – медленно проговорила Морган, отодвигая тарелку. – Но дело в том, что я согрешила не только с тобой.
– Вот как? – Лицо Френсиса напряглось. – Как ни странно, я удивлен.
– Пожалуйста, пойми правильно, – с жаром заговорила Морган. – Я вовсе не была… распутной и неразборчивой. Все произошло уже после того, как Джеймс арестовал меня.
Она заметила скептический взгляд.
– Я влюбилась, – решительно заявила Морган.
– Ах, вот как! – торжественно заметил Френсис. – Мои поздравления. Тебе и сэру Томасу.
Морган всплеснула руками:
– Откуда ты знаешь?
Френсис неторопливо вытирал губы и пальцы салфеткой.
– Ну а кто же еще, если не твой галантный и распутный спаситель? Раздвинуть ноги для Сеймура в знак благодарности очень благородно и достойно. И как кстати пришлось внезапное осознание истинной любви. А теперь ты должна отказаться от его услуг и посвятить себя беспомощному мужу. Бога ради, Морган, я сейчас расплачусь!
Вспышка ярости Морган обрела вполне материальную силу: тарелки и столовые приборы полетели прямо во Френсиса.
– Сукин сын! Как ты смеешь разговаривать со мной подобным образом! Ты! Да кто ты такой?!
Морган схватила бутылку, но Френсис живо вскочил и успел перехватить ее руку.
– Успокойся, – сказал он. – Возможно, я был несколько груб. Но ты вечно попадаешь в ситуации, о которых не имеешь ни малейшего представления, и не задумываешься над их последствиями. Я тоже человек импульсивный и понимаю, насколько это опасно.
Сердце Морган все еще бешено колотилось, но она постепенно успокаивалась, поскольку в словах Френсиса был здравый смысл.
– Мы любим друг друга, – решительно заявила она. – И нашли бы возможность добиться развода и пожениться, если бы Джеймс не заболел.
Френсис молча потягивал бренди и одну за другой клал в рот спелые крупные ягоды малины. Покончив с едой, Френсис отодвинул вазочку, и Морган уставилась на его крупные руки. И вдруг ощутила дрожь в коленях. «О, Матерь Божья, – в панике подумала она, – я все еще не свободна от него. А как же Том?»
Френсис, казалось, не обращал на нее никакого внимания. И Морган решила перевести разговор в более нейтральное русло. Она принялась расспрашивать Френсиса о детях, о доме в Карлайле, о соседях. Напоследок задала вопрос, интересовавший ее больше всего:
– Ты собираешься вторично жениться?
Он ответил, не глядя на Морган:
– Нет. Слишком мало времени прошло.
Наконец он встал.
– Пойдем – я хочу повидаться с Робби и остальными детишками.
Френсис провел в Белфорде четыре дня: помогал Мэтью, беседовал с арендаторами, изучал нововведения Морган, объехал окрестные поля и фермы. Он ни разу не зашел к Джеймсу. Несмотря на то, что Морган и доктор Уимбл в один голос уверяли его, что Джеймс никого не узнает.
Двадцать восьмого июля Нэн родила дочь, о чем написала Морган подробнейшее письмо. Малышку собирались назвать Маргарет в честь матери Нэн. В эти же дни произошли и более значительные события. Томас Кромвель был обезглавлен, а Екатерина Говард стала пятой женой короля.
Ни кончина дяди, ни молодая супруга Генриха не слишком интересовали Морган. Она была поглощена хлопотами по хозяйству, раз в неделю в сопровождении Мэтью объезжала арендаторов. Ежедневно проверяла состояние кладовых и счета. Она в строгости держала слуг в замке, пожалуй, строже, чем сам Джеймс.
Морган заходила к Джеймсу каждый день во время обеда. Иногда кормила его сама, но чаще его обслуживал Седрик, камердинер. Джеймс похудел и выглядел как минимум на десять лет старше. Морган велела Седрику ежедневно умывать и брить хозяина и следила за тем, чтобы тому был обеспечен наилучший уход.
По четвергам приезжал доктор Уимбл. В конце августа он обратил внимание на бледность Морган.
– Состояние вашего мужа ухудшилось, – констатировал он, – но, как я уже говорил, это неизбежно. По правде говоря, я гораздо больше тревожусь о вас. Вы похудели и выглядите утомленной. Не стоит так много работать, и постарайтесь питаться получше.
Морган пообещала следить за собой, но после этого разговора вынуждена была признать то, о чем не хотела думать: она снова беременна, от Тома. Сначала она говорила себе, что просто потеряла счет дням, потом объясняла свое состояние тяжелой работой и постоянным нервным напряжением. Но видимо, пришло время посмотреть правде в глаза.
