Читать онлайн Ферма Гринфингерс, автора - Данвилл Джойс, Раздел - Глава восемнадцатая в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Ферма Гринфингерс - Данвилл Джойс бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 6 (Голосов: 5)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Ферма Гринфингерс - Данвилл Джойс - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Ферма Гринфингерс - Данвилл Джойс - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Данвилл Джойс

Ферма Гринфингерс

Читать онлайн


Предыдущая страница

Глава восемнадцатая

Все же ушел Питер, а не Сьюзан. Она находилась в своей комнате, спешно упаковывая свои вещи, когда услышала шаги: вперед, назад, затем снова вперед. Она подошла к окну и выглянула. Грузовик задержался перед отправкой и был заполнен людьми, руководимыми Питером.
Грузили вино, спальный мешок, обычные вещи, необходимые во время экспедиций. Затем с консервами в руках вышла миссис Брэй, погрузили одеяла, потом Русти, и последним был Питер. Он сел за руль, грузовик начал медленно выезжать на дорогу.
Сьюзан отошла от окна и вернулась к вещам. «Питер, должно быть, решился на экспедицию в конце концов», – подумалось ей. По роду снаряжения это все выглядело, как настоящая охота. Раздался легкий стук в дверь. Сьюзан спустилась и открыла. Перед ней стояла Кэт.
– Можно мне войти, Сью?
– Конечно. Я немного занята. Подожди минутку, пока я уберу вещи со стульев.
– Твоя кровать помнется, если я усядусь на матрац. Хотя ты не из тех суетливых людей, кто безмерно заботятся о порядке.
Сьюзан засмеялась и сама уселась на шелковое покрывало.
– Что-нибудь не так, Кэт?
– Да, Деннис.
– Ему хуже?
– Во всяком случае, не лучше.
Сьюзан внимательно посмотрела на Кэтлин. У нее возникло какое-то странное ощущение, что за всем этим что-то кроется.
– Ну что, Кэт?
– Питер сказал, что ты уехала.
– Питер почти прав.
– Но, Сьюзан, ты не можешь этого сделать.
– Извини, дорогая, это решено окончательно. Я провела сегодня последнюю ночь на ферме «Гринфингерс».
– Но, Сьюзан!
– Ничто больше меня здесь не держит. Даже липовый контракт. Ты не против, если я закину в сумку несколько вещей, пока мы беседуем?
– Конечно, нет, Думаю, ты слишком импульсивна.
– Импульсивна? – Сьюзан немного помолчала. – Может, я просто невнимательна к другим.
– Если ты уедешь сегодня, то все выйдет из колеи.
– Что ты имеешь в виду?
– У Денниса повысилась температура. Я звонила Роберту, он сказал, что за ним нужно наблюдать постоянно.
– Ну и?
– Я не могу одновременно быть с ним и заниматься делами в офисе.
– У тебя же есть помощники, Кэт.
– Понимаю. Мы обе понимаем. Сьюзан, обязанности сиделки нельзя объяснить за несколько часов. Этому нужно учиться, Сьюзан, и учиться не один месяц. Ты – другое дело. Ты жила в доме, соприкасалась с цветами, имеешь знание в обоих случаях: и из обычных бесед, и от проведенного в теплице времени. Вводить новую девушку, новичка, одно можно сказать… – Кэт пожала плечами.
Сьюзан сложила ночную сорочку.
– В Англии, – сказала она, – у нас есть объединение сиделок. Множество людей звонят туда и получают услуги. Вероятно, Турлсы могли бы сделать то же самое, и ты спокойно работала бы в офисе.
Кэт вспыхнула.
– Я не думала, что ты так поступишь, Сью!
– А почему нет?
– Потому что я не ожидала этого от тебя. Я думала, из всех именно ты могла бы понять, как важны для меня частые посещения Денниса. Разве не ты верила, что любовь всегда на первом месте?
Сьюзан запихнула ночную сорочку с явным раздражением.
– Разве я говорила это тебе?
– Не мне, мисс Одли.
– И Линн повторила это?
– Какая разница, Сьюзан?
– В общем, никакой. Особенно теперь, когда я собираюсь уезжать.
