Читать онлайн Глаза, чтобы плакать, автора - Дар Фредерик, Раздел - 6 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Глаза, чтобы плакать - Дар Фредерик бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 8.9 (Голосов: 10)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Глаза, чтобы плакать - Дар Фредерик - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Глаза, чтобы плакать - Дар Фредерик - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Дар Фредерик

Глаза, чтобы плакать

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

6

На следующее утро лицо мое все еще горело от пощечин Люсии. Умываясь, я с ужасом смотрел в зеркало на свою физиономию, разукрашенную разноцветными, от розового до фиолетового, синяками. Мне было бы лучше не показываться на люди. Я ополоснул лицо под струей холодной воды, однако это мало что изменило. Люсия вдобавок ко всему расцарапала мне нос, который теперь казался облезлым, как от солнечного ожога.
С наступлением нового дня ненависть к ней проснулась во мне с новой яростной силой. Теперь я понимал, что эта женщина, как паук, заманила меня в свою паутину. Я мог надеяться лишь на то, что ее интерес ко мне ослабнет или исчезнет вовсе. Бросают только те игрушки, которые больше не забавляют.
Я попытался замаскировать свои "боевые раны" с помощью пудры, но добился результата прямо противоположного. Махнув рукой на свой внешний вид, я направился в столовую.
В столовой я застал Мов и Люсию, которые заканчивали завтракать под фотовспышками. В соответствии со вчерашней договоренностью с ними работал фотограф, запечатлевая для истории картины частной жизни великой актрисы. Люсия сидела в пеньюаре, надев который любая другая женщина была бы привлечена к суду за оскорбление общественной нравственности. Мов же, наоборот, путем некоторых ухищрений придали вид маленькой девочки. Люсия наверняка жалела, что ей не удалось заплести дочери косички.
Мое появление прервало процесс увековечения этой семейной идиллии.
– Морис! – вскричала великая актриса. Насколько она была великой, у меня было достаточно времени и возможностей убедиться. – Ты не очень огорчишься, если мы попросим тебя выпить твой кофе за журнальным столиком?
Расстроенная Мов помахала мне рукой.
– Это скоро закончится, – сказала она. – Неожиданная идея мамы. Меня вытащили прямо из постели ради этих съемок с утра пораньше.
Тем не менее Мов не могла скрыть своего явного удовлетворения, разумеется, не от щелканья фотоаппарата, а от официального признания Люсией своего материнства.
– Не беспокойтесь, пожалуйста, я ведь знаю, в чем дело, – заявил я, выходя из столовой.
В этот момент Мов увидела мое изуродованное лицо.
– Морис, что с тобой случилось? Кто тебя так обработал?
Люсия посматривала на меня улыбаясь. Фотограф, молодой, но уже плешивый парень в велюровом пиджаке, терпеливо ожидал завершения переговоров.
– Кто тебя избил? – настаивала девушка.
– Одна старая больная шлюха, – выпалил я на ходу. Закрывая за собой дверь, я успел-таки со злорадством заметить, как с лица Люсии медленно сползла насмешливая улыбка.
Некоторое время спустя они обе явились за мной на кухню. Я заканчивал завтракать, беседуя о погоде с Арманом, шофером Люсии. Он был мужем консьержки из соседнего дома и не входил в число постоянных слуг. К его услугам прибегали в том случае, когда у актрисы пропадало желание управлять своей огромной хромированной машиной.
– Ступайте готовить машину, – бросила женщина шоферу.
– Она готова, мадам.
– В таком случае спускайтесь и ждите меня внизу.
Шофер ушел, слегка раздосадованный, так как не привык, чтобы им командовали, сам он не считал себя слугой.
Пока я допивал свой кофе, Люсия пустилась в объяснения.
– Извини за то, что тебе пришлось завтракать в одиночестве. Но ты сам понимаешь, что тебе ни к чему фигурировать на наших семейных фотографиях, которые к тому же предназначены для газет.
– Я вас понимаю, – оборвал я ее излияния. – Состоялось великое откровение. Теперь все узнают, что у Люсии Меррер есть дочь. Запоздалое пробуждение материнских чувств.
– Морис, не стоит, – взмолилась Мов.
Чтобы не расстраивать ее, я замолчал. Люсия же лишь пробормотала:
– Молодой человек сегодня встал не с той ноги.
Бросив на нас нерешительный взгляд, актриса собралась уходить, напомнив на прощание о большой международной премьере, которая состоится сегодня вечером.
Кинематограф – это искусство иллюзий и превосходных степеней. Все премьеры обязательно "большие", даже если это фильмы третьего сорта. Ну а премьеры действительно премьерных фильмов непременно должны иметь вселенские масштабы...