Морган размышляла, сообщать ли Тому о своей беременности. Она получила письмо от Нэн, та писала, что Том уехал на несколько месяцев в Вену искать союзников для предстоящей войны Англии против Франции. Вряд ли кто-нибудь, кроме обитателей Белфорда, догадается, что ребенок, которого она носит под сердцем, вовсе не от мужа. Морган представила лицо Полли, задумалась, будет ли Мэтью по-прежнему уважать ее. Затем вспомнила о Френсисе, но его реакцию вообще не могла себе представить.
В середине сентября в Белфорде появилась гостья. Пег доложила о ней как раз в тот момент, когда Морган и Агнес в детской наблюдали за первыми попытками Анны встать на ножки.
– Какая-то леди хочет видеть вас, госпожа, – сообщила Пег, появляясь в дверях. – Судя по ее словам, она важная леди, но одета бедно.
Морган была крайне удивлена. В силу религиозных воззрений Джеймса они не были дружны с соседями. В библиотеке ее ожидал сюрприз – с растерянным лицом, утратившим обаяние юной свежести, у камина стояла Мэри Перси, вдовствующая графиня Нортумберленд.
– Добрый день, мадам, – обратилась к ней Морган. – Мы не виделись много лет.
Мэри двинулась к ней навстречу:
– Я не решалась приехать в Белфорд. Вы знаете, что мой муж скончался?
– Мои соболезнования, мадам. – Морган была несколько озадачена, поскольку знала, что граф довольно долго болел, и ничего неожиданного в его смерти не было. – Не желаете ли выпить чего-нибудь или перекусить с дороги?
К немалому удивлению Морган, графиня быстрыми шагами пересекла комнату и рухнула перед Морган на колени:
– О, леди, умоляю вас! Я одинока, бездомна, без единого пенни! Я знаю, вы никогда не испытывали теплых чувств к моему мужу, но все же молю вас позволить мне остаться в Белфорде.
Морган взглянула на склоненную перед ней голову, заметила пробивающуюся седину. Что же произошло с вдовой одного из могущественнейших лордов севера? Джеймс, кажется, говорил, что Перси рассчитывал на пенсию, удача отвернулась от него…
– Прошу вас, встаньте, мадам, – сдержанно сказала Морган. – Расскажите, почему вы оказались в столь бедственном положении.
Мэри объяснила, что после смерти Перси почти все его имущество было конфисковано казной за долги. Последние три месяца Мэри жила в домишке у бывших слуг неподалеку от замка Элнвик. Она голодала. Разумеется, Мэри обратилась за помощью к родственникам, но они посоветовали терпеть и ждать лучших времен.
– Но скоро стало ясно, что лучшие времена не наступят, и я не в силах была больше терпеть, – с горечью проговорила Мэри, – я слышала, что ваш супруг тяжко болен, а вы единственный человек, который мог бы проявить сострадание. Все остальные ненавидели моего мужа за его взгляды и участие в преследовании лорда Дейкра. Вот почему я и решила обратиться за помощью к вам.
Морган молча рассматривала женщину, стоявшую перед ней со склоненной головой. Не было оснований отказать ей. По крайней мере будет с кем перемолвиться словом.
– С вами прибыли слуги?
Глаза Мэри прояснились.
– О, мадам, значит ли это, что я могу остаться?
Морган невольно улыбнулась:
– Ну конечно. Мы с вами будем простыми домохозяйками, но, может, это и к лучшему.
Мэри вновь хотела броситься на колени, но Морган удержала ее. На глаза графини навернулись слезы.
– Вы так добры и благородны!
С Мэри остались только ее горничная и двое старых слуг. Все остальные либо разбежались, либо получили расчет. Морган поселила Мэри в комнатах, где прежде жили Люси и Френсис.
Спустя две недели Мэри заметно похорошела и повеселела. Полли с помощницами перешили несколько платьев Морган для графини. Морган наблюдала за их работой, размышляя, что скоро ей придется засадить девушек за шитье новых платьев и для нее, старые ей уже стали тесны.
Но в начале октября, проснувшись как-то утром, она обнаружила на простынях кровь. Испугавшись, она хотела было позвать Полли, но передумала. Она провела все утро в постели, жалуясь на легкое недомогание.
Когда к обеду она попыталась подняться, то едва не упала в обморок. Испуганная Пег настояла на том, чтобы госпожа не вставала с постели.
Морган проспала большую часть дня и ночь, но на рассвете проснулась от резкой боли. И поняла, что потеряла ребенка.
Только Полли и доктор Уимбл знали, что произошло на самом деле. Остальным обитателям замка сообщили, что Морган нездоровится. Когда Морган слегка оправилась, она попыталась поговорить с Полли.