– Сьюзан, ты не можешь уехать, – голос Кэт стал умоляющим.
– Но это так важно для меня, Кэт.
– Это важнее для нас, Сьюзан. Не уезжай, только не теперь. Подожди, пока Деннису не станет лучше.
– Я не уверена, что чем-либо смогу быть тебе полезной, – Сьюзан начала сдаваться.
Она помолчала и затем:
– Ну ладно, я думаю, несколько лишних дней не повредят, особенно теперь, когда Питер отсутствует.
Потом Сьюзан, строго взглянув на Кэт, добавила:
– Я не буду распаковывать эти сумки, хотя при первом удобном случае, Кэт, я уеду.
* * *
Спустя неделю стало ясно, что Деннис не в состоянии более сохранять свой несколько необычный статус.
Помимо того, что он выглядел слишком скованным и явно не в своей тарелке, он стал еще и беспокойным.
Сьюзан несколько раз замечала, как он крадется вдоль веранды, и однажды увидела в окно кабинета, как он с Кэт направлялся к купальне.
«Что ж, пора это заканчивать, – твердо проговорила Сьюзан. – Я уезжаю завтра. Мне симпатична эта парочка, и я действительно люблю их, но, в конце концов, есть же и какие-то обязательства друг перед другом. Кэт и Деннис слишком долго ходят по лезвию».
Она сообщила Кэт свои намерения и к собственному удивлению на этот раз не встретила бурных возражений.
– Поступай, как хочешь, Сьюзан? Конечно, нам будет тебя не хватать. Куда ты собираешься?
– К Линн. Там у Одлисов для меня всегда найдется комната. Я сейчас же им позвоню.
Но Сьюзан ожидало разочарование. Хотя Линн в разговоре была мила, но, к несчастью, не могла ничего поделать – приехали родственники Терри из провинции, и дом был полон гостей.
– Линн, мне подойдет что угодно. Хоть скамейка на веранде.
– Прости, но дядя Джо уже занял ее. Конечно, мне очень неприятно, но я действительно не могу принять тебя, Сью. А теперь, прошу извинить, но мне необходимо посмотреть, готово ли жаркое. Как ты понимаешь, я все эти дни занята готовкой.
Сьюзан в раздумье опустила трубку телефона. Она бы испытала разочарование, если бы не чувствовала во всем какую-то фальшь. Как можно принять извинения Линн, особенно зная, что родня Терри приехала не откуда-то издалека, а всего лишь из соседнего округа. Тем более, у родителей Линн и Терри родни не было, а наличие дяди Джо всегда подвергалось сомнению.
Неожиданно ее осенило. Выход был найден. Слегка улыбаясь, Сьюзан позвонила в Черифилд. Уж Андреа примет ее.
– Андреа? – спросила она.
– Нет, это миссис Хилари старшая. Боюсь, вам не удастся переговорить с Андреа в течение нескольких недель. Она и Роберт отправились в свадебное путешествие. Вы же знаете, что доктора могут позволить себе такое, лишь когда представиться возможность, а не когда хочется. Как вы сказали ваше имя?
– Миссис Хилари, хотя я и не назвалась сразу, но теперь скажу, я Сьюзан Ройден.
– Да, да, конечно, Сьюзан. Как у тебя дела, дорогая?
– Спасибо, все хорошо, – небрежно ответила Сьюзан, в то же время она лихорадочно обдумывала сложившуюся ситуацию. – Миссис Хилари, не могла бы я пожить у вас. Я думаю, вам немного одиноко.
– О нет, спасибо. Здесь остался молодой начинающий врач. Он замещает Роберта. Очень, очень милый молодой человек. Он чем-то напоминает Роби.
– А женское общество вам не нужно?
– Да, конечно.
– Тогда…
– Вот почему я уезжаю к сестре в Мельбурн. И до возвращения Роби и Андреа здесь поживет врач с женой и их небольшая семья. Сьюзан, они так милы!
– О…
Сьюзан попрощалась с миссис Хилари и некоторое время приходила в себя после разговора. У нее появилось ощущение, что ее опутывает сеть интриг. Затем начались звонки в гостиницы, пансионы, конторы сдачи в аренду домов, квартир, комнат…
Всегда переполненный Сидней не мог предложить Сьюзан убежища.
