Читать онлайн Синдром Фауста, автора - Данн Джоэль, Раздел - РУДИ в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Синдром Фауста - Данн Джоэль бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 4 (Голосов: 3)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Синдром Фауста - Данн Джоэль - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Синдром Фауста - Данн Джоэль - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Данн Джоэль

Синдром Фауста

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

РУДИ

Руди из прошлого ненавидел человека на Розиной фотографии, хотя прекрасно знал, что тот – его отец. Лучше бы ему быть скромным бухгалтером или зубным врачом, скрипел он зубами: тогда он не стал бы отказываться от сына…
Я не видел Розу перед смертью, как Чарли, и меня это мучило. Не знаю почему, но я был уверен, что, умирая, она хотела мне что-то сказать. Только вот что, как я ни силился, ухватить не мог. А самое неприятное – чувство это меня не оставляло.
Она мне часто с гордостью напоминала:
– Не забывай, чей ты сын, Руди! Помни об этом всегда и везде!
Этот рефрен преследовал меня всю жизнь…
От мысли, что я ее уже никогда не увижу, сжимало горло. От обиды за нее и за свою неблагодарность по отношению к ней. Я даже бессильно всхлипнул. Роза была и останется в моей жизни навсегда самым большим стыдом и болью. Такая беспомощная, ранимая, одинокая! Думая о ней, я начинал ощущать невыносимую тяжесть утраты и своей в ней вины.
Свинья, я так и не воздал ей ни за ее доброту, ни за беззаветную преданность. Ведь я был ее единственным и горячо любимым, но таким неблагодарным сыном…
Абби ее не выносила. Впрочем, как и Роза – Абби. Они были противоположностью друг другу. Мать – с ее порывами, волнующей чувственностью, поиском любви и тепла. И жена – воплощение здравого смысла и чувства долга.
Ворочаясь на больничной койке, я пытался представить себе Розу молодой: такой, какой она выглядит на старых фотографиях. С озорной нежностью во взгляде, с черной, модной тогда челкой, доверчиво приоткрытым ртом. Звезда бухарестского кабаре, любовница члена королевской семьи – что от всего этого осталось после шести лет войны и прихода к власти в Румынии коммунистов? Кабаре прикрыли, звезда эстрады стала скромной портнихой.
Единственное утешение, что счастье хоть и ненадолго, всего лишь на несколько лет, но все же выпало на долю Розы. Ни у кого в кордебалете не было такого числа поклонников и такого успеха. Я уверен, что мужчин в ней влекли не только ее одетые в черные чулки длинные ноги, но и вся ее бьющая наружу неотразимая артистичность. Получи Роза образование где-нибудь в серьезной студии, из нее могла бы выйти подлинная кинозвезда. Многочисленных ее почитателей разогнало лишь появление за кулисами моего титулованного папашки. Общее обожание увяло, Уступив место осторожному шепотку: вы слышали?..
Была ли Роза счастлива с этим самовлюбленным смазливым щеголем и обломком пережившей себя эпохи? Не знаю, хотя думаю, что опереточная старомодность его манер и внешний шик не могли не произвести впечатления на дочь рано умершего еврейского музыканта-клезмера.
type="note" l:href="#n_6">[6]
Капризный сноб и волокита, мой титулованный предок витал в тесных гримерных и под зазывающими фонарями на входе, как недоступный, но остро дразнящий мираж. Герой закулисных грез юных дебютанток, он разыгрывал из себя рокового любовника. Уж кто-кто, а он умел ухаживать за женщинами и знал, чем их прельстить. Все изменила встреча с Розой…
До последних своих дней она была уверена, что он искренне ее любил.