– Не думай обо мне слишком дурно, Полли, – начала она.
– Никогда, мадам, – успокаивающе похлопала ее по руке Полли. – Вы столько выстрадали, что грех вас осуждать.
Оставшись одна, Морган попыталась расслабиться и заснуть. Итак, она потеряла ребенка, дитя Тома. Теперь уже нет смысла писать ему об этом. Если когда-нибудь они встретятся, она расскажет ему. И Морган испытала прилив невероятной тоски и печали, не столько из-за утраты младенца, сколько от того, что порвалась последняя тоненькая ниточка, связывавшая ее с Томом.
Выздоровев, Морган вернулась к своим ежедневным заботам, в которых незаметно миновал еще один год. Свободное время она проводила с детьми, стараясь заменить им отца. Робби рос крепким и смышленым мальчуганом. Эдмунд несколько отставал от него, предпочитая держаться за мамину юбку. О маленькой Анне трудно было пока сказать что-то определенное, но она была веселым, озорным ребенком и уже начинала говорить длинными фразами.
В один из дней Мэтью собрался в Ньюкасл закупать провизию на зиму. Еще одна зима, подумала Морган. Предыдущая была довольно безрадостной, снег валил большую часть января и февраль. Даже Рождество не принесло особого веселья. Подавленное состояние Морган, казалось, передалось окружающим.
Спустившись вниз, чтобы дать Мэтью последние напутствия, Морган увидела, что тот беседует с гонцом в бело-зеленой ливрее Тюдоров.
– В чем дело, Мэтью? – окликнула она его. – Что привело в Белфорд королевского посланца?
Оказалось, что король со свитой сейчас совершают поездку по северным землям. И перед возвращением в Лондон хотели бы завернуть в замок Белфорд. Гонец протянул Морган официальное послание. Перечитав его трижды, Морган сказала:
– Нам оказана большая честь.
Она была уверена, что среди придворных обязательно окажется Том. Радость охватила ее, но ни Мэри, ни слуги не догадывались об истинной причине этой радости.
Морган тут же распорядилась готовить гостевые комнаты, приводить в порядок весь замок, чистить столовое серебро. Мэтью было приказано немедленно направиться в Ньюкасл и закупить достаточное количество продовольствия не только на зиму, но и для приема короля.
Морган придумала множество развлечений. Она может устроить бал, охоту, даже небольшой рыцарский турнир во дворе замка. Она достала свои лучшие наряды, которые не надевала по крайней мере два года. Они безнадежно устарели с точки зрения моды, но все еще выглядели вполне прилично. Впрочем, критически оглядев свой и Мэри гардероб, Морган приказала Мэтью прикупить еще и ткани для новой одежды.
Король со свитой прибыл двадцать третьего сентября, и во дворе замка стало тесно от людей.
Морган глазами поискала Тома, но его не было. Морган попыталась подавить разочарование, успокаивая себя, что Том, должно быть, задержался в деревне, устраивая своих людей, и скоро появится, как обычно, блистая белозубой улыбкой и прося прощения за опоздание.
Морган заставила себя широко улыбнуться, приветствуя королевскую чету. К ее удивлению, король не мог спешиться без посторонней помощи. Он казался гораздо толще, чем в последний раз, когда она его видела.
– Я счастливейшая из женщин, – сказала она, приседая перед королем в глубоком реверансе.
– Слишком худая, – ответил он, приветственно взмахнув рукой. – Я бы предпочел, чтобы вы нарастили побольше мяса на костях. Как вот эта крошка. – И он одной рукой привлек к себе Екатерину Говард, которая хихикнула в ответ.
Морган вновь присела, рассматривая новую королеву. Она выглядела точно так, как ее описывали Том и Нэн, – пухленькая, маленькая и шустрая.
– Какие дикие места здесь на севере! – воскликнула Екатерина.
Морган выдавила вежливую улыбку:
– Мы попытались привнести немного цивилизации в эти края, ваше величество. Надеюсь, вы оцените наши усилия.
Она пригласила короля и королеву в замок, за ними последовали остальные придворные. Морган разглядела среди них Ричарда Гриффина с Маргарет и любезно приветствовала их.
В течение следующего часа она разместила в замке около четырехсот гостей. Те, кому не хватило места, отправились в деревню. Свои комнаты Морган предоставила королю, а Екатерине – покои Френсиса и Люси.
Ужин был роскошным, со множеством блюд и даже запеченным оленем, добытым накануне. В качестве десерта среди прочего был подан торт в форме замка Белфорд. Все прошло великолепно, но Морган про себя подсчитала, во что обойдется это гостеприимство.
