Читать онлайн Очарованная, автора - Чиотта Бет, Раздел - Глава 17 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Очарованная - Чиотта Бет бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

загрузка...
Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 9.94 (Голосов: 18)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Очарованная - Чиотта Бет - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Очарованная - Чиотта Бет - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Чиотта Бет

Очарованная

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

Глава 17

Молчание — золото? Ха! Скажите лучше, молчание — пытка. Мерфи вредный, решила Лулу, ну просто самая настоящая злюка.
Лулу и Мерфи разошлись по своим раздевалкам, приняли душ, переоделись, оставили сценические костюмы с инвентарем и отправились домой. Они ехали тридцать минут и в течение этого времени не обменялись ни единым словом. Отчаянно желая прервать это тягостное молчание, Лулу дважды открывала рот, но каждый раз гневный взгляд Мерфи, способный остудить даже кипяток, заставлял ее прикусить язык.
К тому времени как они переступили порог дома, Лулу была уже вконец вымотана тревожным ожиданием последствий. Почему он не наорал на нее, тем самым поставив точку на всем этом? И вообще чего он так взъерепенился? Ведь она разрешила ситуацию, а это самое главное. Хотя, может, именно в этом все дело? Может, она задела его самолюбие, и в нем взыграла мужская гордость?
Мерфи нажал на кнопки установленной в его доме сигнализации, обернулся и смерил Лулу уничтожающим взглядом, нажав таким образом на ее кнопки.
Ей все это до смерти надоело. Она швырнула сумочку «пудель» на пол — главным образом потому, что в комнате, которую Мерфи называл «большой комнатой», мебель отсутствовала — и уперлась руками в бока.
— Вы собираетесь со мной когда-нибудь разговаривать?
— Мне нужно остыть.
Наконец-то! Его голос, хоть и звучал натянуто, полился музыкой в ее лишенные последний час этого удовольствия уши.
— Если вы заговорили, значит ли это, что вы больше на меня не сердитесь?
— Это значит, что я остыл до такой степени, когда не скажу и не сделаю ничего такого, о чем бы мог впоследствии пожалеть.
«Как, например, о недавнем эпизоде, когда он уже почти занялся со мной сексом», — подумала Лулу, чувствуя в теле зуд от поднявшегося в ней раздражения. Он отвергал то, что было ей дорого, и это действовало ей на нервы.
— Не понимаю, что вас так разозлило. Ведь ничего страшного не случилось бы: в казино полно народу, кругом охранники, камеры наблюдения. Да и вы сами находились поблизости. — Хоть и в костюме тролля. Лулу попятилась, потому что Мерфи, прищурив глаза, начал на нее наступать.
— Вы хоть представляете себе, с кем разговаривали?
И это называется «остыл»? Вид у Мерфи был до того свирепый, что казалось, этот человек способен разжевать гвозди и выплюнуть металл, не поморщившись. Лулу, сглотнув, сделала еще шаг… два… три шага назад.
— Конечно, представляю. С тем типом, который прислал мне трусики.
— Да, но вы знаете, кто он такой?
— Поли?
— Фальконе. Поли Фальконе. — На ходу снимая с себя пиджак, Мерфи продолжал надвигаться на отступающую Лулу, которую он в конце концов загнал в библиотеку. — Это имя вам что-нибудь говорит?
— Вообще-то нет. — Рассердившись на себя за то, что отступает перед ним, Лулу резко остановилась и сжала кулаки, наблюдая, как Мерфи отстегивает кобуру. — Но я уверена, вы мне расскажете.
— Организация Фальконе — один из самых известных криминальных кланов Джерси. — Мерфи перебросил пиджак через спинку кожаного кресла и положил на дубовый буфет пистолет, при виде которого у Лулу затряслись руки-ноги. — Поли Фальконе — старший племянник главы мафии Винсента Фальконе и второй по значимости человек в организации. Это страшный человек. Он жесток и неразборчив в средствах, даже с женщинами.
Душа у Лулу ушла в пятки.
— О!
Мерфи прислонился к стене, скрестив руки на груди.
— О?..
— Я не знала.
— Но вы знали, что это мафиози. И тем не менее подошли к нему. Причем когда он сидел в окружении этой своей чертовой свиты! — Мерфи возвел глаза к потолку, моля Бога дать ему терпение.