Кэт, зашедшая узнать, как идут дела, кивнула, когда Сьюзан повторила вслух дату, с которой ей наконец-то предложили комнату.
– Я согласна, – поспешно ответила Сьюзан, утвердительно кивая головой, и, вопросительно глядя на Кэт, положила трубку.
– Ты никогда не говорила, – заметила Кэти, – но я думаю, тебе почему-то нужно уехать до возвращения Питера.
При этом Кэти посмотрела на свою подружку. Сьюзан кивнула.
– В таком случае предложенный тебе день подходит. Ты уедешь на день раньше, чем вернется Питер. Тебя это устраивает? – все это Кэт говорила, тяжело дыша и пряча глаза.
Кэтлин не стала расспрашивать Сьюзан о причинах поспешного отъезда, за что последняя была ей благодарна. Сьюзан решила простить девушке ее намерения в отношении Денниса и мнимую болезнь парня. «В любви все средства хороши», – с нежностью подумала она, вставая из-за стола и обнимая Кэт.
– Что ж, нам придется расстаться, – твердо заявила Сьюзан.
– Это так необходимо? Ты не передумаешь, когда… Я имею в виду, ты уверена… Совершенно уверена…
– Да, Кэт, совершенно. Постарайся с пользой провести оставшиеся часы, старая ты обманщица. Должна сказать, что вам с Деннисом никого не удалось провести.
– Ну и хорошо, – смиренно улыбнулась Кэт. – Все к лучшему. Деннис и я… – она сразу же осеклась. – Ты не скажешь, что здесь к чему. Я слишком долго отсутствовала и перестала понимать, как управляться с делами.
Последние дни промчались слишком быстро. Казалось, столько всего необходимо сделать и так мало для этого времени.
В конце концов, Сьюзан передала дела Кэт, собрала вещи, даже перенесла их на веранду и попрощалась с девочками.
Наступил ее последний полдень на ферме «Гринфингерс». Через час придет такси.
Сьюзан стояла у окна ситцевой комнаты, где к ней пришла любовь, и смотрела на речные блики, пробивающиеся сквозь зелень листвы виноградных лоз. Они всегда пятнами теней раскрашивали пол и потолок.
Зелень за окном манила Сьюзан. Это был холодный зов, которому она не могла противиться. Девушка взглянула на часы. Время еще было. Она незаметно вышла из дома.
Сьюзан решила пройти мимо австралийских зарослей к английскому уголку парка. Лишь сейчас, перед отъездом, она поняла, как все ей здесь дорого: каждый куст, каждый цветок.
Вовсю цвела жакарда. «Ее цвет был подобен голубому вскрику изумления», – несколько претенциозно подумала Сьюзан. Цветение было ярким, решительным и столь… столь праздничным.
Она обошла небольшой ручей в том месте, где Питер вышел к ней в тот жаркий день и повез ее до предгорья.
Сьюзан прошла вдоль купальни, где наслаждалась, плавая с Деннисом.
Время отъезда приближалось. Скоро приедет такси. Ей нельзя больше задерживаться. С непонятным ей самой чувством она повернулась и направилась к дому через английский парк.
Плечи ее безвольно опустились в неясном и неосознанном разочаровании, а ноги сами резко пинали мелкие камешки. Но когда она миновала буковые деревья, а первый дуб зашелестел над ее головой, Сьюзан подняла взгляд, слегка улыбнулась и выпрямилась. Ощущение было столь неожиданно успокаивающим, как будто ласковые пальцы нежно пробежали по сердцу.
Такой и увидел ее Питер Турлс. Как тогда – в первый раз. Та же самая картина, навсегда оставшаяся в его памяти: английская девочка среди австралийского полдня. Подчеркнуто вызывающая и одновременно какая-то недосказанная. Он стоял, не шевелясь, наблюдая ее приближение.
Однако Русти не был столь спокоен. Пес решительно бросился вперед. Он подпрыгивал на задних лапах, лез лизаться и лаял от восторга.
– Немного не так, как в прошлый раз, – сдержанно заметил Питер и вышел вперед.