Как хозяйка, она сидела по левую руку от короля. Рядом с ней расположился Суррей, он вновь обрел влияние при дворе, после того как его родственница стала королевой. Морган тщетно продолжала искать Тома. Нед со своей супругой был среди гостей.
Когда ужин закончился и столы отодвинули, освобождая место для танцев, двери в обеденный зал отворились и на пороге появился Френсис Синклер. Морган едва не подскочила от неожиданности. Со дня его последнего приезда в Белфорд прошло больше года, и никаких контактов с ним она не поддерживала.
Приблизившись к королю, Френсис опустился на колено.
– Френсис Синклер, – произнес Генрих, – вы не показывались нам на глаза несколько лет.
– Прошло долгих семь лет с тех пор, как я был в Лондоне, ваше величество, – ответил Френсис, поднимаясь. – Я провинциал до мозга костей.
– Печально, – заметил Генрих, внимательно изучая Френсиса. – Такой человек, как вы, мог бы оказаться крайне полезен при дворе.
Король нахмурился, потом сделал повелительный жест:
– Поешьте, дорогой Френсис, там, должно быть, осталось кое-что от нашей трапезы!
Екатерина хихикнула над шуткой супруга, и он одобрительно потрепал ее по щеке.
– Милашка, – ласково пробурчал король. Морган пригласила Френсиса сесть рядом.
Она представила его Мэри, предложила ему кусок пирога и большой кусок мяса, а сама отправилась танцевать с Недом Сеймуром. Они поболтали о пустяках, и в конце концов Морган не смогла удержаться от вопроса:
– А что, Том опять за границей?
– Да, Морган, он в Вене. И пробудет там несколько месяцев.
Она отвернулась, чтобы он не заметил разочарования на ее лице.
– Вы оба так много времени уделяете делам, – сказала она как можно непринужденнее.
– Верно, – ответил Нед и бросил взгляд в сторону Суррея, который как раз в этот момент беседовал с королем, – невзирая на то, что некоторые пытаются нам помешать.
Танец окончился. Нед проводил Морган на ее место.
– Что касается моего брата, Морган, – тихо произнес он, – вы прекрасно понимаете, почему он старается держаться подальше. Напишите ему, объясните, что ваше совместное будущее невозможно. И тогда, быть может, он вернется домой.
Морган изумленно посмотрела на Неда. Она хотела ответить, но они были уже в двух шагах от короля.
– Возвращаю вам нашу очаровательную хозяйку, ваше величество, – любезно произнес Нед, кланяясь. И обернулся к Суррею: – Вы танцуете столь же искусно, как и говорите, милорд?
Суррей натянуто улыбнулся и взял Морган за руку:
– Попытаюсь, мой добрый Нед, попытаюсь.
Морган очень устала. Гости и сам король засыпали ее комплиментами, выражая восхищение замком и ужином, но сама она думала только о том, как побыстрее добраться до постели.
Проклиная судьбу, отправившую Тома так далеко, она вспоминала слова Неда. Он, несомненно, знал об их связи и считал ее виновной в добровольной ссылке Тома. Следует ли написать Тому? Возможно, Нед прав, но Морган пока не готова была последовать его совету.
Она откинулась в кресле, положив ноги на низкую скамеечку. Служанка Мэри расчесывала волосы своей госпоже; сама Мэри без умолку болтала о событиях вечера. Морган слушала ее вполуха. Она никогда не встречала такой восторженной женщины.
– Какие наряды! – восклицала Мэри. – И мужчины, они одеты элегантно, как женщины! В жизни не ела так много, думала, лопну! – Она жестом отпустила служанку и повернулась к Морган: – Вы сказали, что брат вашего мужа вдовец?
– Да, – коротко ответила Морган. Мэри в восторге всплеснула руками:
– О, он такой высокий и так красиво говорит! У него трое детей, вы сказали?
Морган резко встала:
– Да, трое, и он прекрасно о них заботится сам. – И, завязывая пояс халата, добавила: – Прошу прощения, мне надо проверить, все ли и порядке.
Уже идя по коридору, она подумала, что проверять ей в общем-то нечего. Она просто хотела побыть одна.
В дальнем конце холла у дверей в королевскую опочивальню застыли два гвардейца. Оттуда доносились тихий смех и голоса. Морган повернула в коридор, намереваясь навестить Джеймса, как вдруг заметила какую-то тень. У дальней лестницы кто-то стоял. Потом двинулся в направлении Морган, и она поспешно отступила в нишу, поскольку находилась как раз напротив комнаты королевы.