— Я была тогда несколько взвинчена.
— Да, я понимаю. — Мерфи с силой выдохнул воздух и посмотрел ей в глаза. — Вы до смерти меня напугали, принцесса. А я не из пугливых.
Лулу вспомнила утреннее происшествие, когда Мерфи не смог сдержаться, и ее вдруг озарило. Внезапно пришедшее к ней осознание того, что произошло, наполнило все ее существо солнечным светом и нежностью. Мерфи так лез в бутылку потому, что она ему небезразлична. Лулу расцвела в улыбке. Она не могла не улыбнуться. Судя по тому, как он разошелся, она была ему очень небезразлична. Вот он, афродизиак!
Мерфи нахмурился.
— Я рад, что вы находите это смешным.
Лулу скинула кроссовки, лаская взглядом его волевой подбородок, стиснутые челюсти, серо-карие, сверкающие от досады глаза.
— Я не нахожу это смешным. — Ее пульс участился. Теперь только желание и сладостное томление руководили Лулу. — Я нахожу вас милым.
— Господи, это будет похлеще, чем «приятный». Никогда еще не встречал человека, который разбирался бы в людях хуже, чем… — Мерфи прервал себя на полуслове, с изумлением наблюдая, как Лулу стянула с себя через голову свитер и забросила его на буфет. — Что вы, черт побери, такое вытворяете?
— Мне жарко.
— Я убавлю температуру отопления.
— Не поможет. — Лулу горела страстью к мужчине, к этому сексуальному, сильному, благородному мужчине. В глазах Мерфи вспыхнуло дикое и необузданное желание, а на лице отразилась паника. Снова борется со своей совестью? Желая разбудить сидящего в нем демона, Лулу расстегнула джинсы, потянула вниз застежку на молнии и спустила пояс до бедер. Софи считала, что наступательную тактику лучше всего использовать поближе к ночи — «ни один мужчина не способен отказать обнаженной, жаждущей близости женщине», — но Лулу не захотела ждать. Уверенность, что Мерфи питает к ней чувства, что его влечет к ней, вскружила ей голову и придала решимости. — У меня очень давно не было мужчины. — Лулу сняла джинсы.
— Ну-ну. — Мерфи выставил вперед руку, как бы отражая ее атаку. — Это все действие адреналина. Вы просто взволнованы после того столкновения, после нашего с вами столкновения, и…
— Я вовсе не взволнована, если только это не то же самое, что и «я хочу вас». — Лулу надвигалась на него. На ней ничего не осталось, кроме розового шелкового лифчика и трусиков. Мерфи судорожно сглотнул, а ее улыбка стала еще шире. Лулу ощущала себя всемогущей соблазнительницей. Она нагнала страху на мужчину, которого не пугали никакие политические передряги, и это доставляло ей ни с чем не сравнимое наслаждение. — Вы мне нравитесь, Мерфи.
— Вы меня не знаете.
— Я знаю вас достаточно. — С нее было довольно уже того, что он поступил в морскую пехоту, чтобы сделать мир лучше. Он участвовал в оказании гуманитарной помощи и всегда — в прошлом и в настоящем — защищал слабых и беззащитных. Он у нее на глазах выручил одного из ее знакомых, приняв обличье тролля. И она всю жизнь будет помнить, сколько радости он подарил больным детям во время посещения больницы.
Лулу ничего так не хотела, как слиться в единое целое с этим великодушным и сильным человеком.
— И более того, — продолжила она, расстегивая лифчик, который упал к ее ногам, — я нравлюсь вам.
Взгляд Мерфи остановился на обнаженной груди Лулу.
— Нет, это не так.
Лулу прильнула к нему всем телом и положила ладонь на выпирающую упругость под его джинсами.
— Лжец.
Она легко провела большими пальцами вверх и вниз по выпуклости под его джинсами, и Мерфи застонал. Его глаза зажглись страстью, и Лулу бросило в жар.
— Вы не представляете, в какие игры вы играете, принцесса.
Пульс застучал еще чаще. Лулу расстегнула его джинсы.
— Так покажите мне.
Это был откровенный призыв, почти равносильный словам «трахни меня». Лулу начала расстегивать молнию, но, когда Мерфи схватил ее за запястья, к ней вновь вернулась былая неуверенность. Если он отвергнет ее, она почувствует себя не только шлюхой, но, что еще хуже, совсем никудышной женщиной. Опять. Лулу уж было начала судорожно искать пути отступления из этой неловкой ситуации, но тут вспомнила лозунг морских пехотинцев, который попался ей на глаза сегодня утром в Интернете, когда она там наводила о них справки: «Страх не для нас».