Сьюзан посмотрела ему в глаза, стараясь не выразить удивления и не меняя выражения лица. Она ответила просто и несколько сухо:
– Да, немного не так.
Потом они пошли рядом.
– Вы уезжаете, мисс Ройден?
– Да. Прошу прощения, что так задержалась. Мне следовало уехать значительно раньше. Я думала уехать до вашего возвращения, мистер Турлс.
– Да, Кэт так и сказала. К сожалению, я вернулся несколько раньше.
Сьюзан внимательно посмотрела ему в глаза и прошептала:
– Почему? Приехали раньше или хотели появиться именно в этот момент? Последнее время я не слишком-то доверяю Кэт, – в ее голосе чувствовалось сомнение.
Питер рассмеялся и ответил:
– Действительно, вы правы. Она намеренно вас обманула. Кэт не хуже меня знала, что я вернусь именно сегодня.
– Но почему?
– Ей не хотелось, чтобы вы уехали, не повидавшись со мной. Этого же не хотели ни Линн Одли, ни Андреа. И это правильно.
– Почему?
– Потому что нам надо поговорить. Даже вы, Сьюзан, не можете с этим не согласиться. Даже девочки видели необходимость этого. Даже миссис Брэй. Я думаю, это очевидно и Русти. Между нами остается что-то недосказанное, что необходимо выяснить.
– Например?
– Например, почему вы обманывали меня в отношении Стивена Мэллинга? Например, почему вы ушли с Деннисом? Например, отчего съеживались от моих прикосновений с первого же дня. Почему, Сьюзан?
– Вы имеете в виду ваш последний вопрос?
– Да. Ведь это правда? Не так ли? Вы невзлюбили меня с того самого мгновения, как я удержал Русти, когда он хотел вас укусить.
– Но вы сделали это не самым лучшим образом.
– И с тех пор вам все во мне не нравилось. Да, как говорится, плохое начало – счастливый конец. Это то, на что я все время надеялся.
– Что вы имеете в виду?
– Счастливый конец. Удачный венец нашим отношениям. Не смотрите на меня так. Вы должны понимать.
– Я не понимаю.
– Хорошо. Почему, вы думаете, я старался задержать вас здесь, в «Гринфингерсе»? Как вы думаете, почему я лгал относительно контракта, хотя его как такового и не было?
– Я не знаю.
– Скажу честно. Я должен был задержать вас. Я этого не хотел, это был не мой выбор. Это было что-то большее – я обязан был поступить так. Это судьба, если хотите – рок. Может, так решили боги. Видите ли, к несчастью, я влюбился в вас с первого взгляда. Я уверял пас, что все дело в контракте, которого вы должны придерживаться. Хотя сердцем понимал, что, даже если вы узнаете правду, я буду, тем не менее, заставлять придерживаться его. Я решил удерживать вас здесь и непрестанно говорил, что люблю вас, пытаясь и от вас добиться взаимности.
– Но вы не…
– Как мог я? Я лишь раз обнял вас, а вы сжались, как моллюск, и заявили, что это нехорошо.
– Как могла я вести себя иначе, когда за этим не было ничего, кроме похоти? – говоря это, Сьюзан думала об Андреа.
Питер прямо взглянул на Сьюзан и честно сознался:
– Да. Было желание. Не забывайте, Сьюзан, я – мужчина. Надеюсь, однажды я это доказал.
Сьюзан вспомнила тот случай, когда узнала, что Андреа и Питер не женаты. Вспомнила, как вспыхнули ее щеки после его презрительного замечания о совместной спальне.
– Да, то было желание. Признаю это, – повторил Питер. – Моя любовь никогда не будет платонической.
Говоря это, он смотрел прямо в глаза девушки.
Будет, не может быть… Сердце Сьюзан бешено забилось.
Она ускорила спой шаг, но Питер задержал ее. Его руки легли на ее мягко, но, тем не менее, властно. Питер повернул девушку к себе, стараясь заглянуть в ее глаза.
– Нам необходимо все выяснить, Сьюзан. На этот раз ты не убежишь.