Тихие шаги приближались. Морган затаила дыхание. А затем увидела мужчину и женщину. Морган улыбнулась, подумав, что стала невольной свидетельницей любовного свидания, и дождалась, пока парочка пройдет мимо. Но они остановились в нескольких ярдах, напротив двери королевы.
Женщина тихо отворила дверь, и в узкой полоске света Морган успела разглядеть саму королеву и ее спутника, Томаса Калпепера, королевского секретаря. Оба проскользнули внутрь, и дверь захлопнулась.
Морган была потрясена. Если эта сцена означала именно то, о чем подумала Морган, значит, Екатерина Говард – милая, очаровательная, живая – самая глупая женщина в Англии!
Установилась хорошая погода, и на следующий день был устроен рыцарский турнир. В финальном поединке с Недом Сеймуром победил Суррей. Нед воспринял поражение с юмором, но позже Морган заметила, что он в мрачном расположении духа.
Вечером вновь был устроен роскошный ужин, за которым последовали музыка и танцы. За ужином Морган внимательно рассмотрела Калпепера – приятный молодой человек с пышными темными волосами и глубокими карими глазами. На другом конце стола Мэри Перси щебетала с Френсисом Синклером. Как глупо она себя ведет, подумала Морган. Ведь она старше его на несколько лет! По сигналу Морган зазвучала музыка и начались танцы, завершавшие последний день пребывания королевского двора в Белфорде.
– Ну? – раздраженно спросила Морган, подбоченившись. – Ты сражен очарованием графини Нортумберленд?
Френсис разглядывал ее из-под насупленных бровей. Двор отбыл два часа назад, все остались очень довольны роскошным приемом.
Френсис положил ногу на ногу.
– Она очень приятная женщина, – недовольно сказал он и тут же сменил тему, – Ты знаешь, зачем я приехал к королю?
– Нет, – ответила Морган, снедаемая любопытством.
– Сядь! – повелительно махнул он рукой. – Ты бродишь по комнате, как тигрица и клетке.
Когда она села, Френсис продолжил:
– Я написал книгу, трактат по теологии, где попытался оценить положение церкви и меры, которые следует предпринять, чтобы изменить ситуацию к лучшему.
– Ты ступил на опасную почву, – заметила Морган. – Это неразумно с твоей стороны.
– Приятно это слышать из уст женщины, которая укрывает мятежных священников и флиртует с ирландскими папистами! Я прекрасно понимаю, что должен быть осторожен. Именно поэтому явился сюда – чтобы встретиться с королем. Я привез ему книгу, дабы он первый ее просмотрел. И если он сочтет, что я в чем-то не прав, всегда может указать на ошибки.
– Твоя предусмотрительность меня восхищает, – пробормотала Морган ехидно.
– Предусмотрительность никогда не была моей отличительной чертой, но, тем не менее, я не идиот. Полагаю, под влиянием Говардов в Англии наконец наступят более спокойные времена. Генрих пытается найти равновесие между различными политическими группировками. Основная мысль моего трактата заключается в том, что необходимо объединить все лучшее, что есть в новой и старой церкви. Впрочем, – он поднялся, – не стану более утомлять тебя своими теологическими рассуждениями. Мы можем пообедать перед тем, как я уеду? Терпеть не могу путешествовать на пустой желудок.
* * *
Френсис вернулся к Рождеству и привез с собой детей. Они сначала дичились Морган. Но она так заботилась о них и была так добра, что они скоро почувствовали себя как дома, в родной семье. Маленькая Мэри ни на шаг не отходила от тетушки.
Френсис привез не только гостинцы, но и последние новости. Измена Екатерины Говард была обнаружена, и три ее любовника, Калпенер, Генрих Мэннок и Френсис Дерем, уже приговорены к смерти.
– А что королева? – расспрашивала за ужином Мэри Перси.
– Сейчас она под арестом до середины января, пока парламент не решит ее судьбу. – Френсис посмотрел па Морган: – А тебя, кажется, не удивили эти новости?
Морган пожала плечами:
– Любому было ясно, как кончит эта глупая девчонка. Жаль, что Говарды в очередной раз утратили влияние.
– Ой, а я так удивлена и взволнованна, – начала Мэри, кокетливо улыбаясь Френсису. – Еще виски, милорд?
– Не называйте меня «милорд», прошу вас, – усмехнулся он. – У меня нет титула, да и придворным манерам я не обучен. Хотя должен заметить, что платье вам удивительно к лицу. Уж на то, чтобы обратить на это внимание, моего воспитания хватит.
Мэри просияла:
– Френсис, ваши манеры восхитительны. – Она подсела к нему поближе. – Расскажите подробнее о вашем путешествии.