Вечер обещал быть "веселеньким", то есть тем, что я называю "вечер рукопожатий", где соберется "весь Париж" в соответствующих туалетах, с журналистами, дежурными улыбками, лицемерными поцелуями, которые будут специально затягивать или повторять для фотографов.
– Послушайте, неужели вы считаете, что с такой рожей я могу заявиться на подобный вечер?
Люсия подошла ко мне и, приподняв указательным пальцем подбородок, принялась внимательно изучать мою побитую физиономию.
– Но это же очень здорово, – в конце концов заявила она. – Ты сведешь с ума фоторепортеров. Надо будет им сказать, что ты явился прямо с репетиции драки из следующего фильма. Я тебе подыграю.
Похоже, она не отдавала себе отчета в том, что говорит, или просто сошла с ума. Уходя, Люсия продолжала радостно бормотать:
– Это просто замечательно! Это так эпатирует!
Наконец мы остались с Мов наедине. С того момента, как мы расстались накануне, произошло немало событий. Мов принялась покрывать мое лицо нежными легкими поцелуями.
– Это она тебя так разукрасила?
– Да.
– За что?
– Я наговорил ей много неприятный вещей, это ее взбесило.
– Из-за чего это произошло? Из-за... из-за нас?
– Да.
– Она не хочет, чтобы мы поженились?
– Не хочет.
– Странно. Сегодня утром она мне сказала: "Коль скоро ты собираешься замуж, необходимо вернуть тебе твой статус... У меня нет желания сопровождать в мэрию фальшивую племянницу, я отправлюсь туда с моей настоящей дочерью".
Я пожал плечами.
– Все это вранье, Мов. А ты, разумеется, приняла ее слова за чистую монету, бросилась в ее объятия, стала осыпать поцелуями, благодарить, не так ли? Ну что за чудовищная женщина! Она согласилась на это признание, чтобы опередить меня, поскольку я пригрозил ей, что расскажу всем правду, если она попытается помешать нашим планам.
Мов побледнела. Я прижал ее к своей груди.
– Прости меня за прямолинейность, но я больше не могу все это выносить. Чтобы жить с Люсией, надо быть таким же сумасшедшим, как и она.
* * *
Вечерний просмотр – ах, простите, большая международная премьера – оказался триумфом в полном смысле этого слова. Мне никогда еще не доводилось видеть, чтобы какому-нибудь фильму устраивали подобную овацию. Я уже присутствовал на закрытых показах "Добычи", и у меня сложилось впечатление, что фильм достаточно хорош. Но, наблюдая за реакцией зала, лишь теперь я понял, что мы сделали действительно стоящую картину.
Я был героем вечера. Именитые продюсеры стремились заполучить на меня эксклюзивные права. Известные режиссеры говорили о своем желании работать со мной. Я был объявлен "величайшим открытием сезона". От вспышек фотокамер у меня разболелись глаза...
Меня осыпали комплиментами, донимали вопросами. Мне жали руку, целовали, куда-то приглашали.
Казалось, я попал внутрь какого-то механизма, зубчатые шестеренки которого перемалывали меня, не причиняя боли. Я отчаянно цеплялся за нежный синеокий взгляд Мов, то терял его из виду, уносимый людским водоворотом, то вновь обретал: пылкий, полный любви и такой преданности, что я просто млел от счастья.
Когда мы перешли в соседний бар, где нас ждал праздничный коктейль, публики заметно поубавилось, остались лишь сливки кино да журналисты, которые стали расспрашивать нас с Люсией более въедливо. Актриса сообщила о том, что счастлива была встретить в моем лице истинное актерское чудо.
В какой-то момент радостное возбуждение улеглось, и наступило временное затишье. Репортер из "Синемонда" задал мне вопрос о ближайших планах. Я собирался было ответить, что ничего не знаю, что все зависит от Люсии, но внезапно мне в голову пришла дьявольская идея.
– Я собираюсь жениться, – объявил я.
Мои слова произвели эффект бомбы. Все присутствующие знали или догадывались о моей связи с Люсией. Учитывая разницу в возрасте, никто не решился прямо задать вопрос о моей избраннице. Тем более что после фильма общественное сознание воспринимало нас как мать и сына.
– Я женюсь на Мов Меррер, – четко выговаривая каждое слово, произнес я и, подойдя к Мов, обнял ее за плечи. Тотчас же защелкали фотоаппараты, освещая ослепительными вспышками бар. Я поискал глазами Люсию, чтобы увидеть ее реакцию на мой вызов, но она исчезла.
* * *
По пути домой в машине, мчащейся на огромной скорости, Мов поделилась со мной своей тревогой:
– Мне страшно, Морис...
– Чего ты боишься?
– Я боюсь, что она выкинет какую-нибудь глупость.
Я тотчас же подумал о миниатюрном револьвере, лежащем в ящике туалетного столика. Я тоже испытывал страх, вспоминая Люсию, которая, поигрывая оружием, говорила: "Я способна на отчаянный шаг, не знаю только какой". Она могла бы вместо столь желанной для нее роли жертвы с не меньшим успехом исполнить роль убийцы в порыве уязвленной гордости.
– Тебе не следовало бы делать это заявление.
– Но я хотел поставить твою мать перед свершившимся фактом!
