Читать онлайн Игрушка судьбы, автора - Дехейм Мэри, Раздел - Глава 10 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Игрушка судьбы - Дехейм Мэри бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 8.57 (Голосов: 7)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Игрушка судьбы - Дехейм Мэри - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Игрушка судьбы - Дехейм Мэри - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Дехейм Мэри

Игрушка судьбы

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

Глава 10

Пальцы Морган нежно скользили по личику сына. Его, наверное, назовут Робертом в честь дедушки Джеймса, четвертого графа Белфорда. Устало улыбнувшись, она прижала ребенка к груди. Джеймс сидел у кровати, глядя на обоих с несвойственной ему нежностью. Люси и Полли суетились вокруг, прибирая в комнате.
Морган постепенно вспоминала все, что случилось с того момента, как она рухнула без чувств на лестнице, и не услышала голос Джеймса, поздравлявшего ее с рождением замечательного сына. Сейчас, день спустя, она все еще была слишком слаба, чтобы долго разговаривать, но вполне могла слушать. И то, что она услышала, наполнило сердце ее печалью.
Старая графиня погибла, ее убил тот самый рыжебородый бандит. Ее похоронили на следующее утро в замковой часовне рядом с мужем. Эта смерть казалась Морган такой страшной, такой несправедливой. Хотя графине сейчас, наверное, хорошо и спокойно на небесах рядом с любимым супругом.
Двое слуг также погибли в схватке. Один из них – Малькольм, бедняга Малькольм, который продемонстрировал чудеса отваги в последние минуты жизни, защищая графиню. Три девушки-кухарки были жестоко изнасилованы, но доктор Уимбл заверил Джеймса, что с ними все будет в порядке.
К счастью, сам замок почти не пострадал. Джеймс и Френсис уже распорядились начать необходимый ремонт. Сильнее всего пострадали ворота, внутри же лишь на первом этаже была сломана мебель да разбито несколько окон.
Нескольким разбойникам удалось бежать. Остальные были преданы скорому и беспощадному суду: их в тот же день повесили на рыночной площади Белфорда, Джеймс лично руководил казнью. Он и Френсис приказали оказать помощь тем, чьи дома были разрушены в результате набега, а также пополнить запасы провизии и городе.
Морган наконец узнала, каким образом люди Синклеров так скоро оказались в замке. Они завершили дела в Ньюкасле раньше, чем рассчитывали. Приобрести достаточное количество припасов так и не удалось. Они решили возвратиться в Белфорд и, уже добравшись до Морпета, зашли в трактир пропустить по стаканчику. И тут пара бродяг взволнованно рассказывала о разбойниках, встреченных по дороге. Те якобы направлялись из северных районов на юг. Крайне встревоженные, братья Синклеры оставили груз на попечение своих спутников и поспешили на поиски военной подмоги среди своих сторонников и семейства Перси. В Белфорд с ними прибыло пятьдесят человек – они появились слишком поздно, чтобы спасти вдовствующую графиню, но успели защитить своих жен.
Прошло целых два дня, прежде чем Френсис зашел поприветствовать Морган и малыша. Он появился в спальне холодным зимним вечером, когда ветер завывал в каминной трубе и грохотал ставнями. Морган дремала, а младенец тихо посапывал в колыбели.
Френсис некоторое время любовался ребенком, который безмятежно выпростал ручонку из-под одеяла. Волосенки на голове малыша были абсолютно светлыми, и, хотя Люси все время спорила, на кого больше похож малыш – на Морган или Джеймса, было совершенно ясно, что он точная копия сэра Эдмунда Тодда.
– А он крепыш, – наконец произнес Френсис и подошел ближе к камину. – Доктор Уимбл сказал Джеймсу, что у тебя случились преждевременные роды из-за набега.
– Так и есть, – согласилась Морган.
– Возможно. – Френсис подхватил фарфоровую фигурку нимфы с каминной полки, чуть не уронил и тут же поставил на место.
Малыш зашевелился и закряхтел. Морган поднялась было, чтобы посмотреть, в чем дело, но Робби просто повернул голову и снова заснул.