Морган резко встала, едва не опрокинув стул:
– Пойду проведаю Джеймса и детей, с вашего позволения.
И пулей вылетела из столовой.
Морган и Френсис ожесточенно спорили: сначала из-за какой-то строчки из стихотворения Уильяма Данбера, затем перешли на учителя, приглашенного Морган к детям, и, наконец, на способы ведения хозяйства. В конце концов никто не мог вспомнить, с чего все началось, но Морган, не в силах остановиться, выпалила:
– Давай, женись на этой безмозглой овце, Мэри Перси! По крайней мере избавишь меня от нее!
– Я же сказал, что не собираюсь жениться! А ты лезешь со своими советами!
– Не смей разговаривать со мной в подобном тоне! – Морган бросилась на него. – Ты, изменявший даже бедняжке Люси!
Серые глаза блеснули холодом.
– А чем, интересно, ты лучше меня?
Руки Морган бессильно опустились. Она внезапно прижалась к Френсису, ткнувшись головой ему в грудь.
– Прости, Френсис, у меня совсем сдали нервы. Я чувствую себя такой одинокой, несмотря на присутствие Мэри. – Она подняла глаза на него. – Я скучала даже по спорам с тобой.
Френсис привлек ее ближе. В библиотеке было тихо, и казалось, что они дышат в унисон. Он чуть отодвинулся, не выпуская ее из объятий.
– Ты все еще ждешь Сеймура?
– Я… нет, я не могу ждать другого мужчину, пока мой муж жив.
Он отпустил ее и прошелся по комнате.
– Но если Джеймс умрет – а рано или поздно это неизбежно случится, – ты выйдешь замуж за Сеймура?
– Я об этом не думала. А то получится, что я жду кончины Джеймса.
– Оставь это сентиментальное нытье! Жизнь Джеймса кончена – иначе я ни за что не переступил бы порога Белфорда. Ты должна серьезно подумать о собственном будущем. Ты собираешься провести его вместе с Сеймуром?
Вскинув голову и крепко взявшись за спинку стула, Морган решительно ответила:
– Да, я люблю его.
Они помолчали. Френсис стоял у камина, перебирая безделушки на каминной полке. Сейчас он выйдет, хлопнув дверью, подумала Морган.
Но вместо этого он быстро подошел к Морган и крепко обнял ее. Оба рухнули на пол. Лицо Френсиса оказалось в нескольких дюймах от ее лица, в серых глазах плескался гнев.
– Сеймур берет женщин на абордаж, как вражеские корабли! – прорычал Френсис, запустив пальцы в ее пышные локоны. – Как только ты от него забеременеешь, он тут же займется другими и переспит с половиной придворных дам.
Морган вертелась на полу, придавленная тяжелым телом Френсиса, пытаясь высвободиться. Но ее руки оказались плотно прижаты к груди.
– Да кто ты такой, чтобы осуждать Тома?! – огрызнулась она, удивляясь, что всего несколько минут назад говорила, что скучала по этому типу.
– Как ты можешь сравнивать! Я спал с другими, чтобы не беспокоить Люси, а вовсе не для того, чтобы причинить ей боль! А Том – обычный распутник, преуспевший в соблазнении женщин, он не изменится, будь он хоть трижды женат!
– Ты совсем его не знаешь! Слезь с меня, я задыхаюсь!
– Его вес ты спокойно выдерживала, насколько я понимаю. А он тяжелее меня. Но, – продолжал Френсис, перебирая ее волосы, – ты находишь мои прикосновения менее волнующими?
Морган чуть было не сказала, что считает его прикосновения, как и вообще все, исходящее от него, отвратительными, но он закрыл ей рот долгим страстным поцелуем. Она сопротивлялась изо всех сил, но тут его ладонь двинулась к шее и дальше, к вырезу платья. Он чуть приподнялся, только для того, чтобы обнажить ее тело. Морган почувствовала, как его руки скользят по груди, лаская ее, чуть касаясь розовых сосков, помимо ее воли пылавших огнем.
Но Морган все же твердо решила сопротивляться – или по крайней мере дать ему понять, что его ласки оставляют ее совершенно равнодушной. Он прервал поцелуй и внимательно посмотрел на нее. Морган молча выдержала взгляд, надеясь, что ледяное выражение ее глаз заставит его отступить.
Но Френсис был настроен не менее решительно, чем она; одним резким движением он сорвал с нее юбку и просунул руку между бедер. Морган попыталась сжать ноги, но не могла противостоять грубой силе. Его пальцы ласкали нежную плоть сквозь тонкое белье, и Морган стиснула зубы, чтобы не закричать.
– Ты ничего не чувствуешь? – усмехнулся Френсис, видя, как исказились черты ее лица.