И Лулу, расхрабрившись от отчаяния, выложила свои карты на стол:
— Вот что, Мерфи. Я хочу еще раз поразвратничать с вами. Я хочу испытать снова то, что испытала сегодня утром — тот мощный, пронизывающий насквозь поток желания. У меня в жизни был только один мужчина, и я… я никогда такого не испытывала.
Мерфи откинул голову назад, стукнувшись о стену.
— Я пережила самый потрясающий оргазм, и…
— Вы — что? — Он еще крепче стиснул ее запястья и бросил на нее взгляд, от которого она едва удержалась на ногах. — Так вот отчего вы дрожали. Вы тогда кончили.
Лулу от испытанного унижения стало жарко. Бесстрашие явно не для малодушных и не для пугливых ископаемых.
— Я понимаю, это смешно. Наверное, это не так, как если бы у нас с вами… ну, это… была настоящая близость.
— Вы меня с ума сводите, вы это понимаете?
Лулу подняла глаза и простодушно на него посмотрела.
— Я вижу, вы пытаетесь быть джентльменом, но если вас ко мне влечет, то оставьте все это. Я хочу почувствовать вкус к жизни и испытать вожделение, Колин. Простите, что у меня все так неловко получилось, но агрессор из меня никакой.
В следующий момент все резко изменилось: одним проворным движением Мерфи прижал Лулу к твердой стене, навалившись на нее всем своим тяжелым телом. Губы Мерфи хищно изогнулись.
— А из меня хороший.
Лулу почти перестала соображать. Тело завибрировало в предвкушении. Пальцы Мерфи скользнули по ее ключице, между холмиками грудей, спускаясь ниже… ниже. «Дыши, Лулу, дыши».
Его палец проник под трусики у нее на талии, губы коснулись ее уха.
— Поразвратничать?
— Уточняю: здесь и сейчас, — проговорила Лулу, прерывисто дыша. Голова и язык почти не повиновались ей. Жар, исходящий от Мерфи, тяжесть его тела и его запах сводили ее с ума. Или это его губы, теребившие мочку ее уха, лишали ее рассудка. «Да, — подумала Лулу, закрывая глаза, — похоже, что крыша от этого совсем поехала». Она ждала, что он стянет с нее трусики, и приготовилась к бурному сексу — ведь она этого хотела.
Но Мерфи, как видно, решил помучить ее. Наверное, он не вполне понял, что значит «поразвратничать». На Лулу из одежды почти ничего не осталось, тогда как он был полностью одет. Однако, когда она попыталась исправить это упущение, он положил ее руки себе на плечи и отвлек ее одним из своих классных поцелуев. Лулу вцепилась в него. Голова шла кругом, а ноги отказывались держать ее.
Лишь только Мерфи прервал поцелуй, Лулу с жадностью глотнула воздух, пытаясь восстановить дыхание и способность соображать. Да, вот так. Он откинул с ее лица прядь волос, наклонил ее голову к себе и приник своими теплыми губами к ее шее сзади, слегка дотронувшись до нее языком. Казалось, время остановилось, пока они так стояли, крепко прижавшись друг к другу. Еще один поцелуй в ложбинку на шее. Еще одно легкое бесстыдное прикосновение языком. Он тихонько прикусил ее ладонь, а затем принялся — о сладкое томление, — слегка покусывая, прокладывать поцелуями дорожку от внутренней части ее запястья к сгибу локтя. Сердце забилось еще стремительнее, и Лулу поняла: он касается точек, где чувствуется биение пульса. Сколько их? Лулу не помнила. Еще два прикосновения языком, и… ее память отключилась.
— Лимоны, — прохрипел Мерфи. — Ты с самого первого дня мучаешь меня этим своим фирменным запахом. — Он бросил на нее шутливо-сердитый взгляд, ласково поглаживая пальцем нежную кожу у нее на запястье. — В каких еще местах ты душишься этим парфюмом, детка?
Лулу вспомнила день их знакомства, и слова застряли у нее в горле. Неужели уже тогда, с самой первой минуты их встречи, его влекло к ней?
Мерфи осыпал поцелуями, легко касаясь языком, ложбинку между ее грудей, потом накрыл одну из них ладонью, и у Лулу внутри взметнулись фейерверки. Закусив нижнюю губу, она подавила рвущееся из груди «Да!»