– Ему что-то снится, – заметил Френсис.
– Что, интересно? – уголком рта улыбнулась Морган.
– Еда, скорее всего. У него есть кормилица?
– Да, девушка из деревни, по имени Агнес, кузина той, которую Люси нашла для Джорджа.
Френсис подошел к окну, некоторое время любовался штормом на море, потом повернулся к кровати:
– Малыш замечательный, Морган. Ты молодчина.
– Это ты молодчина, Френсис. – И, заметив, что он удивленно вскинул брови, пояснила: – Ты спас нас обоих, и я буду вечно тебе благодарна.
Френсис не отводил взгляда от парчового балдахина над кроватью, а затем после долгой паузы проговорил:
– Я впервые убил человека.
– У тебя не было выбора. – Морган хотела, чтобы он сейчас посмотрел на нее.
И, словно угадав ее желание, он посмотрел ей в глаза.
– Верно. Я не мог позволить причинить вред моему сыну. И, конечно, тебе.
Он махнул рукой Морган, еще раз взглянул на ребенка и быстро вышел из комнаты.
К Рождеству Морган все еще оставалась и постели, и Джеймс распорядился сократить празднества. Традиции все равно уже были нарушены – обычный набор подарков заменили на те предметы, в которых жители Белфорда нуждались сейчас больше всего, дабы отремонтировать жилища и восстановить утраченное имущество.
К Двенадцатой ночи, однако, Морган уже была в состоянии присутствовать на службе и церкви Святого Варфоломея. Предыдущие дни выдались погожими, и Морган пришла в голову замечательная идея: не только она будет участвовать в рождественском представлении, но и можно будет еще до начала веселья окрестить малыша.
Маленькая церквушка была буквально набита народом – крестьяне, фермеры со всей округи. Присутствовал тот же священник, который венчал Джеймса и Морган. К счастью он был краток, и церемония закончилась до того, как молодая мать ощутила слабость в коленях.
– Ты в состоянии задержаться еще на некоторое время? – шепнул Джеймс.
Морган заверила его, что, если она сядет, все будет в порядке. И тут же придумала еще более действенный выход:
– Джеймс, давай положим Робби в ясли. Солома чистая, он хорошо укутан, и детишкам это понравится.
Муж заколебался. Вообще-то он не хотел выносить ребенка на холод, но день выдался на редкость погожим, и Джеймс уступил просьбам Морган.
Морган радостно улыбалась, когда каждый из ребятишек, бросив монетки в потрепанную корзинку и заглянув в ясли, с восторгом обнаруживал там мирно спящего юного наследника Белфорда. Одобрительный шепот пробежал по толпе.
К вечеру Джеймс и Морган очень устали, но были счастливы.
– Ты завоевала сердца наших людей, Морган, – тепло сказал Джеймс, когда они легли в постель. – Мой отец гордился бы тобой.
– Дети легко завоевывают сердца, – ответила Морган, поправляя подушку. – После всех пережитых ужасов людям необходима радость.
– Да, конечно. А наш сын просто очарователен, – гордо заявил Джеймс. – И какой крупный для новорожденного!
– В моей семье всегда рождаются крупные дети. Как Нэн и я, например, хоть мы и девочки, – преодолев волнение, сказала Морган.
– Господь хранит нас, – сонным голосом проговорил Джеймс. – Бог даст, в следующий раз нам так же повезет.
– Конечно, – ответила Морган, не сразу сообразив, что не пройдет и нескольких недель, как ей вновь придется заниматься любовью. Ей этого очень хотелось, только не с собственным мужем.
Вместе с подарками для новорожденного к середине февраля прибыли письма из Фокс-Холла. Морган и Люси превосходно провели время, распаковывая свертки и время от времени восторженно восклицая по поводу чепчиков, связанных бабушкой Изабо, расшитых Нэн курточек, серебряных чашечек, подаренных леди Элис и сэром Эдмундом, платьев от тетушки Маргарет.