– Но такси…
– Я расплатился с таксистом. Теперь нам ничто не помешает. Когда же мы выскажем друг другу все недосказанное? Я думаю начать с Денниса. Почему ты планировала уехать с моим братом?
– Питер, я не хотела, Я думала…
– Не надо больше лгать, Сьюзан. Я не дурак и понимаю, что означает желание женщины уехать с мужчиной.
– Я не собиралась. Я говорю правду. Мы не собирались уезжать вместе. Это была уловка, чтобы уберечь Андреа.
– Для кого? – На лице Питера безошибочно читалось неподдельное изумление. – Что за идиотская игра?
– Это правда. Так мы планировали. Мужчины не защищают женщин, не опекают их, не обращаются с ними, как с музейными экспонатами, без любви. Именно так вы и вели себя с Андреа.
– Ты думала… Деннис думал, что я люблю эту маленькую… – Питер рассмеялся, но затем успокоился.
– Я должен рассказать о ней. Она не была… Она не такая плохая на самом деле. Я думаю, со временем она превратиться в абсолютный идеал.
Питер неожиданно почувствовал, как в изумлении широко раскрылись глаза Сьюзан, и хмыкнул.
– Как ты могла прийти к такому заключению. Хотя… Весьма вероятно, так все и выглядело со стороны. Мне кажется, в этом есть резон.
– Именно так. Я все время верила, что вас волнует Андреа.
– Волнует… Да я мог с удовольствием отшлепать ее.
– Так что же тогда?
– Пожалуй, надо все рассказать, Сьюзан. История несколько путанная. Но постарайся представить всю картину. Даже если я и нарушу хронологию.
Питер и Сьюзан вынуждены были приостановиться на опушке рощи из буков и тополей. Впереди виднелся сельский магазинчик. Вокруг – пустошь, беседки и павильоны. Питер увлек девушку к одной из беседок. Запах влажного мха, карабкающегося по стенам, пьянил и приятно остужал разгоряченные лица.
– Роджер, следовательно, был моим кузеном, – начал рассказ Питер. – После смерти родителей он жил у нас. Мы, трое ребят, росли вместе. Деннис и я никогда в действительности не любили Роджера. Мы не злословили на его счет, но и не говорили о нем ничего хорошего. Он был самодоволен и очень эгоистичен. Единственная мысль тревожила его в жизни – он сам. С этим мы столкнулись, как только увидели его.
Мой отец также не любил Роджера, но он обладал сильно развитым чувством ответственности. В своем завещании он отписал треть состояния Роджеру. Ты должна четко понимать, Сьюзан, что сумма была отнюдь не маленькой. Мы – сравнительно состоятельная семья.
Сьюзан утвердительно кивнула.
– Тем не менее, в завещании было оговорено условие. Я уверен, что такое же условие отец поставил бы и нам – своим детям, если бы сомневался в нас.
– Что за условие, Питер?
– Прежде я немного расскажу об отце. Моя мать бросила отца вскоре после рождения Денниса. Ты это знала?
– Да. Деннис как-то обмолвился об этом. Похоже, он боится, что унаследовал какие-то черты характера от нее.
Питер вздрогнул, но продолжал:
– Она была непорядочной женщиной, Сьюзан. Она разбила сердце отца, а он этого не заслужил.
– А что произошло?
– Она бросила его и убежала с кем-то. Я думаю, позже произошла авария, и она погибла вместе со своим избранником. Эта страница истории семьи несколько загадочна. Но отпечаток ее лег на всю жизнь отца. У него появилась идея фикс – сохранение брака. Он не упускал возможности рассказать нам о святости любви. Это стало для него наваждением. По его воле треть состояния переходила к Роджеру только при удачном браке, а степень такой удачи рассматривалась как период совместной жизни не менее шести лет. Полагаю, старик хотел бы назначить не шесть, а все шестьдесят лет, но, учитывая свойства характера Роджера, поставил более реальный срок.
Сьюзан молчала, но, видя, что Питер прервал рассказ, спросила:
– Но ведь Роджер умер. Не так ли? Как это отразилось на наследстве?