Мерфи стискивал готовые к ласкам бутоны ее грудей, теребил их губами, постепенно сползая все ниже и ниже к ее животу. По телу Лулу прокатились волны вожделения. Его язык коснулся лунки ее пупка. «Здесь не слышно пульса», — мелькнуло в затуманенном сознании Лулу, но что за разница? И вот ее трусики были сорваны, а Мерфи оказался перед ней на коленях.
Он с поразительной ловкостью и изобретательностью ласкал языком самые потаенные закоулки ее тела. Из груди Лулу вырвался стон. Одной рукой Мерфи удерживал ее, не давая сползти вниз по стене, а другой исследовал влажные складки ее плоти.
Пожалуй, он все-таки знает, что такое «развратничать».
Это была последняя вразумительная мысль Лулу перед тем, как тело ее взорвалось и забилось в сумасшедшем оргазме.
Лулу закричала в экстазе, и Мерфи испытал восторг и удовлетворение одновременно. Ого! Она оказалась очень отзывчивой на ласки, ей потребовалось совсем чуть-чуть. Его бы хватило еще на час, а она и двух минут не выдержала. Мерфи ощутил, как обмякло тело Лулу, и, перекинув ее через плечо, понес в спальню. У него была эрекция, его одолевало бешеное желание.
Он хотел обладать Лучаной Росс — и ее телом, и ее душой.
Помня, что она просила бурного, безудержного секса и хотела ощутить пронизывающий насквозь поток желания, помня, что ей хотелось поразвратничать — Господи, помоги! — он бросил ее на кровать и велел лежать смирно. Он срывал с себя одежду, буравя голодным, жадным взглядом роскошные, плавные изгибы ее кремового тела.
С застенчивой улыбкой на губах, но с нескрываемым восторгом Лулу смотрела на его эрекцию.
— Зачем мы пришли сюда? — спросила она. Мерфи безошибочно уловил в ее тоне разочарование.
Он выдвинул ящик тумбочки возле кровати и показал ей пакетик с презервативом, который вытащил оттуда.
В глазах Лулу промелькнуло что-то. Не то раскаяние, не то сожаление.
— Не бойся, что я забеременею.
Наверное, она принимает контрацептивы. Уж не думает ли она, что он будет меньше о ней заботиться, потому что она приняла меры предосторожности сама? Мерфи почувствовал, как время играет против них. Да какого черта? Он надел презерватив и упал в постель, привлекая к себе Лулу.
— Есть и другие причины для безопасного секса, детка. — Он уткнулся носом в ее шею, потеребил мочку ее уха, поглаживая ее изумительное тело, стараясь вновь довести себя до подходящей температуры.
— Я знаю. Но у меня всего-то и был один мужчина. Я ему не изменяла, и он мне тоже, — удалось выговорить Лулу между вздохами наслаждения. — Я просто хотела, чтобы ты знал.
Это ее признание в том, что она была близка только с одним мужчиной, потрясло Мерфи и заставило еще больше дорожить этой женщиной. Однако в этот момент ему меньше всего хотелось углубляться в историю их сексуальной жизни. То есть в историю его сексуальной жизни. У Лулу ее попросту не было. Один мужчина, причем не кто иной, как муж, истории, по его мнению, не делает. Для Мерфи Лулу была почти девственницей.
И он не знал, что больше его беспокоит — собственное сердце или собственный член. Одно тем не менее не подвергалось сомнению — это его первобытное желание немедленно овладеть этой женщиной. Он терзал ее губы, порабощал ее чувства, приближая к следующему мощному взрыву. Господи! Да она просто бесподобна! Изнемогая от неутоленной страсти — вот он, пронизывающий насквозь поток желания, детка! — он раздвинул ее ноги и, когда его орудие коснулось влажного и сулящего неземные наслаждения лона, застонал…
Лулу напряглась, вцепившись пальцами в плечи Мерфи, и остановила его взглядом, в котором отражалась паника.
— Только не так, Колин, прошу тебя. Это как Терри…
Он поцелуем закрыл ей рот. Уж где-где, а в постели ее бывший муж им точно не нужен. Этот придурок занимался с ней сексом только в «миссионерской» позе. Мерфи постарался изгладить из памяти Лулу неприятные воспоминания и перевернул ее на живот. Он целовал сзади ее шею, ее плечи, спину. Он нашептывал ей ласковые слова и непристойности, находя на ее теле все новые точки, где бьется пульс. Упиваясь ее вздохами и нежными стонами, Мерфи исследовал ее соблазнительное тело и наконец заставил ее подняться на четвереньки.