Письмо, однако, содержало печальные известия: Екатерина Арагонская скончалась в январе. Ходили слухи, что Екатерина была отравлена. «Боюсь, однако, что ее безвременная кончина была вызвана сердечными ранами – писала леди Элис. – Тем не менее, его величество и Анна Болейн, – Морган отметила, что матушка по-прежнему не называет Анну королевой, – были одеты в яркие светлые платья и откровенно веселились. Двор сейчас вообще радуется по любому поводу, поскольку Анна опять ждет ребенка. Твоя дорогая кузина, однако, использует новые веяния в качестве дополнительного оружия против тетушки Маргарет; Нэн намерена этой весной отправиться ко двору».
Морган улыбнулась, представив перепалку Нэн с тетушкой Маргарет. Победа, несомненно, будет за Нэн, а как только в марте ей исполнится семнадцать, никто не сможет ее остановить.
Но второе письмо, написанное отцом, было отправлено неделей позже и содержало новости, которые меняли судьбу Нэн – как, впрочем, и многих других в Англии. В конце января состоялся рыцарский турнир. В этот же день хоронили бывшую королеву. Увеселения никто и не подумал отменить или хотя бы отложить на время. И Господь покарал Генриха и Анну: во время турнирного поединка король упал с лошади и некоторое время лежал без чувств. Сама Анна не присутствовала на турнире, но ее дядя, герцог Норфолк, поспешил сообщить ей, что Генрих погиб. Шок, вызванный этим известием, спровоцировал преждевременные роды. Срочно вызванный врач смог лишь подтвердить, что погибший ребенок был мужского пола.
«Его величество пришел в себя и заявил Анне, что у нее больше никогда не будет возможности вынашивать его ребенка. Гнев его был ужасен, и положение Анны теперь крайне шатко». Морган задумалась над последней фразой. Она знала, что ее родители не стали бы открыто выступать с критическими замечаниями, особенно учитывая то, что письма могут перехватить. Относится ли замечание отца к здоровью Анны или ее положению наследницы? Ну конечно, поняла наконец Морган, сейчас, когда Екатерины больше нет, Генрих может избавиться от Анны. Попытайся он сделать это в то время, пока еще была жива его первая жена, даже самые рьяные приверженцы настояли бы на ее возвращении на престол; два отвергнутых наследника – это даже для Генриха Тюдора чересчур.
«Таким образом, – продолжал отец, – тетушка Маргарет полагает, что сейчас не самое удачное время для появления Нэн при дворе».
Морган отложила письмо, решив позже прочесть новости о Фокс-Холле и соседях. Сейчас же она вознесла молитву за обеих королев: за упокой души Екатерины и за Анну, моля Господа даровать ей силы держаться.
И все же придворные события теперь казались очень далекими, а жизнь в Белфорде тем временем шла своим чередом. Синклеры и их арендаторы готовились к весне, к началу полевых работ. Но совершенно неожиданно лондонские новости коснулись и обитателей замка.
В конце марта в замке появился Гарри Перси, граф Нортумберленд, с двумя своими людьми. Морган с Робби на руках наблюдала за прибытием Перси из окна детской. С полдюжины слуг встречали графа, и Морган попросила Агнес присмотреть за малышом.
К тому моменту, когда Морган спустилась в холл, Джеймс уже приветствовал Перси. Морган встречалась с ним еще при дворе и была потрясена тем, как сильно граф постарел за прошедший год. Она думала о нем скорее как о бывшем возлюбленном Анны Болейн, чем как об одном из самых могущественных лордов севера, и сейчас испытала по отношению к нему скорее жалость, чем благоговение. Ссутулившийся, с потухшим взглядом, он казался гораздо старше своих тридцати пяти. Быть может, на него так подействовала разлука с Анной?
Перси любезно раскланялся с Морган и принял приглашение Джеймса перекусить в кабинете. Морган, извинившись, хотела оставить мужчин наедине. Однако Нортумберленд попросил ее не уходить, заверив, что новость, которую он собирается сообщить, будет интересна Морган не меньше, чем ее мужу.