– Нет! – выкрикнула Морган. – Ничего, кроме отвращения!
Она дернулась изо всех сил, и ей удалось вырваться. Правда, убежать она не смогла, поскольку ноги запутались в обрывках одежды. Морган споткнулась, и Френсис успел подняться и схватить ее. Крепко обхватив ее за талию, он бросил ее в глубокое кресло.
– Тебе стоит немалых усилий изображать равнодушие, даже отвращение, в то время как каждый дюйм твоего тела умоляет, чтобы я взял его. Что произошло с тех пор, как мы наслаждались друг другом?
– Я уже сказала тебе! Я люблю Тома, а наверху умирает твой брат!
Морган готова была разрыдаться от ярости и унижения, сидя перед Френсисом в разорванном белье, почти обнаженная.
Он отпустил ее руки и выпрямился.
– Вечный самообман, – бросил он. – И желание. – Френсис вздохнул и пожал плечами. – Ну как хочешь. – И, ехидно улыбнувшись, направился к дверям.
Однако Морган не удалось совладать со своим желанием, она жаждала удовлетворения. И все же радовалась, что одержала верх над Френсисом.
Френсис между тем подхватил одежду Морган, еще раз улыбнулся, приветственно махнул ей рукой и вышел из библиотеки.
Морган застыла с открытым ртом. С невероятной остротой она чувствовала собственное бессилие. Френсис Синклер не только не джентльмен – он чудовище, грубиян, бандит, невежа, самый растленный тип на свете. Он должен немедленно убраться из Белфорда и никогда больше не возвращаться. Она даже разговаривать с ним не будет.
Но сначала надо выбраться из библиотеки так, чтобы никому не попасться на глаза. Морган оглядела комнату; в качестве накидки можно было использовать только старые занавески. Все равно их нужно заменить.
Но занавески не поддавались. Как и все прочее в Белфорде, они были закреплены на совесть. Морган тихо чертыхнулась, подтянула тяжеленное кресло поближе к окну, взобралась на него и попыталась дотянуться до того места, где были прикреплены занавески.
Ничего не получалось. Тут Морган, не и силах сдержаться, принялась громко ругаться, вспоминая все когда-либо слышанные ею крепкие выражения. Она проклинала занавески. Френсиса, холод и ветер, как вдруг до нее донесся тихий смешок.
– Хочешь, чтобы Мэтью обнаружил тебя в таком виде?
Френсис стоял в дверях, держа в руках ее одежду.
– Ну и вид у тебя, – сухо заметил он, подходя ближе и останавливаясь прямо перед Морган. – Кажется, я еще ни разу не видел женщины – не говоря уж о графинях – в таком положении.
– Ненавижу тебя! Ненавижу! – Она потянулась с намерением схватить его за волосы.
Он уронил на пол ее одежду и засмеялся:
– Это в самом деле увлекательное зрелище. Так редко предоставляется возможность посмотреть на кого-нибудь снизу вверх.
Будь у Морган оружие, она убила бы Френсиса на месте.
Голова Френсиса оказалась как раз на уровне ее груди. Он медленно обнял ее за талию и коснулся губами сосков. Опустив ладони ей на ягодицы, зубами стянул белье. Морган была слишком измучена, чтобы бороться или определить, кто все-таки одержал победу в их схватке. Она позволила опустить себя и оставалась неподвижной, пока он стягивал свои бриджи.
– Знаешь, я ведь собирался оставить тебя здесь прямо так, – тихо сказал он. – Думал, это послужит тебе хорошим уроком. Но потом решил, что так не совсем справедливо и, возможно, ты уже чему-нибудь научилась.
Морган замерзла и хотела только согреться, пусть даже с помощью этого несносного человека. Она обняла его, а он втиснулся между ее бедер. Прижатая к жесткой спинке кресла, Морган сильнее, чем обычно, ощущала его проникновение. Она вздохнула, впиваясь ногтями в его плечи. Они двигались в едином ритме, пока их крик, разорвав тишину ночи, не растворился в ней.
Море утихло, и мягкий снег крупными хлопьями падал на крыши и стены замка. Морган лежала в своей постели рядом с Френсисом, прислушиваясь к его глубокому ровному дыханию.
Насладившись любовью, они поспешно выбрались из библиотеки, пока слуги не хватились своей хозяйки. Френсис собирался уйти к себе, но, видя, в каком состоянии Морган, уложил ее в постель, согрел вина, чтобы Морган не подхватила простуду, – и тут выяснилось, что он ужасно проголодался. Несмотря на протесты Морган, он позвал Полли и потребовал принести ему хлеба, мяса и сыра.