Если взять ее сзади, это, по ее меркам, наверняка будет развратом и, уж конечно, потрясет его самого… еще раз. В первый раз он испытал потрясение, когда вздумал взглянуть в лицо Лулу в момент наивысшей страсти. Ему сейчас хотелось бы медленного, осмысленного секса, но Лулу в данный момент было нужно, чтобы он сразил дракона. И Мерфи подчинился: он подхватил ее с постели и притиснул к стене. Возглас Лулу выражал одобрение. Она взяла в руку его член и направила туда, куда нужно.
Мерфи едва сдержался, лишь только его член коснулся ее плоти. До чего ж узко было у нее внутри! Лулу стиснула его ягодицы, определенно заявляя о своих желаниях, и у Мерфи помутилось в глазах. Ему казалось, будто он слышал, как она кричала: «Еще сильнее!», «Еще быстрее!», но это с таким же успехом могло оказаться лишь игрой его воображения. Сердце громко стучало в висках, заглушая все, кроме пронзительных выкриков Лулу.
Мерфи старался удержать ее, запустив руку в ее непослушные кудри, а сам, жадно впившись в ее рот, теребил его губами и языком. Его другая рука повторяла восхитительные изгибы ее тела, тем самым заявляя на него права.
Мерфи хотелось возбудить, удовлетворить ее и стереть из ее памяти воспоминания о ее проклятом бывшем. Он хотел быть первым.
Мерфи почувствовал, как по ее телу пробегает дрожь, слегка отпрянул назад, и Лулу вскрикнула, достигнув кульминации. Этот гортанный вскрик и самого Мерфи приблизил к развязке. Господи, неужели ты нас услышал? На этот раз все вышло еще лучше, чем в первый. Реальность превзошла все ожидания и бесчисленные порнографические сны. Заниматься любовью с принцессой было все равно что заниматься любовью с настоящей королевской особой — не каждому выпадает такая честь.
Совершенно без сил, Мерфи прислонился лбом к ее лбу.
Лулу вздохнула.
— Это было…
— Да. — Влюбленность определенно делает физическую близость более полноценной и яркой.
— Ура, — прошептала Лулу.
И в этот миг Мерфи понял, что целое утро она делала в Интернете. Интересно, что еще, спрашивал себя он, кроме боевого клича, она узнала о морских пехотинцах. Однако любопытство мучило его не больше одной минуты: у него на уме было другое, а именно — он снова хотел заняться этой женщиной, чтобы избавить ее от страха «миссионерского» секса.
Словно прочитав его мысли, Лулу погладила Мерфи по спине, скользнула губами по его подбородку.
— Как ты смотришь на то, что я предприму еще одну попытку стать агрессором?
Слава тебе Господи! Проблема решена, по крайней мере на данный момент. Мерфи с улыбкой подхватил ее на руки и отнес в постель.
— Что ж, давай дадим прикурить.
Любовь не задалась. Руди опустил стекло автомобиля и отправил аудиокнигу в окно. Серебристый диск, словно фрисби, взмыл вверх и исчез где-то в зеленых зарослях кустарника, а лимузин Руди понесся дальше на запад по 195-му шоссе. Пусть другие дураки слушают советы доктора Марвина о любви и дружбе, а также о дарующей радость верности. Руди так и не понял эту его идею. По его мнению, никакой радости в том, что твое сердце отдано на поругание другому, нет.
Бормоча ругательства, Руди, свернув направо, подъехал к Фрихолду. Если б только он не вошел в тот самый момент, когда Жан-Пьер разговаривал по телефону! Руди расслышал обрывки фраз «Я подумаю», «Я тоже скучаю по тебе» и имя Люк, а дальше его воображение само заполнило пробелы.
Руди, пятясь, вышел из комнаты прежде, чем Жан-Пьер его увидел, и, как последний трус, нырнул в ванную, где проглотил четыре таблетки аспирина сразу, предвидя жуткую головную боль на нервной почве. Вот только лекарство, способное обуздать «чудище с зелеными глазами», к сожалению, отыскать невозможно.
Да, он сам настоятельно советовал Жан-Пьеру не упускать свой шанс, но он говорил о работе, а не о возможности вновь разжечь былое пламя. «Я тоже по тебе скучаю». Что за черт?
Даже теперь, по прошествии многих часов, на расстоянии многих миль от Жан-Пьера, по жилам Руди продолжали бежать, как яд, отравляя кровь, ревность и обида.