Без особого аппетита съев несколько крекеров, граф наконец перешел к главной теме разговора.
– В следующем месяце я собираюсь ко двору, – начал Перси. – Погода, очевидно, меняется к лучшему, в то время как события в Лондоне – к худшему. Не хотите ли вместе с графиней составить мне компанию?
На лице Джеймса появилось сомнение. Морган тоже не хотелось покидать сейчас Белфорд. Да и вообще она предпочла бы никогда больше не видеть ни Гринвич, ни Виндзор, ни Сент-Джеймс – ни одну из королевских резиденций. Они связаны с печальными воспоминаниями, и там словно еще живет тень Шона. С другой стороны, проведя почти год на севере, не выезжая далее чем на пять миль от замка, Морган не отказалась бы повидаться со старыми знакомыми, встретиться с Томом Сеймуром, Джейн и даже Недом. Возможно, удалось бы заехать в Фокс-Холл. Она с нетерпением ждала ответа Джеймса.
– Не знаю, Гарри, – заговорил он наконец, – двор сейчас кажется не слишком привлекательным местом. – Джеймс налил всем еще вина. – Могу я подумать над вашим весьма любезным предложением и ответить письмом примерно через неделю?
Перси нахмурился и вновь потянулся к крекерам.
– При дворе сейчас и в самом, деле неспокойно, и именно поэтому такие люди, как мы с вами, должны быть там. Вы же слышали рассказы о короле, о тяжелой зиме, плохом урожае, враждебных настроениях на континенте, народных… – Он помедлил, подыскивая подходящее слово. – Они недовольны. Его величество нуждается в поддержке своих сторонников. Убежден, он оценит нашу… лояльность.
Джеймс задумчиво потер рукой подбородок:
– Да, это верно. Я никогда не стремился к роли придворного, но хорошо понимаю, что неразумно так долго оставаться вне гущи событий.
Он посмотрел на Морган; она знала, что его сейчас тревожит. Неуверенность Джеймса в сложившейся ситуации может подорвать позиции графов Белфорда, даже вызвать определенные подозрения. Однако поведение Перси обеспокоило ее. Он ведь был страстно влюблен в Анну. А сейчас рассуждает о поддержке короля… Или же, изумилась Морган, бросив быстрый взгляд в сторону Перси, он надеется, что король разведется с Анной, и тогда наконец он сможет назвать ее своей? Но Морган тут же вспомнила, что Перси – по настоянию Уолси – женат на дочери графа Шрусбери. И почему-то была уверена, что боевой дух угас в душе графа Нортумберленда; Гарри Перси готов плыть по воле волн, безразлично в какую сторону.
– Итак? – повторил Джеймс, и Морган поняла, что слишком глубоко задумалась, потеряв нить беседы.
– Простите, я размышляла над тем, как следует поступить, – беззастенчиво солгала она. – Не знаю, где безопаснее, при дворе или в Белфорде.
– Безопаснее? – удивился Джеймс. – Странное определение. Ну все, Гарри, позвольте мне подумать хотя бы до утра. Надеюсь, вы останетесь до завтра?
Перси кивнул:
– Разумеется. Полагаю, Джеймс, вы примете правильное решение. Королю нужны честные люди.
Морган проснулась очень рано, Джеймс еще спал. Она услышала, как в детской Полли зовет Агнес покормить Робби, и решила еще немножко вздремнуть. Но это оказалось непросто, уж слишком не терпелось Морган услышать решение Джеймса. Они не обсуждали ничего вплоть до того времени, как улеглись в постель. Здесь Джеймс удивил Морган, неожиданно изъявив желание заняться с ней любовью. Это был всего третий раз с момента рождения Робби. Морган избегала этого, сколько могла, объясняя сначала нежеланием новой беременности, затем усталостью и, наконец, нездоровьем. Но Джеймс проявлял все большее нетерпение, возможно, желая не столько Морган, сколько нового наследника.
Джеймс пошевелился рядом, приоткрыл глаза и зевнул.