– Я не уверена, что с ней можно обращаться подобным образом.
– Посмотрим.
Мов остановила машину около ограды. Прежде чем выйти, я взял девушку за руку.
– Ты уверена, что любишь меня, Мов?
– Я уверена, Морис, только...
– Что "только"?
– Только я не слишком уверена, что ты отвечаешь мне взаимностью. Знаешь, что мне иногда приходит в голову?
Да, я знал, но захотел, чтобы она сама об этом сказала.
– Я спрашиваю себя, не возникла ли твоя любовь ко мне в противовес любви к ней?
– Не говори глупостей.
– Это не ответ, Морис!
– Боже мой, неужели я стал бы публично объявлять в нашей помолвке, если бы не был уверен в своем чувстве?
Мов поцеловала меня, и мы направились к дому.
* * *
Люсия поджидала нас на лестнице. Она оставалась в вечернем платье, глубокое декольте которого обнажало великолепные плечи, не тронутые годами.
– Следуйте за мной, – сухо произнесла Люсия и, резко повернувшись, направилась в свой кабинет. Когда мы вошли, она сидела за столом из красного дерева и, нацепив очки, перебирала бумаги. Стоя бок о бок, мы с Мов напоминали провинившихся детей, которым грозит наказание. Моя уверенность в себе улетучилась без следа.
Люсия медленно сняла очки и положила их на разбросанные бумаги. Ее красивое лицо выглядело трагично. Невозможно было смотреть на него равнодушно, даже зная актерские способности этой женщины так, как знал их я. Мов первая нашла в себе силы прервать затянувшееся молчание.
– Послушай, мама...
– Не говори ничего, – хрипло прошептала Люсия. – Дитя мое, не надо ничего говорить. – И почти с нежностью улыбнулась.
– Полагаю, вы вместе подготовили этот маленький бунт?
– Нет, Люсия, – пробормотал я. – Мов ничего подобного не ожидала, как, впрочем, до последней секунды не ожидал и я. Просто я поддался порыву, вот и все.
– Ну что же, я, в отличие от вас, не собираюсь поддаваться порывам, а предлагаю вашему вниманию хорошо обдуманное решение, – сказала она с вялой улыбкой и вновь надела очки. – Раз вы любите друг друга, дети мои, то убирайтесь отсюда!
Мы с Мов переглянулись.
– Собирайте чемоданы и проваливайте. Мов! Поскольку ты несовершеннолетняя, тебе придется потерпеть меня в качестве опекуна. Поэтому жить вы будете в моем доме в Моншове, я уступаю его вам.
Мы не могли сдвинуться с места от изумления. Я пытался в горящих гневом глазах Люсии прочесть, серьезно ли все это говорилось или было очередной игрой.
– Мов, вот чек на три тысячи франков, на первое время вам хватит. Ну а теперь чтоб духу вашего здесь не было, вы меня слышите?!
Мы по-прежнему не шевелились, с трудом веря собственным ушам.
– Спешите предаться любви, дети мои, но помните: для того чтобы пожениться, вам необходимо дождаться совершеннолетия Мов, потому что я никогда не дам своего согласия. Никогда!
Мов покачала головой.
– Я бы никому не пожелала иметь такую мать, – вздохнула она. – Несчастная!
Люсия, не обращая внимания на слова дочери, подошла к ней и протянула чек. Мов взяла его и тотчас же разорвала на мелкие кусочки.
– Мы будем жить в твоем доме. Ведь в противном случае ты можешь упечь нас в тюрьму. Но оставь себе свои деньги. Обойдемся без твоих подачек!
И, хлопнув дверью, Мов выбежала из комнаты. Я было последовал за ней, но в это время Люсия схватила бронзовый бюст, изображавший ее собственную персону, и изо всех сил метнула его мне в голову.
– Убирайся, подонок!
Удар пришелся прямо в висок. В глазах потемнело, и я рухнул на ковер, непроизвольно пытаясь смягчить свое падение, прежде чем сознание покинуло меня.
Когда вскоре я открыл глаза, то сквозь розовый туман увидел стоявшую передо мной на коленях Люсию. Из ее глаз мне на щеки капали слезы.
– Мальчик мой, – рыдала актриса. – Почему ты это сделал? Ведь я так тебя люблю, так люблю!
У меня от боли раскалывалась голова, но я нашел в себе силы подняться. Комната завертелась перед глазами. Но внезапно окружающие меня предметы, включая Люсию, замерли, как на фотографии, утратив объем и признаки жизни.
– Мы уезжаем, Люсия!
Она осталась стоять на коленях, не сводя с меня наполненных слезами глаз. Все ее существо выражало отчаянный призыв, на который я не мог ответить.
– Прощайте, Люсия, да поможет вам Бог стать добрее!
Когда я подходил к своей комнате, Мов уже направлялась с чемоданом к выходу.
– Поторопись! – умоляющим голосом попросила она.




Часть III



Предыдущая страницаСледующая страница

Читать онлайн любовный роман - Глаза, чтобы плакать - Дар Фредерик

Разделы:
12345678

Часть II

123456

Часть III

12345

Ваши комментарии
к роману Глаза, чтобы плакать - Дар Фредерик


Комментарии к роману "Глаза, чтобы плакать - Дар Фредерик" отсутствуют




Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа
12345678

Часть II

123456

Часть III

12345

Rambler's Top100