Руди стукнул кулаком по приборной панели, проклиная свою судьбу. Еще два дня назад его существование было практически безоблачным. Вчера вечером он признался — по крайней мере себе, — что любит Жан-Пьера, а сегодня он самый несчастный человек. Пожалуй, «несчастный» — это не то слово. Руди не находил подходящего выражения, чтобы описать обуявшую его черную меланхолию. Он знал только одно: никогда еще он такого не испытывал. Захватившее его чувство было сильным, болезненным и тяжелым.
Никогда в прошлом он так не страдал. Король секса по-быстрому. Мастер перепихона без всяких заморочек. У него не было никаких проблем. Никаких затруднений эмоционального плана. Что такое, черт возьми, на него нашло, что он вдруг решил круто изменить свою жизнь, стал тратить кучу денег на книги, медитировать и заниматься самовнушением. «Я открыт и готов для серьезных длительных отношений». Черта с два он готов!
Должно было случиться одно из двух: либо Жан-Пьер откажется от предложенной ему работы, о чем потом непременно пожалеет и обвинит в этом Руди, либо он согласится на нее и воссоединится с бывшим любовником — более молодым любовником. Как в первом, так и во втором случае Жан-Пьер его бросит. Это только вопрос времени.
Глаза Руди обожгли горячие слезы. Прекрасно! Просто прекрасно! Плачет, а жилетки, в которую можно поплакаться, нет.
Мог этот день быть еще хуже? Подъезжая к нужному владению, Руди вытащил сотовый телефон и нажатием одной кнопки набрал занесенный в память номер Афии. Нужен был хоть кто-то, от общения с кем он мог бы немного воспрянуть. Однако в трубке послышалась запись автоответчика. Руди тяжко вздохнул.
— Привет, малыш. Так лучше как — отпустить его и подождать, не вернется ли он назад, или попытаться удержать и посмотреть, останется ли он? — Что это было, исковерканная цитата или строка из какой-то песни, Руди не помнил. Способности мыслить здраво он напрочь лишился в тот миг, когда услышал разговор Жан-Пьера с Люком. Руди осекся. — Э-э… позвони мне.
Он швырнул телефон на сиденье, припарковал лимузин и вытер слезы. «Да брось ты, Гэллоу!» Руди поправил галстук, вышел из лимузина и постучался в дверь богатого особняка. Он отвезет Перри Дэвиса, известного также под именем Суша Трамп, в «Рубиновые лодочки», а потом забурится куда-нибудь и напьется до бесчувствия. Все, что Руди мог придумать, — это заглушить боль, перестав чувствовать вообще что бы то ни было.
Дверь отворили. Перри встретил его в облегающем трико и без рубашки. Как и Руди, мужчина самозабвенно увлекался бодибилдингом. Нужно было быть мертвым, чтобы не залюбоваться роскошным мускулистым торсом Перри и его неотразимыми голубыми глазами. Руди был жив, только разбитое сердце кровоточило…
Заметив плохо скрываемое восхищение Руди, Перри жеманно улыбнулся и ответил ему таким же восхищенным взглядом.
— Вы за мной? Руди заколебался.
— Я… э-э… — «Да, Ривелли попросил привезти вас в „Оз“, — следовало ответить ему. С каких это пор безобидный флирт лишает его разума и дара речи?
С тех самых, как его сердцем и душой завладел Жан-Пьер.
— Я приехал немного раньше. Я… — не мог вынести встречи со своим любовником и потому сбежал из дома раньше времени.
Перри протянул руку и ласково коснулся его плеча.
— Такое впечатление, будто вы ищете дружеского участия. Не хотите ли зайти выпить пива?
Будущее Руди виделось в тумане. Его одолевали самые разные эмоции. «Твоя жизнь неуправляема, потому что ты не управляешь собой». Разве не это он сам уже много месяцев назад сказал Афии? Любовь лишила Руди способности управлять собой, и теперь ему было чертовски больно. Во взгляде Перри, светившемся едва скрываемым интересом, Руди нашел для себя успокоение. Он сказал себе, что его прошлое надежнее, чем его будущее. И последовал за мужчиной в дом, распрощавшись со своей мечтой о Рождестве в Вермонте.




Предыдущая страницаСледующая страница

Ваши комментарии
к роману Очарованная - Чиотта Бет



просто супер захватывающая история
Очарованная - Чиотта Бетюля
21.11.2010, 0.19





Читать обязательно! 10 из 10
Очарованная - Чиотта Бетвалентина
11.01.2014, 17.14





Читала через строчку
Очарованная - Чиотта БетМаша
13.02.2015, 15.38








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100