– Поверенному, ведущему дело, были даны соответствующие инструкции. В случае смерти Роджера, его вдова не должна повторно выходить замуж не раньше шести лет. Женитьба до этого срока служила для моего отца доказательством неудачи прошлого брака. Постарайся понять моего отца, Сьюзан. Его собственная жизнь была грубо растоптана, и на развалинах любви им овладела мечта, о которой я уже говорил.
– Поэтому вы и взяли Андреа под свое покровительство. Хотели уберечь для нее причитавшееся наследство? Деньги, которые перешли бы от мертвого мужа вдове через шесть лет?
– Не совсем так, – возразил Питер. – Андреа далека от нужды, и, кроме того, я никогда не полагался на деньги, Сьюзан. Как и отец, я больше верю в любовь.
В тот день, когда я впервые увидел Андреа (она и Роджер уже были женаты), я почувствовал заложенные в ней возможности. Она была игрива, даже легкомысленна, мозгов в ней не больше, чем в платяной щетке. И при этом она не знала еще жизни. Была неразвита. Я убедился, что, если дать ей возможность и поддержать ее, она станет порядочной женщиной.
Если бы только Роджер хоть немного помог ей… А он и шага навстречу не сделал. Она бы стала отличной женой, любящей матерью. Она ведь обожает детей. Но даже в них ей было отказано. Роджер был слишком эгоистичен, чтобы думать о потомстве.
В любом случае, он ничего не предпринимал. Роджер всего лишь женился на ней, чтобы украсить свой петушиный хвост еще одним ярким пером. А как только это произошло, потерял к ней всякий интерес.
Все это я обнаружил сразу. Позже, отправившись на похороны, я настолько был тронут этой беспомощной недалекой молодой женщиной, что решил дать ей понять, что значит выходить замуж за первого встречного. Однако что-то не оставляло меня в покое. Я чувствовал себя ответственным за нее.
– Поэтому вы и привезли ее сюда?
– Да. А ты решила, что все было сделано из-за любви к ней?
– Конечно, Питер. Я думала, ты ждешь окончания траура, чтобы жениться на ней. Но что же будет теперь после ее свадьбы с Робертом? Конечно, она теряет право на наследство?
Питер пожал плечами и продолжил:
– Это касается только нас. А средств у нашей семьи достаточно. Поэтому я положил Андреа приданое – я всегда планировал поступить так, если она найдет хорошего человека.
– А Роберт хороший?
– Роберт – отличный парень. Я часто думал о нем. Но хотел проверить, Сьюзан. Хотел быть уверенным. Я все время думал о счастье Андреа – этой симпатичной, но слегка сумасбродной молодой женщины.
– Роберт будет заботиться о ней?
– Я уже говорил, что Роберт – отличный парень.
Беседа прервалась, а затем Питер прошептал:
– Остается еще один небольшой вопрос. Ты и Стивен. Почему ты лгала мне? Почему не сказала правду?
– Какую правду?
– Что ты покинула Англию и ушла со сцены, потому что обнаружила сильное чувство, возникшее между твоей сестрой и Стивеном? Зачем ты заставила меня перебрать все самые худшие варианты? Тебе следовало бы знать, что я из тех, кто все принимает близко к сердцу. Слишком близко, Сьюзан. Я ничего не могу поделать с собой. Уж так я устроен. Если я кого-нибудь полюблю, то – навсегда. Никаких вторых планов и уверток.
Неожиданно глаза Питера значительно прищурились, и он проговорил:
– Сьюзан, я хочу, чтобы ты это поняла.
Девушка отступила, но ее глаза по-прежнему смотрели вниз.
Резко взмахнув рукой, Питер вновь вернулся к разговору о Стивене и Хоуп. Однако Сьюзан взглянула на него и гневно прервала:
– Линн Одли говорила мне. О нет, только не сердись на нее, что она мне все рассказала и помогла пробыть все это время.
Пока Сьюзан выпаливала эту тираду, Питер вынул из кармана конверт. Девушка обратила внимание, что это телеграмма и что она уже прочитана.
Сьюзан воскликнула:
– Ты уже прочитал.
– А почему бы и нет. Это касается меня так же, как и тебя.
Девушка в изумлении взглянула ему в глаза, а Питер мягко, но настойчиво предложил:
– Прочти, Сьюзан.