– Ты уже проснулась? – приподнялся он на локте.
– Да. Я переживаю по поводу поездки и Лондон, – улыбнулась Морган и взяла Джеймса за руку.
Он похлопал ее по ладони и встал с постели, кутаясь в халат.
– Я принял решение, – сказал он, распахивая шторы. – Робби сможет выдержать путешествие?
– Конечно! – Морган пришла в восторг, соскочила с постели, подбежала к Джеймсу и обняла его. Ее энтузиазм передался мужу; он широко улыбнулся и задержал взгляд на ее пышной груди, отчетливо выделявшейся под тканью рубашки.
– Решено, – откашлялся Джеймс. – Сейчас оденусь и сообщу об этом Перси.
За день до отъезда Морган и Джеймса в Белфорд вернулись Френсис с Люси, целый месяц гостившие у родственников Люси. Оба очень удивились, услышав о решении ехать ко двору. Люси спросила у Френсиса, не съездить ли и им и Лондон.
– Я никогда не была там. Это замечательная возможность, – умоляла она.
Но Френсис был непреклонен. Перси пригласил только Джеймса и Морган; придворная жизнь совершенно не привлекает Френсиса; если весна окажется теплой, что вполне возможно, в Лондоне невозможно будет жить.
– И, – заговорщически добавил Френсис, – сама понимаешь, сейчас не очень подходящее время, Люси.
Люси промолчала, но выглядела печальной и разочарованной. После ужина Морган хотела позвать Люси погулять, но вместо нее встретила Френсиса.
– Люси в часовне, – сказал он, роясь в огромном сундуке. – Сегодня день рождения старой графини.
– Я не знала. В прошлом году в это время меня здесь еще не было.
Невероятно, подумала Морган. Кажется, что она живет в Белфорде вечно. Но факт остается фактом – только через неделю исполнится год со дня ее приезда в Белфорд.
– Ты считаешь, с моей стороны жестоко не позволять Люси ехать в Лондон? – спросил Френсис, внимательно перебирая камзолы в сундуке.
– Ну… немного. Когда-нибудь ты должен свозить ее туда, Френсис.
– Когда-нибудь, – вздохнул Френсис, сложил камзол и швырнул в кучу одежды у кровати. – Но не сейчас. Люси, кажется, опять ждет ребенка.
– О! Поздравляю! – Она двинулась было к нему, но, заметив гнев в его глазах, остановилась.
– Ей не следовало так рисковать, – буркнул он. – Она сказала, что это было безопасное время, что можно заниматься любовью без последствий. У меня трое детей, но жена всего одна.
Морган пыталась найти подходящие слова:
– Уверена, если она будет беречь себя и доктор Уимбл присмотрит за ней…
– Фуф! – фыркнул Френсис и принялся мерить шагами комнату. – Эти роды очень беспокоят меня. Я ведь просил ее – не надо больше, настаивал… – Он перебил сам себя: – Кстати, не пора ли и тебе подарить Джеймсу его собственного ребенка?
Морган онемела от удивления. Френсис овладел ею против ее воли, а теперь попрекает тем, что она пренебрегает исполнением супружеского долга. Неужели нет предела мужскому бесстыдству?
– Не смейте более вмешиваться в мою жизнь, Френсис Синклер! Еще не пришло время для следующего ребенка!
Серые глаза сверкнули, когда Френсис схватил Морган за руку.
– Это ты отвергаешь Джеймса или он пренебрегает тобой?
– Ни то, ни другое! – фыркнула она, пытаясь освободить запястье.
– И то и другое, пожалуй. Я знаю Джеймса – и знаю тебя.
Он привлек ее к себе так резко, что платок с ее плеч соскользнул прямо в раскрытый сундук. Губы прижались к ее рту в страстном поцелуе, а руки жадно обнимали ее тело. Помимо собственной воли Морган обвила руками его шею, затем прильнула еще теснее.
– Френсис… – простонала она, чувствуя, как пламя, о котором она пыталась забыть, вновь вспыхнуло в самых потаенных уголках ее тела. – Френсис, мы не должны…
– Ты хочешь меня, – тихо хриплым голосом произнес он. – И Господь свидетель, я хочу тебя.