– Френсис! Что подумает бедняжка Полли? – Морган натянула одеяло до подбородка.
– То же самое, что она думает обо мне последние тридцать лет.
– Ну Френсис, мы же не хотим, чтобы слуги, и жители деревни, и добрая половина Нортумберленда узнали о наших с тобой отношениях!
Он сел рядом с ней на кровать и погладил по голове.
– Я много раз тебе говорил, что наши слуги верны и молчаливы. А ты завоевала симпатии всего Белфорда. Мне рассказывали, что когда тебя увезли в Лондон на суд, даже самые рьяные протестанты плакали. Да и кто станет осуждать родственника, который утешает несчастную одинокую страдалицу? – Он провел рукой по линии груди, вырисовывавшейся под одеялом. – И, насколько я могу судить, ты слегка утешилась. Не знаю только, зачем сопротивлялась?
Морган уже хотела дать резкий ответ, но тут появилась Полли с едой.
Морган почувствовала, что тоже проголодалась, и присоединилась к Френсису. Она ела и размышляла о странности их отношений с Френсисом. В объятия друг друга их, несомненно, толкала страсть. Но как объяснить, что за последние два часа Морган ненавидела Френсиса и даже хотела прибить, а сейчас сидит рядом с ним на кровати и как ни в чем не бывало ужинает?
Они поболтали некоторое время о хозяйстве, припоминая забавные случаи из жизни местных крестьян, посмеялись над их суеверием и множеством дурацких обычаев. И тут Морган вдруг вспомнила, как серьезно, без тени юмора Джеймс относился к хозяйственным обязанностям.
– Послушай, – обратилась она к Френсису, – помнишь девушку, в которую был влюблен Джеймс?
– А, да, Джоан. Милое создание с темными волосами и абсолютно плоской грудью.
– Знаешь, Джеймс не переставал ее любить.
– Хм… – Сладко зевнув, Френсис принялся раздеваться. – Подходящее объяснение, чтобы больше никого не любить.
Он задул свечи и забрался в постель.
– Не считай меня бездушным, Морган. Я изо всех сил пытался быть снисходительным к брату. И не могу понять, лишился он разума из-за невероятных поворотов судьбы или это для него выход?
– Никто не хочет быть сумасшедшим, – сказала Морган.
– Это верно. Но мы сами делаем выбор. И я часто думаю, что именно выбрал для себя Джеймс.
Морган была слишком измучена, чтобы спорить с Френсисом. Наконец он уснул, а она все еще продолжала размышлять. И не их физическая близость беспокоила ее, а время, которое они потом провели вместе – его заботы о ней, их совместный ужин и веселая болтовня.
Она повернулась, разглядывая его. Как молодо он выглядит, когда спит, подумала Морган, а ведь ему уже далеко за тридцать. Какой-то он странный, ни на кого не похожий.
С наступлением Нового года снегопад наконец прекратился, и Френсис решил вернуться домой, пока погода вновь не испортилась. Они с Морган больше не спали вместе.
– Думаю, это слишком рискованно, – заявил он на следующее утро после сцены в библиотеке. – Ты можешь забеременеть, а при нынешнем положении дел никто бы не поверил, что зто от Джеймса.
Почему он все решает сам, нисколько не считаясь с ее мнением? Возможно, она уже беременна. Но Морган решила не спорить. В то утро она испытывала необыкновенный подъем и легкость во всем теле. Морган объяснила это себе тем, что получила чисто физическое удовлетворение. Кроме того, наконец-то рядом был человек, знавший Белфорд так же хорошо, как она сама, и разделявший ее заботы. И наконец, рядом с Робби был его отец. И не важно, что Робби понятия не имел о том, кем на самом деле ему доводится Френсис.
Но вот пришло время расставаться. Детишки, укутанные до самых глаз, усажены в повозку. Френсис, окинув взглядом двор на прощание, улыбнулся:
– К Пасхе или, быть может, к лету мы вернемся.
Он любезно поцеловал руку Мэри Перси, и маленький караван тронулся в путь.
Морган с детьми долго махали им вслед, пока повозки не скрылись из виду. Обернувшись, Морган увидела, что трое ее ребятишек тихо плачут, шмыгая носами. Морган хотела было отчитать их за неуместные слезы, но вдруг обнаружила, что сама тоже плачет.




Предыдущая страницаСледующая страница

Ваши комментарии
к роману Игрушка судьбы - Дехейм Мэри



Может быть может быть. Но как утомил этот ррроманнн! Как только сил хватило дочитать все это . Уф
Игрушка судьбы - Дехейм МэриА
16.09.2013, 13.02








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100