Она вырвала послание и прочитала:
«Счастливы узнать тчк Да благословит Бог тебя Сьюзан и Питера тчк Порадуйтесь с нами тчк Хоуп и Стивен Мэллинги тчк».
– … Они поженились?
– Очевидно.
– Но как… Я имею в виду, что ты сделал, чтобы получить такое послание?
– Очень просто. Послал телеграмму, объявляющую о нашей помолвке.
– Ты не должен был этого делать!
– Почему? Разве ты этого не хотела? Чем тогда объяснить твое проживание в Австралии, если не мечтой найти любовь?
– Полагаю, и Линн того же мнения, – голос Сьюзан вновь стал возмущенным. – Я ей впредь никогда не поверю.
– Больше ничему не верь. Я буду следить за тем, чему верить, а чему нет. Почему ты не радуешься? Разве ты не достигла всего, чего хотела?
– Мне не нравятся методы достижения.
– А что именно? Может, я тебе не нравлюсь?
Сьюзан отвернулась, а потом снова открыто посмотрела в глаза Питера и сказала:
– Да нет же, ты мне нравишься. Но ведь это еще не любовь.
– Это неотъемлемая часть любви. Надо, чтобы человек нравился, иначе не будет любви. И все же я не верю тебе, Сьюзан Ройден. Я думаю, ты любишь меня, но еще не пробудилась окончательно. В любом случае, это то, над чем мне предстоит поработать. Больше, моя девочка, я не отступлю. И ты тоже не смей. Я буду держать тебя здесь, в «Гринфингерсе», как Андреа. С той лишь разницей, что тебе я буду каждый день говорить, как я люблю тебя… Пока и ты, в свою очередь, не полюбишь меня.
Сьюзан внимательно слушала, но что-то тревожило ее память. Внезапно, подобно взрыву, накатило воспоминание.
После происшествия с Деннисом, когда он уже покинул «Гринфингерс», она прислушалась к своим чувствам и обнаружила… Где-то глубоко в ней таилось чувство любви, но не к Деннису, а к чему-то связанному с ним. Чему-то очень знакомому. Чему-то, что она уже любила. Она не могла вспомнить, когда, где и как пришло это чувство. Просто она ощущала его.
Теперь Сьюзан поняла и сразу обессилела…
Она уже любила, но не Денниса, а как бы отражение Питера в нем. С самого начала это был Питер. Теперь только Питер…
Он напряженно всматривался в нее. И как когда-то она, отошел назад. Девушка импульсивно подалась вперед, но ее порыв остановила рука Питера.
– Сьюзан, между нами два шага и целый мир. Если хочешь прийти ко мне, то иди только ко мне и навсегда. Приходи вся, не оставляй ничего ни для кого больше.
Только сейчас Сьюзан действительно посмотрела на него, переполненная необычным ощущением его честности, гордости, мощи, жесткости, скрытой силы и несгибаемой воли.
Преодолев это расстояние сначала протянутыми руками, а потом и всем своим существом, она уже знала, что поцелуй будет не похож на тот первый – полный сомнения и недоверия. Не будет он похож и на второй поцелуй – насыщенный грубым желанием.
Сьюзан знала, что этот поцелуй будет чист и в нем не будет желания или страсти. В этом поцелуе воплотится исполнение всех надежд и ни намека на обещание любви, так как оно уже не нужно.
Питер прижимал ее к себе, а она думала: «Пришло настоящее непреходящее чувство, которое будет до конца жизни. Нет, не так – до конца их жизней».
Между поцелуями Сьюзан прошептала:
– Нам надо пойти в дом и всем объявить.
– Мы сообщим всему миру, – ответил Питер, – но не сейчас. Ты помогла им: Линн и Терри, Андреа и Роберту, Кэт и Деннису, Хоуп и Стивену. Теперь важнее всего на свете наша любовь.




Предыдущая страница

Ваши комментарии
к роману Ферма Гринфингерс - Данвилл Джойс



Прекрасный роман. Но немного не хватает страсти.
Ферма Гринфингерс - Данвилл ДжойсЕва Лонг
30.03.2015, 15.12








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100