Морган знала, что не должна слушать его, что должна бороться с желанием, что если их застанут врасплох, сердце Люси будет разбито навеки, а Джеймс убьет их обоих. Но она лишь смотрела на Френсиса с нетерпением и ожиданием.
А Френсис смотрел на кровать. Потом вдруг, ни слова не сказав, отстранил ее:
– О Господи! Я должен разобрать вещи! Займись своими делами, а я буду заниматься моими. И не мешай мне!
Застыв, Морган уставилась в спину Френсиса, который вновь занялся барахлом в сундуке. Довольно долго стояла она так, не двигаясь, пока наконец Френсис не поднял голову.
– Ну? – недовольно спросил он и, поскольку Морган ничего не ответила, вернулся к своему занятию. Затем достал из сундука какую-то вещицу и протянул Морган: – Ваш платок, мадам. Кажется, вы его потеряли. Спокойной ночи.
Слезы блеснули в глазах Морган, дрожащими руками она повязала платок и выбежала из комнаты.
* * *
На второй день путешествия обитатели замка Белфорд остановились в Алнуике, где Перси с супругой и своими людьми присоединился к ним. Мэри Толбот Перси оказалась стройной, чуть угловатой блондинкой с необычными, широко посаженными глазами. Она была бы даже симпатичной, подумала Морган, если бы не затравленное выражение, которое не сходило с ее лица и так напоминало выражение лица ее мужа. Видимо, семейная жизнь Перси Нортумберленда была не слишком радостной.
Мэри села в повозку вместе с Морган, Робби и Агнес, графы ехали рядом верхом, а слуги на мулах замыкали процессию. Весна пришла в Англию. На деревьях появлялись первые листочки, на лужайках кое-где виднелись фиалки. Хотя последние дни шли дожди, дорогу не развезло, и путешественники рассчитывали добраться до Лондона к началу мая.
– Турнир, вот что я хотела бы посмотреть, – говорила Мэри.
Сначала она вела себя робко, застенчиво, но Морган сразу поняла, что при проявлении доброго к ней отношения Мэри расцветает, как подснежник под лучами теплого солнца. Без сомнения, молодая женщина была очень одинока. Понимание этого факта не добавило приязни Морган к графу Перси.
– …Маскарад, где музы и фурии меняются ролями и… – продолжала тарахтеть Мэри, но внимание Морган было поглощено тем, что происходило на дороге. Повозка замедлила движение, и раздался голос Джеймса:
– Люди короля? Ты уверен, Гарри?
Повозка остановилась, и Морган выглянула в окошко:
– Что случилось?
Джеймс махнул рукой куда-то вправо:
– Видишь этот монастырь? Люди короля окружили его.
Морган распахнула дверцу повозки и осторожно спустилась на землю:
– Святые небеса! Это монахи там у ворот?
Джеймс кивнул:
– Надеюсь, они не настолько глупы, чтобы сопротивляться.
Но как только он это произнес, маленький пожилой монах выступил вперед и что-то сказал солдатам. Один из них грубо оттолкнул старика, едва не сбив с ног.
Неподалеку от ворот монастыря собралась группка крестьян с намерением вступиться за монахов, но солдаты были вооружены.
Перси пытался успокоить своего разволновавшегося коня.
– Здесь, в погрязшем в грехах Йоркшире, много монастырей. И все они гнездо порока.
– По крайней мере, в глазах короля… – тихо добавила Морган.
Джеймс и Перси не расслышали ее. Они внимательно наблюдали, как солдаты выходили из ворот монастыря, волоча за собой узлы с церковной утварью, золотые и серебряные чаши, драгоценности, выломанные из украшений статуй. Добычу погрузили на телегу, а солдаты шумно спорили и хвастались, кому удалось добыть наиболее ценные вещи.
Морган и ее спутники медленно приближались к монастырю. Крестьяне с подозрением следили за богато одетыми путешественниками. Морган прижала Робби к груди и тихо шептала молитву.