– Руди, – повторяла она мне всякий раз, – твой отец был благородным человеком и носил меня на руках.
Я же в ответ давился ненавистью и твердил:
– Он просто свинья, Роза! Дешевый самовлюбленный хряк!
Когда ей не хватало слов, она беспомощно выбрасывала свой последний козырь:
– Но ведь он не забыл нас, когда началась война. Мы выжили только потому, что он сделал нам фальшивые документы и отправил в Венгрию как своих далеких родственников…
Кроме зонтика, белых перчаток с вензелями и блеклых позументов, от него ничего не осталось. Но Роза хранила их всю свою жизнь как память о чем-то сверкающем и незабываемом.
О ее романах я знал очень мало. А может, и было их наперечет? Помню, что к нам стал наведываться советский офицер – еврей: грудь его из-за обилия орденов напоминала музейный прилавок. Но когда этот смельчак узнал, кто был в числе его предшественников, немедленно исчез и испарился: а кто, скажите, его бы упрекнул? Одно дело – скоротечное мужество в бою, другое – долгий и мучительный героизм самопожертвования.
«Роза, – звал я мысленно, словно она могла слышать. – Роза! Единственно, чем я могу перед тобой оправдаться: я в своей жизни не был счастливее тебя. Иначе я чувствовал бы угрызения совести даже еще острее…»
Внезапно в палату вошла медсестра – приземистая блондинка лет двадцати семи – двадцати восьми с цепким и оценивающе-ощупывающим взглядом:
– Так вот вы какой?! Ну-ну…
Серые, чуть подведенные глаза оценивающе задержались на мне, но не мигнули.
– А что – «ну-ну»? – веселея, спросил я.
– Ну и напугали вы Мэри…
– Кого-кого?
– Врачиху. Мэри Спирс. Она докладывала о вас на обходе. Вот уж не думала, что она способна вызвать у мужчин такую реакцию.
Блондинка все еще не сводила с меня взгляда. Только чуть позже до меня дошло, о чем она говорит.
– Это – после долгого поста или от темперамента? – облизнула она губы.
Я усмехнулся, но ничего не ответил, и она подошла поближе: поправить постель. От нее пахло гримом и чуточку – потом. Насколько это все же было приятней запаха стерильности, застоявшихся лекарств и далекого клозета. Грудь у нее была большая, объемистая и, наклоняясь, она придвинула ее ко мне очень близко.
– Эй, – сказал я, чувствуя, как исчезает тошнота и тяжесть на сердце. – Поосторожней! От такого заряда, как у тебя под кофточкой, ведь и взорваться можно…
Она снова, но уже медленно лизнула губы.
– Ты смотри, – сказала она, – какие мы пылкие…
Слова, которые мы оба произносили, были начинены сексом, как порохом. Я улыбнулся и подмигнул. Она все еще не отходила от меня.
– Так что, что-нибудь выйдет? – спросил я.
Она толкнула меня рукой, как будто я приблизился к ней слишком близко. Я в ответ медленно провел рукой по ее бедрам. Блондинка не шевельнулась.
– Как нас зовут? – спросил я протяжно.
– Лайза, – ответила она, не убирая мою руку и продолжая глядеть мне в глаза.
– Лайза… Красивое имя. И сексуальное, – добавил я.
Она усмехнулась и протянула мне маленькую тарелочку, на которой лежало несколько таблеток.
– Примешь все до последней. Ничего не оставляй, – сказала она строго.
Я послушно кивнул. Рука моя все еще лежала на ее бедре.
– Ну, виагра, я вижу, здесь не нужна, – царапнул меня ее смех. – Я еще зайду…
А я с удивлением думал: куда девались моя закомплексованность, унизительный страх и вечное сомнение? Сначала – потому что я не красавчик со страниц «Плейбоя», а потом – поскольку у меня уже тот возраст, когда молоденькая фифочка, попытайся я заигрывать с ней, сморщившись, могла бы и огорошить: а ну вали отсюда, старый козел! Я бы соврал, если бы стал плакаться, что женщины не обращали на меня внимания. Но в этом виде спорта я играл не в первой лиге.