Но тут в воротах появился здоровяк с инкрустированным рубинами потиром в одной руке и какой-то ветхой тряпкой в другой.
Вздох возмущения вырвался одновременно у крестьян и монахов. Старик, который пытался спорить с солдатами, бросился наперерез с криком:
– Покров святой Марии Магдалины! Нет, нет! – И ухватил солдата за руку с силой, неожиданной в столь хрупком теле.
Тот одним движением стряхнул монаха и, размахнувшись, ударил его потиром. Старик рухнул на землю, обливаясь кровью.
Морган не могла больше сдерживаться. С криком она метнулась к монастырским воротам. Но на полпути ее остановила железная рука Джеймса.
– Дура! С ума сошла?
Она подняла взгляд на него, потом тряхнула головой, словно приходя в себя, и прильнула к мужу, не в силах говорить.
Крестьяне наблюдали за прибывшими аристократами со смешанным чувством – симпатией к Морган и неприязнью к ее спутникам.
Джеймс повернулся к Перси:
– Нам лучше немедленно отправляться в путь.
Тот молча кивнул. Джеймс помог Морган с Робби на руках взобраться обратно в повозку. Мэри, которая на протяжении всего этого времени оставалась внутри, забилась в угол, кутаясь в плащ.
– Какие неприятности! Но зачем вы побежали к монастырю?
– Не знаю, – ответила Морган, все еще не придя в себя.
Повозка двинулась дальше. Морган оглянулась на монастырь. Старый монах неподвижно лежал. Несколько крестьян безуспешно пытались привести его в чувство, остальные мрачно стояли в отдалении. Солдаты теперь возились на крыше, и Морган сначала не поняла, что они там делают, но затем сообразила: «Свинец. Они хотят сорвать даже свинцовые полосы с крыши…»
* * *
После событий у монастыря Перси предложил Джеймсу задержаться в Снейп-Холле, у лорда Латимера. Имя было незнакомо Джеймсу, но Перси пояснил, что Латимер из семейства Невиллов, богатый человек и сторонник старой веры.
За скрипом колес и стуком лошадиных копыт Морган почти не слышала, о чем говорят Джеймс и Перси. Разобрала только вопрос Джеймса, почему им стоит посетить лорда Латимера.
– Я хочу знать причину поведения этих крестьян, – отвечал Перси. – Уверен, лорд Латимер нам ее объяснит.
– Имей они оружие, непременно напали бы на королевских солдат, – задумчиво проговорил Джеймс.
– Да. Вот это-то я и хочу выяснить. Насколько сильно пока еще не вооруженное противодействие королю на севере.
Джеймс воздержался от комментариев, и они ехали дальше в полном молчании. Морган, сидя на заднем сиденье, пыталась расслабиться. Пробыв почти в полной изоляции в Белфорде в течение нескольких месяцев, она понятия не имела о том, что творится в остальной Англии. И пока повозка тихо катилась на юг, у Морган было время подумать. Но то, что она увидела, заставляло всерьез задуматься о последних политических и религиозных событиях.
Какова реальная власть короля в церковных делах? Действительно ли все монастыри и аббатства являются обителью греха и гнездом порока? Что думают простые люди о разрушении основ старой веры? Неужели все это было вызвано лишь романом короля с Анной Болейн и его стремлением иметь законного наследника? Или все же это серьезная, давно назревавшая государственная реформа? Но неужели это дает право на насилие, а то и убийство беззащитного старика, пусть даже во имя короля… или чего угодно? И как часто случаются в Англии такие события?
Морган посмотрела на Робби, который проснулся и таращил глазенки на мать.




Предыдущая страницаСледующая страница

Ваши комментарии
к роману Игрушка судьбы - Дехейм Мэри



Может быть может быть. Но как утомил этот ррроманнн! Как только сил хватило дочитать все это . Уф
Игрушка судьбы - Дехейм МэриА
16.09.2013, 13.02








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100