Как это ни поразительно, но я вдруг почувствовал себя бодро и раскованно. Судя по всему, я мог теперь позволить себе то, о чем раньше и мечтать не мог.
После Лайзы ко мне в палату быстренько заскочили, щебеча, еще две сестрички. Они тоже посматривали на меня с любопытством и при этом переглядывались между собой. Меня это забавляло, и я шутил, смеялся и травил старые анекдоты…
– Руди, – сказала одна из них, – с вами весело.
– И приятно, – прибавила другая.
– А где Лайза?
– Она ушла. Но завтра ночью дежурит.
Следующим вечером Лайза заглянула в палату и, проведя по мне долгим взглядом, чуть улыбнулась:
– Ну как?
– Что – как? – ответил я вопросом на вопрос.
– Как мы себя чувствуем? – сложила она губы трубочкой.
– Очень одиноко, – пропел я в ответ.
– Ну, это поправимо, – хмыкнула она.
Около полуночи, когда освещение стало тусклым и ночным, кто-то легко дотронулся до моей руки. Я стряхнул с себя дрему и узнал Лайзу. Приложив палец к губам, она шепнула:
– Минут через десять выйдешь отсюда и пройдешь по коридору направо. Там – лестница. Спустишься вниз на два этажа. Третья дверь слева. Старайся не шуметь…
Я сделал все в точности, как она говорила. Чуть приподняв дверь, чтобы та не скрипнула, проскользнул внутрь. Там было темно и пахло бельем. Но Лайза тянула меня в темноте все дальше и дальше. Наконец, остановилась. Я ничего не видел, только чувствовал. Вот меня взяли за руку, вот – куда-то потянули, потом остановили.
– Ждал? – услышал я знакомый низкий голос.
Я не ответил. Только шумно сглотнул слюну.
– Тогда подожди еще немного. Я так быстро не загораюсь…
Света она не зажигала: по-видимому, боялась. Сначала моя рука ощутила ее грудь: крупную, податливую, ждущую. Потом, слегка подрагивая и постанывая, Лайза довела руку до своих бедер и зажала между ними. Руке стало жарко. Замерев на мгновение, Лайза чуть подтолкнула меня в бок.
– Здесь – стол, – сказала она тихо. – Осторожней…
Я ощущал на себе ее замедляющееся, в ритм движениям, дыхание. Она присела на край стола, выгнулась и, чуть хрипнув, застыла. Потом опять выгнулась и снова застыла. Я почувствовал ее зубы у края уха.
– Ты молодец, не торопишься, – шептала она, покусывая мою мочку.
От ее зубов ухо щипало, но она слизывала боль языком. Кожа у нее была молодая, упругая и щекотала своей податливостью и чутким отзывом на каждое прикосновение. Постепенно меня втягивало в незнакомый ритм, хотя мы все еще оставались двумя разными существами.
– А теперь – все, – со стоном выдохнула Лайза, – давай!
Я не узнавал самого себя: ясная, несмотря на долгое вынужденное воздержание, голова, плавные, уверенные движения и немного замедляющийся до клекота в женском горле ритм. Я услышал ее горячий гортанный шепот:
– Это ведь не последний раз у нас, правда?
– Вот уж не думал, что сумею увлечь такую молоденькую валькирию.
– Не скромничай, – услышал ее задыхающийся ответ и понесся на запредельной скорости вниз, в бездну.
Потом, придя в себя, тяжело дыша и ощущая холодный пот на лбу и спине, я спросил:
– Но чем все же я тебя вдохновил?
– Сказать? – Она помедлила. – Знаешь, что у тебя в глазах, Руди? И не только, кстати, в них?
– Понятия не имею, – удивился я.
– Блядство, – хмыкнула она. – Ты не просишь, ты обещаешь…




Предыдущая страницаСледующая страница

Ваши комментарии
к роману Синдром Фауста - Данн Джоэль


Комментарии к роману "Синдром Фауста - Данн Джоэль" отсутствуют




Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100